УИД 77RS0029-02-2025-007996-97
Дело №02-6894/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
адрес 25 декабря 2025 года
Тушинский районный суд адрес в составе
председательствующего судьи Шибаевой Е.И.,
при секретаре судебного заседания фио,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-6894/2025 по иску ФИО1, ФИО2, ФИО17 фио, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 Ветур фио, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 к ФИО15 о взыскании компенсации морального вреда, обязании извиниться,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3, фио, ФИО4, ФИО9, ФИО16, ФИО2, ФИО17, ФИО13 обратились с иском к фио ФИО15 о взыскании компенсации морального вреда по сумма, обязании извиниться.
Требования мотивированы тем, что 20.03.2025 года в 13:05 по московскому времени на сайте сетевого издания «ABZATZ», зарегистрированного Роскомнадзором как средство массовой информации 31.03.2022 года, в разделе «Общество» была размещена публикация под названием «Готов сжечь собачников», в которой депутат Государственной Думы Российской Федерации ФИО15 призвал перестать защищать бездомных псов, угрожает личной расправой всем собачникам, то есть владельцам собак и тем, кто подкармливает бездомных животных, по его мнению, собачникам доставляет удовольствие смерть детей, растерзанных собаками, считает, что собачники защищают исключительно интересы собак-убийц, т.е. публично призвал расправляться со всеми собачниками и выдал индульгенция лицам, которые своими действиями готовы причинять физический вред и самим собачникам, и их питомцам. Согласно данным ВЦИОМ собачниками являются 34% населения страны. Действия ФИО15 подпадают под статью 282 УК РФ, пп. «а», «в» ч.2 ст.119 УК РФ, ч.ч.2 и 3, ст. 128.1 УК РФ, пп. «а», «б» и «в» ч. 2 ст. 282 УК РФ, и вызывают у истцов страх за их жизнь и здоровье, за жизнь и здоровье близких родственников и питомцев. Не смотря на многочисленные обращения, ФИО15 не лишен статуса депутата Государственной Думы Российской Федерации и неприкосновенности, не привлечен к уголовной или административной ответственности. Истцы видят в действиях ответчика насаждение на территории страны «законов Линча», покушение на монополию государства на применение силы, попытку очернить их в глазах общества и сделать изгоями, маргинализировать. Безнаказанность действий фио вызывает у истцов чувство отсутствия гарантий правовой защиты, неисполнения государством своих прямых обязанностей, дискредитирует Российскую Федерацию как правовое государство, нарушает права истцов, гарантированные ст.ст. 7, 28 и 30 Всеобщей декларацией прав Человека и норм Конституции РФ. После публикации статьи истцы почувствовали резкое увеличение агрессии со стороны окружающих людей только потому, что они являются владельцами собак, подкармливают бездомных животных, помогают приютам или заботятся о выброшенных на улицу безжалостными людьми собаках и других зверей. Истцы испытывают тяжелые морально-нравственные страдания, чувство страха, подавленности.
С аналогичными требованиями присоединились и просят взыскать по сумма фио, ФИО5, ФИО7, ФИО8, фио, а также фио – сумма
Истец ФИО8 в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала по доводам искового заявления и пояснила, что своими высказываниями фио бросил тень память ветеранов ВОВ, которым часто помогали собаки, его слова послужили спусковым механизмом для нападений, она стала получать больше угроз, она впечатлительная и остро отреагировала на публикацию, вынуждена пить таблетки.
Истец фио в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала по доводам искового заявления и пояснила, что несколько лет назад на нее напал мужчина, т.к. она заступилась за котенка, из-за публикации она стала сильно нервничать, боится повторения нападения.
Истец ФИО6 в судебное заседание явился, заявленные требования поддержал по доводам искового заявления и пояснил, что он составлял представленные в материалы дела списки публикаций в СМИ о преступлениях в отношении зоозащитников и владельцев животных, он и его близкие получали угрозы, его мать прислала ему лист с угрозами, который был наклеен при входе в дом, хотя угрожавшие не упоминали фио, но фактически повторяли изложенные им тезисы.
Истец ФИО3 в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала по доводам искового заявления и пояснила, что высказывания фио разделили общество, зародили в ней недоверие к власти, т.к. он возглавляет комитет по этике, но не понес наказания, она участвует в зоозащитных чатах под своим именем, в чатах увеличилось число угроз, она стала бояться ходить по улице, т.к. не сможет защитить себя и близких в случае нападения.
Истец ФИО9 в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала по доводам искового заявления и пояснила, что является волонтером, все ее собаки были с улицы или из приютов, слова фио ее возмутили, стычки бывали и ранее, но после его высказываний нападки на зоозащитников усилились.
Истец ФИО4, представляющая также по доверенности истцов фио, фио, ФИО2, ФИО5, фио, ФИО6, в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала по доводам исковых заявлений и пояснила, что они с дочерью фио занимались зоозащитной деятельностью, брали щенков на передержку, помогали искать им хозяев, из-за публикации они стали бояться, в чатах и социальных сетях ей и ее знакомым стали поступать угрозы.
Представитель истцов ФИО4, ФИО17, ФИО12, ФИО2, фио, ФИО9, ФИО3, ФИО5, фио, ФИО6, ФИО1, ФИО14, ФИО7, ФИО11 на основании доверенности и ордеров адвокат фио в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала по доводам исковых заявлений, а также пояснила, что ФИО7 является общественным инспектором общественной организации в сфере защиты животных и опасается за себя в силу своей деятельности, фио считает, что высказывание фио – это скрытый экстремистский призыв и призыв к действию, статус налагает на него дополнительную ответственность, фио видит в высказываниях подрыв конституционного строя, т.к. они порождают недоверие к государству, создают угрозу и ощущение отсутствия безопасности, она содержит несколько спасенных животных и была вынуждена установить камеры, ФИО2 ощущает непосредственную угрозу себе и семье, т.к. они помогают животным.
Истцы фио, ФИО2, ФИО17, ФИО5, ФИО7, фио, фио, ФИО13, фио в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, обеспечили явку представителей.
Ответчик ФИО15, будучи извещенным надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, об отложении разбирательства не заявлял.
Представитель третьего лица ООО «Интариа» (учредитель и редакция сетевого издания «ABZATZ») на основании доверенности фио в судебное заседание явился, представил письменный отзыв, просил отказать в удовлетворении требований об обязании принести извинения, вопрос о взыскании компенсации морального вреда оставил на усмотрение суда.
Суд, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся соистцов и ответчика.
Выслушав явившихся лиц, опросив свидетелей, изучив материалы дела, дав оценку представленным доказательствам, суд приходит к следующему.
В силу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется в числе прочего путем компенсации морального вреда.
В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Как разъяснено в п.п. 1, 2, 12, 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).
Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
2. Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного в случае разглашения вопреки воле усыновителей охраняемой законом тайны усыновления (пункт 1 статьи 139 Семейного кодекса Российской Федерации); компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями; компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1, 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, далее - КоАП РФ).
12. Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
18. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
Как следует из материалов дела и установлено в ходе разбирательства, 20.03.2025 года на сайте сетевого издания «ABZATZ» была размещена публикация под названием «Готов сжечь собачников», в которой приведена цитата высказывания депутата Государственной Думы Российской Федерации ФИО15: «Я не люблю людей, которые любят собак и не любят детей. Когда собаки разрывают детей, им это доставляет удовольствие. А если им это доставляет удовольствие, то их за людей считать нельзя. Я уже всем сказал, что меня избирали депутатом люди и я буду защищать людей. Общество доверило мне это положение и звание. Вот когда меня будут избирать собаки, буду защищать собак. Но сегодня я буду защищать людей всеми мерами - и от собак, и от фашистов, и от кого угодно. Большинство зоозащитников печётся только о собаках, но почему-то не думает о коровах, овцах, свиньях или быках. Множество домашних животных убивают чуть ли не каждый день, причём не очень гуманными способами, но это мало освещается в обществе. Миллионы животных страдают, но почему-то люди защищают только собак, которые раздирают людей. В регионах ведь ужасная статистика. В Ставрополе девятилетнюю девочку разорвали в клочья. Да я за одного разорванного ребёнка готов всех собачников облить бензином и сжечь».
Как указывают истцы, они восприняли высказывание ответчика в отношении себя лично и как призыв к насилию, после выхода статьи они заметили увеличение агрессии со стороны посторонних лиц в связи с наличием у них домашних животных или осуществлением зоозащитной деятельности, что привело к сильным переживаниям, ухудшению состояния здоровья.
04.05.2025 года Центр по противодействию экстремизму ГУ МВД России по адрес в ответ на обращение ФИО4 сообщил, что привлечение к уголовной или административной ответственности депутата Государственной Думы Российской Федерации регламентировано в числе прочего ст.ст. 19, 20 Федерального закон от 08.05.1994 N 3-ФЗ «О статусе сенатора Российской Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (неприкосновенность депутата Государственной Думы, порядок получения согласия на лишение депутата Государственной Думы неприкосновенности).
ФИО4 обращалась в ГСУ СК России по адрес, Генеральную прокуратуру Российской Федерации, однако уголовное дело в отношении фио не было возбуждено в связи с неприкосновенностью депутата Государственной Думы Российской Федерации. Также истец обращалась в Государственную Думу Российской Федерации, на что получила ответ от 31.03.2025 года о том, что ее мнение принято к сведению.
02.08.2025 года ОМВД по адрес было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по обращению ФИО7 в отношении депутата Государственной Думы Российской Федерации ФИО15
Опрошенный в качестве свидетеля фио пояснил, что публикация вызвала негативную реакцию у участников СВО; когда он выгуливал собак, на него напал мужчина с ножом и выкрикивал проукраинские лозунги; он лично знаком с ФИО4, эмоциональное состояние которой после публикации сильно ухудшилось.
Опрошенная в качестве свидетеля фио пояснила, что лично знакома с ФИО4, ФИО6, ФИО3, ФИО8, публикацию они восприняли как личную угрозу и как призыв убивать, люди стали боятся выходить на улицу с животными, стали страдать бессонницей.
Опрошенная в качестве свидетеля фио пояснила, что знакома с истцами, состоит с ними в зоозащитных чатах; после публикации в чатах им стали поступать угрозы, истцы переживали; в ноябре 2025 года ее близкий человек, гуляя с собакой, подвергся нападению со стороны соседки, страдающей шизофренией; также от других собачников она слышала про случаи нападения на них; учащение случаев агрессии она связывает со статьей.
Суд не может согласиться с доводами истцов, поскольку из текста статьи не усматривается, что высказывание ответчика не касалось кого-либо из них, истцы в статье не упомянуты, угрозы в отношении истцов не высказывались, тогда как вышеприведенная статья посвящена полемике относительно принятия закона об умерщвлении бездомных собак в связи с участившимися случаями нападения на людей и мнения ответчика относительно сложившейся ситуации.
Доводы истцов о том, что в действиях ответчика содержатся признаки уголовных и административных правонарушений, о безрезультатности обращений о возбуждении уголовного дела, не могут быть приняты, поскольку в рамках гражданского судопроизводства не может быть установлена вина в совершении преступления или административного правонарушения.
Перечень публикаций о происшествиях с владельцами животных также как и совершение какими-либо лицами противоправных деяний в отношении иных лиц, поступление в социальных сетях угроз от лиц, не являющихся участниками разбирательства, не свидетельствует о причинении истцам морального вреда именно ответчиком.
Наличие причинно-следственной связи между состоянием здоровья ФИО4, ФИО5 и публикацией из медицинских документов не следует.
Представленное ФИО6 листка с угрозами не отвечает требованиям относимости и допустимости, поскольку невозможно достоверно установить при каких обстоятельствах, когда и где листок был размещен.
Суд также учитывает, что согласно ч. 3 ст. 29 Конституции Российской Федерации никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. Извинение как способ судебной защиты Гражданским кодексом Российской Федерации и другими нормами законодательства не предусмотрено, поэтому суд не вправе обязывать ответчика принести истцам извинения в той или иной форме.
Учитывая приведенное, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО17 фио, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 Ветур фио, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 к ФИО15 о взыскании компенсации морального вреда, обязании извиниться отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд через Тушинский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 05 февраля 2026 года.
Судья Е.И. Шибаева