Дело №2-269/2024
УИД 78RS0006-01-2023-005930-38 19 декабря 2024 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Кировский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Малининой Н.А.,
с участием помощника прокурора Морозова Д.В.
при секретаре Гавриловой И.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, применении последствий недействительности сделки, по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о выселении, признании добросовестным приобретателем,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, применении последствий недействительности сделки.
В обоснование заявленных требований истец указал, что 1 августа 2008 года между ним и ответчиком заключён договор купли-продажи квартиры, по условиям которого ФИО1 передал в собственность ответчика квартиру по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, а ответчик принял указанное жилое помещение и уплатил за него денежные средства в размере 6 800 000 рублей.
Данный договор истец считает ничтожной сделкой в соответствии со статьями 168-179 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Так, в пятницу 21 июля в 18 часов истцу поступил звонок от ФИО10, представившейся куратором оперативной работы, с информацией о том, что со счёта истца в Банке «Санкт-Петербург» от его имени сняты почти все деньги для перевода в Халык банк в <адрес> на имя ФИО11
Когда истец попытался зайти в свой личный кабинет банка, он оказался недоступен. Якобы эти средства пока не могут достичь своего назначения, чтоб перевод был осуществлён, должны быть выполнены определённые действия с участием истца. К этому моменту у истца создалось полное представление, что с его счёта действительно ушли деньги.
Также по этому поводу с истцом по телефон разговаривал ФИО12, представившаяся старшим следователем из Москвы, ФИО13, представившийся старшим специалистом финансового мониторинга ЦБ России, ФИО2, представившаяся юристом департамента Центробанка.
Истцу было сообщено, что, по всей видимости, кто-то из работников банка, имеющий доступ к данным клиентов, способствовал составлению генеральной доверенности от имени истца, и, чтоб выявить злоумышленников, должны быть совершены определённые действия: на счёт истца в банке «Санкт-Петербург» Центробанком будут переведены средства, которые истец должен будет снять со счёта наличными и через банкомат «Совкомбанка» перевести на несколько других счетов. Истец был предупреждён, что в связи с проводимой операцией он не имеет права разглашать о ней и всей ситуации никому, в том числе родным и местным органам полиции из-за возможного срыва операции, под угрозой штрафов и даже уголовной ответственности.
Для соблюдения секретности для всех участников «операции» было условлено кодовое слово «персик». Спустя какое-то время истцу удалось войти в личный кабинет и убедиться, что оговорённые ФИО5 деньги имеются у него на счету. При посещении банка истец должен был наблюдать за его сотрудниками, отмечая всё подозрительное и на вопросы на счёт целей снятия средств отвечать по легенде, что истец собирается вкладываться в недвижимость. Подключившийся 22 числа в субботу к действиям ФИО14, представившийся майором внутренней службы управления ФСБ, сказал, что будет осуществлено подключение к камерам отделения банка и попросил описать как истец будет одет. В ходе последующих действий у истца создалось впечатление о реальности наблюдения: ФИО8 сказал про поведение истца (также это относилось и к дальнейшим действиям в депозитарии на улице Восстания, дом 6), что истец внешне безэмоционален.
Утром в субботу в отделении банка (проспект Стачек, дом 47) истец снял часть суммы, так как ему заявили, что большую сумму они выдают по предварительному требованию. Оставшаяся сумма была заказана на понедельник 24 числа.
Полученные деньги истец отнёс в Совкомбанк (проспект Стачек, дом 88), где через банкомат перевёл их на счета, продиктованные ФИО5. Все действия истца осуществлялись, не прерывая с ним телефонной связи, при том, что истец не должен был показывать этого работникам банка «Санкт-Петербург». В тот же день ФИО5 убедил истца попытаться снять оставшуюся сумму в другом филиале (Ленинский проспект, дом 125). Там, однако, истцу было сказано о том, что он может получить лишь 100 000 рублей через банкомат по карте, так как сегодня уже снимал деньги по другому адресу. Банковскую карту после получения денег истец забыл вынуть из банкомата, она была возвращена истцу в понедельник после телефонного звонка из этого отделения банка. Эти деньги также были отправлены на некоторый счёт в Совкомбанке.
В понедельник 24 числа истец забрал оставшуюся сумму в филиале на Стачек, 47, и также перевёл их через банкомат Совкомбанка на разные счета. Истца похвалили за проделанную работу и сказали, что его счёта в Банке «Санкт-Петербург» будут восстановлены, но сначала надо проверить, не фигурировала ли в каких-либо документах по МФЦ принадлежащая ему квартира по вышеуказанному адресу, так как генеральная доверенность делала возможным совершать с нею какие-то действия.
Спустя какое-то время (24, 25) ФИО15, представившийся сотрудником Федеральной Службы судебных приставов, сообщил истцу, что его квартира продана гражданину Казахстана, и так как он не российский подданный, срок регистрации сделки – месяц, то есть до 25 августа, и чтоб сорвать эту сделку, истцу необходимо осуществить продажу своей квартиры, в связи с чем у неё сменится кадастровый номер. В подтверждение своих слов ФИО6 переслал истцу фотографию документа, подтверждающего оговорённую сделку от директора МФЦ, которую тот сделал для ФИО6 в силу их знакомства, незаконно, согласно словам ФИО6. После чего ФИО6 попросил удалить эту фотографию из чата. После продажи и получения стоимости в наличных деньгах, деньги будут доставлены в ЦБ России, деньги будут возвращены покупателю, а суд признает сделку фиктивной, и истец будет восстановлен как владелец квартиры.
В соответствии со сказанным, во вторник (может, и понедельника) ФИО6 надиктовала истцу названия и телефонные номера агентств недвижимости. 26 июля выбор был оставлен на компании «Развитие» (риелтор Оксана) в связи с коротким сроком реализации сделки. Все действия истца, переговоры с представителями агентств и риелторами, были подотчётны ФИО6, постоянно контролирующим процесс и заставляющим истца форсировать его. В связи с тем, что ФИО6 «отбыл в командировку в Саратов» с 27 июля по 1 августа его подменял ФИО16. Оксане были отправлены фото всех документов, необходимых для сделки и заказана выписка из ЕГРН. 27 июля приходил осматривать квартиру инвестор Сергей (ФИО4). Оксана ознакомила с условиями заключения сделки, предложив закладку суммы на депозит нотариуса, но ФИО6 (ФИО7, ФИО8) настоял (через истца, естественно) на варианте получения истцом наличных через банк (здесь это получилось через ячейку депозитария, на чём истец терял 1% от сделки и оплате ячейки). ФИО8 заинтересовался личностью ФИО4 и попросил узнать его телефон с целью возможного прослушивания его разговоров. 28 числа истец передал номер ответчика Акроповичу. Через день он прислал истцу прослушать «его» телефонный разговор, в котором шла речь и об истце, в котором Сергей выражал свои сомнения по поводу истца как покупателя: «что-то этот дизайнер темнит, не связался ли он с фсбэшниками – может напустить на него мусоров?». После того, как истец прослушал запись, ФИО8 удалил её из чата.
1 августа состоялась сделка купли-продажи. В 11 часов утра истец встретился с Оксаной и Сергеем в депозитарии на улице Восстания, дом 6. Истцом была написана расписка в получении денег, проверены документы, оплачены услуги депозитария, и деньги, и расписка заложены в ячейку. Истец получил для ознакомления черновик договора и поехали в нотариальную контору на Московской, 73 (нотариус Шакун). И Оксана, и Сергей неоднократно спрашивали истца, не совершает ли он сделку по принуждению или следуя указаниям по телефону.
В 13 часов все были у нотариуса. Договор был зачитан и после подписан. Договор и прочие документы были сфотографированы для ФИО7 и ФИО8. ФИО8 сообщил истцу, что документы отправлены им на проверку юристам.
На Госуслугах истцом была оставлена заявка на приглашение на снятие с регистрационного учёта – получил на 4 число, а также получена справка об отсутствии задолженности по коммунальным платежам. Сделка была зарегистрирована 3 числа.
3 августа ФИО8 прислал истцу приглашение для дачи объяснений на 11 августа в следственный отдел УФСБ на Литейном, 4, но в связи с тем, что ему не удалось получить какой-то документ из банка, впоследствии встреча была перенесена на понедельник (14 число).
В понедельник 7 числа была получена форма №9, 8 числа, после того, как Сергеем была осмотрена квартира истца, и после визита к нотариусу, где был составлен и подписан акт приёма-передачи и договор найма жилого помещения на две недели, истец также заполнил предложенный ему опросник о том, что он действует не по принуждению и по своей воле, все приехали на Восстания, 6 и распечатали ячейку. Получив деньги, по предварительному указанию ФИО6 (ФИО8?) истец приехал домой и отзвонился Акроповичу, ему же были отправлены фото вновь подписанных документов, им же истцу было сказано, что по регламенту сам истец не может отвезти деньги в отделение Центробанка, что к нему подъедет курьер, которого он должен опознать по описанию (одежа, очки), которому по кодовому слову истец должен отдать деньги в коробке и пакете, по которым не должно возникать впечатление, что в них деньги.
Через час с лишним истцу позвонили, сообщили, что курьер подъехал. Встреча произошла не у самого дома, как было обговорено изначально, а на дорожке за кустами, в месте, не просматриваемом камерами домофонов. Курьер передал истцу «документы» от Банка России про «остаток по сейфовой ячейке» и квитанцию о страховании квартиры истца, которое оговорил ФИО6.
Через некоторое время истцу позвонили и ФИО6 и ФИО8 по поводу того, что деньги благополучно доставлены и пересчитываются. Истцом была уточнена сумма, находящаяся в пакете. Поскольку истец постоянно сомневался в честности этих людей, несколько звонков от них после получения денег обнадёжили истца в том, что они действительно те, за кого себя выдают.
11 августа истец получил от ФИО6 смс, что постановление суда готово и в понедельник прокуратура едет к покупателям с постановлением и деньгами, которые передал истец.
14 августа в понедельник был звонок от ФИО8, в котором он просил купить и активировать сим-карту, на номер которой были отправлены коды, которые истец должен был ему подтвердить, и сделан звонок для того, как он сказал, чтобы определить, не было ли прослушки на телефоне истца. После чего он попросил уничтожить эту сим-карту и сопровождающий пакет и прислать фото, подтверждающие эти действия. Также он написал истцу, что предупредить его за час-полтора, когда ему следует явиться в управление. Больше ни он, ни ФИО6 на связь не выходили.
Таким образом, истец заключил договор купли-продажи квартиры путём введения его в заблуждение.
Договор купли-продажи от 1 августа 2023 года нарушает права и законные интересы истца, в том числе повлекли неблагоприятные для него последствия, а именно истец лишился единственного жилья – квартиры по вышеуказанному адресу.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО1 просил признать недействительным договор купли-продажи жилого помещения от 1 августа 2023 года, заключённый между ним и ФИО4, признать недействительной запись в ЕГРЕН на имя ФИО4, применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО1 РО. жилого помещения в состоянии, отражённом в передаточном акте от 8 августа 2023 года.
04 октября 2023 года ответчик ФИО4 заменен на надлежащего ФИО3
ФИО3 обратился в суд с встречным иском к ФИО1 о выселении, о признании добросовестным приобретателем.
В обоснование встречных требований ФИО3 указал, что 1 августа 2023 года между ним и ФИО1 заключён договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, по цене 6 800 рублей.
Во исполнение условий договора государственная регистрация права собственности ФИО3 на квартиру по вышеуказанному адресу произведена 3 августа 2023 года, после чего квартира передана по акту приёма-передачи 8 августа 2023 года.
По инициативе ФИО1 между ним и ФИО3 8 августа 2023 года заключён договора найма жилого помещения, в соответствии с условиями которого во временное пользование для проживания ФИО1 передана квартира по спорному адресу на период до 22 августа 2023 года (включительно) на льготных условиях – с оплатой за пользование жилым помещением в размере оплаты коммунальных услуг за период пользования квартирой до окончания срока договора найма. Во исполнение условий договора найма квартира передана ФИО1 по акту приёма-передачи жилого помещения и имущества 8 августа 2023 года.
По истечении срока, указанного в договоре найма, ФИО1 перестал выходит на связь с ФИО3, отказался покинуть предоставленную ему в пользование квартиру и передать законному собственнику. Своими действиями ФИО1 препятствует доступу в квартиру собственнику и его уполномоченным представителям, ограничивает правомочия законного собственника по владению и пользованию принадлежащим ему имуществом в соответствии со статьёй 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, лишает ФИО3 возможности поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии и не допускать бесхозяйственного обращения с ним, а также нарушает конституционное право ФИО3 на неприкосновенность жилища в соответствии со статьёй 35 Конституции Российской Федерации.
С августа 2023 года и по настоящее время ФИО1 продолжает незаконно проживать в квартире в отсутствие законных оснований, а именно он не зарегистрирован по месту жительства/месту пребывания в квартире, право собственности на квартиру зарегистрировано за ФИО3, срок пользования квартирой на основании договора найма истёк, дополнительное соглашение о его продлении не заключалось.
ФИО3 неоднократно обращался к ФИО1 с требованием об освобождении незаконно занимаемой квартиры. 19 сентября 2023 года от имени ФИО3 в адрес ФИО1 направлено письменное требование об освобождении незаконно занимаемой недвижимости. ФИО3 предупредил ФИО1, что в случае невыполнения им требования об освобождении квартиры он будет вынужден обратиться в правоохранительные органы и в суд с иском о выселении.
Поскольку требование ФИО3 об освобождении занимаемой квартиры ФИО1 добровольно не удовлетворено, оставлено без ответа, квартира не освобождена, ФИО3 вынужден был обратиться в правоохранительные органы с заявлением.
ФИО3 является добросовестным приобретателем квартиры. ФИО3 по возмездной сделке приобрёл у ФИО9 квартиру по цене в размере 6 800 000 рублей. Квартира передана по акту приёма-передачи 8 августа 2023 года. ФИО3 полностью произвёл оплату цены квартиры по договору в следующем порядке: часть цены квартиры в размере 228 000 рублей передана ФИО1 наличными средствами до подписания договора купли-продажи 1 августа 2023 года, что подтверждается пунктом 3.2.1 договора, а также распиской ФИО1, написанной собственноручно 1 августа 2023 года; часть цены квартиры в размере 6 572 000 рублей передана ответчику наличными средствами посредством использования совместно арендуемого сейфа № по договору № проката индивидуального сейфа от 1 августа 2023 года, что подтверждается соответствующим договором от указанной даты, а также распиской ФИО1, написанной собственноручно 3 августа 2023 года.
Полный и окончательный расчёт по договору купли-продажи, а также отсутствие каких-либо финансовых или иных претензий по договору купли-продажи у ФИО1 к ФИО3 подтверждается соответствующим заявлением ФИО1, подлинность и подписи на котором засвидетельствована 8 августа 2023 года ФИО17, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО18
Исполнение ФИО3 всех обязательств по договору купли-продажи также подтверждается самим ФИО1 в иске.
О добросовестности ФИО3 при приобретении квартиры говорит его ознакомление со всеми правоустанавливающими документами ФИО1 на квартиру, выяснение обстоятельств и оснований возникновения права собственности ФИО1 на квартиру, ФИО3 убедился, что квартира стоит на кадастровом учёте, что в отношении квартиры отсутствовали обременения/ограничения, в том числе на совершение регистрационных действий, ФИО1 являлся собственником, согласно правоустанавливающим документам и выписке из ЕГРН.
ФИО3 произвёл анализ рыночной стоимости квартиры и непосредственный осмотр квартиры вместе с ФИО1 до заключения договора 27 июня 2023 года. В рамках подготовки к сделке и в процессе согласования условий договора взаимодействие с ФИО1 осуществлялось через его агента, сопровождавшего сделку и обеспечивающего интересы ФИО1 В процессе переговоров ФИО3 неоднократно поднимал вопрос о намерении ФИО1 произвести отчуждение квартиры, чтоб убедиться в его желании осуществить продажу квартиры. Также ФИО3 за собственный счёт обратился к нотариусу для нотариального удостоверения договора с целью дополнительной проверки законности сделки, а также установления нотариусом наличия у каждой из сторон прав и воли на её совершение.
Таким образом, ФИО3 проявил всю разумную осмотрительность и добросовестность при заключении и исполнении договора, ожидаемую в гражданском обороте от его участника в сравнимых обстоятельствах. В связи с чем ФИО3 должен быть признан добросовестным приобретателем квартиры, а сделка – отвечающей всем признакам действительной сделки.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований, ФИО3 просил выселить ФИО1 из квартиры по адресу: <адрес>, являющейся собственностью ФИО3, признать ФИО3 добросовестным приобретателем квартиры по указанному адресу.
Истец, его представитель ФИО19 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, возражали против удовлетворения встречного искового заявления.
Представитель ответчика ФИО20 в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения исковых требований, поддержала встречные исковые требования.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, оценив представленные и добытые доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьёй 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434) (абзац первый статьи 550 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.
Из материалов дела следует, что 1 августа 2023 года между ФИО1 и ФИО3 заключён договор купли-продажи, по условиям которого ФИО1 обязался передать в собственность ФИО3 квартиру по адресу: <адрес>, а ФИО3 – принять квартиру в собственность и оплатить за неё денежную сумму, определённую договором, а именно 6 800 000 рублей.
Из материалов дела следует также, что ФИО3 полностью произвёл оплату цены квартиры по договору в следующем порядке: часть цены квартиры в размере 228 000 рублей передана им ФИО1 наличными средствами до подписания договора купли-продажи 1 августа 2023 года, что подтверждается пунктом 3.2.1 договора, а также собственноручно написанной распиской ФИО1 от 1 августа 2023 года; часть цены квартиры в размере 6 572 000 рублей передана ФИО1 наличными средствами посредством использования совместно арендуемого сейфа № по договору № проката индивидуального сейфа от 1 августа 2023 года, что подтверждается соответствующим договором от указанной даты, а также собственноручно написанной распиской ФИО1 от 3 августа 2023 года.
Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру по спорному адресу к ФИО3 произведена в установленном законом порядке 3 августа 2023 года.
8 августа 2023 года сторонами подписан акт приёма-передачи квартиры по спорному адресу, согласно содержанию которого, ФИО1 передал ФИО3 квартиру по данному адресу, ФИО3 – осмотрел квартиру, не имея претензий к её качеству, принял её.
В ходе судебного разбирательства установлено, что по инициативе ФИО1 между ним и ФИО3 8 августа 2023 года заключён договор найма жилого помещения, в соответствии с условиями которого во временное пользование для проживания ФИО1 передана квартира по спорному адресу на период до 22 августа 2023 года (включительно) на льготных условиях – с оплатой за пользование жилым помещением в размере оплаты коммунальных услуг за период пользования квартирой до окончания срока договора найма.
Во исполнение условий договора найма квартира по спорному адресу передана ФИО1 по акту приёма-передачи жилого помещения и имущества 8 августа 2023 года.
Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 указал, что вышеуказанный договор купли-продажи квартиры от 1 августа 2023 года заключён им под влиянием заблуждения, в которое его ввели неустановленные лица, совершившие в отношение него мошеннические действия. В ходе судебного разбирательства сторона ФИО1 ссылалась также на то обстоятельство, что договор купли-продажи заключён им в том состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Согласно пункту 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В подтверждение заявленных требований ФИО1 предоставлено постановление от 15 августа 2023 о признании потерпевшим года по уголовному делу №12301400005002, согласно которому, неустановленные лица в период с 21 июля 2023 года по 8 августа 2023 года, находясь в неустановленном месте, под предлогом предотвращения мошеннических действий, путём обмана ФИО1, совершили хищение принадлежащих ему денежных средств на общую сумму 8 035 000 рублей, что является особо крупным размером, тем самым причинив последнему значительный ущерб на вышеуказанную сумму.
Определением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 2 мая 2024 года по делу назначено проведение амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы.
Согласно положениям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.
Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.
Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.
Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.
<данные изъяты>
В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения экспертов от 11 июня 2024 года, приходя к выводу о том, что оно в полном объёме отвечают требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела и медицинских документов ФИО1, обследования самого ФИО1, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности и не заинтересованы в исходе дела.
Надлежащими доказательствами заключение экспертов ФИО3 не оспорено.
Суд считает возможным отметить, что для принятия законного решения необходимо, чтобы в основу такого решения были положены соответствующие доказательства, которым дана надлежащая оценка, включающая в себя определение относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Относимостью доказательств является то положение, в соответствии с которым суд должен допускать и исследовать только те доказательства, которые относятся к данному делу, то есть могут подтвердить или опровергнуть те обстоятельства дела, на которые ссылаются стороны и другие лица, участвующие в деле. Достоверность доказательств означает, что сведения, которые подтверждаются данными доказательствами, соответствуют действительности; достаточность доказательств свидетельствует о том, что на их основании можно сделать однозначный вывод о доказанности определенных обстоятельств.
При оценке доказательств суд должен объективно проанализировать все исследованные доказательства, сопоставив их, и на основании внутреннего убеждения сделать вывод.
Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что, заключая договор купли-продажи квартиры с ФИО3, ФИО1 действовал под влиянием заблуждения со стороны неустановленных лиц, и на момент заключения такого договора имела место нарушенная способность понимать значение ФИО1 своих действий и руководить им, что было обусловлено особенностями сложившейся ситуации, его индивидуально-психологическими особенностями и эмоциональным состоянием.
Доказательств, которые могли бы с достоверностью свидетельствовать об обратном, стороной ответчика в нарушение требований части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, судом не добыто.
Таким образом, правовые основания для отказа в удовлетворении заявленных ФИО1 требований у суда не имеется, иск подлежит удовлетворению, договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, от 1 августа 2023 года, заключённый между ним и ФИО3, – признанию недействительным.
Возражая против удовлетворения заявленных ФИО1 требований, обосновывая встречный иск, ФИО3 ссылался на то, что является добросовестным приобретателем, совершившим все зависящие от него действия, проявив должные внимательность и осмотрительность при совершении оспариваемой ФИО1 сделки.
Данные доводы ФИО3 и представленные им доказательства в их подтверждение не ставятся под сомнение судом.
Вместе с тем, учитывая выводы вышеуказанного заключения экспертов, установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства дела, исходя из положений пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих право истребования имущества от добросовестного приобретателя в случае выбытия имущества из владения собственника помимо его воли, с учётом требований пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО1 о применении последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО3 на квартиру по адресу: <адрес>, признании права собственности на квартиру по указанному адресу за ФИО1, с взысканием с ФИО1 в пользу ФИО3 уплаченные последним в счёт оплаты цены договора денежные средства в размере 6 800 000 рублей.
При этом суд учитывает, что в ходе судебного разбирательства нашёл своё достоверное подтверждение факт исполнения ФИО3 обязательств по оплате цены договора кули-продажи квартиры от 1 августа 2023 года в полном объёме, и данный факт не оспаривался ФИО1
Суд считает возможным указать и на то, что в случае установления виновного в совершении мошеннических действий в отношении ФИО1, он не лишён права обратиться к такому лицу с регрессными требованиями.
Учитывая выводы суда о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 1 августа 2023 года, о прекращении права собственности ФИО3 на квартиру по спорному адресу и признании такого права за ФИО1, встречные требования ФИО3, не подлежат удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 удовлетворить.
Признать недействительным договор купли-продажи от 01 августа 2023 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3 о продаже квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
Применить последствия недействительности сделки.
Прекратить право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>.
Признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения <адрес>, паспорт №, выданный 28 отделом милиции Центрального района Санкт-Петербурга 10 апреля 2004 года право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Взыскать с ФИО1 (паспорт №) в пользу ФИО3 (паспорт №) денежные средства, выплаченные по договору купли-продажи квартиры по адресу: <адрес> в размере 6 800 000 рублей.
В удовлетворении встречного искового заявления ФИО3 – отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья Н.А. Малинина
Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 31.01.2025