Решение по делу № 2-260/2025 от 16.05.2025 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Дело № 2-260/2025 16 мая 2025 года город Котлас

29RS0008-01-2024-005931-06

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Дружининой Ю.В.

при секретаре Антуфьевой Э.С.,

с участием прокурора Шарубина Д.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Фабрика Окон», ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Фабрика Окон» (далее – ООО «Фабрика окон») о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование требований указал, что 11 июля 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием двух транспортных средств: автомобиля ГАЗ <***>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 и принадлежащего обществу с ограниченной ответственностью «Фабрика окон» (далее – ООО «Фабрика окон»), и автомобиля КАМАЗ 55102, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6 и принадлежащего ему на праве собственности.

В результате ДТП транспортному средству истца были причинены механические повреждения. В связи с повреждением автомобиля истец обратился в страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах»), которое произвело ФИО6 выплату страхового возмещения в сумме 400 000 рублей. Согласно проведенной по инициативе истца экспертизе стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства с учетом годных остатков составляет 903 000 рублей.

Кроме этого указал, что в результате ДТП истец получил телесные повреждения, расценивающиеся как средней тяжести вред здоровью. ФИО6 длительное время находился на больничном, принимал медикаментозные препараты. Из-за полученных травм, боли, истец испытал страх за свою жизнь и здоровье, долгое время находился в шоковом состоянии, что выражалось в нарушении сна, тревоге. Также истец испытывал переживания из-за травм кожных покровов, уродующих его лицо и конечности. Поскольку истец длительное время находился на лечении в стационаре, то он был лишен возможности общаться с родными, что также вызывало тревогу и стресс. В связи с причиненным вредом здоровью ФИО6 лишен возможности полноценно трудиться, что существенно снизило доход и материальное благополучие семьи истца. Все эти факторы и по сегодняшний день доставляют истцу физические и нравственные страдания.

Полагает, что ООО «Фабрика Окон» является причинителем вреда, поскольку ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком и в момент ДТП выполнял свои трудовые обязанности. Просит суд взыскать с ответчика ущерб в размере 503 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы за составление заключения специалиста в размере 15 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей, государственную пошлину.

В ходе рассмотрения дела определением суда (в протокольной форме) к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО7, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, публичное акционерное общество «Лизинговая компания «Европлан» (далее – ПАО «ЛК «Европлан»).

Истец ФИО6 и его представитель ФИО8 в судебном заседании требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении и письменной позиции. Истец ранее указывал, что до ДТП официально трудоустроен не был, индивидуальным предпринимателем (далее – ИП) не являлся, подрабатывал самостоятельно на автомобиле КАМАЗ. Пояснил, что в настоящее время оформил ИП, нанял людей. Указал, что ему сложно управлять автомобилем, также имеются затруднения с ведением домашних дел.

Представитель ответчика ООО «Фабрика Окон» ФИО9 в судебном заседании исковые требования не признал, поскольку ООО «Фабрика Окон» является ненадлежащим ответчиком по делу, так как законным владельцем транспортного средства на момент ДТП являлся ФИО1 Трудовые отношения с ФИО1 у ответчика отсутствуют, однако, ФИО1 действовал по поручению и в интересах ООО «Фабрика Окон», а также иных лиц. Указал, что заявлять ходатайство о назначении экспертизы по стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца сторона ответчика не будет.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно, надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представители третьих лиц СПАО «Ингосстрах», ПАО «ЛК «Европлан» в судебное заседание не явились, извещены своевременно и надлежащим образом.

Суд на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) определил рассматривать дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив исковое заявление, выслушав явившихся лиц, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

При распределении бремени доказывания по делу с учетом специфики предмета доказывания по спорам, вытекающим из обязательств причинения вреда на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, конкретных действий (бездействия) ответчика и причинно-следственной связи между подобными действиями (бездействием) и наступившими негативными последствиями. При этом обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит именно на стороне ответчика.

Таким образом, применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием, законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда его имуществу и размера убытков.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По смыслу указанных норм, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Судом установлено и это следует из материалов дела, что собственником автомобиля КАМАЗ 55102, государственный регистрационный знак №, является ФИО6

ООО «Фабрика Окон» на основании договора лизинга № № от 7 сентября 2022 года, заключенного с ПАО «ЛК «Европлан», является владельцем транспортного средства <***>, государственный регистрационный знак №.

11 июля 2024 года в период времени с 13 часов 00 минут до 14 часов 00 минут на 283-м километре автодороги «Холмогоры-Котлас» на территории Котласского муниципального округа Архангельской области, ФИО1., управляя грузовым автомобилем <***>, государственный регистрационный знак №, во время движения допустил выезд управляемого автомобиля на сторону встречного движения указанной автодороги и столкновение с двигавшимся во встречном направлении грузовым автомобилем КАМАЗ 55102, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6

Своими действиями водитель ФИО1 грубо нарушил требования п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 8.1, 9.1, 9.10, 10.1, 10.3, 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ).

В результате ДТП указанные транспортные средства получили механические повреждения.

Водитель ФИО1 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте ДТП, пассажиру автомобиля ФИО5 также причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть на месте происшествия.

Водитель ФИО6 получил телесные повреждения, расценивающиеся как средней тяжести вред здоровью.

Постановлением старшего следователя СО МО МВД России «Котласский» установлено, что в действиях водителя автомобиля <***>, государственный регистрационный знак №, ФИО1 усматривается состав преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 было отказано по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ( в связи со смертью ФИО1).

Сведений о нарушении водителем транспортного средства КАМАЗ 55102, государственный регистрационный знак №, ПДД РФ в материалах дела не имеется.

Таким образом, судом установлено, что лицом, виновным в ДТП, являлся ФИО1

Наследником ФИО1 является его *** - ФИО7, которой выданы свидетельства о праве на наследство по закону.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд приходит к следующему.

На основании п. 2 ст. 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

На основании абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

Согласно положениям п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Истец в обоснование заявленных требований указывает, что ответственным за возмещение ущерба является ООО «Фабрика Окон», как собственник спорного транспортного средства и работодатель ФИО1

Сторона ответчика отрицает факт владения в момент ДТП автомобилем транспортного средства <***>, государственный регистрационный знак №, а также наличие трудовых отношений с ФИО1

Как указывалось ранее, собственником транспортного средства <***>, государственный регистрационный знак №, на момент ДТП являлось ООО «Фабрика Окон».

Риск гражданской ответственности при использовании указанного автомобиля застрахован в СПАО «Ингосстрах».

Согласно страховому полису договор заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенного к управлению транспортным средством.

Вред при использовании транспортного средства был причинен водителем ФИО1

Ответчиком ООО «Фабрика Окон» представлена в суд копия договора аренды транспортного средства без экипажа от 8 января 2024 года, заключенного между ФИО1 и ООО «Фабрика Окон», по условиям которого арендодатель предоставляет арендатору за плату во временное владение и пользование транспортное средство <***>, государственный регистрационный знак №, сроком по 31 декабря 2025 года включительно.

В связи со спором относительно подписания ФИО1 договора аренды транспортного средства без экипажа от 8 января 2024 года, судом по инициативе ответчика ФИО7 была назначена почерковедческая экспертиза, производство которой поручено ИП ФИО2

Согласно заключению эксперта ИП ФИО2 № № от 7 апреля 2025 года, подписи от имени ФИО1, изображение которых имеются в копии договора аренды транспортного средства без экипажа от 8 января 2024 года, заключенного между ООО «Фабрика Окон» и ФИО1, а также в копии акта приема-передачи к указанному договору, выполнены не самим ФИО1, а другим лицом.

Оценив заключение судебной экспертизы по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд данное экспертное заключение принимает в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку оно выполнено при строгом соответствии требованиям закона, предъявляемым к такого рода заключениям, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», не противоречит совокупности собранных по делу доказательств. Судебный эксперт имеет соответствующую квалификацию, выводы экспертизы мотивированы, содержат описание исследованных объектов, заключение обосновано ссылками на специальную литературу, приведена фототаблица, подтверждающая выводы эксперта, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 УК РФ.

В ходе рассмотрения дела стороной ответчика доказательств в опровержение указанных выводов в соответствии с требованиями ст.ст. 12, 56 ГПК РФ не представлено.

Согласно ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу ст. 643 ГК РФ договор аренды транспортного средства без экипажа должен быть заключен в письменной форме независимо от его срока. К такому договору не применяются правила о регистрации договоров аренды, предусмотренные пунктом 2 статьи 609 настоящего Кодекса.

Таким образом, судом не принимается в качестве надлежащего доказательства копия договора аренды транспортного средства без экипажа от 8 января 2024 года, поскольку указанный договор судом признается незаключенным.

Ответчик ФИО7 в ходе рассмотрения дела указывала, что между ее сыном и ООО «Фабрика Окон» фактически сложились трудовые отношения, поскольку ФИО1 ежедневно с понедельника по пятницу утром уезжал на работу в ООО «Фабрика Окон», в личных целях автомобиль <***> не использовал, транспортное средство постоянно находилось на хранении по ул. .... в г. Котласе, ключ от автомобиля также находился на хранении в офисе, заработную плату сын получал наличными, все заказы выдавались работником ООО «Фабрика Окон» ФИО3

Аналогичные пояснения дал в судебном заседании свидетель ФИО4

Представитель ответчика ООО «Фабрика Окон» ФИО9 факт передачи транспортного средства <***>, государственный регистрационный знак №, ФИО1 не оспаривал, также указывал, что последний действовал по поручению и в интересах ООО «Фабрика Окон».

При таких обстоятельствах обязанность доказать обстоятельства, освобождающие собственника автомобиля от ответственности, в частности факт действительного перехода владения к другому лицу, должна быть возложена на собственника этого автомобиля, который считается владельцем, пока не доказано иное.

Таких доказательств в соответствии со ст. 56 ГПК РФ ООО «Фабрика Окон» в материалы дела не представлено.

Доказательств отсутствия трудовых отношений между ООО «Фабрика Окон» и ФИО1, отвечающих требованиям относимости и допустимости применительно к ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, ответчиком суду также не представлено.

Судом учитывается, что работник является слабой стороной в трудовом правоотношении, кроме этого ФИО1 погиб, ООО «Фабрика Окон» не опровергло доводы ФИО7 о наличии между погибшим и ответчиком трудовых отношений.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что ФИО1 на момент ДТП управлял транспортным средством по заданию ООО «Фабрика Окон», в связи с чем по смыслу ст.ст.1068, 1079 ГК РФ не может быть признан владельцем источника повышенной опасности, ответственным за возмещение ущерба.

Оформление между ООО «Фабрика Окон» и ФИО1 возникших правоотношений как трудовых либо гражданско-правовых в данном случае, при возмещении вреда третьим лицам, правового значения не имеет, поскольку судом установлено, что ФИО1 использовал транспортное средство по заданию ООО «Фабрика Окон».

ООО «Фабрика Окон» также не представлено доказательств, что ФИО1 использовал автомобиль в личных целях.

Таким образом, законность владения ООО «Фабрика Окон» транспортным средством на момент ДТП в судебном заседании не опровергнута, в связи с чем лицом, ответственным за причиненный вред, является ООО «Фабрика Окон» как законный владелец источника повышенной опасности, при использовании которого причинен вред.

Риск гражданской ответственности при использовании транспортного средства <***>, государственный регистрационный знак №, застрахован в СПАО «Ингосстрах».

В связи с повреждением своего имущества ФИО6 16 августа 2024 года обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков по договору ОСАГО.

На основании экспертного заключения от 20 августа 2024 года, выполненного обществом с ограниченной ответственностью «Биниса» по направлению страховой компании, СПАО «Ингосстрах» выплатило истцу страховое возмещение в размере 400 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № № от 2 сентября 2024 года.

По экспертному заключению ИП ФИО8 рыночная стоимость ущерба, причиненного автомобилю КАМАЗ 55102, государственный регистрационный знак №, с учетом годных остатков, с учетом округления, составляет 903 000 рублей (982000-78843,80).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, в связи с чем истец не лишен права представлять суду иные относимые и допустимые доказательства в обоснование заявленных исковых требований.

Заключение независимой технической экспертизы транспортного средства ответчиком не оспорено, доказательств, опровергающих выводы эксперта ИП ФИО8, не представлено, ходатайств об истребовании дополнительных доказательств, в том числе о назначении экспертизы ответчиком не заявлено. Следовательно, ответчик должен осознавать риск невыполнения бремени доказывания в случае несогласия с размером восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства в силу ст. 56 ГПК РФ. В связи с чем, суд принимает указанное экспертное заключение в качестве допустимого доказательства размера ущерба.

Доказательств получения транспортным средством повреждений при иных обстоятельствах ответчиком не представлено.

В соответствии с п. 15 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего (за исключением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации), может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего на станции технического обслуживания, которая выбрана потерпевшим по согласованию со страховщиком в соответствии с правилами обязательного страхования и с которой у страховщика заключен договор на организацию восстановительного ремонта (возмещение причиненного вреда в натуре); путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.

Порядок расчета страховой выплаты установлен ст. 12 Закона об ОСАГО и Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 4 марта 2021 года № 755-П.

Из приведенных норм права следует, что в тех случаях, когда страховое возмещение вреда осуществляется в форме страховой выплаты, ее размер определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене.

В то же время п. 1 ст. 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

В соответствии с положениями п. 23 ст. 12 Закона об ОСАГО с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с Законом об ОСАГО.

СПАО «Ингосстрах» выплатило истцу лимит страхового возмещения.

Таким образом с ООО «Фабрика Окон» подлежит взысканию ущерб в размере 503 000 рублей (903000 – 400000).

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующим выводам.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.

В соответствии со ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Статьей 1100 ГК РФ и абз. 1 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» (далее - Пленум ВС РФ № 1) установлено, что независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.

Абзацем 2 п. 32 Пленума ВС РФ № 1 разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 4 п. 32 Пленума ВС РФ № 1).

В силу разъяснений, изложенных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Пленум ВС РФ № 33) моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, подлежит компенсации на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 ГК РФ. Владелец источника повышенной опасности, виновный в этом взаимодействии, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в п. 1 Пленума ВС РФ № 33 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с абз. 1 п. 27 постановления Пленума ВС РФ № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

При определении суммы компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

Как следует из заключения эксперта Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № № от 18 июля 2024 года, у ФИО6 имеется повреждения характера ***.

Данные повреждения влекут за собой длительное расстройство здоровья с временным нарушением функций органов и (или) систем продолжительностью свыше 3-х недель (более 21 дня) и расцениваются как средней тяжести вред здоровью человека.

Согласно выписному эпикризу из истории болезни ГБУЗ АО «Котласская центральная городская больница имени Святителя Луки (ФИО10)» № № истец находился на стационарном лечении с 11 июля по 5 августа 2024 года. Диагноз основной: ***. Проведенное лечение: ***

Из выписного эпикриза из истории болезни № № следует, что с 25 по 30 сентября 2024 года ФИО6 находился на стационарном лечении в ГБУЗ АО «Котласская центральная городская больница имени Святителя Луки (ФИО10)» с диагнозом: ***.

Впоследствии и в настоящее время истец проходит реабилитацию ГБУЗ АО «Котласская центральная городская больница имени Святителя Луки (ФИО10)».

ФИО6 в ходе рассмотрения дела пояснил, что до настоящего времени у него имеются жалобы ***.

Согласно осмотру травматолога-ортопеда от 26 ноября 2024 года истцу оформлена ТМК для кистевых хирургов НМИЦ ТО им. Вредена в г. Санкт-Петербурге для решения вопроса о дальнейшем лечении пациента. Рекомендовано: ***.

Из искового заявления, дополнительной письменной позиции и пояснений стороны истца следует, что из-за полученных травм, боли, истец испытал страх за свою жизнь и здоровье, долгое время находился в шоковом состоянии, что выражалось в нарушении сна, тревоге. Также истец испытывал переживания из-за травм кожных покровов, уродующих его лицо и конечности. Поскольку истец длительное время находился на лечении в стационаре, то он был лишен возможности общаться с родными, что также вызывало тревогу и стресс. Истец испытывал чувство дискомфорта, неполноценности, чувствовал себя ущербным и немощным. В связи с причиненным вредом здоровью ФИО6 лишен возможности полноценно трудиться, что существенно снизило доход и материальное благополучие семьи истца. Все эти факторы и по сегодняшний день доставляют истцу физические и нравственные страдания. Указал, что в настоящее время ему сложно управлять автомобилем, также имеются затруднения с ведением домашних дел, он стесняется своей внешности.

Согласно разъяснениям, данным в п. 15 Пленума ВС РФ № 33 причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень и характер физических страданий истца, связанных с причинением вреда здоровью в виде характера сочетанной открытой травмы верхних и нижних конечностей, головы, проявившейся рваной раной правого предплечья, правой кисти, ушибленными ранами верхних трети обеих голеней, ссадинами кожи нижних конечностей, рваной раной левого предплечья, левого лучезапястного сустава с дефектом мягких тканей и сухожилий разгибателей, ушиблено-рваной раны нижней губы с переходом на область носа, переломами правой лучевой кости в средней трети со смещением отломков, вывихом полулунной кости правой кисти, переломами обеих костей левого предплечья в средней трети со смещением отломков, переломом костей носа, причиненные ему физические и нравственные страдания, связанные как с физической болью от переломом, так и с последующими болевыми ощущениями, период лечения, невозможность сохранения уровня физической активности на время лечения и по настоящее время.

С учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен вред истцу, учитывая перенесенные переживания, степень и характер нравственных и физических страданий потерпевшего, оценив доказательства, свидетельствующие о тяжести причиненного вреда, характере травм, период лечения в амбулаторных условиях и в условиях стационара (в том числе неоднократное оперативное вмешательство), восстановительный период, который продолжается до настоящего времени, утратой возможности ведения прежнего образа жизни (истец испытывает трудности при управлении транспортным средством, в ведении домашнего хозяйства, общении с детьми), фактические обстоятельства, при которых был причинен вред (в результате лобового столкновения автомобилей при ДТП со смертельным исходом участников), требования разумности и справедливости, и на основании ст. 151, 1101 ГК РФ суд считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Судом при определении размера компенсации морального вреда не учтен довод стороны истца о том, что в связи с полученной травмой истец лишился привычного дохода и не может полноценно обеспечивать свою семью, поскольку ФИО6 в материалы дела не представлено доказательств получения дохода до ДТП (справка 2-НДФЛ, доход по гражданско-правовым договорам, от деятельности ИП и т.п.). Истец пояснял, что до ДТП официально трудоустроен не был, индивидуальным предпринимателем (далее – ИП) не являлся, подрабатывал самостоятельно на автомобиле КАМАЗ.

Судом учитывается, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Указанный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Поскольку ФИО7 является ненадлежащим ответчиком по делу, в иске к ней следует отказать.

При распределении судебных расходов суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым в силу ст. 94 ГПК РФ отнесены в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

На основании ч. 1 ст. 96 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Судом установлено, что 9 октября 2024 года ФИО6 заключил с ИП ФИО8 договор об оказании юридических услуг.

Стоимость данных услуг составила 15 000 рублей, которые оплачены истцом в полном объеме, что подтверждается квитанцией.

Указанные расходы ФИО6 судом признаются необходимыми расходами, так как связаны с рассмотрением дела.

Стороной ответчика о чрезмерности заявленных судебных расходов не заявлено.

Исходя из результатов рассмотрения дела, доказанности факта несения расходов, критериев разумности, необходимости и оправданности расходов, объема заявленных требований и оказанных представителем услуг, принимая во внимание характер спорного правоотношения, сложность дела, учитывая составление искового заявления и участие представителя в судебном заседании, суд находит разумным определить к взысканию с ответчика в пользу истца судебные расходы в размере 15 000 рублей.

Злоупотребления правом со стороны истца судом не установлено.

Расходы по составлению досудебного экспертного заключения, необходимые для реализации права истца на обращение в суд, по правилам ст. 98 ГПК РФ с учетом положений ч. 2 ст. 96 ГПК РФ, в размере 15 000 рублей также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Расходы на проведение экспертизы ИП ФИО2 составили 30 000 рублей, которые были предварительно внесены ответчиком ФИО7 на депозитный счет Управления Судебного департамента в Архангельской области и Ненецком автономном округе.

Таким образом, с ответчика ООО «Фабрика Окон» подлежат взысканию в пользу ФИО7 расходы на проведение экспертизы в размере 30 000 рублей.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в порядке возврата в размере 7 530 рублей.

В соответствии с требованиями ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» в размере 10 545 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил :

исковые требования ФИО6 (ИНН №) к обществу с ограниченной ответственностью «Фабрика Окон» (ИНН <***>), ФИО7 (СНИЛС №) о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фабрика Окон» в пользу ФИО6 в возмещение ущерба 503 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, расходы по составлению экспертного заключения в размере 15 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей, государственную пошлину в порядке возврата в размере 7 530 рублей, всего взыскать 740 530 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фабрика Окон» в пользу ФИО7 расходы за проведение экспертизы в размере 30 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фабрика Окон» в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» государственную пошлину в размере 10 545 рублей.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Котласский городской суд Архангельской области.

Председательствующий Ю.В. Дружинина

Мотивированное решение суда составлено 30 мая 2025 года.