РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<данные изъяты> 06 июня 2025 года

Геленджикский городской суд <данные изъяты> в составе:

судьи Соловьяновой С.В.,

при секретаре <данные изъяты>6,

с участием:

истца <данные изъяты>1 и её представителей на основании доверенностей <данные изъяты>8 и <данные изъяты>9,

ответчика <данные изъяты>4 и её представителя <данные изъяты>11,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению <данные изъяты>1 к <данные изъяты>4 о признании недействительным договора дарения квартиры, прекращении права собственности ответчика на квартиру, восстановлении права собственности истца на квартиру и взыскании судебных расходов,

установил:

<данные изъяты>1 обратилась в суд с иском к <данные изъяты>4, в котором просила суд:

-признать недействительным договор дарения <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>, заключенный между <данные изъяты>1 и <данные изъяты>4;

-прекратить право собственности <данные изъяты>4 на <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>;

-восстановить право собственности <данные изъяты>1 на <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>;

-указать, что решение суда является основанием для регистрации за <данные изъяты>1 права собственности на <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>;

-взыскать с <данные изъяты>4 в пользу <данные изъяты>1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> рублей и обеспечительных мер в размере <данные изъяты> руб.

Требования мотивированы тем, что <данные изъяты> между истцом и ответчиком был заключен договор дарения квартиры, по которому даритель, подарил одаряемому принадлежащую ему по праву собственности <данные изъяты>, находящуюся по адресу: <данные изъяты>, общей площадью жилого помещения 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>. Данная квартира принадлежит истцу на основании свидетельства о праве на наследство по закону, о чем в ЕГРН <данные изъяты> сделана запись регистрации, что подтверждается Выпиской из ЕГРН, выданной <данные изъяты> Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <данные изъяты>. Истец является пенсионером, ей 89 лет, в силу возраста и плохого здоровья, (у неё заболевание двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость - глухота), указанный договор заключен истцом под влиянием заблуждения. Ответчик <данные изъяты>4 убедила истца <данные изъяты>7 заключить спорный договор дарения, заверив последнюю, что фактически между ними заключается договор ренты, а договор дарения подписывают для упрощения процедуры оформления. В обмен на объект недвижимости, ответчик обещала ухаживать за истцом, помогать материально и физически, оплачивать коммунальные платежи, покупать продукты, лекарства, оплачивать лечение, заботиться о её здоровье. Однако до настоящего времени помощи от ответчика, истец так и не получила. Бремя содержания жилого помещения полностью с момента заключения договора и до настоящего времени истец несет сама. Заключение договора дарения не соответствовало действительной воле истца, поскольку истец не имела намерения лишить себя права собственности на единственное жильё, без наличия гарантий достойной старости. Заключая договор, истец не осознавала сути сделки, считая, что ответчик оформляет договор ренты над истцом, более того, у истца никогда не было намерения дарить квартиру, которая является единственным для неё жильем, постороннему человеку.

Спорная квартира фактически ответчику не передавалась, истец продолжает пользоваться квартирой, проживая в ней и являясь зарегистрированной по месту жительства в квартире по настоящее время. Ознакомилась с документами, которые истец подписала, только в конце июля 2024 года, после этого она поняла, что её обманули. В данный момент истца пытаются выселить из квартиры.

В судебном заседании истец <данные изъяты>1 исковые требования поддержала, суду пояснила, что решила сделать дарственную на квартиру <данные изъяты>4 В <данные изъяты> прошли трех нотариусов, которые отказали в заключении договора. <данные изъяты>4 сказала: поедем в <данные изъяты>, там есть знакомые, сделают договор за 2 дня. В <данные изъяты> сидела полмесяца, ждали нотариуса. Приехала к нотариусу, через 10 минут нотариус принесла документы, ничего не спрашивая, сказала подписывай. В подаренной квартире до настоящего времени проживает, сейчас никто не выселяет, <данные изъяты>4 уезжает в <данные изъяты> и живет там по 2 месяца, а она живёт в квартире сама, ходит за продуктами, недавно случился гипертонический криз, <данные изъяты>4 не было, помочь было некому, просила соседей, чтобы вызвали скорую помощь. Ответчик не заботится о ней. Договор дарения не давали 8 месяцев.

В судебном заседании представители истца <данные изъяты>1 - <данные изъяты>8 и <данные изъяты>9 исковые требования поддержали, по основания изложенным в иске просили удовлетворить, дополнив, что действия нотариуса не оспаривались, выбрали другой способ защиты права, путем подачи иска в суд. Считают, что срок исковой давности истцом не пропущен, так как истец продолжала оплачивать коммунальные услуги (квитанции до июня 2024 года), а также в судебном заседании свидетель <данные изъяты>10 суду пояснила, что истец узнала о том, что между ней и ответчиком был заключен договор дарения вместо ренты в июле 2024 года.

Ответчик <данные изъяты>4 и её представитель <данные изъяты>11 в судебном заседании исковые требования истца не признали, просили в иске отказать, представитель истца <данные изъяты>11 суду пояснила, что с лета 2022 года истец и ответчик совместно проживают в спорной <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>. Как в период совместного проживания, так и задолго до этого истец, в присутствии других лиц, неоднократно выражала желание подарить принадлежащую ей <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> своему двоюродному брату, - мужу ответчика <данные изъяты>2, либо ответчику <данные изъяты>4, или их детям, которых она знает с рождения и питает теплые родственные чувства, так как своих детей не имеет. В тоже время, о заключении каких-либо конкретных договоров (ренты, дарения) в отношении недвижимости истца никто не настаивал и не понуждал к их заключению. По настоятельному требованию истца <данные изъяты> в нотариальной форме, без каких-либо дополнительных условий, был заключен договор дарения квартиры, по которому даритель подарила одаряемому принадлежащую ей по праву собственности спорную квартиру. Истец прекрасно знала и отдавала отчет своим действиям, дважды самостоятельно прочитала, а после договор дарения был вслух зачитан и нотариусом Северского нотариального округа, причем истец подтвердила, что осознает и понимает последствия своих действий. В своем иске <данные изъяты>1 ссылается на то, что нотариально удостоверенный договор дарения квартиры <данные изъяты> является недействительным по мотиву того, что истец не понимала сути заключаемой сделки, считая заключаемую сделку договором ренты. Однако, указанный довод иска несостоятелен и ничем объективно не подтвержден. Как указано в договоре дарения (п. 11) содержание статей 17, 30 Жилищного Кодекса РФ, ст. 167, 209, 223, 288, 292 и 572 ГК РФ нотариусом сторонам разъяснено. Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, при этом, на государственную регистрацию перехода права собственности истец явилась сама лично, что видно из материалов гражданского дела. В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам. Истец, воспользовавшись своим правом, заключила с ответчиком договор дарения принадлежащей ей квартиры. При заключении договора дарения нотариусом истице было разъяснено содержание ст. 572 и 578 ГК РФ, текст договора дарения зачитан вслух. Истица, оспаривая договор дарения, указывает на то, что из-за нарушения слуха, в силу возраста и состояния здоровья она заблуждалась и не понимала, что подписывает договор дарения и полагала, что подписывает договор ренты, поскольку, передавая в собственность ответчику спорную квартиру, рассчитывала на получение от ответчика материальной помощи по содержанию и уходу за ней. С целью установления юридически значимых обстоятельств судом были допрошены свидетели, которые единогласно подтвердили, что общались с истцом и слышали от нее, что она подарила квартиру <данные изъяты>4, родственнице по мужу. Свидетель <данные изъяты>12 показала суду, что указанную информацию о дарении истцом ответчику квартиры она, свидетель слышала от истца в феврале 2024 г. Таким образом, доказательств наличия соглашений между истицей и ответчиком об оказании ответчиком материальной помощи и ухода за истицей взамен переданного ответчику права собственности на спорную квартиру суду не предоставлено, равно как и не представлены доказательства обмана со стороны ответчика относительно предмета договора и последствий сделки. Заблуждение предполагается достаточно существенным, в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 178 Гражданского кодекса РФ. Заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку. В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах. При рассмотрении спора судом не установлено, что при заключении оспариваемого договора дарения истец находилась в состоянии заблуждения, доказательств обратного в деле не имеется. Бремя доказывания факта заблуждения относительно природы совершаемой сделки лежит на истце, однако надлежащих доказательств в обоснование своих доводов стороной истца, помимо ссылок на возраст, плохого состояния здоровья, дарителя, суду не представлено. Вместе с тем, само по себе достижение преклонного возраста и наличие заболеваний слуха, однозначно не свидетельствует об отсутствии осознания их смысла и последствий. Сам по себе тот факт, что истец произвела отчуждение своего единственного жилья, о пороке воли истца свидетельствовать не может и доказательством недействительности заключенного договора дарения не является (Апелляционное определение Московского городского суда от <данные изъяты> по делу N 33-1754/2021). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (Апелляционное определение Московского городского суда от <данные изъяты> N 33-8232/2020 по делу N 2-4114/2019). Как следует из материалов дела, спорную квартиру истица подарила родственнице - жене двоюродного брата истца, других родственников у нее нет, с момента заключения сделки до подачи настоящего иска, прошло более 1,5 лет, ранее какие-либо требования или претензии в адрес ответчика, не заявлялись. Иного суду не представлено. Истцом в качестве обоснований требований иска, заявлялись несколько оснований для признания сделки недействительной. Ни одно из них, не нашло подтверждения в суде. Довод иска о попытках ответчика выселить истицу также не нашел своего подтверждения в ходе судебного заседания и, напротив, был опровергнут представителем истицы, который пояснил, что с момента дарения и по настоящее время истица беспрепятственно проживает в спорной квартире, ее никто не выселял. Обращений в полицию по данному факту также нет. Более того, договор дарения был исполнен сторонами, о чем свидетельствует, в том числе, уплата ответчиком налога за подаренное имущество, подписание <данные изъяты>4 Акта осмотра ООО «Концессия Водоснабжения г. Геленджик», оплата ответчиком коммунальных и иных платежей за спорную квартиру. Кроме того, свидетель <данные изъяты>12 также подтвердила в судебном заседании, что постоянно ранее видела ответчика в спорной квартире, так как она, свидетель, проживает по соседству. В своем заявлении Истец утверждает, что спорная квартира фактически ответчику не передавалась, и Истец продолжает пользоваться квартирой, проживая в ней и являясь зарегистрированной по месту жительства в квартире по настоящее время. Однако, из системного толкования норм Гражданского Кодекс РФ следует, что заключение договора дарения квартиры является не безвозвратной утратой дара, а лишь реализацией права собственности, которое в полной мере перешло к одаряемому. Заключение договора дарения квартиры не влечет безусловного прекращения права пользования квартирой, а также регистрации по месту проживания и как следствие не может являться основанием для признания договора дарения недействительным. Кроме того, настоящим ответчик ходатайствует о применении срока исковой давности в связи со следующим. В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса. Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Как следует из материалов дела, оспариваемый договор дарения заключен <данные изъяты>, однако с настоящим иском <данные изъяты>1 обратилась в суд в январе 2025 года, то есть по прошествии более 1 года и 2 месяцев с момента заключения оспариваемой сделки. О составлении договора дарения истец должна была знать в момент ее подписания, так как присутствовала при сделке лично. Прочитав подписанный истцом нотариальный договор по истечению 10 дней регистрации перехода права собственности, истец получила у нотариуса копию заключенного договора дарения, который с момента получения находился в её распоряжении. Верховный Суд РФ в Определении Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 18- В09-107) при рассмотрении аналогичного спора указал, что имеются доказательства, свидетельствующие о том, что истец знал, какой именно договор заключает: его подпись в договоре, нотариально удостоверенное заявление с согласием истца на дарение, которое было прочитано ему вслух и разъяснено. При таких обстоятельствах, истцом пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Третье лицо, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус нотариальной палаты Краснодарского края Северского нотариального округа <данные изъяты>13 в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела без её участия.

В судебном заседании свидетель <данные изъяты>12 суду пояснила, что истца знает, родная сестра её соседки, за которой она ухаживала, неприязненных отношения нет. Ответчика <данные изъяты>4 знает, неприязненных отношений нет. Слышала разговор между истцом и её родной сестрой <данные изъяты>3. Истец говорила, что подарила квартиру <данные изъяты>4, поскольку боялась, что квартира отойдёт другим людям путем обмана. Истец говорила, что <данные изъяты>4 поможет ей в домашних делах, так как она пожилой человек, и они родственники. О том, что истец хотела заключить договор ренты она не слышала, истец ходит сама с радостью в магазин. Истец хвалила ответчика что вкусно готовит, ухаживает за ней. Слышала повышенные тона со стороны ответчика истцу, потому что истец плохо слышит. О том, что был заключен договор дарения она слышала от истца больше года назад, истец говорила своей сестре. Полагает, что настоящий спор возникает из-за квартиры. С февраля- март 2024 года слышала от истца, что квартиру подарила ответчику. Истец приходила к сестре через её земельный участок. Истец подарила квартиру ответчику, потому что боялась, что квартира отойдет другим лицам. Она в неделю раз была у истца дома. Истец прибежала раза 3 за неделю, к своей сестре, она видела и общалась. Сейчас не встречается с истцом. Ответчик жила у истца, периодически уезжала, потом приезжала, если уезжала, но только на день два. Она слышала, что истец говорила, что подарила квартиру ответчику.

Свидетель <данные изъяты>10 в судебном заседании суду пояснила, <данные изъяты>1 знает. Соседка, живет на одной улице, знакомые, неприязненных отношений между ними нет. С ответчиком <данные изъяты>15 познакомились в конце января 2024 года. Неприязненных отношений не испытывает, но ранее с ней возникали неприятные моменты, ссоры. Истец искала опекуна, она хотела, чтобы рядом с ней был человек, который бы помогал ей, ухаживал за ней. Надеялась, чтобы они жили как одна семья, рассчитывала получить заботу. Она не хотела оформлять договор дарения, потому-то в декабре 2023 года она говорила, что нашла опекуна, им всем вместе хорошо, у них хорошая семья, и когда она помрет, они получат свою квартиру. Это она говорила про ответчика и его супруга. В январе 2024 года свидетель приходила к истцу домой в гости познакомится с ответчиком и его семьей. После общения свидетель ушла, разговоров про квартиру не было. Через неделю пришла снова к истцу, там была снова ответчик. В ходе разговора ответчик стала жаловаться на то, как сложно с истцом. Свидетель сказала, то человек прожил уже 88 лет и у нее есть свои принципы. Вы же знали за что взялись. Знает, что у истца это единственное жилье, которые получил её супруг. Часто встречала истца на рынке с сумками с продуктами и при этом она говорила, что большое количество продуктов ей теперь нужно, поскольку у нее большая семья. В феврале 2024 года, когда свидетель пришла к истцу, она сообщила, что ответчик уехала. Потом пошли от истца звонки с просьбой о помощи, в том числе о медицинской и бытовой. Сама она стирала белье, то есть все делала сама. В 2024 году с февраля ответчика не было у истца около 2-х месяцев. Потом приезжала дочка Александра. Которая давала истцу значительные дозы лекарств от давления. Начиная с апреля 2024 когда свидетель посещала истца, ей ответчиком заявилось, что для общения есть улица. Истец часто жаловалась, что боится выселения из своей квартиры. Фактов выселения истца не видела. В июле 2024 года истец дала свидетелю почитать документ, который оказался дарственной на квартиру истца. До этого момента истец не знала о факте дарения квартиры и документов у нее не было. Истец пишет и читает в очках хорошо.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

В соответствии с пунктом 2 статьи 601 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

В силу пункта 1 статьи 602 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним.

По смыслу части 2 статьи 56, частей 1 - 4 статьи 67, части 4 статьи 198 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, однако такая оценка не может быть произведена произвольно и с нарушением закона. Каждое доказательство суд должен оценить не только в отдельности, но также в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

Согласно положений части 4 статьи 67 и части 4 статьи 198 ГПК РФ юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, является выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения. В этой связи подлежат выяснению: сформировалась ли выраженная в сделке воля истца вследствие заблуждения, на которое она ссылалась, и является ли оно существенным применительно к части 1 статьи 178 ГК РФ, в том числе оценке подлежат такие обстоятельства как возраст истца и состояние здоровья, значение оспариваемой сделки.

Истец <данные изъяты>1, обращаясь в суд с настоящим иском, указывает, на то, что на момент совершения оспариваемой сделки с <данные изъяты>4 <данные изъяты> она достигла преклонного возраста 89 лет (<данные изъяты> года рождения), у неё заболевание двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость – глухота, по состоянию здоровья и социальному статусу нуждалась в дополнительной поддержке и помощи, указанный договор заключен истцом под влиянием заблуждения, истец думала, что фактически между ними заключается договор ренты. Отчужденное жилое помещение является единственным пригодным для проживания истца. Кроме того, договор дарения считается заключенным с момента непосредственной передачи дарителем вещи во владение, пользование и распоряжение одаряемого, однако <данные изъяты>1 продолжает проживать в своей квартире.

Как было установлено в судебном заседании и следует из материалов гражданского дела, <данные изъяты>3 между <данные изъяты>1 и <данные изъяты>4 был заключен договор дарения <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый номер <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>, удостоверенный нотариусом Северского нотариального округа <данные изъяты>14 (зарегистрирован в реестре: <данные изъяты>).

Как пояснила в судебном заседании истец <данные изъяты>1 три нотариуса <данные изъяты> отказали им в заключении договора, <данные изъяты>4 предложила заключить договор в <данные изъяты>, что они и сделали. Данный факт в судебном заседании и не отрицала ответчик <данные изъяты>4

В п.15 оспариваемого договора дарения указано, что настоящий договор прочитан в слух и содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или предоставления, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора.

Как следует из справки оториноларинголога ГБУЗ «Городская поликлиника город-курорт Геленджик» МЗ Краснодарского края у <данные изъяты>1 – <данные изъяты> года рождения, имеется диагноз: двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость – глухота.

В судебном заседании истец <данные изъяты>1 отвечала на вопросы суда, при помощи написания на бумажном носители её представителем вопросов суда, поскольку страдает глухотой.

В судебном заседании истец пояснила, что она сделала дарственную на квартиру ответчику, но при этом ответчик не заботится о ней, следовательно, истец предполагала, что между ними заключается договор ренты, называет при этом в силу своего преклонного возраста дарственной.

Данный факт и подтверждается показаниями свидетеля <данные изъяты>10 и <данные изъяты>12 которая также пояснила, что слышала, что истец говорила, что сделала дарственную ответчику, ответчик за ней ухаживает.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что истец <данные изъяты>1 при заключении договора дарения не понимала сущности сделки на момент ее заключения, полагала, что между сторонами заключается договор ренты, поскольку по состоянию здоровья и социальному статусу нуждалась в дополнительной поддержке и помощи, в виду преклонного возраста (89 лет) (<данные изъяты> года рождения), заболевания двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость – глухота. Отчужденное жилое помещение является единственным пригодным для проживания истца, при этом договор дарения не содержит условий о сохранении за истцом права проживания в отчужденном жилом помещении, указанная квартира не была передана ответчику, истец <данные изъяты>1 продолжает проживать в своей квартире. Истец также оплачивает коммунальные услуги за спорную квартиру, о чем были предоставлены квитанции.

Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как пояснила в судебном заседании истец о том, что был заключен договор дарения вместо ренты она узнала 8 месяцев назад, продолжая оплачивать коммунальные услуги (квитанции до июня 2024 года), также в судебном заседании свидетель <данные изъяты>10 суду пояснила, что истец узнала о том, что между ней и ответчиком был заключен договор дарения вместо ренты в июле 2024 года, а с иском истец обратилась в суд <данные изъяты>.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не пропущен срок исковой давности.

При таких обстоятельства, исковые требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Истцом при подаче иска в суд была уплачена государственная пошлина в размере <данные изъяты> руб. и госпошлина по принятию мер по обеспечению иска в размере 10 000 рублей, что подтверждается квитанциями л.д. 8.

С учетом того, что судебный акт состоялся в пользу истца, то судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд,

решил:

Исковые требования <данные изъяты>1 к <данные изъяты>4 о признании недействительным договор дарения квартиры, прекращении права собственности ответчика на квартиру, восстановлении права собственности истца на квартиру и взыскании судебных расходов – удовлетворить.

Признать договор дарения <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>, заключенный между <данные изъяты>1 - <данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> ( паспорт <данные изъяты>, выданный <данные изъяты> края <данные изъяты>, код подразделения <данные изъяты>) и <данные изъяты>4 - <данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> (паспорт <...>, выданный Управлением внутренних дел <данные изъяты> края <данные изъяты>, код подразделения <данные изъяты>) - недействительным.

Прекратить право собственности <данные изъяты>4 - <данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> (паспорт <...>, выданный Управлением внутренних дел <данные изъяты> края <данные изъяты>, код подразделения <данные изъяты>) на <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>.

Восстановить право собственности <данные изъяты>1 - <данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> (паспорт <данные изъяты>, выданный <данные изъяты> <данные изъяты> края <данные изъяты>, код подразделения <данные изъяты>) на <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>.

Настоящее решение суда является основанием для регистрации за <данные изъяты>1 – <данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> (паспорт <данные изъяты>, выданный <данные изъяты> <данные изъяты> края <данные изъяты>, код подразделения <данные изъяты>) права собственности на <данные изъяты>, общей площадью 30,5 кв.м, кадастровый <данные изъяты>, по адресу: <данные изъяты>.

Взыскать с <данные изъяты>4 - <данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> (паспорт <данные изъяты>, выданный Управлением внутренних дел <данные изъяты> края <данные изъяты>, код подразделения <данные изъяты> в пользу <данные изъяты>1 - <данные изъяты> года рождения, уроженки <данные изъяты> (паспорт <данные изъяты>, выданный <данные изъяты> края <данные изъяты>, код подразделения <данные изъяты>) судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> рублей и обеспечительных мер в размере <данные изъяты> руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда в течение одного месяца через Геленджикский городской суд Краснодарского края со дня вынесения мотивированного решения.

Разъяснить сторонам, что согласно ч.2 ст. 199 ГПК РФ составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем десять дней со дня окончания разбирательства дела.

Судья

Решение суда принято в окончательной форме 16.06.2025г.