УИД: 78RS0005-01-2022-009270-46 <данные изъяты>
Дело №2-1365/2023 14 сентября 2023 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Кольцовой А.Г.,
при секретаре Орловой Д.В.,
с участием прокурора Осиповой Т.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о взыскании денежных средств,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о возмещении убытков.
В обоснование заявленных требований истец указал, что ему как собственнику 9/68 долей в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, и сособственнику ФИО6 нанесены убытки. ФИО6 ввиду удалённости своего места нахождения не может находиться в судебных заседаниях, вследствие чего заключил с истцом договор уступки прав требования. Суммарная доля в квартире по вышеуказанному адресу составляет 20/68 долей в праве общей долевой собственности на квартиру.
19 мая 2018 года ФИО6 и 28 мая 2018 года истцом подписаны договоры на оказание услуг по ремонту и перепланировке принадлежащих им долей в квартире по вышеуказанному адресу и заключён предварительный договор о порядке пользования долями после исполнения договора.
Договор ФИО5 исполнен не был, что установил Калининский районный суд Санкт-Петербурга своим решением по делу №2-869/2022.
В договорах и доверенностях, выданных ФИО5 для проведения ремонтных работ, подчёркивалось, что истец и ФИО6 уполномочивают её проводить эти работы и согласование соответствующих документов, согласно действующему законодательству Российской Федерации и строительным нормам Российской Федерации. Калининский районный суд Санкт-Петербурга решением по делу №2-146/2022 установил, что работы в квартире по вышеуказанному адресу выполнялись без соответствующих разрешений, что противоречит выданным полномочиям ФИО5 действовать от имени истца и ФИО6
При осмотре помещения перед началом разрушения квартиры по вышеуказанному адресу истцом и ФИО6 было зафиксировано, что квартира требует ремонта, но находится в пригодном для постоянного проживания состоянии. Суд по делу №2-146/2022 установил, какие разрушения нанесены квартире по вышеуказанному адресу. Ответственность за них истец возлагает на ФИО5
Истцом и ФИО6 заказаны проведение двух экспертиз о пригодности квартиры по вышеуказанному адресу для постоянного проживания и о сумме причинённого квартире ущерба. Эта сумма составляет № рублей. В пересчёте на доли истца и ФИО6 они могут предъявить ФИО5 претензии на сумму № рублей.
Статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации подразумевает под убытками не только расходы, которые истец и ФИО6 должны произвести для восстановления повреждённого имущества, а также неполученные доходы, которые они получили бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы право не было нарушено (упущенная выгода).
Совместная с ФИО6 доля в квартире превышает площадь одной комнаты и приходящихся на неё площадей общественного пользования.
При отсутствии ремонта единственным возможным вариантом использования квартиры является совместная с ФИО6 сдача комната в аренду. Местоположение комнаты определяется договором о совместном пользовании квартиры и соответствует комнате в старой планировке до разрушений, нанесённых ответчиком. Средняя стоимость сдачи и комнаты в аналогичном адресе составляет № рублей в месяц. За три истекших года истцом и ФИО6 недополучено № рублей упущенной выгоды.
На момент принятия решения по делу №2-146/2022 у истца и ФИО6 были действующие договоры на ремонт с ответчиком, которая не воспользовалась предоставленной ей возможностью привести квартиру по вышеуказанному адресу в состояние, в котором она находилась до своих противоправных действий.
Досудебное решение спора истец считает невозможным, поскольку ответчик не исполнила требования состоявшихся судебных актов о возврате денежных средств.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований в полном объёме, ФИО4 просил взыскать с ФИО5 денежные средства в размере № рублей в качестве возмещения нанесённых ему и ФИО6 убытков, расходы по уплате государственной пошлины в размере № рублей.
В ходе судебного разбирательства в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО4 уточнил заявленные требования, настаивая на их удовлетворении в полном объёме, просил сообщить о признаках преступления в действиях ФИО5 в № отдел полиции Санкт-Петербурга, взыскать с ФИО5 денежные средства в размере № рублей в качестве нанесённых ему и ФИО6 убытков, расходы по уплате государственной пошлины в размере № рублей (л.д. 1-3, том 2).
В уточнённом иске ФИО4 указал, что ответчик без его разрешения и разрешения ФИО6 незаконным образом привела квартиру по адресу: <адрес>, в нежилое состояние. Незаконность подтверждается решением суда. Действия свои ответчик производила осознанно, даже несмотря на то, что с ней была проведена беседа органами полиции, запретившими перепланировку. В своём письме ответчик оценила свои расходы по приведению квартиры в нежилое состояние в № рублей на каждого сособственника. Данные расходы признаны ничтожными решением суда.
В результате действий ответчика истец и ФИО6 оказались лишёнными не только ремонта, но и любой пригодной для проживания жилой площади. Посередине квартиры свалены кучи мусора, поцарапаны и заклеены плёнкой оконные заполнения, разрушена ванная комната и все перегородки.
Суд по делу №2-869/2022 установил, что договоры на производство работ в квартире по вышеуказанному адресу были заключены с ответчиком как с физическим лицом, что неоднократно подтверждалось последней. В ходе процесса ответчик заявила, что, выполняя договор, понесла траты на его исполнение в размере № рублей в перерасчёте на долю каждого собственника. Эта сумма дополнительно подтверждена ответчиком письмами, направленными сособственникам. Общая сумма, выплаченная ответчику каждым из соседей, составляет № рублей.
Таким образом, сама ответчик подтвердила, что № рублей в пересчёте на каждого соседа она себе присвоила, а остальные потратила по неосторожности, пытаясь произвести ремонт квартиры по вышеуказанному адресу.
Сослаться на то, что № рублей исчезли из-за банкротства ИП, которое она создала, невозможно, поскольку сама ответчик на суде требовала признать себя физическим лицом относительно невыполнения договора.
Таким образом, ответчик произвела обращение денежных средств (№ рублей на каждого) в свою пользу, то есть хищение.
Истец в суд явился, иск поддержал, настаивал на его удовлетворении в полном объёме.
Ответчик, её представитель – адвокат Вечхайзер О.А., действующий на основании ордера, в суд явились, иск не признали, возражали против его удовлетворения.
Изучив материалы дела, заслушав объяснения истца, ответчик и её представителя ответчика, заслушав заключение прокурора, оценив представленные и добытые доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Вступившими в законную силу решениями Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 14 января 2020 года и 27 января 2022 года, состоявшимися по результатам рассмотрения гражданских дел №2-146/2020 и №2869/2022 соответственно, установлено, что ФИО6, ФИО1., ФИО5, ФИО4, ФИО2 являются собственниками квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
Квартира по вышеуказанному адресу расположена в доме, являющемся объектом культурного наследия.
28 мая 2018 года между ФИО4 и ФИО5 заключены договоры №№, по условиям которого исполнитель обязался оказать услуги по ремонту, перепланировке и отделке квартиры по вышеуказанному адресу, договор № ПК с дополнительным соглашением от 28 мая 2018 года, согласно которому, заказчик выплачивает исполнителю компенсацию за перепланировку, ремонт, мебель, технику.
В счёт компенсации расходов на исполнение договора исполнитель (ФИО5) получила от заказчика № рублей.
Согласно пунктам 1.1, 1.2 договора № ПК, его предметом являются услуги, связанные с приобретением истцом прав на недвижимое имущество – 12/82 долей в праве собственности ан вышеуказанную квартиру.
Согласно пункту 1.3 договора № ПК, стоимость приобретения долей составляет № рублей.
Согласно дополнительному соглашению от 28 мая 2018 года к договору на оказание услуг № ПК, общая сумма расходов заказчика на приобретение доли и на компенсацию расходов исполнителя по договору составляет № рублей.
В соответствии с пунктами 1.1, 1.2, 2.1 договора № ПЛ его предметом являются услуги, направленные на перепланировку недвижимого имущества – 12/82 долей в праве собственности на вышеуказанную квартиру.
Согласно пункту 2.3 договора № ПЛ, сумма расходов на исполнение договора составляет № рублей.
Согласно пункту 2.7 договора № ПЛ, базовый срок окончания работ – шесть месяцев от даты заключения. Указанный срок автоматически продлевается в случае задержки процедуры перепланировки, связанной с необходимостью осуществления незапланированных работ по укреплению несущих конструкций объекта, устранения замечаний компетентного государственного органа в рамках согласования перепланировки, задержки им регламентных сроков согласования проекта перепланировки, приёмки объекта в эксплуатацию, регистрационных действий в отношении объекта по инициативе регистрирующего органа и иных аналогичных обстоятельств.
Согласно пункту 3.2 договора № ПЛ, вознаграждение исполнителя составляет № рублей.
19 мая 2018 года между ФИО6 и ФИО5 заключены аналогичные по содержанию вышеуказанных договоры № ПЛ и № ПК и дополнительное соглашение с указанием на обладание ФИО6 13/82 долей в праве собственности на квартиру по вышеуказанному адресу, а также на общую стоимость расходов исполнителя по договору в № рублей.
В счёт компенсации расходов на исполнение договора № ПЛ исполнитель получил от заказчика № рублей.
8 февраля 2021 года между ФИО4 и ФИО6 заключён договор уступки прав требований (цессии), по условиям которого, права и обязанности по вышеуказанным договорам с дополнительным соглашением, заключённым между ФИО6 и ФИО5, перешли к ФИО4
12 февраля 2021 года в адрес ответчика направлена претензия о возврате денежных средств, уплаченных по договорам, в общем размере № рублей, а также выплате неустойки в размере № рублей.
Установив факт неисполнения ответчиком принятых на себя по договорам с ФИО6 и истцом обязательств, решением от 27 января 2022 года Калининский районный суд Санкт-Петербурга пришёл к выводу о частичном удовлетворении заявленных ФИО4 требований, взыскав с ФИО5 в его пользу уплаченные по договорам денежные средства в общем размере № рублей (л.д. 137-150, том 1).
Обращаясь с настоящим иском, ФИО4 указал, что своими действиями ответчик привела квартиру по вышеуказанному адресу в непригодное для проживания состояние, в результате чего он вынужден будет нести убытки в виде расходов на восстановление жилого помещения, а также на его стороне и стороне ФИО6 имеет место упущенная выгода в виде неполученных доходов от сдачи жилого помещения.
Разрешая по существу заявленные ФИО4 требования, суд приходит к выводу об отказе в их удовлетворении по следующим основаниям.
Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Истец, полагавший, что неправомерными действиями (бездействием) ответчика ему причинён вред, обязан, в силу положений частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказать ряд обстоятельств: факт причинения ему вреда, размер вреда, неправомерность действий (бездействия) причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом. Отсутствие одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 20015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.
В пункте 3 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 даны разъяснения, согласно которым при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.
Таким образом, возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.
Именно поэтому в соответствии с положениями статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Намерение не может быть принято во внимание при рассмотрении дел о взыскании упущенной выгоды.
В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещения неполученных доходов, должно представить доказательства размера упущенной выгоды, реальности её получения, а также доказательства принятия мер для получения такой выгоды и сделанные с этой целью приготовления.
Из вышеуказанных положений закона следует, что именно на истце лежит бремя доказывания реального ущерба и упущенной выгоды в связи с неправомерными действиями ответчика.
Давая оценку представленным истцом доказательствам о причинении ему убытков в виде необходимости нести расходы на восстановление жилого помещения по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии достоверных доказательств, свидетельствующих об обоснованности заявленных требований.
Суд также считает, что истец не доказал тот факт, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Представленные в материалы дела и добытые судом доказательства не свидетельствуют о том, что расходы на восстановление жилого помещения и неполучение доходов в виде арендной платы по договору найма жилого помещения, обусловлены незаконными действиями (бездействием) ответчика, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход.
Так, в подтверждение доводов о причинении ответчиком убытков ему и ФИО6, ФИО4 ссылался на то обстоятельство, что, в том числе факт разрушения квартиры по вышеуказанному адресу, приведение её в непригодное для проживания состояние, установлен вышеуказанными решениями Калининского районного суда Санкт-Петербурга.
Однако вышеуказанные решения Калининского районного суда Санкт-Петербурга не содержат в себе данных выводов.
В материалы дела представлены акты приёма-передачи объекта недвижимости от 19 июня 2018 года и от 3 августа 2018 года, в которых зафиксировано, что состояние полов, стен, потолка, остекления, столярного оборудования квартиры <адрес> требует ремонта.
В названных актах отмечены в удовлетворительном состоянии только отдельные элементы сантехнического, электротехнического, теплотехнического оборудования.
Кроме того, в материалы дела также представлен акт осмотра помещения от 22 августа 2019 года управляющей компанией многоквартирного жилого дома по вышеуказанному адресу, из содержания которого следует, что квартира <адрес> находится в том же состоянии, что и на момент её комиссионной проверки с участием Государственной жилищной инспекции Санкт-Петербурга и Администрацией Калининского района от 16 июля 2018 года.
Согласно пункту 2 акта от 22 августа 2019 года, в квартире произведена замена аварийных труб отопления в целях предотвращения возникновения аварийных ситуаций на инженерных сетях силами эксплуатирующей организации в октябре 2018 года. Замена не могла быть осуществлена без вскрытия настила пола, поскольку трубы расположены под ним.
Изложенное свидетельствует о том, что вскрытие пола являлось необходимым действием, не является незаконными действиями (бездействием) ответчика в рамках исполнения/неисполнения ею заключённых с ФИО4 и ФИО6 договоров.
В подтверждение заявленных требований истцом в материалы дела представлены заключение специалиста по результатам проведения строительно-технической экспертизы помещений квартиры по вышеуказанному адресу, выполненное ИП ФИО3, согласно которому, стоимость ремонта, при котором будет сохранён объект культурного наследия в части приведения внутренней планировки и замены оконных заполнений в границах квартиры <адрес>, составляет № копеек. Стоимость ремонта, достаточная для восстановления квартиры <адрес> в первоначальное её состояние, составляет № копеек, а также техническое заключение по результатам визуального обследования квартиры по вышеуказанному адресу, выполненное ИП ФИО3, согласно которому, общее техническое состояние строительных конструкций и дверных и оконных блоков можно считать «ограниченно-работоспособным»; общее техническое состояние инженерных сетей и соответствующего им оборудования является «недопустимым»; помещения квартиры и соответственно вся квартира не соответствует требованиям норм и правил, установленных для жилых помещений, пригодных для постоянного проживания; до проведения мероприятий восстановительного ремонтного характера помещения квартиры не являются жилыми и не могут служить в качестве тех, что служат для постоянного пребывания в них людей; дальнейшая безаварийная (безопасная) и комфортная эксплуатация квартиры до проведения ремонтных работ, рекомендованных в настоящем заключении, не обеспечена.
Вместе с тем, ни данные заключения, ни какие-либо иные доказательства не подтверждают ни того обстоятельства, что зафиксированные в них повреждения квартиры обусловлены незаконными действиями (бездействием) ответчика, ни фиксируют в себе первоначальное состояние квартиры.
Таким образом, суд считает, что убытки истца в виде расходов на восстановительный ремонт и неполученной прибыли от сдачи жилого помещения по договору найма не связаны с действиями (бездействием) ответчика.
Требования ФИО4 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Исходя из анализа приведённой нормы и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, заявленные ФИО4 требования в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению, поскольку абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает возможность компенсации морального вреда только в случае нарушения личных неимущественных прав или иных принадлежащих гражданину нематериальных благ, тогда как правоотношение по взысканию убытков является имущественным.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
ФИО4 в удовлетворении исковых требований к ФИО5 о взыскании денежных средств отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Калининский районный суд в апелляционном порядке в течение одного месяца.
<данные изъяты>
Судья:
Мотивированное решение изготовлено 21 сентября 2023 года.