Судья: Милько Г.В. УИД 39RS0002-01-2022-005885-83
Дело № 2-257/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
№ 33-4465/2023
16 августа 2023 года г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:
председательствующего судьи Шевченко С.В.
судей Филатовой Н.В., Алексенко Л.В.
при помощнике судьи Захариной М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «Россети Янтарь» о взыскании упущенной выгоды, причиненной ненадлежащим исполнением обязательств по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям и компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Калининграда от 01 февраля 2023 года.
Заслушав доклад судьи Филатовой Н.В., пояснений ФИО1 и ее представителя Ландау И.Л., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя АО «Россети Янтарь» ФИО2, полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Россети Янтарь», указав, что 09.06.2016 между АО «Янтарьэнерго» (в настоящее время – АО «Россети Янтарь») и Н. был заключен договор № 3329/06/16 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающего устройства – нежилого помещения по адресу: <...>, пом. 1А, по условиям которого АО «Янтарьэнерго» приняло на себя обязательство осуществить технологическое присоединение указанного помещения к электрическим сетям в течение одного года со дня заключения договора, то есть до 09.06.2017.
В дальнейшем нежилое помещение на основании договора купли-продажи было приобретено ФИО1 с целью сдачи в аренду ветеринарной клинике ООО «Ветеринарная практика», и в связи с изменением собственника к договору № 3329/06/16 было составлено дополнительное соглашение № 1 от 17.07.2019, в соответствии с которым срок осуществления присоединения объекта к электрическим сетям составлял 6 месяцев с даты заключения соглашения, то есть до 17.01.2020.
Вместе с тем ответчик не исполнил обязательство в срок, в ответ на обращения указывал, что завершение работ планируется в III квартале 2020 года, затем – в январе 2021 года и в апреле 2021 года. При этом только 07.07.2021 от АО «Янтарьэнерго» поступило сообщение о возможности осуществить фактическое присоединение энергопринимающих устройств нежилого помещения к электрической сети, а акт № 53 допуска приборов учета в эксплуатацию был составлен лишь 13.01.2022.
В результате совершения таких незаконных действий АО «Янтарьэнерго» было привлечено к административной ответственности в виде наложения штрафа за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 9.21 КоАП РФ. Также решением Центрального районного суда г. Калининграда от 26.08.2021 АО «Янтарьэнерго» было обязано осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств истца в течение месяца со дня предоставления разрешения Ростехнадзора на допуск электроустановки в эксплуатацию, однако такое судебное постановление исполнено не было.
По мнению ФИО1, ответчик, начиная с 18.01.2020, допустил просрочку исполнения обязательства, в связи с чем у нее возникло право требовать возмещения упущенной выгоды, связанной с невозможностью предоставления вышеуказанного нежилого помещения в аренду.
Период просрочки исполнения обязательства с 18.01.2020 по 13.01.2022 составляет 23 месяца и 25 дней, соответственно, размер упущенной выгоды из расчета 720 руб. за 1 кв.м составит 1 604 460 руб. Помимо этого, указанной просрочкой ей были причинены моральные страдания, которые она оценила в 50 000 руб.
Ссылаясь на изложенное, ФИО1 просила взыскать с ответчика убытки в виде упущенной выгоды в размере 1 604 460 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 16 472 руб. и расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.
Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 01.02.2023 заявленные ФИО1 исковые требования были оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда первой инстанции и вынести новое судебное постановление об удовлетворении заявленных требований. Полагает, что просрочка исполнения обязательств была допущена ответчиком 18.01.2020, когда истек срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению в соответствии с дополнительным соглашением от 17.07.2019 к договору № 3329/06/16.
Обращает внимание на наличие своих неоднократных обращений в АО «Янтарьэнерго» по поводу неисполнения обязательств по технологическому присоединению, постановления о привлечении ответчика к административной ответственности за совершение правонарушения по ч. 2 ст. 9.21 КоАП РФ, а также решения суда об обязании АО «Янтарьэнерго» осуществить технологическое присоединение устройств в течения месяца со дня предоставления истцом ответчику разрешения Ростехнадзора на допуск электроустановки в эксплуатацию.
Ссылается на то, что для получения разрешения Ростехнадзора ей требовалось предоставить акт выполнения технических условий со стороны АО «Янтарьэнерго», и такой акт был ей выдан только 19.11.2021.
Возражает против доводов стороны ответчика о том, что ему не было известно о необходимости выдавать такой акт, указывая на размещение на официальном сайте АО «Янтарьэнерго» пошаговой инструкции, согласно которой после выполнения технических условий со стороны заказчика требуется получить акты выполнения технических условий от энергоснабжающей организации.
Выражает несогласие с выводом суда о непредставлении ею бесспорных доказательств неизбежности получения денежных средств от сдачи нежилого помещения в аренду. Указывает на совпадение в одном лице арендодателя и арендатора нежилого помещения, поскольку она является генеральным директором ООО «Ветеринарная практика», в связи с чем договор аренды нежилого помещения был бы заключен при первой же возможности. Однако вследствие невозможности заключения такого договора ООО «Ветеринарная практика» было вынуждено арендовать иные помещения и уплачивать за них арендную плату.
При этом невозможность сдачи помещения в аренду была вызвана именно отсутствием подключения к электрическим сетям, в связи с чем между бездействием ответчика и упущенной выгодой, по мнению истца, имеется прямая причинно-следственная связь.
В своих возражениях на апелляционную жалобу АО «Россети Янтарь» в лице представителя ФИО2 просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит решение суда подлежащим оставлению без изменения.
В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г. Калининграда от 26.08.2021 на АО «Янтарьэнерго» возложена обязанность осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств в нежилом помещении по адресу: <...>, пом. 1А, в соответствии с условиями договора № 3329/06/16 от 09.06.2016 в течение месяца со дня предоставления ФИО1 в АО «Янтарьэнерго» разрешения Ростехнадзора на допуск электроустановки в эксплуатацию.
При разрешении указанного спора судом установлено, что Н. являлся собственником нежилого помещения общей площадью 80,1 кв.м, расположенного по адресу: <...>, пом. 1А.
09.06.2016 между Н. и АО «Янтарьэнерго» был заключен договор № 3329/06/16 об осуществлении технологического присоединения нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, пом. 1А.
На основании договора купли-продажи от 22.01.2019 собственником указанного нежилого помещения с 30.01.2019 стала ФИО1
04.07.2019 ФИО1 обратилась в АО «Янтарьэнерго» с заявлением о смене заказчика по договору технологического присоединения к электрическим сетям, в связи с чем между ФИО1 и АО «Янтарьэнерго» было заключено дополнительное соглашение № 1 от 17.07.2019 к договору № 3329/06/16.
Согласно договору в редакции дополнительного соглашения срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению составлял 6 месяцев со дня заключения дополнительного соглашения, то есть до 17.01.2020.
14.10.2020 от ФИО1 в АО «Янтарьэнерго» поступило уведомление о выполнении своей части технических условий и готовности к технологическому присоединению.
08.07.2021 АО «Янтарьэнерго» был составлен акт допуска прибора учета в эксплуатацию, в котором содержалось указание на необходимость получения разрешения Ростехнадзора на допуск в эксплуатацию электрической энергоустановки.
Требование ФИО1 о возложении на АО «Янтарьэнерго» обязанности осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств суд счел обоснованным и обязал ответчика выполнить технологическое присоединения в течение месяца со дня предоставления ФИО1 в АО «Янтарьэнерго» разрешения Ростехнадзора на допуск электроустановки в эксплуатацию.
Таким образом, решением суда была установлена обязанность АО «Янтарьэнерго» осуществить действия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств истца после осуществления ФИО1 действий по получению в Ростехнадзоре разрешения на допуск электроустановки в эксплуатацию и предоставлению такого разрешения ответчику.
При разрешении настоящего спора судом установлено, что 25.10.2021 ФИО1 уведомила АО «Янтарьэнерго» о выполнении своей части технических условий, после чего 19.11.2021 между сторонами был подписан акт об осуществлении технологического присоединения.
По сообщению Северо-Западного управления Ростехнадзора заявление о выдаче разрешения на допуск в эксплуатацию электроустановки объекта «Нежилое помещение 1 А по адресу: <...>» поступило от ФИО1 23.11.2021. Разрешение на допуск и акт осмотра на объект заявителя выданы ФИО1 03.12.2021.
13.01.2022 АО «Россети Янтарь» в присутствии ФИО1 составлен акт допуска приборов учета в эксплуатацию в электроустановках напряжением до 1 000 В.
Полагая, что по вине АО «Россети Янтарь» в период с 18.10.2020 по 13.01.2022 она не получила доход, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.
В обоснование требований истцом представлен договор аренды нежилого помещения от 01.02.2022, заключенный между арендодателем ФИО1 и арендатором ООО «Ветеринарная клиника» в лице генерального директора ФИО1, по условиям которого арендатору предоставляется в аренду спорное нежилое помещение с уплатой арендных платежей в размере 67 320 руб. в месяц.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска о взыскании с ответчика упущенной выгоды, суд первой инстанции исходил из того, что право истца ответчиком нарушено не было, поскольку после предоставления ФИО1 разрешения Ростехнадзора на допуск электроустановки объекта в эксплуатацию технологическое присоединение энергопринимающих устройств истца было осуществлено ответчиком. Кроме того, истцом не была доказана возможность получения ею дохода, предъявленного ко взысканию в качестве упущенной выгоды.
Судебная коллегия соглашается с приведенными выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения, и при правильном установлении обстоятельств, имеющих значение для дела.
В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В силу п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно разъяснениям, данным в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).
В п. 14 этого же постановления разъяснено, что по смыслу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.
Согласно разъяснениям, данным в абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.
Исходя из смысла норм ст. 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или не надлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.
Юридически значимыми обстоятельствами для разрешения спора о взыскании упущенной выгоды являются факт неполучения истцом доходов, которые он мог получить с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях оборота, если бы его право не было нарушено, предпринятые для получения прибыли меры и сделанные с этой целью приготовления, доказательства возможности извлечения дохода, а также размер упущенной выгоды, который определяется исходя из размера дохода, который мог бы получить истец, за вычетом не понесенных затрат.
При этом лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.
Однако ФИО1 не представила доказательства приведенных выше обстоятельств, в первую очередь – нарушения ее прав действиями АО «Россети Янтарь», наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением последствий в виде убытков, а также само наличие убытков.
Согласно положениям ч. 1 ст. 26 ФЗ РФ от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии и объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.
Такой порядок установлен в Правилах технологического присоединения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила).
Согласно п. 16(3) Правил обязательства сторон по выполнению мероприятий по технологическому присоединению в случае заключения договора с лицами, указанными в п.п. 12.1-14, 34 настоящих Правил, распределяются следующим образом: заявитель исполняет указанные обязательства в пределах границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя; сетевая организация исполняет указанные обязательства (в том числе в части урегулирования отношений с иными лицами) до границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя.
В силу пп. «г» п. 18 Правил мероприятия по технологическому присоединению включают в себя, в частности, выполнение технических условий заявителем и сетевой организацией.
В соответствии с п. 8 заключенного сторонами договора заявитель после выполнения мероприятий по технологическому присоединению в пределах границ своего участка обязуется уведомить об этом сетевую организацию.
Как установлено решением суда от 26.08.2021, такое уведомление о выполнении своей части технических условий направлено ФИО1 в АО «Россети Янтарь» 14.10.2020, то есть по истечении установленного договором срока (17.01.2020).
За разрешением на допуск в эксплуатацию электроустановки объекта ФИО1 обратилась в Ростехнадзор 23.11.2021, соответствующее разрешение выдано 03.12.2021, после чего 13.01.022 сторонами подписан акт допуска приборов учета в эксплуатацию.
Приведённые обстоятельства в своей совокупности не дают оснований для вывода о том, что у истца есть право требовать взыскания с ответчика упущенной выгоды вследствие неосуществления сетевой организацией мероприятий по технологическому присоединению в срок до 17.01.2020.
Ссылка истца в жалобе на привлечение ответчика к административной ответственности за совершение правонарушения по ч. 2 ст. 9.21 КоАП РФ на правильность выводов суда не влияет, учитывая, что данное обстоятельство не свидетельствует о том, что само по себе нарушение сетевой организацией законодательно установленного срока порождает право заявителя требовать возмещения убытков.
Правильным судебная коллегия признает и вывод суда о том, что истцом не доказана и сама возможность получения заявленной к возмещению выгоды.
Как верно указано судом, истцом было приобретено нежилое помещение, не отвечающее требованиям для его предоставления в аренду под ветеринарную клинику, соответственно, невозможность его использования в целях извлечении прибыли до подключения объекта к сетям электроснабжения для истца являлась очевидной. Планировать получение прибыли от сдачи в аренду спорного помещения истец мог после его приведения в соответствие с нормативно установленными требованиями.
Более того, требования ФИО1 о взыскании с ответчика упущенной выгоды по своей сути сводятся к убыткам, понесенным не самой ФИО1, а ООО «Ветеринарная практика», которое до заключения с истцом договора аренды спорного нежилого помещения понесло расходы на аренду иных нежилых помещений. В этой связи заявленный иск фактически направлен на возмещение ФИО1 убытков (упущенной выгоды), связанных с осуществлением ею предпринимательской деятельности через созданное ею ООО «Ветеринарная практика».
Таким образом, по делу не установлена совокупность условий, необходимая для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения истцу убытков.
В части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда решение суда также является верным в связи с тем, что данный спор носит имущественный характер, компенсация морального вреда по которому законом не предусмотрена. При этом доказательства нарушения ответчиком личных неимущественных прав и (или) нематериальных благ истца отсутствуют.
Доводы апелляционной жалобы ФИО1 фактически повторяют правовую позицию, занятую ею при рассмотрении дела судом первой инстанции, они были предметом рассмотрения суда и не могут быть признаны основанием для отмены обжалуемого судебного постановления, поскольку по существу направлены на иную оценку доказательств, имеющихся в материалах дела, что в силу закона не является основанием для отмены судебного постановления в апелляционном порядке.
Решение суда вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права, является законным и обоснованным, в связи с чем оснований для его отмены по доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, не имеется.
Руководствуясь п. 1 ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Центрального районного суда Калининградской области от 01 февраля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Мотивированное определение изготовлено 21 августа 2023 года.
Председательствующий:
Судьи: