Председательствующий по делу Дело № 22-1698/2023
судья Кожевникова Н.А.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Чита 20 июля 2023 года
Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе:
председательствующего судьи Таскаевой Е.А.,
судей Белослюдцева А.А., Бушуева А.В.,
при секретаре судебного заседания Яндаковой Т.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО71 и ФИО72 на приговор Ингодинского районного суда г.Читы от 15 февраля 2023 года, которым
ФИО71, <данные изъяты>, несудимый,
ФИО72, <данные изъяты>, несудимый,
осуждены каждый по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 2 года;
с возложением на них обязанностей: не менять постоянного места жительства, без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, один раз в два месяца являться в указанный орган для регистрации, после вступления приговора в законную силу встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства;
с оставлением меры пресечения каждому в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу;
со снятием ареста с имущества, принадлежащего ФИО72, ФИО71;
с оставлением без рассмотрения гражданских исков потерпевших ФИО1 ФИО2 ФИО3., ФИО4 ФИО5 с разъяснением им права обращения с исками в порядке гражданского судопроизводства;
с разрешением вопроса о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Таскаевой Е.А., пояснения осужденных ФИО71 и ФИО72, их адвокатов Ситникова Е.П. и Мирсанова В.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб и просивших приговор отменить, с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение, мнение прокурора Фоминой О.Г. о необоснованности доводов апелляционных жалоб, полагавшей приговор подлежащим изменению с исключением из квалификации действий осужденных незаконного использования официального документа со снижением им наказания, судебная коллегия
установила:
ФИО71 и ФИО72 признаны виновными в выполнении работ и оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, в неправомерных выдачи и использовании официального документа, удостоверяющего соответствие указанных работ и услуг требованиям безопасности, группой лиц по предварительному сговору, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.
Преступление совершено <Дата> в период с <Дата> в помещении <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе осужденный ФИО71 выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
Просит приговор отменить, его оправдать.
В дополнениях ссылаясь на п. 3.1.4 Инструкции лифтера по обслуживанию лифтов и оператора диспетчерского пункта «РД10-360-00» (Утвержденной постановлением Гостехнадзора России от 22 мая 2000 года № 26) и показания потерпевших ФИО3 ФИО1 и ФИО6 указывает о противоправных действиях лифтера ФИО7 который при загрузке пассажиров (потерпевших) в лифт, указал им, что в него вместятся все 11 человек и скомандовал заходить в кабину лифта при разрешенной массе грузоподъемности данного лифта в 500 кг и с максимально допустимым количеством пассажиров 6 человек, тем самым лифтер ФИО73 способствовал произошедшему. Кроме того, загрузку в лифт лифтер ФИО73 осуществлял неравномерно в нарушение инструкции.
Автор жалобы поясняет, что лифтер ФИО73 допущен администрацией <адрес> без квалификации лифтера, т.е. в нарушение требования п. 1.6. Инструкции лифтера по обслуживанию лифтов и оператора диспетчерского пункта «РД 10-360-00», не имел квалификации и был допущен администрацией <адрес> в лице ФИО8 который тоже не имел соответствующего допуска на тот момент.
Считает, что органы предварительного следствия, а также суд первой инстанции не дали надлежащей оценки действиям лифтера ФИО73 и действиям администрации <адрес>в части того, что, если бы лифтер ФИО7 не допустил перегруза в лифте, тогда бы не произошло неконтролируемого скольжения лифта.
Автор жалобы указывает, что органами Ростехнадзора по Забайкальскому краю при установлении причин аварии лифта неправильно произведено взвешивание его противовеса: без соблюдения «Методики (инструкции) по испытанию лифтов без загрузки кабины испытательным грузом при техническом освидетельствовании», с определением только масса одного груза противовеса и умножении его на количество противовесов, неизвестными измерительными приборами без государственной поверки, специалистами не имеющими соответствующей квалификации, поэтому считает, что данные, полученные Ростехнадзором при проведении определения массы противовеса являются неточными и недостоверными.
Обращает внимание на судебную инженерно-техническую экспертизу № проведение которой было поручено судебным экспертам ФИО9 и ФИО10 не имеющих познаний в лифтовом хозяйстве, что подтверждается допросом в судебном заседании эксперта ФИО9 поскольку он не смог ответить на вопрос о том, что такое подрез КВШ, и где он находится.
Автор жалобы отмечает, что заключение инженерно-технической экспертизы № выполнено с нарушением требований Федерального закона № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 года, поскольку экспертами в данной экспертизе бездоказательно и безосновательно зафиксирован значительный износ КВШ лебедки, износ ограничителя скорости и изменение профиля ручьев КВШ на основании лишь визуального осмотра, не указаны средства измерения и критерии отбраковки, позволяющие прийти к такому выводу. Испытаний, позволяющих определить наличие достаточного сцепления тяговых элементов с КВШ проведено не было, эксперты ссылаются на результаты взвешивания, полученные комиссией, с которыми сторона защиты не согласна.
Отмечает, что в заключении инженерно-технической экспертизы № нет четких ответов на поставленные вопросы, часть ответов некорректны и не подтверждены письменным описанием с констатацией пунктов действующей нормативно-технической документации, инструкций и руководящих документов.
Акцентирует внимание, на то, что в заключениях судебных экспертиз № эксперты при работе с нормативными документами использовали интернет ресурс, не являющийся официальным источником нормативно-технической документации в Российской Федерации, не указано, наличие договора с поставщиком НТД, неверно использованы термины, не проведены все необходимые измерения и испытания.
Автор жалобы критически оценивает проведение экспертизы, выражая несогласие с порядком и процедурой её проведения, указывая на непрофессионализм экспертов, тем самым оспаривая и не соглашаясь с выводами экспертов.
Отмечает, что судебные экспертизы № выполнены с множественными нарушениями, основаны исключительно на визуальном осмотре, не подкрепленные техническими изысканиями и не могут являться доказательной базой.
Ссылаясь на п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года № 28 (в ред. от 29 июня 2021 года) «О судебной экспертизе по уголовным делам», указывает, что органы предварительного следствия нарушили его право, предусмотренное ст. 198 УПК РФ - ходатайствовать о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту, поскольку экспертиза проводилась в отношении него.
В связи с тем, что он юридически неграмотный человек и доверял следствию, защитнику, поэтому подписал протоколы ознакомления с постановлением о назначении экспертиз без указания вопросов и ознакомился с данными экспертизами не понимая, что мог поставить вопросы перед экспертом.
Отмечает, что в дальнейшем на судебные экспертизы № была сделана рецензия (лицами, имеющими квалификацию в лифтовом хозяйстве и лифтостроении), которая приобщена к материалам дела, и которой судом первой инстанции не была дана соответствующая правовая оценка в приговоре, в связи с чем автору жалобы не была предоставлена возможность в полной мере воспользоваться своим правом на предоставление доказательств о невиновности. Полагает, что данная рецензия должна была послужить основанием для назначения повторной инженерно-технической экспертизы в соответствии с действующим законодательством.
Автор жалобы полагает, что суд первой инстанции не мотивировано отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о проведении повторной инженерно-технической экспертизы, так как оснований доверять имеющейся в материалах уголовного дела экспертизе № не имелось, лишив его права на обжалования данного решения суда и права на защиту, предусмотренных ст. 45 Конституции РФ и ст. 47 УПК РФ.
Не согласен с признанием его виновным в совершении преступления группой лиц по предварительному сговору, так как он не является лицом, которое подписывает акт технического освидетельствования лифта. Договор на оказание услуг, а именно освидетельствование лифтов заключался между <адрес>» и ФИО72, а его подпись обозначает, что он лишь ознакомлен с данным актом, который им не составляется.
Органами предварительного следствия было проведено ряд судебных медицинских экспертиз потерпевшей ФИО2 результаты которых не выявили причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, кроме как заключением экспертов №, с выводами которой автор жалобы выражает несогласие, отмечая на ошибки, допущенные экспертом ФИО11 при указании того, что им исследовались результаты КТ, а не МРТ. Указывая на протокол консилиума врачей, из которого следует, что у потерпевшей не было Т-образного перелома, в связи с чем полагает, что имелись основания для проведения повторной экспертизы, а суд немотивированно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении повторной экспертизы, лишив его права на обжалование данного решения суда и права на защиту, предусмотренные ст. 45 Конституции РФ и ст. 47 УПК РФ.
Автор жалобы отмечает на некорректное указание в приговоре на износ КВШ 30 %, так как заводом производителем указано, что недопустимый к эксплуатации износ КВШ составляет 2 мм.
Кроме того, он не согласен с показаниями в суде специалиста ФИО12 что зазор между КВШ лебедки и канатом составлял более 4 мм, поскольку специалисты ФИО12 и ФИО13 проводили исследования приборами без указания заводских (учетных) номеров с отсутствием сведений об их поверке.
Отмечает, что консилиум врачей по получению травмы потерпевшей ФИО2 был собран врачами в связи с вопросами к выводам эксперта ФИО11 при этом сторона защиты не имела никакого отношения к этому, а органы предварительного следствия данный факт скрыли, не приобщив ответ из медицинского учреждения «<данные изъяты> так как на момент выполнения положения ст. 217 УПК РФ у стороны защиты возникли бы вопросы и пришлось бы назначать повторную экспертизу, тем самым делает вывод, что следствие по делу велось необъективно с нарушением прав обвиняемых на защиту.
Таким образом, автор жалобы считает, суд дал оценку исключительно доводам стороны обвинения, без учёта того факта, что при перегрузе лифта № одиннадцатью пассажирами, лифт имел возможность неконтролируемого движения в любом случае, взяв за основу только недогруз противовеса лифта, который является виной монтажной компании.
Просит объективно и всесторонне рассмотреть уголовное дело, приговор отменить, оправдать ФИО71
В апелляционной жалобе осужденный ФИО72 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и подлежащим отмене. Указывает, что между неконтролируемым движением лифта и его действиями отсутствует причинно-следственная связь, поскольку в судебном заседании установлено, что износ КВШ в размере 30% является допустимым, а основной причиной происшествия явилось недостаточная масса противовеса и нарушение своих функциональных обязанностей лифтером ФИО7
Просит приговор отменить, направить материалы уголовного дела на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.
В дополнениях ссылаясь на заключение судебно-медицинской экспертизы о причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО74, отмечает, что оно опровергается заключением консилиума врачей об отсутствии перелома у последней. Заключение экспертизы выполнено с нарушением ст. 204 УПК РФ и Федерального закона «О государственной судебной экспертизе», а врач ФИО11 не является экспертом, таковым признан не был, поскольку в заключении отсутствуют сведения о том, когда и кем эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, отсутствует письменное поручение руководителя ГСЭУ (БСМЭ) о проведении экспертами экспертизы, что им разъяснялись права и обязанности. При этом отмечает, что подписка эксперта оформлена на одном листе с текстом самого заключения, следовательно, предупреждение эксперта об ответственности по ст. 307 УК РФ происходило после того, как он провел исследование и материалы исследования были опечатаны. Более того, представлены неполные сведения об эксперте - рецензируемое заключение выполнено в нарушение требований ст. 25 Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 18 июня 2001 года и содержит не все обязательные сведения для заключения по экспертам, отсутствуют сведения о действующем сертификате эксперта ФИО11
Автор жалобы полагает, что в представленном заключении эксперта имеются существенные нарушения, которые не учитывают требований Приказа №н от 12 мая 2010 года «Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации», поскольку отсутствует описание иных методов и результатов исследования по ним, которые легли в основу полученного заключения. Представленное заключение не основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных, отсутствуют реквизиты и структура экспертной методики, что делает результаты, полученные с ее помощью, недостоверными.
Автор жалобы обращает внимание на допрос специалиста ФИО11 в ходе которого установлен факт неверного исследования медицинской документации, так как фактически исследовалось заключение специалиста, проведенное с использованием МРТ, при том, что в исследовательской части указаны сведения, якобы полученные посредством КТ.
На основании изложенного, автор жалобы полагает, что в ходе судебного разбирательства опровергнуты основные обстоятельства совершенного преступления, изложенные в обвинении, что в свою очередь опровергает его виновность.
Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда.
В возражениях на апелляционные жалобы осужденных ФИО71 и ФИО72 государственный обвинитель Куценко А.Г. выражает несогласие с доводами апелляционных жалоб. Выводы суда по вопросам доказанности вины и правильности квалификации действий ФИО71 и Колегова судом первой инстанции мотивированы надлежащим образом. Оснований не доверять проведенными по делу судебным экспертизам судом верно не установлено, поскольку выполнены они квалифицированными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, которые были также допрошены непосредственно в судебном заседании, и которые обосновали сделанные выводы в ходе экспертных исследований.
Просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных – без удовлетворения.
Выслушав мнения участников судебного заседания, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, судебная коллегия приходит к следующему.
Изложенные в жалобе доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом, по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ, а также на несогласии их с выводами экспертов № от <Дата> о степени тяжести вреда, причиненного здоровью потерпевшей ФИО2, заключением инженерно-технической экспертизы №.1/21 от <Дата> и с заключением экспертизы промышленной безопасности №.2/21 от <Дата>.
Обвинительный приговор суда в целом соответствует требованиям ст.ст. 297, 304, 307-309 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, в нем изложены доказательства, на которых основаны выводы суда.
Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, включая событие преступления, судом установлены верно и выполнены все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела.
В судебном заседании и в ходе предварительного расследования ФИО71 и ФИО72 виновными себя в совершении преступления не признали. В целом их позиция, изложенная в апелляционных жалобах, аналогична занятой ими позиции в ходе предварительного расследования и в судебном заседании.
При этом ФИО71 не отрицал наличие у него, как генерального директора <данные изъяты>» договорных обязательств с <данные изъяты>», в соответствии с которыми он в течение нескольких лет осуществлял текущее техническое обслуживание лифтов в указанной больнице, полагая, что он свои обязанности выполнял надлежаще, существенных неисправностей в работе лифта № не имелось, <Дата> он увидел, что на ограничителе скорости в машинном отделении лифта № отсутствуют задняя крышка и пломба завода изготовителя, но, несмотря на это, считал, что ограничитель скорости исправен. ФИО71 и ФИО72 утверждают, что совместно участвовали в периодическом техническом освидетельствовании лифтов больницы <Дата> <Дата>, которое проводил ФИО72, как ведущий специалист, в соответствии с имеющимися договорными обязательствами между <данные изъяты> Показали, что они совместно проходили в помещение больницы для проведения освидетельствования, провели все необходимые испытания, которые лифт № прошел успешно, недостатков в работе не выявлено, и по результатам ФИО72 составил акт освидетельствования лифта и подписал его, ФИО71 подписал данный акт от имени бывшего его работника ФИО14 от лица больницы акт подписал ФИО8 Причиной непроизвольного движения лифта № в больнице считают действия лифтера ФИО7 который допустил перегруз, не согласны, что потерпевшей ФИО2 причинен тяжкий вред здоровью, а также с заключениями инженерно-технической экспертизы и промышленной безопасности.
Несмотря на позицию осужденных, выводы суда о виновности ФИО71 и ФИО75 в совершении преступления, за которое они осуждены, подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, в том числе:
- показаниями потерпевших ФИО2 ФИО15 ФИО5, ФИО16 ФИО17 ФИО17 ФИО18 ФИО1 ФИО6 ФИО19 ФИО20 каждый из которых сообщил обстоятельства, при которых произошло свободное падение лифта № в <данные изъяты> в кабину которого они все зашли, а также потерпевшими ФИО2 ФИО17 ФИО17 ФИО5 ФИО16 сообщено об обстоятельствах получения ими в результате падения лифта телесных повреждений и последствий таких повреждений;
- показаниями свидетеля ФИО8 который является начальником хозяйственной службы <данные изъяты> в которых он сообщил об обстоятельствах установки лифта № в помещении больницы, его технического освидетельствования, которое с 2018 года осуществлялось по договору специалистом ФИО72, который после его освидетельствования <Дата> не установил никаких препятствий к его дальнейшей эксплуатации, назначив следующую дату проверки на <Дата> однако, <Дата> ему стало известно о падении лифта в центральном корпусе больницы, наличии пострадавших в результате его падения; в период эксплуатации данного лифта ни ФИО71, ни другие сотрудники <данные изъяты> не сообщали ему, что на ограничителе скорости отсутствует задняя крышка и пломба завода изготовителя, в противном случае работа лифта была бы приостановлена;
- показаниями свидетеля ФИО21 – инженера по охране труда, инструктора по пожарной профилактике <данные изъяты> который во время отсутствия начальника хозяйственной службы исполняет его обязанности, пояснившего, что по совету ФИО71 в <Дата> года между <данные изъяты> был заключен договор на проведение технического освидетельствования лифтов в больнице, в <Дата> по телефону ФИО71 сообщил, что прибыл эксперт ФИО72 для проведения техосвидетелствования лифтов, но он фактически их не видел, участие в освидетельствовании не принимал, в последующем ФИО71 ему сообщил, что освидетельствование пройдено, все лифты находятся в исправном состоянии; кто и когда передал акты технического периодического освидетельствования лифтов, не помнит; <Дата> ему стало известно, что лифт № центрального корпуса с пассажирами вместо 1 этажа ушел в подвал с открытыми дверями кабины и шахты; он спускался в подвал лифта и вытаскивал из него людей;
- показаниями свидетеля ФИО22 - главного врача <данные изъяты> который участие в проведении технического освидетельствования лифтов не принимал; о неисправности лифта № ему никто не сообщал; <Дата> ему стало известно, что в центральном корпусе при транспортировке людей со 2 на 1 этаж произошел аварийный спуск кабины лифта в подвал с пациентами и санитаркой; об обнаружении в 2019 году недогруза противовеса лифта ему никто не докладывал, однако в акте от <Дата> имеется подпись об ознакомлении ФИО71, который занимался техническим обслуживанием лифтов больницы до <Дата>;
- показаниями свидетеля ФИО7 который работает лифтером в <данные изъяты> в которых он сообщил об обстоятельствах произошедшего <Дата> падения кабины лифта № с открытыми дверями со второго этажа в цокольный этаж с пациентами больницы и санитаркой, указавшего, что в 2021 году периодическое техническое освидетельствование лифтов не проводилось, поскольку ключи от лифтов механик ФИО71 не получал; при работе лифта №, постоянно возникали проблемы, о чем делались записи в журнале;
- показаниями свидетелей ФИО23 ФИО24 ФИО25 ФИО26 ФИО27 ФИО28 ФИО29 о том, что <Дата> и <Дата> они находились на смене в ГУЗ «ГКБ №», в том числе работали на лифте №, заводской №, периодическое техническое освидетельствование лифтов в этот период не проводилось;
- показаниями свидетеля ФИО30 которая работает старшей медицинской сестры <данные изъяты> о том, что в «красную зону» больницы можно войти, только получив защитные комбинезоны и другие средства защиты (далее СИЗ), которые выдаются под роспись в журнале учета выдачи СИЗ, и при измерении температуры, о чем также делают отметки; невозможно получить СИЗ и пройти в карантин без записи в эти журналы, в соответствии с записями в которых лица, проверяющие лифты, в марте 2021 года, не проходили в карантин больницы;
- показаниями свидетеля ФИО31 которая работает медицинским контролером приемно-диагностического отделения <данные изъяты> она проверяет СИЗ у входящих в карантинную зону, знакомит с требованиями безопасности, ведет журнал контроля при входе в карантинную зону, куда записывает всех входящих, показавшая, что с <Дата> по <Дата> ФИО71 и ФИО72 не посещали <данные изъяты> в карантинную зону не проходили;
- показаниями свидетелей ФИО32 ФИО33 ФИО34 ФИО35 ФИО36 ФИО37 ФИО38, которые работают лифтерами в <данные изъяты> сообщивших о постоянно возникающих проблемах в работе лифта № в главном корпусе больницы, о чем они вносили соответствующие записи в журнал посменной передачи лифтов, и о чем они сообщали механику ФИО71, при этом указавших, что в случае перегруза лифта, срабатывал сигнал, но падения от перегруза лифтов при них не случалось;
- показаниями свидетелей ФИО39 ФИО40 ФИО41 ФИО42 ФИО43 ФИО44 ФИО45 ФИО46 ФИО47 ФИО48 ФИО49 ФИО50 ФИО51 ФИО52 об обстоятельствах установки лифта № в помещении <данные изъяты> проведения работ по устранению недостатков, о результатах ранее проведенных технических освидетельствований данного лифта; о возможности определения веса противовеса в лифте визуально, посчитав его количество и зная вес одного противовеса, возможности извлечения грузов противовеса после установки лифта, невозможности эксплуатации лифта при вскрытом ограничителе скорости, который должен находиться в опломбированном состоянии от завода-производителя и подлежит замене полностью, поскольку ремонт его не допускается, указавших, что за износом КВШ должен следит механик;
- показаниями свидетеля ФИО53 о том, что он, работая в период с <Дата> электромехаником по лифтам в <данные изъяты> директором которого является ФИО71, никогда не принимал участие в проведение ежегодного технического освидетельствования лифтов, в <Дата> он уже не работал электромехаником в <данные изъяты>», в основном лифты больницы обслуживал ФИО71, после начала пандемии он в <данные изъяты>» не заходил;
- показаниями свидетелей ФИО54 ФИО55 ФИО56 специалиста ФИО13 которые в составе комиссии Ростехнадзора проводили расследование аварии лифта в <данные изъяты> установили технические причины аварии на лифте №: износ КВШ, недостаточная массой противовеса, неисправность ограничителя скорости, которые должны были быть выявлены при периодическом техническом освидетельствовании лифта; организационные причины аварии: недостаточно полное, формальное проведение технического освидетельствования специалистом <данные изъяты> ФИО72, при этом специалист ФИО13 указал, что ручьи (канавки) шкива изношены примерно на 30%, которые в течение месяца подлежали замене, в случае возникновения перегруза, данный шкив не справился со своей функцией, поэтому произошло проскальзывание канатов, неконтролируемое движение кабины вниз; в случае исправности шкива даже при перегрузе кабины лифта, она не начала бы неконтролируемое движение вниз; в ходе периодического технического освидетельствования такой износ шкива в любом случае должен быть установлен, а лицо, которое обслуживает данный лифт, также обязано проверять подъемный механизм, данную неисправность должны были установить при надлежащей проверке; <Дата> при осмотре и следственном эксперименте, проводилось испытание ограничителя скорости, который не сработал; при этом пломба на нем отсутствовала, он находился в неисправном состоянии;
- показаниями специалиста ФИО12 который работает главным инженером в <данные изъяты>», о том, что <Дата> и <Дата> принимал участие в проведении осмотра места происшествия в <данные изъяты> в качестве специалиста, в ходе осмотров установлено, что ограничитель скорости, который является одним из основных устройств, обеспечивающим безопасную эксплуатацию лифта, предотвращающим наступление опасных последствий, связанных с падением кабины лифта в случае аварии, находится в неисправном состоянии, также на нем отсутствует пломба завода изготовителя и задняя крышка, что при проведении периодического технического освидетельствования не заметить невозможно, вмешательство в работу ограничителя скорости считается существенным нарушением при эксплуатации лифта, неисправность ограничителя скорости влечет безусловную остановку эксплуатации лифта; любое перемещение кабины вручную может выявить недостаточную массу противовеса при периодическом техническом освидетельствовании; при осмотре КВШ смазки канатов не имелось, канаты и КШВ сухие, износ КВШ данного лифта примерно на 20-30%;
- показаниями эксперта ФИО9 о том, что на ФИО71, возложена обязанность по текущему техническому обслуживанию лифтов, в том числе лифта №, а именно ремонт, проверка, смазка, очистка, замена быстро изнашивающихся деталей лифта; ФИО72 <Дата> не проведено периодическое техническое освидетельствование лифта, не составлен протокол испытаний; не выявлен значительный износ КВШ, что при неисправности ограничителя скорости могло привести к неконтролируемому перемещению кабины вниз под воздействием собственной массы; неисправность лифта № (паспортный №) в виде использования противовеса массой на 322 кг меньше требуемой могла быть выявлена при проведении периодического технического освидетельствования.
Виновность ФИО71 и ФИО72 подтверждается также и письменными материалами дела.
Так, заключениями экспертов №№, № подтверждено у потерпевших ФИО2 ФИО17 ФИО4 ФИО5 ФИО16 наличие телесных повреждений и определена степень их тяжести вреда здоровью. При этом комиссией экспертов сделан вывод о причинении потерпевшей ФИО2 телесных повреждений, влекущих значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3, которые квалифицируются, как тяжкий вред здоровью.
В соответствии с протокол осмотра места происшествия от <Дата> с участием специалиста ФИО12 осмотрен лифт № (заводской №) в <данные изъяты> лифтовая кабина которого находится ниже пола 1 этажа, потолок кабины находится ниже уровня 1 этажа на 20 см; на контргайке ограничителя скорости отсутствует пломба; при осмотре противовеса в сборе установлено, что он состоит из 18 железобетонных грузов, масса одного из которых со слов специалиста обычно составляет 50 кг, поэтому общая масса противовеса может составлять около 900 кг.
Как следует, из протокола осмотра места происшествия от <Дата> с участием эксперта ФИО13 специалиста ФИО12 установлено, что износ канавок КШВ составляющий 30%, выявленный недогруз противовеса около 40 %, ограничитель скорости не исправен.
Согласно протоколу осмотра места происшествия от <Дата> при осмотре машинного отделение лифта с заводским № установлено, что износ КВШ неравномерный, при помещении измерительных щупов в зазор между канатами и дном подреза КШВ расстояние между ними более 4 мм; на ограничителе скорости отсутствует задняя крышка и пломба завода изготовителя.
В соответствии с протоколом следственного эксперимента от <Дата> с участием специалиста ФИО13 при движении кабины вниз ограничитель скорости не сработал, остановка кабины лифта ловителями не произошла.
Как следует из заключения экспертов инженерно-технической экспертизы №.1/21 от <Дата> лифт № (паспортный №) имеет значительный износ канатоведущих шкивов лебедки и ограничителя скорости и изменение профиля ручьев КВШ. Фактическая масса противовеса в собранном виде лифта № меньше массы, указанной в паспорте лифта, на 322 кг. Причиной неконтролируемого движение вниз кабины лифта следует признать проскальзывания канатов по изношенным ручьям (канавкам) КВШ лебедки и наличие противовеса массой в собранном виде меньше массы, указанной в паспорте лифта, на 322 кг, в условиях: перегруза лифта; неисправности ограничителя скорости, отсутствия устройства, предотвращающего или останавливающего неконтролируемое движение кабины вниз от этажной площадки с незапертой дверью шахты и незапертой дверью кабины. Неисправности лифта в виде износа КВШ лебедки, износа КВШ ограничителя скорости, использования противовеса массой на 322 кг меньше требуемой, неисправности ограничителя скорости, могли быть выявлены при надлежащем проведении <Дата> периодического технического освидетельствования лифта. Неисправности лифта в виде износа КВШ лебедки, износа КВШ ограничителя скорости, могли быть выявлены в ходе технического обслуживания лифта. Допущенные лифтером ФИО7 нарушения требований инструкций не состоят в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью пассажирам лифта.
Согласно заключению экспертов экспертизы промышленной безопасности №.№ от <Дата> состояние лифта следует признать неисправным, неработоспособным и опасным, то есть таким, при котором возникает недопустимый риск причинения вреда людям или существенных материальных потерь, или других неприемлемых последствий, согласно ГОСТ 27.002-2015 «Надежность в технике (ССНТ). Термины и определения».
Из протокола осмотра предметов и документов от <Дата> следует, что при осмотре журналов контроля при входе в карантинную зону <данные изъяты> журналов учета применения средств индивидуальной защиты ГУЗ «ГКБ №», записей о посещении больницы ФИО72 за период с <Дата> по <Дата> не имеется; ФИО71 посещал больницу <Дата>, в связи с заявкой лифтера о поломке лифта в терапии; с <Дата> по <Дата> ФИО71 ГУЗ «ГКБ №» не посещал.
В соответствии с протоколом осмотра предметов и документов от <Дата> при осмотре паспорт лифта №, имеется запись о проведении <Дата> периодического освидетельствования лифта согласно ГОСТ Р53782-10, результаты указаны в акте ПТО, эксплуатация разрешается, имеется печать «Специалист испытательного центра <данные изъяты> подпись ФИО72, срок следующего освидетельствования – <Дата> при осмотре журнала ежесменного осмотра лифтов установлено, что регулярно возникали проблемы в работе лифта №, о чем сообщалось механику ФИО71
Согласно производственной инструкцией электромеханика по лифтам, утвержденной <Дата>, директором <данные изъяты> ФИО71, электромеханик должен: производить технические осмотры закрепленных за ним лифтов; результаты технических осмотров лифтов заносить в специальный журнал лифта; в процессе эксплуатации лифтов следить за сроками технического освидетельствования, закрепленных за ним лифтов; устранять неисправности, выявленные при осмотрах или техническом освидетельствовании; перед началом технического осмотра лифта предупредить лифтера об остановке лифта на технический осмотр и сделать запись об этом в их журнале.
В соответствии с договорами на техническое обслуживание лифтов с <Дата> заключенных между <данные изъяты> и <данные изъяты> директором которого является ФИО71, последнее в качестве специализированной организации осуществляло текущее техническое обслуживание и ремонт лифтов <данные изъяты>
В соответствии с договором на оказание услуг № от <Дата>, заключенным между <данные изъяты> и <данные изъяты> директором которого является ФИО72, последнее обязалось осуществлять периодическое техническое освидетельствование лифтов <данные изъяты>
Согласно трудовому договору № от <Дата>, заключенному <данные изъяты> с ФИО72, последний трудоустроен в должности специалиста испытательного центра с <Дата>.
Свидетельствами о квалификации ФИО72 от <Дата> подтверждается его квалификация, как специалиста по техническому освидетельствованию лифтов.
Как следует из должностных инструкций специалиста испытательного центра ДИ-Сибэк 13-2015, утвержденной 20 января 2020 года директором <данные изъяты> ФИО72 обязан для выполнения возложенных на него функций проводить в установленные сроки и с надлежащим качеством испытания, исследования и измерения объекта в соответствии с требованиями технических регламентов и прочих действующих нормативных документов, устанавливающих методы и правила при проведении испытаний, исследований и измерений; проводить обработку полученных результатов с оценкой качества и выдачей соответствующих заключений в назначенные сроки; при выявлении дефектов и нарушений в протоколах испытаний указывать конкретные нарушения и дефекты со ссылками на пункты нормативно-технической документации, которые были нарушены; при выявлении дефектов и грубых нарушений, влияющих на безопасность эксплуатации объекта, которые не могут быть устранены в процессе испытаний, ставить в известность руководителя испытательного центра и владельца объекта.
В соответствии с актом периодического технического освидетельствования от <Дата> специалист ФИО72 в присутствии электромеханика специализированной лифтовой организации <данные изъяты> ФИО14 заказчика <данные изъяты> - начальника хозслужбы ФИО8 провел периодическое техническое освидетельствование лифта № по ГОСТ Р 53783-2010, из выводов которого следует, что требования к безопасной эксплуатации лифта в период назначенного срока службы соблюдаются; результаты технического контроля оборудования лифта и установки оборудования лифта положительные, никаких неисправностей и недостатков в работе лифта не выявлено.
Все эти и иные приведенные в приговоре доказательства были тщательным образом исследованы судом, по итогам чего им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела. В приговоре приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие.
Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевших, свидетелей, специалистов и экспертов, оснований для оговора ими осужденных, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, не установлено.
Вопреки доводам авторов апелляционных жалоб, судом в приговоре дана надлежащая оценка представленной стороной защиты рецензии на заключения экспертов № с которой соглашается судебная коллегия.
Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона при получении доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, не допущено.
Оснований ставить под сомнение достоверность экспертных заключений, проведенных в ходе предварительного расследования, у суда первой инстанции, не имелось.
Все экспертизы по делу были проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, выводы экспертов в их заключениях подробно мотивированы, экспертизы проведены компетентными лицами в соответствии с научными методиками, все эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем имеются подписки.
Первоначальное неверное определение имеющихся у потерпевшей ФИО2 повреждений и степени их тяжести при проведении экспертиз № и № обусловлено неполнотой исследований имеющихся у ФИО2 повреждений. Вместе с тем, при проведении комиссионной судебно-медицинской экспертизы № при участии в экспертизе врача-рентгенолога были представлены и результаты дополнительных диагностических исследований потерпевшей ФИО2 и с учтем исследованных видеозаписей МРТ от <Дата>, с учетом дополнительного исследования рентгенограмм, комиссией экспертов сделан вывод о наличии у потерпевшей консолидирующегося Т-образного перелома большеберцовой кости в метафизе и проксимальной 1/3 диафиза, повреждение собственной связки надколенника, повреждение задней крестообразной связки, повреждения медиальной коллатеральной связки, горизонтальный разрыв тела латерального мениска, множественные кровоподтеки в левой подколенной ямке, на задней поверхности в средней трети голени, на передней поверхности левой голени в средней и нижней третях, в окружности левого голеностопного сустава, на внутренней поверхности правой голени в нижней трети, по окружности правого голеностопного сустава, которые повлекли значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3, и причинившие тяжкий вред здоровью.
Указанные выводы допрошенный в судебном заседании врач-рентгенолог ФИО11 участвовавший в составе комиссии в проведении экспертизы № подтвердил, указав, что в заключении допущена опечатка, и вместо МРТ ошибочно указано КТ. При этом из содержания учитываемых при экспертизе исследований очевидно следует, что врач-рентгенолог ФИО11 исследовал результаты магниторезонансной томограммы левого коленного сустава ФИО2 от <Дата>, в том числе видеозапись данного исследования, а не только его расшифровку врачом. Как верно отмечено судом первой инстанции, допущенная техническая ошибка в тексте заключения не ставит под сомнение правильность сделанных в заключении комиссии экспертов выводов, вопреки доводам авторов апелляционных жалоб.
Заключению консилиума врачей судом первой инстанции дана надлежащая оценка, и верно взято за основу приговора заключение комиссии экспертов №, обоснованность выводов которого сомнений у судебной коллегии не вызывает.
Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что содержащиеся в заключении экспертов № выводы согласуются и с показаниями потерпевшей ФИО2 которая в течение длительного времени предъявляла жалобы на боли в левом коленном суставе после произошедшего падения лифта <Дата>.
Вопреки доводам авторов апелляционных жалоб, заключения экспертов инженерно-технической экспертизы №.№ и промышленной безопасности №.№ верно судом взяты в основу приговора, поскольку они проведены надлежащими экспертами, содержание их заключений и выводов мотивировано и понятно, заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы, изложенные в них, не содержат противоречий.
Вопреки доводам авторов апелляционных жалоб, правильность определения комиссией по техническому расследованию фактической массы противовеса у судебной коллегии не вызывает сомнений, поскольку проведенные комиссией расчеты приведены полно и подробно, при этом в состав комиссии входили специалисты обладающие специальными познаниями в данной области, их расчеты не вызвали сомнений и у экспертов.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и производстве судебных экспертиз по делу не допущено. Судом установлено, что в качестве экспертов выступали специалисты, имеющие необходимую профессиональную подготовку, обладающие специальными познаниями в соответствующей области, имеющие значительный стаж работы, т.е. обладающие необходимым опытом работы, при этом экспертам разъяснялись процессуальные права, и они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Для производства указанных экспертиз в распоряжение экспертов были представлены все необходимые материалы и документы, оснований считать их полученными с нарушением требований закона не имеется. Сделанные в заключении выводы понятны, отвечают на поставленные вопросы и каких-либо противоречий, как между собой, так и по отношению к другим доказательствам, положенным судом в основу приговора, не содержат. Вопреки доводам авторов жалоб, заключения экспертов не вызывает сомнений, как и компетентность экспертов их проводивших.
Учитывая изложенное, оснований для назначения и проведения повторных судебно-медицинской экспертизы, инженерно-технической экспертизы и экспертизы промышленной безопасности при указанных обстоятельствах у суда, вопреки доводам авторов апелляционных жалоб, не имелось, поэтому суд первой инстанции обосновано отказал в удовлетворении таких ходатайств стороне защиты, о чем мотивировано принял решения в судебном заседании. Доводы в указанной части авторов апелляционных жалоб несостоятельны.
Таким образом, на основании выше приведенных и иных, указанных в приговоре доказательствах, суд первой инстанции достоверно установил факт совершения ФИО71 и ФИО72 преступления, за которое они осуждены.
Так, факт наличия договорных обязательств у ФИО71 на текущее техобслуживание лифтов в <данные изъяты>» и у ФИО72 на проведение периодического технического освидетельствование лифтов в <данные изъяты> на момент происшествия установлен представленными суду первой инстанции доказательствами, в том числе и соответствующими договорами, что не оспаривается самими осужденными.
Обязанности ФИО71, как специалиста – электромеханика по лифтам, а ФИО72, как специалиста по проведению периодического технического освидетельствование лифтов, также судом первой инстанции установлены верно, с учетом взятых ими на себя обязательств, предусмотренных соответствующими договорами о выполнении работ и оказании услуг, у ФИО71 также с учетом производственной инструкции электромеханика по лифтам, которая утверждена им же, как генеральным директором <данные изъяты> а также на основании ГОСТ Р 53783-2010 «Лифты. Правила и методы оценки соответствия лифтов в период эксплуатации», ГОСТ 34303-2017 «Лифты. Общие требования к руководству по техническому обслуживанию лифтов», Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 011/2011 «Безопасность лифтов», утвержденного решением Комиссии Таможенного союза евразийского экономического сообщества от 18 октября 2011 года № 824 (в редакции от 19 декабря 2019 года).
При этом порядок проведения периодического технического освидетельствования и составления по его результатам соответствующего акта также определен ГОСТ 34583-2019. «Межгосударственный стандарт. Лифты. Правила и методы испытаний, измерений и проверок в период эксплуатации», который введен в действие Приказом Росстандарта от 22 октября 2019 года № 1040-ст, в соответствии с которым под периодическим техническим освидетельствованием лифта понимается оценка соответствия лифта, находящегося в эксплуатации, проводимая периодически с интервалом не реже одного раза в 12 календарных месяцев, которое проводится после выполнения ежегодного текущего ремонта (п. 4.3 Положения о ремонте лифтов).
Согласно пп. 5.4.1, 6.1 ГОСТ 34583-2019 при периодическом техническом освидетельствовании специалист (эксперт) испытательной лаборатории (центра) осуществляет: проверку наличия технической документации по п. 5.4.2 ГОСТ 34583-2019; технический контроль оборудования лифта и установки машинного оборудования лифта; проверку функционирования лифта; проверку функционирования устройств безопасности лифта; испытание (измерение сопротивления) изоляции электрических цепей и электрооборудования, визуальный контроль и измерительный контроль заземления (зануления) оборудования лифта; испытание сцепления тяговых элементов с канатоведущим шкивом (барабаном трения) и испытание тормозной системы на лифте с электрическим приводом; испытание герметичности гидроцилиндра и трубопровода на лифте с гидравлическим приводом.
В соответствии с п. 5.4.3 ГОСТ 34583-2019 при периодическом техническом освидетельствовании в случае выявления дефектов, создающих недопустимый уровень риска при эксплуатации лифта, они указываются в акте периодического технического освидетельствования лифта с указанием рекомендаций о недопустимости использования лифта по назначению до устранения этих дефектов, а использование лифта по назначению до устранения дефектов, создающих недопустимый уровень риска при эксплуатации, не допускается.
Судом первой инстанции, вопреки доводам осужденных, верно установлено, что ФИО72 и ФИО71 в период с <Дата> по <Дата> по совместной предварительной договоренности периодическое техническое освидетельствование лифта не проводилось, так как из показаний свидетелей ФИО57 - старшей медицинской сестры <данные изъяты> и ФИО58 - медицинского контролера приемно-диагностического отделения <данные изъяты> следует, что ФИО72 и ФИО71 в карантинную зону, где находился лифт №, и куда без записи в соответствующие журналы и без получения СИЗ нельзя было зайти, не проходили, СИЗ не получали, что соответствует записям в журнале контроля при входе в карантинную зону. Кроме того, из показаний лифтеров – свидетелей ФИО23 ФИО59 ФИО25 ФИО60 ФИО61 ФИО62 ФИО63 работавших в том числе на лифте №, также следует, что никакое освидетельствование лифта не проводилось, работа лифта не приостанавливалась, что с учетом того объема работы, который необходимо было выполнить при проведении освидетельствования лифта в соответствии с требованиями ГОСТ 34583-2019, в том числе провести необходимые испытания, не могло бы остаться не замеченным лифтерами. При таких обстоятельствах доводы осужденных ФИО72 и ФИО71 о том, что они прошли в карантинную зону без записи в соответствующие журналы и могли не получать СИЗ судебная коллегия находит недостоверными, поскольку они полностью опровергаются указанными выше доказательствами.
Поскольку судом первой инстанции достоверно установлено, что периодическое техническое освидетельствование лифта № не производилось, а, следовательно, составленный ФИО72 и ФИО71 акт периодического технического освидетельствования лифта от <Дата> является подложным, в который они внесли недостоверные сведения об исправности лифта.
При этом сами осужденные ФИО72 и ФИО71 факт составления указанного акта и его ими подписания не оспаривают.
Факт произошедшего <Дата> неконтролируемого движения лифта установлен судом первой инстанции верно на основании достаточной совокупности доказательств, не вызывает никаких сомнений, участниками процесса, в том числе осужденными, не оспаривается.
Наличие у лифта указанных в приговоре технических неисправностей судом первой инстанции установлено правильно на основании совокупности таких доказательств, как протоколы осмотра места происшествия, протокол следственного эксперимента, показаниями свидетелей ФИО64 ФИО65 ФИО66 специалиста ФИО13 которые в составе комиссии Ростехнадзора проводили расследование аварии лифта в <данные изъяты> специалиста ФИО12 участвовавшего при осмотре места происшествия и при проведении следственного эксперимента, эксперта ФИО67 проводившего инженерно-техническую экспертизу, самим заключением экспертов инженерно-технической экспертизы № от <Дата>.
Наличие у потерпевших ФИО2 ФИО68 ФИО17 ФИО5 и ФИО16 повреждений, полученных ими в результате падения лифта, подтверждается, как их собственными показаниями, так и заключениями судебно-медицинских экспертов, в которых также установлена и степень тяжести вреда их здоровью, в том числе у потерпевшей ФИО2 – тяжкий вред.
Судом первой инстанции верно в приговоре указано на наличие причинно-следственной связи между указанными в приговоре действиями (бездействиями) ФИО71 и ФИО72 и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью потерпевших ФИО2 ФИО68, ФИО69 ФИО5 и ФИО16 которая определена судом, в том числе и с учетом выводов экспертов.
Таким образом, доводы жалоб осужденных о том, что виновность ФИО71 и ФИО72 в совершении инкриминируемом ими деянии при установленных судом обстоятельствах не доказана, отсутствуют достоверные и допустимые доказательства, подтверждающие причинно-следственную связь между их действиями и наступившими последствиями в виде неконтролируемого движения кабины лифта вниз и последующего удара кабины о буфер, и как следствие причинение вреда здоровью потерпевшим, в том числе тяжкого вреда здоровью ФИО2 о том, что виноваты в произошедшем лифтер ФИО7 и администрация <данные изъяты> в том числе и начальник хозяйственной службы больницы ФИО70 опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. Суд подробно мотивировал свои выводы в приговоре, оснований не соглашаться с ними у судебной коллегии не имеется.
Несмотря на занятую ФИО71 и ФИО72 позицию по отношению к предъявленному обвинению, суд первой инстанции правильно оценив представленные стороной обвинения доказательства, установил, что ФИО71 и ФИО72 с учетом взятых ими на себя гражданско-правовых обязательств перед <данные изъяты> ФИО71 по текущему техническому обслуживанию лифтов больницы, ФИО72 по проведению периодического технического освидетельствования, в период времени с <Дата> по <Дата>:
ФИО71 проигнорировав условия заключенного с ним договора, указанные в приговоре требования производственной инструкции электромеханика по лифтам, а также указанные в приговоре требования ГОСТ 34303-2017 «Лифты. Общие требования к руководству по техническому обслуживанию лифтов», и указанные в приговоре положения Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 011/2011 «Безопасность лифтов», утвержденного решением Комиссии Таможенного союза евразийского экономического сообщества от 18 октября 2011 года № 824 (в редакции от 19 декабря 2019 года) не произвел надлежащий технический осмотр закрепленного за ним лифта с целью выявления и устранения неисправностей и подтверждения того, что лифт находится в состоянии, допускающим его безопасную и бесперебойную эксплуатацию, а также не устранил указанные в приговоре неисправности, которые обязан был выявить в процессе эксплуатации лифта, при осмотрах и техническом освидетельствовании;
ФИО72, проигнорировав договорные обязательства, указанные в приговоре требования ГОСТ Р 53783-2010 «Лифты. Правила и методы оценки соответствия лифтов в период эксплуатации», и указанные в приговоре положения Технического регламента Таможенного союза ТР ТС 011/2011 «Безопасность лифтов», утвержденного решением Комиссии Таможенного союза евразийского экономического сообщества от 18 октября 2011 года № 824 (в редакции от 19 декабря 2019 года), не провел, предусмотренные ими и подробно указанные в приговоре необходимые проверки, контроль и испытания, которые обязан был провести при текущем техническом освидетельствовании лифта.
При этом ФИО72 и ФИО71 совместно и согласовано без фактического проведения ежегодного периодического технического освидетельствования лифта изготовили и составили акт периодического технического освидетельствования лифта от <Дата>, устанавливающий соответствие лифта требованиям безопасности, внеся в него ложные сведения о его исправности, после выдачи которого владельцу лифта (уполномоченному представителю владельца лифта), была продолжена эксплуатация технически неисправного, неработоспособного, представляющего опасность лифта в штатном режиме, что привело к тому, что <Дата> кабина лифта с находящимися в нем потерпевшими произвела неконтролируемое движение вниз, в результате чего ФИО2 причинен тяжкий вред здоровью; ФИО68 - средней тяжести вред здоровью; ФИО17 - легкий вред здоровью; ФИО5 и ФИО16 причинены повреждения, не причинившие вреда здоровью.
Несогласие авторов апелляционных жалоб с данной судом оценкой доказательств не влечет признание их недопустимыми и не является основанием для отмены приговора.
Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им. Все доказательства представленные сторонами полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Поэтому доводы авторов апелляционных жалоб о том, что приговор суда является незаконным и необоснованным, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, а также о том, что судом не дана надлежащая оценка представленным доказательствам, судебная коллегия находит несостоятельными.
Собственная оценка авторами жалоб исследованных судом доказательств не является основанием для отмены постановленного судом обвинительного приговора.
Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что ФИО72 и ФИО71 выполнили работы и оказали услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, неправомерно выдали официальный документ, удостоверяющий соответствие указанных работ и услуг требованиям безопасности, группой лиц по предварительному сговору, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью человека.
Вместе с тем, судебная коллегия находит излишним осуждение ФИО71 и ФИО72 за неправомерное использование официального документа.
Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 Уголовного кодекса Российской Федерации» под неправомерным использованием официального документа, удостоверяющего соответствие товаров, работ или услуг требованиям безопасности, в ст. 238 УК РФ следует понимать умышленные действия держателя такого документа, которые состоят в его предъявлении с целью подтверждения соответствия требованиям безопасности товаров, работ, услуг, не отвечающих этим требованиям.
Согласно п. 5.4.4 ГОСТ 34583-2019 «Межгосударственный стандарт. Лифты. Правила и методы испытаний, измерений и проверок в период эксплуатации» специалист (эксперт) испытательной лаборатории (центра), проводивший проверки, испытания и измерения лифта, оформляет и подписывает протокол(ы) испытаний, на основании которого(ых) он оформляет результаты технического освидетельствования актом периодического технического освидетельствования лифта, оригинал которого передает владельцу лифта (уполномоченному представителю владельца лифта).
Учитывая вышеприведенные разъяснения и положение ГОСТ 34583-2019, специалист (эксперт) испытательной лаборатории (центра) лишь составляет акт периодического технического освидетельствования лифта, который передает владельцу лифта (уполномоченному представителю владельца лифта), который являясь держателем такого акта, и имеет возможность его использовать.
Учитывая фактические обстоятельства совершенного ФИО71 и ФИО72 преступления, когда они лишь действуя в составе группы лиц по предварительному сговору между собой, без проведения ежегодного периодического технического освидетельствования лифта, изготовили и составили акт периодического технического освидетельствования лифта от <Дата>, внеся в него ложные сведения о его исправности, после чего выдали его владельцу лифта (уполномоченному представителю владельца лифта), который не был осведомлен о том, что содержащиеся в нем сведения являются недостоверными, и у которого с учетом содержащихся в нем сведений об исправности лифта не имелось оснований для приостановления его эксплуатации, судебная коллегия приходит к выводу, что квалификация действий ФИО71 и ФИО72 по неправомерному использованию официального документа является излишней, в связи с чем из квалификации их действий необходимо исключить указание о том, что они неправомерно использовали официальный документ, удостоверяющий соответствие указанных работ и услуг требованиям безопасности со снижением назначенного им наказания.
В остальном, квалификация действий ФИО71 и ФИО72 по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, как выполнение работ и оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, неправомерная выдача официального документа, удостоверяющего соответствие указанных работ и услуг требованиям безопасности, группой лиц по предварительному сговору, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью человека, является верной.
Судом первой инстанции сделан правильный вывод о наличии в действиях ФИО71 и ФИО72 квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, о чем очевидно свидетельствуют фактические обстоятельства совершенного преступления, когда они совместно, зная о необходимости проведения в марте 2021 года периодического технического освидетельствования, его не провели, при этом составили акт о якобы его проведении <Дата>, зная в силу наличия у них специальных познаний в данной области как соответствующих специалистов, о порядке его проведения, который каждый из них подписал, зная о том, что он подложный, тем самым действуя совместно и согласовано, что очевидно свидетельствует о наличии у них предварительной договоренности о не проведении ежегодного периодического технического освидетельствования и изготовлении подложного официального документа – акта периодического технического освидетельствования лифта, с целью выдачи его владельцу лифта (уполномоченному представителю владельца лифта).
При этом ФИО71 несмотря на то, что не является лицом, уполномоченным выдавать акт периодического технического освидетельствования лифта, но поскольку он действовал по предварительному сговору совместно с ФИО72, который уполномочен выдавать данный документ, о чем был осведомлен ФИО71, то действия ФИО71 также, как и ФИО72 в указанной части, подлежат квалификации, как неправомерная выдача официального документа, удостоверяющего соответствие указанных работ и услуг требованиям безопасности.
Поскольку в результате преступных действий ФИО71 и ФИО72 причинен тяжкий вред здоровью потерпевшей ФИО2, то квалифицирующий признак преступления в виде последствий причинения тяжкого вреда здоровью человека по неосторожности судом установлен верно.
Наказание ФИО72 и ФИО71 назначено в соответствии с требованиями ст. 6 и 60 УК РФ, с учетом степени и характера общественной опасности содеянного, данных о личности осужденных, а также с учетом конкретных и заслуживающих внимание обстоятельств дела, влияния назначенного наказания на исправление осужденных, условия жизни их семьи и необходимости достижения целей назначенного наказания. При этом суд первой инстанции должным образом учел наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные о личности осужденных, и пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения осужденным наказания в виде лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ.
Назначенное осужденным наказание отвечает требованиям соразмерности, принципам справедливости, гуманизма и общим началам назначения наказания. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора в отношении осужденных и влекущих его отмену, не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Ингодинского районного суда г.Читы от 15 февраля 2023 года в отношении ФИО71, ФИО72 изменить.
Исключить из квалификации действий ФИО71 и ФИО72 указание на неправомерное использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных работ и услуг требованиям безопасности.
Считать квалифицированными действия ФИО71 и ФИО72, как выполнение работ и оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, неправомерная выдача официального документа, удостоверяющего соответствие указанных работ и услуг требованиям безопасности, группой лиц по предварительному сговору, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.
Снизить назначенное ФИО71 и ФИО72 наказание по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ до 2 лет 10 месяцев лишения свободы каждому.
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Апелляционное определение в течение шести месяцев со дня его вынесения может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд, постановивший приговор.
Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.
В случае подачи кассационной жалобы, кассационного представления осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи: