Судья Беляев Д.В. (№2-13/2023) №33-10923/2023

УИД: 52RS0010-01-2022-000885-75

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Нижний Новгород 18 июля 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего Никитиной И.О., судей Будько Е.В., Силониной Н.Е.,

при секретаре Морозовой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

по апелляционной жалобе Л.А.А.

на решение Балахнинского городского суда Нижегородской области от 28 марта 2023 года

по иску К.Е.С., действующей также в интересах несовершеннолетних К.С.Ю., [дата] года рождения, К.Б.Ю., [дата] года рождения к Л.А.А. о возложении обязанности демонтировать и переустановить камеры видеонаблюдения, компенсации морального вреда,

по встречному иску Л.А.А., действующему также в интересах несовершеннолетних Л.Я.А., [дата] года рождения, Л.В.А., [дата] года рождения к К.Е.С. о возложении обязанности демонтировать и переустановить камеры видеонаблюдения, компенсации морального вреда,

Заслушав доклад судьи Нижегородского областного суда Никитиной И.О., выслушав объяснения третьего лица К.Ю.А., заключение прокурора В.Д.А., судебная коллегия по гражданским делам

УСТАНОВИЛА:

К.Е.С. обратилась в суд с исковым заявлением, в котором указала, что она с супругом и детьми проживает в жилом [адрес]. Напротив их дома находится жилой [адрес], которым пользуется ответчик Я.А.Л.А.А., при этом, Я.А.Л.А.А. установил видеокамеры на жилом доме таким образом, что они направлены за пределы принадлежащего ему земельного участка в сторону принадлежащего К.Е.С. жилого дома и придомовой территории, ванной комнаты с душевой кабиной, окна малолетней дочери, бассейна, устанавливаемого во дворе, в котором купается их ребенок, что причиняет истцу нравственные страдания, поскольку ежедневно ее семья находится под наблюдением ответчика, что причиняет им неудобства. К.Е.С. указала, что Я.А.Л.А.А. является действующим сотрудником полиции, ведет себя цинично, чувствуя безнаказанность.

С учетом заявлений в порядке ст. 39 ГПК РФ К.Е.С., действуя также в интересах несовершеннолетних К.С.Ю., [дата] года рождения, К.Б.Ю., [дата] года рождения просила суд обязать Я.А.Л.А.А. демонтировать видеокамеры на законную высоту, которая не нарушает права истца, чтобы обзор видеокамер не охватывал придомовую и внутреннюю территорию земельного участка, а также окна жилого дома К.Е.С., взыскать с Я.А.Л.А.А. в пользу К.Е.С. компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., в пользу К.С.Ю., [дата] года рождения, компенсацию морального вреда в размере руб., в пользу К.Е.Ю. компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., в пользу К.Б.Ю., [дата] года рождения компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., расходы по плате государственной пошлины в сумме 300 руб., почтовые расходы в размере 112 руб. (л.д. 3, 28, 201).

Я.А.Л.А.А. обратился в суд со встречным исковым заявлением, в котором указал, что является собственником жилого дома и земельного участка по адресу: [адрес]. Собственником жилого дома и земельного участка [адрес] является К.Е.С., которая в конце 2019 года на принадлежащем ей жилом доме установила системы видеонаблюдения, две видеокамеры охватывают территорию принадлежащего ему земельного участка и жилого дома, охватывают вход в домовладение и частично двор, что позволяет постоянно наблюдать за его территорией, хранить информацию о его личной жизни, контролировать время его отсутствия, знать о его передвижениях и передвижениях его семьи, нарушает право на неприкосновенность частной жизни. Также указал, что К.Е.С. неоднократно обращалась с жалобами в Отдел МВД России «Балахнинский», к которым прикладывала видеозаписи, на которых отражены его жилой дом и земельный участок, на что не давал согласия и просил прекратить собирать в отношении него информацию.

Я.А.Л.А.А. с учетом заявления в порядке ст. 39 ГПК РФ просил суд обязать К.Е.С. прекратить нарушение его прав посредством осуществления видеофиксации камерами видеонаблюдения, демонтировать камеры видеонаблюдения или переустановить видеокамеры системы наблюдения в положение, исключающее видеофиксацию его земельного участка и жилого дома по адресу: [адрес] или изменить направление двух камер на жилом доме таким образом, чтобы исключить возможность осуществлять видеофиксацию его жилого дома и приусадебного участка, взыскать с К.Е.С. в его пользу компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., в пользу его сына Я.А.Л.Я.А., [дата] года рождения компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., в пользу его дочери Я.А.Л.В.А., [дата] года рождения компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., по оплате государственной пошлины (л.д. 42, 284).

Решением Балахнинского городского суда Нижегородской области от 28 марта 2023 года исковые требования К.Е.С. (<данные изъяты>), действующей также в интересах несовершеннолетних К.С.Ю., [дата] года рождения, К.Б.Ю., [дата] года рождения удовлетворены частично. Постановлено: взыскать с Л.А.А. (<данные изъяты>) в пользу К.Е.С. компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., в пользу К.С.Ю., [дата] года рождения компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Встречные исковые требования Л.А.А. удовлетворены частично. Постановлено: взыскать с К.Е.С. в пользу Л.А.А. компенсацию морального вреда в размере 60 000 руб., в пользу Л.Я.А., [дата] года рождения – 20 000 руб., в пользу Л.В.А., [дата] года рождения – 20 000 руб.

В удовлетворении первоначальных и встречных исковых требований в остальной части и в большем размере отказать. Взыскать с Л.А.А. в пользу К.Е.С. судебные расходы в сумме 412 руб. Взыскать с К.Е.С. в пользу Л.А.А. расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

В апелляционной жалобе Л.А.А. поставлен вопрос об отмене решения суда в части взыскания в пользу К.Е.С. компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, в пользу К.С.Ю. компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей по мотивам нарушения судом норм материального права, неправильного определения судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствия размера компенсации морального вреда требованиям разумности и справедливости. В частности, заявитель, излагая обстоятельства спора, указывает, что его вина в части нарушений частной жизни К.Е.С. не доказана. Заявитель выражает несогласие с выводами экспертного заключения, отмечая, что они носят вероятностный характер. Апеллянт указывает, что при разрешении вопроса о сумме компенсации морального вреда в пользу К., суд не учел фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, не определил форму и степень вины заявителя жалобы, не учел нахождение на его иждивении малолетних детей.

На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции заявитель жалобы не явился, не представил доказательств уважительности причин своего отсутствия, равно как и ходатайств об отложении судебного заседания, извещался надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания путем направления судебных извещений, кроме того, информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Нижегородского областного суда - www.oblsudnn.ru.

С учетом изложенного, и поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией по гражданским делам Нижегородского областного суда в порядке, установленном главой 39 ГПК Российской Федерации, с учетом ч.1 ст.327.1 ГПК Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления, и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению если истец докажет, что является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственника или законного владения. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Гарантируя право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, Конституция Российской Федерации (часть 1 статьи 23) запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (часть 1 статьи 24) и устанавливает, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2), реализация которой может выражаться в обеспечении их превентивной защиты посредством определения законных оснований собирания, хранения, использования и распространения сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную <данные изъяты>, а также в установлении мер юридической ответственности (статья 71, пункты "в", "о"; статья 72, пункт "б" части 1), в том числе уголовно-правовых санкций за противоправные действия, причиняющие ущерб находящимся под особой защитой Конституции Российской Федерации правам личности.

По смыслу приведенных норм, конфиденциальным характером обладает любая информация о частной жизни лица, а потому она во всяком случае относится к сведениям ограниченного доступа. Право на неприкосновенность частной жизни означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера. В понятие "частная жизнь" включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июня 2005 года N 248-О, от 26 января 2010 года N 158-О-О и от 27 мая 2010 года N 644-О-О, от 28 сентября 2017 года N 2211-О и др.). Соответственно, лишь само лицо вправе определить, какие именно сведения, имеющие отношение к его частной жизни, должны оставаться в <данные изъяты>, а потому и сбор, хранение, использование и распространение такой информации, не доверенной никому, не допускается без согласия данного лица, как того требует Конституция Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал на то, что реализация другого конституционного права - права каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (часть 4 статьи 29 Конституции Российской Федерации) возможна только в порядке, установленном законом, и что федеральный законодатель правомочен определить законные способы получения информации (Постановление от 31 марта 2011 года N 3-П). Следовательно, собирание или распространение информации о частной жизни лица допускается лишь в предусмотренном законом порядке и лишь в отношении тех сведений, которые уже официально кому-либо доверены самим лицом и в законном порядке собраны, хранятся, используются и могут распространяться. Иное приводило бы к произвольному, не основанному на законе вторжению в сферу частной жизни лица, право на неприкосновенность которой гарантируется Конституцией Российской Федерации, сужало бы понятие частной жизни и объем гарантий ее защиты.

В силу п. 1 ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела.

В гражданском законодательстве имеются общие положения о нематериальных благах и их защите (глава 8 ГК РФ), согласно которым защищаются неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты>, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемые и не передаваемые иным способом.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> являются нематериальным благом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К сбору и обработке фото- и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных", определяющий, что персональные данные - это любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3). При этом согласно п. 3 и п. 5 ст. 3 ФЗ от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных, а под распространением персональных данных понимаются действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц.

В силу ст. 2 Закона целью настоящего Федерального закона является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона "О персональных данных" обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом с согласия субъекта персональных данных.

В силу ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, К.Е.С. является собственником земельного участка и жилого дома по адресу: [адрес] (л.д. 13,16).

Я.А.Л.А.А. является собственником земельного участка и жилого дома по адресу: [адрес] (л.д. 12,14).

По указанным адресам стороны состоят на регистрационном учете по месту жительства (л.д. 9, 11).

Из объяснений сторон и материалов дела, в том числе, представленных и исследованных в ходе судебного разбирательства фото- и видеоматериалов судом установлено, что на территории указанных объектов недвижимого имущества сторонами установлены камеры видеонаблюдения, направленные в стороны соседних участков сторон.

Определением суда от [дата] по ходатайству сторон по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «Экспертная компания «Фемида» (л.д. 98).

На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1. Какие объекты территории домовладения по адресу [адрес] охватываются углом обзора камер видеонаблюдения, установленных на территории домовладения по адресу: [адрес] настоящее время, а также ранее, исходя из фото- и видеоматериалов, представленных в материалы дела, в том числе, в электронном виде на компакт-дисках; охватывалось ли помещение ванной комнаты?

2. Осуществлялась ли видеозапись территории домовладения [номер] с камер видеонаблюдения, установленных на территории домовладения по адресу [адрес], в ночное время при работающих световых индикаторах непосредственно на самих видеокамерах, согласно представленным фото- и видеоматериалам; охватывал ли угол обзора указанных камер территорию домовладения [номер]?

3. Какой срок хранения видеозаписей с камер наблюдения, установленных на территории домовладения по адресу: [адрес]

4. На какие носители информации производится запись с камер видеонаблюдения, установленных на территории домовладения [адрес], какой срок хранения записей, имеются ли следы намеренного удаления файлов и свободное место?

5. Производилось ли изменение угла установки камер на территории домовладения [номер] с [дата], исходя из представленных в материалы дела фото- и видеоматериалов и данных, полученных в результате экспертного исследования, если да, то когда происходило такое изменение?

6. Охватывает ли угол обзора видеокамер, установленных на территории домовладения по адресу [адрес], территорию домовладения по адресу: [адрес], если да, то какие объекты территории охватывает?

7. Как должны быть установлены либо переустановлены видеокамеры на территории обоих домовладений, в целях исключения видеозаписи территории домовладения [номер] с камер, размещенных на территории домовладения [номер], и наоборот?

Из выводов экспертного заключения [номер] от [дата] следует, что на момент проведение осмотра, углом обзора камер видеонаблюдения, установленных на территории домовладения по адресу: [адрес], охватывается только лишь забор домовладения по адресу [адрес].

Ранее объекты территории домовладения по адресу [адрес] должны были охватываться углом обзора камер видеонаблюдения, в частности, фронтальной на трубостойке, установленных на территории домовладения по адресу: [адрес] исходя из фото- и видеоматериалов, представленных в материалы дела, в том числе, помещение ванной комнаты. Для категорического вывода зону обзора необходимо устанавливать экспериментальным путем (ответ на вопрос [номер]).

Установить, осуществлялась ли видеозапись территории домовладения [номер] с камер видеонаблюдения, установленных на территории домовладения по адресу: [адрес], в ночное время при работающих световых индикаторах непосредственно на самих видеокамерах, согласно представленным фото- и видеоматериалам, не представляется возможным. Угол обзора указанных камер должен был охватывать территорию домовладения [номер] при положении камер, зафиксированном на фотоизображениях 1647795793563.jpg», «1647795793568.jpg» (ответ на вопрос [номер]).

Время хранения информации зависит от режима записи, а именно: постоянная, по времени, по движению. Составляет от 3 суток и более (ответ на вопрос [номер]).

Запись с камер видеонаблюдения, установленных на территории домовладения [адрес], производится в «облачное хранилище», просмотр записей с камер производится через приложение. Установить, какой срок хранения записей, имеются ли следы намеренного удаления файлов и свободное место, не представилось возможным, для этого необходимы данные провайдера облачного хранилища (ответ на вопрос [номер]).

Исходя из представленных в материалы дела фото- и видеоматериалов и данных, полученных в результате экспертного исследования, установлено, что производилось изменение угла установки камер на территории домовладения [номер] с [дата]. Изменение угла установки камер на территории домовладения [номер] происходило в промежуток времени с [дата] по [дата]. Установить точно, когда происходило такое изменение, не представляется возможным (ответ на вопрос [номер]).

Угол обзора видеокамер, установленных на территории домовладения по адресу [адрес], не охватывает территорию домовладения по адресу: [адрес] (ответ на вопрос [номер]).

На момент осмотра территория домовладения по адресу [адрес], с камер наблюдения, размещенных на территории домовладения по [адрес] не просматривается. Территория домовладения по адресу [адрес] с камер наблюдения, размещенных на территории домовладения по адресу: [адрес] не просматривается. Таким образом, переустановка камер видеонаблюдения на территории обоих домовладений в целях исключения видеозаписи территории домовладения [номер] с камер видеонаблюдения, размещенных на территории домовладения [номер], и наоборот, не требуется (ответ на вопрос [номер]).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Л.С.С. дал объяснения, в соответствии с которыми, когда светятся инфракрасные индикаторы, это означает, что камеры подключены, но не означает, что ведется видеосъемка. На представленных снимках, не может сказать, идет ли запись. Фотографию можно сделать с экрана и не вести запись при этом. Нет определенных требований для установки высоты камер. Установка камер видеонаблюдения никак не регламентируется. При определенной установке угла обзора камер могла осуществляться съемка в ванной комнате. Если горит индикатор, то камеры подключены, остальное зависит от выбранного режима. После установки камеры, возможно, требуют настройки.

Обращаясь в суд с исковым заявлением и со встречным исковым заявлением о компенсации морального вреда, возложении обязанности демонтировать и переустановить камеры видеонаблюдения, стороны ссылались на нарушение их прав, прав их несовершеннолетних детей, в том числе, на неприкосновенность частной жизни.

Надлежащим образом оценив представленные в деле доказательства, принимая во внимание заключение эксперта, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что установленные сторонами видеокамеры, фиксирующие, в том числе, частную территорию сторон и пребывание на них собственников и членов их семьи, позволяют осуществлять сбор и хранение информации о частной жизни, что дает возможность использовать эту информацию без согласия лиц, съемка которых ведется сведения, нарушая неприкосновенность частной жизни.

Поскольку судом установлено нарушение сторонами личных неимущественных прав друг друга - права на неприкосновенность частной жизни, суд первой инстанции правомерно произвел взыскание компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определен судом первой инстанции с учетом всех перечисленных в законе (ст. ст. 150, 151, 1099, 1101 ГК РФ) требований, степени и характера нравственных страданий, степени вины, фактических обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел возраст сторон (К.Е.С. – [дата] года рождения, Я.А.Л.А.А. [дата] года рождения), фактическое постоянное проживание истца К.Е.С. в жилом доме вместе с семьей и несовершеннолетними детьми, а также непостоянное использование Я.А.Л.А.А. и членами его семьи принадлежащего ему жилого помещения; продолжительность спора сторон относительно размещения видеокамер, многократные обращения К.Е.С. и Я.А.Л.А.А. в органы государственной власти, в том числе, правоохранительные органы по вопросам нарушения их прав установкой видеокамер и собиранием информации о частной жизни в отсутствие на то согласия. Суд также учел, что истец К.Е.С. была вынуждена обращаться в суд за судебной защитой в состоянии беременности.

Доводы апелляционной жалобы в части несогласия с выводами судебной экспертизы судебная коллегия полагает необоснованными и подлежащими отклонению в силу следующего.

Согласно ч. 3 и ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 25 Федерального закона от [дата] № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, последовательно, непротиворечиво и согласуется с другими доказательствами по делу.

При проведении экспертизы эксперт проанализировал и сопоставил все имеющиеся и известные исходные данные, провел исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своей специальности, всесторонне и в полном объеме.

В обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в его распоряжение материалов, основывается на исходных объективных данных.

Каких-либо объективных и допустимых доказательств, опровергающих выводы эксперта, представлено не было.

Эксперт до начала производства экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

Каких-либо обстоятельств, позволяющих признать данное заключение судебной экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлено, выводы эксперта подтверждаются, в том числе, представленными доказательствами и не опровергнуты ответчиком, и были оценены судом первой инстанции в совокупности с другими доказательствами по делу, в том числе фото- и видеоматериалами.

При этом эксперт, как лицо, обладающее необходимыми специальными познаниями, самостоятельно избирает методы исследования, объем необходимых материалов, в том, числе, определяет их достаточность для формирования полных и категоричных выводов по поставленным судом вопросам.

У судебной коллегии нет оснований сомневаться в объективности заключения проведенной по делу судебной экспертизы, которое не было опровергнуто и оспорено ответчиком иными средствами доказывания в порядке ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу действующего законодательства доказательства по делу подлежат оценке судом по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Результаты такой оценки отражаются судом в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При несогласии с произведенной судом оценкой доказательств заинтересованные лица вправе обжаловать в установленном порядке судебное решение с точки зрения соответствия выводов суда первой инстанции, изложенных в его решении, обстоятельствам дела. Возможность обжалования оценки доказательств, осуществленной судом, отдельно от решения суда, в котором эта оценка получила отражение, привела бы к нарушению существующих принципов обжалования судебных актов, что недопустимо.

В соответствии с положениями ГПК Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является доказательством по гражданскому делу (ст. 55), оценка указанного доказательства происходит в совокупности с иными доказательствами в ходе рассмотрения дела (ст. 67), при этом заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 187).

Гарантиями прав участвующих в деле лиц в случае возникновения сомнений в правильности и обоснованности экспертного заключения выступают установленная уголовным законодательством ответственность за дачу заведомо ложного экспертного заключения (ч. 2 ст. 80 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации), предусмотренная ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возможность ходатайствовать перед судом о назначении повторной экспертизы, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам, возможность заявить эксперту отвод при наличии оснований, предусмотренных ст. 18 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также установленные данным Кодексом процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.

Доказательств несоблюдения экспертом требований абз. 4 ч. 3 ст. 16 Закон о государственной судебно-экспертной деятельности и абз. 1 ч. 2 ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной ответчика не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что взысканный в пользу К. размер компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным и документально необоснованным отклоняется судебной коллегией в силу следующего.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, взыскиваемого в пользу К.Е.С. и С.Ю., судом первой инстанции были учтены фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных нравственных и физических страданий, в связи с чем, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, обоснованно взыскал компенсацию морального вреда в пользу К.Е.С. 100 000 руб., в пользу К.С.Ю. 20 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, считает, что он сделан на основе правильного применения норм права при надлежащей оценке имеющихся в деле доказательств.

Оснований для вывода о несоразмерности размера денежной компенсации морального вреда, присужденной К.Е.С. и С.Ю. перенесенным физическим и нравственным страданиям, не имеется. Решение суда в части определения размера компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

С учетом указанного, оснований полагать, что размер компенсации морального вреда, определенный судом, является завышенным, не имеется.

Судебная коллегия полагает, что именно компенсация в указанном размере в полной мере возместит К.Е.С. и С.Ю.причиненный моральный вред, исходя из характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом вышеописанных фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также исходя из принципов разумности и справедливости, то есть такого определения компенсационной суммы, которое диктуется беспристрастно исследованными в суде конкретными обстоятельствами.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований для отмены решения суда не имеют, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств. Оснований для иной оценки указанных доказательств судебная коллегия не усматривает.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции при разрешении спора правильно определил и установил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал всестороннюю, полную и объективную оценку доказательствам по делу в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, применил нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, не допустил нарушений процессуального закона. Изложенные в решении выводы суда мотивированы, соответствуют обстоятельствам, установленным по делу, подтверждены и обоснованы доказательствами, имеющимися в деле.

Обжалуемое решение является законным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Балахнинского городского суда Нижегородской области от 28 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Л.А.А. – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 июля 2023 года.

Председательствующий

Судьи