Решение по делу № 2А-18/2023 от 10.07.2023 - об оспаривании дисциплинарного взыскания,руководствуясь статьями 175-180,227Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

10 июля 2023 года <адрес>

Шейх-Мансуровский районный суд <адрес> Республики в составе:

председательствующего судьи Цакаева Б.А-Б.,

при ведении протокола помощником судьи ФИО4,

с участием:

административного истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело №а-18/2023 по административному исковому заявлению ФИО2 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № Управления Федеральной службы исполнения наказания России по <адрес>» (далее – ФКУ ИК-6 УФСИН России по ХК), Управлению Федеральной службе исполнения наказаний России по <адрес>, Федеральной службе исполнения наказаний Россииоб оспаривании действий и решений должностных лиц исправительного учреждения, об оспаривании дисциплинарного взыскания,руководствуясь статьями 175-180,227Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд административным иском к ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес>, в котором, с учётом поступившего уточнения, просит суд:

– признать незаконными действия сотрудников ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> по применению к нему ДД.ММ.ГГГГ спецсредства в виде закрытия на срок более 2-х часов в тесной железной клетке следственного кабинета колонии;

– обязать ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> впредь не применять к нему спецсредства в виде закрытия его в тесной железной клетке следственного кабинета колонии;

– признать незаконным решение дисциплинарной комиссии ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и постановление ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № о применении к нему меры дисциплинарного взыскания в виде выговора;

–признать незаконным решение ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> по предоставлению ему лишь 15 (пятнадцати) минут телефонного разговора в течение недели с его большой семьей, родственниками и законными представителями, а также защитниками в ЕСПЧ;

–признать незаконным отказ (бездействие) ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> в срочном предоставлении ему возможности телефонного разговора с его законными представителями и защитниками в ЕСПЧ в целях судебной защиты его прав и законных интересов;

– обязать ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> предоставлять ему возможность не менее 4-х пятнадцатиминутных телефонных разговоров в течение недели с его большой семьей, родственниками, представителями и защитниками в ЕСПЧ, если в ФКУ ИК-6 УФСИН РФ не введен, в порядке ст.85 УИК РФ, режим особых условий;

– обязать ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по ЧР срочно предоставлять ему возможность телефонного разговора с его представителями и защитниками в ЕСПЧ в целях судебной защиты его прав, свобод и законных интересов, если в ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> не введен, в порядке ст.85 УИК РФ, режим особых условий;

– признать незаконными решение ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> в части разрешения вести ему телефонные разговоры с его родственниками, представителями в ЕСПЧ, защитниками, адвокатами и другими лицами исключительно на русском языке;

– признать незаконными действия и решение ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> в части записи его телефонных разговоров с членами его семьи, его законными представителями в ЕСПЧ и судах судебной системы РФ, защитниками, адвокатами и другими лицами без судебного решения (без соответствующей санкции);

– обязать ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> устранить допущенные нарушения в данной части в полном объеме – уничтожить все записи его телефонных разговоров с вышеозначенными лицами и впредь не осуществлять записи его телефонных разговоров с вышеозначенными лицами без соответствующей санкции.

В судебном заседании ФИО2 свои требования поддержал, ссылаясь на доводы и обстоятельства, изложенные в административном исковом заявлении, из которых следует, что он отбывает наказание в виде пожизненного лишения свободы по приговору Верховного Суда Республики Дагестан и с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время находится в ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ отбывает наказание в обычных условиях. Он (истец) получил от начальника исправительного учреждения право на телефонные разговоры в порядке ст.92 УИК РФ с членами его семьи, родственниками и иными лицами, которые проживают за пределами региона нахождения колонии, в том числе в Чеченской Республике, поскольку не имеют возможности лично прибыть в исправительное учреждение для краткосрочного свидания с осужденным, в том числе, из-за отдаленности. Первоначально администрация учреждения предоставляла ему возможность 3-4 телефонных разговоров с родственниками, а с недавних пор предоставляет ему возможность только одного 15-минутного телефонного разговора в неделю, что истец полагает недостаточным, ссылаясь на многочисленность своей семьи и родственников, а также законных представителей в ЕСПЧ и защитников (адвокатов). Указанные ограничения он полагает противоречащими положениям ст.ст.1,3,8,9,10 (ч.ч.1,2), 12 (ч.ч.1,2,8,10), 82 (ч.ч.1,2), 92 (ч.ч.1,2), 109-110 УИК РФ, ст.ст. 8,34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 1950 года, прецедентной практике ЕСПЧ, пунктам 1-6,23.1-23.4, 24.1-24.5, 102.1-102.2 Европейских пенитенциарных правил от 2006 г., ссылаясь также на необходимость индивидуализации подхода к условиям отбывания наказания, так как не у всех заключенных в данной колонии такое большое количество родственников и членов семьи, а равно указывая на значительное количество помещений, оборудованных системой связи «Ариадна» в исправительном учреждении.

Административный истец полагает, что длительное содержание его в следственном кабинете, оборудованном системой связи «Ариадна», подтверждает несостоятельность утверждений ответчика об отсутствии технической возможности, позволяющей увеличить количество его телефонных разговоров.

Также истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 10 минут его вывели из его камеры № для участия в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с Заводским районным судом <адрес> по административному делу №а-1110/19 и поместили в тесную железную клетку одного из следственных кабинетов учреждения, в которой продержали более двух часов, до 18 часов 30 минут, пока он не стал возиться с таксофоном системы связи ФСИН «Ариадна» с целью привлечения к себе внимания сотрудников колонии. Указанные действия сотрудников исправительного учреждения истец полагает незаконными, противоречащими ст.ст.3 (ч.1), 6, 8, 10 (ч.1,2,4), 12 (ч.2), 86 УИК РФ, ст.ст.28,30 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», п. 47 приказа Минюста РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», Европейским пенитенциарным правилам от 2006 г. (рекомендация Rec (2006) 2 Комитета министров Совета Европы государствам-членам о правилах содержания заключенных в Европе от ДД.ММ.ГГГГ), утверждая, что он просил сотрудников отвезти его обратно в камеру, так как судебное заседание не начиналось, а ему необходимо было посетить туалет и совершить религиозный обряд. При этом истец указывает на то, что он на профилактическом учете как склонный к побегу или нападению на сотрудников колонии не состоял, поэтому оснований для применения к нему спецсредств не было, а помещение его в указанную клетку унижало его достоинство.Для участия в судебном заседании он должен был быть помещен в кабинет, оборудованный системой видеоконференцсвязи, либо возвращен в свою камеру.

Истец также указал, что решением дисциплинарной комиссии ИК-6 от ДД.ММ.ГГГГ и постановлением начальника ИК-6 от ДД.ММ.ГГГГ № на него наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора за то, что 02.10.2019он, находясь в следственном кабинете 7 блока 2 этажа, в 17 часов 44 минуты совершил несанкционированный телефонный звонок по системе связи «Ариадна» своей жене ФИО5 Данные решение комиссии и постановление начальника колонии считает необоснованными и незаконными, ссылаясь на то, что ранее им были поданы заявления от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о разрешении ему телефонных разговоров, в том числе с ФИО5, которые были подписаны начальником ИК-6, следовательно, разрешены. Поскольку помещение его в кабинет, оборудованный данным таксофоном «Ариадна», он воспринял как предоставление ему доступа к телефонному разговору, то ответственность должны нести сотрудники колонии, а не он, поскольку через данную систему он может позвонить только ранее согласованным абонентам в списке номеров по его заявлениям 2017-2019 г.г., звонки на которые контролируются сотрудниками ФСИН РФ. Также истец обращал внимание на то, что с приказом ИК-6 от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке проведения телефонных разговоров, лицами, отбывающими наказания в виде лишения свободы в ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по ХК» ознакомлен он не был, узнал о нём только после наложения взыскания. Кроме того, в обоснование незаконности взыскания истец ссылался на непредоставление ему возможности ознакомиться со всеми материалами проверки и консультации с его представителем – юристом Фонда «Общественный вердикт» ФИО6 до заседания дисциплинарной комиссии.

Истец также утверждает, что дисциплинарная комиссия не просмотрела видеозапись от ДД.ММ.ГГГГ о совершении им звонка, ограничившись недостоверными утверждениями инспектора колонии ФИО7, учла погашенные дисциплинарные взыскания, не приняла во внимание действия сотрудников колонии, продержавших его в указанной железной клетке более двух часов, не дала ему возможности высказаться в свою защиту.

Свои требования об оспаривании аудиозаписи его телефонных переговоров и предъявляемых к нему администрацией условий проведения телефонных разговоров на русском языке истец обосновывает тем, что проведение записи разговоров нарушают его право на конфиденциальное общение с защитником и неосведомленностью с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

Представители административных ответчиков – ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес>, Управление ФСИН по <адрес>, ФСИН России в судебное заседание не явились. О времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещены, в том числе, посредством размещения соответствующей информации на сайте суда в сети «Интернет». Об уважительных причинах неявки представители ответчиков не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили.

В письменных возражениях на административное исковое заявление представитель административного ответчика– ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> с административными исковыми требованиями ФИО2 не согласился, обосновывая свою позицию тем, что осужденный обязан соблюдать требования законов и нормативно-правовых актов, определяющих порядок и условия отбывания наказания, режим в исправительных учреждениях, выполнять законные требования администрации исправительного учреждения (далее – ИУ). При этом представитель ответчика указывал на положения ч. 1 ст. 92 УИК РФ относительно минимально допустимого количества телефонных разговоров – 6 в год, длительность одного разговора – 15 минут, полагал, что права и законные интересы истца не нарушены, так как количество предоставленных ему разговоров превышает указанный минимум, предоставление телефонных разговоров осужденным в ИК-6 производится в порядке очередности по поступившим заявлениям, которые начальником колонии передаются для проверки наличия условий исходя из технической возможности и условий отбывания наказания осужденными в ОСПРО, после чего доводятся до сведения осужденных путем приглашения их для разрешенного разговора в одно из помещений, специально оборудованных системой связи «Ариадна». При этом о цели вывода осужденного из камеры в такое помещение отдельно устно сообщается осужденному.

Также представитель ответчика обращал внимание на законность проведения аудиозаписи телефонных переговоров, ссылаясь на такую возможность в рамках предусмотренного ч. 5 ст. 92 УИК РФ права персонала исправительных учреждений контролировать такие разговоры и права на применение специальных технических средств по ст.83 УИК РФ, о чем истец был предупрежден под расписку после прибытия в данное исправительное учреждение.

Относительно оспариваемого истцом дисциплинарного взыскания от ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика полагал, что порядок его наложения был соблюден, права истца не нарушены: он был ознакомлен с рапортом, послужившим основанием для рассмотрения данного вопроса, ему было предложено дать объяснение, что им было сделано, а ознакомление осужденного с иными материалами до их рассмотрения дисциплинарной комиссией, а равно консультация с защитником положениями УИК РФ, определяющим порядок наложения взысканий, не предусмотрены. При наложении указанного взыскания были учтены все обстоятельства совершения нарушения, характеризующие его материалы, в том числе не погашенные взыскания, поэтому в отношении ФИО2 было избрано наименее строгое взыскание в виде выговора.

В части касающейся помещения истца за металлическое ограждение в следственном кабинете 7 блока 2 этажа ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика пояснил, что оно было обусловлено тем, что к тому времени еще не было закончено начавшееся ранее судебное заседание с использованием видеоконференцсвязи с участием осужденного ФИО8 с Чердаклинским районным судом <адрес>, назначенное на 08-00 МСК ко времени назначенного с участием истца судебного заседания с использованием той же системы видеоконференцсвязи с Заводским районным судом <адрес> на 09-00 МСК, и ФИО2 было предложено ожидать в следственном кабинете, находящемся по соседству с кабинетом, оборудованным системой видеоконференцсвязи, так как камера, в которой он содержится, находится в другом блоке исправительного учреждения. Каких-либо возражений от ФИО2 не было, а его доводы о том, что он требовал возвращения его в камеру в период ожидания, не соответствуют действительности, так как в данный следственный кабинет неоднократно заходили сотрудники ИК-6, которым он никаких требований о выводе его из этого помещения и возвращения в камеру для посещения туалета или отправления религиозного обряда не заявлял, был возвращен в камеру после получения в 18-10 сообщения секретаря судебного заседания Заводского районного суда <адрес> об отложении судебного заседания на ДД.ММ.ГГГГ.

Исследовав представленные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 84 КАС РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно ст. 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен КАС РФ.

Как следует из ч. 8 ст. 226 КАС РФ, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 настоящей статьи, в полном объеме.

Согласно ч. 10 ст. 226 КАС РФ, в случае, если по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов, организаций, лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, федеральными законами ограничены основания для оспаривания таких решений, действий (бездействия), суд выясняет обстоятельства, указанные в пунктах 1 и 2, подпунктах «а» и «б» пункта 3 части 9 настоящей статьи. Если установленные федеральными законами основания для оспаривания действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, не вошли в число этих обстоятельств, суд проверяет эти основания.

В силу ч.11 ст.226 КАС РФ, обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, – на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

При таких обстоятельствах по настоящему делу административный истец обязан доказать факт нарушения своих прав, свобод и законных интересов, а также соблюдение срока обращения в суд, а административный ответчик обязан представить доказательства соблюдения требований нормативных правовых актов, устанавливающих его полномочия на совершение оспариваемых действий (бездействия), порядок и основания их совершения, соответствие содержание совершенных оспариваемых действий (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

При разрешении вопроса о соблюдении административным истцом установленного ст.219 КАС РФ трехмесячного срока на обращение в суд с административным иском судом из объяснений истца и представленных в дело материалов усматривается, что оспариваемые истцом решения ответчика о наложении взыскания ДД.ММ.ГГГГ и действия по помещению истца за металлическое ограждение следственного кабинета 7 блока 2 этажа ДД.ММ.ГГГГ, а равно действия ответчика по предоставлению истцу телефонных разговоров по его заявлениям от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ имели место до истечения трех месяцев к моменту его обращения в суд с административным иском, в связи с чем заявленные ФИО2 требования подлежат разрешению по существу.

Согласно ч. 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Ограничения прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей, целями которого являются исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами.

В соответствии с частями 2,3,6 ст.11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказания, а также принятых в соответствии с ними нормативных актов. Осужденные обязаны выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания. Неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность.

Из ч. 1 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации следует, что режим в исправительных учреждениях – это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

В соответствии со ст.117 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, при применении мер взыскания к осужденному к лишению свободы учитываются обстоятельства совершения нарушения, личность осужденного и его предыдущее поведение. Налагаемое взыскание должно соответствовать тяжести и характеру нарушения. До наложения взыскания у осужденного берется письменное объяснение. В случае отказа осужденного от дачи объяснения составляется соответствующий акт. Взыскание налагается не позднее 10 суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка – со дня её окончания, но не позднее трех месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание исполняется немедленно, а в исключительных случаях – не позднее 30 дней со дня его наложения.

При разрешении заявленных административным истцом требований об оспаривании приказа о наложении на него выговора суд учитывает, что факт наложения такого взыскания подтверждается представленной в материалы дела копией постановления № от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего собственноручную расписку ФИО2 об ознакомлении ДД.ММ.ГГГГ.

Исследованными в судебном заседании документами, в том числе: рапортом № оператора ЦПСОТ ФИО9 и дежурного помощника начальника колонии ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, скриншотами (распечатками изображений) с камеры видеонаблюдения «rcv_№», справкой о проведении проверки по факту нарушения установленного порядка отбывания наказания осужденным ФИО2, составленной старшим специалистом ОСПРО ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ, рапортом младшего инспектора ГНОБ ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается, что осужденный ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, находясь в следственном кабинете 7 блока 2 этажа, в 17 часов 44 минуты совершил телефонный звонок по системе связи «Ариадна» ФИО5

В данной им письменной объяснительной от ДД.ММ.ГГГГ до наложения взыскания ФИО2 утверждал, что только пытался проверить баланс в расчете на то, что своими действиями привлечет внимание сотрудников колонии, чтобы те возвратили его в камеру после двухчасового нахождения в данном помещении за ограждением, ссылался на ранее поданные заявления от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении телефонных разговоров с родственниками, полагая, что не совершал «несанкционированного телефонного звонка», а также указывал на вину сотрудников и дежурного, оставивших его одного в данном помещении.

Кроме того, суд находит несостоятельными доводы административного истца о том, что по ранее поданным им заявлениям от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о разрешении ему телефонных разговоров, в том числе с ФИО5, были разрешены, поскольку исследованные в судебном заседании указанные заявления не содержат себе такой резолюции.

Так, из заявления ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что указанный телефонный разговор был предоставлен ему по данному заявлению лишь ДД.ММ.ГГГГ, а заявление от ДД.ММ.ГГГГ было отписано начальником колонии для проверки в ОСПРО только ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, в своих показаниях в суде ФИО2 не заявлял о том, что сотрудники колонии, выводя его из его камеры, сообщили ему, что ведут его для проведения телефонного разговора, посредством таксофона «Ариадна».

Доводы истца о том, что он неоднократно звал сотрудников колонии и просил их вернуть его обратно в его камеру, не дожидаясь начала судебного заседания, в том числе для посещения туалета или совершения религиозного обряда, не нашли своего подтверждения в суде.

Таким образом, факт совершения ФИО2 нарушения порядка отбывания наказания в виде совершения несанкционированного телефонного звонка ДД.ММ.ГГГГ в следственном кабинете 7 блока 2 этажа подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Доводы истца о нарушении ответчиком порядка наложения на него указанного взыскания, ввиду непредставления ему для предварительного ознакомления всех материалов проверки, а также консультаций с юристом, не соответствуют положениям ст.117 УИК РФ, требования которой в полной мере были выполнены ответчиком при наложении взыскания ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, доводы истца о том, что ответчиком были неправомерно учтены погашенные дисциплинарные взыскания, также не нашли своего подтверждения в суде, так как в оспариваемом постановлении № от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует указание на наличие у ФИО2 дисциплинарных взысканий, а в справке о поощрениях и взысканиях от ДД.ММ.ГГГГ указаны также и непогашенные дисциплинарные взыскания. Кроме того, избранное в отношении ФИО2 взыскание в виде выговора при наличии у него на тот момент двух непогашенных дисциплинарных взысканий признается судом обоснованным и соответствующим обстоятельствам нарушения, личности нарушителя, его предшествовавшему поведению, оснований считать его чрезмерно суровым у суда не имеется, поэтому в данной части иска следует отказать.

При рассмотрении требований истца об оспаривании действий сотрудников исправительного учреждения в части помещения и удержания его за ограждением в следственном кабинете ДД.ММ.ГГГГ в период с 16 часов 20 минут до 18 часов 15 минут, суд приходит к выводу, что указанные действия не содержат признаков применения спецсредств. Истец заявлял в суде о несоответствии указанного помещения или установленного в нем металлического ограждения действующим нормативным требованиям. Утверждения истца о причинении ему нравственных страданий нахождением в помещении, оборудованном металлическим ограждением, со ссылкой на практику ЕСПЧ относительно помещения в металлические боксы в залах судебного заседания лиц, содержащихся под стражей, на стадии судебного разбирательства, не могут быть применены к данным отношениям, ввиду того, что истец уже осужден за совершение преступления к наказанию в виде пожизненного лишения свободы, его содержание в исправительном учреждении соответствует виду исправительного учреждения и назначенному режиму отбывания наказания.

Кроме того, из исследованных в судебном заседании материалов дела установлено, что истец знал об ожидании окончания предыдущего судебного заседания с участием другого осужденного и не предъявлял требований о возвращении его в камеру №. ФИО2 был возвращен в камеру сразу после получения уведомления сотрудниками исправительного учреждения о переносе судебного разбирательства от работника суда в 18 часов 10 минут.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец не представил суду доказательств нарушения его прав и законных интересов оспариваемыми действиями ответчика, поэтому в указанной части заявленные требования ФИО2 удовлетворению не подлежат.

При разрешении требований об оспаривании действий ответчика по предоставлению истцу одного пятнадцатиминутного телефонного разговора в неделю, проведении аудиозаписи телефонных разговоров и разрешения вести телефонные разговоры исключительно на русском языке, суд учитывает следующие установленные в суде обстоятельства.

В силу ч.1 ст.92 УИК РФ, осужденным к лишению свободы, предоставляется право на телефонные разговоры. При отсутствии технических возможностей администрацией исправительного учреждения количество телефонных разговоров может быть ограничено до шести в год. Продолжительность каждого телефонного разговора не должна превышать 15 минут. Телефонные разговоры оплачиваются осужденными за счет собственных средств или за счет средств их родственников или иных лиц. Порядок организации телефонных разговоров определяется федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого находится исправительное учреждение. Согласно ч.5 ст.92 УИК РФ, телефонные разговоры осужденных могут контролироваться персоналом исправительных учреждений.

В соответствии со ст.83 УИК РФ, администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных. Администрация исправительных учреждений обязана под расписку уведомлять осужденных о применении указанных средств надзора и контроля.

Как следует из представленной в дело копии расписки об ознакомлении с нормативно-правовыми актами, регламентирующими порядок и условия отбывания наказания, а также уголовной ответственности за преступления в МЛС от ДД.ММ.ГГГГ, осужденный ФИО2 был ознакомлен с указанными нормативно-правовыми актами, в том числе уведомлен и о применении в исправительном учреждении аудиовизуальных, электронных и иных технических средствах надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Проведение аудиозаписи его телефонного разговора с ФИО5 не противоречит установленным нормативным актам и не нарушает прав истца. Доводы истца о нарушении данной аудиозаписью его права на общение с защитниками и представителями в ЕСПЧ, не соответствуют действительности, так как представленные в суд доказательства не содержат переговоров относительно осуществления защиты осужденного в судах, в том числе при рассмотрении его иска в ЕСПЧ, а положения УИК РФ не содержат ограничений на проведение аудиозаписи переговоров осужденных в зависимости от категории лиц, с которыми проводятся такие переговоры. Изложенное свидетельствует о том, что истец не представил суду доказательств нарушения его прав оспариваемыми действиями ответчика, поэтому в удовлетворении заявленных (дополненных) требований ФИО2 следует отказать.

При разрешении исковых требований ФИО2 о признании незаконным требования администрации ИУ о ведении телефонных разговоров с членами семьи исключительно на русском языке, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 26 Конституции РФ каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности.

Каждый имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества (ч. 2 ст. 26 Конституции РФ).

В соответствии с п. 240 Правил внутреннего трудового распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 110, телефонные разговоры предоставляются по письменному заявлению осужденного к лишению свободы или по заявлению, оформленному им с использованием информационного терминала (при его наличии и технической возможности), в течение пяти рабочих дней со дня его подписания начальником ИУ или лицом, его замещающим, за исключением случаев, когда у осужденного к лишению свободы отсутствуют денежные средства на лицевом счете или он отказался от телефонного разговора либо убыл из ИУ.

В заявлении указываются список телефонных номеров абонентов, их фамилии, имена, отчества (при наличии), адрес места жительства, а также язык, на котором будут вестись телефонные разговоры. Указанные заявления подаются осужденным к лишению свободы ежеквартально. Список телефонных номеров абонентов может быть изменен по заявлению осужденного к лишению свободы.

Из приведенных норм права суд приходит к выводу об отсутствии у администрации исправительного учреждения требовать от ФИО2 ведения телефонных переговоров исключительно на русском языке.

Доводы истца о необоснованном ограничении ответчиком его права на осуществление телефонных разговоров с родственниками и иными лицами также не нашли своего подтверждения в суде, так как представленной в материалы дела и не опровергнутой истцом справкой начальника ФКУ ИК-6 УФСИН России по <адрес> ФИО13 подтверждается, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осужденному ФИО2 в ФКУ ИК-6 УФСИН России по <адрес> было предоставлено 48 телефонных звонков, что в несколько раз превышает минимально допустимое количество телефонных разговоров, установленное ч.1 ст.92 УИК РФ. Представленные истцом копии заявлений от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, содержащие отметки о поступлении на рассмотрение администрации ответчика, содержат сведения как о разрешении производства запрошенных переговоров, так и их фактическое проведение, а представленные вместе с иском копии заявлений ФИО2 о проведении телефонных разговоров, датированные ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ не содержат отметок о получении их ответчиком, чточто не позволяет суду принять их во внимание как относимые к данному делу доказательства.

Согласно позиции, отраженной в определениях Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О и от ДД.ММ.ГГГГ №-О, суд учитывает, что ограничение телефонных переговоров осужденного связано с условиями пожизненного лишения свободы и сопряженными ограничениями прав, предполагающими изменение привычного уклада жизни осужденного и его отношений с окружающими, с оказанием на него определенного морально-психологического воздействия, обусловленными совершением преступления этим лицом, которое, совершая преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, сознательно обрекая себя и своих близких на ограничения.

решил:

Административные исковыетребования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать незаконным решение ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> в части разрешения ФИО2 вести телефонные разговоры с его родственниками, представителями в ЕСПЧ, защитниками, адвокатами и другими лицами исключительно на русском языке.

В удовлетворении административных исковых требований ФИО2 в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чеченской Республики через Шейх-Мансуровский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий судья Б.А-М. Цакаев

Резолютивная часть решения суда оглашена в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.