Дело № 2а-1699/2022 Мотивированное решение

УИД 51RS0007-01-2022-002794-61 изготовлено 28 декабря 2022 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 декабря 2022 г. г. Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Быковой Н.Б.,

при секретаре судебного заседания Садыриной К.Н.

с участием административного истца ФИО1

представителя административных ответчиков ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области», Федеральной службе исполнения наказания о взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области» (далее по тексту – ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области), Федеральной службе исполнения наказания (далее – ФСИН) о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

В обоснование заявленных требований указал, что в периоды: 2006 г. 2007 г., с 2010 г. по 2013 г., 2016 г. он содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, где условия его содержания не соответствовали требованиям действующего законодательства, ссылаясь на отсутствие горячего водоснабжения, посадочных мест за столом для приема пищи по количеству человек находящихся в камере. Полагает, что факт содержания его в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение гарантированных законом его прав и является достаточным для причинения страданий и переживаний. Отметил, что о нарушении своих прав узнал незадолго до подачи иска. Просит признать условия содержания ненадлежащими и взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 500000 рублей, восстановив срок на подачу административного искового заявления.

Определением суда от 16 ноября 2022 г. к участию в деле в качестве административного соответчика привлечено Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области.

В судебном заседании административный истец на удовлетворении иска настаивал по изложенным в нём доводам. Уточнив, что нарушения в виде отсутствия в камерах горячего водоснабжения и недостаточности посадочных мест относятся ко всем периодам его содержания в следственном изоляторе. Обратил внимание, что в связи с отсутствием горячей воды испытывал дискомфорт, отсутствовала возможность надлежащим образом умыться, произвести уборку, поскольку мерзли руки. В связи с недостаточным количеством посадочных мест ввиду коротких лавок и столов прием пищи осуществлялся по очереди, в результате чего она остывала. В обоснование ходатайства о восстановлении срока на обращение в суд пояснил, что только два месяца назад узнал о нарушении своих прав.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России ФИО2 поддержал ранее представленные письменные возражения, согласно которым в удовлетворении исковых требований просил отказать, в том числе в связи с пропуском административным истцом срока на обращение с указанным иском в суд. В обоснование возражений указал, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в периоды: с 22 января 2006 г. по 30 мая 2006 г., с 27 октября 2007 г. по 20 апреля 2008 г., с 23 июля 2010 г. по 23 ноября 2010 г., с 4 июля 2013 г. по 30 октября 2013 г., с 3 сентября 2016 г. по 12 мая 2017 г. Установить в каких камерах истец содержался в периоды с 22 января 2006 г. по 30 мая 2006 г., с 27 октября 2007 г. по 20 апреля 2008 г., с 23 июля 2010 г. по 23 ноября 2010 г. не представляется возможным в виду уничтожения камерных карточек в связи с истечением срока хранения. Согласно сохранившимся камерным карточкам за 2013 г. и 2017 г. истец содержался в камерах режимного корпуса: 122, 229, 134, 302, 303, 123, 301, 232, 205, где отсутствовало горячее централизованное водоснабжение, поскольку это не предусмотрено проектом строительства здания. Также отметил, что в соответствии с требованиями п. 43 ПВР № 189, лица, содержащиеся в камерах, для обеспечения горячей водой либо пользуются водонагревательными приборами (кипятильниками), либо по их просьбе горячая вода выдается им администрацией учреждения с учетом их потребностей. В учреждении утвержден график ежедневной выдачи горячей воды для стирки, гигиенических целей, кипяченой воды для питья. Выдача воды осуществляется работниками кухни из числа лиц, оставленных для выполнения работ в бригаде по хозяйственному обслуживанию. Также истец имел возможность иметь при себе, хранить, получать в посылках и передачах и приобретать по безналичному расчету электрокипятильник бытового заводского изготовления или чайник электрический мощностью не более 0,6 кВт. Обращает внимание, что из п. 1.1. Свода правил СП 247.1325800.2016 не следует, что приведенные требования должны применяться к тем зданиям и помещения, которые были спроектированы и построены до издания вышеуказанного приказа и проектная документация которых получила положительное заключение государственной экспертизы, а также документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления вышеуказанного Свода правил. Согласно технической документации, здание «Режимный корпус» построено и введено в эксплуатацию в 1957, 1980, 2008 г.; при его проектировании и строительстве применялись действовавшие на тот момент строительные нормы и правила. Считает, что нормативы установленные приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15 апреля 2016 г. № 245/пр не могут применяться к спорным правоотношениям, а положения Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ не содержат указание на обязательное обеспечение горячим водоснабжением камер режимного корпуса следственного изолятора.

По доводам об отсутствии посадочных мест привел доводы о том, что установить в каких камерах административный истец содержался в периоды с 22 января 2006 г. по 30 мая 2006 г., с 27 октября 2007 г. по 20 апреля 2008 г., с 23 июля 2010 г. по 23 ноября 2010 г. и установить размеры столов и лавок не представляется возможным. В камерах, в которых содержался административный истец в периоды с 4 июля 2013 г. по 30 октября 2013 г., с 3 сентября 2016 г. по 12 мая 2017 г. размер стола и скамей составлял: №122: размер стола 143 см на 35 см, размер скамьи 132 на 23,5 см; № 229: размер стола 41 см на 87 см, размер скамьи 124 см на 21 см; № 134 (карцер): размер стола 38 см на 39 см, размер табурета 31 см на 30 см; № 302: размер стола 250 см на 36,5 см, размер скамьи 130 см на 28 см; № 301 (карцер): размер стола 38 см на 39 см, размер табурета 30 см на 30 см; № 123 (карцер): размер стола 33 см на 34 см, размер табурета 28 см на 34 см; № 303: размер стола 98 см на 32 см, размер скамьи 108 см на 28 см; № 232: размер стола 113,5 см на 39 см, размер скамьи 153 см на 21 см; № 205: размер стола 142 см на 42 см, размер скамьи 141 см на 22 см. Принимая во внимание, что ширина стола и скамьи в некоторых камерах меньше установленного, однако, учитывая, что длина скамеек, а соответственно, общая площадь значительно больше необходимой, полагает, что указанные обстоятельства не порождают у истца право на компенсацию ненадлежащих условий содержания.

Просит в удовлетворении требований истцу отказать, в том числе в связи с пропуском без уважительных причин срока обращения в суд.

Заслушав административного истца, представителя административных ответчиков, изучив материалы административного дела, личного дела осужденного, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3 указанной нормы).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные организации (статья 5 Закона).

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1,7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

В соответствии с подпунктами 3, 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, одна из основных задач ФСИН России – обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.

Условия и порядок содержания под стражей регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и в рассматриваемый период были конкретизированы в действовавших Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов), утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. № 189 (утратил силу в связи с изданием приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 4 июля 2022 г. № 110).

Согласно статье 4 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В соответствии со статьями 23, 24 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в периоды с 22 января 2006 г. по 30 мая 2006 г. (убыл для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-20 УФСИН России по Мурманской области), с 27 октября 2007 г. по 20 апреля 2008 г. (убыл для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Псковской области), с 23 июля 2010 г. по 23 ноября 2010 г. (убыл для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области), с 4 июля 2013 г. по 30 октября 2013 г. (убыл для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области), с 3 сентября 2016 г. по 12 мая 2017 г. (убыл для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области).

По сведениям ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области установить в каких камерах административный истец содержался в периоды с 22 января 2006 г. по 30 мая 2006 г., с 27 октября 2007 г. по 20 апреля 2008 г., с 23 июля 2010 г. по 23 ноября 2010 г. не представляется возможным в виду уничтожения камерных карточек за указанные периоды по истечении срока хранения во исполнение п. 1289 приказа ФСИН России от 21 июля 2014 г. № 373 и указания ФСИН России от 12 февраля 2010 г. № 10/1-436т, что подтверждается имеющейся в материалах дела справкой от 14 декабря 2022 г.

Согласно камерным карточкам за 2013 г. и 2017 г. ФИО1 содержался в камерах режимного корпуса: № 122 (площадь 15,0 кв.м. (размер санитарной кабины – 0,8 кв.м.), 3 спальных места); № 229 (площадь 9,9 кв.м. (размер санитарной кабины 1,0 кв.м.), 2 спальных места); № 134 (площадь 4,8 кв.м. (размер санитарной кабины – не огорожен), 1 спальное место); № 302 (площадь 31,3 кв.м. (размер санитарной кабины 1,0 кв.м.), 2 спальных места); № 240 (площадь 4,8 кв.м. (размер санитарной кабины 0,9 кв.м.), 5 спальных места); № 303 (площадь 6,3 кв.м. (размер санитарной кабины – не огорожен), 1 спальное место); № 123 (площадь 5,3 кв.м. (размер санитарной кабины 1,0 кв.м.), 1 спальное место); № 205 (площадь 14,2 кв.м. (размер санитарной кабины – не огорожен), 1 спальное место); № 301 (площадь 11,0 кв.м. (размер санитарной кабины 1,0 кв.м.), 2 спальных места); № 205 (площадь 14,2 кв.м. (размер санитарной кабины 1,0 кв.м.), 3 спальных места).

В настоящее время ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области в виде лишения свободы по приговору Апатитского городского суда Мурманской области от 22 февраля 2017 г.

Оценивая доводы административного истца в части ненадлежащих условий содержания, выразившихся в отсутствии посадочных мест за столом для приема пищи по количеству человек находящихся в камере, суд приходит к следующему.

В пункте 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. № 189 установлены требования к оборудованию камер, согласно которым камеры должны быть оборудованы, в том числе столом, и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере.

Приказом ФСИН России от 26 июля 2007 года N 407 утвержден каталог «Специальные (режимные изделия) для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», которым определены габариты камерных столов и скамей с учетом количества мест: габаритные размеры стола СТ-1 (на 2 места) составляют: длина 800 мм, ширина 410 мм, высота 810 мм (13.1); габаритные размеры стола СТ-2 (на 4 места) составляют: длина 800 мм, ширина 410 мм, высота 870 мм (13.2); габаритные размеры стола СТ-3 (на 6 мест) составляют: длина 1200 мм, ширина 610 мм, высота 870 мм (13.3); габаритные размеры скамьи СК-1-1 (2 места) составляют: длина 800 мм, ширина 260 мм, высота 530 мм; габаритные размеры скамьи СК-1-2 (3 места) составляют: длина 1200 мм, ширина 260 мм, высота 530 мм; габаритные размеры скамьи СК-1-3 (4 места) составляют: длина 1600 мм, ширина 260 мм, высота 530 мм (14.1).

Истцом не оспаривалось, что камеры, в которых он содержался, были оборудованы столом и скамейкой.

Согласно положениям статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека (подозреваемого, обвиняемого) устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Сведения о покамерном размещении спецконтингента отражается в камерной карточке.

Согласно справке заведующей канцелярией ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области от 14 декабря 2022 г. камерные карточки подозреваемых, обвиняемых и осуждённых, содержащихся в СИЗО-2, за 2006 г., 2008 г., 2010 г. уничтожены в 2017 г., за 2019 г. в 2021 г. по истечении срока хранения (10 лет со дня убытия или освобождения) согласно пункту 1289 приказа ФСИН России от 21 июля 2014 г. № 373 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения».

В виду истечения продолжительного периода времени и уничтожения служебной документации, а именно, камерных карточек лиц, содержащихся в следственном изоляторе за указанный период у СИЗО-2 отсутствует объективная возможность представить в суд информацию о количестве лиц, содержащихся совместно с истцом в оспариваемый им период, а также в каких конкретно камерах содержался ФИО1 в 2006 г., 2008 г., 2010 г.г.

Таким образом, суд лишён возможности проверить доводы административного истца о несоответствии посадочных мест за столом для приёма пищи количеству лиц, содержащихся в камере за периоды с 22 января 2006 г. по 30 мая 2006 г., с 27 октября 2007 г. по 20 апреля 2008 г, с 23 июля 2010 г. по 23 ноября 2010 г., ввиду уничтожения камерных карточек по истечении установленного срока хранения, который определён нормативным правовым актом и является разумным и достаточным для предъявления каких-либо претензий.

При этом сам административный истец, не обращаясь за судебной защитой предполагаемого нарушенного права в течение столь длительного срока, способствовал созданию ситуации невозможности представления указанных выше документов в качестве доказательств по делу.

Как следует из представленных ответчиком документов в камерах, которых содержался административный истец в периоды с 4 июля 2013 г. по 30 октября 2013 г. и с 3 сентября 2016 г. по 12 мая 2017 г. размер стола и скамей составлял: №122 (3 места): размер стола 143 см на 35 см, размер скамьи 132 на 23,5 см; № 229 (2 места): размер стола 41 см на 87 см, размер скамьи 124 см на 21 см; № 134 (1 место) (карцер): размер стола 38 см на 39 см, размер табурета 31 см на 30 см; № 302 (5 мест): размер стола 250 см на 36,5 см, размер скамьи 130 см на 28 см; № 301 (2 места): размер стола 38 см на 39 см, размер табурета 30 см на 30 см; № 123 (1 место): размер стола 33 см на 34 см, размер табурета 28 см на 34 см; № 303 (1 место): размер стола 98 см на 32 см, размер скамьи 108 см на 28 см; № 232 (2 места): размер стола 113,5 см на 39 см, размер скамьи 153 см на 21 см; № 205 (3 места): размер стола 142 см на 42 см, размер скамьи 141 см на 22 см.

Проанализировав данные сведения, суд приходит к выводу, что указанные ФИО1 нарушения, выразившиеся в недостаточности посадочных мест в период его пребывания в следственном изоляторе с 4 июля 2013 г. по 30 октября 2013 г. и с 3 сентября 2016 г. по 12 мая 2017 г., не могут быть признаны существенными и не повлекли для административного истца неблагоприятные последствия, так как показатели размеров столов и скамей разняться незначительно, следовательно, основанием для компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении не является.

Следует отметить, что за период содержания административного истца в СИЗО-2 он не обращался с жалобами на ненадлежащие условия его содержания по данной части требований.

Также суд принимает во внимание, представленные административным ответчиком ФКУ СИЗО-2 УФСИН России, акты проверки исполнения законодательства о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в учреждении ФБУ ИЗ-51/2 УФСИН России по Мурманской области от 4 августа 2010 г., 9 октября 2010 г., 29 августа 2013 г., 25 сентября 2013 г., 15 октября 2013 г., составленные прокуратурой г. Апатиты, из которых усматривается, что в ходе прокурорских проверок нарушений условий содержания в следственном изоляторе выявлено не было.

На основании изложенного, правовых оснований для удовлетворения требований в части взыскания компенсации за ненадлежащие условия содержания, выразившиеся в несоответствии посадочных мест за столом для приёма пищи количеству лиц, содержащихся в камере, за периоды с 22 января 2006 г. по 30 мая 2006 г., с 27 октября 2007 г. по 20 апреля 2008 г., с 23 июля 2010 г. по 23 ноября 2010 г., с 4 июля 2013 г. по 30 октября 2013 г., с 3 сентября 2016 г. по 12 мая 2017 г., отсутствуют.

Рассматривая доводы административного истца в части ненадлежащих условий содержания, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения, суд приходит к следующему.

Нормами проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 г. № 161-дсп, были предусмотрены требования о подводке горячей воды к умывальникам, в том числе в камерах следственных изоляторов.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15 апреля 2016 г. № 245/пр утвержден и введен в действие с 4 июля 2016 г. Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (пункт 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

В силу положений Федерального закона от 30 марта 1999 года №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

При этом факт отсутствия в спорные периоды горячего водоснабжения в камерах ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, в которых содержатся взрослые мужчины, не оспаривался представителем административных ответчиков.

Вместе с тем, наличие горячего водоснабжение в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях ответчика.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия, безопасных условий для обитания человека.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Неоснащение помещений камер, в которой содержался административный истец, горячим водоснабжением приводило к нарушению права административного истца.

Обеспечение подозреваемым (обвиняемым) и осужденным не менее одного раза в неделю помывки в банно-прачечном комбинате учреждения, где имеется централизованная подводка горячего водоснабжения, также не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением, являлось и является обязательным, постольку неисполнение исправительным учреждением требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого, осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

При этом суд исходит из того, что при разрешении административного дела стороной административного ответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области не представлено доказательств отсутствия технической возможности исполнить требования санитарных правил.

Представителем ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области доказательств обеспечения административного истца горячей водой ежедневно с учётом потребности суду не представлено.

Обеспечение в камерах следственного изолятора мер компенсационного характера отсутствующему горячему водоснабжению в виде возможности иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать электрокипятильники заводского изготовления или чайники электрические, не обеспечивали административному истцу его права по поддержание своего гигиенического состояния в надлежащем состоянии, возможности пользоваться горячей водой в гигиенических целях. Отсутствие обращений истца к администрации СИЗО с требованиями о выдаче горячей воды по мере необходимости не свидетельствует об обеспечении его горячим водоснабжением и об отсутствии нарушения его прав и законных интересов.

Таким образом, административный истец в течение указанного времени был лишен возможности поддержания личной гигиены в удовлетворительной степени в связи с отсутствием в камерах СИЗО-2 горячей воды, что вело к недопустимому риску повреждения его здоровья и причиняло ему нравственные и физические страдания.

С учетом изложенного, поскольку камеры, в которых содержался истец не оборудованы подводом горячего водоснабжения, что в ходе рассмотрения дела представителем ответчиков не отрицалось, суд приходит к выводу о том, что содержание административного истца в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекло нарушение его прав и законных интересов, гарантированных законом, и является основанием для удовлетворения заявленных требований о признании действий по ненадлежащему содержанию незаконными и присуждении компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе.

При этом доводы представителя административных ответчиков о том, что у содержащихся в камерах лицах могут быть кипятильники или чайники, не свидетельствует об отсутствии нарушений прав истца, так как их наличие не может в полной мере восполнить ГВС для использования ее как для личной гигиены, так и собственного обслуживания.

Разрешая заявление административных ответчиков о пропуске срока на обращение в суд с административным иском и ходатайство административного истца о восстановлении срока, суд приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд, в том числе, выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд.

Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В силу положений пунктов 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений.

Одними из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6 и статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Пропуск срока на обращение в суд сам по себе не является достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административного искового заявления без надлежащего исследования фактических обстоятельств дела и проверки законности оспариваемых административным истцом действий и решений.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Согласно статье 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. В случаях, предусмотренных названным кодексом, пропущенный процессуальный срок не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Федеральный закон от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусмотревший возможность взыскания компенсации за нарушение условий содержания под стражей, вступил в силу 27 января 2020 г.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 г.).

Таким образом, обратиться в суд с соответствующим иском ФИО1 не имел возможности ранее указанной даты, вне зависимости от того, когда он узнал о нарушении своих прав.

Кроме того, административным истцом заявлены требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания, имевших место до вступления вышеназванного Федерального закона № 494-ФЗ в законную силу. К таким правоотношениям подлежат применению и положения статьи 151 и главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации, включающей помимо общих положений параграф 4 «Компенсация морального вреда», и на такие требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ срок исковой давности вообще не распространяется.

Административное исковое заявление датировано 13 ноября 2022 г. и направлено в суд 16 ноября 2022 г. Несмотря на то, что административный истец убывал из ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, ФИО1 содержится в местах лишения свободы и принудительной изоляции, что ограничивает его возможности по защите нарушенных прав и законных интересов.

Учитывая, что в рассматриваемом случае имеется совокупность таких условий как несоответствие действий и решений должностного лица, органа государственной власти, выразившихся в нарушении условий содержания в учреждении уголовно-исполнительной системы нормам действующего законодательства, сопряженным с нарушением прав, свобод и законных интересов административного истца, то имеются правовые основания для восстановления пропущенного процессуального срока для обращения в суд с административным исковым заявлением.

Принимая во внимание, что нарушения условий содержания административного истца в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в связи с отсутствием горячего водоснабжения нашли свое подтверждение, а также принимая во внимание продолжительность данных нарушений, обстоятельства, при которых допускались нарушения, их последствия для административного истца, который претерпевал нравственные и физические страдания, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в следственном изоляторе.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание характер допущенных нарушений и их объём, степень нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями личности ФИО1, длительность пребывания истца в условиях, не отвечающих требованиям законодательства, факт отсутствия его обращений в указанный период за защитой нарушенного права к администрации следственного изолятора, прокурору или в суд, степень вины причинителя вреда, учитывая требования разумности и справедливости полагает необходимым взыскать в его пользу компенсацию в размере 26 000 рублей, не усматривая при этом оснований для взыскания компенсации в заявленном им размере. Кроме того, необратимых, тяжелых последствий для здоровья осуждённого содержание в указанных условиях не повлекло.

При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 4 статьи 227.1 КАС РФ).

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно пункту 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Согласно подпункту 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказания, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, надлежащим административным ответчиком по выплате компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области является ФСИН России.

На основании изложенного и Руководствуясь статьями 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

Административное исковое заявление ФИО1, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в следственном изоляторе, выразившиеся в необеспечении горячим водоснабжением, в размере 26 000 (двадцать шесть тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд Мурманской области путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.Б. Быкова