Судья: Лукьянова С.Г. № 2-11/2023
Докладчик: Поротикова Л.В. № 33-7735/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:
председательствующего Карболиной В.А., судей Поротиковой Л.В., Жегалове Е.А.,
при секретаре Миловановой Ю.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 21 сентября 2023 года гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1 на решение Мошковского районного суда Новосибирской области от 27 января 2023 года по иску ПАО Сбербанк к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, по встречному иску ФИО1 к ПАО Сбербанк о признании кредитного договора недействительным,
заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Поротиковой Л.В., объяснения представителей сторон, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Представитель ПАО Сбербанк обратился в суд с иском, просил взыскать с ФИО1 задолженность по счету международной банковской карты <данные изъяты> по состоянию на 13.01.2022 в размере 170 230, 35 руб., в том числе просроченные проценты 36 092, 18 руб., просроченный основной долг 117 800 руб., неустойку 16 338,17 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины 4 604, 61 руб.
ФИО1, не согласившись с иском, подал встречное исковое заявление и просил признать кредитный договор, по которому банк просит взыскать задолженность недействительным, указав, что кредитный договор с банком не заключал, таковой заключен помимо его воли вследствие мошеннических действий третьих лиц.
Решением Мошковского районного суда Новосибирской области от 27 января 2023 года исковые требования ПАО Сбербанк удовлетворены, а встречные требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.
Суд постановил взыскать с ФИО1 в пользу ПАО Сбербанк сумму задолженности по счету международной банковской карты № <данные изъяты> в размере 170 230, 35 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 604, 61 руб.
С решением суда не согласен ответчик ФИО1, просит отменить решение суда, вынести новое.
В обоснование доводов жалобы указывает на то, что банк не представил доказательств действительности оспариваемой сделки, наличия у апеллянта воли на заключение данного договора, банк не проявил должной осмотрительности при оформлении кредитного договора посредством отправки заявки с неизвестного номера телефона, не принадлежащего клиенту (апеллянту), настаивал на удовлетворении заявленных им требований.
Проверив материалы дела на основании ст. 327.1 ГПК РФ, в пределах доводов изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
Так из материалов дела следует, что 16.02.2020 по заявлению ФИО1 банком был открыт счет № <данные изъяты> международной банковской карты и предоставлен кредит в размере 117 800 руб. под 23,9 % годовых.
Выполнение условий использования карты заемщиком ФИО2 не соблюдалось, в связи с чем, образовалась задолженность по кредитной карте.
Согласно расчету, представленному истцом, по состоянию на 30.09.2022 задолженность ответчика по счету международной банковской карты № <данные изъяты> составляет 170 230,35 руб., в том числе: просроченный основной долг – 117 800 руб., просроченные проценты – 36 092,18 руб., неустойка 16 338,17 руб.
Ответчик, не соглашаясь с требованиями банка, во встречном иске ссылался на то, что 16.02.2020 мошенническим способом неустановленными лицами с использованием неизвестного ему номера мобильного телефона, от его имени заключен кредитный договор на сумму 117 800 руб., кредитные денежные средства он не получал, они были перечислены на счета третьих лиц. По данному факту возбуждено уголовное дело, ФИО1 признан потерпевшим, потому просил признать кредитный договор недействительным.
Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований ФИО1, суд исходил из того, что между ФИО1 и Банком ранее был заключен договор и подключена услуга дистанционного банковского обслуживания с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", оспариваемый кредитный договор был заключен 16.02.2020 с использованием мобильного приложения Банка. ФИО1 осуществил вход с мобильного устройства в личный кабинет, сформировал кредитную заявку на получение кредитной карты с лимитом в 120 000 руб., подтвердив свое волеизъявление вводом подтверждающего пароля, направленного на его мобильное устройство в виде Push-сообщения.
Суд пришел к выводу, что оспариваемые истцом операции по заключению кредитного договора проведены в защищенном режиме после проверки аутентификации при наличии распоряжения владельца счета.
Установив отсутствие оснований для признания оспариваемого кредитного договора недействительным, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении требований Банка и взыскании с ответчика в пользу Банка задолженности по кредитному договору.
С указанными выводами суда первой инстанции коллегия согласиться не может в силу нижеследующего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа). Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
В силу статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, должен быть заключен в письменной форме независимо от суммы.
Согласно пункту 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.
Пункт 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.
Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.
Банк ссылался на то, что ФИО1 заключил кредитный договор дистанционным способом с использованием мобильного приложения и простой электронной подписи, что приравнивается к соблюдению простой письменной формы сделки.
В статье 5 Федерального закона "О потребительском кредите" в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.
Согласно пункту 14 статьи 7 названного закона документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет".
При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.
Отношения в области использования электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок регулируются Федеральным законом от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи" (далее- Закон об электронной подписи). В соответствии с часть 2 статьи 6 названного закона информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 настоящего Федерального закона.
Таким требованием, в частности, являются правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.
Следовательно, при разрешении спора относительно сделки, заключенной посредством электронной подписи, судам следует проверять способ достоверного определения лица, выразившего волю, который определяется законом, иными правовыми актами и соглашением сторон, а также осведомленность лица, заключающего сделку, относительно существа сделки и ее содержания.
Ссылаясь на то, что кредитный договор является заключенным путем введения подтверждающих кодов и действительным, суд не выяснил, каким образом был заключен договор, с использованием какого мобильного устройства, каким образом были сформулированы условия этого договора, в частности, каким образом банком согласовывались с заемщиком индивидуальные условия кредитного договора, а также не устранил противоречия в обстоятельствах дела, в том числе, не выяснил наличие воли ФИО1 на заключение данного договора.
В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).
Пунктом 1 статьи 10 данного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Обязательство заемщика по возврату суммы кредита и уплате процентов, а также договорной неустойки возникает при условии фактического предоставления Банком кредита, что прямо вытекает из положений пункта 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, при наличии возражений ответчика относительно факта получения кредита бремя доказывания данного обстоятельства по правилам статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на Банк.
Суд в основу своих постановлений положил изложенную Банком процессуальную позицию, при этом не разрешил существенные противоречия.
Так, из пояснений ФИО1 и его представителя, данных, как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции, усматривается, что ФИО1 являлся клиентом ПАО Сбербанк, был подключен к системе «Сбербанк Онлайн» с использованием его номера мобильного телефона <***>, на который поступали сообщения от банка (о зачислении и снятии денежных средств). Как утверждал ФИО1 иным образом систему «Сбербанк Онлайн» он не использовал в силу своей информационной и технической неграмотности, отсутствии специального приложения в его телефоне. Пояснил, что банковская карта, привязанная к его номеру счета, находилась у его супруги ФИО3, он никаких операций по оформлению кредита не предпринимал. Указывали, что из телефонного разговора с супругой ему стало известно о совершении мошеннических действий, незамедлительно после этого он предпринял меры к блокировке банковских карт, предпринимал попытки к отмене совершенных банковских операций, что оказалось безрезультатным. По факту совершения в отношении него мошеннических действий возбуждено уголовное дело, по которому он признан потерпевшим.
Из пояснений третьего лица ФИО3 следует, что банковская карта от счета супруга находилась у нее, 16.02.2020 ей на телефон поступил звонок о намерении третьих лиц арендовать ее квартиру, для внесения аванса за аренду квартиры она направила фотографию лицевой стороны банковской карты супруга потенциальным арендаторам. Спустя некоторое время данный арендатор позвонил и сообщил, что нечаянно перевел крупную сумму денег на карту ее супруга (в размере 160 000 руб.), которую просил вернуть. Пояснив звонившему, что она не знает как это сделать, звонивший предложил ей совершить данную операцию (возврат ошибочно поступивших денег) через банкомат. Доверившись звонившему, ФИО3 пришла в отделение банка, подошла к банкомату, и под руководством звонивших совершала различные манипуляции, предполагая, что возвращает ошибочно поступившие денежные средства, в том числе, вводила в устройство (банкомат) названный ею звонившим номер телефона, снимала денежные средства и вносила их на номер счета, названный звонившим. Только после совершения всех, требуемых от нее звонившим действий, она поняла, что стала жертвой мошенников, о чем сообщила супругу.
Из материалов дела и пояснений представителя Банка усматривается, что действительно, ФИО1 являлся клиентом ПАО Сбербанк, был подключен к системе «Сбербанк Онлайн» с использованием его номера мобильного телефона <данные изъяты>
16.02.2020 в период времени с 14-22 до 14-28 на номер мобильного телефона ФИО1 <данные изъяты>) поступило четыре сообщения о попытке снятия денежных средств, в сумме, не достаточной для выполнения операции (том 1 л.д.96).
В 14-33 часов на номер телефона ФИО1 поступило сообщение о том, что к его мобильному банку подключен новый номер телефона <данные изъяты>
Далее в период с 14-38 до 15-28 на номер телефона ФИО1 поступали сообщения о входе в «Сбербанк Онлайн», о заказе и одобрении кредитной карты, об активации кредитной карты, о зачислении на счет денежных средств и их последующем снятии и переводах денежных средств.
Исходя из имеющейся в деле информации, идентичные сообщения с указанием специальных паролей для совершения определенных действий поступали в то же время и на вновь подключенный к системе «Сбербанк Онлайн» номер телефона, не принадлежавший ФИО1 (том 1 л.д.98).
Таким образом, из совокупности добытой по делу информации усматривается, что супруга ФИО1 – ФИО3 с использованием банковской карты супруга и под руководством третьих лиц, в банкомате произвела ряд действий вследствие которых дала доступ третьим лицам к личному кабинету супруга в системе «Сбербанк Онлайн», путем подключения чужого номера телефона к системе.
Исходя из полученной информации подключенный номер телефона <данные изъяты> принадлежал ФИО4 (ООО «Т2 Мобайл»).
В дальнейшем третьи лица, получив доступ к личному кабинету ФИО1 оформили кредитную карту, активировали ее и перевели на счет ФИО1 денежные средства в размере 113 000 руб., после чего ФИО3 под руководством третьих лиц произвела снятие денежных средств в размере 50 000 руб., оставшуюся сумму снять не удалось по причине превышения установленного лимита на данный вид операции, в связи с чем суммы в размере 27 000 руб. и 35 000 руб. были перечислены со счета ФИО1 на счет ФИО3
Далее как следует из представленных в дело документов, усматривается, что наличные денежные средства в размере 50 000 руб. через банкомат были ФИО3 переведены на счет третьего лица, остальная сумма, поступившая ей на счет, была снята позднее и как утверждала ФИО3 также переведена на счета третьих лиц.
Таким образом, усматривается, что ФИО1 совей воли на оформление кредитной карты и ее использование не выражал, своими действиями одобрения на совершение данных сделок не давал, напротив, из установленных по делу обстоятельств видно, что сделка заключена с использованием мобильного телефона не принадлежавшего ФИО1, который был подключен мошенническим способом к личному кабинету ФИО1 в день совершения оспариваемых сделок.
Несмотря на то обстоятельство, что на реальный номер мобильного телефона ФИО1 дублировались сообщения о подключении нового мобильного устройства, о входе в личный кабинет и оформлении кредитной карты, доказательств того, что ФИО1 знал о подключении другого мобильного устройства, позволяющего осуществить беспрепятственный доступ к его личному кабинету и направляемой ему банком информации (включая подтверждающие коды в Push-сообщениях) и выразил на это надлежащее волеизъявление в материалах дела не имеется.
Необходимо отметить, что все спорные операции были совершены в течении часа, с чужого мобильного устройства не принадлежащего ФИО1, банк при должной степени внимательности имел возможность заподозрить мошеннические операции, т.к. именно 16.02.2020 в течении часа с чужого мобильного устройства от имени ФИО1 был осуществлен вход в личный кабинет и поступили распоряжения на открытие виртуальной кредитной карты, сформирована кредитная заявка и распоряжение на перевод денежных средств.
Факт одобрения таких распоряжений не может подтверждаться тем обстоятельством, что на номер чужого мобильного телефона, равно как и на номер ФИО1 направлялись подтверждающие коды, потому что вводились данные коды не с номера телефона ФИО1, а с чужого номера телефона, который ФИО1 не принадлежал, потому спорные операции производились независимо от воли ФИО1
Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 13.10.2022 N 2669-О выражена правовая позиция, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).
Банк, действуя с должной степенью заботливостью и осмотрительности, учитывая применяемые способы дистанционного банковского обслуживания, когда решение вопроса о заключенности и действительности кредитного договора определяется достоверной идентификацией заемщика, должен убедиться, что сделка в действительности совершается определенным лицом, осознающим правовые последствия совершаемых действий.
В соответствии с пунктом 5.1 статьи 8 Федерального закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".
Такие признаки утверждены приказом Банка России от 27.09.2018 N ОД-2525, и в соответствии с ними операция считается осуществленной без согласия клиента, в том числе, в случае несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).
Из обстоятельств, установленных по делу, с очевидностью усматривается, что совершенные в течении часа операции через личный кабинет клиента с использованием иного (ранее неизвестного) мобильного устройства, а также факт немедленного снятия/перечисления и перевода кредитных денежных средств на счета третьих лиц, а также то обстоятельство, что ранее клиент вообще не использовал мобильное приложение «Сбербанк Онлайн» свидетельствовало о том, что оспариваемая ФИО1 сделка по получению кредита, распоряжению денежными средствами должна была проверяться банком на предмет наличия признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, чего банком сделано не было.
Учитывая изложенное выше, судебная коллегия приходит к выводу о наличии в действиях банка признаков не добросовестности поведения, т.к. банк обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.
В частности, Банк, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, должен был принять во внимание несоответствие характера действий клиента, который ранее не использовал мобильное приложение и не оформлял кредит подобным образом, должен был принять во внимание несоответствие устройства, с использованием которого совершались операции, устройству обычно используемому клиентом, характер операции - получение кредитных средств с одновременным их перечислением в другой банк на счет карты, принадлежащий другому лицу, и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.
Исходя из представленных в дело смс-сообщений оформление кредитной карты произошло путем разового введения цифрового кода, направленного Банком SMS-сообщением. Такой упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим Федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей.
В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, с напечатанными отметками (V) напротив строк об ознакомлении и согласии с различными условиями договора и т.п. лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению банком потенциальному заемщику SMS-сообщения с краткой информацией о возможности получить кредитную карту путем однократного введения цифрового SMS-кода.
Кроме того, судебная коллегия считает, что между ФИО1 и банком не был согласован способе аутентификации клиента, т.к. имеющееся в материалах дела соглашение о дистанционном банковском обслуживании само по себе таких сведений не содержит, а в имеющихся сведениях отражен лишь номер телефона клиента, на который ему регулярно приходили сообщения о состоянии счета (снятии, поступлении денежных средств).
Принимая во внимание, что предоставление кредитной карты и возможность снятия с нее кредитных денежных средств произошла в течении трех минут (СМС сообщения с 14-39 до 14-42), учитывая, что подключение нового устройства, снятие и дальнейшее перечисление кредитных денежных средств на счета третьих лиц произошло в один день в течении нескольких минут, учитывая что ФИО1 незамедлительно после выявления мошенничества обратился в банк с соответствующими заявлениями, а впоследствии в полицию, где ФИО1 был признан потерпевшим по уголовному делу, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для признания договора на предоставление возобновляемой кредитной линии по счету международной банковской карты <данные изъяты>, заключенного между ФИО1 и ПАО Сбербанк недействительным в силу незаключенности.
Учитывая то обстоятельство, что ФИО1 денежные средства по спорному договору не получал, а требования банка о взыскании таковых заявлены именно к нему, при этом требований о взыскании денежных средств с супруги ФИО3, как с лица, на чей счет также были перечислены кредитный денежные средства, банком не заявлено судебная коллегия приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований банка о взыскании задолженности с ФИО1
Таким образом, решение Мошковского районного суда Новосибирской области от 27 января 2023 года подлежит отмене, с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ПАО Сбербанк к ФИО1 и об удовлетворении встречных требований ФИО1 к ПАО Сбербанк.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия,
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Мошковского районного суда Новосибирской области от 27 января 2023 года отменить.
Вынести по делу новое решение.
В удовлетворении исковых требований ПАО Сбербанк к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору отказать.
Встречные исковые требования ФИО1 удовлетворить.
Признать договор на предоставление возобновляемой кредитной линии по счету международной банковской карты № <данные изъяты>, заключенный между ФИО1 и ПАО Сбербанк недействительным.
Апелляционную жалобу ответчика ФИО1 – удовлетворить.
Председательствующий:
Судьи: