Дело № 2-1944/2022

66RS0006-01-2022-001313-11

Мотивированное решение изготовлено 09 августа 2022 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 августа 2022 года Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Нагибиной И.А. при секретаре Абрамян Ю.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Новая линия» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек,

установил:

истец обратился в Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга с иском к ответчику о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 02.11.2021 по адресу: <...>, имело место дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «Тойота», гос. № < № >, принадлежащего ФИО2 и под его управлением, автомобиля «Дэу Нексия», гос. < № >, принадлежащего А.А.С., под управлением ФИО1 Виновным в ДТП является ответчик. Автогражданская ответственность участников ДТП застрахована в установленном законом порядке. Автомобилю ФИО3 причинены механические повреждения.

02.11.2021 между потерпевшим ФИО3 и истцом заключен договор уступки прав требования < № >, по условиям которого потерпевший передал право требования материального ущерба, причиненного его автомобилю, истцу. Под материальным ущербом стороны договора имели в виду как страховое возмещение, так и возмещение ущерба лицом, причинившим вред в части, не покрытой страховым возмещением.

Страховая компания осуществила выплату страхового возмещения в сумме 77 100 рублей на основании достигнутого с истцом соглашения о сумме страховой выплаты. В то же время указанной суммы недостаточно для возмещения ущерба в полном объеме, поскольку стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля составила 139 217 рублей, с учетом износа – 88 500 рублей. Расходы истца на оценку ущерба составили 10 000 рублей.

Со ссылкой на нормы закона, регулирующие отношения по возмещению вреда, ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму износа заменяемых запасных частей и материалов в размере 50 717 рублей, расходы на оценку ущерба – 10 000 рублей, на уплату государственной пошлины – 1 722 рубля.

В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях настаивал в полном объеме по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласился по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, приобщенном судом к материалам дела. Пояснил, что истцом не доказан фак того, что суммы страхового возмещения недостаточно для восстановления транспортного средства потерпевшего до состояния, в котором оно находилось до повреждения. Договор цессии заключен до возникновения у потерпевшего права на выплату страхового возмещения в денежной форме, поскольку выплата страхового возмещения должна осуществляться путем направления на ремонт поврежденного транспортного средства потерпевшего, следовательно, право требования потерпевшего неразрывно связано с его личностью и не может быть уступлено иному лицу по договору цессии. Просит отказать в удовлетворении исковых требований.

От третьего лица АО «МАКС» поступили материалы выплатного дела. В судебное заседание представитель не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежаще и в срок, причина неявки суду не известна.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежащим образом и в срок, причина неявки суду не известна.

Заслушав представителей сторон, исследовав письменные материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Судом установлено, никем не оспаривается, следует из извещения о ДТП, что 02.11.2021 по адресу: <...>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Тойота Авенсис», гос. < № >, принадлежащего ФИО3, и под его управлением, автомобиля «Дэу Нексия», гос. < № >, принадлежащего А.А.С., под управлением ответчика.

Никем не оспаривается, следует из извещения о ДТП, что его виновником, и, следовательно, причинителем вреда имуществу потерпевшего, является ответчик.

Автогражданская ответственность участников ДТП застрахована в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Из материалов дела следует, что 02.11.2021 между потерпевшей ФИО3 и ООО «Новая Линия» заключен договор < № > уступки права требования, по условиям которого цедент (ФИО3) уступил цессионарию (ООО «Новая линия») право требования возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, в том числе, в части стоимости услуг независимого эксперта, страхового возмещения, величины утраты товарной стоимости, расходов на эвакуацию транспортного средства с места ДТП, хранение поврежденного транспортного средства, авторазбор, аварийного комиссара, а также компенсационных выплат; право на взыскание разницы между фактическим размером ущерба и страховым возмещением; право требования уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами; право на взыскание неустойки, финансовой санкции ко всем лицам (в том числе к виновнику ДТП, страховым компаниям, РСА, именуемым в дальнейшем «должники»), ответственным по действующему законодательству за имущественный ущерб, причиненный транспортному средству «Тойота Авенсис», гос. № < № >, по ДТП от 02.11.2021, имевшего место в г. Екатеринбурге, по ул. Фрезеровщиков, 35, с транспортным средством «Дэу Нексия», гос. < № >.

Довод представителя ответчика о том, что право требования страховой выплаты в форме организации страховщиком восстановительного ремонта поврежденного имущества, являющееся единственным по рассматриваемым обстоятельствам, неразрывно связано с личностью потерпевшего, потому не может быть предметом уступки, фактическим обстоятельствам дела не соответствует, основан на неверном толковании норм права, потому судом отклоняется.

По правилам п. 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Из положений ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что кредитор может передать право, которым сам обладает.

Согласно п. 3 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен.

Пунктом 1 ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

В действующем законодательстве, в том числе положениях ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, не содержится запрета на передачу потерпевшим (выгодоприобретателем) принадлежащего ему права требования другим лицам.

Так, по смыслу п. 1 ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации замена страхователем выгодоприобретателя допустима во всех договорах имущественного страхования. Согласия страховщика в этом случае не требуется, необходимо только письменное его уведомление.

Ограничение прав страхователя по замене выгодоприобретателя установлено для защиты прав последнего только для случаев, перечисленных в п. 2 ст. 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, при которых такая замена может производиться по инициативе самого выгодоприобретателя.

Исходя из спорных правоотношений уступка права ФИО3 - потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования другому лицу (ООО «Новая Линия») не противоречит разъяснениям, данным в п. п. 2, 57, 60, 68, 69, 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно п. 69 этого Постановления, договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, то есть возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным.

В силу п. 70 Постановления, передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая.

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз. 2 и 3 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Проанализировав условия договора уступки права, заключенного между истцом и потерпевшим ФИО3, суд не усматривает в нем указаний на переход непосредственно права требования оплаты восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, на что ссылается сторона ответчика.

Из буквального толкования условий договора цессии < № > следует, что его предметом является право требования материального ущерба, причиненного в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, то есть предмет договора сторонами определен надлежащим образом, право требования возмещения ущерба у потерпевшего возникло. Предмет и условия договора не противоречат каким-либо императивным правовым нормам и не нарушают права ответчика по настоящему делу.

На основании договора уступки прав требования (цессии) от 02.11.2021, заключенного между потерпевшим и истцом, последний обратился к страховщику автогражданской ответственности за выплатой страхового возмещения по прямому возмещению убытка.

Из сопроводительного письма, адресованного страховщику АО «МАКС», следует, что истец просил страховую организацию выдать направление на ремонт транспортного средства или произвести выплату страхового возмещения по ущербу на реквизиты, приложенные к заявлению (л.д. 27).

16.11.2021 между истцом и АО «МАКС» заключено соглашение о страховом возмещении по договору ОСАГО в форме страховой выплаты, в котором стороны согласовали размер страхового возмещения, подлежащего выплате страховщиком в связи с наступлением рассматриваемого страхового случая, в сумме 77 100 рублей. Указанная сумма выплачена истцу страховщиком по платежному поручению < № > от 18.11.2021 (л.д. 92).

Как следует из п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

В то же время, в подпункте «ж» пункта 16.1 статьи 12 указанного Закона установлена возможность осуществления страховщиком выплаты страхового возмещения путем выдачи суммы страховой выплаты выгодоприобретателю в кассе страховщика либо перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет выгодоприобретателя в случае наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и выгодоприобретателем.

Таким образом, в силу подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший, в настоящем случае – цессионарий ООО «Новая Линия», с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.

Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

Реализация истцом права на получение страхового возмещения в денежной форме соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит. Ограничение данного права истца либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба, противоречит как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не может быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленный в соответствии с Законом об ОСАГО.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО не предусматривает.

Согласно положениям ст. 388.1, п. 5 ст. 454 и п. 2 ст. 455 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование).

Таким образом, при определенных условиях у потерпевшего может возникнуть право на получение страховой выплаты, а потому заключенный между ответчиками договор уступки прав (требований) не противоречит законодательству и в настоящий момент времени не нарушает каких-либо прав ответчика.

В отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО).

Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным в рассматриваемом случае его п. 4 ст. 11.1, который не может превышать 100 тысяч рублей, поскольку оформление документов о дорожно-транспортном происшествии осуществлено водителями транспортных средств без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, что стороной ответчика не оспаривается.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 58 указано, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 г. N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. N 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае – вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств – ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения. При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

В обоснование суммы материального ущерба, подлежащей взысканию с ответчика как причинителя вреда сверх суммы выплаченного страхового возмещения, истец ссылается на экспертное заключение < № >, выполненное ООО «Ягуар», согласно которому стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля составила 139 217 рублей, с учетом износа подлежащих замене узлов и деталей – 88 450 рублей 50 копеек, и просит взыскать с ответчика разницу в виде стоимости износа в сумме 50 717 рублей. Данное требование действующему законодательству не противоречит, принимая во внимание, что сумма требования истца не превышает разницу в размере ущерба, определенную за вычетом суммы выплаченного страхового возмещения. Кроме того, право выбора способа защиты и определения суммы материального ущерба принадлежит истцу.

При таком положении, требование истца о взыскании с ответчика суммы ущерба в размере 50 717 рублей подлежит удовлетворению.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Расчет суммы ущерба, представленный истцом, стороной ответчика не опорочен, доказательств иного размера ущерба ответчиком суду не представлено, равно как и не представлено доказательств наличия иного разумного решения и распространенного в обороте способа исправления поврежденного имущества, в то время как в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абз. 4 п. 5.3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П).

В связи с изложенным, доводы ответчика относительно недоказанности истцом факта несения расходов на восстановление поврежденного транспортного средства сверх суммы выплаченного страхового возмещения, судом отклоняются как основанные на неверном распределении бремени доказывания данного обстоятельства. Доказывание суммы ущерба путем его оценки специалистом в данной области требованиям закона не противоречит.

В ходе судебного разбирательства вопрос о назначении по делу судебной экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства стороной ответчика не поднимался.

Истцом понесены расходы на оплату услуг эксперта в сумме 10 000 рублей, что подтверждается документально (л.д. 38). Указанные расходы являются судебными издержками по смыслу положений ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и подлежат взысканию с ответчика на основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В возмещение расходов истца на уплату государственной пошлины при подаче настоящего искового заявления с ответчика надлежит взыскать 1 722 рубля.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 167, 194-199 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Новая линия» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Новая линия» в счет возмещения материального ущерба 50 717 рублей, расходы на оплату экспертных услуг – 10 000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины – 1 722 рубля.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения, в Свердловский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья И.А. Нагибина