УИД 31RS0016-01-2022-003693-06 дело №2-3176/2022
Решение
Именем Российской Федерации
23 августа 2022 года город Белгород
Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:
председательствующего судьи Боровковой И.Н.,
при секретаре Крайнюковой А.А.,
с участием истца ФИО1, истца ФИО2, представителя истцов ФИО3 (по доверенности), представителей ответчиков ФИО4, ФИО5 – ФИО6, ФИО7 (по доверенности),
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4, ФИО5 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, применении последствия недействительности сделки, аннулировании записи о регистрации договора купли-продажи и права собственности, включении квартиры в наследственную массу,
установил:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО4, третье лицо: нотариус Белгородского нотариального округа Белгородской области ФИО8 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, применении последствия недействительности сделки, аннулировании записи о регистрации договора купли-продажи и права собственности, включении квартиры в наследственную массу.
В обоснование заявленных требований истцы указали, что 12 октября 2021 года умерла их мать ФИО9, в собственности которой имелась квартира, расположенная по адресу: <...>.
6.05.2021 ФИО9 и ФИО10 заключили брак.
После смерти матери истцов обратились к нотариусу с заявлением о принятии наследства, было заведено наследственное дело, после чего стало известно о том, что собственником указанной квартиры является ФИО10 с 1 июня 2018 года.
26.01.2022 ФИО10 умер.
Спорная квартира была получена ФИО10 на основании договора купли- продажи от 22.03.2018 заключённого между ФИО9 и ФИО10, прошедший государственную регистрацию.
Истцы указали, что мать всегда говорила, что квартира достанется сыновьям. ФИО10 также заверял о том, что он готов в любой момент переоформить право собственности на квартиру на кого-то из истцов, не претендует на данное имущество, так как объект недвижимости никогда не находился в его пользовании, он не имел намерений в эксплуатации квартиры и сделка была совершена лишь для вида, для получения налогового вычета.
После смерти ФИО10 к нотариусу с заявлением о принятии наследства обратился его сын ФИО4, который никогда не проживал и не проживает в спорной квартире. Также умерший ФИО10 и его наследники не участвовали и не участвуют в содержании квартиры, в оплате коммунальных услуг, даже после получения права собственности на спорную квартиру.
Истцы ссылались на заключение между ФИО9 и ФИО10 мнимой сделки, поскольку стороны договора не намеревались создать соответствующие договору купли-продажи правовые последствия: ФИО4 и ФИО5 не проживали и не проживают в указанном жилом помещении, не несут бремя по его содержанию, сделка по отчуждению квартиры в 2018 году была совершена, с целью получения налогового вычета, так как умерший ФИО10 был официально трудоустроен, в связи с чем ФИО9 обратилась к нему для оформления заключения договора купли-продажи.
По указанным основаниям ФИО1, ФИО2 просили суд признать договор купли-продажи квартиры от 22.03.2018 года, недействительным; применить последствия недействительности сделки: погасить запись регистрации <номер> от 01.06.2018 года в ЕГРН; восстановить запись регистрации <номер> от 06.06.2014 в ЕГРН о праве собственности ФИО9 По мнению истцов, наследники вправе оспорить сделку, поскольку она затрагивает их интересы, и в случае признания ее недействительной квартира подлежит включению в наследственную массу после смерти их матери ФИО9
В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, их представитель по доверенности ФИО3 на исковых требованиях настаивали, дали пояснения согласно изложенным в иске доводам, пояснили, что между умершим ФИО10 и ими была устная договоренность о возврате квартиры после совершения сделки, однако, ФИО10, скоропостижно скончался и не успел переоформить спорную квартиру.
Определением суда от 30.06.2022 в качестве соответчика привлечен ФИО5
Ответчик ФИО4, соответчик ФИО5 в судебное заседание не явились. О дне и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, обеспечили участие представителей.
В судебном заседании представители ответчика ФИО4, соответчика ФИО5 (по доверенности) ФИО6, ФИО7 против удовлетворения исковых требований возражали, указал, что истцам о совершении сделки было достоверно известно. После совершения сделки умершим ФИО10 был зарегистрирован переход права собственности на квартиру, денежные средства за квартиру переданы ФИО9, что следует из расписки о передаче денег в размере 2000000 руб. При жизни продавец ФИО9 претензий относительно совершенной сделки к ФИО10 не предъявляла, возврата жилого помещения либо денежных средств за него не требовала. Полагают, что срок исковой давности по требованиям об оспаривании договора купли-продажи истцом пропущен, о чем заявили соответствующее ходатайство.
Третье лицо нотариус Белгородского нотариального округа Белгородской области С.И.В. в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в письменном ходатайстве просила о рассмотрении дела в его отсутствие.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, свидетелей, суд приходит к следующему.
Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.
На основании ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в установленном законом порядке обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Согласно ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенного права является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.
В силу ст. 153 ГК РФ с признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Пунктом 1 ст. 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130) (пункт 1 статьи 549 ГК РФ).
Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 ГК РФ).
Исходя из п. 1, п. 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.
Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ч. 1 ст. 167 ГК РФ).
В силу ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах заявленного основания иска является вопрос, был ли заключен оспариваемый договор с намерением создания соответствующих правовых последствий.
По смыслу приведенных норм права, для признания договора дарения мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.
Исходя из разъяснений, данных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой отнесено в данном случае на сторону истца.
Из материалов дела следует, что квартира <номер> расположенная по адресу: <адрес> принадлежала ФИО9 по праву собственности на основании Договора на долевое участие в строительстве жилья <номер> от 08.06.2012, дата регистрации:23.07.2012, номер регистрации:<номер>; договора уступки прав требований от 16.01.2014, дата регистрации: 31.01.2014, номер регистрации: <номер>; Разрешения на ввод объекта в эксплуатацию №RU <номер> от 05.04.2014 орган выдачи: Департамент строительства и архитектуры администрации города Белгорода Белгородской области; Передаточного акта от 13.02.2014, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права, выданное 06 июня 2014 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области серия <номер>, о сем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 06 июня 2014 года сделана запись регистрации <номер>.
Умершая 12.10.2021 ФИО9 приходится материю ФИО1 и ФИО2, что подтверждается свидетельствами о рождении и свидетельством о смерти.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 22.03.2018, между ФИО9 (продавец) и ФИО10 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры <номер>, общей площадью 36,3 кв.м., находящаяся по адресу: <адрес> квартира продана ФИО10 за 2000000 рублей.
Из п. 9 договора следует, что сведений о лицах, временно отсутствующих, но сохраняющих право проживания и пользования вышеуказанным жилым помещением в соответствии с законом, не имеется.
Стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях п. 11 Договора).
В соответствии с п. 13 договора, настоящий договор подлежит государственной регистрации в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области.
6.05.2021 ФИО9 и ФИО10 заключили брак, что подтверждается свидетельством о браке.
26 января 2022 года умер ФИО10, что подтверждается свидетельством о смерти.
ФИО10 приходится отцом ответчику ФИО4 и соответчику ФИО5, что подтверждается свидетельствами о рождении.
После смерти ФИО9, ее дети – истцы по делу, обратились к нотариусу, было открыто наследственное дело.
После смерти ФИО10, его дети – ответчики и соответчик по делу, обратились к нотариусу, было открыто наследственное дело.
В процессе сбора документов, истцам стало известно о том, что указанная квартира ФИО9 не принадлежит, а ее собственником является ФИО10, который заверял о том, что он готов в любой момент переоформить право собственности на квартиру на кого-то из истцов, не претендует на данное имущество, так как объект недвижимости никогда не находился в его пользовании, он не имел намерений в эксплуатации квартиры и сделка была совершена лишь для вида, для получения налогового вычета.
Судом также установлено, что 01.06.2018 право собственности умершего ФИО10 на приобретенную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается выпиской из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости.
Настаивая на удовлетворении исковых требований, обратившиеся в суд истцы полагали, что договор купли-продажи квартиры от 22.03.2018 является недействительным в силу его мнимости, так как он был заключен лишь для вида с целью получения налогового вычета. Считают, что спорная квартира должна быть включена в состав наследственного имущества ФИО9
Допрошенные в судебном заседании со стороны истцов в качестве свидетелей М.Т.Н.К.Л.Д. подтвердили факт заключения договора купли-продажи квартиры от 22.03.2018 между ФИО9 и ФИО10 с целью получения налогового вычета.
Оценив в совокупности доказательства, собранные по делу, установленные в процессе его разбирательства фактические обстоятельства, объяснения сторон, свидетелей, суд приходит к выводу о том, что последовательный характер действий ФИО9 и ФИО10, выразившийся в том, что они лично заключали договор, осуществили регистрационные действия, свидетельствует о том, что продавец и покупатель стремились к наступлению правовых последствий по указанной сделке, целенаправленно совершали действия с целью перехода в собственность ФИО10 спорной квартиры по договору купли-продажи недвижимого имущества.
Таким образом, воля сторон, направленная на прекращение права собственности ФИО9 на спорную квартиру и возникновение права собственности на ту же квартиру у ФИО10, исполнена.
В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно ст. 209 ГК РФ право собственности наделяет собственника правомочиями владения, пользования и распоряжения. Данные правомочия носят абсолютный характер и принадлежат собственнику независимо от того, находится ли это имущество в его фактическом владении и пользовании или нет.
На основании ст. 549 ГК РФ правовой целью договора купли-продажи недвижимого имущества является переход права собственности на указанное имущество от продавца к покупателю.
Сделка купли-продажи фактически и юридически состоялась: передача спорного имущества покупателю произошла, договор прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке.
В этой связи доводы о том, что договор купли-продажи квартиры был заключен только для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, опровергаются представленными в дело доказательствами и являются несостоятельными.
Суд полагает, что материалы дела свидетельствуют о том, что стороны, заключая оспариваемый договор, осознавали его правовые последствия и желали их наступления. Достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что на момент заключения оспариваемой сделки воля сторон не была направлена на ее исполнение, а также, что указанная сделка исполнена не была, что характерно для мнимой сделки, истцами не представлено.
Факт проживания истца ФИО2 в квартире, оплата коммунальных услуг, получение умершим ФИО10 налогового вычета, не свидетельствуют об отсутствии воли сторон договора купли-продажи на порождение юридических последствий заключенной между ними сделкой. Истцами не доказана иная воля сторон сделки.
Таким образом, наследодатель при жизни выразил свою волю по распоряжению принадлежащим ему имуществом, произвел отчуждение спорной квартиры в пользу ФИО10 по договору купли-продажи, при жизни договор купли-продажи квартиры не оспаривала, договор купли-продажи был сторонами исполнен, в связи с чем правовых оснований для применения положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и удовлетворения исковых требований ФИО11, ФИО2 не имеется.
Более того, ФИО9, продав квартиру, при жизни (более трех лет после совершения сделки) никаких претензий к умершему ФИО10 не предъявляла.
Поскольку намерения обеих сторон договора не исполнять сделку, судом выявлено не было, то суд приходит к выводу о том, что правовых оснований для признания договора купли-продажи квартиры мнимым и удовлетворения исковых требований не имеется.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд приходит к выводу о том, что стороной истца не представлено доказательств мнимого характера заключенного ФИО9 при жизни договора купли-продажи квартиры от 22 марта 2018 г.
В ходе судебного разбирательство стороной ответчика было заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности.
Исковой давностью, согласно положениям статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В соответствии с положениями статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Разрешая спор, суд, установил, что исполнение сделки 01 июня 2018 года (момент регистрации права собственности ФИО10 на спорную квартиру), приходит к выводу о наличии оснований для оставления без удовлетворения заявленных истцами требований, поскольку ими был пропущен установленный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности.
Как указывалось выше, для лиц, не являющихся стороной сделки, течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения и составляет три года.
Истцы в ходе судебного разбирательства, в частности, в исковом заявлении указывали, что о заключении сделки они знали в 2018 году, после чего неоднократно обращались к умершему ФИО10 с требованием возвратить приобретенную им квартиру.
При таких обстоятельствах, срок исковой давности по заявленным истцами требованиям истек 1 июня 2021г., тогда как с иском в суд они обратилась 05 апреля 2022 г., то есть за пределом срока исковой давности.
Поскольку судом отказано в иске о признании договора купли-продажи от 22 марта 2018 г. недействительным, то соответственно приходит к выводу и об отказе и в производных требованиях о применении последствий недействительности сделки, аннулировании записи о регистрации договора купли-продажи, включении спорной квартиры в состав наследственного имущества.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении исковых ФИО1, ФИО2 к ФИО4, ФИО5 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, применении последствия недействительности сделки, включении имущества в состав наследственной массы, аннулировании записи о регистрации договора купли-продажи и права собственности отказать.
Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Белгорода.
Судья
Решение07.09.2022