Судья суда 1-ой инстанции

Дело № 33-5974/2023

ФИО1

УИД 91RS0019-01-2022-005186-76

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

06.07.2023 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

Председательствующего судьи

Крапко В.В.,

Судей

ФИО2,

ФИО3,

при секретаре

ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Крапко В.В. гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО5 и ООО СК «Согласие-Вита» на решение Симферопольского районного суда Республики Крым от 23.01.2023 года по иску ФИО5 к ООО СК «Согласие-Вита» (третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – «Сетелем Банк» ООО) о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратилась в суд с иском к ООО СК «Согласие-Вита» о взыскании части страховой премии пропорционально неистекшему сроку страхования в размере <данные изъяты> рублей, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа.

В обоснование требований истец указала, что в связи с досрочным исполнением обязательств по кредитному договору у нее возникло право на возврат части страховой премии, уплаченной по договору личного страхования, однако ответчик в удовлетворении ее требований отказал.

Решением Симферопольского районного суда Республики Крым от 23.01.2023 года исковые требования удовлетворены частично.

В пользу ФИО5 с ООО СК «Согласие-Вита» взыскана часть страховой премии в размере <данные изъяты> рублей, неустойка - <данные изъяты> рублей, штраф на основании Закона о защите прав потребителей - <данные изъяты> рублей, компенсация морального вреда - <данные изъяты> рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказано.

Взыскана в пользу бюджета муниципального образования Симферопольский район Республики Крым с ООО СК «Согласие-Вита» государственная пошлина в размере <данные изъяты> рублей.

Не согласившись с вышеуказанным решением суда, истец – ФИО5, подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда изменить в части взысканных в её пользу суммы штрафных санкций, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права и несоответствие выводов изложенных в решении фактическим обстоятельствам дела. Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что, по мнению апеллянта, относимых и допустимых доказательств допустимости и приемлемости применения положений статьи 333 ГК РФ стороной ответчика в условиях состязательности гражданского процессу суду представлено не было.

Не согласившись с вышеуказанным решением суда, ответчик – ООО СК «Согласие-Вита», также подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм процессуального и материального права и несоответствие выводов изложенных в решении фактическим обстоятельствам дела. Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что, по мнению апеллянта, относимых и допустимых доказательств соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора посредствам обращения в адрес финансового уполномоченного, стороной истца в условиях состязательности гражданского процессу суду представлено не было. Также указывают, что договор личного страхования не был направлен на обеспечение кредитных обязательств заемщика и имел своей целью страхование жизни заемщика безотносительно его финансовых обязательств, а потому досрочное исполнение договора займа не влечет возможности пропорционального возврата страховой премии за неистекший период. Также указывают на то, что мерой ответственности страховой организации в связи с своевременным неисполнением обязательств по возврату страховой премии, следует признать только лишь возможность начисления процентов по правилам статьи 395 ГК РФ не невозвращенную в срок сумму.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, представитель стороны истца поддержал доводы жалобы, против доводов апелляционной жалобы стороны ответчика возражал.

Представитель страховой организации поддержал доводы жалобы, против доводов апелляционной жалобы стороны истца возражала.

Иные участники процесса, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, об уважительности причин своей неявки суду не сообщили, в связи с чем, руководствуясь ст.ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав судью-докладчика, исследовав материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы в пределах требований ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу положений ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства на которые она ссылается как на основания своих доводов или возражений, если иное не установлено федеральным законом.

Согласно ч.1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из существа разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума ВС РФ № 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или права. (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ФИО5 и «Сетелем Банк» ООО (далее - Банк) ДД.ММ.ГГГГ был заключен кредитный договор №, по условиям которого Банк предоставил истцу кредит в размере <данные изъяты> рублей, состоящий из суммы на оплату стоимости автотранспортного средства в размере <данные изъяты> рублей и суммы на оплату иных потребительских нужд в размере <данные изъяты> рублей, под 11,90% годовых.

Срок возврата кредита составлял 84 платежных периодов, а дата полного возврата кредита ДД.ММ.ГГГГ.

Из положений заключённого между сторонами условий кредитного договора следует, что предоставление финансирования (кредита), период кредитования и процентная ставка не ставились в зависимость от наличия либо отсутствия личного договора страхования заёмщика.

Вместе с тем, в договоре кредита имеется лишь указание на необходимость осуществления страхования имущества – приобретаемого транспортного средства, для целей приобретения которого предоставляется финансирование (кредит).

Согласно информации о дополнительных услугах, приобретаемых заявителем, в сумму кредита, выданного ФИО5 входила оплата следующих дополнительных услуг: добровольное страхование автотранспортного средства в филиале ПАО СК «Росгосстрах в Нижегородской области, стоимостью <данные изъяты> рублей, добровольное личное страхование путем заключения Договора добровольного личного страхования со страховой компанией ООО СК «Согласие-Вита» стоимостью <данные изъяты> рублей, подключение услуги «СМС-информатор» на мобильный телефон стоимостью <данные изъяты> рублей; а также услуга «Помощь на дорогах», предоставляемая ИП ФИО6, стоимостью <данные изъяты> рублей.

В этот же день, между <данные изъяты> Г.В. и СК «Согласие-Вита» был заключен договор добровольного страхования жизни и здоровья на срок страхования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Страховая сумма по данному договору на дату начала срока страхования установлена в размере <данные изъяты> рублей.

Пунктом 4.8 договора страхования жизни ООО СК «Согласие-Вита» утверждено, что страховая премия рассчитывается и уплачивается единовременно за весь срок действия договора страхования и составляет <данные изъяты> рублей.

Из текста Договора страхования следует, что он заключен на основании Правил добровольного страхования жизни №, утвержденных приказом Генерального директора ООО СК «Согласие-Вита» от ДД.ММ.ГГГГ №СВ-1-07-48 (Приложение к Договору страхования).

Согласно разделу 8 Правил добровольного страхования жизни Договор страхования может быть досрочно прекращен также и по инициативе (требованию) страхователя. При этом, досрочное прекращение Договора страхования производится на основании письменного заявления страхователя об отказе от Договора страхования с приложением необходимых документов. В случае отказа от договора страхования в течении периода охлаждения, при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая, страхователю в течение 10 рабочих дней со дня получения письменного заявления об отказе от Договора страхования, уплаченная страховая премия (страховой взнос) возвращается в полном объеме. В случае отказа от договора страхования по истечению периода охлаждения уплаченная страхования премия страхователю не возвращается, если законодательством Российской Федерации или Договором страхования не предусмотрено иное.

Из содержания кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ, а также договора страхования от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между сторонами, следует, что кредитный договор и договор страхования являются самостоятельными, а договор страхования не заключен в целях обеспечения обязательств по кредитному договору.

Более того, дополнительные услуги, оплаченные стороной потребителя также не повлияли на предоставление соответствующего финансирования (кредита), что было указано в опросном листке для целей определения воли лица на получение соответствующих услуг.

Обязательства по Кредитному договору полностью исполнены ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратилась к ответчику с заявлением о досрочном расторжении Договора страхования, а также возврате оставшейся страховой премии в связи с досрочным погашением задолженности по Кредитному договору.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ представитель страховой компании уведомил истца об отказе в возврате страховой премии.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратилась к ответчику с претензией, в которой повторно просила осуществить возврат страховой премии в связи с досрочным погашением задолженности по Кредитному договору.

Указанная претензия оставлена без положительного ответа.

Решением финансового уполномоченного прекращено рассмотрение заявление потребителя финансовой услуги в связи с нахождением тождественного спора на рассмотрении в районном суде.

Исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности испрашиваемого истцом факта заключения договора личного страхования для целей обеспечения финансовых обязательств по кредитному договору, и как следствие, к наличию оснований полагать приемлемыми требования о возврате страховой премии за неистекший период с момента досрочного погашения кредитных обязательств.

Судебная коллегия не соглашается с такими выводами суда первой инстанции, считает их необоснованными, и сделанными без учета фактических обстоятельств дела и при неправильном применении норм материального закона.

По правилам статья 927 Гражданского кодекса Российской Федерации, страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховщиком. Договор личного страхования является публичным договором (статья 426).

Согласно статьей 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

По договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы следующие имущественные интересы: риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, а в случаях, предусмотренных законом, также ответственности по договорам - риск гражданской ответственности (статьи 931 и 932).

При этом, риск ответственности за нарушение договора считается застрахованным в пользу стороны, перед которой по условиям этого договора страхователь должен нести соответствующую ответственность, - выгодоприобретателя, даже если договор страхования заключен в пользу другого лица либо в нем не сказано, в чью пользу он заключен.

При этом, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор. Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица (ст. 934).

Установленный в рамках возникших правоотношений договор личного страхования не является обязательным к заключению, а потому возможность его заключения лежала в полном усмотрении участников гражданских правоотношений.

В силу пункта 1 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай.

Страхователь (выгодоприобретатель) вправе отказаться от договора страхования в любое время, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала по обстоятельствам, указанным в пункте 1 настоящей статьи (пункт 2).

В пункте 3 названной выше статьи установлено, что при досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, указанным в пункте 1, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование.

Абзацем вторым пункта 3 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора страхования) предусмотрено, что при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором или законом не предусмотрено иное.

Содержащееся в норме абзаца второго пункта 3 статьи 958 ГК Российской Федерации правовое регулирование с учетом разъяснений, содержащихся, в частности, в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", о том, что если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор страхования - как личного, так и имущественного), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" применяется в части, не урегулированной специальными законами, направлено на обеспечение баланса интересов сторон договора страхования и с учетом диспозитивного характера гражданского законодательства, предполагающего, что стороны договора страхования не лишены возможности достигнуть соглашения по вопросу о судьбе страховой премии при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования, не может рассматриваться как нарушающее в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителей (Определение Конституционного Суда РФ от 23.06.2015 N 1450-О).

Таким образом, юридически значимым для разрешения настоящего спора являлось выяснение вопроса имело ли место досрочное прекращение договора страхования по обстоятельствам, перечисленным в пункте 1 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации, или действия истца надлежит расценивать как досрочный отказ от договора, в связи с чем, подлежит выяснению вопрос, заключался ли договор страхования для целей обеспечения исполнения финансовых обязательств в рамках кредитных правоотношений и предусматривали ли стороны при заключении сделки возможность возврата страховой премии при таком отказе.

Согласно части 10 статьи 11 Федерального закона от 21.12.2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», применяющейся для договоров, заключенных после 01.09.2020 года, (далее - Закон №353-ФЗ) в случае полного досрочного исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа) кредитор и (или) третье лицо, действующее в интересах кредитора, оказывающие услугу или совокупность услуг, в результате оказания которых заемщик становится застрахованным лицом по договору личного страхования, указанному в абзаце первом части 2.1 статьи 7 настоящего Федерального закона, на основании заявления заемщика об исключении его из числа застрахованных лиц по указанному договору личного страхования обязаны возвратить заемщику денежные средства в сумме, равной размеру страховой премии, уплачиваемой страховщику по указанному договору личного страхования в отношении конкретного заемщика, за вычетом части денежных средств, исчисляемой пропорционально времени, в течение которого заемщик являлся застрахованным лицом по указанному договору личного страхования, в срок, не превышающий семи рабочих дней со дня получения кредитором и (или) третьим лицом, действующим в интересах кредитора, указанного заявления заемщика. Положения настоящей части применяются только при отсутствии событий, имеющих признаки страхового случая, в отношении данного застрахованного лица.

Исходя из содержания части 2.4 статьи 7 Закона №353-ФЗ следует, что к договорам страхования, заключенным в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору потребительского кредита (займа), относятся договоры, если: в зависимости от заключения заемщиком договора страхования кредитором предлагаются разные условия договора потребительского кредита (займа), в том числе в части срока возврата потребительского кредита (займа) и (или) полной стоимости потребительского кредита (займа), в части процентной ставки и иных платежей, включаемых в расчет полной стоимости потребительского кредита (займа) либо выгодоприобретателем по договору страхования является кредитор, получающий страховую выплату в случае невозможности исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа), и страховая сумма по договору страхования подлежит пересчету соразмерно задолженности по договору потребительского кредита (займа).

Пунктом 2.2. статьи 7 Федерального закона от 21.12.2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» регламентировано, что если федеральным законом не предусмотрено обязательное заключение заемщиком договора личного страхования, кредитор: обязан предоставить заемщику возможность получения потребительского кредита (займа) без предоставления услуги или совокупности услуг, в результате оказания которых заемщик становится застрахованным лицом по договору личного страхования, или без заключения заемщиком самостоятельно договора личного страхования в соответствии с частью 10 настоящей статьи с учетом возможного увеличения размера процентной ставки по такому договору потребительского кредита (займа) относительно размера процентной ставки по договору потребительского кредита (займа), заключенному с предоставлением заемщику данных услуг.

Таким образом, из пункта 2.2. статьи 7 указанного закона усматривается обязанность банка выдать кредит без страховки, но с увеличенной процентной ставкой, если законом не предусмотрено обязательное личное страхование.

Как уже было указано, по общему правилу действующим законодательством не предусмотрено, что личное страхование является обязательным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

По своей правовой природе договор страхования может выступать непоименованным видом обеспечения финансового обязательства по договору. Однако для целей придания договору страхования соответствующего обеспечительного значения следует установить соответствующий акцессорный характер договора страхования по отношению к договору кредита.

При этом в рамках услуги страхования по настоящему гражданскому делу ответчик производит страховую выплату не в силу просрочки истцом по кредитному обязательству, а в силу произошедшего страхового случая независимо от того, будет ли истцом допущено нарушение обязательств по кредитному договору либо же будет совершено досрочное погашение кредитных обязательств.

К тому же, материалами дела достоверно установлено, что размер процентной ставки, период кредитования и возможность получения соответствующего кредитного финансирования не были обусловлены наличием либо отсутствием договора личного страхования заемщика. Также заемщик был неоднократно осведомлен о том, что заключение договора личного страхования не является необходимым для целей выдачи кредита.

Как следует из статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой названной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Судом первой инстанции допущено неверное применение статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, а его выводы сделаны без учета изложенных выше разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Толкуя условия страхования, суд первой инстанций указал, что сторонами согласовано ежемесячное изменение страховой суммы в соответствии с установленным на дату заключения кредитного договора графиком погашения кредитной задолженности. Также суд указал, что формальное отсутствие в кредитном договоре условий обязательного заключения договора личного страхования и повышения процентной ставки при не заключении такового противоречит фактическим обстоятельствам, имевшим место при заключении кредитного договора.

Однако, вопреки буквальному значению слов и выражений, содержащихся в договоре личного страхования, договоре кредита, в информированных согласиях, памятке и опросных листках, согласно которым заключение договора страхования не ставится в зависимость от выдачи кредитного финансирования, а страховая сумма ежемесячно изменяется в течение срока страхования (а не действия кредитного договора) в соответствии с графиком, утвержденным страхователем и страховщиком, и не поставлена в зависимость от досрочного погашения кредита и изменения графика платежей, суд фактически необоснованно соотнес страховую сумму остатку задолженности по кредитному договору, и, соответственно допустил возможность придания обеспечительной силы договору личного страхования, вследствие чего пришел к ошибочному выводу о досрочном прекращении договора страхования.

Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.01.2023 года по делу № 5-КГ22-125-К2 и от 20.06.2023 года по делу №18-КГ23-54-К4.

Более того, как следует из материалов дела, выгодоприобретателем по договору страхования является застрахованное лицо, в случае смерти - его наследники. Указанное также свидетельствует о том, что кредитор не включен в состав выгодоприобретателей по договору личного страхования, а сам страховой риск возможен, и период страхования действует, безотносительно предоставленного кредитного финансирования.

Погашением заемщиком задолженности по кредитному договору возможность наступления страхового случая не отпала и существование страхового риска не прекратилось.

Таким образом, договор страхования является самостоятельной финансовой (страховой) услугой, не обусловленной заключением кредитного договора, заключен не в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору потребительского кредита (займа) и продолжает действовать даже после погашения истцом задолженности по кредитному договору.

В соответствии с пунктом 3 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил.

В согласованных сторонами договора страхования условиях указано, что стороны пришли к соглашению, согласно которому в случае отказа страхователя от договора страхования, когда договор считает прекращенным по истечении периода охлаждения возврат страховой премии (её части) не производится.

Само по себе включение в состав кредитных средств суммы дополнительных услуг, при отсутствии факта влияния таковых на процентную ставку и период кредитования, не свидетельствует о придании договору страхования обеспечительной функции по отношению к потребительскому кредиту.

Таким образом, конкретных мотивов, по которым суд пришел к выводам о том, что договор страхования обеспечивал исполнение кредитных обязательств судебное постановление не содержит. В нарушение требований закона судом не было приведено оснований, по которым он фактически проигнорировал вышеприведённые обстоятельства по делу.

Учитывая изложенное, правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца не имелось, в связи с чем, состоявшееся решение суда подлежит отмене с принятием нового об отказе в иске по заявленным требованиям.

Доводы относительно несоблюдения досудебного порядка урегулирования спора, с учетом суммы заявленных притязаний, а также факта обращения в адрес финансового уполномоченного, судебной коллегией в качестве юридически значимых не принимаются.

Поскольку требования истца о возврате части страховой премии следует признать необоснованными и не подлежащими удовлетворению, как и не подтвержденными факты нарушения прав истца как потребителя финансовых услуг, то и производные притязания истца о взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа также следует оставить без удовлетворения.

Таким образом, судебная коллегия, установив отсутствие законных оснований для удовлетворения исковых требований, приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска в полном объёме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Апелляционную жалобу ООО СК «Согласие-Вита» удовлетворить.

Апелляционную жалобу ФИО5 оставить без удовлетворения.

Решение Симферопольского районного суда Республики Крым от 23.01.2023 года отменить и принять новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО5 отказать в полном объеме.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий судья:

Судьи:

апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 07.07.2023 года