КОПИЯ

Мотивированное решение изготовлено 23 августа 2023 года

Дело № 2а-1775/2023 УИД: 66RS0010-01-2023-001699-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 августа 2023 года г. Нижний Тагил

Тагилстроевский районный суд г. Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего Ментюговой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Балакиной Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 5 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании в счет компенсации морального вреда, причиненного нечеловеческими условиями содержания в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области 500 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 в период с лета 2016 года отбывал наказание по приговору Сысертского районного суда Свердловской области от 04 февраля 2016 года в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области в отрядах № 16, № 14 «А», № 13 «В», где претерпел нравственные и физические страдания, поскольку условия его содержания были ненадлежащими. По приезду их разместили в карантинном отделении № 16. Данный отряд имел множество нарушений, а именно, санитарная площадь не была соблюдена. На отряд имелся только один туалет, без какого –либо ограждения, кабинки. На весь отряд было только две раковины. Вода была с ужасным металлическим привкусом. Какого-либо гигиенического набора не выдавалось. На данным отряде Шестериков был дважды в 2016 году и в 2017 году по две недели. Далее отбывал наказание в отряде № 14 «А», где пробыл основное время. Санитарная площадь там также была нарушена. Туалетов было только два, без дверей. Отсутствие какой-либо приватности. Далее переходил к отряду № 13 «В» (ВПО) санитарная площадь там также была нарушена. Плохое освещение, окна были закрашены краской, отсутствие вентиляции. На весь отряд было три туалета, один из которых не могла посещать, а два других были установлены специально друг напротив друга без всяких перегородок. В отряде была постоянная сырость, так как была на отряде душевая (в ужасном состоянии), черная плесень, грибок. Все вышеописанное безусловно причинило его интенсивные нравственные и физические страдания, то есть моральный вред.

Административный истец ФИО2, в судебное заседание не явился, отбывает наказание в исправительной колонии, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Административные ответчики ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, Министерства финансов Российской Федерации, в лице своих представителей в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, представили письменные возражения на административное исковое заявление.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу частей 1, 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»). Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы регламентировано статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин) (часть 2 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными (принятые в г. Женева 30 августа 1955 года) (далее по тексту – Правила) предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (пункт 12 часть 1).

Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 части 1 Правил). В помещениях, где живут и работают заключенные: a) окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; b) искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения (пункт 11 части 1 Правил).

Санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (пункт 12 части 1 Правил).

В судебном заседании установлено, что осужденный ФИО1 в период с 10 июля 2016 года по 29 января 2018 года отбывал наказание в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области по приговору Сысертского районного суда Свердловской области от 04 февраля 2016 года, которым он был осужден по части 3 статьи 131 Уголовного кодекса Российской Федерации к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Из представленных материалов следует, что 10 июля 2016 года ФИО1 по прибытии в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области был помещен в отряд № 16 «Карантин».

Согласно справке Врио начальника ОКБИ и ХО ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области жилая площадь № 16 «Карантин» составляет 48,2 кв.м., лимит 20 человек. Жилая площадь отряда № 14 «А» составляет 34,0 кв. м., лимит 17 человек. Отряд № 13 «B» в настоящее время не действителен, поскольку переоборудован под складское помещение. На период нахождения ФИО1 жилая площадь отряда № 13 «В» составляла 94,0 кв.м., лимит наполнения 47 человек.

Туалетные комнаты обеспечены необходимым количеством унитазов, из расчета один унитаз на 15 осужденных. В отряде № 14 «А» два унитаза. В отряде № 16. «Карантин» два унитаза. В отряде № 13 «В» находилось 3 унитаза. Приватность туалетных комнат соблюдается наличием перегородок, дверцев.

Система горячего и холодного водоснабжения в исправном состоянии, отопительный сезон проходит безаварийно. Освещение общежитий отрядов в исправном состоянии. В случае каких-либо неисправностей, работы проводятся незамедлительно.

Общежития отрядов оборудованы системой вытяжной вентиляции. В санитарных узлах, комнатах для умывания производится циркуляция воздуха для предотвращения, появления грибка, плесени.

Согласно фотоматериалам, в настоящее время спальные помещения, комната для отдыха, комната для приготовления кипятка и приема пищи оборудованы необходимой мебелью и инвентарем.

Кроме того, к письменным возражения административный ответчик приложил письменные объяснения других осужденных, которые отбывали уголовное наказание в ФКУ ИК-5 в период нахождения там административного истца ФИО1 из данных письменных объяснений следует, что гигиенические наборы выдаются всем на регулярной основе. Каких-либо нарушений санитарных норм нет. Условия содержания осужденных всегда соответствовали действующим санитарным нормам. В отряде всегда было светло, помещение постоянно проветривалось, сырости не было.

Оценив представленные материалы, каких-либо действий (бездействия) ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области, нарушающих права истца, и дающих основания для компенсации морального вреда, не установлено. Допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о допущенных нарушениях, на которые ссылается ФИО1, материалы дела не содержат. Административным истцом, в свою очередь, в обоснование нарушений условий содержания, кроме как общих фраз, иных доказательств не приведено. В оспариваемый период содержания в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области административный истец с жалобами в органы прокуратуры и иные органы не обращался.

Оценивая доводы административного ответчика, изложенные в возражениях на административное исковое заявление, о пропуске ФИО1 срока обращения в суд с настоящим административным иском, суд исходит из следующего.

Административное и гражданское судопроизводство осуществляется в соответствии с теми нормами процессуального права, которые действуют во время рассмотрения и разрешения дела (часть 5 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Согласно частям 1, 1.1, 5, 7, 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

Пропущенный по указанной в части 6 настоящей статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Административным истцом оспариваются действия (бездействие) администрации исправительных учреждений по ненадлежащему содержанию в период с 2016 по 2018 годы, при этом исковое заявление подано им только в июне 2023 года (согласно почтовому штемпелю), по истечении длительного времени с того момента, когда ему стало известно о нарушении его прав.

Административный истец, имея возможность осуществить защиту своих прав, предусмотренных гражданским законодательством, на протяжении длительного времени в суд с данным иском не обращался.

Обращение за компенсацией вреда по истечении значительного периода времени после событий, с которыми административный истец связывает причинение ему вреда, может свидетельствовать о недобросовестном поведении заявителя.

Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, в частности с недостатком личного пространства. Вместе с тем, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания, заведомо не может причинять физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения. При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» даны разъяснения о том, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Таким образом, у административного ответчика прекратилась обязанность совершать какие-либо действия в отношении административного истца после его убытия из ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области 29 января 2018 года.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» даны разъяснения о том, что в силу частей 2 и 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем на административном истце, в силу положений пунктов 1,2 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лежит обязанность доказать нарушение прав, соблюдение срока на обращение в суд.

Кроме того, Европейским судом по делам данной категории сформулировано правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (Постановление от 16 января 2007 года по делу «Солмаз против Турции», от 10 января 2012 года по делу «ФИО3 и другие против Российской Федерации»).

Предъявление ФИО1 административного иска имело место по истечении более 5 лет со дня выбытия им из ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области, что повлекло за собой в том числе уничтожение документов, позволяющих подтвердить либо опровергнуть доводы административного истца.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, его установление обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений, а также получение реальной судебной защиты в целях эффективного восстановления в правах посредством правосудия в случае их нарушения (определения от 20 декабря 2016 года №2599-0, от 28 февраля 2017 года № 360-О, от 27 сентября 2018 года № 2494-0 и др.).

Указанное свидетельствует о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, установленного главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Административным истцом доказательств уважительности причин пропуска установленного законом срока, а также обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, несмотря на возложенную на него законом обязанность, не представлено, судом не установлено.

Суд отмечает, что нарушение прав административному истцу было известно в период содержания в исправительном учреждении и в момент убытия из него.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда не усматривается, поскольку из анализа и оценки, представленных в материалы дела доказательств, и руководствуясь положениями статей 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданин», суд приходит к выводу, что административным истцом не было представлено достаточных и допустимых доказательств в обоснование заявленных требований, то есть не доказан факт причинения морального вреда (физических страданий) в результате умышленных действий ответчика.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 в полном объеме.

Руководствуясь статьями 175-180, статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 5 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по административным делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Тагилстроевский районный суд г. Нижний Тагил Свердловской области.

Судья подпись Е.В. Ментюгова

Копия верна.

Судья Е.В. Ментюгова