Дело № 2-319/2025

УИД 44RS0005-01-2025-000336-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 сентября 2025 года г. Буй, Костромской обл.

Буйский районный суд Костромской области в составе судьи Одинцовой Ю.Ю., при секретаре Перской Ю.К., с участием помощника Буйского межрайонного прокурора Кузнецова А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о лишении права на выплаты в связи с гибелью военнослужащего,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о лишении права на выплаты в связи с гибелью военнослужащего. В обоснование заявленных требований указала, что она и ответчик являются родителями ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего в ходе выполнения боевой задачи ДД.ММ.ГГГГ в зоне специальной военной операции. При обращении в военкомат по поводу выплаты единовременного пособия и страховых выплат, ей устно было указано на то, что получателями выплат являются оба родителя, а потому ей была выплачена только половина суммы, а вторая сумма зарезервирована для получения отцом погибшего. Вместе с тем она проживала с отцом ФИО3 до 2006 года по адресу: <адрес>. В 2006 году ответчик уехал и где он проживает в настоящее время, ей неизвестно. После того, как ответчик уехал, на протяжении полугода он звонил, а затем они перестали общаться. В 2008 году брак между ними был расторгнут. Сын также не общался с отцом, алименты на содержание сына ответчик не уплачивал, никакого участия в воспитании сына после 2006 года ответчик не принимал. В связи с этим, полагает, что ответчик не имеет права на выплаты в связи с гибелью сына. Полагает, что права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителей.

На основании изложенного, с учетом уточненной редакции исковых требований, просила суд в связи с гибелью сына ФИО3 лишить ФИО2 права на выплату:

- страховой суммы и единовременного пособия, предусмотренных Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»,

- единовременной материальной помощи, согласно Указа Губернатора Ярославской области от 06 мая 2022 года № 105 «Об оказании единовременной материальной помощи отдельным категориям военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии РФ и имеющих специальное звание полиции и членам их семей»;

- единовременного поощрения, согласно ФЗ № 306-ФЗ и Указа Президента РФ от 25.07.2006 № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу» в связи с награждением орденом мужества (посмертно) сына ФИО3

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, указанным в исковом заявлении. Дополнительно указала на то, что у нее с ответчиком трое совместных детей, ФИО3 был младшим ребенком. Ответчик всегда был очень холоден к детям. Ответчик ФИО2 оставил ее вместе с детьми в разрушенном доме в ноябре 2006 года, сказав, что уехал для заработка в другой город. Только в 2014 году ответчик приезжал в г. Буй по своим делам на две недели, но затем уехал и больше не приезжал, сына ФИО3 ответчик больше не видел. В 2014 году какой-либо материальной помощи для сбора ФИО3 в школу, ответчик не оказал. Она ответчику не запрещала приезжать в г. Буй, ответчик сам не хотел приезжать к детям. В декабре 2007 года она подала заявление о взыскании алиментов, а в мае 2008 года – на развод. Однако алименты не поступали вплоть до достижения ФИО3 17 лет, после чего на протяжении около года поступали выплаты. Как полагает, алименты стали выплачиваться с назначенной ответчику пенсии. Материальную помощь ответчик не оказывал. До того момента, пока она не подала на алименты, т.е. до декабря 2007 года, ответчик присылал 3 или 4 тысячи рублей. После того как ответчик узнал, что она подала на алименты, он прекратил перечислять деньги. Она за помощью обращалась к матери ответчика, которая сказала, что у ответчика денег нет.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению. По существу иска пояснил, что действительно в 2006 году он уехал из г. Буй в другой город для работы вахтовым методом. На протяжении первых двух лет он постоянно звонил домой, общался по телефону с ФИО1, но домой не приезжал. В 2008 году ФИО1 инициировала развод. В следующий раз он приехал в г. Буй только в 2014 году на две неделе, в это время он материально помог собрать детей в школу. Затем он уехал из г. Буй и больше сюда не возвращался, сына ФИО3 он больше не видел, только по видеокамере в телефоне. Когда ФИО3 повзрослел, они с ФИО3 стали созваниваться по телефону, примерно 1-2 раза в месяц, иногда ФИО3 просил денег, которые он ФИО3 переводил. Также, когда у ФИО3 случались какие-либо неприятности, ему звонила ФИО1 и просила его поговорить с ФИО3 относительно поведения сына, и он разговаривал с ФИО3, пытался воспитывать его. Приехать в г. Буй у него не было возможности, поскольку у него уже была другая семья, его супруга с 2014 года имела заболевание, а также ФИО1 запрещала ему приезжать. В последний раз они с ФИО3 по телефону общались 31 декабря 2023 года. То, что ФИО3 заключил контракт, он не знал, ФИО3 ему об этом не рассказывал. Также он не знал о смерти ФИО3, узнал только тогда, когда ему поступило рассматриваемое исковое заявление. На похоронах ФИО3 он не был, т.к. ему никто об этом не сообщил. Только недавно он узнал, где похоронен ФИО3, но на могиле еще не был. Задолженность по алиментам имелась в связи с тем, что у него не всегда была постоянная работа, но, выйдя на пенсию, вся задолженность была погашена.

Третьи лица Военный комиссариат Костромской области, Военный комиссариат по Ярославской области, АО «СОГАЗ» в судебное заседание своего представителя не направили, извещены надлежащим образом о дате и месте судебного разбирательства.

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, показания допрошенных свидетелей, заключение помощника Буйского межрайонного прокурора Кузнецова А.А., полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 ст. 969 ГК РФ предусмотрено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации".

В силу статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ).

В силу пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица являются в том числе родители (усыновители) застрахованного лица.

Согласно части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация, которая рассчитывается путем деления ежемесячной денежной компенсации, установленной частью 13 данной статьи для инвалида I группы, на количество членов семьи (включая погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы)

Частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" предусмотрено, что членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 данной статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года N 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в равных долях. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы. В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация, как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 22-П и от 19 июля 2016 года N 16-П).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная выплата, единовременное пособие, ежемесячная компенсация, которые подлежат выплате в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы.

Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в том числе в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых в том числе лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Судом установлено, что ФИО3 родился ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <адрес>, <адрес>, что подтверждается свидетельством о рождении I-ПН № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12).

Родителями ФИО3 являются ФИО2 и ФИО1.

Между ФИО2 и ФИО1 брак расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о расторжении брака I-ГО № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10).

ФИО3 проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 погиб в районе н.<адрес> при выполнении задач в ходе специальной военной операции (л.д. 11).

Данный факт следует из свидетельства о смерти ФИО3, извещения И.о. Военного комиссара (<адрес> и <адрес> <адрес> <адрес> <адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ, извещения ВрИО командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно письменных пояснений АО «СОГАЗ», по факту гибели ФИО3 с заявлением о выплате страховой суммы и единовременного пособия никто не обращался.

Сведений о том, что ФИО2 был лишён либо ограничен в родительских правах в отношении сына ФИО3 материалы дела не содержат.

Обращаясь в суд с исковым заявлением, ФИО1 указала на то, что по достижению сыном ФИО3 трехлетнего возраста, т.е. с 2006 года, ответчик ФИО2 ушел из семьи и уехал жить в другой город, он длительное время не исполнял свои родительские обязанности должным образом, т.к. участия в жизни ФИО3 не принимал, его судьбой не интересовался, за его психическим, духовным, физическим развитием не следил и его нравственному становлению не способствовал, отношений с сыном не поддерживал, о его судьбе после поступления на военную службу не знал и этими обстоятельствами не интересовался. Помощи в организации похорон не оказал, на похоронах отсутствовал.

Также ФИО1 указала на то, что взысканные в судебном порядке алименты на содержание сына, ответчиком оплачивались нерегулярно, ежемесячная уплата алиментов производилась лишь по достижении ребенком 17-летнего возраста и до достижения сыном совершеннолетия.

Так, с целью проверки доводов истца, по запросу суда в материалы дела поступили сведения о том, что ДД.ММ.ГГГГ судебным приказом мирового судьи судебного участка № <адрес> и <адрес> вынесен приказ о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 алиментов на содержание сына ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере ? части всех видов заработка и (или) иного дохода ежемесячно, начиная с 11 декабря 2007 года и до его совершеннолетия (л.д. 200).

11 февраля 2016 года тем же мировым судьей принято определение о выдаче дубликата вышеуказанного судебного приказа, в котором отмечено, что судебный приказ взыскателем был направлен по месту жительства должника почтовым отправлением, однако был утерян по пересылке (л.д. 202).

В ответе на запрос из ОСП по <адрес> УФССП по Ханты-Мансийскому АО-Югре, отмечено, что 01 апреля 2016 года в ОСП по <адрес> УФССП России по ХМАО-Югре на принудительное исполнение поступил исполнительный лист от ДД.ММ.ГГГГ, выданный судебным участком № 21 Буйского судебного района по делу № о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка: ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере ? доли доходов должника ежемесячно, должник: ФИО2, взыскатель: ФИО1, в связи с чем возбуждено исполнительное производство №-ИП.

Также в ответе на запрос указано и то, что в ходе совершения исполнительных действий установлено, что должник работал в ООО «ФИО30», в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ в указанную организацию направлено постановление об обращении взыскания на заработную плату и иные доходы должника, для исполнения. В последующем установлено, что ФИО2 является получателем пенсии, в связи с чем 23 сентября 2019 года вынесено и направлено в центр по выплате пенсий и обработке информации Пенсионного фонда РФ по ХМАО-Югре постановление об обращении взыскания на пенсию должника. В настоящее время задолженность по алиментным обязательствам отсутствует (л.д. 122).

По информации ООО «ФИО31», в период работы с 21 июля 2015 года по 16 мая 2016 года ответчика ФИО2 в ООО «ФИО32», из заработной платы лишь дважды были удержаны алименты в апреле 2016 года в размере 12 405,74 руб. и в мае 2016 года в размере 13 741,18 руб. (л.д. 159).

По сведениям ООО «ФИО33», ФИО2 работал в указанной организации в период с 24 сентября 2018 года по 29 мая 2020 года. За указанный период алименты на ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу ФИО1 не удерживались и не перечислялись (л.д. 152).

Также по информации ОСФР по ХМАО-Югре (л.д. 224-228), из пенсии ФИО2 производились удержания алиментов в пользу ФИО1 на несовершеннолетнего сына, согласно следующему исполнительному производству:

- №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ – взыскана задолженность по алиментам в размере 35 % от получаемой пенсии в пользу взыскателя ФИО1 на содержание ребенка ФИО3 на сумму 23 624,75 руб., с 01 ноября 2020 года по 30 ноября 2020 года удержано 7 874,92 руб., остаток 15 749,83 руб.;

- №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ – взысканы алименты в размере 25 % от получаемой песни в пользу взыскателя ФИО1 на содержание ребенка ФИО3, с 01 ноября 2020 года по 31 декабря 2021 года удержано 81 459,02 руб. Удержания алиментов из пенсии ФИО2 прекращены с 01 января 2022 года в связи с совершеннолетием сына;

- №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ – взыскана задолженность по алиментам в размере 35 % от получаемой пенсии в пользу взыскателя ФИО1 на содержание ребенка ФИО3 на сумму 149 087,42 руб. за период с 01 декабря 2020 года по 30 июня 2022 года. С 01 июля 2022 года удержания задолженности по алиментам окончены, остаток 0 руб.

Таким образом, алименты уплачивались ответчиком ФИО2 не в добровольном порядке, а на основании судебного приказа, а также эпизодично, лишь дважды в 2016 году, а также начиная с 01 ноября 2020 года и до 01 июля 2022 года.

В материалы дела ответчиком в подтверждение перечисления сумм на содержание ФИО3, представлены следующие чеки: от 17 сентября 2015 года на сумму 6 000 руб., 22 декабря 2015 года на сумму 5 000 руб., 22 января 2016 года на сумму 5 000 руб., 16 февраля 2016 года на сумму 5 000 руб., 19 марта 2016 года на сумму 6 000 руб., 28 апреля 2020 года на сумму 3 000 руб., 26 июня 2020 года на сумму 2 500 руб., 28 июля 2020 года на сумму 2 000 руб., а также выписка по счету, из которой следует, что 31 декабря 2023 года совершен перевод Наталье Николаевне П. на сумму 1 500 руб., а также два перевода ФИО3 П. 22 сентября 2020 года на сумму 20 руб. и 2 000 руб.

Таким образом, из представленных чеков следует, что всего ФИО2 перечислено в 2015 году 11 000 руб., в 2016 году – 16 000 руб., в 2020 году – 9 520, в 2023 году – 1 500 руб., что свидетельствует о перечислении ответчиком нерегулярных и небольших денежных сумм.

Кроме того, пояснения истца ФИО1 о том, что ответчик длительное время не исполнял свои родительские обязанности должным образом в отношении сына ФИО3, объективно подтверждаются допрошенными в судебном заседании свидетелями.

Так, свидетель ФИО15 суду пояснила, что она приходиться соседкой истцу. Истца и ее детей она знает с 2006 года, когда вся семья переехала жить в г. Буй. В 2006 году ФИО3 был маленький, второй сын был в армии, третий сын был уже взрослый. Истец приехала в Буй вместе с мужем, который здесь немного прожил, а затем уехал работать на вахту. Это было примерно в 2007 году. Больше она его никогда не видела. Когда муж истца уехал, истец осталась одна, без работы, с маленьким ребенком, они почти с голода умирали. Истец ждала мужа, когда он приедет с вахты, плакала, но он так и не приехал. Затем истец подала заявление на взыскание алиментов, но, как ей известно, у истца ничего не получилось.

Свидетель ФИО16 суду пояснил, что является соседом истца, с тех пор, когда истец приехала жить в г. Буй, он супруга истца не видел, она жила одна с сыном ФИО3 и внуком.

Свидетель ФИО17 суду пояснил, что истец это его мать, а ответчик - отец. В 2006 году они семьей приехали жить в г. Буй, после чего, спустя полгода, отец уехал на заработки. Семью обеспечивал он, отец не помогал. После того, как ему стало тяжело одному работать, он звонил отцу, это было примерно в 2007 году, попросил отца приехать жить в г. Буй или выслать денег, на что отец ответил, зачем он (свидетель) помогает матери, их надо оставить. После указанного разговора, он заблокировал номер отца. Когда в последний раз он разговаривал с отцом, отец жизнью ФИО3 не интересовался. Отношения с отцом у него были плохие, он не воспринимал ответчика отцом. С ФИО3 у ответчика тоже были плохие отношения, воспитанием ФИО3 ответчик не занимался, их воспитывала мать.

Свидетель ФИО28 суду пояснил, что истец это его мать, а ответчик - отец. Когда он вернулся из армии в 2006 году, отец жил вместе с мамой в г. Буй. Примерно осенью 2006 года отец уехал работать на вахту. В 2007 году он звонил отцу, решил похвастаться, что его другу купили машину, а его привлекали как автослесаря, на что отец ответил, что он еще «зеленый». После этого у него появилась злость к отцу, он не хотел больше с ним общаться. После своего ухода, отец материально матери не помогал, семью содержал средний брат, который проживал вместе с мамой и ФИО3.

Свидетель ФИО29 суду пояснила, что ответчик ФИО2 это ее брат, который после достижения ФИО3 трехлетнего возраста, ребенка не воспитывал, свои родительские обязанности не исполнял. На протяжении 20 лет, ФИО1 воспитывала сына одна, ответчик бросил ее с ребенком в аварийном доме. Ответчик не платил алименты, в связи с чем ФИО1 приходилось работать на трех работах. После ухода из семьи, ответчик жил в свое удовольствие, жил с другой женщиной. Когда ответчика заставляла его мать, то ответчик перечислял немного денег истцу, может 1-2 тысячи, но при этом говорил, что денег у него нет. В 2014 году он приехал к истцу с ребенком за своими инструментами, но затем уехал. На похоронах ФИО3 ответчик не присутствовал.

Свидетель ФИО19 в судебном заседании пояснил, что истец – это его бабушка, а ответчик – дедушка, но он ответчика никогда в жизни не видел, с ним не общался. Ему известно, что с ответчиком ФИО3 иногда разговаривал по телефону, просил у ответчика денег.

Проанализировав в совокупности приведенные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что несмотря на отсутствие факта лишения ответчика родительских прав либо ограничения в родительских правах в отношении ФИО3, ответчик уклонялся от выполнения своих обязанностей родителя по воспитанию и содержанию ребенка. Так, в период с 2006 года и до совершеннолетия ФИО3, ответчик перестал выполнять родительские обязанности по воспитанию сына, что подтверждено показаниями допрошенных судом свидетелей, оснований не доверять которым у суда не имеется.

После достижения сыном совершеннолетия никаких мер к построению с сыном семейных отношений, также не предпринял, эпизодические телефонные звонки не могут свидетельствовать об обратном. Материальной помощи в организации похорон матери сына не оказал, участия в похоронах и прощании с сыном не принимал. Доказательств обратного суду не представлено.

Поскольку целью выплат, осуществляемым в связи с гибелью военнослужащего, является компенсация лицам, в настоящем случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах, тогда как, судом установлен факт неисполнения ответчиком предусмотренной Семейным кодексом Российской Федерации родительской обязанности по воспитанию сына, которая является наряду с материальным содержанием ребенка одной из основополагающих обязанностей родителя по отношению к ребенку.

Именно за счет участия в воспитании и формировании личности происходит процесс становления ребенка как личности, установление родственных и семейных связей, на восполнение невозвратной потери которых направлены установленные законодателем компенсационные и страховые выплаты родителям погибших военнослужащих - участников специальной военной операции, тогда как, ответчик ФИО2 фактически в воспитании сына ФИО3 не участвовал.

Сам по себе факт уплаты алиментов на содержание сына ФИО3 на основании решения суда, либо незначительные и эпизодические переводы денежных средств сыну, о надлежащем исполнении ответчиком ФИО2 своих родительских обязанностей в полном объеме не свидетельствует, поскольку предоставление материального содержания ребенку его родителем до 18 лет носит безусловный характер. Перевод денежных средств в добровольном порядке, как было указано выше, производился ответчиком ФИО2 эпизодически и малыми суммами, что не доказывает предоставление ответчиком достойного материального содержания сыну ФИО3.

Как указано выше, обязанности родителей по отношению к своим детям значительно шире, чем выплата родителем, проживающим отдельно от ребенка, средств на содержание ребенка второму родителю. Обязанности родителей выражаются, в том числе и в заботе о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка, установлении и поддержании семейных родственных связей, формировании личности.

Однако ФИО2 не представлено доказательств, что он предпринимал действия для участия в фактическом, реальном воспитании и развитии сына.

Ссылку ответчика на создание истцом препятствий к общению с сыном суд признает несостоятельной, поскольку она не подтверждена надлежащими доказательствами. При этом суд указывает на то, что у ответчика имелась возможность приехать к сыну, видеться с ним, принять участие в его фактическом воспитании, общении, однако в последний раз ответчик видел сына ФИО3 только в 2014 году, и больше к сыну не приезжал.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, суд приходит к выводу, что имеются основания для удовлетворения исковых требований и лишения ответчика права на получение выплат, связанных с гибелью военнослужащего.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о лишении права на выплаты в связи с гибелью военнослужащего удовлетворить.

Лишить ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, права на получение выплат, связанных с гибелью сына ФИО34, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, предусмотренных:

- Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»;

- Указом Губернатора Ярославской области от 06 мая 2022 года № 105 «Об оказании единовременной материальной помощи отдельным категориям военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии РФ и имеющих специальное звание полиции и членам их семей»;

- Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и Указом Президента РФ от 25 июля 2006 № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу».

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца после изготовления его в окончательной форме в Костромской областной суд через Буйский районный суд Костромской области.

Судья Ю.Ю.Одинцова

Мотивированный текст решения изготовлен 19 сентября 2025 года