Дело № 2-611/2025

УИД 69RS0037-02-2024-005106-88

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2025 года г. Тверь

Калининский районный суд Тверской области в составе председательствующего судьи Пищелевой Ю.В.,

с участием старшего помощника прокурора Калининского района Тверской области Шамилевой Н.С.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика Министерства здравоохранения Тверской области ФИО2,

представителя ответчика Правительства Тверской области ФИО3,

представителя ответчика ГБУЗ ТО «ОКЦП им. Е.М. Бакуниной» ФИО4,

при помощнике судьи Анцыфровой Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Министерству здравоохранения Тверской области, Правительству Тверской области, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" о признании трудового договора № 2311-30/01 заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, признании незаконным и отмене Распоряжения Правительства Тверской области от 29 ноября 2024 года № 1527-рп, признании недействительной записи в трудовой книжке, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись, восстановлении в должности, взыскании среднего заработка за все время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 обратилась в суд с иском, в редакции требований от 24.10.2025, к Министерству здравоохранения Тверской области, Правительству Тверской области, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" о признании трудового договора № 2311-30/01 заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, признании незаконным и отмене Распоряжения Правительства Тверской области от 29 ноября 2024 года № 1527-рп, признании недействительной записи в трудовой книжке, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись, восстановлении в должности, взыскании среднего заработка за все время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда, мотивированным тем, что 30 ноября 2023 года между ФИО5 и Министерством здравоохранения Тверской области был заключен трудовой договор № 2311-30/01 от 30.11.2023. Согласно трудовому договору истец была принята на должность главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной". Трудовой договор являлся срочным, действовал с 30 ноября 2023 года по 29 ноября 2024 года (включительно). С 26 ноября 2024 года истец находилась в периоде временной нетрудоспособности. 02 декабря 2024 года из открытых источников информации, а также от работников учреждения истец узнала, что 02.12.2024 на должность руководителя учреждения была назначена ФИО6, с истцом трудовой договор прекращен по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой стати 77 ТК РФ – в связи с истечением срока трудового договора. Истец считает увольнение незаконным. С 01 декабря 2011 года истец осуществляла трудовую деятельность в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" в должности руководителя учреждения. Первоначально трудовые договоры с руководителями организации заключались на 5 лет. Впоследствии ответчик в одностороннем порядке принял немотивированное решение, что трудовые договоры с руководителями государственных организаций заключают на 1 год. Истец неоднократно указывала, что необходимость установления срока трудового договора не имеет под собой каких-либо объективных оснований и не соответствует законодательству. В трудовом договоре, так же как и в ранее заключенных трудовых договорах не указаны обстоятельства (причина), послужившие основанием для его заключения на определенный срок. Ответчик не доводил до истца конкретные причины, послужившие основанием заключения трудового договора на определенный срок. В ноябре 2024 года истец не получала от ответчика под роспись уведомлений или сведений о планируемом расторжении трудового договора. До подачи иска ответчик не вручил (не направил) истцу приказ (распоряжение) об увольнении, не выдал (не направил) трудовую книжку и не выдал (не направил) документы в обязательном порядке выдаваемые работнику при увольнении. Истец не получала уведомлений (писем), содержащих сведения о возможности получения вышеуказанных документов. Исходя из части 1 статьи 79 Трудового Кодекса РФ на работодателе лежала обязанность до 26 ноября 2024 года предупредить истца о прекращении трудового договора. Учитывая отсутствие устных и письменных уведомлений от ответчика, истец добросовестно полагала о продолжении трудовых отношений. Истец была лишена возможности реализовать свое право на последующее заключение трудового договора с условием отказа от условия срочности. Истец полагает, что работодатель злоупотребляет своими правами. На протяжении последних нескольких лет с истцом заключались трудовые договоры сроком на 1 год, согласие с которыми со стороны истца носило вынужденных характер. Однотипные трудовые договоры заключались непрерывно, на выполнение одной и той же трудовой функции – руководителя учреждения, без изменения должностных обязанностей и неизменности места работы. Поэтому вынужденно подписывая очередной трудовой договор от 30.11.2023 сроком на 1 год, истец по-прежнему была не согласна с условием о сроке трудового договора. При исполнении обязанностей руководителя учреждения истец надлежащим образом исполняла возложенные на нее обязанности, действовала добросовестно и разумно с учетом имеющихся знаний, навыков и опыта, не допуская причинения ущерба работодателю, предпринимала меры по повышению эффективности деятельности учреждения. Истец считает, что на дату увольнения у ответчика отсутствовали объективные причины, позволявшие воспрепятствовать продолжению осуществления истцом работы по обусловленной трудовой функции. Незаконными действиями Работодателя истцу был причинен моральный вред, который выразился в сильных эмоциональных переживаниях. У истца появилась бессонница, тревожное состояние, подавленное настроение. Средний заработок для оплаты вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ и Положением «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 № 992. На основании изложенного истец считает, что между сторонами трудовых отношений сложились правоотношения, позволяющие считать, что трудовой договор между сторонами заключен на неопределенный срок. На основании изложенного, истец просила признать трудовой договор № 2311-30/01 с главным врачом государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» от 30 ноября 2023 года, заключенный между ФИО5 и Министерством здравоохранения Тверской области, заключенным на неопределенный срок, признать увольнение ФИО5 по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным, признать незаконным и отменить Распоряжение Правительства Тверской области от 29 ноября 2024 года № 1527-рп об увольнении ФИО5 30 ноября 2024 года, признать недействительной запись в трудовой книжке ФИО5 об увольнении по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной», возложить обязанность на Министерство здравоохранения Тверской области внести в трудовую книжку ФИО5 запись о признании недействительной записи в трудовой книжке ФИО5 об увольнении из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной», по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового Кодекса Российской Федерации, восстановить ФИО5 в должности главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» с 01 декабря 2024 года, взыскать с Министерства здравоохранения Тверской области в пользу ФИО5 средний заработок за все время вынужденного прогула с 01 декабря 2024 года по 24 октября 2025 года в сумме 3 626 831 рубль 00 копеек, взыскать с Министерства здравоохранения Тверской области в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей 00 копеек.

Истец ФИО5, извещенная о месте и времени проведения судебного заседания надлежащим образом, не явилась. Свои интересы доверила представлять ФИО1

Представитель истца ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Представил письменные дополнительные пояснения, суть которых сведена к тому, что у Губернатора Тверской области, как у лица, возглавляющего Правительство Тверской области, Законами Тверской области не предусмотрены полномочия по назначению или освобождению от должности главных врачей лечебных учреждений Тверской области, в том числе на момент назначения и увольнения истца с должности. Правительство Тверской области и Губернатор Тверской области не являются стороной трудовых отношений с главным врачом лечебного учреждения, согласно заключенному трудовому договору именно Министерство здравоохранения Тверской области выступает от имени работодателя в трудовых отношениях. У истца на протяжении всего периода трудовой деятельности на должности главного врача отсутствовало реальное право определять срок трудового договора или заключить трудовой договор на неопределенный срок, так как работодатель в лице Министерства здравоохранения Тверской области постоянно оформлял трудовой договор сроком действия на один год, что подтверждается распоряжениями Правительства Тверской области за период с 2018 по 2023 годы. В материалы дела представлены распоряжения не подписанные собственноручно Председателем Правительства Тверской области, имеется только штамп. Истец считает, что отсутствуют доказательства подписания распоряжений со стороны ФИО7 Учитывая, что трудовой договор заключался после издания соответствующего распоряжения, у истца не было возможности повлиять на согласование с работодателем - Министерством здравоохранения Тверской области условия о сроке (бессрочности) установления трудовых отношений. Единственным обстоятельством заключения срочных трудовых договоров являлись соответствующие незаконные Распоряжения Правительства Тверской области, которыми без соглашения (согласования) с главным врачом лечебного учреждения устанавливался срок трудового договора на один год. Поскольку срок трудовых договоров устанавливал лично Губернатор Тверской области, то истец была вынуждена соглашаться с установленным порядком, так как опасалась потерять работу. Практика по заключению с главными врачами срочных трудовых договоров носит системный характер. Оснований для заключения срочного трудового договора не имелось, поскольку с 2011 года истец была руководителем учреждения. Основанием для увольнения истца является распоряжение Правительства Тверской области № 1527-рп от 29 ноября 2024 года, с которым истец не ознакомлен. Отсутствуют сведения о надлежащем уведомлении истца о планируемом прекращении с истцом трудового договора. В распоряжении Правительства указано о расторжении трудового договора 30 ноября 2024 года, то есть следующим днем после прекращения срока его действия. Согласно п. 2 Трудового договора он был заключен на 1 год. 30 ноября 2024 года невозможно исполнитель Постановление правительства и расторгнуть трудовой договор, заключенный с ФИО5 30 ноября 2023 года. С 29 ноября 2024 года условие о срочном характере Трудового договора утрачивало свою силу, его следовало считать заключенным на неопределенный срок. Порядок и Устав Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" не содержат запрета на заключение трудового договора с руководителем на неопределенный срок.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Тверской области ФИО2 относительно удовлетворения требований возражала. Поддержала письменный отзыв, суть которого сведена к тому, что назначение ФИО5 на должность и ее увольнение с должности осуществлялось в соответствии с требованиями ТК РФ и Порядком взаимодействия по кадровым вопросам исполнительных органов государственной власти Тверской области с государственными унитарными предприятиями Тверской области и государственными учреждениями Тверской области и об утверждении примерной формы трудового договора с руководителем государственного унитарного предприятия Тверской области, утвержденного Постановлением Правительства Тверской области от 05.02.2018 № 35-пп. Министерство здравоохранения Тверской области обладало полномочиями по заключению трудовых договоров с ФИО5 При этом отдельных приказов о назначении и увольнении ФИО5 на должность/с должности главного врача ГБУЗ ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной не требовалось. Оснований для признания трудового договора от 30.11.2023 № 2311-30/01 заключенным на неопределенный срок не имеется. ФИО5 согласилась с условиями трудового договора, на нее давление не оказывалось при его заключении. Процедура увольнения не нарушена, уведомление о прекращении трудового договора было направлено в системе электронного документооборота, о необходимости получить уведомление истец была проинформирована по телефону. Также сотрудники пытались вручить его лично, но не были допущены в учреждение. ФИО5 намерено уклонилась от подписания уведомления о прекращении трудового договора.

Представитель ответчика Правительства Тверской области ФИО3 указал, что заявленные требования удовлетворению не подлежат, поддержал письменный отзыв суть которого сведена к тому, что назначение ФИО5 на должность и ее увольнение с должности осуществлялось в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика ГБУЗ ТО «ОКЦП им. Е.М. Бакуниной» ФИО4 пояснила, что в удовлетворении требований следует отказать, процедура увольнения нарушена не была.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, ОСФР по Тверской области, первичная профсоюзная организация ГБУЗ ТО «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной», извещенные о месте и времени проведения судебного заседания, не явились, просили рассмотреть дело без их участия. Ранее Министерством имущественных и земельных отношений Тверской области представлен отзыв, суть которого сведена к тому, что заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Центральная межрегиональная территориальная государственная инспекция труда (правопреемник Государственной инспекции труда в Тверской области после реорганизации путем присоединения), извещенное о месте и времени проведения судебного заседания надлежащим образом по всем имеющимся адресам, в том числе по адресу электронной почты, а также извещенное надлежащим образом в силу ст.ст. 113, 118 ГПК РФ, своего представителя не направило.

При указанных обстоятельствах неявка названных лиц, участвующих в деле, не препятствует рассмотрению заявленных требований по существу.

По заключению, участвующего в деле прокурора, оснований для восстановления ФИО5 на работе и удовлетворении ее требований не имеется.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, учитывая заключения прокурора, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 46 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на судебную защиту.

В соответствии с данным конституционным положением статья 3 ГПК РФ предусматривает право заинтересованного лица в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ, Трудовой кодекс РФ), целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый, второй и третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Особенности регулирования труда руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации установлены главой 43 Трудового кодекса Российской Федерации.

Руководитель организации - физическое лицо, которое в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа (часть первая статьи 273 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с применением законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации, судам следует исходить из того, что руководителем организации является работник организации, выполняющий в соответствии с заключенным с ним трудовым договором особую трудовую функцию (часть первая статьи 15, часть вторая статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации). Трудовая функция руководителя организации в силу части первой статьи 273 Трудового кодекса Российской Федерации состоит в осуществлении руководства организацией, в том числе выполнении функций ее единоличного исполнительного органа, то есть в совершении от имени организации действий по реализации ее прав и обязанностей, возникающих из гражданских, трудовых, налоговых и иных правоотношений (полномочий собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, правообладателя исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации, прав и обязанностей работодателя в трудовых отношениях с иными работниками организации и т.д.) (абзац первый пункта 2 Постановления).

Согласно положениям части 1 статьи 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Согласно части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Одним из обязательных условий, подлежащих включению в трудовой договор, является дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом (абзац третий части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным Кодексом и иными федеральными законами (часть 1 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных частью 2 статьи 59 названного Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть 2 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации определен перечень конкретных случаев, когда допускается заключение срочного трудового договора по соглашению сторон.

В соответствии с названной нормой закона по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться, в частности, с руководителями, заместителями руководителей и главными бухгалтерами организаций независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности (абзац восьмой части 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (часть 2 статьи 58, часть 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). В соответствии с частью 2 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя. Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

В ходе судебного разбирательства установлено, что между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 30 ноября 2023 года был заключен трудовой договор № 2311-30/01 с главным врачом Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной". Из пункта 1 указанного договора следует, что настоящий трудовой договор регулирует отношения между работодателем и руководителем, связанные с выполнением руководителем обязанностей должности руководителя учреждения, расположенного по адресу: 170036, <...>, работы по которой предоставляет работодатель. Настоящий трудовой договор заключается сроком на 1 год (пункт 2).

Судом установлено, что истцом неоднократно заключались срочные трудовые договора по исполнению функции руководителя Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной":

- 01 декабря 2011 года между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 был заключен трудовой договор в связи с назначением последней на должность Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной", согласно п. 8.2, по соглашению сторон трудового договора, срок его действия был установлен на 5 лет без установления испытательного срока. Дополнительным соглашением к трудовому договору от 01.12.2011 б/н с ФИО5, главным врачом Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной", трудовой договор был изложен в редакции, согласно которой трудовой договор заключался сроком до 30.11.2016. Указанный трудовой договор и дополнительное соглашение подписаны ФИО5 без замечаний.

- 10 января 2014 года между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 был заключен трудовой договор № 1401-10/46 в связи с назначением последней на должность Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной", согласно п. 2 настоящий трудовой договор был заключен до 30.11.2016. Дополнительным соглашением № 29/16 к трудовому договору с главным врачом Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" от 10.01.2014 № 1401-10/46 изложен пункт 2 трудового договора от 10.01.2014 № 1401-10/46 в следующий редакции: «Настоящий трудовой договор заключается на 1 год с 01.12.2016 по 30.11.2017». Дополнительным соглашением № 53/17 к трудовому договору с главным врачом Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" от 10.01.2014 № 1401-10/46, изложен пункт 2 трудового договора от 10.01.2014 № 1401-10/46 в следующий редакции: «Настоящий трудовой договор заключается на 1 год с 01.12.2017 по 30.11.2018». Указанный трудовой договор и дополнительные соглашения подписаны ФИО5 без замечаний.

- 29 ноября 2018 года между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 был заключен трудовой договор № 1811-29/2 в связи с назначением последней на должность Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной". Настоящий трудовой договор заключался сроком на 1 год. Указанный трудовой договор подписан ФИО5 без замечаний.

- 28 ноября 2019 года между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 был заключен трудовой договор № 19-11-28 в связи с назначением последней на должность Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной". Настоящий трудовой договор заключался сроком на 1 год. Указанный трудовой договор подписан ФИО5 без замечаний.

- 30 ноября 2020 года между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 был заключен трудовой договор № 2011-30 в связи с назначением последней на должность Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной". Настоящий трудовой договор заключался сроком на 1 год. Указанный трудовой договор подписан ФИО5 без замечаний.

- 18 ноября 2021 года между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 был заключен трудовой договор № 2111-18 в связи с назначением последней на должность Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной". Настоящий трудовой договор заключался сроком на 1 год. Указанный трудовой договор подписан ФИО5 без замечаний.

- 29 ноября 2022 года между Министерством здравоохранения Тверской области и ФИО5 был заключен трудовой договор № 2211-29 в связи с назначением последней на должность Главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной". Настоящий трудовой договор заключался сроком на 1 год. Указанный трудовой договор подписан ФИО5 без замечаний.

Проанализировав представленные трудовые договоры и дополнительные соглашения к ним, суд приходит к выводу при заключении трудовых договоров, в соответствии с которыми ФИО5 была руководителем Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной", стороны достигли соглашения о срочности характера трудовых отношений, что было прямо предусмотрено соответствующими пунктами трудовых договоров в разделе «Общие положения». Договоры подписаны лично истцом, что не оспаривалось в ходе судебного разбирательства. Наличие подписи в договоре подразумевает согласие с его условиями, а последовательность действий истца при подписании первого трудового договора и последующих трудовых договоров свидетельствует о ее добровольном волеизъявлении на осуществление трудовых обязанностей на условиях срочного трудового договора.

При этом трудовые договоры, заключаемые последовательно ФИО5 с 2011 года, содержат формулировки, позволяющие недвусмысленно определить условия, характерные для договора, заключенного на определенный срок.

Заключение с ФИО5 срочного трудового договора не противоречит нормам трудового законодательства, поскольку истец занимала должность руководителя учреждения, т.е. выполняла в соответствии с заключенным с ней трудовым договором особую трудовую функцию, которая состоит в осуществлении руководства организацией, связана с организационно-распорядительной деятельностью, она обладала властными полномочиями, ее должность включена в перечень лиц, указанных в абзаце восьмом части 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, с которыми по соглашению сторон может заключаться срочный трудовой договор, в связи с чем у работодателя имелись правовые основания для заключения с истцом срочного трудового договора.

Подписывая трудовые договора на определенный срок с 2011 года, ФИО5 выражала согласие на срочный характер трудовых отношений с работодателем, при этом заключение новых срочных трудовых договоров руководителем организации по окончании срока действия предыдущих соглашений не противоречит требованиям статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации и не свидетельствует о возникновении трудовых отношений сторон на неопределенный срок.

Относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о вынужденности заключения истцом срочного трудового договора, а также подтверждающих обращение к работодателю с заявлениями о заключении трудового договора на неопределенный срок, истцом в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Напротив, исходя из представленных в материалы дела заявлений ФИО5 с просьбой о назначении ее на должность главного врача, подаваемых ею ежегодно, в том числе в 2011 году, 2018 году, 2019 году, 2020 году, 2021 году, 2022 году, 2023 году, следует признать, что ФИО5 не могла не осознавать срочный характер трудовых отношений. Кроме того, суд учитывает, что до момента увольнения истец не оспаривала срочный характер заключаемых с ней трудовых договоров, в том числе трудового договора № 2311-30/01 от 30.11.2023.

Отсутствие в трудовых договорах указания причины их заключения сторонами на определенный срок само по себе не свидетельствует о незаконности трудового договора и не может являться основанием для признания данного договора, заключенным на неопределенный срок и не влечет изменение условий трудового договора.

Проанализировав в совокупности обстоятельства, установленные в ходе разбирательства дела, учитывая, что истцом не представлено убедительных доказательств какого-либо принуждения со стороны работодателя к заключению договора на определенный срок, суд приходит к выводу о том, что заключение срочного трудового договора было произведено по соглашению сторон.

Суд также отклоняет довод стороны истца о том, что работодатель фактически принудил истца к заключению срочного трудового договора, поскольку он носит голословный характер.

Как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, закрепление в Конституции Российской Федерации принципа свободы труда, права каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию предполагает обеспечение каждому возможности на равных с другими гражданами условиях и без какой-либо дискриминации вступать в трудовые отношения, реализуя свои способности к труду, и предопределяет обязанность государства обеспечивать баланс конституционных прав и свобод сторон трудового договора, справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (Постановление от 15 марта 2005 г. N 3-П).

Между тем, из конституционных норм и принципов не вытекает право гражданина занимать избранную им определенную должность, выполнять конкретную работу, как и обязанность кого бы то ни было предоставить гражданину такую работу на удобных для него условиях.

Вопреки доводам стороны истца неоднократное заключение трудового договора с руководителем учреждения в данном случае не свидетельствует о возникновении трудовых отношений на неопределенный срок.

Также судом отклоняется довод стороны истца о том, что трудовой договор от 30.11.2023 с ФИО5 подписывался после распоряжения Правительства Тверской области № 1496-рп от 30.11.2023, содержащего условие о назначении на должность ФИО5 сроком на один на год, что лишало главного врача и Министерство здравоохранения Тверской области установлению срока трудового договора по соглашению сторон.

Исходя из буквального содержания слов и выражений, содержащихся в Распоряжении Правительства Тверской области от 30.11.2023 № 1496-рп следует, что ФИО5 была назначена на должность главного врача государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М, Бакуниной» сроком на один год на основании заключенного трудового договора. При таких обстоятельствах следует признать, что доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что при заключении трудового договора между его сторонами не было достигнуто добровольное соглашение о сроке его действия, в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что оснований для признания трудового договора № 2311-30/01 с главным врачом государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» от 30 ноября 2023 года, заключенного между ФИО5 и Министерством здравоохранения Тверской области, заключенным на неопределенный срок, не имеется, поэтому в удовлетворении названных требований следует отказать.

Согласно ч. 1 ст. 79 Трудового Кодекса РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В силу ст. 14 Трудового кодекса РФ течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей. Течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений. Сроки, исчисляемые годами, месяцами, неделями, истекают в соответствующее число последнего года, месяца или недели срока.

Из положений вышеприведенных норм Трудового кодекса РФ следует, что прекращение трудового договора в связи с истечением срока его действия происходит независимо от воли сторон, в связи с наступлением определенной даты, указанной в трудовом договоре в качестве окончания срока.

Действующее трудовое законодательство не содержит запрета на прекращение трудового договора в нерабочий день по обстоятельствам, независящим от воли сторон.

Как указано в части 3 статьи 84.1 Трудового кодекса РФ, днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы сотрудника, за исключением случаев, когда он фактически не работал, но за ним в соответствии с Трудовым кодексом РФ или иным федеральным законом сохранялось место работы (должность).

К таким случаям относится и общеустановленный выходной день.

В силу статьи 107 Трудового кодекса РФ выходные дни (еженедельный непрерывный отдых) относятся к видам времени отдыха.

Общим выходным днем является воскресенье. Второй выходной день при пятидневной рабочей неделе устанавливается коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка (статья 111 Трудового кодекса РФ).

В ход судебного разбирательства не оспаривалось, что суббота являлась выходным днем для истца в соответствии с трудовым договором № 2311-30/01.

Как указано в правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 25.01.2012 N 1-О-О часть третья статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливая правила определения дня прекращения трудового договора, имеет целью создание правового механизма, обеспечивающего совпадение прекращения трудовой деятельности работника с юридическим оформлением расторжения трудового договора, что направлено на защиту интересов работников.

Таким образом, не имелось запрета для прекращения срочного договора с истцом в ее выходной день - 30.11.2024.

С учетом изложенного, следует признать, что срок трудового договора № 2311-30/01 от 30 ноября 2023 года истек, вопреки доводам истца о его истечении 29 ноября 2024 года, 30 ноября 2024 года. При таких обстоятельствах доводы истца в указанной части судом отклоняются.

Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (пункт 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании распоряжения Тверской области № 1527-рп от 29.11.2024 «О ФИО5» ФИО5 была уволена 30 ноября 2024 года с должности главного врача государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" в связи с истечением срока трудового договора, пункт 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Истец полагала, что указанное распоряжение неправомерно, поскольку Правительство Тверской области и Губернатор Тверской области не являются стороной трудовых отношений.

Частью 6 статьи 20 Трудового Кодекса РФ предусмотрено, что права и обязанности работодателя в трудовых отношениях осуществляются: физическим лицом, являющимся работодателем; органами управления юридического лица (организации) или уполномоченными ими лицами, иными лицами, уполномоченными на это в соответствии с федеральным законом, в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами.

Статьей 14 Закона Тверской области от 09.04.2002 N 23-ЗО "Об управлении государственным имуществом Тверской области" (в редакции как действовавшей на момент принятия на должность государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" ФИО5 (30.11.2023), так и в редакции действовавшей на момент ее увольнения (30.11.2024)) было установлено, что назначение на должность и увольнение с должности руководителей бюджетных учреждений осуществляется в порядке, установленном Правительством области.

В соответствии с вышеназванным законом Тверской области Постановлением Правительства Тверской области от 05.02.2018 N 35-пп был утвержден Порядок взаимодействия по кадровым вопросам исполнительных органов государственной власти Тверской области с государственными унитарными предприятиями Тверской области и государственными учреждениями Тверской области и об утверждении примерной формы трудового договора с руководителем государственного унитарного предприятия Тверской области.

В соответствии с пунктом 5 указанного Порядка (в редакции, действовавшей в период спорных правоотношений) назначение на должность руководителей учреждений производилось на основании заключенного трудового договора (в том числе временное исполнение обязанностей по должности руководителя учреждения) и увольнение с должности (в том числе по пункту 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации) осуществлялось распоряжением Правительства Тверской области по представлению отраслевого органа исполнительной власти.

Сторона истца, аргументируя довод об отсутствии у Губернатора Тверской области как руководителя Правительства Тверской области полномочий по назначению или освобождению от должности главного врача, основывала его на положениях ч. 2 ст. 24, ч. 2 ст. 38 Закона Тверской области от 02 августа 2011 г. № 44-ЗО «О правительстве Тверской области».

Вместе с тем, несмотря на то, что в названных нормативных актах прямо не перечислены полномочия Губернатора Тверской области как руководителя Правительства Тверской области по назначению или освобождению от должности главных врачей, в п. 11 ч. 2 ст. 24 Закона Тверской области от 02.08.2011 N 44-ЗО "О Правительстве Тверской области" предусмотрено, что Губернатор Тверской области осуществляет иные полномочия, установленные законодательством Российской Федерации, Уставом Тверской области и законами Тверской области.

С учетом действовавшего на период спорных правоотношений Порядка взаимодействия по кадровым вопросам исполнительных органов государственной власти Тверской области с государственными унитарными предприятиями Тверской области и государственными учреждениями Тверской области и об утверждении примерной формы трудового договора с руководителем государственного унитарного предприятия Тверской области, следует признать, что Губернатор Тверской области как руководитель Правительства Тверской области был уполномочен решать вопросы по назначению или освобождению от должности главного врача государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной".

При этом оснований полагать, что данное решение не могло быть оформлено в форме распоряжения Правительства Тверской области, также не имеется, поскольку в силу ч. 2 ст. 38 Закон Тверской области от 02.08.2011 N 44-ЗО "О Правительстве Тверской области" распоряжения Правительства Тверской области являются ненормативными правовыми актами, принимаются по вопросам назначения на должность и освобождения от должности отдельных категорий государственных гражданских служащих Тверской области, хозяйственной и иной деятельности и не порождают общеобязательных норм права, за исключениями, установленными федеральным законодательством, Уставом Тверской области и законами Тверской области, следовательно, распоряжения о назначении на должность и об освобождении от должности могли быть приняты в рамках деятельности, поименованной как иная.

Таким образом, следует признать, что довод стороны истца об отсутствии у Губернатора Тверской области полномочий по назначению или освобождению от должности главных врачей лечебных учреждений не обоснован.

Кроме того, согласно Уставу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области "Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной" учредителем учреждения является Тверская область. От имени Тверской области полномочия осуществляют Правительство Тверской области, Министерство здравоохранения Тверской области, орган по управлению государственным имуществом Тверской области в рамках компетенции (пункт 2). Управление Учреждения осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации, Тверской области и настоящим Уставом (пункт 29).

При таких обстоятельствах следует признать, что Правительство Тверской области в рамках осуществления функций и полномочий учредителя ГБУЗ «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» также вправе принимать решения в форме распоряжений о назначении и увольнении с должности главного врача – руководителя данного учреждения.

Также суд отмечает, что с 2018 года ФИО5 принималась и освобождалась от должности главного врача ГБУЗ «ОКПЦ им. Е.М. Бакуниной» распоряжениями Губернатора Тверской области, при этом не оспаривала законность своего пребывания в должности, получая вознаграждение, при таких обстоятельствах ссылки стороны истца на неправомерность порядка назначения на должность/освобождения от должности в настоящее время имеют признаки противоречивого поведения, нарушающие принцип эстоппеля.

Довод стороны истца об отсутствии в материалах дела доказательств подписания распоряжений со стороны ФИО7, основанный на том, что в материалах дела распоряжения Правительства Тверской области/его копии, содержащие собственноручную подпись Председателя Правительства Тверской области - ФИО7, отсутствуют, а имеются только содержащие штамп «Отдел выпуска правовых актов Правительства Тверской области», суд находит не состоятельным.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства предоставляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Исходя из положений ст. 71 ГПК РФ, необходимость в предоставлении оригиналов документов может быть вызвана в данном случае, если истцом были бы представлены аналогичные документы, отличающиеся по своему содержанию. Однако истцом таких документов не представлено.

Оснований сомневаться в достоверности представленных в дело копий документов Правительством Тверской области, а равно наличия экземпляра с подписью Губернатора Тверской области ФИО7 непосредственно в аппарате Правительства Тверской области, не имеется.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что оснований для признания незаконным и отмене Распоряжения Правительства Тверской области от 29 ноября 2024 года № 1527-рп об увольнении ФИО5 30 ноября 2024 года по основаниям, заявленным стороной истца, не имеется, поэтому в удовлетворении названных требований следует отказать.

В силу ч. 1 ст. 79 Трудового Кодекса РФ о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В материалы дела представлено два экземпляра уведомления от 19.11.2024 о расторжении трудового договора от 30.11.2023 № 2311-30/01 30 ноября 2024 года, направленные главному врачу государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» ФИО5, на которых имеются отметки «юристу» и «Ларьковой».

Указанное уведомление было направлено в период с 19.11.2024 по 26.11.2024 посредством электронной почты на адрес: ludmilazdrav@mail.ru, hr@okpcto.ru, info@ okpcto.ru, hr@okpcto.ru.

Использование указанных адресов электронной почты, как средства обмена информацией между главным врачом и Министерством здравоохранения Тверской области, в том числе эл.почты: info@ okpcto.ru, являющейся официальной электронной почтой государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной», что указано на официальном сайте учреждения, подтверждается представленной в дело электронной перепиской.

Свидетель Е.Я.А. пояснила, что в ноябре 2024 года являлась ведущим экспертом отдела кадровой политики Министерства здравоохранения Тверской области. С 01.12.2023 по 30.11.2024 с ФИО5 был заключен срочный трудовой договор. К моменту расторжения трудового договора - 19.11.2024 – Министерство здравоохранения Тверской области подготовило уведомление о прекращении срочного трудового договора, данное уведомление было направлено для ознакомления ФИО5 через сотрудника отдела кадров перинатального центра. Такое взаимодействие происходит через кадровую службу, которая приходит в Министерство здравоохранения Тверской области. Поскольку в документах не содержалось конфиденциальных данных, уведомление было передано с пометкой для руководителя. Также уведомление было направлено по электронной почте 20.11.2024. Так как 20.11.2024 уведомление не было возращено, то 25.11.2024 был осуществлен выезд работников Министерства здравоохранения Тверской области в перинатальный центр. 25.11.2024 в перинатальный центр не были допущены, поскольку не было пропусков. Для получения пропуска осуществлялись звонки ФИО5, сотруднику отдела кадров. Охранник сказал, что ФИО5 на месте отсутствует. Был составлен акт об отказе работника в подписании уведомления. 26.11.2024 звонили ФИО5, приглашали приехать для подписания уведомления, но она не приехала, сказав, что находится в Законодательном собрании. С ее слов, свидетель поняла, что ФИО5 уведомление получала, поэтому была проведена стандартная процедура увольнения. 29.11.2024 был издан приказ об увольнении, сотрудники были направлены в перинатальный центр. Было получено письмо о том, что ФИО5 временно нетрудоспособна. Было направлено уведомление по месту проживания, регистрации и месту работы о необходимости получения трудовой книжки.

Из показаний свидетеля Ю.О.В. следует, что она со 02.10.2024 работала в должности секретаря главного врача. 26.11.2024 на почту было получено повторное уведомление о вручении уведомления о расторжении. Свидетель его распечатала, передала ФИО5, которая отписала его юрисконсульту, свидетель передала его Л.О.А., которая отдала его главному врачу, сказав, что таков порядок. Первый раз приносили такое уведомление, но ФИО5 отписала его юристам. Доступ к электронной почте есть у секретаря, в обязанности секретаря входит распечатка почты и передача ее главному врачу, который ее распределяет. 26.11.2024 звонили и спрашивали, подписала ли ФИО5 уведомление, свидетель попросила связаться с отделом кадров, поскольку не знала ответа. ФИО5 получила уведомление, посмотрела и отдала его юристам. 26.11.2024 ФИО5 была на рабочем месте с 08.30 до 17.00 часов. Она не сообщала о том, что заболела, специальных распоряжений не давала, рабочий день приходил как обычно. ФИО5 сказала, что подписывать уведомление о прекращении трудового договора не будет. Без согласования с главным врачом на территорию ГБУЗ не попасть. 19.11.2024 уведомление приходило в кадры, М.О.С. приносила уведомление.

Свидетель М.О.С. пояснила, что в ноябре 2024 года исполняла обязанности начальника отдела кадров. 20.11.2024 на почту в 14.02 пришло письмо с вложением: уведомление о расторжении трудового договора. Свидетель его распечатала, отнесла секретарю ФИО5 М.О.С. пыталась пройти к ФИО5, но она не пустила, секретарь сообщила, что уведомление расписано юристам, юристы сказали, что ФИО5 его не подписывает. 25.11.2024 приезжали Б.М.А. и Е.Я.А. ФИО5 сказала не спускаться, объявнив, что охрана пропустит. Электронная почта используется для работы с Министерство здравоохранения и учреждений. С использованием этой электронной почты кадровые документы ФИО5 присылались кадрам и секретарю, которые относили их ФИО5 На протяжении последние 5 лет используется эта почта. 30.11.2024 М.О.С. подала сведения в ОСФР об увольнении. Трудовую книжку ФИО5 М.О.С. отдала С.А.И. для передачи ФИО5 в конце марта 2025 года. 30.11.2024 предлагалось забрать трудовую книжку. Согласия на направление ее почтой ФИО5 не давала. ФИО5 знала, что каждый год с ней перезаключается договор. Уведомление 19.11.2024 было расписано юристам. В день увольнения был полный расчет ФИО5, внесены сведения в трудовую книжку и журнал.

Согласно показаниям свидетеля Л.О.А., с ФИО5 ежегодно заключались трудовые договоры, заканчивался срок последнего трудового договора, поэтому поступило уведомление о его расторжении. Свидетелю данное уведомление было передано с надписью главного врача. Как правило, на документах, которые поступали в работу свидетелю, было написано «юристу», или «Ларьковой». Л.О.А. объяснила ФИО5, что работодатель обязан направить данное уведомление. ФИО5 об уведомлении было известно. Указала, что именно представленные в материалы дела уведомления были переданы ФИО5 в работу свидетелю.

Суд не подвергает сомнению показания указанных свидетелей, не заинтересованных в результате рассмотрения настоящего дела, их показания последовательны, согласуются между собой и с другим доказательствам по делу, и считает доказанным факт осведомленности ФИО5 о наличии уведомления о расторжении трудового договора, направленного Министерством здравоохранения Тверской области 19.11.2024, не позднее 20.11.2024.

Из представленной записи телефонного разговора Б.М.А. с ФИО5 от 26.11.2024, подлинность которой не оспаривалась в ходе судебного разбирательства, следует, что ФИО5 было известно о наличии уведомления о расторжении трудового договора на момент разговора.

Из аудиозаписей телефонных разговоров Б.М.А. и сотрудников приемной главного врача ГБУЗ «ОКПЦ им Е.М. Бакуниной», отдела кадров учреждения, следует, что доступ в приемную главного врача возможен только после получения пропуска, выдаваемого по распоряжению главного врача.

В ходе судебного разбирательства установлено, что работники Министерства здравоохранения Тверской области осуществили попытку лично вручить уведомление о расторжении трудовой договора ФИО5 25.11.2024, но не были допущены в приемную главного врача, о чем составили акт об отказе работника от подписания и получения уведомления о прекращении срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и увольнения.

Установленные обстоятельства свидетельствуют о надлежащем и добросовестном поведении Министерства здравоохранения Тверской области по уведомлению истца о предстоящем прекращении трудового договора, указанный ответчик пытался вручить соответствующее уведомление посредством передачи данного уведомления через электронную почту и лично главному врачу, при этом ФИО5 уклонялась от возвращения подписанного уведомления работодателю.

При таких обстоятельствах следует признать, что Министерством здравоохранения Тверской области соблюдена процедура уведомления ФИО5 о расторжении с ней срочного трудового договора, о наличии указанного уведомления было известно истцу заблаговременно.

Более того, само по себе несоблюдение требований предусмотренных статьей 79 Трудового кодекса РФ о необходимости уведомления работника о расторжении трудового договора в связи с истечением срока его действия в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, не может являться самостоятельным основанием для признания увольнения незаконным, поскольку данная норма регулирует отношения, возникающие при наступлении определенного события - истечения установленного срока действия трудового договора. Это обстоятельство не связано с инициативой работодателя и наступает независимо от его воли.

Правового значения также не имеет и то обстоятельство, что на момент истечения срока трудового договора и увольнения истец была временно нетрудоспособна, данное обстоятельство не свидетельствует о нарушении процедуры увольнения, поскольку основанием для прекращения трудового договора с истцом является не инициатива работодателя, а истечение срока трудового договора. Следовательно, предусмотренный частью 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации запрет на увольнение работника в период временной нетрудоспособности не распространяется на прекращение договора по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (статья 79 Трудового кодекса Российской Федерации - по истечении срока трудового договора).

Поскольку работодатель имел основания для прекращения с истцом срочного трудового договора, порядок увольнения нарушен не был, в ходе судебного разбирательства не установлено нарушений трудовых прав истца, а требования о признании недействительной записи в трудовой книжке ФИО5 об увольнении по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной», возложении обязанности на Министерство здравоохранения Тверской области внести в трудовую книжку ФИО5 запись о признании недействительной записи в трудовой книжке ФИО5 об увольнении из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной», по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового Кодекса Российской Федерации, восстановлении ФИО5 в должности главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» с 01 декабря 2024 года, взыскании с Министерства здравоохранения Тверской области в пользу ФИО5 среднего заработка за все время вынужденного прогула с 01 декабря 2024 года по 24 октября 2025 года в сумме 3 626 831 рубль 00 копеек, взыскании с Министерства здравоохранения Тверской области в пользу ФИО5 компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей 00 копеек, вытекают из основных требований о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, признании незаконным и отмене распоряжения об увольнении, в удовлетворении которых отказано, то данные требования также удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 (паспорт гражданина РФ №) к Министерству здравоохранения Тверской области (ИНН <***>), Правительству Тверской области (ИНН <***>), Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» (ИНН <***>) о признании трудового договора № 2311-30/01 с главным врачом государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» от 30 ноября 2023 года, заключенного между ФИО5 и Министерством здравоохранения Тверской области, заключенным на неопределенный срок, признании увольнения ФИО5 по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным, признании незаконным и отмене Распоряжения Правительства Тверской области от 29 ноября 2024 года № 1527-рп об увольнении ФИО5 30 ноября 2024 года, признании недействительной записи в трудовой книжке ФИО5 об увольнении по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной», возложении обязанности на Министерство здравоохранения Тверской области внести в трудовую книжку ФИО5 запись о признании недействительной записи в трудовой книжке ФИО5 об увольнении из Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной», по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового Кодекса Российской Федерации, восстановлении ФИО5 в должности главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Областной клинический перинатальный центр имени Е.М. Бакуниной» с 01 декабря 2024 года, взыскании с Министерства здравоохранения Тверской области в пользу ФИО5 среднего заработка за все время вынужденного прогула с 01 декабря 2024 года по 24 октября 2025 года в сумме 3 626 831 рубль 00 копеек, взыскании с Министерства здравоохранения Тверской области в пользу ФИО5 компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей 00 копеек оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Калининский районный суд Тверской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Ю.В. Пищелева

Решение в окончательной форме изготовлено 29.12.2025