Судья – Кораблина Е.А. Стр.170 г, г/п 3150 руб.

Докладчик – Романова Н.В. №33-5736/2023 12 сентября 2023 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Романовой Н.В.,

судей Рудь Т.Н., Фериной Л.Г.,

при секретаре Бородиной Е.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело № по иску ФИО1 В,А. к публичному акционерному обществу Банк «Финансовая корпорация Открытие» о взыскании неосновательного обогащения, процентов по вкладам, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа по апелляционным жалобам ФИО1 В,А., публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» на решение Октябрьского районного суда г. Архангельска от 17 мая 2023 г.

Заслушав доклад судьи Романовой Н.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу Банк «Финансовая корпорация Открытие» (далее - ПАО Банк «ФК Открытие», Банк) о взыскании убытков, процентов, подлежащих начислению по условиям договоров, процентов за пользование чужими денежными средствами.

В обоснование заявленного требования указала, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в должности <данные изъяты> Архангельским филиалом ПАО Банк «ФК Открытие». 20 сентября 2017 г. все счета истца, открытые в ПАО Банк «ФК Открытие» были заблокированы, 4 октября 2017 г. истцом получено уведомление о том, что на основании положения ч. 12.1 ст. 189.49 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обязательства банка перед ней по кредитам, займам, депозитам и иным требованиям в денежной форме являются прекращенными. Полагая, что денежные средства с ее счетов списаны незаконно, от возврата денежных средств ПАО Банк «ФК Открытие» уклоняется, с учетом того, что 12 апреля 2018 г. в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» внесены изменения, истец обратилась в суд с настоящим иском, просила взыскать с ответчика убытки в размере <данные изъяты>, проценты подлежащие начислению по договорам в размере <данные изъяты>, проценты за пользование денежными средствами в размере <данные изъяты>. В ходе рассмотрения настоящего дела истец изменила предмет иска и окончательно просила взыскать с ПАО Банк «ФК Открытие» неосновательное обогащение в размере <данные изъяты>, недополученный доход в размере <данные изъяты>, проценты за пользование денежными средствами за период с 15 сентября 2017 г. по 25 апреля 2023 г. в размере <данные изъяты>, проценты, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ до даты фактического исполнения обязательств, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, штраф (с учетом уточнения от 25 апреля 2023 г.).

В судебном заседании ФИО1, ее представитель ФИО2 заявленные требования поддержали.

Представитель ПАО Банк «ФК Открытие» ФИО3 с заявленными требованиями не согласился, полагал, что к отношению сторон не подлежат применению положения Закона РФ «О защите прав потребителей», законные основания для взыскания с банка процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа, отсутствуют.

Центральный Банк Российской Федерации, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, своего представителя в судебное заседание не направил.

Решением суда исковые требования исковые требования ФИО1 к ПАО Банк «ФК Открытие» удовлетворены частично. Взыскано с ПАО Банк «ФК Открытие» в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в размере 2 <данные изъяты>, проценты по вкладам в размере <данные изъяты>, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 15 сентября 2017 г. по 17 мая 2023 г. в размере <данные изъяты>, компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере <данные изъяты>, расходы по уплате государственной пошлины в размере 28 005 рублей, а также неосновательное обогащение в размере <данные изъяты>, проценты по вкладам в размере <данные изъяты>, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 15 сентября 2017 г. по 17 мая 2023 г. в размере <данные изъяты>, штраф в размере <данные изъяты>, неосновательное обогащение в размере <данные изъяты>, проценты по вкладам в размере <данные изъяты>, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 15 сентября 2017 г. по 17 мая 2023 г. в размере <данные изъяты>, штраф в размере <данные изъяты>, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ, на сумму <данные изъяты>, начиная с 18 мая 2023 г. по день выплаты указанной суммы, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ, на сумму <данные изъяты>, начиная с 18 мая 2023 г. по день выплаты указанной суммы, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ, на сумму <данные изъяты>, начиная с 18 мая 2023 г. по день выплаты указанной суммы. В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к ПАО Банк «ФК Открытие» отказано.

С решением суда стороны не согласились.

ФИО1, в поданной апелляционной жалобе просит решение суда отменить в части отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, вынести новый судебный акт, которым требования истца удовлетворить в полном объеме с начислением на данную сумму штрафа. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что истцом заявлялось требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей, а взыскано только 10000 рублей. Считает, что суд правомерно сослался на ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» и п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. №17, установив факт нарушения прав потребителя. Ссылается на ст. ст. 151, ч. 1 ст. 1099 ГК РФ, пункты 1, 22, 25, 27, 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина». Указывает, что была уволена из ПАО Банк «ФК Открытие» 26 декабря 2018 г. по сокращению штата, а в ноябре 2018 г. ей сообщили об отсутствии оснований для возврата денежных средств. Она осталась не только без работы, но и без средств к существованию, по вине ответчика была лишена денежных накоплений, которые позволили бы поддерживать привычный уровень жизни. Она не могла трудоустроиться в течение двух лет. Пенсионные выплаты были получены только в июле 2019 г. Лишение накоплений было для истца шоком, так как они являлись гарантией достойного уровня жизни. Полагает, что размер компенсации в 10000 рублей является чрезвычайно малой, незначительной денежной суммой.

ПАО Банк «ФК Открытие» в поданной апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать. В обоснование доводов жалобы ссылается на нарушение и неверное применение судом норм материального и процессуального права. Считает, что судом дана неправильная квалификация возникших между истцом и Банком правоотношений. Считает, что действия Банка по прекращению обязательств перед истцом по требованиям в денежной форме (путем списания денежных средств с его счетов) основывались на положениях действовавшего на тот момент законодательства Российской Федерации. Обязательства Банка перед истцом в денежной форме были прекращены 15 сентября 2017 г. на основании положений подп. 4 п. 12 и п. 12.1 ст. 189 Закона о банкротстве с учетом принятого акта Банка России об утверждении Плана участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства Банка. Истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в должности <данные изъяты> филиалом в Архангельском ПКБ Филиале ПАО Банк «ФК Открытие», то есть занимала должность, которая прямо отнесена подп. 4 п. 12 и п. 12.1 ст. 189 Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей в период назначения в Банк временной администрации, к категории управляющие работники Банка. Правомерность действий Банка подтверждена судебными актами по рассматриваемому делу, в том числе на уровне Верховного Суда РФ. Обращает внимание, что уклонение прекращения обязательств перед истцом и возврат истцу списанных денежных средств, привели бы к нарушению Закона о банкротстве и срыву мероприятий, проводимых Банком России и ООО «УК ФКСБ» по финансовому оздоровлению Банка. В Постановлении Конституционного Суда РФ от 27 декабря 2022 г. №58-П отсутствуют указания на то, что действия банка по применению подп. 4 п. 12 и п. 12.1 ст. 189 Закона о банкротстве в отношении истца на момент их совершения, противоречили действовавшему на тот момент законодательному регулированию. Необходимость иного применения вышеуказанных положений Закона о банкротстве была определена только Постановлением Конституционного Суда РФ от 27 декабря 2022 г. Банк не вправе давать оценку конституционности правовых норм и произвольно отказываться от исполнения требований действующего законодательства. До момента вступления в силу решения Конституционного Суда РФ действует презумпция конституционности нормы. Считает, что обязательства по возврату истцу денежных средств, правомерно списанных с его счетов во исполнение требований законодательства Российской Федерации, могут возникнуть не ранее вынесения и вступления в силу соответствующего судебного акта. На стороне Банка отсутствует противоправность поведения, в связи с чем Банк не может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, процентов, неустоек и прочих санкций. Также с него не может быть взыскана компенсация морального вреда. Однако Банк был привлечен к гражданско-правовой ответственности за свои добросовестные действия по неукоснительному исполнению требований законодательства, что недопустимо. Ссылаясь на ст. п. 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» полагает, что проценты по ст. 395 ГК РФ могут быть начислены только с момента вступления в силу итогового судебного решения, а требования о компенсации морального вреда не подлежали удовлетворению, поскольку истцом не представлены доказательства, подтверждающие нарушение Банком прав истца, повлекшее нравственные страдания, как и самого факта нравственных страданий. Считает, что не имеется оснований для применения к рассматриваемым правоотношениям Закона о защите прав потребителей, поскольку правоотношения по прекращению обязательств Банка в отношении истца обусловлены не оказанием истцу каких-либо услуг, а императивными требованиями Закона о банкротстве, связанными с финансовым оздоровлением Банка, которые Банк не имел права не исполнить. Считает, что в связи с этим, предусмотренный указанным законом штраф не подлежал взысканию. Кроме того, взыскивая штраф, суд не рассмотрел заявленное Банком ходатайство о применении ст. 333 ГК РФ, оснований для его отклонения не привел.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчика ФИО1 указывает, что доводы жалобы ответчика тождественны доводам, содержащимся в отзывах на исковое заявление, и получили надлежащую правовую оценку в решении суда первой инстанции. Считает правильным вывод суда о том, что с учетом позиции Конституционного суда РФ положения подп. 4 п. 12 и п. 12.1 ст. 189 Закона о банкротстве применению к правоотношениям сторон не подлежат. Предметом спора в настоящем деле являлись гражданско-правовые отношения, возникающие из договора банковского вклада. Нормы Закона о банкротстве являются специальными и регулируют отношения, связанные с процедурами несостоятельности и рассмотрения особых споров (в том числе оспаривания сделок) в рамках дела о банкротстве. В настоящем случае, никакие сделки не оспаривались. Считает ошибочной ссылку в жалобе п. 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», который регулирует правоотношения связанные с поворотом судебного акта. В настоящем споре денежные средства на основании судебного акта сторонами друг другу не перечислялись, поворота судебного акта не производилось. На основании указанного истцом в расчете периода ответчик неосновательно пользовался деньгами истца, а, следовательно, извлекал выгоду. Ссылка ответчика на добросовестность своего поведения выглядит странно, так как ответчик и после возобновления дела отказывался возвращать денежные суммы, являвшиеся денежными вкладами истца, при том, что расчетные счета истца в банке продолжали оставаться открытыми, соответствующие договоры не были расторгнуты. Считает, что суд правильно применил п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей с учетом того, что ответчиком добровольно требования не удовлетворены ни после публикации Постановления Конституционного Суда РФ от 27 декабря 2022 г., ни после подачи и удовлетворения заявления о пересмотре решения по вновь открывшимся обстоятельствам. Доказательств, подтверждающих несоразмерность штрафа последствиям нарушения обязательств, ответчик суду не представил, поэтому оснований для применения ст. 333 ГК РФ у суда не имелось.

Представитель ПАО Банк «ФК Открытие» ФИО4 в возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 считает доводы жалобы не подлежащими удовлетворению. Указывает, что доказательств, подтверждающих нарушение Банком прав истца, повлекших нравственные страдания, как и доказательств самого факта нравственных страданий, истцом в материалы дела не представлено. Считает, что действия Банка были правомерными, в связи с чем, требования о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

Заслушав истца и ее представителя, поддержавших доводы апелляционной жалобы истца и возражавших против удовлетворения жалобы ответчика, представителя ПАО Банк «ФК Открытие», поддержавшего доводы апелляционной жалобы ответчика и возражавшего против удовлетворения жалобы истца, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, проверив решение суда, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ).

Судом установлено и следует из материалов дела, что в период с 28 марта 2006 г. по 14 июня 2015 г. ФИО1 являлась управляющей филиалом ОАО КБ «Петрокоммерц», которое 15 июня 2015 г. реорганизовано путем присоединения к ПАО Банк «ФК Открытие».

С ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 занимала должность <данные изъяты> Архангельского филиала ПАО Банк «ФК Открытие», 9 июля 2018 г. переведена на должность <данные изъяты>.

ФИО1 также являлась клиентом ПАО Банк «ФК Открытие» как физическое лицо. В указанный период между ФИО1 и банком заключены договоры банковского счета в рублях, долларах США, евро, на имя истца открыты счета, на которых истцом размещались денежные средства в рублях, долларах США, евро. Все договоры заключены на общих условиях.

15 сентября 2017 г. Советом директоров Банка России утвержден план участия в осуществлении мер по предупреждению банкротства ПАО Банк «ФК Открытие».

Временной администрацией по управлению Банком издан приказ от 15 сентября 2017 г. №-ВА «О прекращении обязательств по требованиям в денежной форме», в котором обозначен перечень лиц, обязательства Банка перед которыми подлежат прекращению в соответствии с установленными подпунктом 4 пункта 12 и пунктом 12.1 статьи 189.49 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Письмом от 22 сентября 2017 г. ПАО Банк «ФК Открытие» уведомило истца о прекращении обязательств по требованиям в денежной форме перед лицами, занимающими, в том числе, должность главного бухгалтера филиала Банка, в связи с этим ответчиком со всех счетов истца списаны денежные средства в размере <данные изъяты>

Разрешая спор, суд пришел к выводу, что денежные средства в размере <данные изъяты> являются неосновательным обогащением ответчика, поскольку законные основания для одностороннего списания денежных средств со счетов ФИО1 у ПАО Банк «ФК Открытие» отсутствовали.

Доводы жалобы ответчика о том, что действия Банка по прекращению обязательств перед истцом по требованиям в денежной форме (путем списания денежных средств с его счетов) основывались на положениях действовавшего на тот момент законодательства Российской Федерации, не являются основанием для отмены решения суда.

Списание денежных средств со счетов истца произведено ответчиком на основании положений п.п. 4 ч. 12, п.п. 4 ст. 12.1 ст. 189.49 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции от 1 мая 2017 г.), в соответствии с которыми одним из условий оказания Банком России, финансовой помощи в виде взноса в уставный капитал банка за счет денежных средств, составляющих фонд консолидации банковского сектора, создаваемого в соответствии с Федеральным законом от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», или денежных средств Агентства является, в частности: прекращение обязательств банка перед лицами, занимающими должности единоличного исполнительного органа, его заместителей, членов коллегиального исполнительного органа, главного бухгалтера, заместителя главного бухгалтера банка, руководителя, главного бухгалтера филиала банка, членов совета директоров (наблюдательного совета) банка (далее - управляющие работники банка), и контролирующими банк лицами по кредитам, займам, депозитам и иным требованиям в денежной форме.

Прекращение обязательств банка перед управляющими работниками банка и контролирующими банк лицами происходит в день утверждения плана участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка или плана участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

Вместе с тем, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2022 г. № 58-П взаимосвязанные положения подпункта 4 пункта 12 (в оспариваемой редакции) и пункта 12.1 статьи 189.49 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (части 2 и 3), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой они устанавливали не отвечающее критериям необходимости и соразмерности и не обеспеченное эффективной судебной защитой прекращение в день утверждения плана участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка обязательств банка по кредитам, займам, депозитам и иным требованиям в денежной форме перед лицами, замещающими должности руководителя и главного бухгалтера филиала банка, не относящимися при этом к контролирующим банк лицам, в качестве одного из обязательных условий оказания банку финансовой помощи по предупреждению банкротства.

То обстоятельство, что на момент издания временной администрацией по управлению Банком приказа №-ВА от 15 сентября 2017 г. вышеуказанные нормы не были признаны неконституционными, не свидетельствует о незаконности постановленного судом решения.

Выявление Конституционным Судом конституционно-правового смысла нормы означает приведение правового регулирования, предусмотренного этой нормой, в соответствие с Конституцией, что по своим правовым последствиям сопоставимо с изменением правовой регламентации отношений, относящихся к предмету регулирования данной нормы и предусмотренных в законоположениях, которые являлись предметом рассмотрения Конституционного Суда, а также в законоположениях, которые воспроизводят проверенные Конституционным Судом нормы закона или основаны на них, либо в таких же, как являвшиеся предметом рассмотрения, законоположениях данного или иного нормативного правового акта, а, следовательно, выявленному конституционно-правовому смыслу обязаны следовать правоприменительные органы при принятии к производству обращений граждан, поступивших к ним после вступления в силу решения Конституционного Суда, содержащего конституционно-правовое истолкование правовой нормы, и основанных на выраженных в нем правовых позициях (Постановление от 26 апреля 2016 г. № 13-П).

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 27 декабря 2022 г. № 58-П постановил, что правоприменительное решение, вынесенное в отношении ФИО1 В,А., подлежат пересмотру в установленном законом порядке, и при новом рассмотрении дела суд не мог не руководствоваться вступившим в законную силу Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2022 г. № 58-П.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание также и на то, что суды при разрешении конкретных дел - в особенности когда они касаются споров о допустимости ограничения конституционных прав и свобод - обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе замыкаться на выяснении одних лишь формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, гарантированное ст. 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным (постановления от 14 июля 2003 г. № 12-П, от 10 марта 2017 г. № 6-П, от 9 апреля 2020 г. № 16-П, от 12 мая 2021 г. № 17-П и др.).

С учетом изложенного вывод суда о том, что положения п.п. 4 ч. 12, п.п. 4 ст. 12.1 ст. 189.49 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции от 1 мая 2017 г.) применению к правоотношениям сторон не подлежат, является верным, а списание денежных средств со счета истца - необоснованным.

Поскольку из-за действий ответчика по списанию денежных средств с ее счетов ФИО1 не получила причитающиеся ей проценты по вкладам, суд правильно взыскал в ее пользу убытки в виде неполученных процентов по вкладам.

Доводы жалобы о том, что Банк не может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, процентов, неустоек и прочих санкций, несостоятельны.

Последствия необоснованного списания банком денежных средств со счета клиента предусмотрена ст. 856 ГК РФ и состоит в обязанности уплаты банком процентов по ставке рефинансирования на основании ст. 395 ГК РФ.

Кроме того, возможность взыскания процентов на сумму неосновательного обогащения предусмотрена п. 2 ст. 1107 ГК РФ. В п. 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что проценты, установленные п. 1 ст. 395 ГК РФ, подлежат начислению на сумму неосновательного обогащения в соответствии с п. 2 ст. 1107 ГК РФ с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Поскольку необоснованное списание денежных средств со счетов истца произведено Банком 15 сентября 2017 г., суд правильно взыскал проценты за пользование чужими денежным средствами по правилам ст. 395 ГК РФ начиная с 15 сентября 2017 г.

В силу п. 6 ст. 395 ГК РФ размер взыскиваемых процентов за нарушение денежного обязательства не может быть снижен менее предела, установленного п. 1 ст. 395 ГК РФ.

Учитывая, что расчет процентов произведен в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ, правовых оснований для применения ст. 333 ГК РФ у суда не имелось.

Поскольку постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. № 497 с 1 апреля 2022 г. введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей сроком на 6 месяцев, суд первой инстанции обоснованно отказал истцу в начислении неустойки за период с 1 апреля по 1 октября 2022 г.

Доводы апелляционной жалобы ПАО Банк «ФК Открытие» об отсутствии оснований для применения к рассматриваемым правоотношениям Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» несостоятельны.

Исходя из смысла ст. 39 Закона «О защите прав потребителей» в случаях, когда договоры об оказании отдельных видов услуг по своему характеру не подпадают под действие главы III Закона «О защите прав потребителей», регулирующей отношения при выполнении работ (оказании услуг), применяются правовые последствия, предусмотренные не главой III Закона «О защите прав потребителей», а Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами, регулирующими отношения по договорам об оказании таких услуг. К таким договорам, в частности, относятся договор банковского вклада, договор страхования.

Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, в соответствии с п. 2 ст. 834 ГК РФ признается публичным договором. Это возмездный договор, содержание которого - оказание банком услуги вкладчику. Следовательно, отношения, вытекающие из договора банковского вклада с участием гражданина, регулируются Законом «О защите прав потребителей».

Вместе с тем отношения банка и его клиентов (вкладчиков) по внесению ими в банк денежных сумм (вкладов), их возврату и выплате процентов по ним, а также правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по данному договору регулируются главой 44 «Банковский вклад» Гражданского кодекса Российской Федерации, а также специальным законодательством. С учетом изложенного и положений ст. 39 Закона «О защите прав потребителей» к отношениям, вытекающим из договора банковского вклада с участием гражданина, должны применяться общие правила Закона «О защите прав потребителей» о праве граждан на предоставление информации, о возмещении морального вреда, об альтернативной подсудности и освобождении от уплаты государственной пошлины. Правовые последствия нарушений условий таких договоров определяются ГК РФ и специальным банковским законодательством.

Поскольку специальными законами не урегулирован вопрос о взимании штрафа и компенсации морального вреда за нарушение прав потребителя по договору банковского вклада, суд первой инстанции, взыскал с ответчика в пользу истца на основании п. 6 ст. 13, ст. 15 Закона о защите прав потребителей штраф в размере <данные изъяты> и компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

При этом суд не усмотрел оснований для освобождения ответчика от уплаты штрафа, поскольку даже после вынесения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2022 г. № 58-П ответчиком не принято мер по возврату истцу денежных средств.

Суд апелляционной инстанции соглашается с таким выводом суда первой инстанции, оценив степень неблагоприятных последствий неисполнения обязательств, характер действий ответчика, период просрочки исполнения обязательства, оснований для применения ст. 333 ГК РФ не усматривает.

Доводы жалобы ответчика о необоснованности взыскания компенсации морального вреда при отсутствии доказательств нравственных страданий истца не принимаются, поскольку по смыслу Закона о защите прав потребителей сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о чрезмерном снижении суммы компенсации морального вреда по сравнению с заявленной также не принимаются.

При определении размера компенсации морального вреда суд учел характер и объем, причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, иные фактические обстоятельства. Доводы ФИО1 о том, что она осталась без работы, не являются основанием для компенсации морального вреда в связи с нарушением ее прав как потребителя. Доказательств снижения уровня жизни в связи с нарушением Банком ее прав как потребителя в материалах дела нет. Оснований для отмены или изменения решения суда в данной части не имеется.

Иных доводов и обстоятельств, свидетельствующих о незаконности постановленного судом решения, апелляционная жалоба не содержит.

Рассматривая данное дело, суд первой инстанции верно установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства и дал им надлежащую юридическую оценку в соответствии с нормами материального права, правильный анализ которых изложен в решении суда.

Оснований для отмены решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Архангельска от 17 мая 2023 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 В,А. и публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» - без удовлетворения.

Председательствующий Н.В. Романова

Судьи Т.Н. Рудь

Л.Г. Ферина