АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 июля 2023 года город Уфа

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Абдульмановой Е.А.,

судей Бурылевой Е.В., Шафиковой Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шафеевым А.Р.,

с участием: прокурора Ахмедьянова А.Д.,

осужденного ФИО2 по системе видеоконференцсвязи, его

защитника – адвоката Жернаковой Л.П. по соглашению,

осужденного ФИО4 по системе видеоконференцсвязи, его

защитников - адвокатов Ишимова Р.Ф., Мерзлякова Д.Н. по соглашению,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам с дополнениями адвокатов Мерзлякова Д.Н., Ишимова Р.Ф., Жернаковой Л.П., осужденных ФИО2 и ФИО4 на приговор Абзелиловского районного суда Республики Башкортостан от 20 апреля 2023 года,

заслушав доклад судьи Шафиковой Е.С., изложившей краткое содержание приговора, существо апелляционных жалоб, выслушав осужденных ФИО2, ФИО4, адвокатов Жернаковой Л.П., Ишимова Р.Ф., Мерзлякова Д.Н., поддержавших доводы жалоб, выступление прокурора Ахмедьянова А.Д. о законности приговора, судебная коллегия,

установила:

приговором Абзелиловского районного суда Республики Башкортостан от 20 апреля 2023 года,

ФИО2 ФИО65, дата рождения, не судимый,

признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ, п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ и осужден по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Прекращено уголовное дело в отношении ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ на основании ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ – в связи с примирением с потерпевшей.

ФИО4 ФИО66, дата года рождения, не судимый,

осужден по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ к 3 годам 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в отношении ФИО2 и ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу, взяты под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания ФИО2 и ФИО4 исчислен со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытия наказания ФИО2 и ФИО4 время их содержания под стражей с дата до дня вступления приговора суда в законную силу, из расчета один день содержания под стражей, за один день отбывания наказания.

Взыскана с ФИО2 ФИО67 в пользу ФИО3 компенсация морального вреда в размере 400 000,00 руб. (четыреста тысяч рублей 00 копеек).

Взыскана с ФИО4 ФИО68 в пользу ФИО3 компенсация морального вреда в размере 300 000,00 руб. (триста тысяч рублей 00 копеек).

Разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО2 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО3, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, если они совершены группой лиц. ФИО4 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО3, опасного для жизни человека, если они совершены группой лиц, за что осуждены.

Преступление совершено в адрес дата в адрес Республики Башкортостан при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Кроме того, ФИО2 признан виновным в тайном хищении дата имущества Потерпевший №2, причинившего значительный ущерб.

Уголовное дело по данному преступлению прекращено на основании ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшей.

В апелляционной жалобе с дополнением адвокат Мерзляков Д.Н. в интересах защиты осужденного ФИО4 просит приговор отменить, и вынести оправдательный приговор. Автор жалобы указывает, что суд первой инстанции не принял во внимание доказательства стороны защиты- заключение специалиста ФИО16 и его показания, которые содержат информацию медицинского характера. Оценка данных доказательств основана на предположении. Вместе с тем, доказательства защиты, не принятые судом, подтверждают, что тяжкий вред у потерпевшего ФИО3 возник от одного или двух ударов в область лба, нанесенных твердым предметом, превышающим по твердости кисть, сжатую в кулак, а также стопу ноги. Сведения, изложенные специалистом ФИО16 в своих показаниях, также заключении специалиста, противоречат заключению эксперта и дают основания сомневаться в его обоснованности. Заключение эксперта не является проверяемым ввиду отсутствия в нем указания на применение методики, такое заключение является недопустимым доказательством. Также в ходе допроса эксперта ФИО9 в судебном заседании недостатки подготовленного им заключения эксперты не были устранены. При указанных обстоятельствах, возникла необходимость назначении повторной судебно-медицинской экспертизы, о чем стороной защиты в судебном заседании было заявлено соответствующее ходатайство. Суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении данного ходатайства, не установил обстоятельства, имеющие юридические значение, вынес обвинительный приговор в отношении ФИО4, в основу которого положил предположения.

Кроме того, в дополнении к апелляционной жалобе, поддерживая требования своей жалобы, указал на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Считал, что показания потерпевшего ФИО3 о количестве ударов не соответствуют выводам, изложенным в заключении судебно-медицинского эксперта, в связи с чем полагает, что показания потерпевшего не соответствуют действительности. Потерпевший полена не видел и сделал вывод об обстоятельствах получения телесных повреждений со слов свидетеля Свидетель №1. Суд не мог в связи с этим положить в основу приговора показания потерпевшего, которым доверять не стоит, поскольку считает, что он употреблял не только алкоголь, но и наркотические средства, придумывая события, которых не было. Более того, его противоправное поведение послужило поводом к конфликту. Также считает, что не стоит доверять показаниям свидетеля Свидетель №1, она стремилась уменьшить степень противоправного поведения потерпевшего, ее показания противоречат показаниям свидетелей Свидетель №3, Свидетель №2, Свидетель №6, ФИО42, а также заключению судебно-медицинской экспертизы и составленной ею схеме расположения участников конфликта. В заключение эксперта №..., указанные телесные повреждения не соответствуют количеству ударов, указанных Потерпевший №1 и Свидетель №1; примененные методики не указаны, ушиб грудной клетки и удар в область грудной клетки объективными данными не подтверждается; при проведении экспертизы не получены сведения, имеющие значение для дела. Эксперт ФИО9 в суде не смог разъяснить данное им заключение, ограничился в ответах общими фразами. Несмотря на некомпетентность данного эксперта, повторную экспертизу суд не назначил. Специалист ФИО15 выводы своего заключения подтвердил, указав, что ногой, обутой в пляжную обувь, перелом костей черепа причинить невозможно. Количество ударов не установлено, разграничить по степени тяжести их невозможно. Также автор жалобы считает недопустимыми доказательства показания сотрудников полиции Свидетель №8, ФИО41, ФИО43, поскольку получены с нарушением закона.

В апелляционной жалобе адвокат Ишимов Р.Ф. в интересах защиты осужденного ФИО4 просит приговор отменить, и вынести оправдательный приговор. Указывает, что приговор не может быть признан законным и обоснованным, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, а также не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании, в связи с чем, подлежит отмене. При вынесении приговора не учтены обстоятельства, подтверждающие непричастность ФИО4 к инкриминируемому ему преступлению. В основу обвинительного приговора положены показания свидетеля, в правдивости которого, есть все основания сомневаться.

Кроме того, не соглашаясь с приговором суда, адвокат Ишимов Р.Ф., считал необходимым приговор отменить на том основании, что полный текст приговора был вручен сторонам только 31 мая 2023 года, что свидетельствует о том, что до момента провозглашения вводной и резолютивной частей приговора, он не был изготовлен в полном объеме, что влечет безусловную отмену приговора.

В апелляционной жалобе адвокат Жернакова Л.П. в интересах защиты осужденного ФИО2 просит приговор отменить и принять законное решение. При рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, защита, с учетом обстоятельств дела, ориентировала суд первой инстанции на квалификацию преступления по ч.1 ст.114 УК РФ, поскольку из фактических обстоятельств уголовного дела, действий потерпевшего до встречи с ФИО2 и после нее, пресечь противоправное поведение потерпевшего, иным способом, кроме как, применить в отношении него физическую силу, было невозможно, как и определить ее соразмерность. В период предварительного следствия и рассмотрения уголовного дела в суде, ФИО2 находился под подпиской о невыезде, избранную меру пресечения не нарушал. Имеет постоянное место жительства, является инвалидом второй группы. Уголовное дело расследовалось длительное время, ФИО2 вел законопослушный образ жизни, чем доказал возможность исправления без реального лишения свободы.

В дополнении к апелляционной жалобе также полагала о квалификации действий ФИО2 по ч.1 ст. 114 УК РФ. Приводя обстоятельства дела, указала, что ФИО3 и Свидетель №1 конфликтовали друг с другом, мешали отдыху. Судом не дана оценка опьянению Потерпевший №1, хотя свидетели указывали на употребление им наркотика, что повлияло на его противоправное поведение, не позволяющее адекватно реагировать на окружающую обстановку. Также не дана оценка конфликту между Потерпевший №1 и Свидетель №1, в результате которого была разбита посуда, деревянное панно, в детской коляске лежали осколки стекла, ФИО3 на замечание окружающих не реагировал, проявлял агрессию, высказывал оскорбления в адрес ФИО2 Не соглашаясь с формулировкой суда об установленных обстоятельствах дела, автор жалобы, предложив собственную формулировку преступного деяния ФИО2 без участия ФИО4, считала необходимым расценивать действия ФИО2 как необходимую оборону, исключающую преступность деяния. Пояснения Свидетель №1 в ходе осмотра места происшествия от дата считала недопустимым доказательством в силу несоблюдения норм УПК РФ, предусмотренных при допросе свидетеля. Также считала протоколы очных ставок между ФИО2 и Потерпевший №1, ФИО4 и Потерпевший №1, протокол осмотра и прослушивания фонограммы от дата недопустимыми доказательствами. Показания Свидетель №1 находятся в противоречии с заключением эксперта. Суд не дал надлежащей оценки невозможности применения ст.ст. 64,73, ч.6 ст. 15 УК РФ. Автор жалобы просила приговор отменить, осужденных оправдать.

Приговор по преступлению от дата в отношении кражи имущества Потерпевший №2 адвокатом ФИО5 и осужденным ФИО2 не оспаривается.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просил приговор изменить, учесть противоправные и аморальные действия потерпевшего ФИО3, явившиеся поводом для преступления, применив п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ и назначить наказание с применением ст. 73 УК РФ. В обоснование доводов указал, что из показаний Свидетель №2, Потерпевший №1, Свидетель №1 установлено, что потерпевший употреблял алкоголь, из-за чего возник конфликт, в ходе которого было повреждено имущество и разбита посуда, при этом оскорблял Свидетель №3 и ФИО42, за которых заступился ФИО42, возникла борьба. ФИО2, как хозяин дома сделал ему замечание по поводу его поведения, на нападение со стороны Потерпевший №1 последовала его реакция и нанесен тяжкий вред здоровью Потерпевший №1. Суд должную оценку поведению потерпевшего не дал, в применении ст. 73 УК РФ отказано несправедливо.

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО2 указал, что его действия были ответными на нападение Потерпевший №1, который нанес ему удар вилкой в ногу, на что он, отпрыгнув назад, схватил первую попавшуюся палку и, защищаясь, нанес 2-3 (позже указал 1-2) удара в область руки, мог попасть по голове. Пострадавшими от действий Потерпевший №1 являются свидетели конфликта. Показания Потерпевший №1 и Свидетель №1 противоречивые, с ними он не согласен. ФИО2 64 года, является инвалиадрес группы, он не полез бы в драку с молодыми.

Подтверждением нападения Потерпевший №1 с вилкой являются зафиксированные телесные повреждения, а на изъятой вилке -следы его крови. Неадекватное поведение Потерпевший №1 сопровождалось нецензурными высказываниями в адрес ФИО2 и угрозами убийством всем людям. ФИО2 находился в состоянии самообороны. В результате скандала между Свидетель №1 и Потерпевший №1, которые кидались посудой, были разбиты панно и телевизор, что составило ущерб 63000 рублей. Потерпевший №1 лечился в больнице 12 дней, с него сняли алкогольный и наркотический синдром, то есть фактический вред расценивается как кратковременный и легкий, иначе он должен был находиться в больнице 21 день. Потерпевший №1 характеризовал крайне отрицательно, размер взысканного ущерба не оправданным. ФИО2 просил приговор отменить, правильно квалифицировать его действия, считал необходимым ФИО4 оправдать, показания ФИО6 и ФИО8 считать ложными.

В апелляционной жалобе ФИО4 предлагал приговор отменить, считая его незаконным и необоснованным, просил его оправдать.

В дополнениях к апелляционной жалобе указал, что протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 30.12.2021 года опровергает обвинение, однако суд расценил его как косвенное доказательство вины ФИО4. Для назначения встречи потерпевшему ФИО2 использовал его телефон и сам разговаривал с Потерпевший №1. Потерпевший его не видел и не опознал при встрече в офисе своего представителя. Приговор был ему вручен спустя месяц, чем нарушены его права, которые также были нарушены вследствие ограничения времени подготовки к прениям. Просил его оправдать за отсутствием состава преступления.

Также автор жалобы указал, что основой обвинения является противоречивая экспертиза, эксперт ФИО9, проводивший экспертизу, был допрошен в качестве свидетеля и не мог делать выводы как эксперт, он не мог сообщить о примененных методиках, используемых им, векторе и характере ударов, повреждениях. В проведении повторной экспертизы было отказано. Допрошенный в суде специалист ФИО16 опроверг выводы эксперта, четко ответив на поставленные вопросы. Противоречия не устранены, вина ФИО4 не доказана. Показания ФИО3 относительно его действий- удара в область головы даны со слов Свидетель №1, сам потерпевший удара не видел, то есть имеет место ошибочное восприятие событий потерпевшим, связанного с потерей сознания и глубокого опьянения. Такие показания не могут быть положены в основу приговора как неподтвержденные другими доказательствами. Последовательность произошедшего он с точностью сказать не мог, только показал, что телесные повреждения ему причинили ФИО2 и ФИО4, но более тяжкие –ФИО2, который ударил поленом по голове, при этом, точно указать кто именно наносил удары, не мог. Показания свидетелей Свидетель №3, ФИО42, Свидетель №6, Свидетель №24 не приняты во внимание необоснованно, хотя они были участниками событий. Считал показания Потерпевший №1 и Свидетель №1 в связи с их личными взаимоотношениями недостоверными в виду их заинтересованности, они не последовательные и не согласуются с их же показаниями. Доводы о его непричастности к преступлению судом не проверены, не проверена геолокация нахождения ФИО4 и его телефона и местонахождение Свидетель №6 в промежуток времени с 16 до 19 часов, хотя он указывал, что находился на пляже. Показаниям свидетелей Свидетель №6, Свидетель №3 во взаимосвязи с показаниями потерпевшего не дана, приводя показания свидетелей, автор жалобы считает, что судом не опровергнуты доказательства непричастности ФИО4 к преступлению. Предъявление лица для опознания, которым ФИО6 опознала ФИО4, проведено некорректно с нарушениями уголовно-процессуального закона. Показания свидетеля ФИО7 полностью подтверждают то, что ФИО4 на территории дома не было. Кроме того, нарушены его права, в связи с неполучением протокола судебного заседания в установленные сроки, чем также нарушены его права на защиту.

Исследовав материалы дела, выслушав стороны и обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия находит выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ, основанными на доказательствах, полученных в порядке, установленном законом, надлежаще исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с правилами ст.ст. 87, 88 УПК РФ.

В судебном заседании ФИО2 вину в причинении тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 признал частично и показал, что, узнав, что Потерпевший №1 устроил погром в беседке Свидетель №6 пришел с ним поговорить. Увидев в его руках предмет и решив, что это нож, ФИО2 один раз ударил ФИО3, находящегося в неадекватном состоянии, деревянной палкой по голове в целях самообороны, поскольку у него в руках оказалась вилка. Потерпевший №1 до этого имел конфликт с ФИО42 и еще с неизвестными лицами.

ФИО4 в судебном заседании вину не признал, телесных повреждений ФИО3 он не наносил и не угрожал.

Виновность ФИО2 и ФИО4 в преступлении подтверждается:

-показаниями потерпевшего ФИО69 который в суде показал, что у него с ФИО42 произошел конфликт, в ходе которого была разбита посуда, телесные повреждения от последнего он не получал. Пришел ФИО2, стал предъявлять претензии из-за разбитой посуды, ударил в голову, ФИО3 упал, затем ФИО2 стал бить в голову ногами, подошел ФИО4, стали избивать вместе, били в голову, по туловищу. Он потерял сознание, очнулся в реанимации. Со слов Свидетель №1, Андреев взял полено, нанес удар ему в голову.

-свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что у ФИО3 и ФИО42 возникла потасовка, задели посуду, но увечий не наносили. Пришел ФИО2 с претензиями по поводу беспорядка, ударил в голову Потерпевший №1 кулаком, тот упал. Вдвоем с ФИО4 они наносили удары в голову, по телу ногами, не давая подняться. Андреев взял полено, с размаху ударил по голове Потерпевший №1. Затем Потерпевший №1 унесли до машины, т.к. он потерял сознание.

-свидетель Свидетель №3 показала, что была очевидцем конфликта Потерпевший №1 и ФИО42, они боролись, но не дрались, в результате была разбита посуда.

Вывод суда о виновности осужденных также подтвержден показаниями свидетелей Свидетель №8, Свидетель №10, ФИО17, Свидетель №25, ФИО9, Свидетель №12, Свидетель №4, ФИО18 и других свидетелей, которые подробно приведены в приговоре.

Показания потерпевшего и свидетелей являются последовательными, дополняют друг друга, позволяя установить обстоятельства совершенного преступления. Свои изобличающие осужденных показания потерпевший Потерпевший №1 подтвердил в ходе очных ставок с ФИО2, ФИО4, Свидетель №24; свидетель Свидетель №1 подтвердила свои показания в ходе очных ставок с Свидетель №24, Свидетель №25.

Кроме того, вина ФИО2 и ФИО4 подтверждается протоколами осмотра места происшествия, осмотра и прослушивания фонограммы, выемок, осмотров предметов, проверки показаний на месте, заключениями экспертов, другими доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Эти доказательства были правильно оценены судом и обоснованно положены в основу приговора, поскольку они последовательны, согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга. Ни одно из доказательств, чья юридическая сила вызывала бы сомнения, не приведено в приговоре суда.

Доводы осужденных и защитников, изложенных в жалобах о недостоверности показаний потерпевшего Потерпевший №1, свидетеля Свидетель №1, суд апелляционной инстанции признает надуманными. Не имеется оснований ставить под сомнение показания свидетелей, которые судом приняты как доказательство.

Так, из протоколов допросов потерпевшего и свидетеля Свидетель №1 следует, что они даны при разъяснении им процессуальных прав, лично прочитаны допрошенными лицами, каких-либо замечаний к протоколу не высказывались, кроме того, данные показания они подтвердили в судебном заседании и на очных ставках, в связи с изложенным суд апелляционной инстанции заявленные в жалобах доводы отвергает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб оценка показаниям потерпевшего и свидетеля Свидетель №1, также как и остальных свидетелей обвинения дана судом в совокупности с иными доказательствами, изложенными в приговоре. Оснований для переоценки этих показаний по доводам жалоб судебная коллегия не усматривает.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами показания свидетелей Свидетель №8, ФИО41, ФИО43, вопреки доводам жалобы адвоката ФИО27, не имеется.

Как следует из приговора, обосновывая свои выводы о виновности ФИО2 и ФИО4, наряду с другими доказательствами, суд сослался на показания свидетелей Свидетель №8, ФИО41, ФИО43 являющихся сотрудниками полиции, которые суду сообщили о проведении ими оперативно-розыскных мероприятий для установления событий преступления. Таким образом, указанные свидетели, не сообщали сведений, ставших им известными во время допроса подозреваемых или обвиняемых, то есть к числу недопустимых доказательств не относятся.

Изложенное соответствует и правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от дата N 44-0, согласно которой положения ст. 56 УПК РФ, определяющей круг лиц, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключают возможность допроса дознавателя, следователя, производивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий. Вместе с тем эти положения, подлежащие применению в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства, не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

По смыслу закона, решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в пункте 3 части 2 статьи 75 УПК РФ, суд должен в каждом случае выяснять, в чем конкретно выразилось допущенное нарушение.

Доводы жалобы адвоката Жернаковой Л.П. о недопустимости доказательств пояснений Свидетель №1 при осмотре места происшествия от дата (т. 1 л.д. 48-58); очных ставок между потерпевшим Потерпевший №1 и ФИО2, ФИО4 (т.1 л.д. 209-213, 225-237); протокола осмотра и прослушивания фонограммы (т.2 л.д. 68-102), подлежат отклонению.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства при производстве данных следственных действий следователем не допущено. Осмотр места происшествия произведен, также как и прослушивание фонограммы в соответствии с ч.1.1 ст. 170 УПК РФ с применением фотографирования. Территория и помещения домовладения осмотрена с участием и разрешения Свидетель №6, составлены соответствующие протоколы, с которым участвующие лица были ознакомлены, поставили свои подписи. Фонограмма была добровольно предоставлена лицом, проводившим запись. Замечаний к протоколам не поступало, произведена фотосъемка. Доказательств, свидетельствующих о подписании участвующими лицами не составленных протоколов, не имеется.

Также по делу установлено, что нарушений уголовно-процессуального закона при их проведении очных ставок с участием потерпевшего Потерпевший №1, в которых он изобличил осужденных не допущено. Участвующим лицам разъяснены соответствующие процессуальные права, протоколы лично прочитаны допрошенными лицами, каких-либо замечаний к протоколу не высказали, кроме того, ФИО4 был допрошен в присутствии избранного им защитника, а Андреев воспользовался правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ. Недозволенные методы в ходе данных следственных действий не применялись.

Вопреки доводам адвоката Мерзлякова, заключения судебно-медицинских экспертиз в отношении потерпевшего Потерпевший №1 о локализации, характере, тяжести, механизме образования повреждений, выявленных у потерпевшего, получены в установленном законом порядке и соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ; выводы экспертов ясны и понятны и не содержат каких-либо противоречий. Суд проверил заключения в соответствии с правилами ст. 87 УПК РФ путем сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле. Нарушений процессуальных прав участников уголовного судопроизводства при производстве экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, не допущено, в связи с чем, отсутствуют основания для признания заключения экспертов недопустимыми доказательствами, экспертные заключения правомерно положены судом в основу приговора.

Не согласие защиты с выводами эксперта ФИО9 не обесценивает заключение эксперта №... от дата, поскольку каких-либо убедительных доводов о допущенных экспертом противоречий в выводах, несоответствии требованиям, предъявляемым к соответствующим заключениям в судебное заседание не представлено. ФИО9 являлся врачом судебно-медицинским экспертом, имеющим высшее медицинское образование, стаж работы с 1994 года, высшую квалификационную категорию по специальности судебно-медицинская экспертиза, потому сомневаться в профессионализме и его квалификации оснований не имеется.

Выводы данного эксперта нашли подтверждение в заключении эксперта №... врача судебно-медицинского эксперта Сибайского межрайонного судебно-медицинского отделения ГБУЗ Бюро СМЭ МЗ РБ ФИО19, имеющего стаж экспертной работы 11 лет.

Эксперты дали свои заключения после разъяснения им прав и обязанностей эксперта, предусмотренных ст. 57 УПК РФ и были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. При этом, свои выводы ФИО9 подтвердил в судебном заседании, будучи допрошенным в качестве свидетеля.

Приведение методики при проведении судебно-медицинской экспертизы не требуется, поскольку дача заключения находится в компетенции врача эксперта. Отсутствие указания на методику проведения экспертизы не влечет недопустимость заключения в качестве доказательства.

Подвергать сомнению данные заключения в виду несогласия с их выводами специалиста ФИО16, вопреки доводам защиты, оснований не имелось. Суд первой инстанции подробно и мотивированно отклонил показания данного специалиста, который сделал свои выводы без учета фактических установленных обстоятельств дела, взяв за основу лишь данные, указанные защитой, с чем полностью соглашается судебная коллегия. Какого-либо научного обоснования заключение специалиста, которое ставит под сомнение выданные заключения экспертов, не содержит.

Назначение повторной судебно-медицинской экспертизы не требовалось, в связи с чем, суд первой инстанции в ее назначении обоснованно отказал, таких оснований для удовлетворения ходатайства защиты не нашла и судебная коллегия.

Доводы ФИО4 и его защитников о непричастности к совершению преступления являются способом защиты, которые отвергнуты судом первой инстанции с приведением мотивов, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется. На участие в причинении тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 прямо указывал потерпевший и свидетель Свидетель №1, будучи неоднократно допрошенными, они давали стабильные и последовательные показания о прямых действиях ФИО4, нанесении им ударов ногами, обутыми в обувь, что находилось в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Потерпевший №1 о своем избиении не одним лицом также указывал медицинским работникам.

Ставить под сомнение показания свидетеля Свидетель №1 в виду их противоречия показаниям свидетелей Свидетель №3, Свидетель №2, Свидетель №6, вопреки доводам адвоката Мерзлякова Д.Н., оснований не имеется, поскольку из их показаний не следует, что они являлись очевидцами конфликта ФИО2, ФИО4 с Потерпевший №1. При этом, обстоятельства, связанные с повреждением посуды в доме Свидетель №6 на квалификацию действий осужденных не влияют.

Доводы адвоката ФИО28, изложенные в жалобе и поддержанные адвокатом Жернаковой Л.П. о не изготовлении полного текста приговора судом при оглашении вводной и резолютивной частей, не вручении его сторонам вплоть до дата, свидетельствующие якобы о нарушении тайны совещательной комнаты в связи с рассмотрением судьей других дел после оглашения приговора, являются надуманными. Из материалов дела следует, что в т.9 на л.д. 138, 139, 140, 144 имеются расписки Потерпевший №1, начальника ИВС ФИО20, ст. помощника прокурора ФИО21, ФИО29 от дата и дата. Оснований полагать, что приговор суда не был изготовлен в совещательной комнате, при таких обстоятельствах, не имеется. Заявления защитников о выдаче копии приговора судом были разрешены и копия судебного акта получена в удобные защитникам даты.

Не соглашаясь с доводами адвоката Жернаковой Л.П. о неверной квалификации действий ФИО2, поскольку в его действиях усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст. 114 УК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Пунктами 2, 10 - 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» разъяснено, что общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица, применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица.

При защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ), обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.

Таким образом, действия оборонявшегося могут расцениваться как превышение пределов необходимой обороны лишь в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в части 2 статьи 37 УК РФ, то есть от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть.

Критерием правомерности причинения ответного вреда в процессе необходимой обороны по общему правилу является общественная опасность посягательства.

При решении вопроса о необходимой обороне, по смыслу закона, также следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие этому событию, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица.

Судом первой инстанции установлено, что между ФИО2 во дворе дома Свидетель №6 возник конфликт с ранее незнакомым Потерпевший №1, в связи с нарушением последним порядка в арендуемом доме, в ходе которого у Андреева возник умысел на причинение Потерпевший №1 тяжкого вреда здоровью. После чего ФИО2 умышленно ударом руки в область головы повалил ФИО70 на землю, нанес удары ему в область головы и туловища обутыми в обувь ногами. ФИО4 к этим действиям присоединился и нанес лежащему потерпевшему, таким же способом, удары. После чего ФИО2, взяв полено, нанес не менее двух, трех ударов в область головы Потерпевший №1. В результате совместных действий осужденных, потерпевший получил телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью.

Об умысле ФИО2 и ФИО4 на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 свидетельствуют фактические обстоятельства по уголовному делу и, в частности, действия осужденных в отношении лежащего потерпевшего, что указывает на наличие условий для причинения ему телесных повреждений при отсутствии с его стороны какого либо посягательства на жизнь как осужденных, так и других лиц.

Оценивая всю совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, осужденные, нанося телесные повреждения потерпевшему, могли осознавать общественно опасный характер своих действий, предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью.

При этом, нахождение потерпевшего в состоянии опьянения и крайне негативная оценка его поведения, указанная стороной защиты, не может повлиять на квалификацию действий осужденных и не освобождает их от ответственности за содеянное. Причинение ущерба имуществу Свидетель №6 разрешено в гражданском порядке, путем частичного удовлетворения ее требований.

Вопреки приведенным в жалобах доводов защиты ФИО2 о наличии у ФИО2 телесных повреждений, полученных им по версии осужденного от применения в отношении него потерпевшим вилки, такие обстоятельства материалами дела и показаниями свидетелей не подтверждаются. Сами по себе обнаруженные в заключении эксперта №526 (т.7 л.д. 29-20) у ФИО2 телесные повреждения от колотых ран не свидетельствуют о том, что они были нанесены Потерпевший №1 в день конфликта и вызывали применение необходимой обороны.

Таким образом, судебная коллегия находит обоснованными выводы суда о том, что осужденные, нанося телесные повреждения потерпевшему, осознавали общественную опасность своих действий, предвидели неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, и желали их наступления, то есть действовали с прямым умыслом на причинение именно таких повреждений. Поэтому позиция защиты о необоснованной квалификации действий ФИО2 материалами дела не нашла своего подтверждения.

Какие-либо не устранённые противоречия в доказательствах и сомнения в виновности осужденных, требующие толкования в их пользу, по делу отсутствуют. Доказательств, полученных с нарушением установленной уголовно-процессуальным законом процедуры, судом в основу приговора не положено.

Как видно из протокола судебного заседания, председательствующим судьей создавались все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, принимались все предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон, в том числе, участникам процесса в полной мере была обеспечена возможность заявлять ходатайства, задавать вопросы допрашиваемым лицам. Замечания на протокол судебного заседания судом разрешены, возможность ознакомления и получение копии протокола сторонам обеспечена.

Выводы суда о квалификации действий ФИО2 по п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО3, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, если они совершены группой лиц; ФИО4 по п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО3, опасного для жизни человека, если они совершены группой лиц, подробно мотивированы в приговоре и являются правильными. Суд первой инстанции обоснованно исключил квалифицирующий признак «из хулиганских побуждений» данный вывод мотивировал, что является правильным.

При этом, ошибочно указанное в описательно-мотивировочной части приговора указание на действия ФИО1 из «хулиганских повреждений» следует исключить из приговора.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно п.1 ч. 1 ст. 389.18, п. 4 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ нарушение требований Общей части Уголовного Кодекса Российской Федерации является основанием для изменения приговора в апелляционном порядке.

Такое нарушение при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции допущено.

Кроме того, согласно общим началам назначения наказания, определенным в ст. 60 УК РФ, лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание при назначении которого учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Перечень смягчающих обстоятельств закреплен в ч. 1 ст. 61 данного Кодекса, допускающей в части второй признание таковыми и иных обстоятельств.

При назначении вида и размера наказания ФИО2 и ФИО4 за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ суд первой инстанции, в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, роль каждого и активность участия в его совершении, данные о личности виновных, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных, и на условия жизни их семьи.

В силу ч.2 ст.61 УК РФ к обстоятельствам смягчающим наказание осужденных суд отнес частичное признание вины ФИО2, его состояние здоровья, возраст подсудимых, положительные характеристики по месту жительства, трудоустройства ФИО4 Также к обстоятельствам смягчающим наказание, суд также отнес поведение ФИО3, который будучи в состоянии алкогольного опьянения, причинил имущественный ущерб Свидетель №6

Однако вышеуказанное поведение суд посчитал невозможным отнести к противоправному, дающим основания причинять ему тяжкий вред здоровью, считая, что доказательств не возможности применения иных мер, стороной защиты суду не представлено.

Согласно пункту 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", установление обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, имеет важное значение при назначении лицу, совершившему преступление, как основного, так и дополнительного наказания. В связи с этим в приговоре следует указывать, какие обстоятельства суд признает смягчающими и отягчающими наказание.

Однако, в нарушение указанных требований, суд в приговоре допустил неверную оценку действий потерпевшего, допустив фактически противоречие относительно его поведения, сославшись на причинение его действиями ущерба Свидетель №6 в состоянии опьянения и не отнеся такие действия к противоправным.

Вместе с тем, смягчающими наказание обстоятельствами законом предусмотрена противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления - п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Как установлено судом, конфликт был начат в связи с нарушением порядка потерпевшим в арендуемом доме, при этом, сам потерпевший в ходе его допроса указывал, что на предъявленные ФИО2 по этому поводу претензии, он отреагировал нецензурно, на что последовали активные действия ФИО2 по нанесению телесных повреждений, к которым присоединился ФИО4. Учитывая изложенное, судебная коллегия считает необходимым признать обстоятельством, смягчающим наказание осужденных, предусмотренное п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ - противоправное поведение потерпевшего Потерпевший №1, явившегося поводом для преступления.

Кроме того, ФИО2 имеет инвалидность 2 группы, что отдельному учету в качестве смягчающего наказание обстоятельства по ч.2 ст. 61 УК РФ не подлежит, поскольку состояние здоровья ФИО2, имеющего заболевания, судом учтено.

Наличие указанного выше смягчающего наказание обстоятельства влечет снижение назначенного наказания осужденных, а ФИО4 снижение наказания необходимо произвести с учетом его роли в совершении преступления.

Суд обоснованно, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени их общественной опасности, не усмотрел оснований для применения положений ст.64 УК РФ, ст.73 УК РФ, поскольку цели наказания - восстановление социальной справедливости, исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений в данном случае не будут достигнуты. Также оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, судом обоснованно не установлено.

Режим исправительного учреждения в соответствии п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ определен правильно.

Указание в описательно-мотивировочной части приговора о том, что мера пресечения подсудимым в виде домашнего ареста подлежит изменению на заключение под стражу, на законность приговора не влияет, поскольку является технической опиской, учитывая, что такая мера пресечения осужденным по делу не избиралась.

Исковые требования потерпевшего разрешены правильно, свое решение суд первой инстанции надлежащим образом мотивировал.

В остальной части приговор следует оставить без изменения, как постановленный в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанный на правильном применении уголовного закона.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Абзелиловского районного суда Республики Башкортостан от 20 апреля 2023 года в отношении ФИО2 ФИО71 и ФИО4 ФИО72 изменить, чем частично удовлетворить апелляционную жалобу защитника Жернаковой Л.П. и осужденного ФИО2

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на действия ФИО2 из «хулиганских повреждений».

Признать на основании п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством ФИО2 и ФИО4 противоправное поведение потерпевшего ФИО8, явившегося поводом для преступления.

Снизить назначенное ФИО2 наказание по п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ до 3 лет 10 месяцев лишения свободы.

Снизить назначенное ФИО4 наказание по п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ до 3 лет 6 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитников – адвокатов Ишимова Р.Ф., Мерзлякова Д.Н., осужденного ФИО4 без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) через районный суд в течение шести месяцев со дня вынесения, а осужденным, находящимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии определения.

В случае обжалования судебных решений в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Е.А. Абдульманова

Судьи: Е.В. Бурылева

Е.С. Шафикова

справка: дело № 22-3601/2023

судья Осипов В.Н.