РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 декабря 2023 года гор.Улан-Удэ

Советский районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Танганова Б.И., при секретаре Ерахаевой В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО1 к начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Бурятия ФИО2 о признании незаконной и не соответствующей действительности информации, указанной в техническом паспорте следственного изолятора,

установил:

Обращаясь в суд, ФИО1 просит признать незаконной и не соответствующей действительности информации, указанной в техническом паспорте следственного изолятора – указания о том, что все камеры режимных корпусов оснащены перегородками, отгораживающими санитарные узлы в целях обеспечения приватности. В обоснование требований административный истец указал, что во время судебных разбирательств ему стало известно о том, что в соответствии с (техническим) паспортом следственного изолятора №1 УФСИН России по РБ он узнал вышеизложенную информацию. Однако данная информация не соответствует действительности и является ложной, начальнику следственного изолятора известно, что во всех камерах карцерного типа режимных корпусов отсутствуют какие-либо перегородки, отгораживающие санитарный узел от смотрового глазка в двери камеры, от форточки в двери камеры, от жилой зоны камеры, стола для приема пищи. Данная информация содержится на технического паспорта. Необеспечение приватности является унижающим достоинство человека, в частности лиц содержащихся в СИЗО-1 г.Улан-Удэ, мужского и женского пола. Просит принять меры направленные на защиту нарушенного права (ст.21 Конституции РФ) и взыскать с ответчика денежную компенсацию.

Определением суда к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Бурятия и УФСИН России по Республике Бурятия.

В судебном заседании административный истец ФИО1, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, доводы и требования изложенные в административном исковом заявлении поддержал. Суду пояснил, что информация о наличии в карцерных камерах режимных корпусов следственного изолятора перегородок, отгораживающих санитарные узлы в целях обеспечения приватности, содержащаяся в техническом паспорте не соответствует действительности. На удовлетворении заявленных им требований настаивал, не дождавшись окончания разбирательства по существу спора, удалился, не желая в дальнейшем принимать участие в судебном заседании.

Представитель ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Бурятия по доверенности ФИО3 в судебном заседании с требованиями ФИО1 не согласилась по доводам изложенным в письменных возражениях. Суду пояснила, что информация содержащая в техническом паспорте следственного изолятора соответствует действительности, т.к. во всех камерах следственного изолятора отгораживание санитарных узлов камер от жилых помещений, в целях обеспечения приватности произведено. Считала, что административным истцом не доказано нарушение его прав и законных интересов сведениями отраженными в техническом паспорте.

В судебном заседании представитель УФСИН России по Республике Бурятия по доверенности ФИО4 в судебном заседании с требованиями ФИО1 не согласилась, доводы представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Бурятия поддержала. Просила в удовлетворении исковых требований отказать..

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации и ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу п. 1 ч. 9, ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, обратившееся в суд, должно доказать нарушение своих прав, свобод и законных интересов.

Согласно статье 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушают права и свободы заявителя, а также не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту. Из названного положения следует, что отсутствие указанной совокупности является основанием для отказа в удовлетворении требований, при этом на лицо, обратившееся в суд, возлагается обязанность доказывать факт нарушения его прав, свобод и законных интересов (пункт 1 части 9 и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В силу положений ч.1 ст.178 КАС РФ суд принимает решение по заявленным административным истцом требованиям.

Судом исследован технический паспорт ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Бурятия, утв. ., на странице которого в том числе содержатся сведения о том, что во всех камерах режимных корпусов выполнена работа по отгораживанию санитарных узлов камер от жилых помещений сплошными перегородками, обеспечивающими приватность.

Исходя из позиции представителя ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Бурятия следует, что указанные сведения не содержат информации о камерах карцерного типа (штрафных изоляторах).

Исходя из исследованных судом сведений технического паспорта, суд соглашается с данной позицией, т.к. на странице 17 названного документа информации о камерах карцерного типа (штрафных изоляторах) не содержится, указано лишь на камеры режимных корпусов.

Технический паспорт это документ, в котором содержатся характеристики объекта капитального строительства. Таким образом, исходя из заявленных истцом требований, сведения содержащиеся в техническом паспорте следственного изолятора сами по себе не могут повлечь нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца, т.к. по своей сути не возлагают на него неблагоприятные обязанности, не являются решениями, действиями (бездействием) должностных лиц, которые могут быть оспорены в порядке гл.22 КАС РФ.

Судом обсуждены доводы административного истца о нарушении приватности в камерах карцерного типа.

В соответствии с ч. 1 ст. 83 УИК РФ, администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Согласно ст. 34 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", подозреваемые и обвиняемые находятся в местах содержания под стражей под охраной и надзором и передвигаются по территориям этих мест под конвоем либо в сопровождении сотрудников мест содержания под стражей. В целях осуществления надзора может использоваться аудио- и видеотехника.

Руководствуясь указанными нормами, суд находит, что применение к лицу, совершившему преступление, такого наказания, как лишение свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. В любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, т.е. такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и как следствие ограничение конституционных прав, в том числе на неприкосновенность частной жизни, является допустимым и оправданным в целях обеспечения личной безопасности осужденных, а также сотрудников учреждения.

Согласно п. 5 Приложения N 1 "Номенклатура и сроки эксплуатации мебели, инвентаря, и предметов хозяйственного обихода для общежитий (камер) и объектов коммунально-бытового назначения учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", утвержденного Приказом ФСИН России от 27 июля 2006 года N 512, установлено, что камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник), окно - форточкой. Для оборудования одиночных камер исправительных учреждений такие требования вышеуказанным Приказом не предусмотрены. Таким образом, камерное помещение карцерного типа (штрафной изолятор) предназначено для содержания одного человека, в связи с чем, не имеет ограждения санитарного узла от основного помещения.

Суд обсуждены и отклоняются доводы административного истца относительно нарушения норм приватности при пользовании санузлом путем осуществления наблюдения за ним через «глазок» и «окошко» на входной двери сотрудниками ФКУ СИЗО-1. Для обозрения в дело представлены фототаблицы одиночных камер карцерного типа (штрафных изоляторов), из которых усматривается, что угол обзора «глазков», на окнах в дверях и видеокамерах, установленных в одиночных камерах следственного изолятора, исключает возможность наблюдения за санитарными узлами.

Суд принимает во внимание, что обязанность сотрудников следственного изолятора на посту у камер контролировать выполнение подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными установленного порядка содержания под стражей и Правил внутреннего распорядка, обязанность по надзору за поведением таких лиц через глазок установлена Приказом Министерства юстиции РФ от и как следствие возможность постоянного беспрепятственного наблюдения должностными лицами следственного изолятора за поведением лица, содержащегося в карцере, обусловлена условиями содержания лица, осужденного к наказанию в виде лишения свободы, и вызвана необходимостью осуществления надзора за поведением осужденного, предусмотрена действующим законодательством и не превышает тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, направлен на обеспечение существующего режима содержания под стражей и безопасности как должностных лиц следственных изоляторов, так и самих подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей, и, соответственно, не нарушает права и законные интересы последних.

Исходя из изложенного суд приходит к выводу о том, что, несмотря на отсутствие перегородки между санузлом и основным помещением камеры, условия содержания ФИО1 (по указанным им обстоятельствам) в СИЗО-1 не нарушали прав административного истца и необходимых требований приватности, поскольку тот содержался один в одиночной камере, при этом угол обзора глазков и в дверных проемах, а также видеокамерах, установленных в одиночных камерах следственного изолятора, исключает возможность наблюдения за санитарными узлами, в связи с чем, в данной части права и законные интересы осужденного не нарушены.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения административного искового заявления ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы в Советский районный суд г.Улан-Удэ.

Мотивированное решение изготовлено 18.12.2023г.

Судья Б.И. Танганов