Дело № 2-1495/2022 (2-9221/2021;)

УИД: 78RS0014-01-2021-007218-83

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 14 июня 2022 года

Московский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Виноградовой О.Е.,

при секретаре Кривуля А.А.,

рассмотрев в открытом основном судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Гуд Агро» к ФИО1, ФИО2, ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчикам, просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: , заключенный 11 июня 2020 года между ФИО1 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки.

В обоснование иска истец указывает, что заочным решением Хасавюртовского районного суда Республики Дагестан от 03 декабря 2019 года по гражданскому делу № 2-833/2019 с ФИО2 в пользу ООО «Гуд Агро» взыскан основной долг в сумме 4 402 389,64 рублей, неустойка в сумме 1 802 381,70 рубль, неустойка, начисленная на сумму задолженности, за период с 23 апреля 2019 года по день фактической оплаты задолженности, исходя из ставки 0,03% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки.

18 февраля 2020 года возбуждено исполнительное производство в отношении должника ФИО2, предмет исполнения: иные взыскания имущественного характера в размере 6 402 771,34 рубль в пользу взыскателя ООО «Гуд Агро».

23 сентября 2020 года возбуждено исполнительное производство в отношении должника ФИО2 о взыскании в пользу ООО «Гуд Агро» денежных средств в размере 95 996,43 рублей.

На дату подачи искового заявления, задолженность по указанным исполнительным документам должником не погашена.

Судебными приставами-исполнителями были направлены запросы с целью проверки имущественного положения должника и установления его источников дохода.

Из полученных ответов установлено, что за указанным должником не было зарегистрировано какого-либо движимого или недвижимого имущества.

Согласно, ответов из контролирующих, регистрирующих органов движимого, движимого имущества на праве собственности за должником не зарегистрировано.

Согласно сведениям, имеющихся в материалах исполнительных производств у должника отсутствует движимое и недвижимое имущество, находящееся в собственности, за счет которого возможно исполнить требование исполнительного документа.

Судебным приставом-исполнителем проверено имущественное положение по месту фактического проживания должника, имущества подлежащего описи аресту не выявлено, о чем судебным приставом-исполнителем составлен соответствующий акт от 11 марта 2020 года.

Вместе с тем, ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ состоит в законном браке с ФИО1

С 14 июля 2006 года супруги имели в совместной собственности недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, , площадью 94,5 кв.м.

Весной 2020 года между представителем ООО «Гуд Агро» и ФИО2 достигнута договоренность об обеспечении долга залогом данной квартиры.

Для оформления сделки истцом была запрошена выписка из ЕГРН относительно квартиры.

Согласно полученной выписке установлено, что с 16 июня 2020 года новым собственником спорной квартиры является ответчик ФИО1

Таким образом, в период рассмотрения иска и после вынесения заочного решения по гражданскому делу № 2-833/2019, должнику принадлежало на праве общей совместной собственности дорогостоящее недвижимое имущество, которое отчуждено в период исполнительного производства, о котором должнику было доподлинно известно.

Своими действиями должник исключил квартиру из объема имущества, на которое могло быть обращено взыскание в рамках исполнительных производств, а потому данная сделка, по мнению истца, является мнимой.

Представитель истца в судебное заседание явилась, поддержала заявленные исковые требования.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о дате и времени судебного заседания были извещены надлежащим образом.

С учетом ст. 167 ГПК РФ суд приходит к выводу о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав представителя истца, изучив материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В п. 1 ст. 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. ст. 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным при установлении очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04 марта 2015 года, разъяснено, что злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 и п. 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий. Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права охраняемые законом интересы нарушает этот договор, должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконно или недобросовестного поведения.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка может быть признана недействительной только по основаниям, установленным законом.

Согласно ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных п.2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правого акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ, если сделка нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, такая сделка ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По смыслу действующего гражданского законодательства обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки

Распоряжение имуществом собственника путем заключения договора купли-продажи само по себе является правомерным действием, возможность которого не исключается и при наличии у гражданина тех или иных гражданско-правовых обязательств.

Однако, действия собственника, направленные на распоряжение принадлежащим ему имуществом в нарушение закона или с целью причинить ущерб правам и охраняемым интересам других лиц, противоречит закону, что в силу ст. 168 ГК РФ является основанием для признания сделки недействительной (ничтожной), а при установления факта злоупотребления правом, в силу п.п. 2, 3 ст. 10 ГК РФ, права такого собственника не подлежат защите.

Как установлено судом и следует из материалов дела, заочным решением Хасавюртовского районного суда Республики Дагестан от 03 декабря 2019 года по гражданскому делу № 2-833/2019 с ФИО2 в пользу ООО «Гуд Агро» взыскан основной долг в сумме 4 402 389,64 рублей, неустойка в сумме 1 802 381,70 рубль, неустойка, начисленная на сумму задолженности, за период с 23 апреля 2019 года по день фактической оплаты задолженности, исходя из ставки 0,03% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки.

18 февраля 2020 года возбуждено исполнительное производство № на основании исполнительного листа № от 30 января 2020 года в отношении должника ФИО2, предмет исполнения: иные взыскания имущественного характера в размере 6 402 771,34 рубль в пользу взыскателя ООО «Гуд Агро».

23 сентября 2020 года возбуждено исполнительное производство № на основании исполнительного листа № от 16 июля 2020 года в отношении должника ФИО2 о взыскании в пользу ООО «Гуд Агро» денежных средств в размере 95 996,43 рублей.

Доказательств погашения задолженности по указанным исполнительным производствам ответчиками не представлено.

Как следует из материалов дела, общая сумма по вышеуказанным исполнительным производствам составляет 6 071 581,94 рубль.

Судебным приставом-исполнителем проверено имущественное положение по месту фактического проживания должника, имущества подлежащего описи аресту не выявлено, о чем судебным приставом-исполнителем составлен соответствующий акт от 11 марта 2020 года (т. 2, л.д. 178).

ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ состоит в законном браке с гражданкой РФ ФИО1, что подтверждается свидетельством о заключении брака (т. 2, л.д. 180).

Как следует из представленного в материалы дела свидетельства о государственной регистрации права (т. 2, л.д. 181), выписки из ЕГРН (т. 2, л.д. 182), с 14 июля 2006 года ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: кв.м, на основании договора № от 13 ноября 2003 года о долевом участии в строительстве жилого дома, заключенного ею в период брака с ФИО2 как должником перед истцом, и акта приема-передачи объекта долевого строительства от 19 декабря 2005 года (т. 3, л.д. 143 – 148).

Согласно п.1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (ст. 36 СК РФ).

Поскольку данная квартира была приобретена ФИО1 в период брака с ФИО2, доказательств того, что данная квартира была приобретена на личные средства ФИО1 материалы дела не содержат, стороной ответчиков в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено, а судом не добыто, то суд приходит к выводу о том, что данная квартира являлась совместной собственностью супругов.

В соответствии с ч.3 ст. 256 ГК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

Согласно выписке из ЕГРН следует, что с 16 июня 2020 года новым собственником спорной квартиры является ответчик ФИО1 (т. 2, л.д. 182 – 185).

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, наличие исполнительных производств в отношении ответчика ФИО2, суд соглашается с доводами истца, что договор купли-продажи между ответчиком ФИО1 и ФИО1 спорной квартиры по адресу: Санкт-Петербург, совершен с целью сокрытия части имущества, принадлежащего ответчику ФИО2 от обращения на него взыскания по исполнительным производствам, возбужденным на основании заочного решения Хасавюртовского районного суда Республики Дагестан от 03 декабря 2019 года по гражданскому делу № 2-833/2019.

Суд считает, что в результате совершения сделки купли-продажи квартиры по адресу Санкт-Петербург, , часть имущества, принадлежащая ответчику ФИО2, была выведена из массы, на которую могло быть обращено взыскание по решению суда о взыскании с него задолженности в пользу истца, что привело к невозможности исполнения судебного решения надлежащим образом и к нарушению прав истца как взыскателя.

Данный вывод суда подтверждается совокупность обстоятельств по делу, в том числе фактом сохранения бывшим собственником ФИО1 регистрации в спорной квартире, тогда как новый собственник на регистрацию по данному адресу не встал, не признавал бывшего собственника прекратившей право пользования спорной квартирой; фактом выдачи 11.06.2020 ФИО2 как должником перед истцом нотариального согласия на отчуждение спорной квартиры (т. 3, л.д. 153), несмотря на то, что он доподлинно знал о наличии вступившего в законную силу судебного акта и возбужденных исполнительных производств о взыскании с него крупной денежной суммы в пользу истца; непредставлением ответчиком ФИО1 в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду каких-либо письменных доказательств действительности оспариваемой сделки, равно как и личных пояснений обстоятельств совершения данной сделки, свидетельских показаний и т.п., несмотря на то, что он доподлинно знает о настоящем судебном разбирательстве, его представитель участвовал в судебном процессе.

Оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь ст.ст. 1, 10, 166, 168 ГК РФ, а также разъяснениями, содержащими в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», суд приходит к выводу о том, что истец имел право на обращение в суд с настоящим исковым заявлением о признании договора купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, , заключенного 11.06.2020 между ФИО1 как продавцом и ФИО1 как покупателем, недействительным, в связи с тем, что этой сделкой его права на получение исполнения по судебному решению нарушены, в связи злоупотреблением правом со стороны ответчиков, при этом действия ответчиков следует расценивать как недобросовестные, предпринятые в ущерб интересам истца, с целью не допустить обращение взыскание на имущество ответчика ФИО2

Таким образом, суд полагает, что требование истца о признании недействительным договора купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, заключенного 11 июня 2020 года между ФИО1 как продавцом и ФИО1 как покупателем, является законным и обоснованным, подлежащими удовлетворению.

В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку сделка по продаже квартиры по адресу: Санкт-Петербург, , заключенная 11 июня 2020 года, заключенной между ФИО1 как продавцом и ФИО1 как покупателем, признана судом недействительной, то суд приходит к выводу о возможности применения последствий недействительности сделки в виде возврата жилого помещения по адресу: , в собственность ФИО1

В силу пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации размер государственной пошлины по исковым требованиям имущественного характера исчисляется в зависимости от цены иска.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 91 ГПК РФ цена иска определяется по искам о праве собственности на объект недвижимого имущества, принадлежащий гражданину на праве собственности, исходя из стоимости объекта, но не ниже его инвентаризационной оценки или при отсутствии ее – не ниже оценки стоимости объекта по договору страхования.

Таким образом, государственная пошлина должна быть оплачена, исходя из кадастровой стоимости спорного имущества.

Как следует из материалов дела, кадастровая стоимость квартиры по адресу: Санкт-Петербург, , составляет 10 408 448, 40 рублей.

Следовательно, государственная пошлина за подачу настоящего иска в суд должна была быть уплачена в бюджета г. Санкт-Петербурга в размере 60 000 рублей, исходя из кадастровой стоимости спорной квартиры.

В соответствии со ст. 103 ГПК суд считает возможным взыскать с каждого ответчика в пользу бюджета г. Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере по 20 000 рублей, неоплаченную истцом при подаче иска ввиду предоставленной ему отсрочки по ее оплате.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Заявленные исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Гуд Агро» – удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, заключенный 11.06.2020 между ФИО1 как продавцом и ФИО1 как покупателем. Отменить государственную регистрацию права собственности ФИО1 на указанную квартиру, произведенную Управлением Росреестра по Санкт-Петербургу 16.06.2020 №.

В порядке применения последствий недействительности сделки возвратить жилое помещение по адресу: , в собственность ФИО1.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 20 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 20 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 20 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд города Санкт-Петербурга.

Судья: О.Е. Виноградова

Мотивированное решение суда изготовлено 07 сентября 2022 года.