Решение по делу № 2-1192/2024 от 18.04.2025 - о признании договоров купли-продажи недействительными, о включении в состав наследства, о признании права собственности в порядке наследования.

КОПИЯ

66RS0008-01-2024-000848-71

Дело № 2-14/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 апреля 2025 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего судьи Бычковой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Ильиной Е.А.,

с участием представителей истца ФИО1, действующего по доверенности <№> от 13.06.2023 и адвоката Устиновой А.Ю., действующей на основании ордера № <№> от 18.06.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договоров купли-продажи недействительными, о включении в состав наследства, о признании права собственности в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском (с учетом уточненных требований) к ФИО3, ФИО4, в котором просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры <Адрес> в г. Нижний Тагил, заключенный 19.11.2009 между ФИО5 и ФИО4, признать недействительным договор купли-продажи квартиры <Адрес> в г. Нижний Тагил, заключенный 31.01.2012 между ФИО4 и ФИО3, исключив из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о регистрации прав собственности за ФИО3 на вышеуказанную квартиру, регистрационный <№> от 27.02.2012, применить последствия недействительности сделок, включить в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО5 квартиру <Адрес> в г. Нижний Тагил, признать право собственности ФИО2 на квартиру <Адрес> в г. Нижний Тагил в порядке наследования по закону.

В обоснование заявленных требований указано, что истец является дочерью ФИО6, умершего 03.06.2023 и внучкой ФИО5, умершей 02.03.2015. При оформлении наследственных прав стало известно о том, что квартира <Адрес> в г. Нижний Тагил, которую как считала истец, унаследовал ее отец после смерти мамы ФИО5, незаконно выбыла из ее собственности. Так, 19.11.2019 был заключен договор купли-продажи квартиры <Адрес> в г. Нижний Тагил, между ФИО5 и ФИО4. ФИО5 продала квартиру якобы за 1 000 000 рублей. Однако никаких денежных средств от продажи квартиры ФИО5 не получала, продолжала проживать в указанной квартире до самой смерти, оплачивала платежи за нее. В дальнейшем 27.02.2012 ФИО4 заключила договор купли-продажи квартиры <Адрес> в г. Нижний Тагил с ФИО3. Полагает, что обе сделки недействительные, так как в момент составления договора ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены нотариус нотариального округа город Нижний Тагил и Пригородный район Свердловской области ФИО7, ФИО8.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, обеспечила участие в судебном заседании своих представителей. Ранее в судебном заседании от 24.10.2024 на исковых требованиях настаивала, суду пояснила, что, сколько себя помнит, бабушка ФИО5 была не постоянна, не работала, теряла деньги, когда получала пенсию, не убиралась дома, готовила в грязной посуде, не имела постоянного места жительства. Бабушка окончила 7 классов, образования не смогла получить, работала очень кратковременные промежутки времени, занималась спекуляцией. Спорная квартира была муниципальной, бабушка ее получила, когда подрабатывала дворником. Однако проживать в квартире был невозможно, так как она была захламлена мусором, который бабушка приносила с улицы, отсутствовал унитаз. В 1957 или 1959 году бабушка проходила лечение в психиатрической больнице. На учетах у каких-либо специалистов бабушка не состояла, так как ее невозможно было никуда отвести. Бабушка умерла в 2015 году, причина смерти – атеросклероз. Бабушка умерла в спорной квартире. Она полагала, что отец вступил в наследство после смерти бабушки, в том числе и на спорную квартиру. С 2014 году до самой смерти она ухаживала за бабушкой. В указанный период бабушка таскала домой пластиковые бутылки, чужие, поношенные, грязные вещи, могла зимой надеть легкую куртку, а летом тепло одеться. Иногда в общении называла ее Людмилой, то есть мамой истца. После смерти отца в 2023 году она вступила в наследство и узнала, что бабушка продала спорную квартиру неизвестным ей людям.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить, по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель истца – адвокат Устинова А.Ю. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить, по основаниям, изложенным в заявлении.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. Ранее 23.12.2024 направила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что исковые требования признает. Проживая с ФИО3 до 2012 года, она познакомилась с ФИО5, родственницей последнего. ФИО5 имела квартиру <Адрес> в г. Нижний Тагил. ФИО3 поселил ФИО5 у себя дома по <Адрес>, так как с ее стороны поступали жалобы о преследовании, боялась одна оставаться в квартире, говорила, что у нее хотят забрать квартиру. ФИО9 заявила желание переписать данную собственность на нее, чтобы не лишиться квартиры, под видом сделки купли-продажи. Прожив у них год, ФИО9 ушла по делам и не вернулась. Они ее искали. Поняли, где она находится, в очень непонятной ситуации. В это же время ей пришла повестка в суд на заседание, на котором выяснилось, что Галину действительно хотели лишить квартиры по средствам махинаций. Судом было принято решение переписать квартиру на ФИО3, которым там произведет ремонт, и ФИО9 будет там проживать. Решение суда она выполнила. Первый и второй договоры купли-продажи были фиктивные. Квартира была просто переписана без выплат денег. После чего с ФИО3 они разошлись, больше не общались, не виделись.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах не явки суд не уведомил.

Третье лицо нотариус нотариального округа город Нижний Тагил и Пригородный район Свердловской области ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Третье лицо ФИО8 умер 16.09.1997, что подтверждается актовой записи о смерти № 1323 от 16.09.1997.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля ФИО10, исследовав собранные по делу письменные доказательства, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу положений ч. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1). При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункты 3, 5 пункта 2). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

По смыслу приведенных положений данной нормы, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Судом установлено, что ФИО5 является родной бабушкой по линии отца ФИО2, что подтверждается актовыми записями.

02.03.2015 ФИО5, умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти и актовой записью о смерти от 04.03.2015.

После смерти ФИО5 открылось наследство, в том числе в виде <Адрес> в г. Нижний Тагил.

С заявлением о принятии наследства обратился сын умершей ФИО6, которому выданы свидетельства о праве на наследство по закону на неполученную сумму пенсии и других выплат, а также денежных вкладов в ОАО «Сбербанк России».

03.06.2023 ФИО6 умер, что подтверждается копией свидетельства о смерти и актовой записью о смерти от 09.06.2023.

После смерти ФИО6 открылось наследство. С заявлением о принятии наследства обратилась дочь умершего ФИО2, которой выданы свидетельства о праве на наследство по закону на 1/3 долю квартиры <Адрес> в г. Нижний Тагил, долю в уставном капитале ООО «Центр Медицинской техники», на денежные средства в ПАО «Сбербанк России».

Спорное жилое помещение – <Адрес> в г. Нижний Тагил, представляет собой изолированную однокомнатную квартиру, которая ранее на праве единоличной собственности принадлежала ФИО5 на основании договора № 2605 от 06.10.2009 передачи жилого помещения в собственность граждан.

Согласно договору купли-продажи от 19.11.2009, заключенному между ФИО5 и ФИО4, продавец продала, а покупатель купила в собственность жилое помещение - <Адрес> в г. Нижний Тагил за 1 000 000 рублей, полностью уплаченных покупателем продавцу до подписания настоящего договора.

16.12.2009 указанный договор купли-продажи, а также право собственности ФИО4 на указанную квартиру, зарегистрированы в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, что подтверждается выпиской из реестра.

Согласно договору купли-продажи от 31.01.2012, заключенному между ФИО4 и ФИО3, продавец продал, а покупатель купил в собственность жилое помещение - <Адрес> в г. Нижний Тагил за 1 000 000 рублей, полностью уплаченных покупателем продавцу до подписания настоящего договора.

27.02.2012 указанный договор купли-продажи, а также право собственности ФИО3 на указанную квартиру, зарегистрированы в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, что подтверждается выпиской из реестра.

Сторона истца в обоснование требования о признании договоров купли-продажи недействительными ссылается на то, что ФИО5 после заключения сделки денежные средства за квартиру не получила, продолжила проживать в указанной квартире до момента смерти, а также имела по данному адресу регистрацию.

Судом установлено, что ФИО5 до 02.03.2015 проживала в спорной квартире, сохраняла регистрацию по указанному адресу, что подтверждается справкой МКУ «СПО» о зарегистрированных в квартире лицах, с регистрационного учета снята в связи со смертью.

Из актовой записи о смерти ФИО5 №315 от 04.03.2015 следует то последнее местожительства умершей: г. Нижний Тагил, <Адрес> (том 1 л.д. 216). Из материалов наследственного дела, открывшегося после смерти ФИО5, следует, что последним местом жительства умершей являлся адрес: г. Нижний Тагил, <Адрес> (том 1 л.д. 36-63).

Ответчик ФИО4 в своем отзыве также подтвердила, что денежные средства после совершенной сделки с ФИО5 о продаже спорной квартиры, последней не передавала, сделка была фиктивной. Следующий договор купли-продажи заключенный между ней и ФИО3 также был фиктивный, денежные средства за продажу квартиру она не получила.

Иного суду не представлено.

Таким образом, как следует из представленных материалов, реальные правовые последствия, предусмотренные для договоров купли-продажи, для сторон не наступили, сделки договоров купли-продажи фактически носили формальный характер, указанное в судебном заседании подтвердила истец, указав, что в спорной квартире по-прежнему расположены вещи истца, ключи от квартиры всегда были у ФИО5 и истца, на период когда она осуществляла уход за бабушкой.

После совершения оспариваемых сделок и до подачи искового заявления каких-либо распорядительных действий в отношении квартиры ФИО5 совершено не было, ответчики не проживали в спорной квартире, не зарегистрированы в ней по месту жительства, не разместили свои вещи.

Ответчик ФИО4, как следует из сведений Отдела по вопросам миграции, в период 2000 года по 2021 год имела регистрацию по адресу: г. Нижний Тагил, <Адрес> с 2021 года по настоящее время зарегистрирована в г. Нижний Тагил по <Адрес> (том 1 л.д. 204). Ответчик ФИО3 с 2008 года по настоящее время зарегистрирован по <Адрес> в г. Нижний Тагил (том 1 л.д. 203).

Кроме того, в судебном заседании установлено, что ФИО5 в момент заключения сделки в силу своего возраста, психического состояния здоровья не понимала значение своих действий и не руководила ими.

Так, свидетель ФИО10 суду показала, что с рождения по настоящее время она проживает по адресу: <Адрес>. ФИО5 она знает как соседку из <Адрес>. После 2000 года у ФИО5 стали появляться проблемы в поведении, она захламляла общий тамбур мусором, приносила испорченные продукты питания, ночевала в подъезде, так как в квартире не было света, воды, унитаза, теряла ключи от квартиры, когда ночевал дома спала в ванной на досках, так как кровать стояла в разобранном состоянии. На замечания ФИО5 реагировала агрессивно, на одно из ее замечаний схватила топор и замахнулась на нее. Из квартиры ФИО5 исходил неприятный запах, появились крысы. Гостей у ФИО5 она не видела, один раз видела ФИО5 с мужчиной и женщиной, по подъезду ходили слухи, что у нее объявился племянник. В 2005 году она поставила дверь в общем коридоре, отгородив свою квартиру от квартиры ФИО5. Когда умерла ФИО5 ей неизвестно. С 2015 году в квартире стали проживать асоциальные лица, так как квартира была постоянно открыта. В целях безопасности они заколотили дверь квартиры досками.

По ходатайству истца определением суда была назначена посмертная судебная психиатрическая для определения психического состояния ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в момент составления 19.11.2009 договора купли-продажи квартиры. По заключению комиссии экспертов ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая психиатрическая экспертиза» <№> от 28.02.2025 у ФИО5 на момент совершения сделки 19.11.2009 имелось психическое расстройство – психическое расстройство без дополнительных уточнений (код по МКБ-10: F99.9). об свидетельствует выявление у подэкспертной выраженных нарушений бытовой адаптации, с антисанитарией, несоблюдением личной гигиены, снижением критических и прогностических способностей, эпизодами агрессивного поведения, а также страхом, идеями ущерба, преследования. У ФИО5 также имелись такие индивидуально-психологические особенности, в том числе обусловленные психическим расстройством, как агрессивность, социально-бытовая дезадаптацию, наличие субъективных аффективных тем переживаний. Согласно пояснениям участников процесса, у ФИО5 отмечались выраженные нарушения бытовой адаптации, с антисанитарией, несоблюдением личной гигиены, снижением критических и прогностических способностей, эпизодами агрессивного поведения, а также страхом, идеями ущерба, преследования, по причине которых и совершила оспариваемую сделку. При этом, объективных данных о психическом состоянии не представлено. Поэтому лишь с высокой степенью вероятности можно утверждать, что на момент совершения сделки 19.11.2009 ФИО5 находилась в состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд принимает во внимание показания свидетеля, заключение экспертизы, иные материалы дела, в силу положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации делает на основе их оценки вывод о том, что ФИО5 продолжала пользование спорной квартирой после оформления договора купли-продажи 19.11.2009, ответчики не вступили во владение квартирой как своей собственной. Более того, в момент сделки ФИО5 с высокой степенью вероятности находилась в состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

При этом показания свидетеля ФИО10 данные выводы не опровергают.

Спорная квартира являлась единственным жилым помещением для ФИО5, возможности приобрести другое жилье она не имела с учетом возраста, отсутствия соответствующего дохода, доказательств иного в материалы дела не представлено.

Указанные обстоятельства объективно свидетельствуют о том, что оспариваемые договоры купли-продажи были совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия в виде передачи квартиры новому собственнику.

Выраженная в договоре купли-продажи от 19.11.2009 воля ФИО5, сформировалась вследствие существенного заблуждения относительно природы сделки, поскольку истец не имела намерения произвести отчуждение своего имущества и лишить себя права собственности на спорную квартиру, являющуюся для нее единственным жильем. Более того, в момент сделки ФИО5 с высокой степенью вероятности находилась в состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

С учетом изложенных выше обстоятельств, доводы стороны истца, в том числе, о том, что ФИО5 находилась в состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими, более того не планировала отчуждать имеющуюся у нее квартиру, признаются судом достоверными, не опровергнуты какими-либо иными доказательствами стороной ответчика ФИО11, подтвердившей, что намерений распоряжаться квартирой ФИО5 у нее не было.

В связи с чем суд пришел к выводу об отсутствии волеизъявления ФИО5 на отчуждение принадлежащей ей квартиры по договору купли-продажи, что свидетельствует о заблуждении ФИО5 относительно природы сделки и ее правовых последствий.

В связи с чем подлежат применению последствия недействительности сделки по передаче в собственность истца спорной квартиры.

Кроме того, судом также установлено, что выраженная в договоре купли-продажи от 31.01.2012 воля ФИО4 также сформировалась вследствие существенного заблуждения относительно природы сделки, поскольку ответчик ФИО4 полагала, что данная квартира формально переходит в распоряжение ответчика ФИО3, поскольку ей было известно, что ФИО5 не имела намерения произвести отчуждение своего имущества и лишить себя права собственности на спорную квартиру.

Согласно части 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 101 постановления от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения.

Между тем в данном случае исполнение сделки не началось, поскольку фактически жилое помещение ФИО5 до момента своей смерти не освобождала и не передавала ФИО4, а в дальнейшем ФИО3, пользовалась им как своим собственным, в связи с чем по требованиям о признании спорных договоров купли-продажи ничтожными в силу статьи 170 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации срок исковой давности не истек.

С учетом положений пункта 5 части 2 статьи 14 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» решение является основанием для внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности на указанное имущество ФИО3.

В силу п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом, в том числе на основании договора купли-продажи. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст.1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

На основании ст. 1112 названного Кодекса в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1141 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст.ст. 1142-1145 и 1148 настоящего Кодекса. При этом наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст.1117), либо лишены наследства (п.1 ст.1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя (ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 1112 названного Кодекса в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

На основании п. 1 ст.1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Согласно пунктов 1 и 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Под фактическим вступлением во владение наследственным имуществом, подтверждающим принятие наследства в силу статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, закон подразумевает любые действия наследника по управлению, распоряжению и пользованию этим имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, уплата налогов, других платежей и т.п. Фактическое вступление во владение частью имущества рассматривается законом как принятие всего наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно не находилось.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 23 апреля 1991 года «О некоторых вопросах, возникающих у судов по делам о наследовании», под фактическим вступлением во владение наследственным имуществом, подтверждающим принятие наследства, следует иметь в виду любые действия наследника по управлению, распоряжению и пользованию этим имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии или уплату налогов, страховых взносов, других платежей и т.п. Указанные действия должны быть совершены в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Помимо этого, пунктом 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации. В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.

Поскольку на момент смерти ФИО5 последовавшей 02.03.2015 квартира с кадастровым номером <№>, расположенная по адресу: Свердловская область, город Нижний Тагил, <Адрес> выбыла из владения ФИО5 как установлено судом в результате мнимой сделки, она должна быть включены в наследственную массу ФИО6.

Согласно материалам наследственного дела № 386/2015, открытого после смерти ФИО5, к нотариусу с заявлением о принятии наследства, обратился ФИО6.

Таким образом, ФИО6 фактически вступил в права наследования имущества, оставшегося после смерти ФИО5.

Также, судом установлено, что 03.06.2023 умер ФИО6, что подтверждается свидетельством о смерти <№>, выданным 09.06.2023 ОЗАГС Дзержинского района г. Нижний Тагил Управления ЗАГС Свердловской области.

Согласно материалам наследственного дела № 35080559-341/2023, открытого после смерти ФИО6, к нотариусу с заявлением о принятии наследства, обратилась ФИО2, ей были выданы свидетельства о праве на наследство по закону на 1/3 долю квартиры,, находящуюся по адресу: г. Нижний Тагил <Адрес>, доли в уставном капитале ООО «Центр Медицинской Техники», а также на денежные средства, находящиеся на счетах наследодателя.

Иных наследников после смерти ФИО6 не установлено.

Таким образом, ФИО2 приняла наследство, оставшееся после смерти ФИО6.

Поскольку при жизни ФИО6 не вступил в права наследования после смерти ФИО5, то за ФИО2 необходимо признать право собственности на квартиру с кадастровым номером <№>, расположенной по адресу: Свердловская область, <Адрес>

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договоров купли-продажи недействительными, о включении в состав наследства, о признании права собственности в порядке наследования, удовлетворить.

Признать договор купли-продажи квартиры <Адрес> в городе Нижний Тагил, заключенный 19.11.2009 между ФИО5 и ФИО4, недействительным.

Применить последствия недействительности договора купли-продажи квартиры <Адрес> в городе Нижнем Тагиле от 19.11.2009, в виде аннулирования записи в Едином государственном реестре недвижимости от 16.12.2009 за номером <Адрес>.

Признать договор купли-продажи квартиры <Адрес> в городе Нижний Тагил, заключенный 31.01.2012 между ФИО4 и ФИО3, недействительным.

Применить последствия недействительности договора купли-продажи квартиры <Адрес> в городе Нижнем Тагиле от 31.01.2012, в виде аннулирования записи в Едином государственном реестре недвижимости от 27.02.2012 за номером <№>.

Включить в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО6, последовавшей 03.06.2023 квартиру с кадастровым номером <Адрес>, расположенную по адресу: Свердловская область, город Нижний Тагил, <Адрес>.

Признать за ФИО2 право собственности на квартиру с кадастровым номером <Адрес>, расположенную по адресу: Свердловская область, город Нижний Тагил, <Адрес> в порядке наследования по закону после смерти ФИО5, последовавшей 02.03.2015.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления текста решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

Судья /подпись/ Е.В. Бычкова

Мотивированное решение составлено 18 апреля 2025 года.

Судья /подпись/ Е.В. Бычкова

Копия верна. Судья Е.В. Бычкова