Решение по делу № 2-5293/2023 от 07.11.2023

УИД 63RS0038-01-2023-004396-21

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 ноября 2023 года город Самара

Кировский районный суд г.Самары в составе:

председательствующего судьи Мячиной Л.Н.,

с участием помощника прокурора Кировского района г. Самары Рязанцева С.С., истца ФИО1, представителя истца Андреевой Т.А., представителя ответчика ФИО2,

при секретаре судебного заседания Ломакиной О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5293/2023 по исковому заявлению ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба вследствие профессионального заболевания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кировский районный суд г. Самары с вышеуказанным исковым заявлением, мотивировав свои требования тем, что с *** по *** он работал в Федоровском Управлении технологического транспорта п/о «Сургутнефтегаз» по профессии водителя автомобиля и машиниста подъемника 6 разряда по подземному ремонту нефтяных и газовых скважин во вредных условиях труда. Работая в профессии машиниста подъемника, истец подвергался воздействию производственного шума, общей вибрации и тяжести трудового процесса с превышением допустимых значений, что подтверждается п.24 заключения Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по ЯНАО в г. Ноябрьске от ***, №. Длительный контакт с вредными факторами производственной среды привел к возникновению у истца профессиональных заболеваний с диагнозом «Хроническая пояснично-крестцовая радикулопатия со стойким болевым синдромом (люмбоишиалгия справа), мышечно-тоническими проявлениями, ограничением подвижности позвоночника, рецидивирующее течение». Причинная связь между указанным заболеванием и работой по профессии машиниста подъемника 6 разряда в Федоровском Управлении технологического транспорта ПАО «Сургутнефтегаз» установлена Областным центром профпатологии ГБУЗ СО «СМСЧ №5» ***, что подтверждается извещением № от *** В 2023 г. указанная медицинская организация обследовала истца повторно и подтвердила свое первоначальное заключение. В связи с указанными заболеваниями истец утратил профессиональную трудоспособность с *** по *** на 10%, а также признан лицом, нуждающимся в оказании медицинской и социальной помощи в соответствии с программой реабилитации с противопоказаниями к труду, лишающими истца права работать во вредных условиях труда, что подтверждается заключениями медико-социальной экспертизы. По вине работодателя истец длительное время не мог пользоваться социальной помощью от государства и получать специальное лечение в связи с его несогласием с заключением Областного центра профпатологии ГБУЗ СО «СМСЧ №5» от *** И лишь с ***, т.е. спустя три года, после завершения судебных разбирательств по требованиям ответчика, истцу было назначено страховое возмещение вреда здоровью. До указанной даты истцу приходилось лечиться за свой счет, от ответчика он не получил никакой помощи. Трудно переоценить тот ущерб, который причинен психическому и физическому здоровью истца, а также материальному состоянию непродуктивными действиями ответчика, чинившему препятствия к установлению права истца на возмещение вреда здоровью, утраченному в связи с вредными условиями труда. Причинно-следственная связь заболеваний истца с длительностью и интенсивностью воздействия на организм вредных условий труда подтверждается актом о случае профессионального заболевания от *** №. Согласно заключению уполномоченной работодателем комиссии, причинами, которые вызвали наступление его профессиональных заболеваний, явилось длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. Из амбулаторной карты усматривается, что жалобы на состояние здоровья возникли у истца именно в период работы у ответчика в контакте с вредными производственными факторами. Повредив здоровье на работе, истец получил хронические заболевания, которые принесли ему постоянные физические и нравственные страдания. Проявление его профессиональных патологий многочисленны и болезненны: постоянные боли в крестцово-поясничной области, остро отдающие в руки и ноги, переходящие в суставы рук и ног, причем боль держится постоянно, несмотря на медикаментозное лечение; истец долго не может находится в одном положении – ни сидя, ни лежа, на ногах он может передвигаться лишь несколько метров, иногда ноги совсем не слушаются, резкие колебания артериального давления, сопровождающиеся шумом в голове – все это появилось после длительного периода работы по профессии машиниста подъемника 6 разряда. Он почти постоянно болеет, а ощущение боли стало для истца повседневным состоянием, с чем очень трудно жить и ощущать себя полноценным человеком. Лекарственная терапия лишь на время приносит облегчение, за которым наступает новый приступ боли. Лишившись здоровья, истец не только лишился возможности работать, в том числе по профессии, но стал нагрузкой своим близким, что не может не вызывать у него и нравственных переживаний. До болезни он был активным по природе, он должен быть поддержкой и опорой для окружающих его людей, но в результате болезни сам нуждается в уходе. Для стабилизации своего состояния здоровья он вынужден в течение года проходить лечение, в том числе санаторно-курортное за свой счет, тем не менее болезнь не отступает и о выздоровлении не может быть и речи. Качество его жизни снижено по всем направлениям. Трудно оценить здоровье человека и его страданий в денежном эквиваленте или иной материальной форме. Компенсация морального вреда не вернет прежних сил, но призвана сгладить негативные изменения в психической сфере личности, обусловленные перенесенными переживаниями, помочь пройти дополнительное восстановительное лечение, не охваченное программой реабилитации. Понятно, что степень такого «сглаживания» будет иметь достаточно условный характер. Истец полагает, что денежная выплата в сумме <данные изъяты> рублей является не чрезмерной, а разумной и достаточной для оценки перенесенных им физических и нравственных страданий. Кроме того, ПАО «Сургутнефтегаз» является предприятием нефтяной промышленности и входит в структуру компаний, которые на федеральном уровне участвуют в отраслевых соглашениях, предусматривающих социальные гарантии и компенсации работникам, получившим профессиональные заболевания. Однако в досудебном порядке ответчик отрицает данное обстоятельство, что затрудняет разрешение вопроса об определении размера компенсации за утраченное здоровье. Действиями ответчика истцу причинен и материальный вред в связи с несвоевременным назначением социального обеспечения ввиду длительных судебных разбирательств ему приходилось лечиться за свой счет. В частности санаторно-курортное лечение, рекомендованное ему специалистами Областного центра профпатологии ГБУЗ СО «СМСЧ №%», обошлось ему в сумму <данные изъяты> руб. С учетом изложенного, истец изначально просил взыскать с ПАО «Сургутнефтегаз» в свою пользу в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей, в счет возмещения материального ущерба <данные изъяты> руб.

В последующем истец свои требования уточнил и просил взыскать с ПАО «Сургутнефтегаз» в свою пользу в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей, в счет возмещения материального ущерба <данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец и представитель истца, действующая на основании доверенности и ордера адвокат Андреева Т.А. исковые требования поддержали, пояснения дали в соответствии с доводами, изложенными в иске, просили удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ПАО «Сургутнефтегаз», действующий на основании доверенности ФИО2 с иском не согласился по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление.

Представители привлеченных к участию в деле в качестве 3 лиц, не заявляющих самостоятельных требований Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации и Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Самарской области в судебное заседание не явились, предоставив в адрес суда письменный отзыв на исковое заявление, в котором просили дело рассмотреть в отсутствие своего представителя.

Выслушав доводы сторон, исследовав материалы гражданского дела, выслушав заключение помощника прокурора Рязанцева С.С., полагавшего требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему:

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года №125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года №125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

Пункт 14 того же Постановления Пленума указывает, что под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с пунктом 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

Из представленных в суд документов следует, что истец ФИО1 с *** – принят в ремонтное производство слесарем по ремонту и обслуживанию оборудования технологических установок по 2 разряду на время производственной практики Куйбышевское производственное объединение «Куйбышевнефтеоргситез»;

*** – уволен по окончании производственной практики;

*** - принят в ремонтное производство слесарем по ремонту и обслуживанию оборудования технологических установок по 2 разряду на время производственной практики Куйбышевское производственное объединение «Куйбышевнефтеоргситез»;

*** – уволен по окончании производственной практики;

***-*** – служба в рядах Советской Армии;

*** – принят на Автобазу водителем 3 класса Клявлинское Райпо;