№2-2633//2022

56RS0009-01-2022-002211-27

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 октября 2022 года г.Оренбург

Дзержинский районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Новодацкой Н.В.,

с участием старшего помощника прокурора Дзержинского района г. Оренбурга Киреевой Ю.П.,

при секретаре Никитиной С.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному коммерческому банку «Форштадт» (Акционерное общество) о признании незаконным увольнении по сокращению штатов, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за вынужденный прогула, выходного пособия и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, указав, что с 01.07.2011 г. на основании трудового договора №<Номер обезличен> от 01.07.2011 г. работал в Акционерном коммерческом банке «Форштадт» (Акционерное общество) (АКБ «Форштадт» (АО). При этом занимал различные должности, а с 23.06.2020 г. работал в должности Заместителя начальника Управления оценки рисков.

Приказом №30 от 23.05.2022 г. истец был уволен с работы на основании п. 2 части 1 ст. 81 ТК РФ, в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Увольнение считает незаконным, поскольку действительного сокращения его должности не произошло, работодатель решил избавиться от неугодного сотрудника. Полагает, что имело место наличие конфликтной ситуации с работодателем в связи с полученной им 15.04.2021г. производственной травмой. Также ему не были предложены имеющиеся вакантные должности, соответствующие его квалификации, не предложено пройти переподготовку по программе профессионального обучения, не проведена работа по преимущественному оставлению на работе работника, имеющего более высокую квалификацию и получившего производственную травму. Считает, что ответчик должен выплатить ему средний заработок за время вынужденного прогула, компенсировать физические и нравственные страдания, вызванные незаконным увольнением.

Просил признать увольнение в связи с сокращением незаконным, отменить приказ <Номер обезличен> от 23.05.2022 г. о прекращении трудового договора с работником; обязать АКБ «Форштадт» (АО) восстановить на работе ФИО1 в должности заместителя начальника Управления оценки рисков; взыскать с АКБ «Форштадт» (АО) средний заработок за время вынужденного прогула с 23.05.2022 г. по дату вынесения решения судом, недополученную сумму выходного пособия при увольнении в размере 115 225,45 руб., компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб., расходы на представителя в сумме 14 000 руб.

Впоследствии истцом исковые требования были уточнены в части суммы среднего заработка за время вынужденного прогула и расходов на представителя. Просил суд взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 197 562,19 руб., расходы на представителя в сумме 41 500 руб.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении и дополнениям к нему, просил восстановить его на работе в должности заместителя начальника Управления оценки рисков и выплатить компенсацию за время вынужденного прогула. Полагает, что его уволили незаконно, фактического сокращения должности не произошло, поскольку его трудовые функции осуществляются другими сотрудниками Управления оценки рисков, объем работы Управления оценки рисков не сократился. При проведении штатных мероприятий не было учтено его преимущественное право на оставление на работе, как работника с более высокой квалификацией, а также как работника, получившего производственную травму в период работы у ответчика. Ему не были предложены все вакантные должности, в том числе вакантные должности в других населенных пунктах, где у АКБ «Форштадт» (АО) имеются обособленные подразделения. После уведомления о сокращении и до даты увольнения в АКБ «Форштадт» (АО) были вакантные должности управляющего портфелем отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, старшего специалиста отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, начальника Службы внутреннего контроля – контролера, начальника Службы управления рисками. Указанные должности не были ему предложены ответчиком, однако полагает, что подходили ему по квалификационным требованиям. Он прошел обучение в сфере закупок и получил соответствующий сертификат 27.09.2022 г. Полагает, что ответчик обязан предложить ему пройти подготовку по программе профессионального обучения в случае необходимости. Кроме того, ему необоснованно не были предложены должности старшего специалиста Службы внутреннего контроля и (или) старшего специалиста Отдела обслуживания клиентов Операционного управления Департамента операционного обслуживания, которые временно на период отсутствия <ФИО>6 занимали <ФИО>7. и <ФИО>8 Полагает, что после увольнения <ФИО>6 ответчик обязан был предложить одну из высвободившихся должностей: старшего специалиста Службы внутреннего контроля и (или) старшего специалиста Отдела обслуживания клиентов Операционного управления Департамента операционного обслуживания. Также ему не была предложена должность ведущего инспектора Службы внутреннего аудита, которая стала вакантна 16.05.2022 г. после смерти, занимавшей данную должность <ФИО>15 Полагает, что ответчик достоверно знал о смерти <ФИО>15 Как ему стало известно от родственников ФИО2 отдельные сотрудники банка присутствовали на ее похоронах, а копия свидетельства о смерти была предоставлена ответчику 23.05.2022 г. Считает, что основной целью работодателя было избавиться от него, как от работника, получившего производственную травму, и, чтобы прикрыть эту истинную цель, у ответчика было достаточно времени, чтобы создать видимость соблюдения закона и его прав при увольнении. Просил исковые требования удовлетворить, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с учетом выплаченного ему ответчиком выходного пособия.

Представитель истца ФИО3, действующая по устному ходатайству, в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении и дополнениям к нему.

Представители ответчика: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, действующие на основании доверенностей <Номер обезличен> от 18.12.2019 г., <Номер обезличен> от 21.03.2022 г., <Номер обезличен> от 12.07.2022 г., <Номер обезличен> от 12.07.2022 г., против удовлетворения исковых требований возражали, пояснив, что в связи с со структурными изменениями в Управлении оценки рисков в 2019-2020 году (включение в состав Управления андеррайтеров, которым были переданы функции по оценке кредитного риска в отношении заемщика/принципала/поручителя/залогодателя, которые ранее выполнялись истцом), а также в связи со значительным снижением за период с 2017 года по 2021 год количества заявок, поступивших в банк в части розничного и корпоративного бизнеса, произошло снижение нагрузки на сотрудников Управления оценки рисков, в том числе, на должность заместителя начальника Управления оценки рисков. Указанные обстоятельства послужили основанием для оптимизации штата Управления оценки рисков: численность сотрудников Управления сократилась с 13 единиц в 2020 году до 7 единиц в 2022 году. В том числе исключена занимаемая истцом должность заместителя начальника Управления оценки рисков. При увольнении ФИО1 банком соблюдены все требования закона. О предстоящем сокращении ФИО1 был уведомлен заблаговременно более, чем за два месяца до предстоящего увольнения. Истцу вплоть до даты его увольнения предлагались все имеющиеся в банке вакантные должности, соответствующие ему по квалификации. Так истцу письмом от 30.11.2021 г. было сообщено о наличии вакантных должностей специалиста фронт-офиса Департамента розничного бизнеса, кассира отдела кассовых операций Управления инкассации и кассовых операций Департамента операционного обслуживания, ответ истца на указанное письмо с согласием или несогласием на перевод на указанные должности в банк не поступал. 23.05.2022 г. истцу был предоставлен список вакантных должностей, соответствующих его квалификации (специалиста фронт-офиса Департамента розничного бизнеса, кассира отдела кассовых операций Управления инкассации и кассовых операций Департамента операционного обслуживания). От перевода на предложенные вакантные должности истец отказался. Коллективный договор в банке отсутствует, в трудовом договоре, соглашениях не предусмотрена обязанность банка предлагать вакансии в других местностях. Считают необоснованными доводы истца о том, что ему не были предложены должности управляющего портфелем отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, старшего специалиста отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, поскольку на указанные должности назначаются лица имеющие дополнительное образование в сфере закупок. На момент начала организационно-штатных мероприятий в отношении истца и вплоть до даты его увольнения у истца не было образования в сфере закупок. Также считают небоснованными претензии истца в части непредоставления ему должностей:

- начальника Службы внутреннего контроля – контролера, поскольку для данной должности требуется стаж работы не менее двух лет в должности связанной с осуществлением руководства подразделением, выполняющим банковские операции. Истец проработал в должности заместителя начальника управления ипотечного кредитования 1 год и 5 месяцев. Работа в Управлении оценки рисков не связана с банковскими операциями;

- начальника Службы управления рисками, поскольку на указанную должность назначаются лица имеющие дополнительное образование специалиста по брокерско-дилерской деятельности (не ниже 6 уровня квалификации), что подтверждается соответствующим сертификатом. У истца такое дополнительное образование отсутствует.

В банке налажен непрерывный производственный процесс, нарушение которого может привести к серьезным правовым последствиям. Так отсутствие начальника Службы внутреннего контроля – контролера или начальника Службы управления рисками повлечет за собой обоснованные претензии со стороны контролирующего органа – Центрального банка РФ. У банка не было необходимости предлагать истцу пройти дополнительную подготовку или переподготовку для занятия указанных должностей, поскольку в банке были сотрудники, соответствующие квалификационным требованиям к данным должностям, которые и были переведены на указанные должности. Кроме того, у банка отсутствует обязанность проводить дополнительную подготовку или переподготовку сотрудников. Должности старшего специалиста Службы внутреннего контроля, старшего специалиста Отдела обслуживания клиентов Операционного управления Департамента операционного обслуживания не предлагались истцу, поскольку по ним были заключены трудовые договоры с другими работниками - <ФИО>7 (которая 23.09.2021 г. была переведена на должность старшего специалиста Службы внутреннего контроля временно на период временного перевода <ФИО>6) и <ФИО>8 (принята в сентябре 2021 года по временному трудовому договору на период отсутствия <ФИО>7 и до начала штатных мероприятий в отношении истца). После увольнения <ФИО>6 срочные договоры ФИО8 и ФИО9 трансформировались в трудовые договоры, заключенные на неопределенный срок, занимаемые ими должности фактически не были вакантными. Должность ведущего инспектора службы внутреннего аудита стала вакантной лишь 24.05.2022 г., когда в банк поступила копия свидетельства о смерти <ФИО>15 До указанной даты банк не располагал официальными документами о смерти <ФИО>15, поскольку она умерла, находясь в ежегодном оплачиваемом отпуске. На дату расторжения трудового договора с ФИО1 должность ведущего инспектора службы внутреннего аудита не являлась вакантной. Просили в удовлетворении иска отказать.

Представитель третьего лица Фонда социального страхования РФ, Государственной инспекции труда по Оренбургской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав пояснения истца, представителя истца, представителей ответчика, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, изучив материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 01.07.2011 г. приказом <Номер обезличен>-лс от 28.06.2011 г. ФИО1 был принят в АКБ «Форштадт» (АО) на должность старшего специалиста Управления ипотечного кредитования, с истцом заключен трудовой договор <Номер обезличен> от 01.07.2011 г. (л.д. 14 ).

Согласно дополнительному соглашению к трудовому договору <Номер обезличен> от 23.06.2020 г. ФИО1 переведен на должность заместителя начальника Управления оценки рисков (л.д. 19).

Приказом от 18.10.2021 г. <Номер обезличен>-шр из штатного расписания АКБ «Форштадт» (АО) с 31.12.2021 г. исключена должность заместителя начальника Управления оценки рисков. С данным приказом ФИО1 ознакомлен лично под роспись (л.д. 80).

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" прекращение трудового договора на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место. Обязанность доказать данное обстоятельство возлагается на ответчика

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что, реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников. Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в части 3 статьи 81, части 1 статьи 179, частях 1 и 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2018 г. N 930-О, от 28 марта 2017 г. N 477-О, от 29 сентября 2016 г. N 1841-О, от 19 июля 2016 г. N 1437-О, от 24 сентября 2012 г. N 1690-О и др.).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в части 2 пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 Трудового кодекса Российской Федерации) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части 1 названной статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В соответствии со ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации, при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Коллективным договором могут предусматриваться другие категории работников, пользующиеся преимущественным правом на оставление на работе при равной производительности труда и квалификации.

Согласно ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации, при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Письмом от 19.10.2021 г. ФИО1 уведомлен о предстоящем увольнении в связи с сокращением должности заместителя начальника управления оценки рисков. Предполагаемая дата увольнения 30.12.2021 г. (л.д. 82). С уведомлением ФИО1 ознакомлен 01.11.2021 г. (л.д. 83 ).

Согласно отметке в почтовом извещении уведомление о предстоящем увольнении получено ФИО1 по почте 01.11.2021 г. (л.д. 85).

Письмом от 30.11.2021 г. с описью вложения ФИО1 направлен список вакантных должностей: специалиста фронт-офиса Управления розничных услуг, кассира отдела кассовых операций Управления инкассации и кассовых операций Департамента операционного обслуживания; соответствующих ему по состоянию здоровья и квалификации. Письмо получено ФИО1 08.12.2021 г.. Согласие на перевод на указанные должности истец не выразил.

По состоянию на 30.12.2021 г. и по 20.05.2022 г. истец находился на больничных листах.

Согласно отметке на уведомлении со списком вакантных должностей от 23.05.2023 г. ФИО1 отказался от перевода на предложенные вакантные должности специалиста фронт-офиса Управления розничных услуг, кассира отдела кассовых операций Управления инкассации и кассовых операций Департамента операционного обслуживания.

23.05.2021 г. трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В судебное заседание представлен оригинал дополнительного соглашения к трудовому договору от 04.02.2016 г. из которого следует, что местом работы ФИО1 является АКБ «Форштадт» (АО) по адресу: <...>. Факт подписания данного дополнительного соглашения истец в судебном заседании подтвердил.

Коллективный договор в банке не заключался, что сторонами не оспаривалось.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что АКБ «Форштадт» (АО) был соблюден установленный законом порядок увольнения по указанному основанию, поскольку о сокращении занимаемой должности и предстоящем увольнении по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации по сокращению штата работников организации истец был уведомлен в установленные законом сроки с соблюдением законодательного запрета на расторжение трудового договора с работником до истечения двухмесячного срока с даты уведомления, а также запрета увольнения в период нахождения работника на больничном, вакантные должности были предложены в порядке трудоустройства работника, при этом истец отказался от перевода на предложенные должности. Обязанность предлагать должность в других местностях у ответчика отсутствовала.

Оценивая доводы истца о том, что работодателем нарушены положения статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающие преимущественное право на оставление на работе, суд исходит из следующего.

Как установлено в судебном заседании, следует из выписки из штатного расписания и должностной инструкции заместителя начальника Управления оценки рисков в Управлении оценки рисков по состоянию на 18.10.2022 г. была одна должность заместителя Управления оценки рисков, осуществляющего оценку кредитного риска в отношении заемщика/ принципала/ поручителя/ залогодателя при рассмотрении заявок по новым кредитным продуктам и изменениям существенных условий по действующим продуктам; текущий мониторинг изменений в финансово-хозяйственной деятельности заемщика/ принципала/ поручителя/ залогодателя, работу с портфелем однородных ссуд/ требований в отношении клиентов розничного и корпоративного бизнеса. Данный факт истцом не оспаривался.

Поскольку в штатном расписании ответчика на момент проведения процедуры сокращения отсутствовала должность аналогичная занимаемой истцом, замещаемая ФИО1 должность являлась единственной, основания для исследования работодателем вопроса о преимущественном праве оставления истца на работе, отсутствовали.

Также в судебном заседании не нашли своего подтверждения и доводы истца о наличии конфликтной ситуации с работодателем и том, что фактического сокращения должности не произошло.

Согласно выписке из штатного расписания от 01.04.2022 г. в состав Управления оценки рисков входят управляющие андеррайтингом, которым в 2019 году передана часть функций заместителя начальника управления оценки рисков, которую замещал ФИО1 Данное обстоятельство не оспаривалось истцом.

Как следует из предоставленной ответчиком справочной информации по Управлению оценки рисков общее количество заявок на выдачу кредитов, рассматриваемых Управлением оценки рисков, снизилось почти в два раза за период с 2017 по 2021 год.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что проведение организационно-штатных мероприятий по сокращению должности истца было вызвано снижением производственной нагрузки и оптимизацией процесса в целях эффективности бизнеса.

Утверждения истца о том, что действительного сокращения его должности не произошло, а также о наличии конфликтной ситуации с работодателем, не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательств указанного суду не представлено.

Доводы ФИО1 о том, что ему не были предложены должности управляющего портфелем отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, старшего специалиста отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, начальника Службы внутреннего контроля – контролера, начальника Службы управления рисками суд считает несостоятельными, поскольку согласно должностным инструкциям на указанные должности назначаются лица, отвечающие следующим требованиям:

- по должностям управляющего портфелем отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, старшего специалиста отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен> - наличие высшего профессионального образования и дополнительного профессионального образования по программам повышения квалификации в сфере закупок;

- по должности начальника Службы управления рисками – наличие высшего образования и наличие дополнительного образования специалиста по брокерско-дилерской деятельности (не ниже 6 уровня квалификации), что подтверждается соответствующим сертификатом;

- по должности начальника Службы внутреннего контроля – контролера – наличие высшего образования, опыт руководства подразделением кредитной организации, связанным с осуществлением банковских операций не менее двух лет.

В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что истец не имел в период с 18.10.2021 г. по дату увольнения - 23.05.2022 г. дополнительного образования, которое необходимо для назначения на должности управляющего портфелем отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, старшего специалиста отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен> и начальника Службы управления рисками.

Перечень банковских операций приведен в ст. 5 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности».

Анализ трудового договора, заключенного с ФИО1, и дополнительных соглашений к нему позволяет сделать вывод о том, что истец имел опыт руководства подразделением кредитной организации, связанным с осуществлением банковских операций, в период работы в должности начальника Управления ипотечного кредитования. Опыт работы в указанной должности составляет менее двух лет.

Таким образом, истец в отсутствие необходимого дополнительного образования не мог занимать должности управляющего портфелем отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен>, старшего специалиста отдела по управлению корпоративным портфелем <Номер обезличен> и начальника Службы управления рисками, а в отсутствие необходимого опыта работы не мог занимать должность начальника Службы внутреннего контроля-контролера. Поэтому ответчик не должен был предлагать ему указанные должности.

Оценивая доводы истца в части непредставления ему должностей старшего специалиста Службы внутреннего контроля и (или) старшего специалиста Отдела обслуживания клиентов Операционного управления Департамента операционного обслуживания, суд отклоняет их по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 58 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как следует из ч. 1 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор заключается на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы.

По смыслу ч. 3 ст. 79 Трудового кодекса Российской Федерации основанием для прекращения трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, является выход этого работника на работу.

Согласно приказу о переводе работника на другую работу <Номер обезличен> от 23.09.2021 г. <ФИО>6, занимавшую должность старшего специалиста Службы внутреннего контроля, временно на срок по 23.03.2022 г. перевели в Службу управления рисками на должность ведущего риск-менеджера с сохранением основного места работы.

На период отсутствия <ФИО>6 на должность старшего специалиста Службы внутреннего контроля приказом о переводе работника на другую работу <Номер обезличен> от 23.09.2021 г. временно переведена <ФИО>7, занимавшая до этого должность старшего специалиста Отдела обслуживания клиентов Операционного управления Департамента операционного обслуживания. За <ФИО>7 сохранено ее основное место работы, на что также указывает временный характер перевода.

Как следует из приказа от 15.03.2022 г. <Номер обезличен> на временно свободную должность старшего специалиста Отдела обслуживания клиентов Операционного управления Департамента операционного обслуживания по срочному трудовому договору на период отсутствия <ФИО>7 принята <ФИО>8

14.03.2022 г. трудовой договор с <ФИО>6 был расторгнут по инициативе работника. Занимаемая ею должность ведущего риск-менеджера исключена из штатного расписания 15.03.2022 г.

Согласно ч. 5 ст. 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Из приказа <Номер обезличен> от 15.03.2022 г. следует, что трудовые договоры со <ФИО>7 и <ФИО>8 приобрели характер заключенных на неопределенный срок.

Принимая во внимание, что <ФИО>6, уволившись, так и не вернулась на основное место работы – на должность старшего специалиста Службы внутреннего контроля, предусмотренное ч. 3 ст. 79 Трудового кодекса Российской Федерации основание для прекращения трудового договора с <ФИО>8 и дополнительного соглашения к трудовому договору со <ФИО>7 так и не возникло. В связи с этим, за ними сохранились занимаемые ими должности старшего специалиста Службы внутреннего контроля и старшего специалиста Отдела обслуживания клиентов Операционного управления Департамента операционного обслуживания.

Утверждение истца и его представителя о том, что после увольнения <ФИО>6 отпали основания для временного перевода <ФИО>7 и приема на работу <ФИО>8, в связи с чем, одна из должностей, занимаемых указанными работниками оказалась вакантной и должна быть предложена истцу – не основан на законе.

В соответствии с ч.1 ст.72.2 ТК РФ «По соглашению сторон, заключаемому в письменной форме, работник может быть временно переведен на другую работу у того же работодателя на срок до одного года, а в случае, когда такой перевод осуществляется для замещения временно отсутствующего работника, за которым в соответствии с законом сохраняется место работы, - до выхода этого работника на работу. Если по окончании срока перевода прежняя работа работнику не предоставлена, а он не потребовал ее предоставления и продолжает работать, то условие соглашения о временном характере перевода утрачивает силу и перевод считается постоянным».

Несостоятельным является также довод ФИО1 о том, что на дату его увольнения была вакантна должность ведущего инспектора Службы внутреннего аудита.

Согласно уведомлению об отпуске и выписке из графика отпусков <ФИО>15 на дату смерти находилась в очередном отпуске.

Официальный документ - копия свидетельства о смерти <ФИО>15 поступила в АКБ «Форштадт» (АО) 24.05.2022 г., что подтверждается предоставленным ответчиком документами: заявлением на выплату с приложенной к нему копией свидетельства о смерти <ФИО>15, поступившим в банк 24.05.2022 г., приказом <Номер обезличен> от 24.05.2022 г., расчетным листком за май 2022 года, книгой учета движения трудовых книжек и вкладышей в них.

Приказом от 24.05.2022 г. трудовой договор с <ФИО>15 в виду смерти работника был расторгнут на основании официального документа, подтверждающего факт смерти работника, и поступившего в банк 24.05.2022 г.

Таким образом, на дату прекращения трудовых отношений с истцом (23.05.2022) должность ведущего инспектора Службы внутреннего аудита не была вакантна. Доказательств обратного истцом суду не представлено.

Анализируя приведенные выше нормы права в совокупности с установленными обстоятельствами по делу, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании увольнения в связи с сокращением незаконным, отмене приказа <Номер обезличен> от 23.05.2022 г. о прекращении трудового договора с работником, о восстановлении на работе ФИО1 в должности заместителя начальника Управления оценки рисков.

Суд отказывает в удовлетворении исковых требований выплате выходного пособия, в связи со следующим.

В исковом заявлении истец указал, что ответчик неправомерно произвел расчет заработной платы для учета начисления расчета при увольнении. Что истцу не были выплачены суммы при увольнении.

Согласно статье 139 Трудового кодекса Российской Федерации для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя их фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Пунктом 5 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденной Постановлением правительства РФ от 24.12.2007г. <Номер обезличен> (далее Положения <Номер обезличен> от 24.12.2007), предусмотрено, что при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, в том числе, если работник получал пособие по временной нетрудоспособности.

Пунктом 15 Положения <Номер обезличен> от 24.12.2007 г. предусмотрено, что при определении среднего заработка премии и вознаграждения учитываются в следующем порядке: ежемесячные премии и вознаграждения - фактически начисленные в расчетном периоде, но не более одной выплаты за каждый показатель за каждый месяц расчетного периода; премии и вознаграждения за период работы, превышающий один месяц, - фактически начисленные в расчетном периоде за каждый показатель, если продолжительность периода, за который они начислены, не превышает продолжительности расчетного периода, и в размере месячной части за каждый месяц расчетного периода, если продолжительность периода, за который они начислены, превышает продолжительность расчетного периода; вознаграждение по итогам работы за год, единовременное вознаграждение за выслугу лет (стаж работы), иные вознаграждения по итогам работы за год, начисленные за предшествующий событию календарный год, - независимо от времени начисления вознаграждения.

В случае если время, приходящееся на расчетный период, отработано не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, премии и вознаграждения учитываются при определении среднего заработка пропорционально времени, отработанному в расчетном периоде, за исключением премий, начисленных за фактически отработанное время в расчетном периоде (ежемесячные, ежеквартальные и др.).

Таким образом, Банком при расчете среднего заработка премии и вознаграждения учитывались пропорционально времени, отработанному в расчетном периоде.

За период с мая 2021 г. по апрель 2022 г. Истцом было отработано 32 дня, что подтверждается выпиской из табеля учета рабочего времени.

В связи с чем, размер премии (декабрь, за 12 мес.), включенный в средний заработок, был рассчитан следующим образом:

48 500 рублей (начисленная премия в декабре за 12 мес.) /247 дней (норма дней по производственному календарю) = 196,36 рублей/день.

196.36 рублей * 32(количество отработанных дней) = 6 283,40 рублей (учтено премии, декабрь).

Аналогично был произведен расчет премии (май 2021 г., за 4 мес.), включенный в средний заработок.

Таким образом, при расчете среднего заработка Банком была учтена, в том числе премия пропорционально отработанному времени.

Истцом, в нарушение Положения <Номер обезличен> от 24.12.2007 г. при расчете компенсации при увольнении (выходного пособия) была учтена вся сумма премии (без учета пропорционально отработанного времени), что привело к неверному расчету среднего заработка.

При расчете компенсации за неиспользованный отпуск Истцом также в нарушении Положения <Номер обезличен> от 24.12.2007 г. была учтена вся сумма премии (без учета пропорционально отработанного времени).

Истцом также в нарушение пункта 10 Положения <Номер обезличен> от 24.12.2007 г. неверно указано количество дней при расчете (взято в расчет количество календарных дней, подлежащих выплате, а не количество календарных дней фактически отработанных).

Таким образом, довод истца о том, что Банк неправомерно произвел расчет средней заработной платы для учета начисления расчета при увольнении не обоснован.

Поскольку требования о взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда являются производными от требований о признании увольнения в связи с сокращением незаконным, об отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, в удовлетворении которых отказано, суд не находит оснований для их удовлетворения.

Суд также считает необходимым отказать в удовлетворении требований о возмещении расходов на представителя.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному коммерческому банку «Форштадт» (Акционерное общество) о признании незаконным приказа об увольнении по сокращению штата, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за вынужденного прогула, выходного пособия, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Оренбургского областного суда через Дзержинский районный суд г. Оренбурга в течение 1 месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Н.В.Новодацкая

Мотивировочная часть решения изготовлена 03.11.2022