Дело № 2-2047/2024

УИД 77RS0008-02-2024-003937-82

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

01 октября 2024 года адрес

Зеленоградский районный суд адрес в составе

председательствующего судьи Пшенициной Г.Ю.,

при секретаре Куземиной Ю.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2047/2024 по исковому заявлению ФИО1 к Гессен фио, ФИО2 о признании договора дарения доли квартиры недействительным, прекращение права собственности, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 обратилась в Зеленоградский районный суд адрес с иском к ответчикам ФИО3, ФИО2 о признании договора дарения доли квартиры недействительным, прекращении права собственности, применении последствий недействительности сделки. В обоснование заявленных требований истцом указано, что ФИО1 является собственником ½ доли в праве на жилое помещение - квартиру по адресу: адрес, адрес, площадью 39,3 кв.м, с кадастровым номером 77:10:0001004:4374. Между ФИО2 и ФИО3 08.09.2022 года заключен договор дарения ½ доли в праве на квартиру, согласно условиям которого даритель ФИО2 безвозмездно передает, а одаряемый ФИО3 принимает в качестве дара объект недвижимости, а именно: ½ долю в праве собственности на однокомнатную квартиру по адресу: адрес, адрес. На основании данного договора ФИО3 09.09.2022 зарегистрировано право собственности на объект недвижимости. Таким образом, ответчиками совершена сделка по отчуждению доли в праве собственности на объект недвижимости, которая напрямую затрагивает права и интересы истца. Истец считает, что указанная сделка в нарушение ст. 169 ГК РФ совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст. 167 ГК РФ по следующим основаниям. В соответствии с решением Зеленоградского районного суда адрес от 20.07.2021 года между истцом и ФИО2 определен порядок пользования жилым помещением (квартирой) по указанному выше адресу. Несмотря на это, ФИО2 всячески уклонялась от исполнения судебного решения, чинила истцу препятствия в осуществлении ее прав. На момент заключения сделки ФИО3 владел как минимум 13-ю объектами недвижимости, из которых как минимум 5-ть являются долями в однокомнатных квартирах. Исходя из того, что действия ответчиков, осуществленные ими как совместно, так и по отдельности, явно носят противоправный характер, идут вразрез с устоявшимися нормами общественной морали и нравственности, имеют все признаки злоупотребления правом, направлены на злонамеренное ущемление законных прав и интересов других собственников, истец обратился в суд за защитой своих нарушенных прав.

На основании изложенного истец просит суд с учетом уточнения требований в порядке ст. 39 ГПК РФ: признать договор дарения доли (1/2 доли в праве) недвижимого имущества от 08.09.2022 года в виде однокомнатной квартиры, общей площадью 39,3 кв.м., расположенной по адресу: адрес, адрес, кадастровый номер №77:10:0001004:4374 - недействительной сделкой; применить последствия недействительной сделки: прекратить право собственности ФИО3 на ½ долю в праве на однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: адрес, адрес, кадастровый корп. 1126, кв. 846, с обращением стоимости ½ доли в праве в доход Российской Федерации.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные требования поддержала, просила удовлетворить.

Представители истца ФИО4, фио в судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали, просили удовлетворить в полном объеме, настаивал на том, что сделка, совершенная ответчиками имеет явную антисоциальную направленность, нарушают права истца, в том числе право на жилище. Отметили, что квартира является фактически единственным жилищем истца.

Ответчик ФИО3 в судебных заседаниях 04 июля 2024 г. с уточненными требованиями не согласился, в удовлетворении требований просил отказать.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Представитель ответчиков, а также третье лицо фио в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, настаивала, что оспариваемый договор дарения был заключен безвозмездно, в интересах фио, нуждающейся в улучшении жилищных условий.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В ст. 8 и ч.1 и 2 ст.35 Конституции Российской Федерации гарантируется свобода экономической деятельности, право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защита собственности, охрана её законом.

В силу п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

В силу ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Согласно ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежит право владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст.218 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

На основании п. 1 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 и п. 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее также - государственная регистрация прав) - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Судом установлено и следует из письменных материалов дела, что ФИО1 является собственником ½ доли в праве на жилое помещения - квартиру по адресу: адрес, адрес, площадью 39,3 кв.м., с кадастровым номером 77:10:0001004:4374 на основании свидетельства о праве на наследство по закону серии 77 АГ № 3763429 от 14.04.2020 года (л.д. 14).

ФИО2 являлась собственником ½ доли в праве на жилое помещения - квартиру по адресу: адрес, адрес, площадью 39,3 кв.м., с кадастровым номером 77:10:0001004:4374, что подтверждается сведениями из единого жилищного документа № 1261100 от 29.08.2020 года (л.д. 154-156).

Между ФИО2 и ФИО3 08.09.2022 года заключен договор дарения доли квартиры, согласно которому даритель безвозмездно передаёт в дар одаряемому ½ доля в праве на квартиру по адресу: адрес, адрес, а одаряемый принимает указанное недвижимое имущество в дар (л.д. 15-18).

В силу п. 2 договора доля в праве на квартиру принадлежит дарителю по праву собственности на основании договора дарения ½ доли в праве собственности на квартиру, удостоверенного 22.05.2020 года фио, временно исполняющей обязанности нотариуса адрес фио Государственная регистрация права собственности произведена 03.07.2020 года, запись регистрации в ЕГРН № 77:10:0001004:4374-77/007/2020-4.

В силу ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Таким образом, договор дарения спорной квартиры подлежал государственной регистрации и считается заключенным с момента такой государственной регистрации.

Из материалов дела усматривается, что регистрация оспариваемого договора дарения произведена в установленном законом порядке 09.09.2022 года (запись в ЕГРН № 77:10:0001004:4374-77/072/2022-6 от 09.09.2022 года), следовательно, договор дарения исполнен (л.д. 20-22).

В ходе судебного разбирательства стороной истца даны пояснения о том, что на момент заключения сделки ФИО3 владел как минимум 13-ю объектами недвижимости, из которых как минимум 5-ть являются долями в однокомнатных квартирах (л.д. 55-62). Исходя из того, что действия ответчиков, осуществленные ими как совместно, так и по отдельности, явно носят противоправный характер, идут вразрез с устоявшимися нормами общественной морали и нравственности, имеют все признаки злоупотребления правом, направлены на злонамеренное ущемление законных прав и интересов других собственников, истец полагает, что имеет право на защиту своих интересов в судебном порядке.

При этом, рассматривая доводы, содержащиеся в иске, судом учитывается следующее.

В ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации закреплено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 3 и 4 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В целях реализации указанного выше правового принципа в п. 1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1, 7 – 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (п. 1).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или п. 2 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом к сделке, совершённой в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст.10 и п. 1 или 2 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В судебном заседании допрошен свидетель фио, пояснившая, что в родственных отношениях с кем-либо из участников процесса не состоит, неприязненных отношений не имеется. Ранее в спорной квартире проживали пожилые люди (бабушка с дедушкой), с 2022 года соседкой являлась истец, которая проживает к спорной квартире постоянно.

Кроме того допрошен свидетель фио, который суду показал, что в родственных и неприязненных отношениях ни с кем из участников процесса не состоит, истец является его соседкой по даче. Дом истца не предназначен для круглогодичного проживания, истец приезжает на дачу в основном летом.

Не доверять показаниям допрошенных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, у суда оснований не имеется. Вместе с тем, показания свидетелей не подтверждают и не опровергают добросовестность действия сторон договора дарения.

В судебном заседании представитель ответчиков настаивала на том, что истец уже реализовала свое право на защиту обращением с аналогичными исковыми требованиями в суд. Имеется вступившее в законную силу решение суда.

Зеленоградским районным судом адрес от 21 декабря 2022 года рассмотрен иск ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки. Свои требования ФИО1 обоснована притворностью сделки.

Обращаясь в суд с рассматриваемым иском, ФИО1 основывает свои требования на положениях ст.169 ГК РФ и настаивает, что оспариваемая сделка между ФИО2 и Гессеном М.С. имеет явную антисоциальную направленность, нарушающая право истца на жилище.

При данных обстоятельствах отсутствуют основания для прекращения производства по рассматриваемому иску ФИО1 в соответствии со ст.220 ГПК РФ, поскольку вступившее в законную силу решение Зеленоградского районного суда адрес, принято по спору между теми же сторонами, но по иным основаниям.

В том же время, в соответствии с ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вступившим в законную силу решением Зеленоградского районного суда адрес от 21 декабря 2022 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда от 12 сентября 2023 года, а также определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 26 марта 2024 года, установлено, что договор дарения заключен в соответствии с требованиями законодательства, зарегистрирован в установленном порядке. Отсутствуют основания полагать, что участники сделки (дарения) при заключении оспариваемого договора стремились к достижению правового результата, отличного от правовых последствий договора дарения.

В п.85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Проанализировав представленные материалы дела, суд приходит к выводу, что совокупность условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям противоречия основам правопорядка или нравственности, материалами дела не подтверждена.

Довод истца о том, что действия ответчиков нарушают права истца на жилище не обоснован.

Действия ФИО2 по распоряжению своей долей в жилом помещение основаны на положениях закона и не свидетельствует о ее намерении нарушить права истца на жилище, гарантированное Конституцией РФ.

Доводы истца о том, что ответчик фио имеет в собственности в общей сложности 13 объектов недвижимости, из которых не менее пяти объектов недвижимости являются долями в однокомнатных квартирах в разных районах адрес, само по себе не свидетельствует о совершении сделки с целью, заведомо противной основа правопорядка и нравственности.

Оценивая представленные доказательства в их совокупности, каждого отдельно, суд исходит из того, что истец ФИО1 не доказала, что оспариваемая сделка была заключена ответчиками исключительно с намерением причинить вред истцу либо с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Учитывая, что истцом не представлено доказательств, бесспорно подтверждающих недействительность совершенной сделки, у суда не имеется оснований для признания оспариваемого договора дарения недействительным.

При таких обстоятельствах, поскольку в требованиях о признании договора дарения квартиры недействительным отказано, производные требования о применении последствий сделки недействительной, прекращении права собственности на квартиру не могут быть удовлетворены.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска ФИО1 к Гессен фио, ФИО2 о признании договора дарения доли квартиры недействительным, прекращение права собственности, применении последствий недействительности сделки, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Зеленоградский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья фио

Решение принято в окончательной форме 31 января 2025 года.