Решение по делу № 2-1-70/2023 от 27.04.2023 - о признании завещания недействительным.

УИД 40RS0011-01-2023-000021-20

дело №2 – 1- 70 / 2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Козельск 27 апреля 2023 года

Козельский районный суд Калужской области в составе председательствующего судьи Берегеля Е.Г.,

при секретаре судебного заседания Рябоштановой Т.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

установил:

Представитель истца ФИО3 по доверенности ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ФИО2 и просила признать недействительным завещание в пользу ответчика, составленное ФИО4, умершим 27.06.2022 года, в обоснование указав, что ФИО4 являлся гражданским мужем ФИО3, с конца 2020 года сильно болел, неоднократно лежал в участковой больнице д.Подборки, районной больнице г.Козельска, областной больнице г.Калуги, длительное время состоял на учете в областной психиатрической больнице. В начале 2020 года состояние ФИО4 сильно ухудшилось, появились приступы неконтролируемой агрессии, в связи с чем ему выписывались сильные психотропные препараты. 21.06.2017 года ФИО4 в пользу ФИО3 было составлено завещание на земельный участок и 1/2 долю в праве обшей долевой собственности на жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>. После смерти ФИО4 истцу стало известно о новом завещании ФИО4 от 06.04.2021 года в пользу ответчика. Истец полагает, что на момент составления второго завещания ФИО4 не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими из-за своего тяжелого состояния, поскольку в момент его подписания находился в больнице.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО3 суду показала, что познакомилась с ФИО4 в 2012 году в д.Подборки, когда возила туда товар на рынок, они стали общаться и ездить друг к другу в гости, привозили продукты и предметы мебели. ФИО4 проживал со своей матерью и сыном, которые умерли, рассказывал ей о двух сыновьях на севере, с которыми не общался, о женщине с которой проживал в деревне и у которой были две дочери, ФИО6 является сыном одной из них. В 2017 году ФИО4 лежал в психиатрической больнице, потому что у него с психикой не все было нормально, он выпивал и когда не мог справиться с собой, его клали лечиться, он мог год не пить, а затем уходил в запой, из запоя выходил сам. В 2017 году он приезжал к ней в гости, они ходили к нотариусу и ФИО4 составил на неё завещание. Они вели совместное хозяйство, давали друг другу деньги, помогали друг другу, созванивались, она считала это отношениями. ФИО4 жаловался ей на головные боли, рассказывал, что обращался к участковому врачу и тот прописывал ему успокоительные препараты. В 2020 году начался коронавирус, они только созванивались так как она заболела, у неё были осложнения, не было возможности навещать ФИО4, с его слов ей известно, что тот лежал в районной больнице, ему ампутировали ногу, он ей звонил, жаловался, что тяжело, о его смерти ей сообщили общие знакомые. Когда она обратилась к нотариусу со своим завещанием, то узнала, что в Козельске заведено наследственное дело в связи с новым завещанием, приехала к нотариусу и тоже написала заявление. Она полагает, что в момент написания второго завещания ФИО4 не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими, потому что состоял на психиатрическом учете, принимал психитропные препараты, ему была проведена ампутация, то есть дополнительноему были выписаны сильнейшие обезболивающие, следовательно его медикаментозное состояние было не в норме, все это повлияло на его волеизъявление. Кроме того, лица, которые на тот момент оказались рядом своими действиями могли внушить, что необходимо переписать имущество.

Представитель истца ФИО1 исковые требования полностью поддерживает, просит удовлетворить и признать недействительным завещание, составленное ФИО4 в пользу ФИО2 06 апреля 2021 года по причине нахождения ФИО4 в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, находился под действием медикаментозных препаратов.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, суду показал, что родился в ДД.ММ.ГГГГ году у ФИО5, мать которой ФИО6 проживала совместно с ФИО4 Он с рождения проживал с дедушкой и бабушкой, ФИО4 считал и называл дедушкой всю жизнь, помогал ему, ухаживал за ним вместе со своей матерью, похоронил его за свой счет. Его дед действительно был знаком с ФИО3, они общались, ездили друг к другу в гости, ФИО3 приезжала к деду за овощными заготовками, дед брал для ФИО3 кредит. В 2017 году дед проходил лечение в психиатрической больнице, ему сказал, что запил и решил полечиться. Других серьезных обращений к врачам деда он не помнит, тот только жаловался на головные боли, а в марте 2021 года деду ампутировали ногу. Ему было известно от матери, что дед составил на него завещание, о завещании на ФИО3 он не знал. Дед всегда говорил о том, что оставит ему дом, они хорошо общались, никто деда на завещание не уговаривал, тот сам так решил, завещание дед составил после ампутации, психически дед чувствовал себя хорошо, часто звонил ему, жаловался, что долго лежит в больнице, нога не заживает, ни про какие специфические медикаменты не упоминал, родных дед узнавал, поддерживал беседы, действительно после ампутации долго лежал сначала в районной больнице, затем в сестринском уходе, в Подборской участковой больнице, но это было связано только с плохим заживлением ноги, все это время за дедом ухаживала его мать, они часто вместе навещали деда.

Третье лицо нотариус ФИО7 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена своевременно, надлежащим образом, заявлением просила дело рассмотреть в её отсутствие, в ходе судебного разбирательства суду показала, что в апреле 2021 года она по просьбе матери ФИО6 выезжала в хирургическое отделение Козельской районной больницы для удостоверения завещания ФИО4 в пользу ФИО6 Сначала она разговаривала с ФИО4 по телефону, для того, чтобы убедиться насколько он контактен для нотариуса и способен самостоятельно подписать документ, речь ФИО4 была связанная, адекватная, голос достаточно четкий, свою волю он выражал достаточно четко, обозначил, что завещание намерен составить на ФИО6, поскольку является одиноким человеком. Ей были переданы паспорта сторон и составлено завещание. Когда она приехала в больницу, сначала она зашла в ординаторскую и встретилась с лечащим врачом ФИО4 для уточнения психосоматического состояния ФИО4, врач подтвердил, что ФИО4 контактен для нотариуса, сказал, что пациент её ждет. По её условиям в палате никого не было, она была только с ФИО4, общалась, тот назвал себя, дату своего рождения, подтвердил, что сможет подписать завещание. У ФИО4 была ампутирована нога, в остальном он был адекватен. Она представила ФИО4 проект завещания, прочитала его вслух, спросила есть ли у него вопросы, замечания, уточнения, тот ответил, что ему все ясно. ФИО4 подписал два экземпляра завещания, расписался с книге нотариуса, и она ушла. О предыдущем завещании ФИО4 не упоминал, сведений о недееспособности ФИО4 у неё не было.

Свидетель Л.В. суду показала, что является подругой истца, которая с 2013 года общалась с ФИО4 и до 2020 года они вместе приезжали к нему в гости в д.Подборки, ФИО3 привозила мебель, посуду, продукты, телевизоры, ФИО4 приезжал в гости к ФИО3, у них были добрые, доверительные отношения, ФИО4 был здоровый «нормальный мужичок», только немножко «психованный».

Свидетель Я.В. суду показала, что является знакомой истца и ей известно, что с 2013 года у ФИО3 с ФИО4 были отношения, частое общение, они ездили друг к другу в гости, она вместе с истцом приезжала к ФИО4 в д.Подборки, где он проживал. О заболеваниях ФИО4 ей ничего неизвестно, он был «человек настроения», злоупотреблял спиртным, были вспышки агрессии, переходил на крик, последние года три ФИО3 с ФИО4 не общалась.

Свидетель О.А. суду показала, что является матерью ответчика, ФИО4 сожительствовал с её матерью ФИО6 и воспитывал её с трех лет, она называла его отцом. Её мать прожила с ФИО4 до своей смерти в 2010 году, у них был совместный сын Александр, который проживал вместе с отцом ФИО4 и умер в 2020 году. Её сын ФИО2 с рождения проживал с ФИО6 и ФИО4, который считал ответчика своим внуком. Она с сестрой и сыном помогала ФИО4 по дому, по хозяйству, на огороде. Ничем серьезным ФИО4 не болел. Зимой 2021 года ФИО4 пожаловался ей на боль в ноге, она с сыном отвезла отца в Козельскую больницу, где отцу ампутировали ногу. До ампутации ноги и после операции ФИО4 вел себя нормально, всех узнавал, никаких изменений в его поведении не было, после операции попросил её привезти в больницу нотариуса, сказал, что хочет составить завещание на ответчика. Она привозила нотариуса в больницу и знала о завещании, составленном ФИО4 в пользу ФИО2 О завещании в пользу ФИО3 ФИО4 ей ничего не рассказывал, вообще она видела эту женщину всего пару раз, ни о каких отношениях отца с истцом ей ничего неизвестно, после ампутации ноги отец долго находился в больнице, потом в участковой больнице, в сестринском уходе, все это время отца навещала только она и ФИО2, она договаривалась об оформлении ухода за ним, оплачивала его уход, с сыном ухаживал за отцом и помогала ему во всем, ФИО3 к отцу не приезжала, её сын перевозил и транспортировал отца. Хоронили ФИО4 она с ответчиком. Ей известно о лечении ФИО4 в психиатрической больнице в период проживания с её матерью, известно, что в 2017 году, когда ФИО4 приезжал в гости к ФИО3, был пьяный и истец его тоже сдавала в психиатрическую больницу. Последние годы отец не пил, на здоровье не жаловался, ездил в районную больницу отмечаться, но не принимал никаких лекарств, никаких отклонений, странностей в поведении ФИО4 не было.

Свидетель Г.И. суду показала, что являлась соседкой ФИО4, ФИО3 видела неоднократно торгующей на рынке в д.Подборки, отношений истца с соседом не замечала, та приезжала к нему минут на 15-20, сразу уезжала, ничего не делала, а сосед говорил всем, что женился. К ФИО4 всегда приходила ФИО5 и её сын ФИО6, помогали по дому. В психиатрическую больницу ФИО4 отправляла его сожительница ФИО6, когда они вместе проживали, жаловалась на его нестандартное поведение. Сам ФИО4 лично ей жаловался на головные боли.

Свидетель С.Ю. суду показала, что являлась соседкой ФИО4 более 11 лет, который сначала проживал со своей матерью и сыном, затем один, навещали его ФИО6 и его мать ФИО5 После 2020 года у соседа сильно заболела нога, О.А. отвезла его в больницу, зиму он в больнице пролежал, затем лежал в участковой больнице, вернулся домой, прожил дома недолго перед смертью. Никаких изменений в поведении ФИО4 не было.

Выслушав стороны, свидетелей, изучив материалы дела, суд установил следующее.

В соответствии со ст.209 Гражданского кодекса РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно п.1 ст.218 Гражданского кодекса РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст.1111 Гражданского кодекса РФ, наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону; наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В силу положений п.п.1,2 ст.1118, п.1 ст.1119 Гражданского кодекса РФ, распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме; завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам; завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 ГК РФ.

Согласно требованиям п.1 ст.1124 Гражданского кодекса РФ, завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

В соответствии со ст.1125 Гражданского кодекса РФ нотариальное удостоверение завещания должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства. Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

В соответствии со ст.1152 Гражданского кодекса РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства, каковым согласно п.1 ст.1114 ГК РФ признается день смерти наследодателя, независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право принадлежит государственной регистрации.

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о принятии наследства (п.1 ст.1153 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.1154 Гражданского кодекса РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии со ст.1115 Гражданского кодекса РФ местом открытия наследства является последнее место жительство наследодателя.

Согласно свидетельств о государственной регистрации права 40 КЛ №, 40 КЛ № ФИО4 является собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности жилого дома, общей площадью 147,7 кв.м. и земельного участка, общей площадью 2146 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, на основании договора дарения недвижимого имущества от 12 января 2012 года.

21 июня 2017 года ФИО4 составил завещание, удостоверенное нотариусом нотариального округа горда Калуга ФИО8, реестровая запись №, которым завещал земельный участок и 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенные по адресу: <адрес> ФИО3.

06 апреля 2021 года ФИО4 составил завещание, удостоверенное нотариусом нотариального округа Козельский район Калужской области ФИО7, реестровая запись №, которым завещал все принадлежащее на день его смерти имущество, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось, в том числе земельный участок и 1/2 долю жилого дома, расположенные по адресу: <адрес> ФИО2.

27 июня 2022 года ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер в г.Калуге.

12 октября 2022 года администрацией СП «Деревня Подборки» выдана справка, согласно которой ФИО4 на день смерти был зарегистрирован по месту жительства и проживал по адресу: <адрес> – один.

14 октября 2022 года ФИО2 подал нотариусу по месту открытия наследства заявление о принятии по завещанию наследства, оставшегося после смерти ФИО4

22 декабря 2022 года ФИО3 подала нотариусу по месту открытия наследства заявление о принятии по завещанию наследства, оставшегося после умершего ФИО4

Сведения о признании ФИО4 недееспособным или ограниченно дееспособным в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют.

Изложенные обстоятельства подтверждаются материалами наследственного дела № к имуществу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 27 июня 2022 года, представленного суду нотариусом ФИО7

Согласно п.1 ст.177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находящимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.

В соответствии со ст.1131 Гражданского кодекса РФ, при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Судом установлено из данных медицинской документации, что с 26 марта по 29 апреля 2021 года ФИО4 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ГБУЗ КО «ЦМБ №3», где 27 марта 2021 года ему была проведена ампутация правой нижней конечности на уровне верхней трети правого бедра. С 30 апреля 2021 года по 30 августа 2021 года ФИО4 находился в отделении сестринского ухода ГБУЗ КО «ЦМБ №3» Ульяновской участковой больницы. Согласно выписного эпикриза из истории болезни, ФИО4 жаловался на боли в культе правого бедра, слабость, головную боль, головокружение, шум в голове, при этом был в ясном сознании, общителен по существу, обнаруживал ровный фон настроения, психопродуктивных расстройств у него не было, получал гипотензивную, сосудистую терапию. У него диагностировали «<данные изъяты>», сопутствующий диагноз: «<данные изъяты>». С 30 августа 2021 года по 08 июня 2022 года ФИО4 находился в отделении сестринского ухода ГБУЗ КО «ЦМБ №3», где жаловался на общую слабость, одышку при физической нагрузке, отмечал периодические боли в области культи правого бедра. Его слух был снижен. 10 ноября 2021 года жаловался на фантомные боли в отсутствующей конечности, усиливающиеся в ночное время, нарушающие сон. В связи с хроническим болевым синдромом ему выписывались налоксон и оксикодон (сильнодействующие анальгетики). При этом он был в сознании, всесторонне ориентирован, общителен по существу, его настроение было ровным. Отмечалось некоторое когнитивное снижение. Психопродуктивных расстройств у него не было. Принимал гипотензивную терапию. С 25 июня 2022 года перестал разговаривать и по инициативе соседей по скорой помощи был госпитализирован в неврологическое отделение ГБУЗ КО «Калужская областная клиническая больница», где состояние было тяжелым, был недоступен контакту в связи с речевыми нарушениями, на вопросы не отвечал, а инструкции выполнял частично. 27 июня 2022 года ФИО4 умер. У него диагностировали «<данные изъяты>».

Согласно заключению комиссии экспертов №716 от 15 марта-03 апреля 2023 года, ФИО4 при жизни страдал <данные изъяты>). В пользу данного диагноза свидетельствуют анамнестические сведения о возникновении у него с конца 70-х годов сенесто-ипохондрических, психопатоподобных, депрессивных расстройство с наличием некоторой эмоциональной измененности, формированием с середины 2000-х годов ремиссии (стойкого улучшения) в виде правильного, упорядоченного поведения, отсутствия бреда, галлюцинаций, а также необходимости приема им психотропных (нейролептических) препаратов. В пользу данного диагноза свидетельствуют также медицинские сведения о наличии у него на протяжении многих лет гипертонической болезни, церебрального атеросклероза, жалобах астенического характера в виде цефалгий, утомляемости, раздражительности без каких-либо психотических переживаний, при достаточной сохранности социально-бытовых навыков. Об этом свидетельствуют медицинская документация, а также свидетельские показания лиц, хорошо знавших подэкспертного. Имевшиеся у подэкспертного изменения со стороны психики не столь выражены и не лишали его способности к свободному волеизъявлению при оформлении завещания 06 апреля 2021 года, поскольку на тот период времени он был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Из объяснений в судебном заседании ответчика ФИО2, третьего лица нотариуса ФИО7, свидетелей со стороны ответчика О.А., Г.И., С.Ю., следует, что в последние годы, в том числе и в юридически значимый период времени 06 апреля 2021 года, ФИО4 болезненным расстройством психики не страдал, находился в нормальном состоянии, вел себя адекватно, был в здравом уме, отдавал отчет своим действиям и руководил ими, понимал значение происходящего, разговаривал с окружающими об актуальных событиях, узнавал их. Признавая показания данных лиц достоверными, суд учитывает, что именно ФИО9 в 2021 году непосредственно общались с ФИО4 достаточно близко, часто и регулярно, О.А. решала все вопросы, связанные с нахождением ФИО4 в больницах, оплате соответствующих услуг по уходу за ним, ФИО2 непосредственно принимал участие в перевозках и транспортировке ФИО4 в связи с возникшей необходимостью, ФИО4 считал ФИО2 своим внуком и имел с ним и его матерью хорошие отношения.

Истцом ФИО3 и свидетелями истца Л.В., Я.В. в судебном заседании подтверждаются обстоятельства общения истца с ФИО4 до 2020 года, позже общение происходило только по телефону, в процессе разговоров ФИО4 понимал с кем он разговаривает, поддерживал разговоры на различные темы. При этом указанные свидетели и истец подтверждают обстоятельства того, что ФИО4 был здоровым человеком, «нормальным мужичком», «человеком настроения», выпивающим спиртное. Никто, в том числе и сам ФИО4 в 2021 году не сообщали истцу об изменениях в его поведении, ставивших под сомнение его способность понимать происходящее и выражать волеизъявление.

Показания истца ФИО3 об отношениях между наследодателем и истцом сами по себе не подтверждают отсутствие воли наследодателя на составление в последующем завещания в пользу ответчика ФИО2, а также не исключают совершение наследодателем данных действий.

Каких-либо допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что в момент составления и удостоверения завещания 06 апреля 2021 года ФИО4 находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, стороной истца суду не представлено. Доводы стороны истца о нахождении ФИО4 в момент подписания завещания 06 апреля 2021 года под действием каких-либо лекарственных препаратов, влияющих на способность отдавать отчет своим действиям и руководить ими также ничем и никем не подтверждаются. Необоснованными являются и доводы о том, что лица, оказавшиеся рядом с ФИО4 в момент подписания завещания могли своими действиями внушить ему необходимость перезавещать свое имущество, поскольку и О.А. и ФИО2 не знали о завещании от 2017 года и продолжали свои добрые и доверительные отношения с ФИО4, искренне считая его родным человеком, после написания им завещания в пользу ФИО2, помогали ему, ухаживали за ним и похоронили его за свой счет.

Оценив заключение экспертов в совокупности с другими доказательствами, в том числе объяснениями сторон, медицинской документацией в отношении ФИО4, показаниями свидетелей, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных доказательств обстоятельств того, что на момент совершения завещания 06 апреля 2021 года ФИО4 не понимал значение своих действий и не мог руководить ими и об отказе ФИО3 в удовлетворении исковых требований о признании недействительным завещания, составленного ФИО4 в пользу ФИО2.

Каких-либо доказательств нарушения порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также наличия недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя, судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст.194 – 198, 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 (паспорт №) к ФИО2 (паспорт №) о признании завещания недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калужский областной суд через Козельский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий