УИД 56RS0042-01-2024-001509-28

дело № 2-36/2025 (2-1847/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 февраля 2025 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Илясовой Т.В.,

при секретаре Литовченко Е.А.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – адвоката Мочалова М.В., действующего на основании ордера от 18 февраля 2025 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Федерального казенного учреждения Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области к ФИО2 территориальному правлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области о взыскании ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное казённое учреждение «Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области» (далее – ФКУ УИИ УФСИН России по Оренбургской области) обратилось в суд с вышеназванным иском к ответчику ФИО3, указав в обоснование требований, что ответчик приговором Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 03.08.2016 года признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 162 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет с ограничением свободы на срок 1 год. Постановлением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 19.01.2023 года неотбытое наказание в виде лишения свободы заменено ФИО3 на ограничение свободы на срок 4 года. 25.04.2023 года ФИО3 поставлен на учет в филиале по Ленинскому району г. Оренбурга ФКУ УИИ УФСИН России по Оренбургской области. В целях контроля за осужденным 02.06.2023 года вынесено постановление о применении в отношении ФИО3 аудиовизуальных электронных средств надзора и контроля: электронного браслета (МЭБ) № № и стационарного контрольного устройства (СКУ) № № с зарядным устройством. Данное оборудование было передано осужденному, он был ознакомлен с правилами его эксплуатации. Между тем при проведении проверки установлено, что при эксплуатации специальные средства контроля ФИО3 утрачены. Стоимость средств контроля составляет 61300 рублей, в том числе: МКУ – 42 800 рублей, МЭБ - 18 500 рублей.

Истец, ссылаясь на положения статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил суд взыскать в его пользу с ФИО3 в счет возмещения ущерба 61 300 рублей.

В дальнейшем истец в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исковые требования увеличили и просит взыскать в его пользу в счет возмещения ущерба 67500 рублей, исходя из стоимости стационарного контрольного устройства 49000 рублей.

В ходе судебного разбирательства поступили сведения о смерти ответчика ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года.

Определениями суда произведена замена ответчика ФИО3 на ФИО2, ТУ Росимущества в Оренбургской области.

В ходе судебного разбирательства представитель истца ФИО1 заявленные требования поддержала, просила удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении с учетом ответственности наследников по долгам наследодателя.

Ответчик ФИО2 в суд не явилась, место его жительства суду не известно. Данных о смерти указанного ответчика суду не представлено.

Представляющий интересы ФИО2 – адвокат Мочалов М.В. просил в удовлетворении исковых требований к данному ответчику отказать, ссылаясь на отсутствие доказательств принятия ею наследства ФИО3

Представитель ответчика ТУ Росимущества в Оренбургской области в суд не явился, был надлежаще извещен о месте и времени рассмотрения дела.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав мнение представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.

Исходя из частей 2, 4 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Права и обязанности осужденных определяются Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Статьей 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что осужденные обязаны соблюдать требования Федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (часть 2); неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность (часть 6).

Порядок и условия отбывания наказания в виде ограничения свободы регламентируются статьей 50 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в соответствии с частями 1, 2 которой наказание в виде ограничения свободы отбывается осужденным по месту его жительства при неукоснительном соблюдении установленных судом ограничений, а также явки по вызову в уголовно-исполнительную инспекцию для дачи устных или письменных объяснений по вопросам, связанным с отбыванием им наказания.

В соответствии с частью 1 статьи 60 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы осуществляется уголовно-исполнительными инспекциями и заключается в наблюдении за поведением осужденных, соблюдением ими установленных судом ограничений и принятии в случае необходимости установленных законом мер воздействия. Для обеспечения надзора, предупреждения преступлений и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных уголовно-исполнительные инспекции вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля, перечень которых определяется Правительством Российской Федерации.

Порядок осуществления надзора определяется нормативными правовыми актами, утверждаемыми федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (часть 3 статьи 60 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Для обеспечения надзора, предупреждения преступлений и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных, инспекция принимает решение об использовании аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля к осужденному.

В соответствии с частью 1 статьи 60 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 марта 2010 года № 198 утвержден перечень аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля, используемых уголовно-исполнительными инспекциями для обеспечения надзора за осужденными к наказанию в виде ограничения свободы, в котором указано, что браслет электронный - электронное устройство, надеваемое на осужденного к наказанию в виде ограничения свободы с целью его дистанционной идентификации и отслеживания его местонахождения, предназначенное для длительного ношения на теле (более 3 месяцев) и имеющее встроенную систему контроля несанкционированного снятия и вскрытия корпуса; стационарное контрольное устройство - электронное устройство, обеспечивающее непрерывный круглосуточный прием и идентификацию сигналов электронного браслета для контроля режима присутствия в помещении или на установленной территории, а также оповещение о попытках снятия и повреждениях электронного браслета и иных нарушениях; мобильное контрольное устройство - электронное устройство, предназначенное для ношения совместно с электронным браслетом при нахождении осужденного к наказанию в виде ограничения свободы вне мест, оборудованных стационарным контрольным устройством, для отслеживания его местоположения по сигналам глобальной навигационной спутниковой системы ГЛОНАСС/GPS.

Таким образом, электронные и иные технические средства надзора и контроля, используемых уголовно-исполнительными инспекциями для обеспечения надзора за осужденными к наказанию в виде ограничения свободы вне мест, оборудованных стационарным контрольным устройством, для отслеживания их местоположения по сигналам, являются обязательными к использованию для осужденных лиц данной категории, на которых возлагается материальная ответственность за порчу, уничтожение или повреждения данного технического оборудования.

Причем указанные технические средства контроля принадлежат ФКУ УИИ УФСИН России по Оренбургской области на праве оперативного управления.

Статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов возмещения вреда предусматривает возмещение убытков (пункт 2 статьи 15).

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками следует понимать расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Судом установлено и следует из материалов дела, что приговором Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 03.08.2016 года ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет с ограничением свободы на срок 1 год.

Постановлением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 19.01.2023 года неотбытое наказание в виде лишения свободы заменено ФИО3 на ограничение свободы на срок 4 года.

25.04.2023 года ФИО3 поставлен на учет в филиале по Ленинскому району г. Оренбурга ФКУ УИИ УФСИН России по Оренбургской области.

02.06.2023 года постановлением начальника филиала по Ленинскому району г. Оренбурга ФКУ УИИ УФСИН России по Оренбургской области указано применить в отношении ФИО3 аудиовизуальные электронные средства надзора и контроля: электронный браслет (МЭБ) № № и стационарное контрольное устройство (СКУ) № № с зарядным устройством.

Оборудование проверено на исправность, передано осужденному, он был ознакомлен с правилами его эксплуатации, что подтверждается его подписью в акте приема-передачи от 02.06.2023 года, акте технического состояния оборудования от 02.06.2023 года.

Между тем, при проведении проверки выполнения осужденным ограничений, установленных судом, было установлены неоднократные нарушения расписания присутствия ЭБ. По состоянию на 21.08.2023 года при проверке ФИО3 по адресу: <адрес> стационарное устройство находилось по данному адресу, электронный браслет на ноге ответчика. О техническом состоянии оборудования составлен акт.

06.10.2023 года при осуществлении выезда по месту жительства ФИО3 по адресу: <адрес> было установлено как отсутствие стационарного устройства по указанному адресу, так и браслета на ноге ФИО3

Из письменных объяснений ФИО3 сотрудникам инспекции следует, что 18.08.2023 года он поступил в ГАУЗ ГКБ № 1 г. Оренбурга со стационарным устройством. После выписки СКУ не видел. Электронный браслет срезал сам через 15 дней.

Вместе с тем, согласно пояснениям сотрудника ГАУЗ ГКБ № 1 г. Оренбурга ФИО6 18.08.2023 года ФИО3 поступил в медицинское учреждение без вещей и без стационарного контрольного устройства, что также подтверждается ответом ГАУЗ ГКБ № 1 г. Оренбурга от 30.10.2023 года. Из пояснений директора ООО «<данные изъяты>» ФИО7 следует, что 19.08.2023 года стационарное устройство, ранее находящееся по адресу: <адрес> было перевезено по адресу: <адрес>.

Кроме того, согласно рапорту проверки по состоянию на 21.08.2023 года, то есть после выписки ФИО3 из ГАУЗ ГКБ № 1 г. Оренбурга 19.08.2023 года, стационарное устройство находилось по адресу: <адрес>.

06.10.2023 года постановлением начальника филиала по Ленинскому району г. Оренбурга ФКУ УИИ УФСИН России по Оренбургской области отменено применение технических средств надзора и контроля в отношении ФИО3 ввиду их утраты.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со статьями 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства нашла свое подтверждение утрата принадлежащего истцу имущества, а именно: стационарного контрольного устройства № № (<данные изъяты>), электронного браслета № № (<данные изъяты>), крышки пломбы - 2 штук, в результате виновных действий ФИО3, не предпринявшего всех зависящих от него меры по сохранению переданного ему оборудования.

Доказательств обратного в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Согласно информации АО «Предприятие уголовно-исполнительной системы «Центр информационно-технического обеспечения связи» стоимость средств контроля составляет 67 500 рублей, в том числе: СКУ – 49 000 рублей, МЭБ - 18 500 рублей.

Поскольку местонахождение вышеуказанного оборудования не известно, то суд приходит к выводу, что истцу причинен ущерб ввиду его утраты в сумме 67500 рублей.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обуславливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделение равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. То есть, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена исключительно процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (статьи 56, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого причине ущерб, а также факты нарушения обязательства и наличия убытков, их размер.

В свою же очередь, лицо, у которого потерпевший требует возместить ущерб, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения (постановление Конституционный Суд Российской Федерации от 10.03.2017 года № 6-П).

В ходе судебного разбирательства ответчики, достоверно зная о возбужденном гражданском деле, заявленный истцом размер ущерба не оспаривали, ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявили.

Таким образом, оценив представленные доказательства, суд считает возможным принять представленные истцом документы в подтверждение стоимости утраченного оборудования средств контроля.

Из материалов дела также следует, что ФИО3 умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена актовая запись от 19.04.2024 года № №.

Согласно пункту 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают подолгамнаследодателя солидарно(статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя впределахстоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

В соответствии с пунктом 3 указанной статьи кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 60, 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

По смыслу приведенных норм права в порядке наследования переходят как права, так и обязанности наследодателя. Поэтому если причинитель вреда умер, не возместив такой вред, то его имущественная обязанность по возмещению материального ущерба переходит к его наследникам в пределах стоимости наследственного имущества.

При отсутствии или нехватке наследственного имущества обязательство прекращается невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в силу приведенных выше норм закона обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делам настоящей категории, являются факт принятия наследства после смерти наследодателя его потенциальными наследниками, состав наследства и его стоимость, исполнение обязательств наследодателя наследниками за счет наследственного имущества.

В силу статьи 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно статье 1141 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса.

Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (статья 1117), либо лишены наследства (пункт 1 статьи 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления (статья 1146).

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления (статья 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.

В порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо муниципального, городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение; земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества; доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем настоящего пункта объекты недвижимого имущества.\

Если указанные объекты расположены в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Москве, Санкт-Петербурге или Севастополе, они переходят в собственность такого субъекта Российской Федерации.

Жилое помещение, указанное в абзаце втором настоящего пункта, включается в соответствующий жилищный фонд социального использования.

Иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Вместе с тем, согласно пункту 2 указанной статьи признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Принятие наследства посредством обращения к нотариусу либо фактическое принятие наследства являются равными по своим правовым последствиям способами принятия наследства.

Согласно представленным актовым записям ФИО3 на момент смерти в браке не состоял, детей не имеет. Единственным родственником ФИО3 указана его мать ФИО2

Сведений об обращении наследников ФИО3 к нотариусу с заявлением о принятии наследства в материалах дела не имеется.

Данных о том, что ФИО3 на момент смерти проживал с матерью ФИО2, что последняя фактически вступила в права наследования также не представлено.

Из сведений о регистрации следует, что ФИО3 был зарегистрирован по адресу: <адрес>. Данных о том, что по этому адресу проживает ФИО2, не имеется. Кроме того, из материалов дела следует, что последним местом жительства ФИО3 являлся адрес: <адрес>.

Сведений об иных наследниках первой очереди или иных очередей, принявших наследство после смерти ФИО3, материалы дела не содержат. Судом также не установлены иные лица, которые фактически приняли наследство после его смерти.

Таким образом, суд приходит к выводу, что принадлежащее ФИО3 имущество является выморочным.

Согласно материалам дела на момент смерти на счете ФИО3, открытом в ПАО Сбербанк находились денежные средства в размере 142,03 рублей, на счете, открытом в ПАО Совкомбанк находились денежные средства в сумме 888 рублей, на счете, открытом в АО «Альфа-Банк» - денежные средства в сумме 2,03 рубля, а всего - 1032,06 рублей, которые перешли в собственности Российской Федерации в силу статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Иного имущества, принадлежащего ФИО3 на момент смерти, судом не установлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» на основании пункта 3 статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также статьи 4 Федерального закона от 26.11.2001 года № 147-ФЗ «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» впредь до принятия соответствующего закона, определяющего порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации, а также порядок передачи его в собственность субъектов Российской Федерации или в собственность муниципальных образований, при рассмотрении судами дел о наследовании от имени Российской Федерации выступает Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) в лице его территориальных органов, осуществляющее в порядке и пределах, определенных федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, полномочия собственника федерального имущества, а также функцию по принятию и управлению выморочным имуществом (пункт 5.35 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 года № 432); от имени городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальных образований - их соответствующие органы в рамках компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

При этом, неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей (выплаты долгов наследодателя, исполнения завещательного отказа, возложения и т.п.).

Выморочное имущество, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность соответственно Российской Федерации (любое выморочное имущество, в том числе невостребованная земельная доля, за исключением расположенных на территории Российской Федерации жилых помещений), муниципального образования, города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга (выморочное имущество в виде расположенного на соответствующей территории жилого помещения) в силу фактов, указанных в пункте 1 статьи 1151 ГК РФ, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации (пункты 49, 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9).

Поскольку в силу статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследники отвечают по долгам наследодателя в пределах перешедшего к нему наследственного имущества, то ответственность ТУ Росимущества в Оренбургской области, действующего в интересах Российской Федерации в настоящих правоотношениях, по возмещению ущерба перед истцом ограничена именно этой суммой. В остальной части в силу статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство подлежит прекращено.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ТУ Росимущества в Оренбургской области в пользу Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области, в счет возмещения ущерба 1032,06 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца к ФИО2 суд не усматривает, поскольку последняя наследство после смерти ФИО3 не принимала и не может отвечать по его обязательствам перед третьими лицами.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 198 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление Федерального казенного учреждения Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области к ФИО2, территориальному правлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области о взыскании ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области, ИНН <***> в пользу Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области, ИНН <***>, в счет возмещения ущерба 1032,06 рублей.

В удовлетворении остальной части требований Федерального казенного учреждения Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области к территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области, а также в удовлетворении его требований к ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца с момента принятия его в окончательной форме.

Судья подпись Т.В. Илясова

Мотивированное решение изготовлено 14 марта 2025 года.

Судья подпись Т.В. Илясова