Мотивированный апелляционный приговор

изготовлен 11.08.2023

Председательствующий Анохин С.П. дело №22–5908/2023

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 10.08.2023

Свердловский областной суд в составе:

председательствующего Сивковой Н.О.

при ведении протокола помощником судьи Соколовой Т.В.

с участием:

прокурора апелляционного отдела ФИО1,

адвоката Ильина А.В. в защиту интересов осужденного ФИО2

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению ст. помощника прокурора Талицкого района Бушковской Е.В., апелляционной жалобе потерпевшего П., апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Ильина А.В. в защиту интересов осужденного ФИО2 на приговор Талицкого районного суда Свердловской области от 26.05.2023, которым

НЕФЕДЬЕВ БОРИС ЧУН-ГИРОВИЧ,

<дата> года рождения,

уроженец <адрес>,

гражданин РФ,

судимости не имеющий,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам принудительных работ с удержанием из заработной платы 10% в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Срок наказания постановлено исчислять со дня прибытия в исправительный центр, куда осужденному надлежит следовать самостоятельно после получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы по месту жительства.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно изложенным в приговоре обстоятельствам, преступление совершено 07.07.2022 около 12:22 на участке на 215 км автодороги Екатеринбург-Тюмень на территории Талицкого района Свердловской области по направлению в сторону г. Екатеринбурга.

В судебном заседании ФИО2 вину не признал, заявил о виновности в ДТП водителя ВАЗ – П.

В апелляционном представлении ст. помощник прокурора Талицкого района Бушковская Е.В. считает приговор суда незаконным в связи несправедливостью наказания вследствие чрезмерной мягкости. Указывает, что наказание не соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, его поведению после ДТП и в ходе предварительного расследования и судебного следствия, исходя из его попыток переложить вину в аварии на второго участника происшествия, а значит избежать уголовной ответственности, что свидетельствует об отсутствии раскаяния в содеянном. Считает, что назначенное наказание в виде принудительных работ не восстанавливает справедливость, является односторонним, может повлечь повторность совершения преступления. Просит приговор изменить, назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Вместе с тем, помимо просьбы об усилении наказания, просит учесть в качестве смягчающих обстоятельств наличие у осужденного несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья супруги, признание вины на следствие в качестве подозреваемого (по ч. 2 ст. 61 УК РФ), а также по п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - принятие иных мер, направленных на заглаживание вреда, поскольку после ДТП ФИО2 несколько раз принес ему извинения, а, со слов осужденного, он звонил на номер 112, снимал клемму с аккумулятора для недопущения взрыва.

В апелляционной жалобе потерпевший П. выражает несогласие с приговором суда, считает назначенное наказание чрезмерно мягким, несоответствующим тяжести преступления, личности осужденного. Оспаривает совокупность смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств, указывает, что наличие у него хронического заболевания не препятствует отбыванию им наказания в виде реального лишения свободы. Отмечает, что обстоятельств, предусмотренных ст. 62 УК РФ, по делу не установлено, в связи с чем полагает, что наказание должно быть не менее 2/3 от максимально возможного, согласно санкции статьи. Считает, что назначив менее строгое наказание, суд не привел мотивы и основания для такого смягчения. Указывает на отсутствие по делу оснований для применения положений ст. 64 УК РФ. Усматривает в этом нарушение ст. 297 УПК РФ. Отмечает, что вину в преступлении ФИО2 не признал, ущерб не возместил и возмещать не желает, его поведение и отношение к содеянному свидетельствует, по мнению автора жалобы, о его общественной опасности и возможности рецидива совершения подобного преступления и в отношении иных лиц. Ссылается на требования ст. 6 УПК РФ, постановление Пленума ВС РФ от 29.06.2010 № 17, просит приговор изменить, наказание усилить, назначив ФИО2 наказание в виде лишения свободы.

В апелляционной жалобе адвокат Ильин А.В. в интересах осужденного ФИО2 считает приговор суда необоснованным, незаконным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Оспаривает вывод суда о виновности осужденного в инкриминируемом деянии, нарушение им п. 10.1 ПДД РФ, указывает на отсутствие доказательств данного обстоятельства, заявляет, что осужденный не нарушал скоростной режим, отмечает объективное вменение нарушения требований дорожных знака 3.24, и п. 10.1 ПДД РФ, что является недопустимым. Полагает, что ФИО2, управляя ТС, двигался со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние ТС и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Приводя показания осужденного и заключение автотехнической экспертизы, делает вывод о соблюдении Нефедьевым безопасной дистанции до движущегося впереди него автомобиля ВАЗ2115. Заявляет о резком торможении водителя П. до полной остановки без причины, в нарушение требований п. 10.5 ПДД РФ, как причину ДТП. Заявляет о нарушении потерпевшим требований знака 4.1.1 «Движение прямо», а непривлечение П. к административной ответственности расценивает как халатность или заинтересованность должностных лиц ГИБДД. Просит приговор отменить. В дополнении к жалобе указывает на то, что потерпевшим проявлена преступная небрежность, допущено нарушение п. 1.3, 1.5,8.1, 10.5 ПДД РФ, что привело к наступлению общественно опасных последствий в виде смерти пассажира ВАЗ-2115 У., усматривает в его действиях признаки преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ. Заявляет об отсутствии у ФИО2 технической возможности обнаружить опасность и предотвратить ДТП. Настаивает на соблюдении ФИО2 правил дорожного движения. Приводя выводы судебно-медицинской экспертизы, полагает, что судом не проверено соблюдение ПДД водителем а/м МАН. Полагает, что без такой проверки вывод суда о виновности ФИО2 основан на предположениях, что является незаконным. Ссылается на причины и условия данного ДТП, обращает внимание на постановление от 22.09.2022 о выделении материалов уголовного дела по факту совершения должностными лицами АО «Свердловскавтодор» преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 263.1 УК РФ, что не нашло своего отражения в приговоре суда. Оспаривает достоверность и обоснованность выводов судебной автотехнической экспертизы, полагает, что они основаны на предположениях эксперта, оспаривает достоверность фотофайлов с места происшествия, поскольку диск с файлами не приобщался к материалам уголовного дела. Заявляет о недопустимости использования в качестве доказательства протокола осмотра места происшествия, поскольку подписями понятых удостоверены только первая и последняя страница данного документа, отсутствует указание на использование измерительных средств, неправильно указаны координаты места ДТП, которое в соответствие с Яндекс картой не является проезжей частью. На основании изложенного, просит приговор в отношении ФИО2 отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника и апелляционное представление прокурора представитель потерпевшего ФИО3 просит приговор изменить по доводам апелляционной жалобы потерпевшего.

Проверив уголовное дело, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы защитника, поскольку виновность ФИО2 в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшим по неосторожности смерть человека, подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании.

В то же время приговор подлежит отмене в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания ввиду наличия правового повода для устранения данного нарушения путем постановления по делу нового апелляционного приговора на основании апелляционной жалобы потерпевшего и апелляционного представления прокурора, где ставится вопрос об усилении наказания (ч.1 ст. 389.24 УПК РФ, п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.11.2012 № 26 (в ред. от 27.06.2023 № 25) «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции».

В силу ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены и изменения судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе неправильное применение уголовного закона. Неправильным применением уголовного закона, согласно п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ, признается нарушение требований Общей части УК РФ.

Такие нарушения по настоящему уголовному делу допущены.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 53.1 УК РФ принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ, за совершение преступления небольшой или средней тяжести либо за совершение тяжкого преступления впервые.

Если, назначив наказание в виде лишения свободы, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, он постановляет заменить осужденному наказание в виде лишения свободы принудительными работами.

Согласно разъяснениям, данным в п. 22.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", при постановлении обвинительного приговора суд в соответствии с положениями п. 7.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ обязан разрешить вопрос о том, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в случаях и порядке, установленных ст. 53.1 УК РФ.

При наличии таких оснований суду в резолютивной части приговора вначале следует указать на назначение наказания в виде лишения свободы на определенный срок, а затем - на замену лишения свободы принудительными работами.

Указанные требования уголовного закона судом не соблюдены.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, суд пришел к выводу о назначении ФИО2 наказания в виде принудительных работ, при этом в резолютивной части приговора не указал на назначение ему наказания в виде лишения свободы на определенный срок, а затем - о замене лишения свободы принудительными работами, а сразу назначил осужденному наказание в виде принудительных работ.

Допущенное судом нарушение уголовного закона является существенным, искажающим саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, поскольку повлияло на справедливость назначенного ФИО2 наказания.

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет допущенное нарушение, отменяет приговор и выносит новое судебное решение.

При таких обстоятельствах, в силу ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, устраняя допущенное нарушение уголовного закона, суд апелляционной инстанции, исходя из наличия по настоящему делу правового повода для изменения в сторону ухудшения положения осужденного, приходит к выводу об отмене приговора суда первой инстанции и вынесении обвинительного приговора (п. 3 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ).

Как установлено судом апелляционной инстанции ФИО2 виновен в нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено им при следующих обстоятельствах:

07.07.2022 около 12:22 ФИО2, управляя технически исправным грузовым бортовым автомобилем ГАЗель-3009К7, государственный регистрационный знак <***>, двигался по автодороге Екатеринбург-Тюмень, по территории Талицкого района Свердловской области, по направлению в сторону г. Екатеринбурга. Являясь участником дорожного движения, в соответствии с требованиями пункта 1.3 Правил дорожного движения РФ (далее - ПДД РФ) водитель ФИО2 был обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также в соответствии с требованиями пункта 1.5 ПДД РФ должен действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Несмотря на это, ФИО2, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, двигался на 215-м километре автодороги Екатеринбург-Тюмень, где производился капитальный ремонт автодороги, на участке, заведомо обозначенном дорожными знаками, последовательно установленными по ходу движения по направлению в сторону г. Екатеринбурга: 5.15.5 «Конец полосы»; 3.24 «Ограничение максимальной скорости», ограничивающий скорость движения на данном участке дороги до 50 км/ч; 3.20 «Обгон запрещен»; 1.25 «Дорожные работы»; 1.21 «Двустороннее движение», что требовало от него при движении на данном участке проявления повышенного внимания и предусмотрительности. ФИО2 двигался на управляемом им автомобиле со скоростью около 60 км/ч, превышая тем самым установленное на данном участке автодороги ограничение максимальной скорости движения транспортных средства, нарушая требования п. 10.1 ПДД РФ, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения и когда скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. При этом ФИО2, управляя автомобилем по вышеуказанному участку дороги, и, приближаясь к Т-образному перекрестку, находящемуся в 400-х метрах до дорожного знака, обозначающего 214-й километр, и автодороги, ведущей к пос. Троицкий Талицкого района Свердловской области, двигался за автомобилем ВАЗ-21150, государственный регистрационный знак <***>, при этом, не избрал безопасной скорости движения и не обеспечил безопасную дистанцию до движущегося впереди него в попутном направлении транспортного средства, позволявшую ему при возникновении опасности своевременно принять меры к снижению скорости, нарушая тем самым требований пункта 9.10 ПДД РФ, согласно которому водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения. В результате чего, заметив, что автомобиль ВАЗ-21150, заблаговременно включив указатель левого поворота и заняв соответствующее крайнее левое положение на проезжей части, снижает скорость движения перед перекрестком и останавливается, намереваясь совершить маневр поворота налево, ФИО2, управляя автомобилем ГАЗель-3009К7, допустил наезд на остановившийся автомобиль ВАЗ-21150.

В результате нарушения требований пунктов 1.3 (в части, касающейся дорожного знака «Ограничение максимальной скорости»), 1.5, 9.10, 10.1 ПДД РФ, ФИО2 при управлении автомобилем ГАЗель-3009К7, превышая установленную на данном участке автодороги максимальную скорость движения транспортных средств, не избрав безопасной скорости движения, обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства, не позволившую соблюдать безопасную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, позволяющую ему, при возникновении опасности для движения, в виде остановившегося на полосе проезжей части дороги, по которой он двигался, легкового автомобиля, который он в состоянии был обнаружить, вовремя принять возможные меры к снижению скорости и избежать столкновения, тем самым, создав опасность для движения и причинения вреда другим участникам дорожного движения, около 12:22 07.07.2022 при движении на 215-м километре автодороги Екатеринбург-Тюмень, по направлению в сторону г. Екатеринбурга, вблизи д. Сугат Талицкого района Свердловской области, на расстоянии 391,8 метра до дорожного знака, обозначающего 214-й километр и на расстоянии 2,1 м от осевой линии проезжей части дороги, на полосе проезжей части, предназначенной для движения транспортных средств в сторону г. Екатеринбурга, ФИО2 допустил наезд передней левой частью управляемого им автомобиля ГАЗель-3009К7 (передний бампер, капот, переднее левое крыло, передняя левая блок-фара) в заднюю правую часть (задний бампер, крышка багажника, боковина задняя правая) остановившегося на левом краю этой же полосы движения, двигавшегося в попутном с ним направлении без нарушения ПДД РФ, легкового автомобиля ВАЗ-21150, от чего автомобиль ВАЗ-21150 развернуло влево (против хода часовой стрелки) и далее он двигался по дуге вперед и влево на полосу проезжей части дороги, предназначенную для движения транспортных средств во встречном направлении, где на расстоянии 365,9 м до дорожного знака, обозначающего 214-й километр указанной автодороги и на расстоянии 1,4 м от осевой линии проезжей части дороги, на полосе проезжей части, предназначенной для движения транспортных средств в сторону г. Тюмени, автомобиль ВАЗ-21150 правой частью (переднее правое крыло, передняя и задняя правые двери, крыша), ударился в переднюю левую часть (передний бампер, капот, переднее левое крыло, передняя левая блок-фара), двигавшегося без нарушений ПДД РФ седельного тягача MAN TGX, государственный регистрационный знак <***>, буксирующего в составе автопоезда полуприцеп-рефрижератор SCHMITZ, государственный регистрационный знак ЕО 5234/77, к моменту столкновения применившего торможение. После чего автомобиль ВАЗ-21150 отбросило назад и влево, снова на полосу проезжей части, предназначенную для движения транспортных средств в сторону г. Екатеринбурга.

Таким образом, нарушение ФИО2 требований указанных пунктов ПДД РФ явилось причиной столкновения управляемого им грузового бортового автомобиля ГАЗель-3009К7 с двигавшимся впереди в попутном направлении и остановившимся на перекрестке для выполнения маневра поворота налево с включенным указателем левого поворота автомобилем ВАЗ-21150, отчего автомобиль ВАЗ-21150 вынесло на полосу встречного движения, где он столкнулся с двигавшимся во встречном направлении седельным тягачом «MAN TGX», водитель которого не имел технической возможности предотвратить столкновение путем применения торможения, в результате чего находившимся в легковом автомобиле ВАЗ-21150 водителю П. и пассажиру У. причинены телесные повреждения: - водителю П. телесные повреждения в виде: кровоподтеков обоих бедер, обоих коленных суставов, левой голени с переходом на стопу, правой наружной лодыжки; ссадин левого плеча, правой боковой поверхности туловища; повлекшие расстройство здоровья сроком не более 6 дней, не причинившие вреда здоровью; - пассажиру переднего сидения У. телесные повреждения в виде повреждения атлантоокципитального сочленения с повреждением ствола мозга, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку мозжечка, в желудочки мозга, мягкие ткани шеи слева и сзади на уровне гортани, перелома нижней челюсти, двусторонних множественных переломов ребер с повреждением и без повреждения плевры, с кровоизлияниями в мягкие ткани, повреждение плевры нижних долей обоих легких, кровоизлияния в мягкие ткани переднего и заднего средостения, повреждения сердечной сумки, сердца, в левой плевральной полости (200 мл), в правой плевральной полости (150 мл), повреждения печени, селезенки, кровоизлияния в брыжейку кишечника, в брюшной полости следового количества крови, повреждения обоих кресцово-подвздошных сочленений, переломов лонной и седалищной костей с обеих сторон с кровоизлияниями в мягкие ткани, множественных ссадин лица, туловища, конечностей, раны с неровными краями обоих бедер, левой стопы; термического ожога правой нижней конечности второй степени площадью 9-10% поверхности, которые согласно п. 6.1 Приказа № 194н МЗиСР РФ от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, в совокупности, по признаку опасности для жизни, причинили тяжкий вред здоровью У., являются несовместимыми с жизнью, и повлекли по неосторожности ее смерть на месте дорожно-транспортного происшествия, наступившую от тупой комбинированной травмы шеи, головы, груди, живота, таза с множественными грубыми повреждениями внутренних органов, переломами костей скелета.

Допрошенный в суде первой инстанции подсудимый ФИО2 вину не признал и показал, что днем 07.07.2022 он ехал по автодороге из г. Тюмени на принадлежавшем ему а/м ГАЗель и вез груз. На дороге велся ремонт, и впереди, по ходу его движения, было сужение дороги. В зеркало заднего вида он увидел, что его опережает а/м ВАЗ. Он пропустил его, стал двигаться за этим автомобилем, скорости движения не превышал. Затем они подъезжали к перекрестку. Увидев, что водитель а/м ВАЗ стал тормозить и практически уже остановился, намереваясь повернуть налево, он тоже стал тормозить, пытался увести свой автомобиль вправо, но не успел, и левой частью своего автомобиля ударил в заднюю правую часть а/м ВАЗ. После столкновения его автомобиль уехал на обочину вправо и там остановился. Он сам выскочил из транспортного средства, подбежал к автомобилю ВАЗ, у которого отсоединил аккумулятор, помог мужчине выбраться из салона автомобиля. Он со своего телефона сразу позвонил по номеру 112 и сообщил о ДТП. На перекрестке заметил, что была прерывистая оранжевая линия дорожной разметки, а перед перекрестком стояли дорожные знаки, ограничивающие скорость движения в 70 км/ч, а затем 50 км/ч. Перед самим перекрестком находился предписывающий дорожный знак «Движение прямо». Он сам не предполагал, что а/м ВАЗ будет поворачивать налево. Столкновения автомобилей ВАЗ и МАН он не видел. Не видел, чтобы водитель а/м ВАЗ перед поворотом налево включал указатель левого поворота. Считает, что ПДД нарушил водитель ВАЗ, останавливаясь без причин, тем самым создал аварийную ситуацию. На следующий день он снова был на месте ДТП, к тому времени прерывистой линии разметки на дороге уже не было, а была сплошная линия дорожной разметки, а также отсутствовал дорожный знак «Движение прямо».

В соответствии со ст. 276 УПК РФ в суде первой инстанции были оглашены показания ФИО2 (т. 1 л. д. 189-193), данные в ходе предварительного расследования, согласно которым он сообщил, что не заметил, горели или нет у а/м ВАЗ сзади «стоп-сигналы». Также не заметил, был включен или нет у а/м ВАЗ указатель поворота. Он не видел, чтобы в этом месте к трассе Екатеринбург-Тюмень примыкала второстепенная дорога, поэтому не понял, почему а/м ВАЗ-21150 стал тормозить, не подумал, что тот собирается поворачивать. Увидев, что движущийся впереди него а/м ВАЗ-21150 останавливается, он стал отворачивать вправо, чтобы объехать его, нажал на педаль тормоза. Его автомобиль стал двигаться юзом, с заблокированными колесами. Объезжая автомобиль с правой стороны, он передним левым углом кабины своего автомобиля совершил наезд на заднюю правую часть а/м ВАЗ, который к моменту его наезда на него полностью не остановился. Считает, что это ДТП произошло по вине водителя а/м ВАЗ-21150, который резко затормозил, двигаясь впереди него, от чего он не успел до него остановиться или объехать этот автомобиль

Несмотря на позицию подсудимого ФИО2, оспаривавшего виновность в совершении преступления, его вина в нарушении ПДД, которые повлекли за собой по неосторожности смерть другого человека, установлена и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, потерпевший П. пояснил в судебном заседании, что 07.07.2022 он с супругой на принадлежащем ему автомобиле ВАЗ-21150 возвращались в пос. Троицкий Автомобилем управлял он, жена находилась на переднем пассажирском сидении. Выехав на трассу Екатеринбург-Тюмень, они поехали в сторону г. Екатеринбурга. Подъезжая к перекрестку, было сужение дороги и выставлены дорожные знаки по снижению скорости. На перекрестке он хотел повернуть налево, заранее знал, что там нанесена прерывистая линия дорожной разметки, включил левый указатель поворота, практически остановился и стал пропускать транспортные средства по встречной полосе. Дорожный знак «Движение прямо» перед перекрестком он не видел, не обратил внимание. Полагает, что ПДД РФ в той ситуации не нарушал.

Согласно показаниям потерпевшего П., данным в ходе предварительного расследования и оглашенным в порядке ст. 281 УПК РФ (т. 1 л. д. 73-75; т. 2 л. д. 66-67) и подтвержденными в судебном заседании, подъезжая к перекрестку, он видел, что справа от дороги, еще перед ремонтируемым участком, установлены дорожные знаки: «Сужение дороги», «Дорожные работы», «Ограничение скорости»: сначала 70 км/ч, затем 50 км/ч. Дорожного знака «Движение прямо» перед перекрестком он не заметил. Он знал, что посередине проезжей части на перекрестке имеется прерывистая линия горизонтальной дорожной разметки, поэтому на перекрестке можно совершать поворот налево к пос. Троицкий. При приближении к перекрестку, метров за 250 до него, он включил указатель левого поворота, приближался к перекрестку и медленно снижал скорость. Он видел на перекрестке слева от себя посередине проезжей части прерывистую линию дорожной разметки красного цвета, где собирался повернуть налево в пос. Троицкий. Двигаясь по своей полосе движения, сместился влево, к осевой линии на проезжей части. Не помнит, останавливался на перекрестке, чтобы пропустить встречные автомобили, или еще не остановился. Момент ДТП – удар в автомобиль, он не помнит. Кто-то ему говорил и указывал на мужчину не высокого роста, как на водителя автомобиля ГАЗель. Этот мужчина неоднократно подходил к нему и извинялся. Его объяснений по ДТП он не слышал, но понял, что этот мужчина на автомобиле ГАЗель совершил наезд на его автомобиль.

Как следует из показаний свидетеля Б. - инспектора ИАЗ ДПС ГИБДД ОМВД России по Талицкому району, 07.07.2022 в дневное время он выезжал на место ДТП, которое произошло на 215-м километре автодороги Екатеринбург-Тюмень, где произошло столкновение трех транспортных средств: а/м ВАЗ, ГАЗель и седельного тягача МАН. По дорожной ситуации понял, что а/м ГАЗель ударил в заднюю правую часть а/м ВАЗ, который от удара выбросило на полосу встречного движения, где в это время двигался а/м МАН, и где произошло еще одно столкновение уже между этими транспортными средствами. Полагает, что в той дорожной ситуации водитель автомобиля ГАЗель нарушил п. 9.10 ПДД РФ, так как не соблюдал безопасную дистанцию до впереди идущего транспортного средства.

Свидетель Е. - начальник Талицкого участка ДСУ, в судебном заседании пояснил, что с 2021 года они производили работы по ремонту автодороги Екатеринбург-Тюмень на участке от д. Чупина до поворота с трассы к пос. Троицкий в Талицком районе. В 2022 году производили работы с 215 до 202 километра. В месте ДТП была нанесена прерывистая линия дорожной разметки, хотя они заказывали сплошную, как по схеме, но кто-то демаркировал сплошную линию дорожной разметки на прерывистую. После ДТП им было выдано ГИБДД предписание, в связи с которым временный дорожный знак «Движение прямо» был демонтирован, дорожная разметка снова была нанесена сплошной линией, в соответствии с установленной схемой.

Свидетель С. в судебном заседании показал, что 07.07.2022, днем, он на а/м УАЗ-Патриот выехал из с. Горбуновское Талицкого района в г. Тюмень, в то время шел ремонт дороги. Он ехал в колонне, видел, как на встречной полосе дороги двигался а/м ВАЗ и поворачивал налево. Двигавшийся позади а/м ВАЗ а/м ГАЗель въехал в заднюю часть а/м ВАЗ. От удара а/м ВАЗ выбросило на полосу встречного движения, где произошло столкновение со встречным большегрузным а/м-тягачом. От удара а/м ВАЗ отбросило назад. Полагает, что виновником в этом ДТП является водитель а/м ГАЗель, так как тот не соблюдал дистанцию до впереди идущего транспортного средства.

Также свидетель С. подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного расследования, оглашенные в порядке ст. 281 УПК РФ (т. 1 л. д. 79-81), из которых следует, что во время движения он ехал на а/м ближе к середине проезжей части, чтобы просматривать пространство впереди транспортных средств, идущих впереди него. Приближаясь к перекрестку с автодорогой на пос. Троицкий, он увидел, что на перекрестке остановился а/м ВАЗ-21150, который до этого двигался со стороны г. Тюмень, и у этого а/м был включен левый указатель поворота. А/м стоял близко к осевой линии, поэтому он понял, что а/м ВАЗ пропускает встречные транспортные средства, чтобы повернуть налево. Он обратил внимание на а/м ВАЗ и по истечении около трех секунд в заднюю часть этого а/м совершил наезд грузовой а/м-фургон. Он наблюдал эту дорожную ситуацию с 100-150 метров. Столкновения а/м ВАЗ с большегрузным а/м он не видел, однако позднее, исходя из ситуации, понял, что а/м ВАЗ столкнулся с большегрузным а/м и его отбросило назад на свою полосу движения. По его мнению, виновником ДТП является водитель а/м ГАЗель, который совершил наезд на а/м ВАЗ, полагает, что водитель ГАЗели не соблюдал скоростной режим, а также не соблюдал дистанцию до двигавшегося впереди него и остановившегося на пути его движения а/м ВАЗ.

Согласно показаниям свидетеля Л. - фельдшера ТЦМК на трассовом посту «Талица», в начале июля 2022 года он выезжал на место столкновения трех автомобилей на 215-м километре автодороги Екатеринбург-Тюмень, где были пострадавшие. Видел расположение участвующих в ДТП транспортных средств относительно элементов дороги. В а/м ВАЗ в ДТП погибла женщина, которая находилась на переднем пассажирском сидении. Водитель а/м ВАЗ ему сообщил, что он пропускал встречные транспортные средства, чтобы повернуть налево. В это время сзади на его автомобиль совершил наезд другой автомобиль, от удара ВАЗ выбросило на полосу встречного движения, где произошло столкновение со встречным автомобилем.

Как следует из показаний свидетеля К., в первых числах июля 2022 года, проезжая из пос. Пионерский в сторону г. Тюмень, он увидел, как а/м ВАЗ откинуло на их полосу движения. Полагает, что а/м ВАЗ поворачивал налево в пос. Троицкий, сзади на него совершил наезд а/м ГАЗель. Из-за двигавшегося впереди большегрузного автомобиля с прицепом ему не было видно, горел или нет на а/м ВАЗ левый указатель поворота.

Показания потерпевшего и свидетелей признаются достоверными, допустимыми и относимыми, они согласуются между собой и в своей совокупности восстанавливают действительную картину произошедших 07.07.2022 событий, как до до момента дорожно-транспортного происшествия, непосредственно в момент столкновения автомашин, так и действия участников после аварии, способствуют установлению юридически значимых для квалификации деяния и виновности в ДТП обстоятельств, в том числе дают представление о дорожных и метеорологических условиях, видимости в направлении движения, обстановки на месте происшествия.

Оснований не доверять данным показаниям, суд апелляционной инстанции не установлено, в том числе отсутствуют и обстоятельства, свидетельствующие о заинтересованности указанных лиц в оговоре и незаконном осуждении ФИО2.

Помимо указанных показаний, признанных достоверными и допустимыми, виновность ФИО2 в совершении преступления подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, которые полностью согласуются с показаниями потерпевшего и свидетелями, в числе которых:

- рапорт оперативного дежурного ОМВД России по Талицкому району о том, что 07.07.2022 на 214-м километре автодороги Екатеринбург-Тюмень произошло ДТП, есть погибший (т. 1 л. д. 7);

- протокол осмотра места ДТП, схемы и фототаблицы к нему, объектом которого является участок местности на 215-м километре автодороги Екатеринбург-Тюмень, согласно которому автодорога на осматриваемом участке имеет четыре полосы движения, две из которых (южные) закрыты, движение в обе стороны осуществляется по северной стороне дороги в двух направлениях, шириной 10,3 м, видимость в направлении движения не менее 500 м; замеры осуществлялись от базовой линии (БЛ) – уровень осевой линии проезжей части примыкаемой автодороги слева, ведущей к пос. Троицкий Талицкого района; на схеме и на фототаблице отображены наличие и расположение линий дорожной разметки 1.1 красного цвета в границах перекрестка посередине проезжей части, прерывистой линии горизонтальной дорожной разметки 1.7 красного цвета, ширина проезжих частей, предназначенной для движения транспортных средств как в сторону г. Тюмени так и в сторону г. Екатеринбурга, расположение дорожных знаков со стороны г. Тюмени: 1.20.3, 3.24 (70 км/ч), 5.15.6, 3.24 (50 км/ч), 3.20, 1.25, 1.21, 4.1.1; следов торможения колеса автомобиля ГАЗ и автомобиля ВАЗ на правой стороне проезжей части; расположение параллельных борозд на асфальте, образованных по направлению движения автомобиля ВАЗ; расположение масляного пятна, которое тянется по направлению в сторону г. Тюмень под переднюю часть автомобиля ВАЗ; расположение под полуприцепом SCHMITZ следов волочения и царапин на асфальте, образованных по направлению в сторону г. Тюмень; выбоины на асфальте; на левой стороне проезжей части наличие спаренных следов торможения колес автомобиля MAН передней оси тягач; расположение транспортных средств ВАЗ-21150 (гос. рег. знак <***>), ГАЗ-3009К7-ГАЗель Next (гос. рег. знак <***>), седельного тягача MAN TGX (гос. рег. знак <***>), с механическими повреждениями (т. 1 л. <...>, 23-28);

Указанный осмотр проведен с участием специалиста, в присутствии понятых, с фотофиксацией процессуального действия. Фактическое содержание данного доказательства осужденным и его защитником не оспаривается. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при проведении, фиксации и оформлении результатов осмотра не допущено, довод адвоката в данной части несостоятелен, в связи с чем оснований для признания данного доказательства недопустимым у суда апелляционной инстанции не имеется.

- протоколы осмотра транспортных средств, участвующих в ДТП, согласно которым: 1) у а/м ВАЗ-21150 г.р.з. <***> деформированы все детали кузова (двери, крылья, крыша, крышки капота и багажника, бамперы, пороги), сидения и передняя панель в салоне, разбиты все стекла (кроме стекла задней левой двери), фары, задние фонари, смещен двигатель, деформированы диски правых колес (т. 1 л.д. 53-54); 2) у седельного тягача MAN TGX г.р.з. <***> поврежден передний бампер слева, передняя левая блок-фара, левая дверь, передний ветровик (капот), переднее левое крыло, поврежден диск переднего левого крыла (т. 1 л. д. 42-43); 3) у грузового бортового а/м ГАЗ-3009К7-ГАЗель Next» г.р.з. <***> деформирован капот слева, расколото левое переднее крыло, разбита передняя левая блок-фара, передний бампер слева, деформация передней рамки, передней левой двери (т. 1 л. д. 60-61);

- протокол осмотра схемы организации движения и ограждения в местах производства долгосрочных работ на участке 215-216 км автодороги Екатеринбург-Тюмень, с обозначением установки дорожных знаков и дорожной разметки, дорожных ограждений, регулирующих движение вблизи перекрестка автодороги и примыкающей к ней автодороги от пос. Троицкий Талицкого района Свердловской области (т. 1 л. д. 30; т. 2 л. д. 68);

- заключение судебно-медицинской экспертизы № 128 от 09.07.2022, согласно которому в ходе ее проведения у трупа У. обнаружены телесные повреждения в виде повреждения атлантоокципитального сочленения с повреждением ствола мозга, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку мозжечка, в желудочки мозга, мягкие ткани шеи слева и сзади на уровне гортани, перелома нижней челюсти, двусторонних множественных переломов ребер с повреждением и без повреждения плевры, с кровоизлияниями в мягкие ткани, повреждение плевры нижних долей обоих легких, кровоизлияния в мягкие ткани переднего и заднего средостения, повреждения сердечной сумки, сердца, в левой плевральной полости (200 мл), в правой плевральной полости (150 мл), повреждения печени, селезенки, кровоизлияния в брыжейку кишечника, в брюшной полости следового количества крови, повреждения обоих кресцово-подвздошных сочленений, переломов лонной и седалищной костей с обеих сторон с кровоизлияниями в мягкие ткани, множественных ссадин лица, туловища, конечностей, раны с неровными краями обоих бедер, левой стопы; термического ожога правой нижней конечности второй степени площадью 9-10% поверхности, которые согласно п. 6.1 Приказа № 194н МЗиСР РФ от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью. В совокупности, по признаку опасности для жизни, данные повреждения причинили тяжкий вред здоровью У., являются несовместимыми с жизнью, и повлекли по неосторожности ее смерть на месте дорожно-транспортного происшествия, наступившую от тупой комбинированной травмы шеи, головы, груди, живота, таза с множественными грубыми повреждениями внутренних органов, переломами костей скелета. Указанные повреждения могли образоваться при воздействии твердыми тупыми предметами, возможно выступающими частями салона автомобиля при ДТП, а также нагретыми деталями автомобиля, причинившие тяжкий вред ее здоровью, являются несовместимыми с жизнью, находятся в прямой причинной связи с наступлением ее смерти (т. 1 л. д. 107-113);

- заключение судебно-медицинской экспертизы № 306 от 14.07.2022, согласно которому у П. обнаружены телесные повреждения: кровоподтеков обоих бедер, обоих коленных суставов, левой голени с переходом на стопу, правой наружной лодыжки; ссадин левого плеча, правой боковой поверхности туловища; повлекшие расстройство здоровья сроком не более 6 дней, не причинившие вреда здоровью, которые могли образоваться при воздействии твердыми тупыми предметами, возможно выступающими частями салона автомобиля при ДТП (т. 1 л. д. 124-126);

- заключение автотехнической экспертизы №№ 3165, 3166/-8-1 от 03.08.2022, в результате которой установлено, что место столкновения а/мВАЗ-21150 г.р.з. <***> и ГАЗ-3009К7-ГАЗель Next г.р.з. <***>, могло располагаться в месте зафиксированных следов торможения колеса а/м ВАЗ на правой стороне проезжей части, так как по установленным повреждениям а/м ВАЗ след торможения на дорожном покрытии был оставлен задним правым колесом а/м; место столкновения а/м ВАЗ и МАН, если под ним понимать проекцию точки первичного контакта на проезжую часть, могло располагаться на левой стороне проезжей части, в месте начала пятна масла и до глубокой выбоины на асфальте. Механизм развития ДТП состоит в том, что непосредственно перед первым столкновением а/м ВАЗ двигался со стороны г. Тюмени в направлении г. Екатеринбурга, за ним в попутном направлении двигался а/м ГАЗель, и встречно со стороны г. Екатеринбурга в направлении г. Тюмени двигался автопоезд в составе седельного тягача МАН с полуприцепом-рефрижератором SCHMITZ. На перекрестке дороги Екатеринбург-Тюмень и автодороги, ведущей к пос. Троицкий, а/м ВАЗ начал совершать поворот налево, то есть, еще до первичного контакта применение водителем руля влево, при этом этот а/м мог находиться в неподвижном состоянии или двигаться с малой скоростью, далее происходит первичный контакт (столкновение) а/м ВАЗ и ГАЗель, при этом, при первичном контакте передняя левая часть а/м ГАЗель (передний бампер, капот, переднее левое крыло, передняя левая блок-фара) контактировала с задней правой частью а/м ВАЗ (задний бампер, крышка багажника, боковина задняя правая), далее происходит разворот влево (против ходя часовой стрелки) а/м ВАЗ и разворот вправо (по ходу часовой стрелки) а/м ГАЗель, и последующее продвижение данных а/м по дугам, соответственно вперед влево, вперед и вправо, далее в результате разворота вперед и влево а/м ВАЗ и последующий второй контакт (столкновение) а/м ВАЗ и МАН, при этом контакте передняя левая часть а/м МАН (передний бампер, капот, переднее левое крыло, передняя левая блок-фара) контактировала с правой частью а/м ВАЗ (переднее правое крыло, передняя и задняя правые двери, крыша), далее происходило отбрасывание назад и влево а/м ВАЗ и смещение а/м МАН вплоть до конечного зафиксированного их после ДТП положения.

Остановочный путь а/м ГАЗель (водитель и груз весом 600 кг) при скорости 50,0?60,0 км/ч (максимально разрешенной на данном участке и со слов водителя автомобиля ГАЗель) при условии, что а/м ВАЗ не подал сигнал поворота, составляет соответственно около 34,24?44,64 м. Остановочный путь а/м ГАЗель (водитель и груз весом 600 кг) при скорости 50,0?60,0 км/ч (максимально разрешенной на данном участке и со слов водителя а/м ГАЗель) при условии, что а/м ВАЗ начал тормозить без включения стоп-сигнала, составляет соответственно около 37,02?47,97 м. С технической точки зрения, расчетная скорость а/м МАН с полуприцепом-рефрижератором SCHMITZ перед следом торможения составлял не менее 63,94 км/ч; с технической точки зрения, минимально допустимая дистанция между а/м ГАЗель до следовавшего впереди а/м ВАЗ с максимально разрешенной скоростью на данном участке дороги (50 км/ч.) и со слов водителя а/м ГАЗель соответствует 8,1?9,34 м, соответственно. В момент первичного контакта при столкновении угол между продольными осями а/м ВАЗ и ГАЗель (угол столкновения) составлял, по визуальной оценке повреждений, около 5 градусов; в момент первичного контакта при столкновении угол между продольными осями а/м ВАЗ и МАН с полуприцепом-рефрижератором (угол столкновения) составлял, по визуальной оценке повреждений, около 40 градусов.

С технической точки зрения, в данной дорожной ситуации водитель а/м ГАЗель в своих действиях должен был руководствоваться требованиями абз. 1 п. 1.5, п. п. 9.10, 10.1 ПДД РФ; водитель а/м ВАЗ в своих действиях должен был руководствоваться требованиями абз. 1 п. 1.5, абз. 1 п. 8.1, п. п. 8.2, 8.5 ПДД РФ; водитель а/м МАН с полуприцепом-рефрижератором SCHMITZ в своих действиях должен был руководствоваться требованиями абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ.

С технической точки зрения, несоответствий в действиях водителя а/м ВАЗ абз.1 п. 1.5, абз. 1 п. 8.1, п.п. 8.2, 8.5 ПДД РФ в данной дорожной ситуации не усматривается; с технической точки зрения несоответствий в действиях водителя а/м МАН с полуприцепом-рефрижератором SCHMITZ абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ в данной дорожной ситуации не усматривается.

С технической точки зрения, сам факт дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 07.07.2022 при обстоятельствах, указанных в постановлении и материалах дела, указывает, что действия водителя а/м ГАЗель не соответствуют требованиям абз. 1 п. 1.5, п. п. 9.10, 10.1 ПДД РФ. И непосредственно действия водителя а/м ГАЗель находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием (т. 1 л. д. 156-178).

Допрошенные в судебном заседании эксперты В. и Т., проводившие экспертное исследование, полностью подтвердили выводы, отраженные в заключении, указав, что именно действия водителя (а/м ГАЗель) ФИО2 находятся в причинно-следственной связи с ДТП.

Оснований не доверять заключению судебно-медицинского экспертизы о причине смерти У., заключению автотехнической экспертизы, подтвержденной в судебном заседании, у суда апелляционной инстанции не имеется. Локализация телесных повреждений У., механизм образования полностью соответствуют событию преступления.

Выводы автотехнических экспертов также признаются обоснованными как с научной точки зрения, так и исходя из приведенного в заключении анализа материалов, связанных с дорожно-транспортным происшествием, которые в своей совокупности достаточны для разрешения вопросов о механизме развития дорожной ситуации, допущенных нарушений Правил дорожного движения, повлекших дорожно-транспортное происшествие и его последствия. Экспертное заключение отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, оно не содержит противоречий как при изложении исследовательской части, так и в выводах, проведено специалистами-экспертами обладающими соответствующей квалификацией, является научно обоснованным, полученным с соблюдением норм закона, регламентирующих проведение экспертиз и оформление их результатов, а потому признается достоверным, допустимым доказательством.

Более того, представленное и исследованное в ходе судебного заседания заключение автотехнической экспертизы № 643 от 14.07.2022 – 26.09.2022 (т.3 л.д. 22-29), по своему содержанию относительно ответов на юридически значимые вопросы, поставленные перед экспертом ЭКО МО МВД России «Каменск-Уральский», соответствует выводам экспертов Уральского регионального Центра Судебной Экспертизы, согласно которому также установлено, что действия водителя а/м ВАЗ 21150 (П.) соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ; действия водителя ГАЗ-3009К7 (ФИО2) не соответствовали требованиям п. 9.10, 10.1 ПДД РФ. Вопрос о правомерности действий водителя а/м МАН разрешен в последней экспертизе и обоснован допрошенными в судебном заседании экспертами.

При отсутствии противоречий в выводах экспертов, содержащих ответы на юридически значимые для разрешение дела вопросы, оснований для проведения повторной либо дополнительной экспертизы суд апелляционной инстанции не усматривает.

Заключения судебно-медицинских и автотехнической экспертиз, положенные в основу приговора, соответствуют требованиям ст. 80, 204 УПК РФ, содержат информацию о проведенных исследованиях и выводах по вопросам, поставленным перед экспертами; указанные выводы согласуются с другими доказательствами, взятыми в основу обвинительного приговора. Судебные экспертизы проведены экспертами, имеющими соответствующие квалификации и стаж работы по специальности; оснований сомневаться в компетентности и не доверять их выводам, в том числе по оценке тяжести повреждений потерпевшей У., причинно-следственной связи с наступлением ее смерти, а также по обстоятельствам нарушения Правил дорожного движения, допущенных ФИО2, находящихся в прямой связи с дорожно-транспортным происшествием, не имеется.

На основании установленных с учетом совокупности исследованных судом доказательств обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления, поскольку причиной ДТП 07.07.2022 явилось нарушение им п. п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, в результате которого пассажиром У. были получены телесные повреждения, повлекшие ее смерть на месте ДТП.

Позиция осужденного ФИО2, оспаривающего свою виновность в ДТП, заявившего о нарушении водителем ВАЗ 2115 требований знака, резкого торможения перед поворотом, что стало препятствием для принятия им (осужденным) соответствующих мер по предотвращению столкновения, является избранной линией защиты, при этом данные доводы полностью опровергнуты исследованными судом и изложенными выше доказательствами, признанными достоверными, допустимым и достаточными в своей совокупности для постановления в отношении ФИО2 обвинительного приговора.

Версия ФИО2 развития дорожной ситуации опровергнуты показаниями потерпевшего и свидетелей, а также письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Установлено, что П., управляя а/м ВАЗ-21150, являясь участником дорожного движения, выполняя поворот налево управляемым им транспортным средством, руководствовался абз. 1 п. 1.5, абз. 1 п. 8.1, п. п. 8.2, 8.5, 8.8 ПДД РФ.

Доводы стороны защиты о том, что П. нарушил действие дорожного знака 4.1.1 «Движение прямо», а также резко затормозил перед поворотом налево, и его действий было достаточно для создания опасной ситуации, что и явилось причиной ДТП, несостоятельны.

При этом, суд исходит из письменных материалов по организации проезда данного участка дороги, согласно которому установка знака 4.1.1 не предусмотрена, пояснений свидетеля Е. о несанкционированной полномочными органами установке такого знака в противоречие временной разметки, разрешающей поворот налево, и его демонтаж сразу после ДТП. Согласно сведениям административной практики П. к административной ответственности за нарушение требований дорожного знака 4.1.1 не привлекался; согласно заключению автотехнической экспертизы, нарушений требований ПДД РФ в действиях потерпевшего П. не установлено.

Более того, согласно положениям Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (ред. от 31.12.2020) "О Правилах дорожного движения" (вместе с "Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения") (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2022), регламентирующим правила движения в данной ситуации, в случаях, если линии временной разметки и линии постоянной разметки противоречат друг другу, водители должны руководствоваться линиями временной разметки.

Довод защиты о резком, неожиданном для водителя ФИО2 резком торможении а/м под управлением П., противоречит показаниям не только потерпевшего, но и самого осужденного, согласно которым снижение скорости и постепенное торможение впереди идущей а/м ВАЗ 2115 было для него очевидным. Кроме того, обстоятельства снижения скорости, осуществления маневров и действий, предшествующих повороту налево, в том числе торможение, смещение к левому краю дороги и остановку с целью пропустить транспортные средства со встречного направления, при включении соответствующего сигнала поворота а/м под управлением П., сообщили свидетели, допрошенные в судебном заседании очевидцы ДТП. Так, потерпевший П. утверждал, что, приближаясь к перекрестку, примерно за 250 метров, он включил указатель левого поворота, и двигался, медленно снижая скорость. Что подтверждено показаниями свидетеля С., заявившего, что, приближаясь к перекрестку с автодорогой на пос. Троицкий, на расстоянии 100-150 м он увидел на перекрестке остановившийся у осевой линии а/м ВАЗ-21150, и у которого был включен левый указатель поворота, и понял, что автомобиль ВАЗ собирается повернуть налево, и пропускал встречные транспортные средства.

При таких обстоятельствах, довод осужденного о резком торможении а/м ВАЗ 2115 является надуманным, поскольку опровергнут как показаниями очевидцев ДТП, так и письменными материалам дела, в числе которых протокол осмотра места происшествия, заключение автотехнических экспертиз.

Показания ФИО2, оспаривающего данные фактические обстоятельства, опровергнуты представленными доказательствами, а потому признаются недостоверными, направленными на избежание ответственности за содеянное.

Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (п. 9.10 ПДД РФ).

В соответствии с п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Нарушение п. 10.1 ПДД РФ заключается не только в движении со скоростью превышающей установленное на данном участке ограничение максимальной скорости движения транспортных средств, но и допустимой на данном участке дороги, но не позволившей водителю, не учитывающему интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, видимость в направлении движения, избрать такую скорость, и, в связи с этим, дистанцию до впереди двигающегося транспортного средства, которая обеспечивала бы возможность контроля за движением управляемого им автомобиля, чтобы избежать ДТП.

При таких обстоятельствах, исходя из анализа представленных доказательств в их совокупности, в том числе заключения автотехнической экспертизы, суд приходит к выводу о том, что ФИО2, управляя а/м ГАЗель, двигался со скоростью, которая не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, а при возникновении опасности для движения, которую он был в состоянии обнаружить заранее, не принял возможные меры к снижению избранной скорости и не соблюдал безопасную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, то есть допустил нарушение п. п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, что повлекло дорожно-транспортное происшествие, а именно а/м ГАЗель под управлением ФИО2 допустил наезд передней левой частью в заднюю правую часть двигавшегося в попутном с ним направлении без нарушения ПДД РФ, легкового а/м ВАЗ-21150 под управлением П., от чего автомобиль ВАЗ-21150 развернуло влево и вперед на полосу проезжей части дороги, предназначенную для встречного движения, где а/м ВАЗ-21150 правой частью ударился в переднюю левую часть двигавшегося без нарушений ПДД РФ седельного тягача MAN TGX, к моменту столкновения применившего торможение. После чего автомобиль ВАЗ-21150 отбросило назад и влево, снова на полосу проезжей части, предназначенную для движения транспортных средств в сторону г. Екатеринбурга.

При установленных на основании представленных доказательств обстоятельствах суд не находит в действиях водителей а/м ВАЗ и МАН нарушений ПДД РФ, которые могли бы находиться в причинной связи с наступившими по делу последствиями. Довод стороны защиты о том, что все телесные повреждения у У. причинены от столкновения с а/м МАН правового значения в данном случае не имеет, так как лицом, нарушившим ПДД РФ, которые находятся в причинной связи с наездом а/м ГАЗель на а/м ВАЗ, что повлекло выезд последнего на полосу дороги встречного направления, где произошло столкновение с а/м МАН, и наступившими последствиями в виде неосторожного причинения смерти У., является водитель а/м ГАЗель – ФИО2.

Довод защиты о несоответствии географических координат места ДТП, указанных в протоколе осмотра места происшествия, несостоятелен. В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона место ДТП, а также иные обстоятельства события преступления, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, установлены надлежаще, зафиксированы в процессуальных документах и на фототаблице, в том числе с указанием места аварии относительно расстояния до населенных пунктов и километража автодороги.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, в том числе при осмотре места происшествия и составлении процессуальных документов, могущих повлиять на исход дела, вопреки мнению стороны защиты, не допущено.

Оценивая собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, признавая их достаточными в своей совокупности для установления фактических обстоятельств дела и разрешения уголовного дела по существу суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО2 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, - как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, а также для вынесения в отношении него оправдательного приговора, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе защитника, не имеется. Тот факт, что данная судом апелляционной инстанции оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией автора жалобы, не является для этого основанием.

При назначении ФИО2 наказания суд апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Оценивая тяжесть и степень общественной опасности содеянного, судебная коллегия учитывает, что совершенное преступление, объектом безопасность дорожного движения, является неосторожным, окончено и относится в соответствии с ч. 3 ст. 15 УК РФ к категории средней тяжести.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, не установлено, исходя из всей совокупности обстоятельств преступления и данных об осужденном и его поведении.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд апелляционной инстанции, в том числе с учетом доводов апелляционного представления прокурора, признает наличие малолетних детей (по п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ; оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, связанного с вызовом на место ДТП службы спасения и снятие клемм с аккумулятора для предотвращения взрыва а/м потерпевшего, что подтверждено показаниями свидетелей (по п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ). На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами также признаются: состояние здоровья осужденного, наличие несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики, состояние здоровья супруги и матери, нуждающихся в заботе помощи; принесение извинений потерпевшему.

Довод представления о признании смягчающим обстоятельством признание вины ФИО2 на стадии предварительного расследования не может быть принят во внимание, поскольку указанное суждение автора представления противоречит занятой ФИО2 позиции, поскольку и в ходе допроса в качестве подозреваемого он указывал на виновность в ДТП водителя ВАЗ 2115 П..

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено, в связи с чем подлежат применению положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

При назначении наказания суд апелляционной инстанции во исполнение требований ст. 6 УК РФ об индивидуализации наказания учитывает все сведения о личности осужденного, в том числе отсутствие у него судимости, положительные характеристики с места жительства и работы, семейное и материальное положение, прочные социальные связи.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, принимая во внимание отсутствие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 73, 64 УК РФ.

В целях восстановления социальной справедливости и исправления ФИО2, предупреждения совершения им новых преступлений подсудимому следует назначить наказание в виде лишения свободы.

Вместе с тем, учитывая категорию совершенного ФИО2 преступления, являющегося неосторожным, принимая во внимание его тяжести, а также всю совокупность данных о личности осужденного, его поведение непосредственно после совершения преступления, наличие совокупности обстоятельств, смягчающих наказание, при отсутствии отягчающих, исходя из данных о семейном положении осужденного и влиянии назначенного наказания на условия жизни его семьи, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы потерпевшего и представления прокурора о невозможности замены назначенного ФИО2 наказания в виде лишения свободы принудительными работами.

В соответствии с положениями п. 7.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ суд апелляционной инстанции, приходит к выводу о возможности исправления осужденного ФИО2, без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, и поэтому считает возможным применить положения ч. 1 ст. 53.1 УК РФ, т.е. назначить ФИО2 наказание в виде принудительных работ как альтернативу назначенному наказанию в виде лишения свободы с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, полагая, что назначение данного вида наказания будет отвечать требованиям о справедливости наказания, а также будет способствовать достижению целей уголовного судопроизводства по исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Размер дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами назначается осужденному ФИО2 с учетом всей совокупности данных о обстоятельствах совершенного преступления, его личности, с учетом целесообразности и профилактического воздействия на его поведение.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах в соответствии со ст. 81 УПК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым схему организации движения и ограждения в местах производства долгосрочных работ и дислокацию дорожных знаков и разметки, находящиеся в материалах дела, оставить на хранении при уголовном деле.

По смыслу ст. ст. 131, 132 УПК РФ процессуальные издержки, связанные с производством по уголовному делу, к которым относятся в числе прочих и суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи, могут быть взысканы с осужденного только по решению суда, порядок принятия которого должен гарантировать защиту его прав и соответствовать критериям справедливого судебного разбирательства.

Согласно постановлению следователя от 07.09.2022 адвокату Алемасову С.В. выплачено вознаграждение в размере 3450 рублей, за оказание услуг по защите интересов осужденного ФИО2 в течение 2 дней, а именно 11.07.2022 – при допросе в качестве подозреваемого, 12.07.2022 – при ознакомлении с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы.

Осужденный ФИО2 в суде апелляционной инстанции не возражал против оплаты труда адвоката, уточнив, что следственные действия с участием данного защитника проводились только 11.07.2022.

Изучив материалы дела в данной части, учитывая, что фактически затраченное адвокатом на оказание юридической помощи подозреваемому ФИО2 только 11.07.2022, размер вознаграждения адвоката, определяемый в соответствии с п. 22 (1) Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 01.12.2012 №1240 (с учетом изменений, внесенных Постановлением Правительства РФ от 21.05.2019 № 634 и от 29.06.2022 № 1161), Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 42, который подлежит взысканию с осужденного, согласно ч. 1 и п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, составляет 1725 руб. за 1 день осуществления защиты.

Согласно п. 10 ч. 1 ст. 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при постановлении приговора суд должен разрешить вопрос о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере.

В рамках настоящего уголовного дела потерпевшим П. был заявлен гражданский иск к осужденному ФИО2 о взыскании морального ущерба, причиненного в результате преступления, в размере 1 000 000 рублей (т.1 л.д. 253). Согласно протоколу судебного заседания суда первой инстанции (т.3 л.д. 85) потерпевший и его представитель исковые требования не поддержали, заявив о том, что с аналогичным иском они обратились в рамках иного производства.

В соответствии со ст. 222 ГПК РФ, суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если: в производстве этого или другого суда, арбитражного суда имеется возбужденное ранее дело по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

Как пояснили осужденный и его защитник в суде апелляционной инстанции, потерпевший П. обратился с иском о взыскании морального вреда в рамках гражданского судопроизводства, в связи с чем ими получены копия искового заявления и документы к нему, в настоящее время идет стадия подготовки, судебное заседание по рассмотрению гражданского дела не назначено.

При таком положении апелляционная инстанция в соответствии с требованиями ст. 222 ГПК РФ, в силу п. 1 ч. 1 ст. 309 УПК РФ считает необходимым производство по гражданскому иску в рамках уголовного судопроизводства оставить без рассмотрения.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309, 389.13, п. 3 ст.389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18, ст.ст. 389.20, 389.23, 389.28, 389.31-389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

приговорил:

приговор Талицкого районного суда Свердловской области от 26.05.2023 в отношении ФИО2 Чун-Гировича отменить и постановить новый приговор.

Признать ФИО2 Чун-Гировича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, за которое назначить наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы

В соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменить принудительными работами на срок 1 год 6 месяцев с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев.

Удержания из заработной платы осужденного постановлено перечислять на счет соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы.

После получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы по месту жительства осужденного, ФИО2 следует к месту отбывания наказания - в исправительный центр - самостоятельно в порядке, установленном ст.60.2 УИК РФ.

Срок наказания в виде принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного ФИО2 в исправительный центр, с зачетом в срок отбывания наказания времени следования, из расчета один день за один день принудительных работ.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислять со дня освобождения осужденного из исправительного центра.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Гражданский иск П. о компенсации морального вреда оставить без рассмотрения.

Взыскать с осужденного ФИО2 в доход федерального бюджет Российской Федерации процессуальные издержки по оплате труда защитника - адвоката Алемасова С.В. в размере 1725 рублей.

Вещественные доказательства: схему организации движения и ограждения в местах производства долгосрочных работ; дислокацию дорожных знаков и разметки, находящиеся в материалах дела, хранить при уголовном деле.

Апелляционное представление прокурора и апелляционную жалобу потерпевшего П. удовлетворить частично, апелляционную жалобу защитника – адвоката Ильина А.В. оставить без удовлетворения.

Апелляционный приговор вступает в законную силу со дня его провозглашения и может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в судебном заседании при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий