Решение по делу № 2-1294/2022 от 18.01.2023 - о признании договора дарения незаключенным, установлении факта принятия наследства, включении имущества в состав наследственной массы и истребовании имущества из чужого незаконного владения.

УИД 37RS0008-01-2022-000453-09

Дело № 2-40/2023 (2-1294/2022)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«18» января 2023 года Ивановская обл., г. Тейково

Тейковский районный суд Ивановской области в составе

председательствующего судьи Макаровой Е.А.

при секретаре Михайловой Н.С.,

с участием представителя истицы ФИО5 – ФИО6, представителя истицы ФИО7 – адвоката Голубь В.В., ответчика ФИО8, его представителя – адвоката Куклина А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, ФИО7 к ФИО8 о признании договора дарения незаключенным, установлении факта принятия наследства, включении имущества в состав наследственной массы и истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

ФИО10 обратились в Комсомольский районный суд с вышеуказанным иском, мотивировав его тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер отец истиц – ФИО, после смерти которого открылось наследство в виде гаража в гаражном кооперативе <данные изъяты>. В 1992 году отцу администрацией Комсомольского района был выделен земельный участок под строительство гаража. Был выстроен одноэтажный гараж за № на земельном участке около дороги на <адрес> напротив АЗС. В настоящее время гаражного кооператива <данные изъяты> не существует. Гараж как объект недвижимого имущества, по данным ЕГРН, также не существует. Ранее ФИО5 обращалась в суд с иском к ФИО8 об устранении препятствий в пользовании гаражом. В ходе рассмотрения иска ей стало известно о наличии между умершим отцом и ФИО8 договора дарения, составленного 20 марта 2021 года. Данный договор является незаключенным, поскольку объект не состоит на учете в регистрирующих органах, на него не имеется документов. Соответственно спорный гараж является объектом наследования, а истицы (дочери ФИО) – наследниками первой очереди, принявшими меры к фактическому принятию наследства, поскольку им переданы вещи умершего отца (телефон, часы и фотоальбом). Факты передачи имущества и принятия наследства подтверждены в ходе рассмотрения гражданского дела № по иску ФИО6 к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на недвижимое имущество. Поскольку законными владельцами имущества являются только истцы, а гараж фактически находится во владении ФИО8, то данное имущество следует истребовать из чужого незаконного владения.

Ссылаясь на указанные обстоятельства и положения статей 301, 432, 1112, 1152 Гражданского кодекса РФ и положения Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» № 218-ФЗ (ст. 1), истцы просят суд: установить принятие ФИО5, ФИО7 наследства после смерти ФИО; признать незаключенным договор дарения гаража от 20.03.2021г., заключенный между ФИО и ФИО8; включить в наследственную массу после смерти ФИО, умершего ДД.ММ.ГГГГ гараж № в гаражном комплексе во втором ряду второй слева по адресу: <адрес>, расположенный южнее здания 27 с кадастровым №; обязать ФИО8 в месячный срок со дня вступления решения суда в законную силу освободить от своих вещей гараж № в гаражном комплексе во втором ряду второй слева по адресу: <адрес>, расположенный <адрес> с кадастровым №; взыскать с ФИО8 судебные расходы.

Определением Ивановского областного суда от 22 ноября 2022 года гражданское дело передано на рассмотрение в Тейковский районный суд (том 1 л.д. 92-93).

Истицы: ФИО10 в судебных заседаниях не участвовали, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, направили в суд своих представителей: ФИО6, адвоката Голубя В.В.

Представитель ФИО7 – Голубь В.В. исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что неважно, какие именно предметы были приняты его доверительницей от умершего, важно, что, исходя из понятия наследственной массы, данные предметы в нее входят, а значит, ФИО5 приняла наследство от отца. Факт принятия часов, телефона, фотоальбома всеми признается. Кроме того, ФИО5 в юридически значимый период составила и передала ФИО9 заявление о вступление в члены гаражного кооператива, а также сняла показания электросчётчика. Что касается дарения, то поскольку объекта не существует ни в каких документах, то у умершего не могло быть полномочий по составлению подобных договоров. При этом у наследников имеются полномочия по принятию и оформлению наследственных прав. Обратил внимание суда, что спорный объект недостаточно индивидуализирован, а значит, предмет сторонами не согласован. Поскольку договора не имеется, а факт принятия наследства полной мере подтвержден, то весь иск в целом подлежит удовлетворению.

Представитель ФИО7 – ФИО6 поддержала пояснения Голубя В.В.. От себя добавила, что гараж строился на совместные средства супругов (ее и умершего ФИО), кроме того, в гараже длительное время хранились ее вещи, о судьбе которых ничего неизвестно. Факт принятия часов, телефона и фотоальбома никем не отрицается. Кроме того, она вместе с дочерью ФИО5 в юридически значимый период времени ходила к ФИО9 и дочь передала последнему заявление о вступлении в члены гаражного кооператива. Тем самым, факт принятия наследства налицо, в связи с чем, просила иск удовлетворить.

Ответчик – ФИО8 по иску возражал, указав, что ФИО задолго до смерти подарил ему гараж. Уже длительное время умерший спорным имуществом не пользовался и его владельцем не являлся. С 2019-2020 годов ответчик полностью нёс бремя содержания гаража: оплачивал электроэнергию, ремонтировал гараж, откачивал по весне воду, обкашивал траву. Истицы при жизни с отцом не общались, к гаражу никакого отношения не имеют. Тому есть многочисленные свидетели. В связи с чем, полагал, что является законным владельцем гаража, а иск не подлежит удовлетворению.

Представитель ответчика адвокат Куклин А.В. возражал по иску, указав, что намерение истиц превратить факт принятия в память об умершем отце его часов, телефона и фотоальбома в факт принятия наследства есть не что иное, как злоупотребление правом. Когда истицы просили у гражданской супруги умершего вещи на память об отце, о намерениях принять какое-либо наследство они не заявляли. В пояснениях стороны истца есть противоречие: так, сторона указывает, что по документам объекта не существует и умерший не мог им распорядиться, но при этом настаивают на том, что они действия по принятию наследства в виде гаража совершили. Относительно соблюдения формы договора дарения, то она с точки зрения главы 32 ГК РФ соблюдена: передаваемый объект вполне можно идентифицировать. Кроме того, факт передачи имущества подтвержден многочисленными доказательствами, которые под сомнение не поставлены.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований – Администрации Комсомольского муниципального района, в судебных заседаниях не участвовал, представив письменный отзыв, из которого следует, что земля под спорным гаражом была предоставлена гаражному кооперативу <данные изъяты>. В настоящее время кооператива не существует. В договоре дарения воля дарителя и одаряемого выражена достаточно четко и однозначно, считать договор не заключенным оснований не имеется. Учитывая отсутствие объекта в открытых реестрах, полагать его включенным в наследственную массу нельзя (том 1 л.д. 178-179).

Представитель третьего лица – УФСГРКиК по Ивановской области в судебных заседаниях не участвовал, представив отзыв и ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие. Из отзыва следует, что спорного объекта на кадастровом учете не имеется, а его адресная часть, указанная в договоре дарения, не является достаточной для идентификации. Вместе с тем, судебный акт является основанием к регистрации прав на недвижимое имущество (том 1 л.д. 39).

Учитывая надлежащее извещение участников процесса, в соответствии с требованиями ст. 167 ГПК Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истиц и представителей третьих лиц.

Выслушав пояснения представителей истиц, ответчика и его представителя, допросив свидетеля свидетель, исследовав материалы дела, оценив доказательства, имеющиеся в деле, в их совокупности, приходит к следующим выводам.

Из дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО (том 1 л.д. 20).

Наследниками первой очереди к имуществу умершего являются его дочери – ФИО5 и ФИО7 (том 1 л.д. 24, 28)

По мнению истиц, после смерти отца открылось наследство в виде гаража, расположенного на землях, предоставленных 27.10.1992г. администрацией Комсомольского района гаражному кооперативу <данные изъяты> под строительство гаражей размером 4х6м и дороги к ним вновь принятым членам кооператива ФИО1 и ФИО (том 1 л.д. 169).

Наследственного дела после смерти ФИО не заведено, что следует из открытых данных реестра наследственных дел (том 1 л.д. 249) и не отрицалось истицами.

Обращаясь с иском, ФИО10 указывают на то, что фактически совершили действия по принятию наследственного имущества, оставшегося после смерти отца, в виде принадлежащих ему часов, кнопочного телефона и фотоальбома, тем самым, полагают, что эти действия в соответствии с 1152, 1153 Гражданского кодекса РФ следует считать действиями, свидетельствующими о фактическом принятии наследства, что и просят установить суд.

В соответствии с п. 1 ст. 1552 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Способами принятия наследства, исходя из положений ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются: подача наследником нотариусу заявления о принятии наследства либо осуществление наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

Пунктом 2 ст. 1153 ГК Российской Федерации установлено, что признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Как разъяснено пунктом 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012г. «О судебной практике по делам о наследовании» под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

Проанализировав указанные законоположения, суд полагает, что принятие наследства – это осознанный акт поведения наследника, в результате которого наследник замещает наследодателя во всей совокупности имущественных прав и обязанностей, участником которых при жизни был наследодатель, при этом наследник должен совершить действия, свойственные собственнику имущества, то есть для себя и в своих интересах.

Обстоятельства получения истицами бытовых вещей, принадлежащих умершему ФИО, исследованы судом. Из показаний ФИО2, опрошенной судом в качестве свидетеля при рассмотрении гражданского дела № по иску ФИО7 к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на недвижимое имущество следует, что истицы просили гражданскую супругу умершего (ФИО2) передать на память какие-либо вещи, принадлежащие отцу. ФИО2 передала истицами часы, кнопочный телефон и фотоальбом (том 1 л.д. 164-165).

Из пояснений ответчика ФИО8 следует, что ФИО2 попросила названные вещи передать дочерям (истицам) и фактически телефон, часы и фотоальбом передавал он.

Цель получения данных вещей представитель ФИО5 – ФИО6 в судебном заседании по настоящему делу оставила без пояснений.

Подобные действия истиц, по мнению суда, не являются осознанным актом принятия наследства, не свидетельствуют о наличии воли истиц заместить отца во владении, пользовании и распоряжении каким-либо имуществом.Кроме того, представитель истицы ФИО5 – ФИО6 указывала на то, что ее дочь в юридически значимый период оформила и вручила председателю гаражного кооператива <данные изъяты> (свидетель 2) заявление о вступлении в члены гаражного кооператива, то есть совершила действия по принятию наследства (том 1 л.д. 224).

Анализируя данное обстоятельство, суд считает, что оно также не может бесспорно и однозначно указывать на желание и волю ФИО5 в принятии наследства.

Так, сторонами по делу не оспаривалось, что гаражного кооператива как такового не существует уже более 10 лет, а свидетель 2 как бывший председатель принял на себя функции ведения учета потребления электрической энергии и ведения собраний владельцев гаражей для сбора средств, необходимых для поддержания общего имущества в надлежащем состоянии.

Сам свидетель 2, допрошенный судом в качестве свидетеля, показал, что принял данное заявление от ФИО5 как «филькину грамоту», так как кооператива не существует и видел истицу в гаражном кооперативе единственный раз (в дату принятия заявления). Фактически уже более двух-трех лет назад сам ФИО (при жизни) сообщил свидетелю, что все полномочия по владению, пользованию и распоряжению гаражом передал ФИО8 и все это время свидетель получал денежные средства в уплату электроэнергии от ФИО8, свидетель видел, как ответчик откачивает регулярно по весне воду, обкашивает траву, а после смерти ФИО менял электросчетчик на новый.

При таких обстоятельствах, подача ФИО5 заявления о вступлении в члены несуществующего гаражного кооператива, не может свидетельствовать о ее намерении вступить в права владения, пользования и распоряжения конкретным имуществом, оставшимся после смерти наследодателя, тем более в рассматриваемом заявлении такого имущества не указано.

В этот же день другой истицей оформлено на имя свидетеля свидетель заявление об отказе от вступления в членство гаражного кооператива в пользу ФИО5 (том 1 л.д. 247).

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО10 доказательств, отвечающих требованиям статей 59,60,67 ГПК Российской Федерации, в подтверждение факта принятия наследства после смерти отца ФИО не представили и судом таких доказательств не добыто.

В то время как стороной ответчика представлены доказательства, свидетельствующие о том, что еще при жизни ФИО распорядился спорным имуществом – гаражом, передав его во владение ФИО8

К таким доказательствам суд относит показания свидетелей: свидетель , опрошенного судом при рассмотрении настоящего дела, ФИО2, ФИО3, ФИО4, опрошенных Комсомольским районным судом при рассмотрении гражданского дела № по иску ФИО6 к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на недвижимое имущество, а также представленные свидетель записи учета оплаты за потребляемую владельцами гаража электроэнергию, из которых следует, что уже в 2020 году вместо ФИО плательщиком указан ФИО8

Само по себе обстоятельство того, что сестры в память об умершем отце получили часы, кнопочный телефон и фотоальбом, не может служить объективным и достоверным доказательством воли истиц, направленной на принятие ими наследства.

Исходя из изложенного, требование ФИО10 об установлении принятия истицами наследства после смерти отца (как в тексте иска) удовлетворению не подлежит.

Разрешая требование ФИО10 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, составленного между ФИО и ФИО8, незаключенным, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество (пункт 4).

Аналогичная норма содержалась в пункте 2 статьи 13 Закона РСФСР от 24 декабря 1990 г. № 443-1 "О собственности в РСФСР".

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом. Иной момент возникновения права установлен, в частности, для приобретения права собственности на недвижимое имущество в случае полной выплаты пая членом потребительского кооператива, в порядке наследования и реорганизации юридического лица (абзацы второй, третий пункта 2, пункт 4 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Участниками процесса не оспаривалось, что до введения в действие Гражданского кодекса РФ (ст. 218) ФИО осуществлено строительство гаража в гаражном кооперативе <данные изъяты> на земельном участке, предоставленном органом местного самоуправления кооперативу под застройку гаражами.

Таким образом, утверждение стороны истцов о том, что умерший ФИО ввиду отсутствия объекта (гаража) на кадастровом учете и вообще в отсутствии каких-либо документов на спорный гараж не мог реализовать свои полномочия собственника по распоряжению этим объектом, противоречит названным положениям закона и акту его толкования.

ФИО при жизни осуществил строительство, полностью выплатил пай, стал полноправным собственником спорного объекта и имел полномочия по его распоряжению.

Указанные обстоятельства фактически следуют из решения Комсомольского районного суда от 03.08.2022г. по делу № по иску ФИО6 к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на недвижимое имущество (том 1 л.д. 148-153).

При жизни свои полномочия по распоряжению спорным гаражом ФИО реализовал: за два-три года до смерти передал гараж ФИО8, о чем сообщил свидетель 2 (как исполняющему обязанности по сбору платежей и контролю за содержанием общего имущества), а также своим знакомым и соседям по гаражам.

Как выше судом было указано свидетель свидетель 2 факт того, что ФИО сообщил о том, что полноправным хозяином спорного гаража становится ФИО8, подтвердил, как подтвердил и то, что ФИО8 с ориентировочно 2019-2020 годов вступил в права владения и пользования спорным имуществом, относился к нему как к своему собственному: поддерживал в надлежащем состоянии.

Кроме того из протокола судебного заседания по гражданскому делу № от 07.07.2022г. – 3.08.2022г. следует, что судом опрашивались свидетели ФИО3, ФИО4, которые показали, что уже задолго до смерти гараж был подарен ФИО ФИО8 и именно он следил за гаражом, оплачивал электричество, ставил новый счетчик (том 1 л.д. 165-167).

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из пунктов 1, 3 ст. 574 ГК РФ следует, что дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу пункта 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из текста представленного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО, именуемый даритель и ФИО8, именуемый одаряемый заключили договор о нижеследующем: даритель безвозмездно обязуется передать в собственность одаряемого, а одаряемый обязуется принять гараж, находящийся в гаражном кооперативе вблизи <адрес>, расположенный <адрес> /п. 1/ Одаряемый в дар от дарителя гараж принимает /п.2/. гараж до настоящего времени никому не продан, не подарен, не заложен и под арестом не состоит, правами третьих лиц не обременен /п.3/. стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие заключить настоящий договор на невыгодных для себя условиях /п. 4/. Одаряемый приобретает право собственности на гараж с момента его передачи, то есть с 20.03.2021г. (том 1 л.д. 19).

Данный договор оснований считать незаключенным суд не усматривает, поскольку стороны описали предмет дара достаточно четко, однозначно выразили общую волю на дарение, при этом суд принимает во внимание то, что составлением данного документа стороны лишь закрепили действия, которые ФИО совершил за два-три года до подписания договора (передал фактически все полномочия собственнику ФИО8).

Суд считает, что переход имущества (гаража) от дарителя к одаряемому состоялся в 2019-2020г., о чем свидетельствуют как записи в тетрадях учета оплаты за гараж (том 1 л.д. 227-242), так и показания многочисленных свидетелей, которые никак не опорочены и не опровергнуты, об этом же факте свидетельствуют и пункты 2, 5 оспариваемого договора. Тем самым, оснований полагать, что у умершего ФИО на день смерти имелся в собственности гараж, не имеется, поскольку судом собрана достаточная совокупность доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности, в подтверждение факта того, что умерший от своей собственности добровольно отказался, совершив конклюдентные действия по ее передаче иному лицу.

При таких обстоятельствах требование ФИО10 о признании договора дарения незаключенным суд считает необоснованным и удовлетворению не подлежащим.

Иные требования стороны истца: о включении имущества в состав наследственной массы, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возложении на ФИО8 обязанности освободить гараж от своих вещей суд считает производными от выше рассмотренных (об установлении принятия наследства и о признании договора дарения незаключенным), а потому, также удовлетворению не подлежащими.

Таким образом, исковые требования ФИО10 к ФИО8 следует признать бездоказательными и основанными на ошибочном понимании норм права, приведенных в обоснование иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО5, ФИО7 к ФИО8 о признании договора дарения незаключенным, установлении факта принятия наследства, включении имущества в состав наследственной массы и истребовании имущества из чужого незаконного владения оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Тейковский районный суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А. Макарова

Мотивированное решение суда составлено 25 января 2023 года.