Дело №

50RS0№-79

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес>

<адрес> ДД.ММ.ГГ

Люберецкий городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Семеновой А.А., при секретаре судебного заседания Казьмировой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» о защите прав потребителей, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» о защите прав потребителей, судебных расходов, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГ между ФИО2 и ГБУЗ ода Москвы «Городская клиническая больница имени Д.Д Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» был заключен договор № на оказание медицинских услуг.

В соответствии с пунктом 1.1 договора ГБУЗ обязуется оказать потребителю платные медицинские услуги, отвечающие требованиям, предъявляемым к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на территории Российской Федерации, а потребитель обязуется своевременно оплачивать стоимость предоставляемых платных медицинских услуг.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного, основной диагноз при поступлении D25.0 Миома матки с шеечным расположением узла. При этом отмечено о том, что истец поступила на плановое оперативное лечение.

ДД.ММ.ГГ ФИО1 была сделана лапароскопия, экстирпация матки с придатками, кальпопексия по МакКолу.

Согласно заключению, пациент выписывается в удовлетворительном состоянии, послеоперационный период протекал без осложнений, клинический эффект достигнут.

Истцом за оказанные медицинские услуги было оплачено 50 400 руб., что подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГ и кассовым чеком от ДД.ММ.ГГ.

ДД.ММ.ГГ в 10 час. 00 ми. истец была выписана из больницы с констатацией нормального течения послеоперационного периода и достижения клинического эффекта.

Вместе с тем, ДД.ММ.ГГ истец в срочном порядке была госпитализирована через отделение неотложной помощи в ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского» в связи с наличием жалоб, в частности, на боль в животе, тошноту, отсутствие стула и отхождения газов. После исследования в приемном отделении ФИО1 была направлена в экстренный оперблок. Согласно выписного эпикриза ФИО1 при поступлении в ГБУЗ «НИИ СП им Н.В. Склифосовского» был установлен основной клинический диагноз К65.9 Перфорация сигмовидной кишки и осложнение - местный серозный перитонит.

Таким образом, истец полагает, что ей ответчиком были оказаны платные медицинские услуги ненадлежащего качества, которые не привели к достижению запланированного результата проведенного оперативного вмешательства, а напротив, повлекли за собой существенное ухудшение состояния здоровья истца, действиями сотрудников ответчика ФИО1 был причинен дополнительный существенный вред здоровью. Помимо необходимости проведения срочного повторного оперативного вмешательства, что, тем более с учетом возраста истца, доставило ей сильные нравственные и физические страдания, самочувствие и здоровье истца до настоящего времени не восстановилось, решается вопрос об оформлении инвалидности.

В этой связи ФИО1 полагает, что ее права и законные интересы нарушены в результате действий работников (врачебного персонала) ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>».

Направленная в адрес ответчика претензия с требованием возврата денежных средств по договору и компенсации морального вреда оставлена без удовлетворения.

Основываясь на изложенном, истец просит суд взыскать с ответчика денежные средства в размере 50 400 руб., оплаченные по договору № на оказание медицинских услуг от ДД.ММ.ГГ; компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.; штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя; расходы по оплате услуг представителя в размере 70 000 руб.

Определением суда от ДД.ММ.ГГ, отраженным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3

ФИО1 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали, полагали, что требования истца обоснованы, и подлежат удовлетворению, указывая, что судебная экспертиза проведена с нарушениями и не подлежит оценке в качестве надлежащего доказательства. При этом отказался поддерживать ранее поданное ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Представитель ответчика ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» по доверенности ФИО5 возражала против удовлетворения исковых требований по доводам письменных возражений и уточнений к ним, указав, что проводились множественные медицинские исследования истца, которые показали об отсутствии механических повреждений при проведении операции. Медицинская помощь истцу была осуществлена надлежащим образом, за исключением ненадлежащего ведения медицинской документации.

Третье лицо ФИО3, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, не явился, представил в материалы дела письменные возражения на исковое заявление, в которых просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, указывая на то, что пациентка ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. была госпитализирована по каналу ПМУ ДД.ММ.ГГ в плановом порядке для проведения оперативного лечения с диагнозом: миома матки с шеечным расположением миоматозного узла (классификации FIGO 8 тип). Из анамнеза известно, что с февраля 2024 пациентка периодически отмечала боль в правой подвздошной области, в связи с чем обратилась к врачу. Было проведено МРТ и УЗИ органов малого таза, обнаружен миоматозный узел шеечной локализации. В октябре 2024 года в другом медицинском учреждении была проведена гистероскопия с раздельным диагностическим выскабливанием полости матки. При гистологическом исследовании операционного материала патологии не было выявлено.

Пациентка поступила в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнева ДЗМ» полностью обследованная на амбулаторном этапе. ДД.ММ.ГГ после проведения предоперационной антибиотикопрофилактики раствором Цефтриаксона 2г. в/в было выполнено оперативное лечение в объеме: Лапароскопическая экстирпация матки с придатками. Кольпопексия по МакКолу. Операция протекала штатно.

В послеоперационном периоде пациентка чувствовала себя удовлетворительно, предъявляла жалобы па умеренные боли в области оперативного вмешательства. Однократно был скудный ст<адрес> натрия 4000МЕ/0,4 мл подкожно 1 раз в день в течение 2-х дней, а также обезболивающая и симптоматическая терапия.

Лечение пациентки ФИО1 было проведено в соответствии с Клиническими рекомендациями «Миома матки - 2024-2025-2026 (ДД.ММ.ГГ)», утвержденными Минздравом РФ. ДД.ММ.ГГ, учитывая желание пациентки, ФИО1 была выписана домой с рекомендациями наблюдаться у врача акушера-гинеколога амбулаторно.

Суд рассмотрел дело в порядке ст. 167 ГПК РФ, в отсутствие неявившихся лиц. Исследовав материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, допросив эксперта, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГ N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В соответствии с частью 5 статьи 19 данного Федерального закона пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу частей 2 и 3 статьи 98 названного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

На основании п. 2 ст. 79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи и на основе стандартов медицинской помощи.

Согласно положениям п. 21 ст. 2 данного Закона качество медицинской помощи — это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения. Некачественное оказание медицинской помощи - это оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Согласно п. 7 ст. 84 Закона от ДД.ММ.ГГ N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» порядок и условия предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг пациентам устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно пункта 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

На основании пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании пункта 1 статьи 29 Закона РФ от ДД.ММ.ГГ N 2300-1 (ред. от ДД.ММ.ГГ) «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы, при этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГ между ФИО1 и ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» был заключен договор № на оказание платных медицинских услуг.

Истцом за оказанные медицинские услуги было оплачено 50 400 руб., что подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГ и кассовым чеком от ДД.ММ.ГГ.

ДД.ММ.ГГ истец поступила в стационар ответчика на плановое оперативное лечение и с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ находилась в стационаре.

В день выписки из стационара ДД.ММ.ГГ истец была госпитализирована в отделение неотложной помощи в ГБУЗ «НИИ СП им. Н.В. Склифосовского», где ей был установлен диагноз - К65.9 Перфорация сигмовидной кишки и осложнение - местный серозный перитонит.

ДД.ММ.ГГ в учреждении ответчика было проведено заседание врачебной комиссии, на повестке которой находилась оценка качества оказания медицинской помощи пациентке ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, в рамках проведения внепланового целевого контроля качества и безопасности медицинской деятельности в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ».

Комиссия изучила медицинскую карту стационарного больного №-С на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, обращение пациентки ФИО1 на официальный сайт Учреждения, объяснительную записку врача- акушера-гинеколога ФИО3, приказ Минздрава России от ДД.ММ.ГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология»» (в ред. от ДД.ММ.ГГ), Стандарты медицинской помощи при установленном заболевании, клинические рекомендации, приказ Минздрава России от ДД.ММ.ГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

В процессе разбора установлено, что пациентка ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, поступила в плановом порядке (ПМУ) в терапевтическое отделение ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» ДД.ММ.ГГ с клиническим диагнозом: D25.0 Миома матки с шеечным расположением узла (по FIGO 8 тип). Жалоб при осмотре не предъявляет, поступила на плановое оперативное лечение.

Анамнез заболевания: с февраля 2024 года отмечает боль в правой подвздошной области, в связи с чем обратилась к врачу, где в ходе дообследования при МРТ органов малого таза были выявлены МР-признаки миомы матки с шеечным расположением узла (по FIGO 8 тип), инволютивных изменений органов таза.

В октябре 2024 года проведено раздельное диагностическое выскабливание полости матки, гистологическое заключение - атипичные клетки отсутствуют. Пациентка полностью обследована, поступила на плановое оперативное вмешательство в учреждение ответчика.

Анамнез жизни: Хронические заболевания: Гиперптоническая болезнь 2 ст., АГ 2 <адрес>. НКО. Перенесенные операции: 2018 год - холецистэктомия. 2009 год - РДВ, полипэктомия по поводу полипа цервикального канала.

Состояние при поступлении удовлетворительное. Кожные покровы нормальной окраски, чистые. Т тела - 36,4. Пульс 77 уд/мин удовлетворительного наполнения. Артериальное давление - 114/71 мм.рт.ст.

Сердечные тоны ясные, ритмичные. В легких дыхание везикулярное, хрипов нет. ЧДД - 16 в минуту. Язык влажный, не обложен. Живот симметричный, активно участвует в акте дыхания, мягкий, безболезненный при пальпации.

Симптомы раздражения брюшины отсутствуют. Мочеиспускание свободное, безболезненное. Симптом поколачивания отрицательный с обеих сторон.

Шкала Caprini - 4 балла, категория риска - средний. Рекомендованная профилактика - эластическая компрессия нижних конечностей + низкомолекулярные гепарины на весь срок нахождения в стационаре.

Операция: Лапароскопия. Экстирпация матки с придатками.

Кольпопексия по МакКолу от ДД.ММ.ГГ: В асептических условиях после создания карбоксиперитонеума в брюшную полость введены первый троакар в области пупка (ЛСГ№, ЛАП№) и 3 дополнительных троакара для манипуляторов. В матку введен маточный манипулятор, выпота в брюшной полости нет. Петли кишечника, сальник, печень без видимой патологии. Петля слепой кишки подпаяна к левой круглой связке матки, спайки рассечены при помощи аппарата Bisect.

Переднее - маточное пространство без видимой патологии. Позади - маточное пространство без видимой патологии. В латеральных карманах без видимой патологии.

Матка 50 х 38 х 42 мм, не увеличена. В области шейки матки в месте прикрепления крестцово-маточных связок определяется миоматозный узел диаметром до 4,2 см. Серозный покров матки, гладкий, розового цвета.

Левый яичник 1,9 х 1,3 см, без видимой патологии. Левая маточная труба длиной 12 см, обычного цвета. Правый яичник 1,7 х 1,2 см, без видимой патологии. Правая маточная труба длиной до 12 см, обычного цвета.

Произведено: с помощью биполярного электрода и ножниц круглые связки матки, воронко-тазовые связки коагулированы, пересечены с двух сторон. Вскрыта pl. vesica uterina, отсепарована, мочевой пузырь низведен острым путем с параллельным гемостазом. Биполярным электродом маточные сосуды коагулированы с двух сторон, пересечены. Коагулированы и пересечены крестцово-маточные связки, кардинальные связки, маточные артерии по протяжении до влагалищных сводов. Узел с шеечным расположением поэтапно вылужен, отсечен. Тело матки отсечено от сводов влагалища монополярным электродом типа крючок, удалено с придатками и шеечным миоматозным узлом из брюшной полости через влагалище. Дополнительный гемостаз. Ушивание культи влагалища непрерывным швом нитью Stratafix. Культи крестцово маточных связок подшиты к культе влагалища. Перитонизация за счет pl. vesica uterina непрерывным швом нитью Stratafix.

Санация брюшной полости 1000 мл Sol. NaCl 0,9%. Контроль гемостаза - кровотечения нет. На кожу спирт, отдельные, внутрикожные косметические швы нитью Викрил 3/0.

Макропрепарат: «матка с придатками», отправлен на гистологическое исследование, заключение: Лейомиома шейки матки.

Развернутый послеоперационный диагноз: Миома матки с шеечным расположением узла (по FIGO 8 тип).

Проводилось медикоментозное лечение лекарственными препаратами.

Согласно записям лечащего и дежурных врачей послеоперационный период протекал гладко, без особенностей, состояние соответствовало объему и времени оперативного вмешательства. Больная предъявляла жалобы на умеренные боли в области послеоперационных швов. Жалобы на боли в животе не предъявляла, при осмотре: живот участвует в акте дыхания, мягкий, не вздут, при пальпации умеренно болезненный в области послеоперационных швов.

Состояние при выписке удовлетворительное. Кожные покровы нормальной окраски, чистые. Т тела - 36,2. Пульс 82 уд/мин удовлетворительного наполнения. Артериальное давление - 134/87 мм.рт.ст.

Сердечные тоны ясные ритмичные. В легких дыхание везикулярное, хрипов нет.

ЧДД - 17 в минуту. Язык влажный, не обложен. Живот симметричный, активно участвует в акте дыхания, мягкий, безболезненный при пальпации. Симптомы раздражения брюшины отсутствуют. Мочеиспускание свободное, безболезненное. Симптом поколачивания отрицательный с обеих сторон.

Гинекологический статус: наружные половые органы развиты и сформированы правильно. Культя влагалища сформирована, длиной 5-6 см, стоит высоко, швы в удовлетворительном состоянии. Матка с придатками оперативно удалены. Объемные образования не выявлены.

Диагноз при выписке: D25.0 Миома матки с шеечным расположением узла (по FIGO 8 тип).

Пациентка выписана в удовлетворительном состоянии. Состояние соответствует объему и сроку оперативного вмешательства.

Послеоперационный период протекал без осложнений. Клинический эффект достигнут. Были даны необходимые рекомендации.

Согласно протоколу врачебной комиссии ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» № от ДД.ММ.ГГ были сделаны выводы: «медицинская помощь пациентке ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, оказана своевременно, в полном объеме, в соответствии с порядком оказания медицинской помощи и клиническими рекомендациями при установленном диагнозе».

Комиссией принято решение: «нарушений при оказании медицинской помощи ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, не выявлено».

В связи с возражениями ответчика о надлежащем оказании медицинских услуг, судом по ходатайству представителя ответчика была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №».

По результатам проведенного исследования было составлено заключение №-МЭ, согласно которому во время оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по 13:00 ч. ДД.ММ.ГГ диагноз «Миома матки с шеечным расположением узла (по FIGO 8 тип)» установлен обоснованно и верно, на основании результатов показанного обследования, которое выполнено в необходимом для проведения плановой операции объеме.

Наличие миомы матки с шеечным расположением узла (тип 8 по FIGO) являлось показанием к проведению операции «Лапароскопическая гистерэктомия с придатками», с целью радикального удаления патологического образования, гистологической верификации диагноза и предотвращения риска развития потенциальных осложнений (прогрессирование болевого синдрома нарушение смежных органов, малигнизация).

Кроме того, постменопаузальный период с инволютивными изменениями тканей являлись дополнительным показанием к проведению кольпопексии по МакКолу, с целью профилактики опущения и выпадения культи влагалища после удаления матки, что соответствует общепринятым хирургическим подходам у пациенток данной возрастной группы.

Операция выполнена ФИО1 в необходимом объеме, с соблюдением соответствующих техник и этапов, в соответствии с положениями медицинской науки, практики и установленных требований.

При этом отмечено, что каких-либо нормативных актов, регламентирующих правила проведения подобного хирургического вмешательства не существует, поскольку многие хирургические манипуляции и приемы зависят от опыта квалификации и предпочтения хирурга не подлежат нормативному регулированию, в связи с чем судебно-медицинская оценка подобных медицинских манипуляций, в т. ч. Необходимой врачебной тактики в подобных случаях, проводится на основании специальных знаний членов экспертной комиссии, в соответствии с общепринятыми методиками, изложенными в специальной медицинской литературе.

Консервативное лечение ФИО1 в послеоперационном периоде назначено и проведено правильно, соответствовало установленным заболеваниям, учитывало индивидуальные особенности организма и характер клинического течения патологического процесса. Развития каких-либо послеоперационных осложнений не установлено.

Развитие у ФИО1 с 03:45 ч по 19:10 ч ДД.ММ.ГГ перфорации дивертикула сигмовидной кишки с местным серозно-фибринозным перитонитом, осложнивших течение дивертикулеза сигмовидной кишки, и не проведение в связи с этим соответствующих лечебно-диагностических мероприятий в «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ», не могут рассматриваться в качестве недостатков оказания медицинской помощи, поскольку во время нахождения в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ какие-либо клинические признаки перфорации кишечника и перитонита у ФИО1 отсутствовали, в связи с чем показания для проведения лечебно-диагностических мероприятий, направленных на диагностику и лечение указанных заболеваний, отсутствовали.

Учитывая изложенное, каких-либо иных недостатков оказания медицинской помощи ФИО1 в «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ не установлено.

Таким образом, медицинские услуги, оказанные ФИО1 в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ соответствуют «стандартам качества, иным обязательным требованиям, предъявляемым к качеству оказываемых медицинских услуг», за исключением установленного недостатка оформления медицинской документации.

Во время оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ каких-либо недостатков оказания медицинской помощи не установлено, обследование, лечение и операция проведены своевременно и в необходимом объеме, в соответствии с положениями медицинской науки, практики и установленных требований, в связи с чем, следует считать, что результат лечения ФИО1 на основании договора № был достигнут.

Установленный недостаток оформления медицинской документации (клинический диагноз является неполным, поскольку не отражает имевшиеся заболевания «Гипертоническая болезнь 2 ст., 2 <адрес> НК 0») не состоит в причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья ФИО1, в виде развития перфорации дивертикула сигмовидной кишки с местным серозно-фибринозным перитонитом, осложнивших течение дивертикулеза сигмовидной кишки, потребовавших проведения операции «Лапароскопия диагностическая. Резекции сигмовидной кишки с введением концевой сигмостомы» от ДД.ММ.ГГ и «видеолапароскопическое восстановление пассажа по кишечнику. Формирование сигморектоанастомоза».

Дренирование брюшной полости» от ДД.ММ.ГГ и никак не повлиял на состояние здоровья, в силу характера установленного недостатка.

Медицинская помощь, окатанная в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, не состоит в причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья ФИО1, в виде развития перфорации дивертикула сигмовидной кишки с местным серозно-фибринозным перитонитом, осложнивших течение дивертикулеза сигмовидной кишки, потребовавших проведения операции от ДД.ММ.ГГ и «видеолапароскопическое восстановление пассажа по кишечнику. Формирование сигморектоанастомоза.

Дренирование брюшной полости от ДД.ММ.ГГ в силу следующих причин:

- операция, выполненная в соответствии с положениями медицинской науки, практики и установленных требований, технически не предполагает проведения манипуляций на стенке сигмовидной кишки;

- каких-либо интраоперационных осложнений (в т.ч. прямое механическое повреждение стенки сигмовидной кишки хирургическим инструментом (зажимом, коагулятором, ножницами)) во время проведения операции от ДД.ММ.ГГ не установлено;

- согласно данным гистологического исследования удаленного участка сигмовидной кишки от ДД.ММ.ГГ, перфорация наступила на фоне хронического дивертикулеза и острого воспаления (дивертикулита), а не в результате механической травмы и ишемии стенки кишки;

- перфорация дивертикула сигмовидной кишки у ФИО1 наступила в период с 03:45 ч. до 19:10 ч. ДД.ММ.ГГ, т.е. более, чем через 35 часов после операции;

- дивертикулез является хроническим заболеванием, развивающимся в течение длительного времени. В связи с чем указанное заболевание имелось у ФИО1 до госпитализации в «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ»;

- недиагностирование имевшегося у ФИО1 дивертикулеза по результатам МРТ органов малого таза от ДД.ММ.ГГ обусловлено наличием спаечного процесса («между телом матки и изгибами сигмовидной кишки спаечные изменения»);

- перфорация дивертикула представляет собой одно из возможных осложнений дивертикулеза, возникающее вследствие воспаления, повышения внутрипросветого давления и истончения стенки кишки;

- во время нахождения в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ какие-либо клинические признаки перитонита, обычно сопровождающие перфорацию кишки, или выраженного пареза кишечника (кишечной непроходимости), которые могли бы способствовать развитию перфорации, у ФИО1 отсутствовали;

- лечебно-диагностические мероприятия в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ проводились своевременно и в необходимом объеме, в соответствии с положениями медицинской науки, практики и установленных требований.

Согласно результатам гистологического исследования от ДД.ММ.ГГ (удаленный во время операции участок сигмовидной кишки с перфорацией), на участке сигмовидной кишки содержались многочисленные дивертикулы («... по брыжеечному, так и по противобрыжеечному краю многочисленных мешковидных выпячиваний диаметром до 1 см (дивертикула), один из которых с нарушением целостности...»), что является типичным морфологическим проявлением хронической дивертикулярной болезни сигмовидной кишки, при этом один из дивертикулов имел признаки нарушения целостности стенки, что и послужило непосредственной причиной развития перфорации и последующих осложнений.

Кроме того, исходя из результатов указанного гистологического исследования, следует считать, что перфорация дивертикула сигмовидной кишки и развитие перитонита наступили у ФИО1 в интервале от 12 до 24 часов до момента удаления указанного участка кишки (операция с 03:45 ч. до 07:10 ч. ДД.ММ.ГГ), то есть в период с 03:45 ч. до 19:10 ч ДД.ММ.ГГ, что подтверждается совокупностью макроскопических признаков перитонита («пленчатые грязно-серые неснимаемые наложения» на серозной оболочке), а также микроскопических данных о нейтрофильной инфильтрации с лифоцитарной трансформацией краев перфорационного отверстия («диффузная инфильтрация изполинуклеаров с примесью лимфоцитов»), некрозе стенки стенки кишки в краях перфорации («в краях перфорации определяется некроз на всю толщу стенки») и наличии обширных кровоизлияний, преимущественно из гемолизированных эритроцитов...»).

Таким образом, до поступления в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ у ФИО1 уже имелась дивертикулярная болезнь толстой кишки, а перфорация дивертикула произошла более, чем через 35 часов после проведения операции от ДД.ММ.ГГ.

Согласно представленным материалам дела и медицинской документации, во время нахождения в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ какие-либо клинические признаки перфорации кишечника и перитонита у ФИО1 отсутствовали, в связи с чем показания для проведения лечебно-диагностических мероприятий, направленных на диагностику и лечение указанных заболеваний, отсутствовали.

Таким образом, следует считать, что «у врачебного персонала в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнева ДЗМ» отсутствовала возможность «предотвратить у ФИО1 осложнение в виде местного серозного перитонита», ввиду отсутствия данных о наличии дивертикулярной болезни, клинических проявлений перфорации дивертикула и перитонита, а также отсутствия показаний для проведения обследований, направленного на диагностику указанной патологии, и соответствующего лечения.

Ухудшение состояния здоровья ФИО1, в виде развития перфорации дивертикула сигмовидной кишки с местным серознофибринозным перитонитом, осложнивших течение дивертикулеза сигмовидной кишки, потребовавших проведения операции от ДД.ММ.ГГ и «видеолапароскопическое восстановление пассажа по кишечнику. Формирование сигморектоанастомоза. Дренирование брюшной полости» от ДД.ММ.ГГ, не состоит в причинно-следственной связи с медицинской помощью, оказанной в ГБУЗ «ГКБ им. Д.Д. Плетнёва ДЗМ» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, обусловлено характером и тяжестью течения имевшегося до госпитализации заболевания «дивертикулез» и прогрессированием клинического течения его осложнений, а также индивидуальными особенностями строения кишечной стенки, в связи с чем и в соответствии с п. 24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от ДД.ММ.ГГ №н, не рассматривается, как причинение вреда здоровью.

Суд признает заключение судебной экспертизы АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №» допустимым и достоверным доказательством, поскольку отсутствуют основания не доверять данному заключению, полученному в результате назначенной судом экспертизы, где суждения экспертов являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии требованиями законодательства. Выводы экспертов не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что в совокупности с содержанием данного им заключения свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лиц, проводивших экспертизу, сомнений не вызывает, эксперты имеют специальное образование, большой опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГ была допрошена эксперт ФИО6, проводившая судебную медицинскую экспертизу, которая пояснила суду, что выводы экспертизы поддерживает в полном объеме. Выписной эпикриз заполняется лечащим врачом. Пациентка не имеет права вносить какие-то сведения в медицинскую документацию. Лечащий врач собирает жалобы, анамнез, и сам заполняет медицинскую карту. В материалах настоящего гражданского дела имеется медицинская документация, на основе которой эксперты проводили экспертизу.

Присутствие истца при проведении экспертизы никак не повлияло бы на экспертное заключение. Медицинская документация, заполненная врачом, является приоритетом при оценке. Комиссия экспертов посчитала, что предоперационный диагноз был поставлен верно, операция проведена верно, и послеоперационный период проведен верно. Инструкции действий при проведении операции нет, в том числе по разделению спаек, есть только медицинская литература, знания после ВУЗа. При операционном вмешательстве делается специальное рассечение, но дополнительная обработка не производится. При рассечении спайки, стенки матки не повреждаются.

При повреждении одной из стенок матки, эксперты бы заметили. Если бы было повреждение, далее следует или ушивание, или резекция в рамках этой же операции.

Пояснила, что сигмовидная и слепая кишка - это разные органы. Слепая кишка находится справа, там, где аппендикс, остальные идут к противоположному краю. Рассечение спаек осуществлялось между слепой кишкой и левой круглой маткой. Спайки, указанные на МРТ от ДД.ММ.ГГ были уже из-за воспалительного процесса. Был дивертикулёз, который может протекать долго и без симптомов, после операции появились спайки, и они могли свободно разделить матку от спаек, и рассечь. Спайка была разделена без повреждения матки специальным аппаратом.

Весь ход операции был выполнен правильно, кроме заполнения медицинской документации, никаких нарушений выявлено не было.

После проведения операции все рекомендации также были правильно соблюдены.

Спайки могут быть вызваны недостатком клетчатки или повышением давления. До и после операции назначалась определенная диета.

Оснований не доверять показаниям эксперта, данным в судебном заседании, у суда не имеется, эксперт предупрежден об ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ.

В соответствии со ст. 64 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата. Критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Экспертиза качества медицинской помощи, оказываемой в рамках программ обязательного медицинского страхования, проводится на основании критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных в соответствии с частью 2 настоящей статьи, в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном медицинском страховании.

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение экспертизы является одним из доказательств, которое оценивается судом в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ.

Разрешая спор по существу, суд, оценив все представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, положив в основу решения заключение судебной экспертизы, приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований.

При этом суд исходит из того, что ответчиком истцу оказана платная медицинская услуга ненадлежащего качества в части заполнения медицинской документации. Дефектов непосредственно лечебных мероприятий не установлено, причинно-следственная связь между проведенным лечением у ответчика и с ухудшением состояния здоровья ФИО1, в виде развития перфорации дивертикула сигмовидной кишки с местным серозно-фибринозным перитонитом отсутствует, вред здоровью истца причинен не был, в связи с чем оснований для взыскания с ответчика в пользу истца денежных средств, оплаченных по договору №, в размере 50 400 руб., не имеется.

В п. 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, степень причиненного вреда (ст. 151 ГК РФ). В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

В статье 151 ГК РФ закреплено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено истцом в связи с некачественным оказанием медицинской помощи в ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница имени Д.Д. Плетнёва Департамента здравоохранения <адрес>» является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы ГК РФ (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Оценивая по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные в материалы дела письменные доказательства, в совокупности с пояснениями участников судебного разбирательства, эксперта проводившего судебную экспертизу, приняв экспертное заключение в качестве достоверного и допустимого доказательства по делу, суд установив наличие недостатков в оказании медицинской помощи, выразившихся в неполном оформлении медицинской документации, а именно: клинический диагноз является неполным, поскольку не отражает имевшиеся заболевания «Гипертоническая болезнь 2 ст., 2 <адрес> НК 0». Иных недостатков оказания медицинских услуг по договору в ходе судебного разбирательства судом не установлено.

С учетом фактических обстоятельств дела, степени вины ответчика, исходя из того, что компенсация морального вреда не должна носить формальный характер, ее целью является реальное восстановление нарушенного права, суд полагает, что с учетом характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, требований разумности и справедливости, в пользу ФИО1 с ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 20 000 руб.

Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере надлежит отказать.

Истцом заявлено требование о взыскании штрафа.

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона РФ от ДД.ММ.ГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей" (часть 8 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Как следует из преамбулы Закона РФ от ДД.ММ.ГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей», этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

Пунктом 6 статьи 13 Закона РФ от ДД.ММ.ГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, положения Закона РФ от ДД.ММ.ГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей», устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг.

При таких обстоятельствах, установив нарушение прав потребителя ответчиком в части неполного заполнения медицинских документов истца, суд взыскивает с ответчика в пользу истца штраф в размере 10 000 руб. (20 000 / 2).

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о том, что им фактически понесены расходы на оплату юридических услуг в размере 70 000 руб.

При определении размера расходов на оплату услуг представителя суд с учетом объема правовой помощи, характера спора, времени нахождения спора в суде, конкретных обстоятельств дела, приходит к выводу о взыскании с ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» в пользу ФИО1 расходов по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб., пологая данную сумму соответствующей требованиям разумности

От представителя ответчика поступило ходатайство о взыскании с истца расходов по оплате судебной медицинской экспертизы в размере 198 000 руб. В подтверждение расходов в материалы дела представлены платежное поручение № от ДД.ММ.ГГ на сумму 70 000 руб. и платежное поручение № от ДД.ММ.ГГ на сумму 128 000 руб.

Поскольку экспертное заключение №-МЭ положено в основу решения, данным заключением установлено, что операция проведена верно, с учетом имеющегося диагноза, то ходатайство ответчика о взыскании судебных расходов по оплате судебной медицинской экспертизы подлежит удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт №) к ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» (ИНН №, ОГРН №) о защите прав потребителей, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф в размере 10 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части – отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ГБУЗ <адрес> «Городская клиническая больница им. Д.Д. Плетнева Департамента здравоохранения <адрес>» расходы на оплату судебной экспертизы в размере 198 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд, через Люберецкий городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.А. Семенова

Решение суда в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГ.