Решение по делу № 2-1624/2023 от 25.08.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 августа 2023 года г.о. Самара

Советский районный суд г. Самары в составе

председательствующего судьи Никоновой И.П.,

при секретаре судебного заседания Каратицкой С.Ю.,

с участием представителя прокуратуры Никитина Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1624/2023 по иску ФИО1 действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4, ФИО5, в котором просит суд признать недействительным договор дарения от 5 апреля 2021 года жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО5 и ФИО4, применить последствия недействительности сделки в виде аннулирования в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности за ФИО4 на жилое помещение - квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

В обосновании требований истец указала, что она и ее несовершеннолетние дети зарегистрированы и проживают по адресу: 443074, <адрес>. Собственником квартиры, расположенной по вышеуказанному адресу, в настоящее время является ФИО4

Истец и ее несовершеннолетние дети приходятся ответчику ФИО4 бывшей снохой и внуками.

Ранее жилое помещение - квартира, расположенная по адресу: <данные изъяты> <адрес> принадлежала на основании договора дарения от 03.04.2019 сыну ответчика ФИО4 – ответчику ФИО5

В данном жилом помещении истец проживала в период брака с сыном ответчика (брак между супругами был заключен 26.09.2009), также в квартире с их согласия были зарегистрированы и проживали несовершеннолетние дети.

В жилом помещении силами бывших супругов был выполнен ремонт, оплачивались коммунальные услуги.

С марта 2021 года отношения между супругами начали портиться. В марте 2021 года ФИО5 обратился к мировому судье судебного участка №54 Советского судебного района г. Самары Самарской области с заявлением о расторжении брака. Определением мирового судьи судебного участка №54 Советского судебного района г. Самары Самарской области производство по гражданскому делу было прекращено на основании п. 1, ч. 1, ст. 134, абз. 2 ст. 220 ГПК РФ ввиду отсутствия согласия жены на рассмотрение дела о расторжении брака, так как несовершеннолетний ребенок на момент подачи иска не достиг возраста 1 года.

05.04.2021 ФИО5 без ведома истцов подарил спорную квартиру ответчику ФИО4

12.04.2021 мировым судьей судебного участка №54 Советского судебного района вынесен судебный приказ о взыскании с ФИО5 алиментов на содержание несовершеннолетних детей.

24.01.2022 брак между супругами Ф-выми был расторгнут (гражданское дело 2-4/22 судебный участок №54 Советского судебного района г. Самары). По решению суда, дети оставлены проживать с матерью.

27.03.2022 в адрес истцов потупила претензия от ответчика ФИО4 с требованием выселиться и сняться с регистрационного учета из занимаемой жилой площади без предоставления ей и несовершеннолетним детям жилого помещения, взамен утраченного в срок до 15 апреля 2022 года, в связи с чем она вынуждена обратиться в суд за защитой своих прав.

Решением Советского районного суда г. Самары от 07.09.2022 по гражданскому делу № 2-1811/2022 исковые требования ФИО4 к ФИО1, несовершеннолетним ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО1 о выселении удовлетворены. Прекращено право пользования ФИО1, ФИО2, ФИО3, жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, выселены ФИО1, несовершеннолетние ФИО2, ФИО3, из жилого помещения по адресу: <адрес> ул. <адрес>. Указано, что решение является основанием для снятия ФИО1, несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, с регистрационного учета по адресу: <адрес> ул. <адрес>. Предоставлена ФИО1, несовершеннолетним ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО1 отсрочка исполнения указанного решения до 01.06.2023.

В судебном заседании истец ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, исковые требования поддержала в полном объеме, считает, что ответчики заключили оспариваемый договор дарения квартиры от 05.04.2021 без ее ведома только для того, что бы выселить ее и несовершеннолетних детей из жилого помещения.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что первоначально она квартиру подарила сыну ФИО5, так как у нее был мужчина, с которым они собирались вступить в брак и она не хотела с ним делить квартиру. После того как сын и сноха развелись, сноха хотела снова выйти замуж, и поэтому ее сын ФИО5 снова передарил квартиру матери – ФИО4 Спорную квартиру она хочет продать, так как проживание ее снохи в квартире неприемлемо, так как она живет с мужчиной, кроме того ей необходимо делать операцию на сосуды, что подтверждается справкой от 20.06.2023.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, ранее в судебных заседаниях исковые требования не признал, пояснил, что подарил обратно спорную квартиру матери, так как это ее квартира и она его об этом попросила, также добавил, что исправно платит алименты истцу на детей.

Представитель третьего лица Департамента опеки, попечительства и социальной защиты Администрации г.о. Самара в лице отдела опеки и попечительства Советского района в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие с соблюдением прав несовершеннолетних.

Представители третьих лиц Департамента опеки, попечительства и социальной защиты Администрации г.о. Самара в лице отдела опеки и попечительства Советского района г. Самары, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснила, что ФИО4 и ФИО5 ей знакомы – это ее свекровь и деверь. ФИО1 знала, что квартира была передарена обратно ФИО4, поскольку они обсуждали с ней этот вопрос.

Исследовав материалы дела, выслушав сторон, допросив свидетеля, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 и ФИО5 ранее состояли в браке (26.09.2009), брак между которыми расторгнут 01.03.2022, от брака имеют несовершеннолетних детей: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Ранее истец ФИО1 и ФИО5 совместно проживали по адресу: <адрес> вместе со своими детьми ФИО2 и ФИО3 По указанному адресу также были зарегистрированы: ФИО1 (с 23.07.2013) вместе со своими несовершеннолетними детьми: ФИО2 (с 23.07.2013), ФИО3 (с 04.12.2020)

Данная квартира изначально принадлежала на основании договора купли-продажи от 03.08.2010 на праве собственности ФИО4 (бабушке ФИО2, ФИО3).

03.04.2019 ФИО4 на основании договора дарения от 03.04.2019 подарила вышеуказанную квартиру ФИО5

Определением мирового судьи судебного участка №54 Советского судебного района г. Самары Самарской области от 31.03.2021 производство по гражданскому делу №2663/2021 о расторжении брака между ФИО1 и ФИО5 было прекращено на основании п. 1 ч. 1, ст. 134, абз. 2 ст. 220 ГПК РФ ввиду отсутствия согласия жены на рассмотрение дела о расторжении брака, так как несовершеннолетний ребенок на момент подачи иска не достиг возраста 1 года.

05.04.2021 ФИО5 на основании договора дарения от 05.04.2021 подарил спорную квартиру ФИО4

12.04.2021 мировым судьей судебного участка №54 Советского судебного района г. Самары Самарской области был вынесен судебный приказ № 2-918/2021 о взыскании с ФИО5 в пользу ФИО1 алиментов на содержание несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО3

24.01.2022 мировым судьей судебного участка №54 Советского судебного района г. Самары Самарской области брак между ФИО1 и ФИО5 был расторгнут. По решению суда, дети оставлены проживать с матерью.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 01.02.2023 решение Советского районного суда г. Самары от 07.09.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

В настоящее время истец находится в отпуске по уходу за ребенком до 3-х лет (с 19.02.2021 по 03.11.2023), доход ФИО1 в ГБУ СО АМП за период: февраль, март и апрель 2023 не начислялся и не выплачивался, что следует из справки ГБУ СО АМП от 23.05.2023.

Согласно справки ГБУ СО АМП от 26.05.2023 по состоянию на 30.04.2023 задолженность по алиментам от ФИО5 составляет 119 046,05 руб.: долг по алиментам на содержание детей – 8 859,84 руб.,Ю на содержание супруги – 110 186,21 руб.

Согласно справке судебного пристава-исполнителя ОСП Советского района г. Самары от 23.05.2023 ФИО1 получает алименты от ФИО5 на содержание несовершеннолетних детей: ФИО2, ФИО3, за период с 01.02.2023 по 30.04.2023 в следующем размере: февраль 2023 года – 16 366 руб., март 2023 года – 21 983 руб., апрель 2023 года – 18 759 руб.

Согласно выписки из федерального регистра лиц, имеющих право на дополнительные меры государственной поддержки, о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал размер материнского (семейного) капитала ФИО1 по состоянию на 12.08.2023 составляет 775 628,25 руб.

Из иска о признании договора дарения недействительным следует, что одним из оснований признания недействительным договора дарения, заключенного между ФИО4 и ФИО5 явилось злоупотребление правом последним.

В соответствии с положениями статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1). Регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами добровольности брачного союза мужчины и женщины, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию, приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии и развитии, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи (пункт 3).

К названным в статье 2 Семейного кодекса Российской Федерации имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством (статья 3 этого Кодекса), применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений (статья 4 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет недействительность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Как следует из материалов дела, ФИО5 произвел отчуждение спорного жилого помещения, в котором проживают его несовершеннолетние дети по безвозмездной сделке своей матери ФИО4

Как следует из уведомлений из ЕГРН от 15.06.2023 истец и ее несовершеннолетние дети какого-либо недвижимого имущества на праве собственности не имеют.

Согласно договора № 06 об образовании по образовательным программам дошкольного образования от 28.02.2023, заключенного между заведующей МБДОУ «Детский сад № 347» и ФИО1, на срок с 28.02.2023 до 25.08.2027, ФИО3 является воспитанником 1-ой младшей группы общеразвивающей направленности МБДОУ «Детского сада №» по адресу: <адрес>.

Согласно справки директора МБОУ Школа № от 29.05.2023, ФИО2 является ученицей <данные изъяты> класса МБОУ Школы № (расположенной по адресу: <адрес>) в 2022/2023 учебному году.

Как следует из пояснений сторон вышеуказанные учебные и воспитательные учреждения расположены в непосредственной близости с жилым помещением, в котором проживают и ранее были зарегистрированы несовершеннолетние дети, а именно в квартире по адресу: <адрес>.

На запрос суда от 19.06.2023, отдел опеки и попечительства Советского района Департамента опеки, попечительства и социальной поддержки Администрации г.о. Самара сообщил, что ФИО5, ФИО4, ФИО1 для получения согласия органа опеки и попечительства при отчуждении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в которой зарегистрированы несовершеннолетние дети, по договору купли-продажи, заключенному 05.04.2021, в отдел опеки и попечительства Советского района не обращались. Данные обстоятельства ответчиками не оспаривались, напротив, в судебном заседании ответчики суду пояснили, что в орган опеки и попечительства перед совершением оспариваемой сделки, где были зарегистрированы несовершеннолетние дети, они не обращались.

Согласно п. 4 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО7" пункт 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 3 Постановления от 8 июня 2010 г. N 13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете, по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 40 (часть 1), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

Согласно п. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей (п. 1 ст. 64 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 65 Семейного кодекса Российской Федерации обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

В судебном заседании ответчиком ФИО5 даны пояснения суду о том, что он совершил сделку дарения спорной квартиры в пользу своей матери, так как квартира принадлежала ей изначально и он согласился на ее просьбу подарить ей обратно ее квартиру.

ФИО4 суду пояснила, что необходимость осуществления сделки дарения ее сыну ФИО5 в 2019 году была связана с тем, что она опасалась, что ее будущий супруг сможет претендовать на данное имущество.

Суд критически относится к вышеуказанным доводам ФИО4, поскольку спорная квартира приобретена ФИО4 до ее планируемого брака на ее личные денежные средства, вместе с тем, ФИО4 в брак после совершения сделки дарения своему сыну в 2019 году так и не вступила.

Кроме того, суд не может принять во внимание также доводы ФИО4 о необходимости последующего осуществления сделки дарения между ее сыном ФИО5 и ей самой только в 2021 году, а не после несостоявшегося брака ФИО4 с неизвестным мужчиной, с которым они расстались в 2019 году, ссылаясь на то, что ранее данную сделку они осуществить не могли, поскольку требовалось дождаться несколько лет при отчуждении недвижимого имущества, чтобы не оплачивать стоимость налога.

В силу положений пункта 18.1 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации, не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) следующие виды доходов физических лиц: доходы в денежной и натуральной формах, получаемые от физических лиц в порядке дарения, за исключением случаев дарения недвижимого имущества, транспортных средств, акций, долей, паев, если иное не предусмотрено настоящим пунктом.

Доходы, полученные в порядке дарения, освобождаются от налогообложения в случае, если даритель и одаряемый являются членами семьи и (или) близкими родственниками в соответствии с Семейным кодексом Российской Федерации (супругами, родителями и детьми, в том числе усыновителями и усыновленными, дедушкой, бабушкой и внуками, полнородными и не полнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами) (абзац 2 пункта 18.1 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 14 Семейного кодекса Российской Федерации близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородными и неполнородными (имеющими общих отца или мать) братья и сестры.

Так, ФИО4 и ФИО5 являются между собой родными матерью и сыном.

Кроме того, суд учитывает, что ФИО4 13.10.2014 оформила завещание, удостоверенное нотариусом <адрес> ФИО10, в котором завещала ФИО5 на случай своей смерти квартиру по адресу: <адрес>.

Также, в судебном заседании ФИО4 пояснила, что у нее также имелся второй сын, семье которого она помогла в приобретении жилого помещения и в настоящее время планирует также помочь ФИО1 и своим внукам в приобретении другого жилого помещения, для чего необходимо продать спорное помещение, в том числе для оплаты требуемого ФИО4 предстоящего лечения, поскольку спорное помещение принадлежит ФИО4, являющейся его собственником и она вправе распоряжаться принадлежащим ей имуществом по своему усмотрению, кроме того брак между ее сыном ФИО5 и ФИО1 расторгнут, в спорной квартире проживает ФИО1 с детьми и другим мужчиной, что беспокоит собственника помещения ФИО4

Между тем, суд учитывает, что оспариваемая истцом сделка осуществлена в период бракоразводного процесса между ФИО1 и ФИО5

При этом само по себе отчуждение спорного имущества фактически не повлекло каких-либо правовых последствий для ФИО5, поскольку вышеуказанное завещание не отменено, спорное имущество в дальнейшем кому-либо не отчуждено.

Однако, жилое помещение, в котором были зарегистрированы несовершеннолетние дети истца и ответчика, не является в настоящее время собственностью их родителя, в то время, как дети посещают детские общеобразовательные и воспитательные учреждения, расположенные в непосредственной близости с данным жилым помещением, кроме того, сведений о принадлежности родителям детей, как и самим детям какого-либо иного недвижимого имущества материалы дела не содержат.

Исходя из установленных обстоятельств, суд, руководствуясь положениями ст.ст. 1, 10. 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, данными постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", приходит к выводу о том, что действия ФИО5 по заключению договора дарения нельзя признать добросовестными, поскольку они были направлены на отчуждение жилого помещения своей матери ФИО4 с целью прекращения права пользования спорным жилым помещением бывшей супруги и детей при смене собственника, что свидетельствует о недействительности оспариваемой сделки на основании ст. 10 и ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как при ее заключении допущено злоупотребление правом.

Разрешая ходатайство ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности о признании оспариваемой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Оспариваемая сделка совершена между сторонами 05.04.2021.

Исходя из пояснений данных истцом в ходе рассмотрения настоящего дела, только в ходе рассмотрения иска о ее выселении, истцу стало известно о том, что спорное жилое помещение теперь принадлежит на праве собственности ФИО4, и их совместные с ФИО5 несовершеннолетние дети лишены возможности быть зарегистрированными и проживать в квартире, расположенной по адресу: <адрес>.

Как следует из вступившего в законную силу решения Советского районного суда г. Самара от 07.09.2022, ответчик ФИО4 27.03.2022 обратилась к истцу ФИО1 с требованием выселиться из квартиры в срок до 15.04.2022.

Настоящее исковое заявление ФИО1 об оспаривании сделки дарения от 05.04.2021 направлено в суд 10.03.2023 и поступило в суд – 13.03.2023.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ответчиками не представлено относимых и допустимых доказательств подтверждающих факт того, что истцу было известно о договоре дарения от 05.04.2021 до 27.03.2022, к пояснениям свидетеля ФИО6 суд относится критически, поскольку последняя не смогла назвать точную дату разговора с истцом относительно договора дарения, кроме того она является близким родственником ответчиков.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, срок исковой давности по признанию оспариваемой сделки дарения от 05.04.2021 на момент поступления искового заявления ФИО1 в суд не истек.

Понимания во внимание вышеуказанные обстоятельства и представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о признании договора дарения жилого помещения от 05.04.2021, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО5 и ФИО4, недействительным.

В порядке применения последствий недействительности договора дарения, следует аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о регистрации права собственности за ФИО4 на жилое помещение - квартиру расположенную по адресу: <адрес> восстановить запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности ФИО5 на данную квартиру.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>), действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2 (<данные изъяты> №), ФИО3 (<данные изъяты> №), к ФИО4 (<данные изъяты>), ФИО5 (<данные изъяты>) о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от 5 апреля 2021 года жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО5 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки в виде аннулирования в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности за ФИО4 на жилое помещение - квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, восстановлении записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности ФИО5 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Советский районный суд г.Самары в течение месяца со дня принятии в окончательной форме.

Судья: подпись И.П. Никонова

Решение в окончательной форме будет изготовлено 1 сентября 2023 года.

Копия верна

Судья

Секретарь