Апелляционное определение по делу № 2-1197/2022 от 08.08.2023

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-4049/2023(33-30313/2022)78RS0001-01-2021-006876-52

Судья: Дугина Н.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 8 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего

Аносовой Е.А.

судей с участием прокурорапри секретаре

ФИО1 ФИО2 ФИО3 А.А.ФИО4

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1197/2022 по апелляционным жалобам ФИО5 и ООО «Стоматология 18» на решение Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 7 июля 2022 года по иску ФИО5 к Обществу с ограниченной ответственностью «Стоматология 18» о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Аносовой Е.А., объяснения истца ФИО5, представителя истца ФИО6, представителя ответчика ФИО7, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратился в Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Стоматология 18», в котором просил расторгнуть договор оказания медицинских услуг, взыскать с ответчика денежные средства в размере 694 312 рублей за оказание платных медицинских услуг, компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, расходы на оказание юридических услуг в размере 95 000 рублей, штраф в размере 50 % от суммы присужденной судом.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что он обратился в стоматологическую клинику «Интан» (ООО «Стоматология 18») в целях лечения и протезирования зубов, заключил договор от 04.12.2020. Исполнителем был составлен план лечения № 1954 от 28.11.2020.

Истец указывает на то, что у него имеются претензии к работе врачей-протезистов, которые на основании слепков стоматолога, некачественно изготавливали коронки, затягивая сроки лечения, так как данные работы выполняются не более 2-3 месяцев; последнее взаимодействие с исполнителем происходило 14.06.2021 перед отъездом истца в отпуск в другой город; в мае 2021 года истец заранее предупреждал исполнителя, что в связи с его отъездом работы нужно завершить в приоритете над другими заказами, однако, работы не были завершены. Полагает, что исполнитель осуществил некачественное лечение, в связи с чем обратился с иском в суд.

Решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 7 июля 2022 года с Общества с ограниченной ответственностью «Стоматология 18» в пользу ФИО5 взысканы денежные средства в размере 183 132 рубля, компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 30 000 рублей, штраф в размере 116 566 рублей. Также с Общества с ограниченной ответственностью «Стоматология 18» в доход бюджета Санкт-Петербурга взыскана государственная пошлина в размере 4 863 рубля. В удовлетворении иных исковых требований ФИО5 - отказано.

Не согласившись с указанным решением истец подал апелляционную жалобу, в которой полагает решение суда подлежащим отмене, указывая на необоснованность снижения присужденных сумм, отказа во взыскании неустойки.

Ответчик в своей апелляционной жалобе полагает решение суда подлежащим изменению в части взыскания денежных средств оплаченных за лечение, штрафа, а также подлежащим отмене в части взыскания компенсации морального вреда, указывая на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела в обжалуемой части.

В заседании суда апелляционной инстанции истец, представитель истца поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, кроме довода об отказе во взыскании неустойки.

Представитель ответчика в заседании судебной коллегии поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе.

Прокурор в своем заключении отметила, что в данном случае доводы, изложенные в апелляционной жалобе ответчика, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции. Вместе с тем полагала возможным увеличить размер присужденной компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов.

Третьи лица в заседание судебной коллегии не явились, о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции извещены по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, причин неявки судебной коллегии не сообщили, доказательств их уважительности не представили, в связи с чем, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Изучив материалы дела, заслушав явившихся лиц, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в пределах доводов жалоб в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что 28.11.2020 между ООО «Стоматология 18» (Исполнитель) и ФИО5 (пациент) заключен договор на оказание платных медицинских услуг.

Из консультативного заключения ООО «СолоДент» от 26.01.2022 следует: «..Услуги: консультация (осмотр). Жалобы: на эстетический дефект, неполноценное пережевывание пищи, невозможность откусить еду центральными зубами, покраснение десны, кровоточивость, ощущение при улыбке, что челюсть перекошена, неприятный запах изо рта, анатомически коронки неправильные. Объективно: пациент обратился на консультацию. Лицо симметрично, кожные покровы чистые, полоть рта открывается в полном объеме, слизистая оболочка влажная, бледно-розового цвета, гиперемирована и отечна в области прилегания к ортопедическим конструкциям, кровоточит при зондировании пародонтальным зондом, на зубах: 1.7, 1.6, 1.5, 1.4, 1.3, 1.1, 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 3.6, 3.5, 3.4, 4.4, 4.5, 4.6, 4.7 - установлены циркониевые коронки на временном цементе со слов пациента, коронка 1.5 выпадает при приеме пищи, на зубах 3.3, 3.2, 3.1, 4.1, 4.2, 4.3 - установлены керамические виниры на постоянный цемент, на зубе 1.2 - временная коронка из пластмассы, дефект стенок, коронки, зуб 3.7 -дефектная пломба на жевательной поверхности, наблюдаются неплотные контакты на жевательных зубах, коронки корректировались ранее по окклюзии со слов пациента, поэтому они шершавые, нет окклюзионных контактов на зубах 1.2, 1.1, 2.1, 2.2, 2.3; оси зубов 1.2-2.3 направлены вправо, линия горизонта завалена в сторону, коронки разной длины, при пальпации в области верхушки корня зуба 1.1 болезненные ощущения. Лечение: проведен осмотр. Рекомендации: необходимо сделать снимок клкт, профессиональная гигиена полости рта, моделировка зубов верхней и нижней челюсти, определение центрального соотношения, снятие имеющихся коронок, установка временных коронок на основании анализа окклюзии и моделирования, отработка эстетики и функциональности на временных коронках, далее постоянное протезирование...».

Из медицинской карты стоматологического больного № 5657 от 25 декабря 2020 года из ООО «Стоматология 18» усматривается, что ФИО5, обратился с жалобами на стираемость зубов, эстетический дефект, затрудненное жевание. Перенесенные и сопутствующие заболевания со слов пациента отсутствуют. Развитие заболевания - на протяжении нескольких лет стираемость. Данные рентгеновских исследований - хронических процессов и патологий не выявлено. 06.12.2020 - установлен диагноз: Хронический пульпит.

В медицинской карте имеются: НДС на медицинское вмешательство с подписью пациента (без даты); уведомление о возможности получения помощи в рамках программы государственных гарантий на ФИО5, дата 28.11.2020; уведомление о соблюдении указаний медицинского работника, предоставляющего платную медицинскую услугу от 28.11.2020 с подписью пациента; НДС на проведение рентгенологического исследования от 28.11.2020 с подписью пациента; НДС на эндодонтическое лечение от 09.12.2020 (одно) и от 10.12.2020 (три) с подписями пациента; анкета пациента на имя ФИО5 от 28.11.2020 с подписью пациента, в которой обведены положительные ответы - «чувствую запах изо рта», «появление герпеса простуды на губах». Имеются два плана лечения №1954 и №1955 от 28.11.2020 на имя ФИО5 без подписей пациента.

Из протокола внепланового заседания врачебной комиссии ООО «Стоматология 18» № 1 от 15.11.2021, следует: 28.11.2020 пациент ФИО5 обратился к врачу ФИО8 с жалобами на стираемость зубов, эстетический дефект, затрудненное жевание;

01.12.2020 Проведено снятие оттисков для изготовления восковой репродукции будущих коронок. 04.12.2020 - Эндодонтическая подготовка зубов 23, 24 к протезированию стоматологом-терапевтом.

06.12.2020 Эндодонтическая подготовка зубов 13, 14 к протезированию стоматологом-терапевтом.

09.12.2020 Эндодонтическая подготовка зуба 21 к протезированию стоматологом-терапевтом.

10.12.2020 Эндодонтическая подготовка зубов 11, 12, 22 к протезированию стоматологом - терапевтом.

11.12.2020 Препарирование зубов 1.4 - 2.4 под культевые вкладки, снятие оттисков А-силиконом, изготовление по моделировке и фиксация временных коронок на верхнюю челюсти из материала Structur.

20.12.2020 - Снятие временных коронок, медикаментозная обработка зубов 1.4-2.4 и культевых вкладок, фиксация вкладок на Fuji one, препарирование зубов верхней челюсти 1.7-2.7 под циркониевые коронки, снятие оттисков А силиконом, установка временных коронок цвет В1.

19.01.2021 - Под инфильтрационной анестезией Sol. Ultracaini DS 3.5 ml проведено препарирование зубов 3.7-3.4, 4.4-4.7 под цельноциркониевые коронки, 3.3-4.3 под виниры, снятие оттиска А-силиконом, регистрация прикуса, изготовление по шаблону временных коронок, из материла Structur.

22.01.2021 - По просьбе зуботехнической лаборатории доработаны зубы 3.4, 3.5, 4.4, 4.5, регистрация окклюзии, переснят оттиск.

05.02.2021 - Снятие временных коронок с верхней челюсти, примерка коронок на основе диоксида циркония. Со слов пациента небная сторона коронок слишком сильно выпирает, просит уменьшить. Снятие коронок, постановка временных коронок.

09.02.2021 - Снятие временных коронок с обеих челюстей, примерка циркониевых коронок, несоответствие по окклюзии, регистрация окклюзии С-силиконом. Постановка временных коронок обратно.

12.02.2021 - Снятие временных коронок с зубов обеих челюстей, примерка циркониевых коронок, контакты только на жевательных зубах, регистрация окклюзии, отправка работы для коррекции, установка временных коронок.

23.02.2021 - Снятие временных коронок с зубов обеих челюстей, медикаментозная обработка, постановка коронок 1.7-2.7, 3.6-3.4, 4.4-4.7 на временный цемент, виниры 3.3-4.3 зафиксированы на постоянный цемент. Не установлена коронка 3.7.

С 26.02.2021 по 16.03.2021 дневник лечения в амбулаторной карте врачом ФИО8 не заполнен.

06.04.2021 - Пациент пришел на плановый прием для коррекции коронок, пропустил несколько недель из-за ринопластики. В полости рта наблюдается неполноценность контактов верхней и нижней челюсти, снять коронки затруднительно из-за оставшегося отека на верхней губе после ринопластики.

С 09.04.2021 по 01.06.2021 дневник лечения в амбулаторной карте врачом ФИО8 не заполнен.

08.06.2021 - Пациент обратился с жалобой на форму коронок изготовленных в лаборатории и прикус. Проведено снятие коронок, изготовление и фиксация временных по форме, которую пациент утвердил. С временных коронок 1.2-2.3 снят шаблон и вместе с коронками отправлен в лабораторию.

15.06.2021 - Пациент обратился с жалобой на эстетическое несоответствие коронок. Проведена установка коронок 1.1, 2.1, 2.2, 2.3 на временный цемент, коронки 1.2 не было в коробке, установлена временная коронка. Несоответствие по прикусу и форме коронок с лаборатории, коррекция в полости рта.

С 20.08.2021 по 06.09.2021 лечащий врач ФИО8 находился в отпуске. 14.09.2021 выполнено расторжение трудового договора с врачом ФИО8 Исследовав записи в амбулаторной карте пациента ФИО5, претензионное письмо пациента, врачебная комиссия пришла к следующим заключениям: 1. В полости рта пациента не установлены постоянные коронки на зубах 3.7, 1.2. 2. Все коронки, а именно 1.7-2.7, 3.6-3.4, 4.4-4.7 зафиксированы на временный цемент. 3. Согласно манипуляциям, указанным в амбулаторной карте пациента, работа врачом ФИО8 выполнена не в полном объеме. Выводы комиссии: учитывая, что пациент ФИО5 был оповещен посредством почтовой связи 02.11.2021 о необходимости явки на заседание врачебной комиссии и не явился, провести экспертизу качества выполненных работ не представляется возможным. Следовательно, факты указанные пациентом ФИО5 в претензионном письме о некачественном лечении, не имеют обоснованности.

Решением комиссии пациенту предложено в связи с увольнением лечащего врача ФИО8 продолжить (завершить) лечение в клинике ООО «Стоматология 18» у врача-ортопеда ФИО9

При рассмотрении дела сторонами не оспаривался как факт обращения истца за оказанием медицинских помощи, так и факт оказания ответчиком медицинских услуг, предусмотренный планом лечения.

Определением суда от 24 февраля 2022 года по ходатайству сторон назначено проведение экспертизы, в СПБ ГБУЗ «Бюро судебно- медицинской экспертизы», с постановкой перед экспертами вопросов: 1. Соответствуют ли выполненные работы плану лечения? 2.Имеются ли дефекты медицинской услуги, оказанной ФИО5 в ООО «Стоматология 18 », если да, то какие именно? 3. Оказаны ли стоматологические услуги, указанные в договоре от 04.12.2020 в полном объеме? 4. Соответствует ли качество материалов на коронках сертификатам клиник? 5.Причинен ли вред здоровью ФИО5 в результате оказанной медицинской услуги ответчиком ООО « Стоматология 18», если да, то какая степень тяжести причиненного вреда здоровью?

Как следует из заключения экспертов, проведенного комиссией экспертов СПБ ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 34-П/вр для проведения экспертизы судом истребованы ренгенологические снимки, а также иные медицинские документы, кроме того, 12 апреля 2022 года в помещении стоматологического кабинета СПб ГБУЗ «Стоматологическая поликлиника №20» при проведено судебно-медицинское стоматологическое обследование пациента - ФИО5 при получении согласия на осмотр и обработку персональных данных.

Из пояснений пациента ФИО5 данных комиссии экспертов следует, что он обратился в ООО «Стоматология 18» с целью протезирования, в связи со стираемостью зубов. Врач ФИО8 осмотрел его, сделал снимок, составил план лечения, который состоял из терапевтического и ортопедического лечения. Сначала лечением занимался терапевт, в первую неделю лечения были депульпированы шесть верхних зубов. Затем примерно 15 декабря 2020 года впервые встретился со стоматологом-ортопедом. Были сделаны работы — подготовлены под коронки все верхние зубы и шесть нижних зубов, в некоторые зубы установлены никель-хромовые штифты, изготовлены и фиксированы временные пластмассовые зубы. По ним врач сделал слепки, по которым должны были сделать постоянные коронки из диоксида циркония. Врач сообщил, что коронки на все верхние и нижние жевательные зубы справа и слева будут сделаны до нового года, а вся работа займет до двух месяцев или меньше. Фактически первый вариант постоянных коронок был сделан только к 29 января 2021 года (через шесть недель). Пока пользовался временными коронками требовал у врача, чтобы временные коронки «доводили до совершенства», чтобы на них был удобный прикус. Первый вариант постоянных коронок не устроил ни стоматолога, ни пациента, зубы между собой не «стыковались вообще», кроме пятых или жевательных зубов. Врач сделал новую моделировку и отправил коронки на доработку. Затем не менее десяти раз связывался с клиникой и приходил к врачу на приемы. Во время приемов стоматолог сам «отбраковал» некоторые коронки даже без примерки, некоторые вновь не стыковались между собой, их врач «подпиливал». То есть, коронки «сдавались» с большим трудом, и клиника все время переносила окончательную сдачу всех коронок. Точно пояснить, какие конкретно коронки переделывались, не может, отмечает, что «все время что-то менялось», если не подходили какие-то постоянные коронки, то пользовался временными. В апреле 2021 обратился с просьбой «сделать приоритет его работе», поскольку в июне должен был улететь в отпуск и до этого времени нужно было сделать постоянные коронки, но 1 июня 2021 коронки так и не были сданы. Врач ФИО8 вновь сделал из «пластмассовых времянок» точную копию постоянных коронок для зубных техников, тем не менее, при визите 14 июня 2021 года врач ФИО8 отбраковал коронку 1.2 зуба и отдал зубному технику; некоторые коронки подтачивал, так как они не стыковались друг с другом. На 3.7 зуб искусственную коронку вообще не изготовили («дело не дошло», поскольку никак было не подогнать другие коронки). При активном расспросе сообщает, что решение о переделке коронок принималось врачом, в том числе, при предъявлении пациентом жалоб о «некачественных» коронках. В ООО «Стоматология 18» с июня 2021 года не обращался, поскольку разуверился в том, что там смогут завершить лечение, которое его устроит. За прошедший период времени другого стоматологического лечения не получал. В настоящее время в полости рта установлены коронки и виниры, изготовленные в ООО «Стоматология 18». За это время коронки не расцементировались, кроме коронки на 1.5 зубе, которая иногда «вылетает» во время еды, он её самостоятельно устанавливает на место. В настоящее время предъявляет жалобы на незавершенное протезирование, отсутствие коронки на 3.7 зубе и наличие пластмассовой коронки на 1.2 зубе; на неправильный прикус, невозможность сомкнуть равномерно все зубы - при совмещении жевательных зубов нет контакта между передними зубами; линия смыкания зубов «кривая»; передние верхние зубы сильно выдвинуты вперед и из-за этого не нравится улыбка; верхние клыки имеют разную форму; языком отмечает шершавую поверхность некоторых коронок (так как они «подпиливались» стоматологом); не нравится, что виниры на нижних зубах закрывают их заднюю поверхность только наполовину и языком чувствует границу между виниром и зубом; при надавливании на корень верхнего правого резца возникают болезненные ощущения.

Согласно ренгенологическому исследованию состояние после эндодонтического лечения зубров 14;13;12;11;21;22;23;24 с признаками выведения пломбировочного материала за верхушку корня зуба 14 и корня зуба 11, признаки деструкции костной ткани в области верхушки корня 11зуба.

Экспертная комиссия при исследовании медицинских документов пациента, с учетом данных судебно-медицинского стоматологического обследования и рентгенологического исследования и в соответствии с поставленными судом вопросами, пришла к следующим выводам:

Выполненное ФИО5 лечение («работы») в ООО «Стоматология 18» не полностью соответствуют планам лечения, представленным в материалах дела. В соответствии с планом №1955, планировалось эндодонтическое лечение с пломбировкой корневых каналов 14,13,12,23,24 зубов, а ответчиком, кроме этого, выполнено подобное лечение для 11,21,22 зубов. В соответствии с планом №1954, планировалось покрытие цельноциркониевыми (то есть, постоянными) коронками 22-х зубов с их цементировкой стеклоиономерным цементом, что предполагает применение цемента для постоянной фиксации. Тогда как, ответчиком было выполнено протезирование постоянными коронками только 20-ти зубов (12 зуб покрыт временной пластмассовой коронкой, на 37 зубе искусственная коронка отсутствует) с их фиксацией на временный цемент.

Таким образом, лечение пациента не завершено, ввиду того, что после 15.06.2021 пациент в клинику не являлся. Лечение также можно считать незавершенным, поскольку оно не оформлено сторонами процесса оказания медицинской помощи «актом приемки-передачи работы» или иной формой документа одинакового по значению.

Экспертами отмечается, что представленные экспертам планы лечения от 28.11.2020 №1954 и 1955 на имя ФИО5, которые, по сути, являются финансовыми планами, не согласованы с пациентом надлежащим образом (отсутствуют предусмотренные в «планах» подписи пациента). В связи с этим, такие «планы лечения» можно считать «условными» и не являющимися определяющим, как для медицинской организации, так и для пациента. То есть, возможно изменение объема вмешательства на этапах лечения по желанию одной из сторон оказания медицинской помощи либо при наличии медицинских показаний.

У экспертов имеются объективные основания полагать, что при наличии конструктивного взаимодействия в части выполнения пациентом всех рекомендаций лечащего врача (явки для продолжения лечения) - с одной стороны, а так же с учетом обоснованных пожеланий пациента в части эстетических параметров (соответствующих клиническим рекомендациям по изготовлению подобных типов ортопедических конструкций) - с другой стороны, выполнение объема работ, намеченных в «плане лечения» №1954, могло быть завершено.

При ответе на вопрос о том, оказаны ли стоматологические услуги, указанные в договоре от 04.12.2020 в полном объеме, экспертами отмечается, что в представленных материалах не имеется договора от 04.12.2020. Представленная истцом копия договора №10476/29 от 2 декабря 2020 года из ООО НИЛЦ «Деома» без указания паспортных данных заказчика (пациента) экспертами не оценивается. Имеется копия договора оказания платных медицинских услуг от 28.11.2020 между ООО «Стоматология 18» и ФИО5 (с подписью пациента и его паспортными данными), в котором не заполнена таблица, включающая в себя графы - «наименование медицинских услуг», «срок оказания услуги», «должность и ФИО специалиста, оказывающего услугу», «стоимость услуги». В связи с изложенным, оценить соответствие объема оказанных истцу стоматологических услуг этому договору не представляется возможным.

При выявлении наличия дефектов медицинской помощи, экспертами установлено следующее.

При оказании медицинской помощи ФИО5 в ООО «Стоматология 18» следовало руководствоваться: положениями клинических рекомендаций (протоколов лечения) при диагнозе болезни пульпы зуба, общепринятыми правилами протезирования при повышенной стираемости зубов, отраженными в специальной медицинской литературе по ортопедической стоматологии; Приказом Минздрава России от 10.05.2017 №203 н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

Экспертами установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи ФИО5 в ООО «Стоматология 18»:

1) дефекты диагностики и планирования стоматологического лечения:

- при первичном обращении 28.11.2020 перед формированием плана лечения не проведены следующие мероприятия: не оценено состояние ВНЧС и жевательных мышц, не определена межальвеолярная высота, не выполнена электроодонтометрия витальных зубов, не изучены диагностические модели челюстей. Все перечисленные параметры необходимо оценивать у пациентов с повышенной стираемостью зубов (каковая была описана у ФИО5) для правильного планирования ортопедического лечения. Также в записи осмотра и диагнозе не указана степень, форма патологической стираемости, диагноз «Патологическая стираемость» неполный;

-не приведены достаточные медицинские обоснования для предложенного плана лечения, предполагающего покрытие всех зубов (за исключением восьмых) искусственными коронками;

2) дефекты лечения: избыточное пломбирование корневых каналов (выведение пломбировочного материала за верхушки корней) 14 и 11 зубов, что подтверждается данным КТ от 16.02.2022 (зуб 14: за верхушку щечного корня в пределах периапикальных тканей точечно выведено 2 фрагмента пломбировочного материала размерами по 0.7мм; 11 зуб - за верхушку корня точечно выведен фрагмент пломбировочного материала 0.7мм в непосредственной близости апекса, второй фрагмент пломбировочного материала 0.7мм выведен за верхушку медиальнее на расстоянии 0.9мм от апекса).

Также установлены дефекты ведения медицинской документации: отсутствует информированное добровольное согласие на ортопедическое лечение (протезирование зубов); во многих дневниковых записях в период с 11.12.2020 по 15.06.2021 отсутствуют сведения о характере жалоб пациента (их описательная часть), либо жалобы носят неконкретный характер («не устраивает форма и прикус коронок», «эстетическое несоответствие коронок»); данные объективного осмотра либо не указываются, либо носят поверхностный характер, отсутствует указание диагноза и врачебные рекомендации (что предусмотрено Приказом МЗ РФ от 10.05.2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»).

Экспертам представляется завышенным чрезмерный срок протезирования ФИО5 ответчиком, которое так и не было завершено в течение полугода (с декабря 2020 г. по июнь 2021 г.). Обычно средние сроки такого лечения составляют 2-3 месяца. Отмечено, что срок протезирования ФИО5 ни в медицинской документации, ни в договоре от 28.11.2020 не обозначен. Также из данных представленных материалов у экспертной комиссии сложилось впечатление о сложностях, возникших на этапе изготовления постоянных конструкций в зуботехнической лаборатории.

При судебно-медицинском стоматологическом обследовании ФИО5 12 апреля 2022 года, у него обнаружены следующие недостатки ортопедических конструкций:

-нарушение краевого прилегания постоянной коронки 27 зуба с вестибулярной (щечной) стороны к тканям слизистой оболочки пародонта и намечающееся нарушение краевого прилегания постоянной коронки 26 зуба. Указанное состояние могло возникнуть: либо в ходе эксплуатации несъемного протеза по причине рецессии краевого пародонта и в таком случае не расценивается как дефект протезирования; либо присутствовать с момента установки конструкции, что расценивается как дефект протезирования. Ввиду того, что это состояние не было отражено в записях осмотров ФИО5 лечащим врачом после фиксации коронки на 27 зуб 23.02.2021 г., установить в какой период времени оно возникло и его причину не представляется возможным;

- имеется видимая асимметрия режущих краев искусственных коронок первых и вторых верхних зубов справа и слева с наклоном линии улыбки влево, что является эстетическим недостатком протезирования, требующим коррекции ортопедическими методами;

Также эксперты дали разъяснения, относительно некоторых жалоб пациента, изложенных им при судебно-медицинском стоматологическом обследовании, так жалобы на отсутствие контакта между передними зубами при смыкании челюстей, «выдвижение» вперед верхних зубов, неправильный прикус. При осмотре ФИО5 экспертами 14.04.2022 обнаружено наличие сагиттальной щели между искусственными коронками 13-23 зубов с зубами-антагонистами и отсутствие контактов между ними, что является одним из вариантов нормы. «Выдвижение», как утверждает пациент, передних поверхностей коронок 13-23 зубов носит ортогнатический характер, оно не препятствует смыканию губ в состоянии покоя, эстетически не влияет на форму лица в негативном направлении и является вариантом нормы. Относительно жалобы на разную форму верхних клыков (зубов 13 и 23) эксперты указывают на то, что отличия «формы» клыков обусловлены различной длинной коронковых частей искусственных коронок 13, 23 зубов, и объясняется разным уровнем расположения шеек этих зубов, то есть, анатомическими особенностями строения зубочелюстного аппарата, и является вариантом нормы. В данном случае добиться более симметричной формы этих зубов возможно путем коррекции уровня десны в области 13 зуба и переделки коронки. Относительно жалобы на то, что виниры на нижних зубах закрывают их заднюю поверхность только наполовину, что ощущается языком, экспертами указано на то, что перекрытие примерно половины язычной поверхности 43-33 зубов винирами, обнаруженное при осмотре пациента, соответствует одному из способов препарирования зубов под виниры: препарирование проводится либо с «перекрытием режущего края» с переходом края винира на язычную поверхность зуба (данный вид препарирования является предпочтительным с точки зрения улучшения эстетических свойств режущих краев препарируемых зубов), либо - без «перекрытия режущего края». Решение о способе и объеме препарирования принимается лечащим врачом. Жалобы на «шершавую» поверхность некоторых коронок: для устранения шероховатых керамических поверхностей искусственных коронок производится их полировка на любом этапе лечения, при условии наличия доступа к ней и/или при наличии возможности снятия конструкции. Это не является недостатком протезирования.

При оказании медицинской помощи ФИО5 в ООО «Стоматология 18» был допущен дефект в виде выведения пломбировочного материала за верхушки корней 11 и 14 зубов, леченных по поводу хронического пульпита (воспаления пульпы зуба), с формированием впоследствии очага деструкции в области верхушки корня 11 зуба (по данным КТ 16.02.2022). То есть, имело место развитие хронического периодонтита (воспаления периодонта) 11 зуба. По данным специальной медицинской литературы, выведение пломбировочного материала за верхушку корня зуба может неблагоприятно влиять на состояние периодонта. Таким образом, к развитию периодонтита 11 зуба у ФИО5 могло привести сочетание факторов — наличие исходного воспалительного процесса пульпы зуба и вышеуказанный дефект эндодонтического лечения. Выделить удельный вес (влияние) допущенного дефекта на наступление такого исхода не представляется возможным, ввиду отсутствия достоверных объективных методик, поэтому вред здоровью по последствиям допущенного дефекта не определяется (п. 24,25,27 Приложения к Приказу МЗиСР РФ №194 н от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степенй тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Обнаруженные у ФИО5 недостатки ортопедических конструкций и незавершенное протезирование не являются критериями вреда здоровью и не рассматриваются как причинение вреда.

На основании изложенного суд посчитал установленным, что при лечении был допущен дефект в виде выведения пломбировочного материала за верхушки корней 11 и 14 зубов, леченных по поводу хронического пульпита (воспаления пульпы зуба), с формированием впоследствии очага деструкции в области верхушки корня 11 зуба (по данным КТ 16.02.2022), а кроме того, к развитию периодонтита 11 зуба у ФИО5 могло привести сочетание двух факторов — наличие исходного воспалительного процесса пульпы зуба и вышеуказанный дефект эндодонтического лечения.

Наличие указанных недостатков оказания медицинской услуги, в части избрания тактики стоматологического лечения свидетельствует о ненадлежащем качестве оказания таких услуг, то есть нарушает права потребителя, что в силу положений статьи 15 Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Поскольку при оказании медицинских услуг медицинскими работниками Общества с ограниченной ответственностью «Стоматология 18» выявлено наличие дефектов при лечении 11 и 14 зубов в виде выведения пломбировочного материала за верхушки корней зубов установленных экспертным заключением, с указанием на то, что при медицинской манипуляции - выведение пломбировочного материала за верхушку корня зуба может неблагоприятно влиять на состояние периодонта, а также на то, что к развитию периодонтита 11 зуба у ФИО5 могло привести сочетание факторов — наличие исходного воспалительного процесса пульпы зуба и вышеуказанный дефект эндодонтического лечения, в связи с указанным, с учетом представленных в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи, исходя из принципа разумности и справедливости, суд признал установленным причинение морального вреда и нравственных страданий ФИО5 связанных исключительно с дефектом лечения, не приведшим к наступлению вреда здоровья пациента, в связи с чем взыскал компенсацию морального вреда с ответчика в пользу истца в размере 50 000 рублей.

Требование истца о расторжении договора от 04 октября 2020 года признано не подлежащим удовлетворению, так как истец воспользовался своим правом на одностороннее расторжение договора, направив Обществу с ограниченной ответственностью «Стоматология 18» 15 сентября 2021 года претензию, в связи с чем, договор считается расторгнутым со дня предъявления соответствующего требования.

Рассматривая требование истца о взыскании денежных средств по договору возмездного оказания медицинских услуг, суд отметил, что ФИО5 произведена оплата медицинских услуг в общем размере 694 312 рублей, что подтверждается: кассовым чеком от 28.11.2020 г. - 5 000 рублей, кассовым чеком от 01.12.2020 г. -25 000 рублей, кассовым чеком от 01.12.2020 г. - 320 000 рублей, кассовым чеком от 06.12.2020 г. - 16 756 рублей, кассовым чеком от 10.12.2020 г. - 28 612 рублей, кассовым чеком от 26.02.2021 г. - 298 944 рубля.

Учитывая установленные экспертами дефекты при лечении зубов № 11 и 14, а также то, что зубы № 12 и 37 не долечены, на зуб № 37 искусственная коронка не изготовлена, возмещению истцу подлежат денежные средства, непосредственно оплаченные за лечение указанных зубов (№ 11,12,14, 37) в общем размере 183 132 рубля из расчета: 7184 + 6080 + 72384 + 4336 + 1144 + 1216 + 11964 + 3464 + 14448 + 3988 + 2636 + 54288. Оплата указанных денежных средств подтверждается квитанциями об оплате.

В остальной части сумма, указанная истцом в исковом заявлении и оплаченная им при оказании медицинских услуг, признан не подлежащей возмещению в связи с тем, что в части оказания медицинских услуг за исключением лечения зубов № 11 и 14, а также № 12 и 37 дефектов в их оказании судом не установлено.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства доказан факт несоответствия качества оказываемых медицинских услуг в части лечения зубов № 11 и 14, обязанность по соблюдению которого возложена на медицинское учреждение, судом удовлетворены требования потребителя в части, а также то, обстоятельство, что истец обращался с претензией в медицинскую организацию и требования не были удовлетворены в добровольном порядке, с ответчика в пользу истца взыскан штраф в размере 116 566 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь принципом разумности и справедливости, принимая во внимание объем проделанной представителем работы, категорию дела, объем и характер защищаемого права, исходя из принципа разумности, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.

Также с ответчика в пользу бюджета Санкт-Петербурга взыскана государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска в суд был освобожден.

Проверяя законность принятого по делу решения с учетом доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 3 Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН), к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (ст. ст. 20, 41).

Согласно ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила главы 39 Гражданского Кодекса Российской Федерации применяются в том числе, к договорам оказания медицинских услуг.

Положениями ч. 2 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно ч.1 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из ч. 2 ст. 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно п. 6 ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В п. 21 ст. 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судам гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 4 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В соответствии с ч. 1 ст. 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Положениями ч. 3 данной статьи предусмотрено, что требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), могут быть предъявлены при принятии выполненной работы (оказанной услуги) или в ходе выполнения работы (оказания услуги) либо, если невозможно обнаружить недостатки при принятии выполненной работы (оказанной услуги), в течение сроков, установленных настоящим пунктом.

Потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Особенностью распределения бремени доказывания при рассмотрении дел о возмещении вреда здоровью является то, что вина причинителя вреда презюмируется, в то же время указанная презумпция является опровергаемой.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из материалов дела и установлено заключением судебной экспертизы, со стороны ответчика имели место следующие нарушения: 1) дефекты диагностики и планирования стоматологического лечения:

На основании вышеизложенного, учитывая, что согласно материалам дела при оказании медицинских услуг истцу ответчиком были нарушены права истца, как потребителя в виде дефектов диагностики, лечения и ведения медицинской документации, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о правомерности заявленных истцом требований.

Каких-либо оснований не доверять экспертному заключению, а также оснований усомниться в компетенции экспертов, ни у суда первой инстанции, ни у судебной коллегии не имеется.

Допрошенный в качестве эксперта в заседании судебной коллегии ФИО10 пояснил, что экспертизой причины стираемости зубов не устанавливались. Проведенный истцом у ответчика объем работ был связан с лечением, в случае необходимости только эстетического результата объем работ был бы чрезмерным.

Как указано в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

С учетом вышеизложенных разъяснений, допущенные ответчиком дефекты являются достаточным основанием, для признания нарушенным права истца на получение качественной медицинской помощи, а потому судом первой инстанции сделан правильный вывод о наличии оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 вышеприведенного постановления Пленума).

Частично удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из наличия дефектов при лечении 11 и 14 зубов в виде выведения пломбировочного материала за верхушки корней зубов установленных экспертным заключением, с указанием на то, что при медицинской манипуляции - выведение пломбировочного материала за верхушку корня зуба может неблагоприятно влиять на состояние периодонта, а также на то, что к развитию периодонтита 11 зуба у ФИО5 могло привести сочетание факторов — наличие исходного воспалительного процесса пульпы зуба и вышеуказанный дефект эндодонтического лечения.

Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что оказание медицинских услуг является особым видом предоставления услуг, должно учитывать установленные законодателем принципы охраны здоровья, такие как доступность и качество медицинской помощи, при этом, оказание некачественной медицинской помощи, безусловно нарушает права пациента, закрепленные статьей 41 Конституции Российской Федерации, Федеральным законом "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации.

Так, при судебно-медицинском стоматологическом обследовании ФИО5 12 апреля 2022 года, у него обнаружен следующий недостаток ортопедических конструкций: нарушение краевого прилегания постоянной коронки 27 зуба с вестибулярной (щечной) стороны к тканям слизистой оболочки пародонта и намечающееся нарушение краевого прилегания постоянной коронки 26 зуба. Указанное состояние могло возникнуть: либо в ходе эксплуатации несъемного протеза по причине рецессии краевого пародонта и в таком случае не расценивается как дефект протезирования; либо присутствовать с момента установки конструкции, что расценивается как дефект протезирования. Ввиду того, что это состояние не было отражено в записях осмотров ФИО5 лечащим врачом после фиксации коронки на 27 зуб 23.02.2021, установить в какой период времени оно возникло и его причину не представляется возможным, а следовательно, невозможность установить причину названного дефекта обусловлено ненадлежащим ведением документации со стороны ответчика.

Таким образом, установленные заключением экспертов недостатки диагностики и ведения медицинской документации также влекут нарушение прав истца и должны учитываться при определении присужденного размера компенсации морального вреда.

В связи с изложенным, судебная коллегия полагает, что определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда подлежит изменению, и с учетом требований разумности и справедливости, с учетом характера допущенных ответчиком дефектов, длительности процесса лечения в отсутствие желаемого результата, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей.

В тоже время правовых оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в полном размере судебная коллегия не усматривает, поскольку предусмотренный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации (определения от 15 июля 2004 года N 276-О, от 18 января 2011 года N 47-О-О, от 2 июля 2015 года N 1540-О и др.).

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что суд при вынесении решения о частичном удовлетворении требований о возмещении стоимости уплаченных по договору с ответчиком стоматологических услуг, судебной коллегией отклоняется.

Как разъяснено в абзаце втором п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела установлены дефекты при лечении зубов № 11 и 14, а также то, что зубы № 12 и 37 не долечены, на зуб № 37 искусственная коронка не изготовлена, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика денежные средства, непосредственно оплаченные за лечение указанных зубов (№ 11, 12, 14, 37).

Исходя из того, что факт оказания ответчиком услуг ненадлежащего качества в оставшейся части не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, возмещение полной стоимости понесенных истцом расходов, учитывая, что использования результатов оказанных ответчиком услуг не оспорен, не отвечало бы задачам гражданского судопроизводства.

Доводы истца о том, что в результате лечения не была достигнута в полном объеме эстетическая красота и формирование правильного прикуса не свидетельствуют о наличии оснований для отмены постановленного решения суда, поскольку заявленные недостатки признаны экспертами разновидностью нормы с возможностью исправления при продолжении лечения и не являются обстоятельством, прямо указывающим на некачественность лечения в целом.

При этом доводы апелляционной жалобы ответчика о неверном определении размера понесенных истцом расходов на лечение, судебной коллегией отклоняются, поскольку не соответствуют представленным в материалах дела доказательствам.

Так, в отношении 14 зуба ответчиком не учтена анестезия инъекционная, наложение коффердама 28.11.2020 и 06.12.2020 (расчет произведен из однократного оказания услуги).

Также судебной коллегией отклоняются доводы апелляционной жалобы ответчика о качественном оказании услуг в отношении зубов №12 и №37, поскольку вопреки позиции данного апеллянта доказательств невозможность установить постоянную ортопедическую конструкцию на указанные зубы в материалы дела не представлено.

Согласно материалам дела временные коронки на зубы №12 и №37 установлены 28.11.2020, в связи с чем у ответчика имелось достаточно времени для изготовления постоянной ортопедической конструкции. В заключении экспертов отражено, что срок протезирования в отношении истца являлся завышенным, при среднем сроке такого лечения в 2-3 месяца, итоговый результат в отношении ФИО5 с декабря 2020 по июнь 2021 года не был достигнут, что не позволяет судить о лечении зубов №12 и №37 ответчиком, как о качественно оказанной услуге, а недолеченность обусловлена расторжением договора истцом в одностороннем порядке.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера штрафной санкции является допустимым.

Учитывая то, что в ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждения факт несоответствия качества оказываемых ответчиком медицинских услуг, а также то, обстоятельство, что истец обращался с претензией в медицинскую организацию и требования не были удовлетворены в добровольном порядке, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 141 566 рублей ((183 132 + 100 000) / 2).

Проверяя законность постановленного решения суда в части возмещения судебных расходов, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Правила, изложенные в части первой настоящей статьи, относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях.

Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1, при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ст. 98, 100 ГПК РФ, ст. 111, 112 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ).

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда) (пункт 21 вышеуказанного Постановления).

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности, взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 указанного Постановления).

Таким образом, при взыскании судебных расходов следует принять во внимание обстоятельства, свидетельствующие о том, что расходы стороны вызваны объективной необходимостью по защите нарушенного права, при этом для решения вопроса о размере взыскиваемых расходов на представителя необходимо исследовать представленные документы, подтверждающие как факт оказания услуг, так и размер понесенных стороной затрат.

Как указывает Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 20.10.2015 N 27-П, при определении необходимости возмещения некоторых видов издержек, связанных с рассмотрением дела, и их объема суду предоставлены значительные дискреционные полномочия.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Как следует из материалов дела истцом заключен договор оказания юридических услуг от 08 сентября 2021 года с ИП ФИО11 (исполнитель), согласно которому доверитель поручает, а исполнитель обязуется за вознаграждение совершить от имени и за счет доверителя юридические действия, направленные на взыскание компенсации морального вреда и иных выплат, основанием для которых явилось ненадлежащее исполнение услуг по договору об оказании медицинской помощи.

Согласно условиям договора сумма вознаграждения поверенного составляет 95 000 рублей. В качестве подтверждения оплаты по указанному договору истцом представлен чек на сумму в размере 95 000 рублей об оплате юридических услуг.

В настоящем случае, исходя из принципов принципы разумности и справедливости, принимая во внимание характер заявленных требований, сложность дела, продолжительность его рассмотрения, объем выполненной представителем работы, участие представителя истца в судебных заседаниях, баланс интересов сторон, отсутствие доказательств чрезмерности заявленных расходов, судебная коллегия не может согласиться с размером судебных расходов, определенных судом первой инстанции, в связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 65 000 рублей.

Иных правовых доводов, выражающих несогласие с постановленным решением суда апелляционные жалобы не содержат.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 7 июля 2022 года изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов.

Взыскать с ООО «Стоматология 18» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 141 566 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 65 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 августа 2023 года.