Производство №2-487 / 2023

УИД№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 января 2023 года

Промышленный районный суд г.Смоленска

В составе:

председательствующего судьи Селезеневой И.В.,

с участием прокурора Поваренковой С.С.,

при секретаре Ирисовой А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет спорта» о признании увольнения незаконным, изменении даты увольнения и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет спорта» о признании увольнения незаконным, изменении даты увольнения и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных требований, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в соответствии со срочным трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ он работал в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего образования «Смоленский государственный университет спорта» на должности «проректор по спортивной и воспитательной работе».

ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с приказом и.о. ректора ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ был уволен с занимаемой должности в связи с истечением срока трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Инициируя настоящий спор, утверждает, что приказ об увольнении является незаконным, поскольку процедура расторжения трудового договора по избранному работодателем основанию нарушена.

Не оспаривая факт заключения трудового соглашения на срок полномочий ректора ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет спорта» ФИО4, полагает, что в соответствии со ст. 79 ТК РФ о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения. Следовательно, уведомление о предстоящем увольнении в связи с истечением срока трудового договора должно быть оформлено в письменном виде и вручено сотруднику лично, под роспись. Увольнение проректора учебного заведения не является исключением из данного законодательного требования.

Утверждает, что в случае отказа работника в получении уведомления, работодателем в присутствии не менее двух свидетелей должен быть составлен соответствующий акт, который и будет являться доказательством надлежащего уведомления работника о предстоящем расторжении трудовых отношений.

В соответствии с п. 1.3. трудового договора с ответчиком, таковой прекращает свое действие ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ на заседании ректората ему (ФИО1) вручили приказ об увольнении в связи с прекращением действия срочного трудового договора, устно пояснив, что полномочия ректора высшего учебного заведения прекращены, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ с ним досрочно расторгают трудовой договор. При этом, уведомительный порядок работодателем соблюден не был, поскольку уведомление о прекращении трудовых отношений, направленное в адрес истца почтовым отправлением, было получено последним только ДД.ММ.ГГГГ. Будучи направленным ДД.ММ.ГГГГ, таковое никоим образом не могло быть получено ФИО1 в тот же день, т.е. за 3 дня до прекращения действия срочного трудового договора, что свидетельствует о сознательном пренебрежении ответчиком необходимостью соблюдения порядка увольнения.

Кроме этого, ни в уведомлении, ни в приказе об увольнении не указано, когда были прекращены полномочия ректора, а установленный срок окончания работы (ДД.ММ.ГГГГ), согласно заключенному договору не истек.

Устанавливая правило об обязательном заблаговременном письменном предупреждении работодателем работника о расторжении трудового договора в связи с истечением срока его действия, законодатель не определяет последствия, которые могут наступить в случае неисполнения этой нормы (в данном случае работодатель вообще не предупредил работника об увольнении). Учитывая императивный характер рассматриваемой нормы, полагает, что ее нарушение работодателем исключает возможность прекращения трудового договора на основании статьи 79 ГК РФ.

Кроме того, истец считает, что статья 79 Трудового кодекса Российской Федерации, нарушена и тем, что уведомление о прекращении трудовых отношений с истцом было подписано не работодателем, а иным лицом - начальником отдела кадров ФИО11 Несмотря на то, что анализируемая норма не содержит указаний на реквизиты документа, которым работник должен быть уведомлен о прекращении срочного трудового договора, данное уведомление нельзя признать надлежащим извещением о предстоящем увольнении.

Поскольку решение о прекращении трудового договора может быть принято только работодателем или надлежащим образом уполномоченным на то лицом, то и уведомление о предстоящем увольнении вправе направить работнику исключительно руководитель организации или лицо, исполняющее его обязанности или имеющее надлежащим образом оформленные полномочия на уведомление о предстоящем увольнении.

На основании изложенного, просит суд признать приказ и.о. ректора ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ДД.ММ.ГГГГ в связи с истечением срока трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, незаконным и подлежащим отмене, изменить дату увольнения на день вынесения судебного решения, взыскать средний заработок за время вынужденного прогул, и компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

В ходе судебного заседания истец и его представитель ФИО24 дополнительно суду пояснили, что пятилетний контракт был заключен с ФИО1 в феврале <данные изъяты> в силу чего, срок его действия истекал ДД.ММ.ГГГГ. Как сотрудник Университета он был осведомлен о том, что в отношении ректора ФИО4возбуждено уголовное преследование и выбрана мера пресечения в виде заключения под стражу, однако, о расторжении контракта с ним ему (истцу) стало официально известно только из уведомления о прекращении срочного трудового договора, которое он получил по почте ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ (пятница) он исполнял свои обязанности, находясь, вплоть до обеденного времени, совместно со студентами на городском митинге, организованном на набережной Днепра. В обеденное время он посещал спортивные корпуса Университета, деятельность которых курировал в силу своих служебных обязанностей, в том числе, и бассейн, где и использовал предоставленную руководством вуза по пятницам возможность проведения сотрудниками оздоровительных мероприятий – различного рода тренировок в спортивных залах, манежах, бассейне. Подобная практика существовала еще при ФИО4 и была подержана И.О. ректора ФИО7

В тот момент, когда он находился в здании бассейна, ему позвонила секретарь ФИО5, задав вопрос, где он (ФИО1), находится в данный момент. Свой интерес объяснила необходимостью прибыть в Отдел кадров для подписи документов, не уведомив, при этом, какие это документы, и имеется ли некая срочность в их подписании. На поставленной ФИО5вопрос ответил, что он плавает и бегает, и, будучи уверенным в отсутствии неотложной необходимости, до конца рабочего дня (для пятницы это <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин.), ни свое рабочее место, ни кадровую службу Университета не посетил.

Исполняющая в тот день обязанности ректора ФИО6 ему не звонила, о прекращении полномочий ФИО4 его не уведомляла. ФИО7 находился за пределами <адрес>, в командировке, и на связь с ним (ФИО1) так же не выходил.

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ были выходными днями, а 3 октября, в понедельник, на собрании сотрудников университета он был уведомлен о досрочном прекращении контракта с ректором ФИО4, и как, следствие, с ним (истцом). Его последним рабочим днем стало ДД.ММ.ГГГГ, о чем ему был вручен соответствующий приказ.

Заявляя о нарушении своих трудовых прав не соблюдением уведомительного порядка расторжения срочного трудового договора, утверждает, что действиями работодателя ему был причинен моральный вред, размер которого, представитель истца обосновывает следующими доводами.

Истец без надлежащего уведомления о прекращении срока действия трудового договора, на заседании ректората был поставлен перед фактом, о том, что уволен, фактически ему «указали на дверь», не приняв во внимание многолетний, добросовестный труд. Работодатель не посчитал для себя возможным решить вопрос, ни о заключении нового контракта, ни о прекращении трудовых отношений в обозначенную в срочном трудовом договоре дату. Находит, что подобное поведение ответчика свидетельствует о пренебрежительном отношении к работнику, что не может не причинять ему нравственных страданий и переживаний.

Просит об удовлетворении заявленного иска в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО8 заявленные исковые требования не признала, пояснив, что в соответствии со статьей 332.1 ТК РФ с проректорами образовательной организации высшего образования заключается срочный трудовой договор, срок окончания которого, не может превышать срок полномочий ректора.

При этом указанной нормой не ограничены основания прекращения полномочий ректора исключительно истечением срока его трудового договора, в связи с чем, прекращение полномочий ректора по иным основаниям и до истечения срока его трудового соглашения, является, в свою очередь, основанием для прекращения трудового договора с проректором. Таким образом, срок окончания трудового договора проректора обусловлен не столько конкретной датой, сколько наступлением события в виде окончания полномочий ректора.

Доводы истца о нарушении его прав, в связи с не предупреждением о предстоящем увольнении в письменной форме не менее чем за три календарных дня, нельзя признать обоснованными, ввиду не соответствия правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которой работник, давая согласие на заключение трудового договора в предусмотренных законодательством случаях на определенный срок, знает о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода, прекращение трудового договора в связи с истечением срока его действия соответствует общеправовому принципу стабильности договора.

ФИО1, подписывая срочный трудовой договор, был осведомлен, что его срок ограничен, в том числе, событием досрочного прекращения трудовых отношений с ФИО9 На последней странице срочного трудового договора ФИО1 стоит его подпись и дата ознакомления ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствует о согласии с условиями трудового соглашения.

Истечение срока действия срочного трудового договора является объективным событием, наступление которого не зависит от воли работодателя, а потому увольнение истца по данному основанию соответствует положениям статей 332.1 ТК РФ и 79 ТК РФ.

В силу прямого указания данных нормоположений срок окончания срочного трудового договора, заключенного с истцом, в любом случае не мог превышать срок полномочий ФИО4, поэтому у сторон не имелось оснований для продолжения трудовых отношений с ФИО1 после окончания срока полномочий ректора.

Сам по себе факт не предупреждения истца за три календарных дня о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия, не свидетельствует об отсутствии основания для такого прекращения и не может повлечь признание увольнения незаконным, поскольку, заключая трудовой договор, истец знал о его срочном характере, в то врем как, прекращение полномочий ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ явилось неожиданным для работодателя событием, о котором он и сам был уведомлен только в середине рабочего дня – ДД.ММ.ГГГГ.

Полагает, что данная ситуация исключает необходимость соблюдения уведомительного порядка работника.

Однако, не имея обязанности по уведомлению ФИО1 за три календарных дня, Университетом были предприняты меры по доведению информации до ФИО1 о его увольнении в связи с прекращением полномочий ректора, а именно, подготовлено уведомление от ДД.ММ.ГГГГ № о расторжении трудового договора с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, от получения которого, ФИО1 уклонился, мотивируя свое нежелание подойти в отдел кадров тем, что «он плавает в бассейне и приходить в здание университета не будет». В этой связи, сотрудниками отдела кадров был составлен Акт об отказе работника подписать уведомление, а сам документ, подписанный начальником отдела кадров ФИО10, действующей по доверенности и.о. ректора ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ направлен ФИО1 заказным письмом с уведомлением.

Таким образом, полагает, что нарушений прав истца работодателем допущено не было, увольнение истца произведено в соответствии с требованиями ст. 332.1 ТК РФ, в силу чего, оснований для удовлетворения иска не имеется.

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Статья 46 Конституции РФ гарантирует каждому право на судебную защиту.

Согласно ст.1 ТК РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В силу ч.2 ст.58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок.

Положениями ст. 332.1 ТК РФ определено, что с руководителями государственных и муниципальных образовательных организаций высшего образования заключаются трудовые договоры на срок до пяти лет.

Должности руководителей, заместителей руководителей государственных и муниципальных образовательных организаций высшего образования и руководителей их филиалов замещаются лицами в возрасте не старше семидесяти лет независимо от срока действия трудовых договоров. Лица, замещающие указанные должности и достигшие возраста семидесяти лет, переводятся с их письменного согласия на иные должности, соответствующие их квалификации.

С заместителями руководителей государственных и муниципальных образовательных организаций высшего образования, руководителями их филиалов заключаются срочные трудовые договоры, сроки действия которых, не могут превышать сроки полномочий руководителей указанных организаций.

В силу ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В ходе судебного заседания установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования «Смоленский государственный университет спорта» и ФИО1 был заключен срочный трудовой договор № сроком до ДД.ММ.ГГГГ на время полномочий ректора (п.п. 1.3. срочного трудового договора).

В соответствии с данным трудовым соглашением ФИО1 был принят на работу на должность проректора по спортивной и воспитательной работе.

Со стороны работодателя трудовой договор был подписан ректором образовательного учреждения - ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ Врио министра Министерства спорта РФ ФИО12 издан приказ № о прекращении действия трудового договора с ФИО4, который направлен в адрес Университета по электронной почте ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом и.о. ректора ФИО7 №-№ от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ в связи с истечением срока его действия, по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

ДД.ММ.ГГГГ на ректорате ФИО1 был ознакомлен с приказом №-№ об увольнении.

Инициируя настоящий спор, истец настаивает на незаконности увольнения в силу нарушения работодателем порядка расторжения трудового соглашения.

Оценивая позиции участников процесса, суд принимает во внимание следующее.

Анализ вышеприведенных законоположений свидетельствует о том, что срок действия трудового договора определяется самим договором, который может быть заключен как на неопределенный, так и на определенный срок.

На должности ректоров, проректоров, руководителей филиалов (институтов) в государственных и муниципальных образовательных организациях высшего образования могут претендовать лица в возрасте не старше 70 лет, без права продления.

Особенности заключения и прекращения трудового договора с заместителем руководителя высших учебных заведений установлены ч. 5 ст. 332.1 ТК РФ, которая предусматривает, что с заместителями руководителей государственных и муниципальных образовательных организаций высшего образования, руководителями их филиалов заключаются срочные трудовые договоры, сроки действия которых, не могут превышать сроки полномочий руководителей указанных организаций.

Следовательно, с проректорами образовательной организации высшего образования заключается срочный трудовой договор.

При этом предусмотрено ограничение, согласно которому общая продолжительность пребывания лица в должности ректора образовательной организации или руководителя научной организации в одной и той же организации не может превышать более трех сроков, каждый из которых не может превышать 5 лет.

Срок окончания срочного трудового договора, заключаемого с проректором, не может превышать срок окончания полномочий ректора.

Поскольку положения трудового законодательства не ограничивают основания прекращения полномочий ректора исключительно истечением срока его трудового договора, срок полномочий проректора истекает моментом фактического прекращения контракта с руководителем учебного заведения.

Сторонами по делу не оспаривается обоснованность заключения с ФИО1 срочного трудового договора сроком до ДД.ММ.ГГГГ на время полномочий ректора (п.п. 1.3. срочного трудового договора). При этом, особенностью данного спора является факт досрочного прекращения контракта с ФИО4, инициированного не ответчиком по спору, а Министерством спорта РФ, в силу чего, дата прекращения полномочий ректора не являлась для работодателя заранее определенной. О прекращении ДД.ММ.ГГГГ полномочий ФИО4 ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет спорта» было уведомлено только ДД.ММ.ГГГГ.

Апеллируя к вышеизложенному, ответчик настаивает на утверждении об отсутствии обязанности к соблюдению уведомительного порядка, предусмотренного ст. 79 ТК РФ, согласно положениям которой, о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее, чем за три календарных дня до увольнения.

Вместе с тем, законом предусмотрено единственное исключение из данного правила - истечение срока действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, так как, трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

В этой связи, суд приходит к убеждению о правовой обязанности соблюдения процедуры увольнения по анализируемому основанию.

Данный вывод суда не находится в противоречии с позицией Конституционного Суда РФ, высказанной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 614-О-О. В данном документе Конституционный Суд РФ указывает, что прекращение трудового договора в связи с истечением срока его действия соответствует общеправовому принципу стабильности договора; работник, давая согласие на заключение трудового договора в предусмотренных законодательством случаях на определенный срок, знает о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода. Возможность же прекращения срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей временно отсутствующего работника, ранее времени окончания предполагаемого периода отсутствия такого работника, в частности при досрочном прекращении по инициативе работника отпуска по уходу за ребенком (статья 256 Трудового кодекса Российской Федерации), обусловлена необходимостью защиты прав и свобод временно отсутствующего работника. Данное правило распространяется на всех лиц, заключивших срочный трудовой договор, и не может рассматриваться как противоречащее принципу равенства прав и свобод человека. Что же касается разумного периода времени, за который работник предупреждается о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия, то его установление относится к компетенции законодателя.

Приходя к выводу о необходимости соблюдения уведомительной процедуры, предшествующей расторжению срочного трудового договора, суд учитывает особенности трудового соглашения, заключенного на неопределенный срок.

Соглашение о срочном характере трудового договора утрачивает силу, если:

- ни одна из сторон не потребовала расторжения договора в связи с истечением срока его действия;

- работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора.

При одновременном выполнении перечисленных условий договор считается заключенным на неопределенный срок. Впоследствии такой договор может быть расторгнут только на общих основаниях.

Следовательно, при оценке процедуры оспариваемого увольнения необходимо учитывать:

- дату прекращения действия срочного трудового договора с ректором ФИО4 и объективные данные о времени уведомления работодателя о наступлении указанного события;

- наличие волеизъявления работодателя на прекращение трудовых отношений с ФИО1

- избранный способ реализации уведомления работника о прекращении трудового соглашения;

- добросовестность действий работника, как стороны трудовых правоотношений, в ходе уведомительной процедуры;

- дату расторжения трудовых отношений сторон.

Как было указано выше, ДД.ММ.ГГГГ Врио министра Министерства спорта РФ ФИО12 издан приказ № о прекращении действия трудового договора с ФИО4, который направлен в адрес Университета по электронной почте ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ работодателем выражено волеизъявление о прекращении трудовых отношений с проректорами университета, о чем свидетельствуют следующие доказательства.

Будучи допрошенной в качестве свидетеля ФИО11 суду пояснила, что с конца июля <данные изъяты> года в организации ответчика занимает должность начальника отдела кадров. Официально об увольнении ФИО4стало известно ДД.ММ.ГГГГ, в середине дня, когда на электронную почту университета поступил приказ Врио министра Министерства спорта РФ ФИО12 Данный приказ был передан ей (свидетелю) около 15 часов дня сотрудником приемной ФИО5

В этот день и.о. ректора ФИО7 убыл в командировку, в связи с чем, его обязанности исполняла проректор ФИО6 Однако, еще утром ДД.ММ.ГГГГ, среди сотрудников университета распространились слухи об издании данного приказа, о чем она (свидетель) посредством мессенджера «ВАЦАП» уведомила ФИО7, отправив ему сообщение в 10:45 о распространении данной информации и начале «боевых действий», под которыми она понимала предполагаемое давление со стороны некоторых сотрудников, препятствовавших назначению нового ректора.

Около 12 часов они начали обсуждение вопроса о дальнейшей судьбе проректоров, для чего, в адрес ФИО7 она направила выписку из Устава ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет спорта» с положением, регулирующим сроки полномочия проректоров. В ответ на это, ФИО7 было принято решение о начале уведомительной процедуры расторжения трудовых договоров с ФИО1, ФИО15, ФИО6 и ФИО14. С этой целью она (свидетель) подготовила текст уведомления данных сотрудников о прекращении трудового договора, в 14:16 согласовала его с ФИО7 и передала для подписания ВРИО ректора - проректору ФИО6

Последняя, получив текст уведомлений, от их подписания уклонилась, пояснив, что сделает это в конце рабочего дня, после чего, закрылась в своем кабинете и больше на связь не выходила. Сообщив о данной ситуации ФИО7, получила его разрешение на самостоятельное подписание уведомлений на основании ранее выданной ей доверенности, что и исполнила.

В 15 часов дня она располагала приказом министра спорта и уведомлениями о расторжении трудовых отношений, для вручения которых проректорам, была создана комиссия в составе специалистов по кадрам ФИО17, ФИО18, ФИО19, начальника отдела документационного обеспечения ФИО5

Она (свидетель), в составе данной комиссии прибыла в помещение приемной, где в ее присутствии ФИО13 позвонила ФИО1 и сообщила о том, что пришли сотрудники отдела кадров, и возникла необходимость подписания документов, на что последний ответил, что он в бассейне.

Зашедший в приемную ФИО14, уведомление получил, но прочитав его текст, от подписи в ознакомлении отказался.

По пути следования в приемную им встретилась ФИО15, выходившая из своего кабинета, которая, увидев сотрудников отдела кадров, практически убежала от них в противоположном направлении.

ФИО6 дверь кабинета не открывала, на связь не выходила.

В сложившейся ситуации ею было принято решение о направлении уведомления увольняемым сотрудникам посредством заказных почтовых отправлений, что и было сделано в конце рабочего дня.

На вопрос о том, знали ли проректора об увольнении ФИО4, свидетель ответила утвердительно, так как ФИО2 еще до обеда звонил ФИО6 и сообщил ей об этом. Поскольку соответствующая информация распространилась очень быстро, предполагает, что все проректора еще в первой половине дня знали о приказе на увольнение ФИО4 и предпринимали умышленные действия, дабы избежать вручения уведомлений.

В подтверждение пояснений свидетеля суду представлена переписка ФИО16 с ФИО7 в мессенджере ВАЦАП, которая приобщена к материалам дела.

Свидетель ФИО5 суду пояснила, что в организации ответчика работает начальником отдела документационного обеспечения. В ее обязанности входит прием и регистрация корреспонденции, в том числе, поступающей на электронную почту, телефонные переговоры, организация совещаний.

ДД.ММ.ГГГГ, в 13:30 посредством электронной почты пришел приказ о прекращении трудовых отношений с ФИО4, о чем она сразу же поставила в известность врио ФИО6, передав ей данный приказ. Никаких указаний от ФИО6 она (свидетель) в тот день не получала.

Около 14:30 ей позвонила начальник отдела кадров ФИО11, которая сообщила, что отдел кадров готовит уведомление о прекращении трудовых отношений с проректорами после подписания которых ФИО6, их необходимо будет вручить проректорам.

Через некоторое время в приемную пришли сотрудники кадровой службы ФИО17, ФИО18 и ФИО19, имея на руках уведомления, и попросили пригласить проректоров ФИО1 и ФИО14 для вручения им данных документов. В районе 15 час. она позвонила ФИО1 и попросила его подойти в приемную. На его вопрос о цели визита ответила уклончиво, сообщив, что его ожидают сотрудники отдела кадров и ему надо подписать документы. В ответ на это, ФИО1 в шутливой форме сообщил, что не может, так как плавает. Ее такой ответ не удивил, так как по заведенному в вузе порядку, устно оговоренному с ректором, в пятницу каждой рабочей недели, после 14 часов сотрудники могут пойти на занятия спортом или прохождение медицинских процедур.

В ответ на звонок в адрес ФИО14, последний пришел в приемную, где, прочитав уведомление, от официального ознакомления с ним отказался, сообщив, что подумает.

Позвонить проректору ФИО15 ее не просили.

При ней (свидетеле) сотрудники отдела кадров никаких актов не составляли, и не просили ее подписывать какие-либо документы.

Специалист по кадрам ФИО18 суду пояснила, что об увольнении ректора ей стало известно во второй половине дня 30 сентября от начальника отдела кадров ФИО11, которая выдала ей уведомления о прекращении трудового договора с проректорами ФИО15, ФИО14, ФИО20, ФИО1 с просьбой об их вручении адресатам.

С этой целью все сотрудники отдела кадров поднялись на второй этаж, где расположены рабочие кабинеты проректоров и убедились, что кабинет ФИО1 закрыт. На их вопрос, адресованный ФИО5, последняя вызвалась ему позвонить и в ходе телефонного разговора сообщила, что ему необходимо пройти в отдел кадров для подписания документов. ФИО1 ответил: «передай им, что он придет, так как плавает в бассейне». Эту фразу она лично слышала, поскольку связь была достаточно громкой.

ФИО14 в приемную подошел, и она (свидетель) вручила ему уведомление о расторжении трудового договора, однако, от официальной подписи в получении такового ФИО14 отказался, мотивируя это необходимостью с кем-то посоветоваться, в силу чего, он откладывает данный вопрос до понедельника.

Пока комиссия находилась в приемной, из своего кабинета вышла ФИО15, которая увидев сотрудником отдела кадров, спешно удалилась. В дальнейшем ее кабинет был закрыт.

Рабочее место ФИО6 они посещали неоднократно. Последняя уведомление получила, обещала расписаться об этом позднее, но и ее кабинет в дальнейшем оказался закрыт.

О происходящих событиях она уведомила ФИО11, которая распорядилась составить акты в отношении случаев отказа от получения уведомлений, что и было ими сделано путем выполнения 4-ех актов, отражающих конкретные основания не подписания уведомлений.

Свидетель ФИО19 суду пояснила, что как специалист по кадрам принимала участие в попытке вручения проректорам уведомлений о расторжении трудовых договоров.

При реализации данной попытки ФИО15 в кабинете не оказалось, ФИО6 уведомление получила, но в их присутствии выполнить подпись о получении отказалась, ФИО14, получив уведомление, заявил, что подпишет его позже.

ФИО1 на рабочем месте не было, и на звонок ФИО5 с предложением явиться в приемную для подписания документов, он сообщил, что подписывать ничего не будет и, вообще, он плавает в бассейне. Телефонный звонок ФИО1 был совершен около <данные изъяты><данные изъяты>.

Позже комиссией были составлены акты об отказе подписания уведомлений, а сами уведомления были направлены проректорам почтой.

Специалист отдела кадров ФИО17 дала суду аналогичные показания, дополнительно пояснив, что обнаружив отсутствие ФИО15 на рабочем месте, ей позвонили, но на звонок она не ответила, а ФИО1 отказался прийти на рабочее место, так он плавает.

Рабочий день в пятницу у нас до 17:30. Этот день считается днем здоровья и все желающие, начиная с 16:30, могут посетить спортивные залы, бассейн, медицинские процедуры.

Свидетель ФИО21 суду пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ работает специалистом по кадрам. ДД.ММ.ГГГГ она с другими сотрудниками отдела выполняла поручение ФИО11 о вручении проректорам уведомлений о предстоящем расторжении с ними трудовых договоров.

По прибытии на второй этаж корпуса, она (свидетель) увидела, как ФИО15 покидает свой кабинет, ФИО6 уведомление приняла, попросила оставить его для подписания в последующем, ФИО22, получив документ, заявил о том, что подпишет его позже, а ФИО1 на звонок начальника отдела документационного обеспечения с просьбой явится в приемную для подписания документов, ответил, что плавает в бассейне.

В материалы дела представлено уведомление от ДД.ММ.ГГГГ № о расторжении трудового договора с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ «в связи с наступлением обстоятельств заключения срочного трудового договора, предусмотренного пунктом 4.24 Устава ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет спорта», пунктом 1.3 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №».

В графе «уведомление получено» наличествует запись: «направлено заказным письмом с уведомлением ДД.ММ.ГГГГ» Подпись.

В этой связи, сотрудниками отдела кадров ФИО19, ФИО17 и ФИО18 был составлен Акт об отказе работника подписать уведомление, от получения которого, ФИО1 уклонился, мотивируя свое нежелание подойти в отдел кадров тем, что «он плавает в бассейне и приходить в здание университета не будет», а сам документ, подписанный начальником отдела кадров ФИО10, действующей по доверенности и.о. ректора ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ направлен ФИО1 заказным письмом с уведомлением.

В силу положений ст.67 ГК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с ч.3 ст.17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к убеждению, что наличие волеизъявления работодателя на прекращение трудовых отношений с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ было очевидным, а избранный способ реализации уведомления работника о прекращении трудового соглашения соответствовал требованиям действующего законодательства.

Оценивая добросовестность действий работника, как стороны трудовых правоотношений, в ходе уведомительной процедуры, суд принимает во внимание следующее.

Пунктом 3 ст.1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.4 ст.1 ГК РФ).

Пунктом 1 ст.10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Представленные стороной ответчика доказательства свидетельствуют, по мнению суда, о явном злоупотреблении работником своим правом, которое выразилось в открытом игнорировании исполнения трудовой дисциплины, умышленном нежелании подчиниться требованиям сотрудников кадровой службы. Мотивировка своего поведения доводом об отсутствии информации о срочности полписания документов не влияет на данный вывод суда, поскольку любое требование уполномоченных работодателем лиц на ознакомление и подписание документов, касающихся как самого работника, так и исполнения им своих трудовых обязанностей, должно быть безотлагательно исполнено. Тот факт, что ФИО1 в ходе телефонного разговора с ФИО5 не поинтересовался существом предлагаемых к подписанию документов, с большей долей вероятности свидетельствует о его осведомленности об их содержании, а ссылка на участие в оздоровительных процедурах в течение рабочего дня, является не более, чем манипуляцией ситуацией, польку любое отвлечение в рабочее время от исполнения своих должностных обязанностей не должно быть использовано работником в ущерб реализации правоотношений сторон трудового договора.

Как было указано выше, приказом и.о. ректора ФИО7 №-к от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ в связи с истечением срока его действия, по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

ДД.ММ.ГГГГ на ректорате ФИО1 был ознакомлен с приказом №-к об увольнении.

Таким образом, предусмотренный законом трехдневный срок уведомления о прекращении срочного трудового договора работодателем выдержан.

Вышеизложенное свидетельствует о соблюдении процедуры расторжения срочного трудового договора с истцом, и, как следствие, отсутствие оснований к утверждению о нарушении трудовых прав ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО1 к ФГБОУ ВО «Смоленский государственный университет спорта» о признании увольнения незаконным, изменении даты увольнения и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд в течение месяца с момента изготовления в мотивированной форме.

Судья И.В.Селезенева