Решение по делу № 2-11/2025 от 29.05.2025 - о признании права на обеспечение по социальному страхованию и назначении страховых выплат и гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю к КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1», Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФГБУ «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» о признании недействительными извещений об установлении предварительного и заключительного диагноза профессионального заболевания, акта о случае профессионального заболевания <ФИО>, санитарно-гигиенической характеристики, объединенным в одно производство.

Дело № 2-11/2025 (2-43/2024; 2-72/2023; 2-146/2022; 2-1327/2021;)

24RS0040-02-2021-001280-68

Дело № 2-1382/2021

24RS0040-02-2021-001340-82

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 мая 2025 года город Норильск район Талнах

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Ежелевой Е.А., при секретаре судебного заседания Дворниченко Н.Н., с участием представителя ответчика Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю – ФИО1, представителя третьих лиц ООО «ЗСК» и ПАО «ГМК «Норильский никель» - ФИО2, старшего помощника прокурора г. Норильска – Романовой Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю о признании права на обеспечение по социальному страхованию и назначении страховых выплат и гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю к КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1», Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФГБУ «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» о признании недействительными извещений об установлении предварительного и заключительного диагноза профессионального заболевания, акта о случае профессионального заболевания ФИО3, санитарно-гигиенической характеристики, объединенным в одно производство,

УСТАНОВИЛ:

09 июля 2021 года ФИО3 обратился в суд с иском к ФСС по Красноярскому краю о признании права на обеспечение по социальному страхованию, в связи с профессиональным заболеванием, повлекшим утрату 60% профессиональной трудоспособности, полученным в период работы в ООО «Заполярная строительная компания»; возложении на ответчика обязанности назначить ему единовременную выплату, а также ежемесячные страховые выплаты с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством (том 1 л.д. 3-13).

22 июля 2021 года ФСС по Красноярскому краю обратилось в суд с исковым заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в лице Территориального отдела Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в г. Норильске, КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2», ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» (далее - ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана»), в котором просит:

1) признать недействительными: извещение от 18 февраля 2019 года № ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3; извещение от 19 ноября 2019 года № ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф.Эрисмана» об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3;

2) возложить на Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю обязанности - оформить пункт 4.1 СГХ № от 18 марта 2019 года в соответствии с требованиями пункта 1.2 приказа Минздрава РФ от 28 мая 2001 года №176 «О совершенствовании системы расследования и учёта профессиональных заболеваний в Российской Федерации», указав длительность времени воздействия вредных факторов производственной среды и трудового процесса в процентах;

3) возложить на Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю обязанности - оформить пункт 5 СГХ № от 18 марта 2019 года в соответствии с требованиями пункта 6 Инструкции по составлению СГХ работника при подозрении у него профессионального заболевания, утверждённой приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 года № 103, указав на наличие/отсутствие превышения вредного фактора по каждому приведённому в СГХ протоколу замеров и картам аттестации рабочего места по условиям труда, картам специальной оценки условий труда;

4) возложить на Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю обязанности – оформить пункты 10.1, 10.2, 15, 24 СГХ № от 18 марта 2019 года с учётом изменений, внесенных в пункты 4.1 и 5;

5) признать недействительным акт о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года в отношении ФИО3 (том 1 л.д. 62-68).

Определением суда от 03 августа 2021 года гражданские дела объединены в одно производство, присвоен порядковый номер 2-43/2024 (том 4 л.д. 168-170).

В обоснование исков указано о том, что ФИО3 обратился в ФСС за назначением и выплатой страхового обеспечения в связи с имеющимся профессиональным заболеванием. Одним из документов, являющимся основанием для назначения обеспечения по страхованию, в Фонд представлен Акт о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года. Однако указанный акт, по мнению представителя ОСФР, содержит недостоверные сведения об условиях труда ФИО3, так как содержит отсылку к картам АРМ, картам СОУТ и протоколам измерений, не относящимся к рабочему месту ФИО3, а санитарно-гигиеническая характеристика ФИО3 № от 18 марта 2019 года, на основании которой составлен и утвержден Акт о случае профессионального заболевания от 05.11.2020 года, не содержит сведений о периодах работы, в течение которых он подвергался воздействию вредных производственных факторов с превышением ПДУ. В пункте 5 СГХ условий труда все протоколы замеров приведены общим списком, без конкретизации, в каких из указанных протоколов фактически были превышения ПДУ, а в каких данные превышения отсутствовали. Указание в СГХ на превышение ПДУ по указанным параметрам без уточнения периода является некорректным и делает невозможным установление достоверной продолжительности воздействия неблагоприятных факторов работника. Кроме того, в п. 24 СГХ указано, что условия работы ФИО4 являются неблагоприятными и не соответствуют гигиеническим требованиям, за весь период работы, а это противоречит фактическим обстоятельствам. Указанное некорректное отражение сведений нарушает требование п. 6 Инструкции по составлению СГХ работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 года № 103, о том, что количественная характеристика вредного фактора производственной среды должна быть представлена в динамике за максимально возможный период работы в данной профессии. Данное нарушение является существенным, поскольку при экспертизе наличия/отсутствия связи заболевания с профессией оценивается как интенсивность, так и продолжительность воздействия каждого вредного фактора на работника.

Помимо этого, ФСС ставит под сомнение предварительный и заключительный диагнозы, установленные ФИО3 в ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана», поскольку при прохождении ежегодных медицинских осмотров в медицинских учреждениях какие-либо противопоказания по состоянию здоровья для работы взрывником у него выявлены не были; он признавался годным в своей профессии и продолжал работать с полным рабочим днем под землей подземного участка взрывных работ Шахтопроходческого управления № 2 ООО «Заполярная строительная компания».

Впоследствии ФСС уточнило иск и просит признать недействительными установленные ФИО3 диагнозы, акт о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года, СГХ № № от 18 марта 2019 года (том 5 л.д. 239-240).

Определением суда от 16 декабря 2024 года в связи с реорганизацией ФСС произведена его замена на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю (далее – ОСФР по Красноярскому краю), в связи с реорганизацией КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» произведена замена на КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1» (далее – КГБУЗ «Норильская МП № 1»).

Помимо этого, к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ПАО «ГМК «Норильский никель», ООО «ЗСК», ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России, Краевой центр профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая клиническая больница», ООО «Диалог плюс», ГБУЗ «Городская поликлиника № 210 (филиал № 3)».

ФИО5 и ОСФР в судебное заседание не явились, просили о рассмотрении дела без их участия, о чем представили письменные заявления (том 6 л.д. 127, 130).

Ранее ФИО3 представлял письменный отзыв на иск ОСФР, в котором указывал на то, что он представил ответчику все необходимые для назначения страховых выплат документы – Акт о случае профессионального заболевания, справку МСЭ о степени утраты профессиональной трудоспособности, однако ОСФР в назначении выплат отказало по формальным основаниям, что является незаконным; помимо этого, у ОСФР отсутствует право на оспаривание СГХ, поскольку оно не является субъектом правоотношений, возникших между работником и работодателем (том 4 л.д. 228-235).

ОСФР в заявлении от 22 мая 2025 года указывает на то, что по-прежнему поддерживает свои требования и что их доводы о недостоверности заключительного диагноза у ФИО3 подтверждаются заключением судебном экспертизы № 48 от 22 ноября 2024 года (том 6 л.д. 127).

Представитель ответчика Управления Роспотребнадзора – ФИО1 в удовлетворении иска ОСФР просила отказать, иск ФИО3 - удовлетворить; поддержала письменные отзывы на иски ФИО3 и ФСС (том 5 л.д. 148-154), в которых ссылается на то, что:

- заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО3 установлен медицинской организацией, являющейся уполномоченным учреждением по решению вопросов формирования профессиональной патологии, профессиональной пригодности и связи заболеваний с профессией, по проведению обследования и лечения пациентов с профессиональными заболеваниями, то есть Федеральным государственным бюджетным учреждением «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана»;

- акт расследования случая профессионального заболевания подготовлен, оформлен и утвержден в полном соответствии с требованиями действующих в указанной сфере Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967 (далее – Положение), и Инструкции о порядке применения данного Положения, утвержденной приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176 (далее – Инструкция);

- уполномоченными должностными лицами Управления Роспотребнадзора, входящими в состав комиссии по расследованию случая профессионального заболевания работника ФИО3, были выполнены все возможные зависящие от них действия в рамках проведенного расследования, в ходе которого в соответствии с п. 26 Положения от 15 декабря 2000 года № 967 на основании имеющихся и представленных, в том числе, работодателем документов и фактических сведений об условиях труда заболевшего работника установлены обстоятельства и причины возникновения случая профессионального заболевания у ФИО3; председатель комиссии, посчитав, что цели и задачи расследования достигнуты, принял решение об утверждении названного акта; оснований сомневаться в установленном ФИО3 заключительном диагнозе профессионального заболевания у членов комиссии не имелось;

- в распоряжении комиссии имелись в полном объеме документы, фактические сведения, полученные, в том числе, от работодателя, учреждений здравоохранения, необходимые и достаточные для выводов об обстоятельствах и причинах профессионального заболевания у ФИО3, в том числе, такие как: 1) извещение № № от 18 февраля 2018 года об установлении предварительного диагноза профессионального заболевания ФИО3: «<данные изъяты>»; данный диагноз установлен ФИО3 ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» и предварительно подтверждает, что данное заболевание является профессиональным, то есть получено во время работы в ООО «ЗСК» в качестве взрывника с полным рабочим днем под землей подземного участка взрывных работ шахтопроходческого управления № 2 ООО «ЗСК»; 2) санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника ФИО3 при подозрении у него профессионального заболевания № от 18 февраля 2019 года (далее СГХ), в соответствии с которой условия труда ФИО3 за период работы крепильщиком подземных участков ОАО «ГМК «Норильский никель», ООО «ЗСК» являлись неблагоприятными, не соответствующими гигиеническим требованиям по воздействию: вибрационного фактора: эквивалентного корректированного уровня локальной вибрации (виброскорости, дБ) превышает ПДУ до 6 дБ; тяжести трудового процесса, превышающей допустимые значения по: массе поднимаемого и перемещаемого груза вручную (кг), подъему и перемещению (разовому) тяжести при чередовании с другой работой (до 2 раз в час), фактически 50 кг, при допустимом значении до 30 кг; по рабочей позе – нахождение в положении «стоя» до 80 % времени смены при допустимом значении – до 60 % времени смены; условия труда ФИО3 за период работы взрывником с полным рабочим днем под землей подземного участка взрывных работ шахтопроходческого управления № 2 ООО «ЗСК» также являлись неблагоприятными, не соответствующими гигиеническим требованиям по воздействию: тяжести трудового процесса, превышающей допустимые значения по: по рабочей позе – нахождение в положении «стоя» до 80 % времени смены при допустимом значении – до 60 % времени смены; стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать у ФИО3 профессиональное заболевание, составляет 19 лет 04 месяца 05 дней, в том числе 06 лет 07 месяцев 20 дней в профессии взрывника, что свидетельствует о наличии условий для возникновения патологии профессионального характера на рабочем месте ФИО3; СГХ также никем не обжаловалась; 3) извещение об установлении заключительного диагноза № № от 19 ноября 2019 года; заключительный диагноз хронического профессионального заболевания «<данные изъяты> установлен был ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» по результатам непосредственного обследования ФИО3; исследования и анализа представленной медицинской и иной документации, в том числе об условиях его труда в ООО «ЗСК»; решение комиссии об установлении данного диагноза никем, в том числе работодателем, не обжаловалось; 4) представленные работодателем карты аттестации рабочего места по условиям труда взрывника, крепильщика, протоколы контроля факторов рабочей среды и т.п., которые подтверждают наличие на рабочем месте ФИО3 вредных производственных факторов, которые привели к возникновению у него установленного профессионального заболевания; также в ходе расследования выявлены недостатки в организации медико-профилактической помощи, которые выразились в непроведении обязательных медицинских осмотров в центре профессиональной патологии, которые согласно п. 37 приложения № 3 приказа Минздравсоцразвития РФ от 12 апреля 2012 года № 302-н должны проводиться не реже 1 раза в 5 лет; поэтому то, что продолжительное время в ходе медицинских осмотров у ФИО3 не были установлены подозрения на профессиональные заболевания, не свидетельствует о том, что фактически такие противопоказания у него отсутствовали; при этом необходимо иметь ввиду, что профессиональное заболевание у работника возникает не одномоментно, а является результатом длительного воздействия различного рода негативных (вредных) производственных факторов;

- относительно СГХ ответчик указывает, что в соответствии с п. 5 Инструкции по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной приказом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 31 марта 2008 года № 103, в случае установления предварительного диагноза профессионального заболевания у работника и невозможности представления данных об условиях труда могут использоваться другие документы (выписка из трудовой книжки, журналы инструктажей, ссылки на литературные справочные материалы по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса для аналогичных производств, профессий и др.), подтверждающие наличие вредных производственных факторов и их количественные характеристики; на основании этого Управление Роспотребнадзора при подготовке СГХ в отношении ФИО3, а затем и в процессе проведения расследования случая его профессионального заболевания, были использованы имеющиеся в Управлении документально подтвержденные данные по аналогичным рабочим местам.

Представитель третьих лиц ООО «ЗСК» и ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО2 поддержала исковые требования ОСФР, в удовлетворении иска ФИО3 просила отказать; в обоснование привела доводы, изложенные в письменных отзывах на иски (том 1 л.д. 138-145, том 4 л.д. 185-192), ссылаясь на то, что недостоверность диагноза, установленного ФИО3 ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», подтверждена проведенной по делу судебно-медицинской экспертизой.

Иные лица, участвующие в деле: ответчики ГП № 2 (после реорганизации – НМП № 1), ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», третьи лица: Краевой центр профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая клиническая больница», ФКУ «Главное бюро МСЭ по Красноярскому краю в лице филиала № 41», ООО «Диалог плюс», ГБУЗ «Городская поликлиника № 210 (филиал № 3)» в судебное заседание не явились, хотя были извещены о нем надлежащим образом посредством направления судебных извещений Почтой Россия (том 6 л.д. 93-121), а также размещения информации на интернет-сайте Норильского городского суда; КГБУЗ «Норильская МП № 1» ходатайствовало о рассмотрении дела без его участия (том 6 л.д. 129); причина неявки остальных лиц неизвестна; ходатайств об отложении судебного разбирательства от них не поступало.

Из ранее представленного письменного отзыва на иск соответчика ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» следует, что ФИО3 поступил к ним впервые 10 декабря 2018 года по направлению (по форме № 057/у-04) врача – профпатолога ГБУЗ г. Москвы «Городская поликлиника № 210 Департамента здравоохранения города Москвы» (Филиал № 3); представил трудовую книжку, выписку из амбулаторной карты, данные ПМО, подлинную амбулаторную карту, СГХ № от 18 марта 2019 года; с 10 декабря 2018 года по 25 декабря 2018 года он обследовался в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», был установлен диагноз: <данные изъяты> с 01 ноября 2019 года по 19 ноября 2019 года ФИО3 проходил динамическое наблюдение в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», в ходе которого изучены были, в том числе, представленные медицинские документы, СГХ, данные периодических медицинских осмотров; проведено было полное клинико-функциональное обследование; учитывая стойкость клинических проявлений заболеваний (пояснично-крестцовая радикулопатия и полинейропатия конечностей), подтверждаемую данными клинико-функциональных исследований (снижение пульсового кровенаполнения, гипертонус сосудов различного калибра и затруднение венозного оттока на верхних и нижних конечностях по данным реовазографии, снижение вибрационной чувствительности по данным вибротестирования, двустороннее демиелинизирующее поражение сенсорных волокон срединного нерва, аксонопатия сенсорных волокон локтевого нерва справа по данным электронейромиографии, дегенеративно-дистрофические изменения поясничного отдела позвоночника, протрузии L3-L4 L4-K5, фораменальная грыжа диска L5-S1 по данным МРТ пояснично-крестцового отдела позвоночника), постепенное развитие и прогрессирование заболевания (с 2002 года по данным выписки из амбулаторной карты) в период работы (более 19 лет) крепильщиком, взрывником в условиях воздействия обзей вибрации выше ПДУ на 7 дБ, локальной вибрации выше ПДУ на 6 дБ, при потенцирующим воздействием физических перегрузок, ФИО3 установлен был диагноз основной: «<данные изъяты> диагноз сопутствующий: «<данные изъяты> заключение – основное заболевание – профессиональное, сопутствующие – общие; экспертиза связи заболевания с профессией проводилась на основании лицензии № № от 14 июля 2016 года на осуществление медицинской деятельности и в соответствии с Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, Приказом Министерства здравоохранения РФ № 36н от 31 января 2019 года и на основании локальных нормативных актов (том 5 л.д. 21-24).

Из письменного отзыва на иск третьего лица - Краевого центра профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая клиническая больница» следует, что ФИО3 проходил периодический медицинский осмотр в 2016 году; медицинских противопоказаний для допуска к работам, подозрений на профессиональный характер заболевания не выявлено, соответствующих жалоб не заявлял (том 4 л.д. 204).

Из письменного отзыва на иск третьего лица – ООО «Диалог плюс» следует, что ФИО3 в период с 2017 года по 2020 года направлялся к ним для прохождения периодических медицинских осмотров; согласно результатам проведенных осмотров медицинских противопоказаний для выполнения работ в качестве взрывника выявлено не было (том 4 л.д. 202-203).

Из письменного отзыва на иск третьего лица ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России следует, что МСЭ поддерживает иск ФИО3 по тем основаниям, что он представил в ФСС все необходимые документы для назначения ему страховых выплат, в том числе акт о случае профессионального заболевание; тот факт, что данный акт не был подписан всеми членами комиссии, не свидетельствует об его недействительности, так как такая возможность предусмотрена п. 4.6 Инструкции о порядке применения Положения, утвержденной приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 года № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации»; помимо этого, указывают, что направление на МСЭ поступило в Бюро № 41 – филиал Учреждения 20 января 2021 года из ГП № 2 с диагнозом<данные изъяты> на МСЭ представлен акт о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2024 года, утвержденный Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю; при проведении МСЭ все представленные документы были проверены специалистами бюро № 41; 03 февраля 2021 года на основании анализа этих документов, в заочном порядке, то есть без личного осмотра гражданина, была проведена медико-социальная экспертиза, по результатам которой ФИО3 установлено 60 % степени утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности с причиной «профессиональное заболевание» сроком на 1 год (том 1 л.д. 49-53).

Иных письменных возражений, отзывов на иски ФИО3 и ОСФР не поступило.

При таком положении на основании ст. 167 ГПК РФ суд нашел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения представителей Управления Роспотребнадзора, ООО «ЗСК» и ПАО «ГМК «Норильский никель», заслушав заключение прокурора Романовой Ю.В., полагавшей иск ФИО3 подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Положениями статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации указано, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (часть 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее по тексту - Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ), которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору.

В силу пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

Согласно статье 3 указанного федерального закона страховым случаем является подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию, в том числе, профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного производственного фактора и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В соответствии с Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 (далее также - Положение), в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений, под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности (пункт 4).

При этом профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем (пункт 5).

В соответствии с пунктом 11 названного Положения при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (пункт 13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (пункт 14).

В силу пункта 16 Положения установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы. Рассмотрение особо сложных случаев профессиональных заболеваний возлагается на Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 19 Положения работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания (далее именуется - расследование).

Работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания (далее именуется - комиссия), возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда), представитель учреждения здравоохранения, профсоюзного или иного уполномоченного работниками представительного органа. В расследовании могут принимать участие другие специалисты. Работодатель обязан обеспечить условия работы комиссии.

Для принятия решения по результатам расследования необходимы, в том числе: санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника; сведения о проведенных медицинских осмотрах; экспертные заключения специалистов, результаты исследований и экспериментов; медицинская документация о характере и степени тяжести повреждения, причиненного здоровью работника (пункт 25 Положения).

На основании рассмотрения документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждению профессиональных заболеваний (пункт 26 Положения).

По результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме (пункт 27 Положения).

В соответствии с пунктом 30 Положения акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра (пункт 31 Положения).

В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 32 Положения).

Согласно пункту 35 Положения разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

Таким образом, в судебном порядке разрешаются разногласия, возникшие по вопросам непосредственно установления диагноза профессионального заболевания и его расследования.

Согласно пункту 6 Приказа Роспотребнадзора от 31 марта 2008 года № 103 «Об утверждении инструкции по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания» описание условий труда работника (пункт 4 характеристики) оформляется на основании должностных обязанностей и санитарно-эпидемиологической характеристики условий труда (санитарно-эпидемиологического заключения на производство) непосредственно на рабочем месте, учитываются сведения, полученные от работодателя (или его представителя) и самого работника, другое.

Санитарно-гигиеническая характеристика составляется с учетом предварительного диагноза профессионального заболевания (отравления).

В обязательном порядке указываются характеристики ведущего и всех сопутствующих вредных факторов производственной среды и трудового процесса, режимов труда, которые могли привести к профессиональному заболеванию (отравлению).

Концентрации и уровни вредных производственных факторов (качественные и количественные показатели) указываются на основе документов органов и организаций, уполномоченных на проведение государственного контроля (надзора) в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия, полученных в ходе государственного санитарно-эпидемиологического надзора, протоколов лабораторных и инструментальных исследований при оформлении санитарно-эпидемиологического заключения на производство, продукцию, в т.ч. проведенных НИИ и испытательными центрами, аккредитованными в установленном порядке.

Количественная характеристика вредного фактора производственной среды должна быть представлена в динамике за максимально возможный период работы в данной профессии.

Согласно пункту 9 Приказа Роспотребнадзора от 31 марта 2008 года № 103 в пункте 24 санитарно-гигиенической характеристики дается заключение об условиях труда работника на основании общей гигиенической оценки условий труда в соответствии с действующим санитарным законодательством и с учетом положений действующей гигиенической классификации факторов рабочей среды и трудового процесса.

При несогласии работодателя (его представителя, работника) с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника он вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к санитарно-гигиенической характеристике, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение Госсанэпиднадзора в срок не позднее 1 месяца со дня ее получения (пункт 1.7 Инструкции о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний).

В силу пунктов 10, 13 и 14 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника является одним из документов, на основании которого учреждение здравоохранения и специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клиника или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля) устанавливают заключительный диагноз.

Статья 18 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ определяет права и обязанности страховщика. К их числу, в частности, относятся право участвовать в расследовании страховых случаев, освидетельствовании, переосвидетельствовании застрахованного в учреждении медико-социальной экспертизы и определении его нуждаемости в социальной, медицинской и профессиональной реабилитации; направлять застрахованного в учреждение медико-социальной экспертизы на освидетельствование (переосвидетельствование); проверять информацию о страховых случаях в организациях любой организационно-правовой формы, а также защищать свои права и законные интересы (пункт 7).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что под профессиональным заболеванием понимается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

При рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют праве устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (далее - центр профессиональной патологии).

Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профессиональной патологии в порядке, предусмотренном пунктом 16 названного Положения.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что профессиональным заболеванием признается заболевание застрахованного лица, явившееся результатом воздействия на него вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Для установления причинной связи между фактом повреждения здоровья работника и воздействием на него вредного производственного фактора уполномоченным медицинским учреждением проводится экспертиза, по результатам которой выносится медицинское заключение о наличии или отсутствии профессионального заболевания.

На основании пункта 4 статьи 63 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» экспертиза связи заболевания с профессией проводится в целях установления причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью.

Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и формы медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания утверждены приказом Минздрава России от 31 января 2019 года № 36н.

Статьей 209 ТК РФ определено, что условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника.

Вредный производственный фактор - производственный фактор, воздействие которого на работника может привести к его заболеванию.

Опасный производственный фактор - производственный фактор, воздействие которого на работника может привести к его травме.

Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов.

По степени вредности и (или) опасности условия труда подразделяются на четыре класса (ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ (ред. от 24.07.2023) «О специальной оценке условий труда» (далее - Закон от 28.12.2013 г. N 426-ФЗ): оптимальные - 1 класс; допустимые - 2 класс; вредные - 3 класс; опасные - 4 класс.

Допустимыми условиями труда (2 класс) являются условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых не превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда, а измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается во время регламентированного отдыха или к началу следующего рабочего дня (смены) (ч. 3 ст. 14 ФЗ от 28.12.2013 г. N 426-ФЗ).

Вредными условиями труда (3 класс) являются условия труда, при которых уровни воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда (ч. 4 ст. 14 ФЗ от 28.12.2013 г. N 426-ФЗ).

При этом, в соответствии с вышеуказанной правовой нормой, вредные условия труда делятся на подклассы 3.1, 3.2, 3.3, 3.4.

Опасными условиями труда (4 класс) являются условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых в течение всего рабочего дня (смены) или его части способны создать угрозу жизни работника, а последствия воздействия данных факторов обусловливают высокий риск развития острого профессионального заболевания в период трудовой деятельности (ч. 5 ст. 14 ФЗ от 28.12.2013 г. N 426-ФЗ).

В п. 3 «Р 2.2.2006-05. Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», утвержденных Главным государственным санитарным врачом РФ 29 июля 2005 года, указаны основные понятия, используемые в руководстве.

Пунктом 4 Руководства предусмотрены общие принципы гигиенической классификации условий труда.

Вредными факторами признаются:

- физические факторы,

- химические факторы,

- биологические факторы,

- факторы трудового процесса.

Тяжесть труда - характеристика трудового процесса, отражающая преимущественную нагрузку на опорно-двигательный аппарат и функциональные системы организма (сердечно-сосудистую, дыхательную и др.), обеспечивающие его деятельность. Тяжесть труда характеризуется физической динамической нагрузкой, массой поднимаемого и перемещаемого груза, общим числом стереотипных рабочих движений, величиной статической нагрузки, характером рабочей позы, глубиной и частотой наклона корпуса, перемещениями в пространстве.

Напряженность труда - характеристика трудового процесса, отражающая нагрузку преимущественно на центральную нервную систему, органы чувств, эмоциональную сферу работника. К факторам, характеризующим напряженность труда, относятся: интеллектуальные, сенсорные, эмоциональные нагрузки, степень монотонности нагрузок, режим работы.

Опасный фактор рабочей среды - фактор среды и трудового процесса, который может быть причиной острого заболевания или внезапного резкого ухудшения здоровья, смерти. В зависимости от количественной характеристики и продолжительности действия отдельные вредные факторы рабочей среды могут стать опасными.

Исходя из степени отклонения фактических уровней факторов рабочей среды и трудового процесса от гигиенических нормативов условия труда по степени вредности и опасности условно подразделяются на 4 класса: оптимальные, допустимые, вредные и опасные.

Оптимальные условия труда (1 класс) - условия, при которых сохраняется здоровье работника и создаются предпосылки для поддержания высокого уровня работоспособности. Оптимальные нормативы факторов рабочей среды установлены для микроклиматических параметров и факторов трудовой нагрузки. Для других факторов за оптимальные условно принимают такие условия труда, при которых вредные факторы отсутствуют либо не превышают уровни, принятые в качестве безопасных для населения.

Допустимые условия труда (2 класс) характеризуются такими уровнями факторов среды и трудового процесса, которые не превышают установленных гигиенических нормативов для рабочих мест, а возможные изменения функционального состояния организма восстанавливаются во время регламентированного отдыха или к началу следующей смены и не оказывают неблагоприятного действия в ближайшем и отдаленном периоде на состояние здоровья работников и их потомство. Допустимые условия труда условно относят к безопасным.

Вредные условия труда (3 класс) характеризуются наличием вредных факторов, уровни которых превышают гигиенические нормативы и оказывают неблагоприятное действие на организм работника и/или его потомство.

Вредные условия труда по степени превышения гигиенических нормативов и выраженности изменений в организме работников условно разделяют на 4 степени вредности:

1 степень 3 класса (3.1) - условия труда характеризуются такими отклонениями уровней вредных факторов от гигиенических нормативов, которые вызывают функциональные изменения, восстанавливающиеся, как правило, при более длительном (чем к началу следующей смены) прерывании контакта с вредными факторами, и увеличивают риск повреждения здоровья;

2 степень 3 класса (3.2) - уровни вредных факторов, вызывающие стойкие функциональные изменения, приводящие в большинстве случаев к увеличению профессионально обусловленной заболеваемости (что может проявляться повышением уровня заболеваемости с временной утратой трудоспособности и, в первую очередь, теми болезнями, которые отражают состояние наиболее уязвимых для данных факторов органов и систем), появлению начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (часто после 15 и более лет);

3 степень 3 класса (3.3) - условия труда, характеризующиеся такими уровнями факторов рабочей среды, воздействие которых приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии;

4 степень 3 класса (3.4) - условия труда, при которых могут возникать тяжелые формы профессиональных заболеваний (с потерей общей трудоспособности), отмечается значительный рост числа хронических заболеваний и высокие уровни заболеваемости с временной утратой трудоспособности.

Опасные (экстремальные) условия труда (4 класс) характеризуются уровнями факторов рабочей среды, воздействие которых в течение рабочей смены (или ее части) создает угрозу для жизни, высокий риск развития острых профессиональных поражений, в т.ч. и тяжелых форм.

Как установлено в судебном заседании, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работал в подземных условиях в ОАО «ГМК «Норильский никель»: с 11 ноября 1997 года по 25 июня 1998 года – учеником плотника, с 26 июня 1998 года по 15 июля 1999 года – плотником, с 16 июля 1999 года по 24 января 2000 года – учеником крепильщика, с 25 января 2000 года по 26 октября 2006 года - крепильщиком; с 27 октября 2006 года по 19 декабря 2010 года – крепильщиком подземного участка горно-капитальных работ № 5 Шахтопроходческого управления № 2 трест «Норильскшахтстрой», с 20 декабря 2010 года по 30 марта 2012 года – крепильщиком подземного участка горно-капитальных работ и внутришахтного транспорта Шахтопроходческого управления № 2 трест «Норильскшахтстрой», с 01 апреля 2012 года по 28 июня 2021 года взрывником Шахтопроходческого управления № 2 ООО «Заполярная строительная компания» (том 1 л.д. 146-161, том 5 л.д. 34-38).

Согласно медицинским заключениям при прохождении периодических медицинских осмотров в КГБУЗ «Норильской городской поликлиникой № 2», КГБУЗ «Краевая клиническая больница, ООО «Диалог плюс» признавался годным в своей профессии крепильщика (том 1 л.д. 162-175).

При самостоятельном обращении в ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» согласно извещению от 18 февраля 2019 года № № ФИО3 установлен предварительный диагноз профессионального заболевания: 1. <данные изъяты> (том 5 л.д. 33, 47-49, 50, 54, 56).

На основании данного извещения специалистами Роспотребнадзора составлена, а затем утверждена главным государственным врачом санитарно-гигиеническая характеристика условий труда № от 18 марта 2019 года (том 1 л.д. 25-30).

В соответствии с извещением от 19 ноября 2019 года № № вынесен заключительный диагноз о профессиональном заболевании у ФИО3 в профессии взрывник: «<данные изъяты> дата установления диагноза – 18 ноября 2019 года (том 5 л.д. 71, 81-83, 84-85, 86).

Согласно данным, предоставленным ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана», ФИО3 поступил к ним впервые 10 декабря 2018 года по направлению (по форме № 057/у-04) врача – профпатолога ГБУЗ г. Москвы «Городская поликлиника № 210 Департамента здравоохранения города Москвы» (Филиал № 3); представил трудовую книжку, выписку из амбулаторной карты, данные ПМО, подлинную амбулаторную карту, СГХ № № от 18 марта 2019 года; с 10 декабря 2018 года по 25 декабря 2018 года он обследовался в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», был установлен диагноз: <данные изъяты> с 01 ноября 2019 года по 19 ноября 2019 года ФИО3 проходил динамическое наблюдение в ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», в ходе которого изучены были, в том числе, представленные медицинские документы, СГХ, данные периодических медицинских осмотров; проведено было полное клинико-функциональное обследование; учитывая стойкость клинических проявлений заболеваний (пояснично-крестцовая радикулопатия и полинейропатия конечностей), подтверждаемую данными клинико-функциональных исследований (снижение пульсового кровенаполнения, гипертонус сосудов различного калибра и затруднение венозного оттока на верхних и нижних конечностях по данным реовазографии, снижение вибрационной чувствительности по данным вибротестирования, двустороннее демиелинизирующее поражение сенсорных волокон срединного нерва, аксонопатия сенсорных волокон локтевого нерва справа по данным электронейромиографии, дегенеративно-дистрофические изменения поясничного отдела позвоночника, протрузии L3-L4 L4-K5, фораменальная грыжа диска L5-S1 по данным МРТ пояснично-крестцового отдела позвоночника), постепенное развитие и прогрессирование заболевания (с 2002 года по данным выписки из амбулаторной карты) в период работы (более 19 лет) крепильщиком, взрывником в условиях воздействия обзей вибрации выше ПДУ на 7 дБ, локальной вибрации выше ПДУ на 6 дБ, при потенцирующим воздействием физических перегрузок, ФИО3 установлен был диагноз основной: <данные изъяты>)»; диагноз сопутствующий: «Хронический <данные изъяты> сделано заключение – основное заболевание – профессиональное, сопутствующие – общие; экспертиза связи заболевания с профессией проводилась на основании лицензии № от 14 июля 2016 года на осуществление медицинской деятельности и в соответствии с Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, Приказом Министерства здравоохранения РФ № 36н от 31 января 2019 года и на основании локальных нормативных актов (том 5 л.д. 21-24).

Извещение об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания было направлено 19 ноября 2019 года в территориальное отделение Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в г. Норильске и работодателю ООО «Заполярная строительная компания» (том 5 л.д. 86).

На основании вышеуказанного извещения приказом руководителя ООО «ЗСК» создана комиссия по расследованию профессионального заболевания; по итогам расследования составлен Акт установленной формы о случае профессионального заболевания, который 05 ноября 2020 года был утвержден Руководителем Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю – главным государственным санитарным врачом ФИО6 (том 1 л.д. 31-36).

Согласно данному акту комиссией, которая проводила расследование случая профессионального заболевания у ФИО3, установлено, что:

- ФИО3 с 16 июля 1999 года по 30 марта 2012 года работал крепильщиком с полным рабочим днем под землей в ОАО «ГМК «Норильский никель» и ООО «ЗСК»; с 01 апреля 2012 года по состоянию на 05 ноября 2020 года – взрывником с полным рабочим днем под землей в ООО «ЗСК»; выполнял следующие работы: взрывные работы при проходке вертикальных, наклонных, горизонтальных и восстающих выработок малого и большого сечений, ликвидации зависаний в рудоперепусках и рудоспусках; производит взрывные работы на дневной поверхности в границах горного отвода рудника, а также вблизи различных сооружений рудников, в слоях (лентах) с отрытым очистным пространством высотой более 3 м при заряжании с полков, установленных с крепи; заряжает шашки с усилием 2 кгс, удерживая при этом инструмент массой до 0.3 кг в течение 0.5 часа; переносит взрывные материалы массой до 7 кг на расстояние до 5 м в течение 5 секунд (до 4 раз в смену); взрывает накладные заряды с применением детонирующего шнура; производит взрывные работы с применением метода «контурного взрывания»; проверяет состояние вентиляции, крепи, течек, грохотов, перекрытий полков, шахтного оборудования в районе взрыва; производит замеры на наличие газа метана; выполняет осмотр места взрыва на наличие отказавших зарядов; ведет строгую отчетность; при спуске и работах в шахтах переносит на себе осветительное снаряжение массой до 3 кг в течение 4 часов на расстояние до 4 км и самоспасатель массой до 4 кг в течение 1 часа на расстояние до 2 км; находится в позе стоя до 80 % времени смены; за смену проходит до 8 км, совершает до 100 наклонов; в работе использует шахтное технологическое оборудование, пневматическую зарядную установку шпуров «ЗП-2», зарядчик порционный РПЗ-06;

- комиссия пришла к выводу, что заболевание является профессиональным и возникло в результате интенсивного, длительного вредного воздействия производственного фактора – локальной и общей вибрации, в сочетании с сопутствующими факторами производственной среды – производственным шумом; что непосредственной причиной заболевания послужило воздействие локальной вибрации с превышением ПДУ до 8 дБ, в сочетании с сопутствующим фактором производственной среды – производственным шумом с превышением до 20 дБА на рабочем месте крепильщика и производственного шума с превышением до 4 дБА на рабочем месте взрывника;

- лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, признана администрация ООО «ЗСК».

Из приложенного к оспариваемому акту особого мнения ФИО7 следует, что данный член комиссии ставит под сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО3 и наличие связи заболевания с профессией в связи с тем, что при прохождении периодических медосмотров с 2016 года по 2019 год у него не было выявлено профессиональных заболеваний и противопоказаний к работе; по состоянию на 05 ноября 2020 года продолжает работать взрывником; таким образом, за такой короткий промежуток времени между датой периодического осмотра – февраль 2019 года и датой установления заключительного диагноза – ноябрь 2019 года у него не могло возникнуть профессиональное заболевание и нетрудоспособность в своей профессии (том 1 л.д. 36).

Согласно справке от 03 февраля 2021 года «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» ФИО3 установлена 60 % утраты профессиональной трудоспособности, определена третья группа инвалидности, сроком на один год (том 1 л.д. 37-38).

Согласно решению ФКУ ГБ МСЭ по Красноярскому краю Минтруда России, Бюро медико-социальной экспертизы № 43 ФИО3 с 01 августа 2023 года установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % бессрочно без установления инвалидности (том 5 л.д. 246).

С целью проверки доводов истца и разрешения вопроса о правильности установленного ФИО3 диагноза профессионального заболевания и его расследования по делу назначена была судебная комплексная медицинская экспертиза и экспертиза условий труда, производство которой поручено Федеральному государственному бюджетному научному учреждению «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» (далее - ФГБНУ НИИ МТ) (том 4 л.д. 242-249).

Полученным заключением экспертов № от 22 ноября 2024 года (том 5 л.д. 179-217) по результатам в том числе очного освидетельствования ФИО3 в клинике ФГБНУ НИИ МТ в период с 19 сентября 2022 года по 30 сентября 2022 года установлено, что у ФИО3 диагностированы следующие заболевания: <данные изъяты> имеет профессиональную этиологию и связана с работой ФИО3 в профессиях крепильщика с 16 июля 1999 года по 30 марта 2012 года и взрывника с 01 апреля 2012 года по 28 июня 2021 года; установленный ФИО3 ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» в извещении от 18 февраля 2019 года № № предварительный диагноз <данные изъяты>» является правильным; заболевание же «<данные изъяты> установленное ФИО3 ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» в извещении от 19 ноября 2019 года № № не подтверждается; длительная работа в условиях статико-динамических нагрузок, направленных на пояснично-крестцовый отдел позвоночника, превышающих предельно допустимые показатели, позволяет рассматривать диагностированную у ФИО3 радикулопатию в качестве самостоятельной нозологической формы профессионального заболевания.

Поскольку данной экспертизой подтверждено наличие у ФИО3 только такого заболевания как «<данные изъяты> ходататйству ПАО «ГМК «Норильский никель» по делу была назначена судебная медико-социальная экспертиза, производство которой поручено было ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Чувашской Республике - Чувашии» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (том 5 л.д. 247-251).

Полученным экспертным заключением от 11 апреля 2025 года (том 6 л.д. 70-88) установлено, что по профессиональному заболеванию: «<данные изъяты> настоящее время имеются основания для установления ФИО3 степени утраты профессиональной трудоспособности – 30 % бессрочно.

Этим же заключением установлено, что у МСЭ на момент освидетельствования ФИО3 в период с 20 января 2021 года до 01 августа 2023 года основания для установления ему степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 60 %, и третьей группы инвалидности, а с 01 августа 2023 года – в размере 30 % бессрочно по профессиональному заболеванию, установленному Актом о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года, с учетом выводов, изложенных в заключении ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» № № от 22 ноября 2024 года, при том, что профессиональным заболеванием у ФИО3 следует считать не «<данные изъяты>)», а «<данные изъяты> имелись.

Оценивая вышеназванные экспертные заключения, суд приходит к следующему.

Заключение ФГБНУ НИИ МТ № № от 22 ноября 2024 года (том 5 л.д. 179-217) носит комплексный комиссионный характер.

В экспертном исследовании участвовали: заведующий отделением реабилитации профессиональных и неинфекционных заболеваний Центра восстановительного лечения клиники ФГБНУ «НИИ МТ», врач-профпатолог высшей квалификационной категории, врач-невролог высшей квалификационной категории, доктор медицинских наук, имеющий стаж работы 32 года ФИО8, врач-невролог того же отделения, имеющая специальную подготовку по профпатологии, стаж работы 19 лет ФИО9, младший научный сотрудник лаборатории профилактики нарушений репродуктивного здоровья работников ФГБНУ НИИ МТ, стаж работы 13 лет ФИО10; ответственность за дачу ложного заключения экспертам была разъяснена, о чем свидетельствуют их подписи в заключении; заключение подписано всеми экспертами, подписи скреплены печатью экспертного учреждения.

Согласно исследовательской части заключения экспертами проанализированы были, в том числе, профмаршрут ФИО3, условия труда на рабочем месте, СГХ от 18 марта 2019 года № 124, представленная медицинская документация (оригинал медицинской карты амбулаторного больного ФИО3 № № из КГБУЗ «ГП № 2», заключения по результатам предварительных (периодических) осмотров, выписка из амбулаторной карты ФИО3 из ГБУЗ г. Москвы «Городская поликлиника № 210 ДЗМ» Филиал № 3, ответы из КГБУЗ ККБ г. Красноярск, пояснения ООО «Диалог плюс», данные об обращаемости ФИО3 за медицинской помощью, оригинал медицинской карты пациента, выписные эпикризы из истории болезни дневного стационара из КГБУЗ «ГП № 2», КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1», медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № из КГБУЗ «ГП № 2», оригиналы Медицинских заключений на имя ФИО3 из ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», оригиналы медицинских карт стационарного больного на имя ФИО3 из ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана», оригиналы медицинских карт стационарного больного на имя ФИО3 и пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях на имя ФИО3 из ФГБНУ НИИ МТ, выписной эпикриз из ФГБНУ НИИ МТ, направление на госпитализацию, обследование, консультацию в клинику института общей и профессиональной патологии ФБУН ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана, заключения врачебной комиссии из ФБУН ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана, Извещения об установлении предварительного и заключительного диагнозов и др.); проведено было очное обследование ФИО3 в период с 19 сентября по 30 сентября 2022, в том числе: ЭКГ, электронейромиография (ЭНМГ), реовазография (РВГ) верхних и нижних конечностей, паллестезиометрия, холодовая проба, рентгенография кистей и лучезапястных суставов, шейного отдела позвоночника, коленных суставов, аудиограмма, консультации врачей-специалистов.

Очное обследование ФИО3 подтвердило наличие у него радикулопатии пояснично-крестцового уровня, преимущественно слева.

Заключение ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Чувашской Республике - Чувашии» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 11 апреля 2025 года также носит комиссионный характер; в экспертном исследовании участвовали: врач по медико-социальной экспертизе экспертного состава № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Чувашской Республике – Чувашия» Минтруда России, имеющая высшую квалификационную категорию, стаж работы 20 лет – ФИО11, врач по медико-социальной экспертизе экспертного состава № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Чувашской Республике – Чувашия» Минтруда России, имеющая высшую квалификационную категорию, стаж работы 38 лет – ФИО12, врач по медико-социальной экспертизе экспертного состава № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Чувашской Республике – Чувашия» Минтруда России, имеющая высшую квалификационную категорию, стаж работы 20 лет – ФИО13, специалист по реабилитации инвалидов экспертного состава № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Чувашской Республике – Чувашия» Минтруда России, имеющая стаж работы 17 лет – ФИО14; ответственность за дачу ложного заключения экспертам была разъяснена, о чем свидетельствуют их подписи в заключении; заключение подписано всеми экспертами, подписи скреплены печатью экспертного учреждения.

Согласно исследовательской части заключения экспертами проанализированы были, в том числе, собранный профессиональный анамнез ФИО3, анамнез заболеваний и экспертный анамнез (по представленным в материалы дела трудовой книжке, Акту о случае профессионального заболевания, СГХ, по медицинским картам, делу МСЭ; в период с 28 февраля 2025 года по 11 апреля 2025 года проведено очное обследование ФИО3 с применением, в том числе, аппаратного обследования.

В обоснование вывода о степени УПТ эксперты указали, что степень утраты профессиональной трудоспособности есть выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая; данная степень определяется по последствиям несчастного случая на производстве и профессионального заболевания на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты РФ…, с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю; методологическим принципом экспертизы профессиональной трудоспособности пострадавшего является совокупный анализ таких критериев, как:

- состояние здоровья пострадавшего (характер и тяжесть несчастного случая на производстве или профессионального заболевания + особенности течения патологического процесса + характер (вид) и степень выраженности стойких нарушений функций организма человека, обусловленных профессиональным заболеванием),

- снижение способности к профессиональной деятельности, предшествующей профессиональному заболеванию (характеристиками профессиональной деятельности являются – квалификация пострадавшего, объем и тяжесть выполняемой работы, условия труда).

Таким образом, проанализировав содержание обоих заключений, суд приходит к выводу о том, что они в полном объеме отвечают требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку экспертизы проведены квалифицированными специалистами, имеющими соответствующее образование, необходимый стаж экспертной работы, в рамках наделенных полномочий; все эксперты, проводившие экспертизы, были предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ; заключения содержат подробное описание произведенных исследований материалов дела, медицинских и медико-экспертных документов, данных личного осмотра ФИО3, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы; выводы экспертов основательно и подробно аргументированы; в их обоснование приводятся соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов; процедура проведения МСЭ соблюдена.

Оснований ставить под сомнение сделанные экспертами в обоих заключениях выводы у суда не имеется.

Что касается экспертного учреждения - ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицина труда им. академика Н.Ф. Измерова», то оно является подведомственной Российской академии медицинских наук научной медицинской организацией, одним из основных видов деятельности которой является дача заключений о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, составление медицинских заключений и направление извещений об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене, форма которого утверждена Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.05.2001 N 176, которые обязывают в соответствии с Положением об учете и расследовании профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 N 967, организовывать и проводить расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания.

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о наличии у ФИО3 только одного профессионального заболевания – «<данные изъяты>» и об отсутствии у него такого профессионального заболевания как «<данные изъяты>

Также суд приходит к выводу, что в связи с наличием у ФИО3 такого профессионального заболевания как <данные изъяты> степень утраты его профессиональной трудоспособности составляет: с 20 января 2021 года до 01 августа 2023 года - 60 %, с 01 августа 2023 года – 30 % бессрочно.

Пункт 8 части 1 статьи 11 Федерального закона от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» предусматривает право страховщика (в данном случае ОСФР) обращаться в суд с исками о защите своих прав.

Конституция РФ, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод, на обжалование в суд решений, действий (или бездействия) органов государственной власти (статья 46, части 1 и 2), не устанавливает непосредственно определенный порядок его реализации. Способы и процедуры судебной защиты, их особенности применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются федеральными законами.

Исходя из предписаний статей 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения за судебной защитой, будучи связанным, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства (Постановление от 22 апреля 2013 года N 8-П; определения от 17 ноября 2009 года N 1427-О-О, от 23 марта 2010 года N 388-О-О, от 25 сентября 2014 года N 2134-О, от 9 февраля 2016 года N 220-О и др.).

Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12), которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июля 2016 года N 1421-О, от 19 декабря 2017 года N 2942-О и др.).

Перечень этих способов защиты в силу абзаца четырнадцатого статьи 12 ГК Российской Федерации является открытым.

К их числу - по смыслу пункта 8 части 1 статьи 11 Федерального закона от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» относится и возможность обжалования заинтересованным лицом в судебном порядке актов, которые нарушают его права и законные интересы.

Установление предварительного диагноза - острого профессионального заболевания, составление санитарно-гигиенической характеристики условий труда, установление заключительного диагноза - хронического профессионального заболевания, направление соответствующего извещения в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного, расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания, составление акта о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме являются этапами расследования и установления профессионального заболевания, которое в свою очередь влечет обязанность ФСС по выплате пострадавшему работнику страхового возмещения.

Так как в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение тот факт, что у ФИО3 в настоящее время отсутствует такое профессиональное заболевание как <данные изъяты> а имеется такое профессиональное заболевание как <данные изъяты>», суд соглашается с доводом ОСФР о необходимости признания недействительными извещения об установлении заключительного диагноза от 19 ноября 2019 года №, а также акта о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года в части указания неверного диагноза.

В тоже время суд полагает правильным вместо неверного диагноза в извещении от 19 ноября 2019 года № № и в акте о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года указать верный - <данные изъяты>

Довод ОСФР о том, что при прохождении периодических медицинских осмотров в период работы в медицинских организациях у ФИО3 противопоказания к работе с вредными условиями труда или признаки профессионального заболевания не выявлялись, поэтому установленный ему диагноз нельзя считать обоснованным и правдивым, суд считает несостоятельным, поскольку отсутствие противопоказаний по результатам периодических осмотров в амбулаторных условиях не исключает наличие у пациента в это время признаков профзаболевания; признаки профзаболевания не выносятся в противопоказания к работе пока не достигнут определенной стадии; кроме того, плановый периодический осмотр (не в центре профпатологии) не включает в себя проведение таких исследований как рентгенологическое исследование пояснично-крестцового уровня позвоночника и других углубленных специализированных исследований пациента; таким образом, обследование ФИО3 в ООО «Диалог Плюс» в 2019 году, где не были выявлены противопоказания, не может исключать появление подозрения на наличие признаков профзаболевания спустя несколько месяцев.

Что касается Извещении ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» № № от 18 февраля 2019 года «Об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления)» ФИО3 в виде «<данные изъяты>», то суд не находит оснований для признания его недействительным.

Как указывалось выше, Извещение об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления) является одной из форм документов, используемых при расследовании профессиональных заболеваний, и предусмотренных Инструкцией о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний.

Такое извещение направляется медицинской организацией в орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) и работодателю для составления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника, необходимой для установления окончательного диагноза.

Наличие указанного извещения не гарантирует установления окончательного диагноза: «профессиональное заболевание», поэтому оно само по себе права и законные интересы ОСФР не нарушает, последствий в виде назначения страховых выплат не влечет.

Также суд не находит оснований для признания недействительной СГХ от 18 марта 2019 года № №

Согласно п. 35 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

Таким образом, в судебном порядке разрешаются разногласия, возникшие по вопросам непосредственно установления диагноза профессионального заболевания и его расследования.

Возражения в случае несогласия с содержанием санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника в вышестоящий орган Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека может подать работодатель.

ООО «ЗСК», ПАО «ГМК «Норильский никель», как это установлено в судебном заседании, такие возражения не подавали, самостоятельно СГХ не оспаривали; что касается ОСФР, то сама по себе СГХ его прав не нарушает, никаких обязанностей на него не возлагает, препятствий к осуществлению прав тоже не создает.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что трудовая деятельность ФИО3 за период работы в ООО «ЗСК» и ПАО «ГМК «Норильский никель» была связана с воздействием вредных производственных факторов, такими как производственный шум, локальная и общая вибрация.

Доказательств тому, что ФИО3 в указанный период работал в условиях, которые не могли привести к развитию радикулопатии пояснично-крестцового уровня L5-S1 слева, ОСФР, ООО «ЗСК», ПАО «ГМК «Норильский никель» не представлено.

Заключением судебной экспертизы № от 22 ноября 2024 года также подтверждена достоверность оспариваемой СГХ (том 5 л.д. 216-217).

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для признания СГХ и извещения ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления) недействительными и приходит к выводу об отказе в удовлетворении данных требований.

Что касается ответчика КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1» (ранее – КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2»), то к нему какие-либо требования заявлены не были, каких-либо противоправных действий с его стороны не установлено, доказательств нарушения данным ответчиком прав и законных интересов ОСФР не представлено, в связи с чем в удовлетворении иска к указанному лицу суд считает необходимым отказать.

Разрешая иск ФИО3, суд исходит из следующего.

Как установлено в судебном заседании, в феврале 2021 года ФИО3 обратился в ФСС (ОСФР) с заявлением о назначении единовременной страховой выплаты и ежемесячной страховой выплаты, на что получил письмо от 25 февраля 2021 года № № где сообщалось об отказе в назначении страховых выплат в связи с тем, что Акт о случае профессионального заболевания подписан был с особым мнением представителя ФСС ФИО7, и поэтому ФСС (ОСФР) поставило под сомнение обоснованность диагнозов ФИО3 и их связь с профессией; его случай был признан не страховым (том 1 л.д. 14).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора. Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности. Основным документом, подтверждающим факт повреждения здоровья и временную утрату профессиональной трудоспособности, является листок нетрудоспособности, выдаваемый медицинской организацией по форме и в порядке, предусмотренном Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Наступление стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждениями медико-социальной экспертизы при представлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 или акта о профессиональном заболевании и оформляется в виде заключения.

В пункте 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, предусмотрено, что акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Исходя из того, что в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт возникновения у истца по состоянию на 18 ноября 2019 года профессионального заболевания, связанного с исполнением им трудовых обязанностей в ООО «ЗСК», а именно заболевания: «Радикулопатия пояснично-крестцового уровня L5-S1 слева», суд приходит к выводу об отсутствии у ОСФР законных оснований для отказа в назначении единовременной страховой выплаты и ежемесячных страховых выплат.

Тот факт, что ФСС поставило под сомнение установленные ФИО3 диагнозы, и что Акт о случае профессионального заболевания подписан был с особым мнением представителя ФСС ФИО7, не является основанием, предусмотренным действующим законодательством, для отказа в назначении страхового возмещения.

На день рассмотрения данного дела страховые выплаты ФИО3 не назначены, в связи с чем его иск об обязании ОСФР назначить эти выплаты подлежит удовлетворению.

Степень утраты профессиональной трудоспособности, как указывалось выше, подлежит установлению в размере: с 20 января 2021 года до 01 августа 2023 года - 60 %, с 01 августа 2023 года – 30 % бессрочно.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов по проведению судебной экспертизы (том 6 л.д. 4), суд исходит из следующего.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам;

Согласно ст. 95 ГПК РФ эксперты, специалисты и переводчики получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно представленному расчету стоимость выполнения экспертизы сотрудниками ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицина труда им. академика Н.Ф. Измерова» составила 116300 рублей (том 6 л.д. 5-6).

Указанные расходы суд считает правильным взыскать с ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана».

К такому выводу суд пришел, исходя из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 4 ст. 98 ГПК РФ судебные издержки, понесенные третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, участвовавшими в деле на стороне, в пользу которой принят судебный акт по делу, могут быть возмещены им, если их фактическое поведение как участников судебного процесса способствовало принятию данного судебного акта.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В пункте 5 того же постановления разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

В пункте 19 - что не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, административным ответчиком.

Предметом рассмотренного судом спора являлось установление работнику заболевания и его связь с профессией, оценка производственных факторов, идентификация вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса по его профессии.

Суд удовлетворяет требования ОСФР о признании недействительным в части извещения ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания № № от 19 ноября 2019 года, составление которого и повлекло судебное разбирательство.

Управление Роспотребнадзора никаким образом не влияло на действия ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана».

При изложенных обстоятельствах, исходя из правоотношений и специфики рассмотренного спора, процессуального поведения ответчиков, суд полагает правильным все судебные расходы взыскать с ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана»; оснований возлагать эти расходы на Управление Роспотребнадзора либо ФИО3 не имеется.

Поскольку суд удовлетворяет иск ОСФР к ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана» о признании недействительным извещения об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания № № от 19 ноября 2019 года, с последнего в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере, установленном п. 1 ст. 333.19 НК РФ – 20000 рублей.

Оснований для взыскания государственной пошлины с Управления Роспотребнадзора не имеется, так как Акт о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года признан недействительным только в части указания недостоверного диагноза, который был установлен ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф. Эрисмана».

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Красноярскому краю к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в г. Норильске, Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» и исковые требования ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю о признании права на обеспечение по социальному страхованию и назначении страховых выплат удовлетворить частично.

Признать недействительными с момента составления Извещение Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» № от 19 ноября 2019 года «Об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления)» и Акт о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года в отношении ФИО3 в части указания диагноза «<данные изъяты>)», и заменить данный диагноз на «<данные изъяты>

В остальной части Извещение Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» № № от 19 ноября 2019 года «Об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления)» и Акт о случае профессионального заболевания от 05 ноября 2020 года в отношении ФИО3 оставить без изменения.

В удовлетворении исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Красноярскому краю к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в г. Норильске, Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» о признании недействительными Извещения № № от 18 февраля 2019 года «Об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания» ФИО3, Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО3 от 18 марта 2019 года № № отказать.

В удовлетворении исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Красноярскому краю к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильская межрайонная поликлиника № 1» отказать полностью.

Признать установленное ФИО3 профессиональное заболевание: <данные изъяты>» страховым случаем.

Признать за ФИО3 право на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием «<данные изъяты>» с 20 января 2021 года.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю назначить ФИО3 по профессиональному заболеванию <данные изъяты> единовременную страховую выплату и ежемесячные страховые выплаты по обязательному социальному страхованию с 20 января 2021 года до 01 августа 2023 года, исходя из степени утраты профессиональной трудоспособности - 60 %, с 01 августа 2023 года бессрочно, исходя из степени утраты профессиональной трудоспособности - 30 %.

В остальной части в удовлетворении иска ФИО3 отказать.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» в пользу Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» 116300 (сто шестнадцать тысяч триста) рублей в счет возмещения расходов по проведению судебно-медицинской экспертизы.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» в бюджет муниципального образования город Норильск государственную пошлину в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий:

Решение вынесено в окончательной форме 29 июня 2025 года.

Копия верна:

Судья Норильского городского суда Е.А.Ежелева