Решение по делу № 2-2751/2024 от 27.05.2025

Дело № 2-70/2025

УИД №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 мая 2025 года <адрес>

Коломенский городской суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Шевченко С.Н., с участием прокурора ФИО8, адвоката ФИО7, адвоката ФИО4, при помощнике судьи ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ООО «Ева-Клиник» о защите прав потребителя, по встречному исковому заявлению ООО «Ева-Клиник» к ФИО2 о взыскании штрафа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ООО «Ева-Клиник», в котором просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2900000,00 руб., 100000,00 руб. в счет возмещения материального ущерба.

В обоснование заявленных исковых требований в исковом заявлении указано, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен договор на оказание медицинских услуг, в соответствии с условиями которого ответчик обязался оказать истцу следующие медицинские услуги: <данные изъяты>, а истец обязалась произвести оплату данных услуг в сумме 805000,00 руб.

Обязательство по оплате медицинских услуг истцом было исполнено в полном объеме. После проведения операций наступили не предусмотренные курсом осложнения, а именно: в правую грудь была занесена инфекция, через 1,5 месяца после выписки произошло расхождение операционных швов с <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к ответчику с претензией, после чего была осмотрена главным врачом ООО «Ева-Клиник» ФИО6, который предложил ФИО2 извлечь импланты, а через год установить их вновь.

Поскольку проблем с приживаемостью имплантов выявлено не было, истец от их удаления отказалась. По ее мнению, проблема заключалась в расхождении послеоперационных швов, но данную проблему решать в клинике ответчика отказались, предложив истцу денежную компенсацию.

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было заключено соглашение о досудебном урегулировании спора, согласно условиям которого ФИО2 было выплачено 400000,00 руб., из них частичный возврат стоимости медицинских услуг в сумме 250000,00 руб., компенсация понесённых расходов на лечение в размере 50000,00 руб., компенсация морального вреда 100000,00 руб.

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ с учётом состояния своего здоровья, ФИО2 полагала данную сумму достаточной, но несмотря на интенсивное лечение, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ состояние ее здоровья ухудшилось: по результатам анализов постоянно фиксируется наличие воспалительного процесса, послеоперационные швы не зарастают, образовался свищ на левой груди. Периодически это приводит к невозможности трудиться. Последний раз она находилась на больничном в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Также истец вынуждена постоянно нести расходы на лечение, которые за период с ДД.ММ.ГГГГ года составили около 40000,00 руб. Из-за нахождения на больничном ее размер ее заработка снизился, сумма недополученной заработной платы за указанный период времени составила около 60000,00 руб.

Помимо этого, наличие свища и выпирающего импланта создаёт болевые ощущения, и ФИО2 постоянно думает о том, что эти травмы останутся у нее на всю жизнь, она лишена возможности вести привычный образ жизни, сталкивается с проблемами в соблюдении личной гигиены.

Все перечисленные обстоятельства причиняют истцу сильнейшие физические и нравственные страдания.

Полагая, что частичная компенсация морального вреда, установленная соглашением о досудебном урегулировании спора, не является препятствием для предъявления требований о взыскании компенсации причиненного вреда в полном объеме.

ФИО2 в адрес ответчика направила претензию, в которой предложила в срок до ДД.ММ.ГГГГ в добровольном порядке выплатить ей денежную компенсацию за вред, причиненный некачественным оказанием медицинских услуг, в сумме 3 000000,00 руб. Претензия оставлена ответчиком без рассмотрения.

В ходе судебного разбирательства ООО «Ева-Клиник» предъявило в суд встречное исковое заявление к ФИО2, в котором просит суд взыскать с ФИО2 в свою пользу штраф в размере 200000,00 руб., 7000,00 руб. в счет возмещения судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В обоснование встречных исковых требований указывает, что согласно подпункту 2.1 Соглашения о досудебном урегулировании спора, заключенного между сторонами ДД.ММ.ГГГГ, ООО «Ева-Клиник» обязалось возместить ФИО2 расходы, связанные с оплатой стоимости оказанных медицинских услуг, дополнительного обследования, а также всех возможных расходов на восстановление здоровья, дополнительное лечение, включая возможный утраченный заработок, упущенную выгоду и моральный вред, в общей сумме 400000,00 руб. При этом данное соглашение не предусматривает установления или признания вины Клиникой.

Условиями Соглашения было также предусмотрено, что после подписания настоящего Соглашения и полной выплаты в установленные сроки Клиникой денежных средств Стороны не имеют и не будут иметь в дальнейшем никаких материальных и иных претензий, правопритязаний друг к другу (подпункт 2.3 Соглашения).

В соответствии с пунктом 9 Соглашения ФИО2 обязалась при нарушении обязательств, указанных в пункте 2 Соглашения выплатить Клинике штраф в размере 200000,00 руб.

В нарушение указанных положений Соглашения ФИО2 направила претензию в адрес Клиники с требованием в добровольном порядке выплатить ей компенсацию в размере 3000000,00 руб.

В судебных заседаниях истец ФИО2, ее представитель – адвокат ФИО7, действующий на основании ордера, исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении в полном объеме, в удовлетворении встречного иска просили отказать.

Истец ФИО2 поясняла суду в судебных заседаниях, что перед заключением договора об оказании медицинских услуг с ответчиком она консультировалась у врача ФИО11, работавшего в клинике «Семейный Доктор» в <адрес>, на протяжении месяца, затем он предложил обратиться в ООО «Ева-Клиник», поскольку такую обширную операцию не разрешили делать в клинике «Семейный Доктор». Также он работал в ООО «Ева-Клиник». После проведения операции она консультировалась с врачом ФИО11 по телефону, присылала ему фото и видео результатов операции, появившихся признаков осложнений. Все анализы она сдавала в клинике «Семейный Доктор», туда же она ходила на перевязки, которые ей делали по указанию врача ФИО11 Сначала он говорил, что воспаление является реакцией организма на тяжелую операцию и что скоро все пройдет. Осложнения начались уже на 10 день. Швы начали расходиться в конце ДД.ММ.ГГГГ года

Представитель истца пояснял, что при проведении судебной экспертизы экспертами не было учтено то обстоятельство, что осложнения после операции начались у истца в течение полутора недель, что свидетельствует о том, что инфекция была занесена в организм при проведении хирургического вмешательства. Полагает, что ответчиком не представлено доказательств в подтверждение доводов о том, что вред истцу был причинен не по вине ответчика.

Указал, что встречные исковые требования не подлежат удовлетворению, так как условие соглашения, предусматривающее уплату ФИО2 штрафа в случае повторного предъявления претензий по поводу ненадлежащего оказания услуг, следовательно, ограничивающее право истца как потребителя на возмещение ей вреда, причиненного в результате оказания ей медицинских услуг ненадлежащего качества, в полном объеме, является ничтожным.

Представитель ответчика ООО «Ева-Клиник» - адвокат ФИО4, действующая на основании ордера и доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признала, просила в их удовлетворении отказать. Встречные исковые требования просила удовлетворить в полном объеме. Пояснила, что в ходе судебного разбирательства причинно-следственная связь между оказанием медицинских услуг ответчиком и наступлением осложнений установлена не была, пациент ФИО2 не выполняла данные ей медицинской организацией рекомендации, не являлась на осмотры в клинику.

Третье лицо ФИО11 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом о времени и месте слушания по делу, ранее направлял в адрес суда заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Помощник Коломенского городского прокурора ФИО8 в заключении по делу исковые требования ФИО2 в части взыскания в ее пользу с ООО «Ева-Клиник» компенсации морального и материального вреда полагала необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Свидетель ФИО9, допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, пояснила суду, что она работает в должности старшей медицинской сестры в клинике «Семейный доктор», знает ФИО2, поскольку та приходила к ним на перевязку ДД.ММ.ГГГГ года. осуществить перевязку ей поручил врач ФИО11 Никакие документы для этого не оформлялись, он просто сообщил ей по телефону, что необходимо сделать. При совершении манипуляции она документы так же не оформляла, может с любым доктором работать, если они ее попросят что-то сделать, она делает. ФИО11 сказал ей, что перевязку необходимо сделать в связи с проведенной им операцией. При перевязке она обнаружила у ФИО2 <данные изъяты>. Перевязка была проведена на 5-6 день после операции. Об этом ей рассказала ФИО2 Насколько ей известно, операцию ей проводил доктор ФИО11 в <адрес>. Когда она делала перевязку, то отклеила стрипы, обработала рану спиртом, хлоргексидином, высушила насухо и бетадин нанесла на область шва, чтобы подсушить рану. Ей было известно, какая операция была проведена ФИО2 В их клинике такие операции проводятся очень редко. Никакие медицинские документы истца она не смотрела, ей было достаточно поговорить с пациентом. Она наложила повязку и отправила ФИО2 домой. После перевязки рана не текла. На следующий день после перевязки ФИО2 опять пришла, у нее было все то же самое, <данные изъяты>. Она сняла их не все, где визуально возможно было сохранить, оставляла, снимала только где были покраснения. Стрипы после операции должны быть на ранах до снятия швов около 10 дней. Новые стрипы она не клеила, так как по истечении 2 минут после просушивания раны начинала опять мокнуть рана. Функция стрипов стягивать швы, они из себя представляют тканевый пластырь. На следующий день она должна была направить фотографии доктору ФИО11, который попросил по телефону их выслать, чтобы узнать о <данные изъяты>. Также он попросил перевязать ФИО2 повторно. На второй день с <данные изъяты>. Она это всё сфотографировала и отправила врачу. Не помнит, что ответил врач.

Врач ФИО11 не хотел самостоятельно осуществлять перевязки, просил делать это свидетеля. Затем ФИО2 ходила на прием к хирургу клиники ФИО13 на перевязку. На протяжении всех этих манипуляций оплата и документация не оформлялись, они просто по-человечески помогали ФИО2 Врач ФИО11 не помогал и не оказывал помощь, не появлялся. Перевязки осуществлялись на протяжении 8 месяцев. Медицинская документация начала вестись с ДД.ММ.ГГГГ. Она перевязывала ФИО2 до момента повторной операции. Они консультировались с пластическими хирургами из <адрес> о том, какие дальнейшие действия необходимо производить, те предлагали удалить импланты. У них в клинике есть ФИО14, который предложил <данные изъяты>. Она ассистировала при проведении этой операции повторной, всё прошло замечательно. Необходимости вынимать импланты не было. Импланты при повторной операции не удалялись.

Она не проверяла, составлялись ли доктором документы, поскольку в ее обязанности это не входит. Разные врачи консультировали ФИО2, она с ними консультировалась по поводу возможных путей решения проблемы ФИО2 Медицинская <данные изъяты> при этом нарушена не была. У нее среднее специальное медицинское образование, стратегию лечения она не составляет.

ФИО11 3-4 раза давал рекомендации по перевязкам, об ухудшениях она сообщала ему, но он говорил только о том, чтобы она продолжала перевязывать. Сам лично консультацию с пациентом он не проводил.

Стрипы она снимала по своему усмотрению, исходя из опыта работы, потому что увидела, что это необходимо, так как рана начала мокнуть. Снятие стрипов не влияло на дальнейшее расхождение швов, она может принимать сама решения по их снятию, поскольку имеет соответствующий опыт.

Согласно показаниям свидетеля ФИО10, допрошенного в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, он работает в клинике «Семейный доктор» в должности врача онколога. ФИО2 – его пациентка, он знаком с ней примерно с ДД.ММ.ГГГГ года, до этого её не знал. Она обратилась к нему за помощью в связи с образовавшейся длительно не заживающей язвой после операции. Документы по поводу проведения данной операции не были представлены, устно ФИО2 объяснила, что ей была проведена операция <данные изъяты>. При осмотре он выявил дефект <данные изъяты>.

Учитывая, что после операции на момент проведения им осмотра прошло полгода, он решил <данные изъяты>, медикаментами и перевязками невозможно было проводить лечение. Документация по их операции велась в полном объеме. Полагает, что удаление импланта было недопустимо.

<данные изъяты>.

Он не видел пациентку с ДД.ММ.ГГГГ года до момента своего осмотра. Шов на ране не зажил, могло быть две причины: либо когда готовили кожный лоскут, не было достаточного кровоснабжения, не хватало возможности для регенерации клеток, либо кожные лоскуты не равномерно сопоставлены были. ФИО2 необходимо было после операции наблюдаться у хирурга, могло всякое произойти, а хирург мог устранить сразу последствия. В случае если регенерация в течение 12-15 дней не происходит после операции, то можно заново наложить швы.

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО12 выводы, изложенные в заключении комиссии экспертов, подтвердил. Пояснил суду, что данные о достижении соглашения об оказании услуг по проведению манипуляций с кистями, указанные в 1 пункте заключения, имеются в медицинских документах, представленных в материалы дела, а именно в названии операции из истории болезни №.

Из приложений к договору на оказание медицинских услуг следует, что ФИО2 было подписано добровольное согласие на выполнение пластики лица и шеи, маммопластики. В договоре указано, что перечень оказываемых услуг определяется в соответствии с приложениями к настоящему договору.

Фактически ФИО2 были оказаны услуги: маммопластика с эндопротезом, пластика лица, т.е. все услуги, указанные в перечне к договору.

Согласно медицинской документации, которая имеет приоритетное значение для экспертов, в клинику «Семейный доктор» ФИО2 обратилась впервые ДД.ММ.ГГГГ, при осмотре у нее было отмечено <данные изъяты> были зафиксированы записью от ДД.ММ.ГГГГ. Указание на март в заключении комиссии экспертов, вероятно, связано с опиской, так как они указали, что осложнения были выявлены в ДД.ММ.ГГГГ года, то есть через 1,5 месяца после проведения операции. Фототаблица, приобщённая к материалам дела, так же была исследована при проведении экспертизы. Переписка с доктором не могла быть ими принята в качестве документа, имеющего приоритетное значение по сравнению с медицинскими документами, оформленными, в том числе врачами клиники «Семейный доктор», указанные документы содержат наиболее объективные данные. Показания для удаления имплантатов у ФИО2 имелись. После расхождения краёв раны инфицирование неизбежно. Причина расхождения краев раны могла быть обусловлена рядом обстоятельств, перечисленных в заключении. Установить, какая именно была причина расхождения швов, не представилось возможным. Липома была обнаружена ДД.ММ.ГГГГ уже после проведения операции.

Врач рекомендует носить компрессионное бельё и при последующем послеоперационном обследовании должен проверять, насколько правильно оно подобрано и как соблюдает эти рекомендации пациент. В данном случае конкретные параметры компрессионного белья не указывались. Анализ, в котором указывается на отсутствие гнойных выделений, был сделан ДД.ММ.ГГГГ, в этот день пациентке выполнялось <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ не было, кожа была обычной окраски, температуры не было. У неё было отмечено <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ онколог указал, что <данные изъяты>

Рекомендации по физиотерапевтическому лечению были даны по всему организму, если бы была повышена температура в результате гнойных воспалений, то физиотерапию нельзя бы было проводить также и в отношении лица, необходимо было бы лечить гнойно-воспалительный процесс.

Данных, свидетельствующих о том, что истец в ходе послеоперационной реабилитации нарушала рекомендации врача, не имеется.

Почему врач ФИО11 не явился на осмотр ФИО2, неизвестно. Основывать выводы заключения на фотографиях из переписки нельзя, так как они не содержат исчерпывающие данные о состоянии пациента, выполнялись в быту, не могут быть объективной основой для исследования. О том, применялся ли гепарин при проведении операции, не известно, в медицинской карте таких данных нет.

Запись о гнойных выделениях в медицинских документах появилась спустя длительный период после проведения операции. Судить о том, что могло вызвать гнойное воспалительные изменения, которых экспертная комиссия не установила, оснований не имелось. О возможных причинах трофических изменений в заключении приведены выводы. Связать их с дефектами проведения операции нельзя. Такие изменения бывают на практике. Анализ крови учитывался при проведении экспертизы. Повышение лейкоцитов возможно в коротком периоде после операции, но ДД.ММ.ГГГГ, согласно документации, всё пришло в норму. Ими исследовался и вопрос о рекомендациях. Почему ФИО2 было назначено длительное лечение антибиотиками, затрудняется ответить, предполагает, что для профилактики возможных воспалений. Расхождение швов дефектом оказания медицинских услуг не является.

Исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшей исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к выводу о необоснованности исковых и встречных требований в силу нижеследующего.

Согласно материалам дела ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен договор на оказание медицинских услуг, в соответствии с условиями которого ООО «Ева-Клиник» (Клиника) обязалось оказать ФИО2 (Пациенту) следующие медицинские услуги: смарт-<данные изъяты>, а ФИО2 обязалась произвести оплату данных услуг в сумме 805 000,00 руб.

Обязательство по оплате медицинских услуг Пациентом было исполнено в полном объеме.

После проведения операций наступили не предусмотренные курсом осложнения, а именно: в правую грудь была занесена инфекция, через 1,5 месяца после выписки произошло расхождение операционных швов с образованием свища и выпиранием импланта.

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было заключено соглашение о досудебном урегулировании спора, согласно условиям которого ФИО2 было выплачено 400 000,00 руб., из них частичный возврат стоимости медицинских услуг в сумме 250 000,00 руб., компенсация понесённых расходов на лечение в размере 50 000,00 руб., компенсация морального вреда 100 000,00 руб.

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ с учётом состояния своего здоровья, ФИО2 полагала данную сумму достаточной, но несмотря на интенсивное лечение, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ состояние ее здоровья ухудшилось: по результатам анализов постоянно фиксируется наличие воспалительного процесса, послеоперационные швы <данные изъяты>. Периодически это приводило к невозможности трудиться. Последний раз она находилась на больничном в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Также ФИО2, как следует из ее доводов, изложенных в иске, вынуждена постоянно нести расходы на лечение.

Согласно п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу п. п. 1, 2 ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 2 названной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами. При этом на потерпевшего возложена обязанность по доказыванию обстоятельства, подтверждающего факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п. 1 ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, к которым, в частности, относится здоровье (ст. 150 ГК РФ), а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ч. ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно разъяснениям, данным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Для проверки доводов истца по первоначальному иску о некачественном оказании медицинской услуги, причинении вреда здоровью, судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУЗ МО «Бюро СМЭ».

Согласно заключению комиссии экспертов ГБУЗ МО «Бюро СМЭ» №, согласно записям в медицинской карте № ФИО2 в Медицинском центре ООО «Ева-Клиник» ДД.ММ.ГГГГ были выполнены операции: глубокая подтяжка нижней трети лица, шеи; липофилинг периорбитальной области, кистей; нижняя блефаропластика; Т-образная подтяжка груди с одномоментым эндопротезированием.

В договоре, заключенном сторонами, указано, что «Исполнитель оказывает платные медицинские услуги Пациенту по своему профилю деятельности, согласно действующему Прейскуранту (п. 1.2). Перечень и стоимость платных медицинских услуг, предоставляемых по настоящему договору, определяются в соответствии с приложениями к настоящему договору (п. 1.3)». В приложениях к договору изложены информированные добровольные согласия на выполнение пластики лица и шеи (приложение №) и маммопластики, в том числе с применением эндопротеза (приложение №), т.е. услуги, указанные в приложениях к договору, в целом охватывают те, которые были оказаны ФИО2 фактически. Сам договор и приложения к нему содержат личные подписи ФИО2

Также необходимо отметить, что информированные добровольные согласия в приложениях к договору содержат подробные перечни рисков и возможных осложнений оперативных вмешательств.

Нагноение послеоперационной раны является редким, но достаточно серьёзным осложнением. Наблюдается в раннем послеоперационном периоде в срок от нескольких дней до 10-14 дней. Проявляется покраснением, отёком, повышением температуры, гнойными выделениями из раны. При появлении гнойного очага в области имплантата, по канонам общехирургической практики считается необходимым удаление инородного изделия вне зависимости от пожелания пациента.

В предоставленных медицинских документах описания гнойно-воспалительного процесса в месте операции нет, жалобы на повышение температуры тела и гнойные выделения из операционной раны не отмечены. В медицинской карте и на фотографиях после операции зафиксированы трофические изменения кожи, формирование свищей, которые не характерны для острого инфекционного процесса.

Согласно результату микробиологического исследования отделяемого из раны от 27-ДД.ММ.ГГГГ, выполненного в ООО «Концерн Норден», был обнаружен <данные изъяты>. Таким образом, его обнаружение свидетельствует не об инфицировании раны, а о погрешностях забора материала для микробиологического исследования. В комментариях к анализу указано, что «наличие... сопутствующей микрофлоры в любом титре... не требует назначения антибактериальной терапии...».

В любом случае, появление проблем через 1,5 месяца после нормального результата операции невозможно связать с проведенным лечением, поскольку в случае загрязнения раны во время операции, осложнения, как было указано выше, проявились бы гораздо раньше и были бы гораздо выраженнее. Трофические расстройства в зоне оперативной вмешательства могли быть вызваны различными причинами: давлением изнутри имплантата завышенного размера, наличием в правой молочной железе липомы, создающей дополнительный масс-эффект, давлением слишком тугого компрессионною белья и др.

Таким образом, объективных причин связать осложнения, появившиеся в ДД.ММ.ГГГГ года, с оперативным вмешательством, выполненным ДД.ММ.ГГГГ, не усматривается.

Медицинские манипуляции ФИО2 в ООО «Ева-Клиник» были проведены в соответствии с «Порядком оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия», утвержденным приказом М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, в котором указано: «медицинская помощь включает комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, целью которых является... изменение внешнего вида, формы и взаимосвязей анатомических структур любых областей человеческого тела соответственно общепринятым эстетическим нормам и представлениям конкретного пациента, включая коррекцию возрастных изменений... с помощью пластической хирургии, ведущих к улучшению качества жизни методами эстетической пластической хирургии».

В практике пластической хирургии известны и описаны следующие осложнения, которые возникают при сочетании двух методов пластики молочных железы в методике одномоментной мастопексии и эндопротезирования: увеличивается риск послеоперационных осложнений за счет суммирования осложнений, вероятных для каждой методики отдельно: неадекватная коррекция птоза, асимметрия, плохие рубцы, растянутая ареола (типичные осложнения мастопексии), неправильное положение протеза, капсулярная контрактура (проблемы, связанные с имплантатом), повышение риска протрузии (выпячивания) имплантата, смещение имплантата, риск инфекции и некроза кожи, растяжения рубца, высокая позиция соска в исходе». На сегодняшний день не существует определенных протоколов, посвященных планированию комбинированных операций мастопексия/аугментационная маммопластика. N. Khavanin и соавт. (2014) сообщают об общей частоте осложнений 13,1 % при проведении аугментационной мастопексии, причем наиболее частыми из них были: рецидивирующий птоз (5,2 %), деформации рубца (3,7 %), капсулярная контрактура (3,0 %). В проведенном ими исследовании при анализе 95 случаев мастопексии/аугментации I. Zucal и соавт. (2023) обнаружили следующие наиболее частые осложнения: длительное заживление раны (11,4 % случаев при двухплоскостной операции против 42,1 % - при гландулярной).

Все перечисленные осложнения не расцениваются как дефекты техники выполнения операций, о них пациент предупреждается заблаговременно. Предупреждения о риске осложнений запланированных операций, как было указано выше, содержатся в информированных добровольных согласиях, подписанных ФИО2 до проведения операций.

При анализе предоставленных документов экспертная комиссия отмечает недостаток ведения медицинской документации в виде отсутствия записей в медицинской карте о наблюдении за состоянием ФИО2 в период после выписки из стационара, пациентка была вызвана на осмотр лишь ДД.ММ.ГГГГ (не явилась) и ДД.ММ.ГГГГ. Однако этот недостаток был компенсирован осмотрами ФИО2 в клинике «Семейный доктор» трижды в ДД.ММ.ГГГГ).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 последний раз посетила клинику ООО «Ева-Клиник», отказалась от предложенной операции ревизии мягких тканей груди с удалением имплантатов и повторным отсроченным эндопротезированием и в дальнейшем в клинику не обращалась, с её слов, в связи с утратой доверия. Таким образом, лечение в ООО «Ева- Клиник» было фактически прервано по решению пациентки, что не позволяет экспертной комиссии дать оценку оказанной медицинской помощи в полном объёме.

Подводя итог изложенному выше, экспертная комиссия не усматривает оснований расценивать медицинскую помощь, оказанную ФИО2 в ООО «Ева-Клиник», как некачественную и дефектную. Дефекты оказания медицинской помощи в ООО «Ева- Клиник», которые могли бы находиться в прямой причинно-следственной связи с последствиями, наступившими в отдалённом послеоперационном периоде, экспертная комиссия не установила.

Какие-либо хронические заболевания, иммунодефицитные состояния, либо иные патологические процессы, препятствующие своевременному заживлению послеоперационных ран, у ФИО2 не установлены.

При выписке из ООО «Ева-Клиник» ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 были даны следующие рекомендации: <данные изъяты>. 3. Обработка операционных швов раз в два дня раствором <данные изъяты>

Рекомендации для лечения в послеоперационном периоде, таким образом, содержали антисептические средства, противогрибковый препарат, антибиотик, противоспалительный и обезболивающий препарат, препарат для увлажнения глаз, применение компрессионного белья для сокращения риска кровотечений, ограничения по физическим нагрузкам, посещению бань/саун, употреблению алкоголя. В целом рекомендации представляются оптимальными для пациента, перенесшего операции маммопластики и пластики лица.

Несоблюдение перечисленных рекомендаций могло быть причиной развившихся негативных последствий.

Как было указано выше, в случае инфицирования краёв операционной раны в области имплантата, по правилам общехирургической практики считается необходимым удалить инородный предмет и выполнить ревизию имплантационного мешка вне зависимости от пожелания пациента. В отдалённом периоде (примерно через год), когда воспалительный процесс окончательно стихает, возможно выполнение повторной имплантации. Это, естественно, приводит к удлинению процесса лечения, но зато лишает пациента болевых ощущений и дискомфорта, способствует снижению остроты воспаления и его последствий в виде фиброзных осложнений, спаек и т.д., склонных вызывать хронические болевые ощущения. Повторные корригирующие операции в большинстве случаев позволяют достичь хорошего эстетического результата.

Таким образом, предложенная ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Ева-Клиник» ревизия мягких тканей груди с удалением имплантатов и повторным эндопротезированием не ранее, чем через 12 месяцев после ревизии, по мнению экспертной комиссии, была оптимальным методом ее лечения.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 названного кодекса.

В п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения полно отражена в решении с указанием выводов эксперта, документов, на основании которых проведено исследование, их анализом.

В соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Тем не менее, по мнению суда, в исследовательской части заключения приведено описание проведенных исследований, экспертами последовательно и подробно описаны те обстоятельства, с учетом которых они пришли к тем или иным выводам, изложенным в заключении. При проведении экспертизы были исследованы все имеющиеся в материалах дела документы и доказательства, в том числе и представленная ФИО2 фототаблица, всем им комиссией экспертов дана оценка.

Вопреки доводам истца по первоначальному иску ФИО2, суд принимает заключение комиссии экспертов как достоверное и обоснованное доказательство по делу, так как оно, по мнению суда, содержит полные и мотивированные выводы относительно наличия причинно-следственной связи между оказанием ООО «Ева-Клиник» медицинских услуг ФИО2 и возникновением у неё осложнений, относительно наличия дефектов оказания медицинской помощи.

Ходатайство о назначении дополнительной судебной медицинской экспертизы судом оставлено без удовлетворения при отсутствии предусмотренных ст.87 ГПК РФ оснований для ее назначения, ходатайство о назначении повторной судебной медицинской экспертизы стороной истца по первоначальному иску не заявлялось.

Доводы стороны истца о том, что комиссией экспертов не учтено то обстоятельство, что осложнения в виде гнойных выделений из раны появились у ФИО2 на 5-6 день после проведения операции, суд отклоняет, поскольку показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10 они опровергнуты. Так, из их показаний следует, что из раны ФИО2 наблюдалось не гнойное выделение, а характерное для периода реабилитации после хирургического вмешательства серозное выделяемое. Более того, указанные доводы опровергаются результатами медицинских анализов, записями медицинских документов, составленных сотрудниками иного медицинского учреждения.

Принимая во внимание перечисленные обстоятельства, суд приходит к выводу о необоснованности исковых требований ФИО2, отказывает в их удовлетворении.

При этом суд учитывает и то обстоятельство, что ООО «Ева-Клиник» по своему усмотрению добровольно осуществило ФИО2 выплату предусмотренных условиями заключенного между сторонами соглашения компенсаций, оснований для взыскания иных сумм денежных средств судом не установлено.

Заключенное сторонами соглашение не предусматривает установления или признания вины Клиникой.

К выводу о необоснованности встречных исковых требований суд приходит, исходя из нижеследующего.

Согласно подпункту 2.1 заключенного между сторонами Соглашения о досудебном урегулировании спора от ДД.ММ.ГГГГ, ООО «Ева-Клиник» обязалось возместить ФИО2 расходы, связанные с оплатой стоимости оказанных медицинских услуг, дополнительного обследования, а также всех возможных расходов на восстановление здоровья, дополнительное лечение, включая возможный утраченный заработок, упущенную выгоду и моральный вред, в общей сумме 400 000,00 руб. При этом данное соглашение не предусматривает установления или признания вины Клиникой.

Согласно пункту 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-I «О защите прав потребителей», статья 29 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-I «О банках и банковской деятельности»).

Согласно пункту 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Сформулированное в п.9 заключенного между сторонами Соглашения условие, согласно которому ФИО2 обязуется уплатить ООО «Ева-Клиник» штраф в случае повторного обращения к медицинской организации с претензией о возмещении причиненного вреда в полном объеме, является нарушающим права потребителя, так как устанавливает санкцию за пользование правом на возмещение вреда в полном объеме, является ничтожным и не подлежит применению, в связи с чем встречные исковые требования ООО «Ева-Клиник» суд оставляет без удовлетворения в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ООО «Ева-Клиник» о взыскании компенсации морального вреда в размере 2900000 рублей 00 копеек, 100000 рублей 00 копеек в счет возмещения материального ущерба отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ООО «Ева-Клиник» к ФИО2 о взыскании штрафа за нарушение соглашения о досудебном порядке урегулирования спора от ДД.ММ.ГГГГ в размере 200000 рублей 00 копеек, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 7000 рублей 00 копеек отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Коломенский городской суд в течение одного месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья С.Н. Шевченко

Решение в окончательной форме принято судом ДД.ММ.ГГГГ.

Судья С.Н. Шевченко