Дело № 2-127/2025
35RS0023-01-2023-000380-81
Мотивированное решение
изготовлено 16.06.2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Заполярный 2 июня 2025 г.
Печенгский районный суд Мурманской области в составе:
председательствующего судьи Попова А.Г.,
при секретаре Кужиной Ю.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» к законному представителю несовершеннолетнего ФИО1 - ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации,
УСТАНОВИЛ:
публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах» (далее – ПАО СК «Росгосстрах», общество) обратилось в Устюженский районный суд Вологодской области с уточненным иском к законному представителю несовершеннолетнего ФИО1 – ФИО2 о взыскании ущерба в порядке суброгации.
В обоснование уточненных исковых требований истец указал, что *.*.* в результате страхового случая – пожара, повреждено имущество А.Т.В., застрахованное ФИО3 по договору страхования имущества №, в соответствии с условиями договора выгодоприобретателю А.Т.В. выплачено страховое возмещение в размере 250 000 рублей.
Согласно документам компетентных органов, составленных по факту пожара, повреждение имущества А.Т.В. произошло по причине возгорания <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>.
Постановлением ОНД и ПР по Бабаевскому, Чегодощенскому и Устюженскому района от *.*.* установлено, что причиной пожара послужило неосторожное использование открытого огня или иного источника повышенной опасности со стороны несовершеннолетнего ФИО1
С учетом уточненных исковых требований, истец просил суд взыскать с ответчика возмещение ущерба в порядке суброгации в размере 250 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 700 рублей.
Определением Устюженского районного суда Вологодской области от *.*.* дело передано по подсудности в Печенгский районный суд Мурманской области для рассмотрения по существу.
Представитель истца ПАО СК «Росгосстрах» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, настаивал на удовлетворении исковых требований, дополнений не представил.
Законный представитель несовершеннолетнего ответчика ФИО1 – ФИО2 и ее представитель ФИО4 в судебное заседание не явились, представили письменный отзыв и дополнения, просили отказать в удовлетворении иска, указывая на отсутствие причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и причинением ущерба.
Третьи лица ФИО3, ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.
Исследовав материалы гражданского дела, материалы КРСП № от *.*.*, заслушав пояснения свидетеля Ч.Д.А., эксперта Г.М.Б., суд приходит к следующему выводу.
Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.
Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Таким образом, основанием для удовлетворения требования о взыскании ущерба является факт его причинения, наличие причинной связи между понесенными убытками и противоправным (виновным) поведением лица, причинившего вред, документально подтвержденный размер ущерба. При этом на истце лежит обязанность доказать факт причинения ему вреда, размер ущерба и наличие причинной связи, а на ответчике - отсутствие вины в причинении вреда.
По смыслу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения имущественной ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.
По смыслу приведенного правового регулирования, для возникновения деликтных правоотношений необходимо установить факт причинения вреда, вину лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения этого лица и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред.
При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно положениям статей 931, 935 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.
В соответствии с пунктом 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.
Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (пункт 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 387 Гражданского кодекса Российской Федерации права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона и наступления указанных в нем обстоятельств, в том числе, при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая (подпункт 4 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из содержания приведенных правовых норм следует, что при переходе к страховщику, выплатившему страховое возмещение, права требования происходит перемена лиц в обязательстве на основании закона, в связи с чем страховщик вправе требовать возмещения убытков с лица, ответственного за их причинение.
В силу пункта 1 статьи 1073 Гражданского кодекса Российской Федерации за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.
Указанной правовой нормой устанавливается презумпция виновности родителей (усыновителей), опекунов, обязанных заниматься воспитанием и осуществлять контроль за малолетним.
В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.
Как установлено судом и следует из материалов дела, что согласно свидетельствам о государственной регистрации права, выданным *.*.*, ФИО5 является собственником земельного участка и жилого <адрес> по адресу: <адрес>.
Из дела видно, что *.*.* между ПАО СК «Росгосстрах» и ФИО3 заключен договор страхования, подтвержденный полисом серии 2000 №, страховая премия 3 135 рублей (квитанция об оплате №*.*.* от *.*.*), срок страхования с *.*.* по *.*.*, в части страхования гражданской ответственности полис заключен в пользу других лиц (пострадавших), объекты страхования: - <адрес> по адресу: <адрес>. Факторы увеличения риска: К1 - характер проживания - временный; К2 «Огонь» - наличие в строении встроенных бань/саун и/или оборудования, предназначенного для разведения и поддержания огня.
Материалами дела подтверждено, что *.*.* в 17.41 часов в ОНД и ПР по Устюженскому району от диспетчера ПСЧ-131 поступило сообщение о пожаре в бесхозном строении, жилых домах и бане по адресу: <адрес>.
Собственником жилого <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, является Е.Н.Т.
В тот же день *.*.* в 18.13 часов по прибытию на место пожара установлено, что происходит горение трех жилых дачных домов и бани, расположенных по адресу: <адрес>.
Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что в результате данного происшествия было уничтожено имущество, принадлежащее выгодоприобретателю по страховому полису ФИО5
Так, из содержания страхового полиса следует, что объектом страхования являлось строение, расположенное по адресу: <адрес>, внутренняя отделка и инженерное оборудование на сумму 200 000 рублей, дополнительное строение – баня на сумму 50 000 рублей.
Из акта о гибели, повреждении и утрате строений (квартир), домашнего и/или другого имущества от *.*.* № усматривается, что общий процент обесценения бани и строения с внутренней отделкой и инженерным оборудованием составил 100%.
Согласно расчету реального ущерба № к выплате установлено 250 000 рублей, что составляет полную страховую сумму.
*.*.* ФИО5 по платежному поручению № ПАО СК «Росгосстрах» перечислило страховую сумму в размере 250 000 рублей.
Исходя из части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Из дела следует, что *.*.* дознавателем ОНДиПР по Бабаевскому, Чагодощенскому и Устюженскому районам управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Вологодской области по итогам рассмотрения материалов проверки по сообщению о преступлении по факту пожара, произошедшего *.*.* по адресу: <адрес>, зарегистрированное в ЖРП ОНД и ПР по <адрес> от *.*.* под №, вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 168 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ввиду отсутствия в деянии состава преступления.
Согласно содержанию постановления усматривается, что *.*.* в 17.43 часов диспетчеру ПСЧ-31 поступило сообщение о пожаре в бесхозном строении, жилых домах и бане по адресу: <адрес>. По прибытию на место в 18:13 часов установлено, что происходит горение трех жилых дачных домов и бани.
По информации метеорологической станцией 2 разряда Устюжна (М-2 Устюжна) с 00-00 *.*.* по 24-00 *.*.* на территории Устюженского муниципального района стояла жаркая устойчивая погода, выпало минимальное количество осадков.
*.*.* дознавателем вынесено постановление о назначении пожарно-технического исследования, проведение которого поручено ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Вологодской области» (далее – ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ» по Вологодской области).
Согласно техническому заключению № от *.*.*, составленному экспертом ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ» по Вологодской области, установить техническую причину пожара не представляется возможным. Вероятными причинами возникновения пожара могли послужить: загорание горючих материалов в результате воздействия на них тепла, образовавшегося в процессе протекания пожароопасного аварийного режима работы электрической сети дома; загорание горючих материалов в результате воздействия на них источника открытого огня. Вероятный очаг пожара находился во внутреннем объеме <адрес>.
Из заключения следует, что отвечая на вопрос № о том, где находился очаг возникновения пожара, эксперт в частности учел данные отраженные в протоколе осмотра места происшествия от *.*.*, в том числе показания очевидца З.Е.П., обнаружившей горение в <адрес>, обнаруженный пожар находился на развивающейся стадии, наблюдалось открытое горение внутри <адрес>, позже загорелись другие дома.
Отвечая на вопрос о причине пожара, эксперт проверил несколько версий возможной причины пожара, а именно: - загорание горючих материалов, в результате воздействия на них тепловыделения, образовавшегося в процессе протекания пожароопасного аварийного режима работы в электропроводке либо электрооборудовании; - загорание горючих материалов, в результате воздействия на них источника зажигания малой мощности в виде тлеющего табачного изделия; - загорание горючих материалов, в результате воздействия источника открытого огня.
На основании проведенного исследования сделан вывод о том, что вероятными источниками зажигания могли послужить: тепловое проявление электрического тока при аварийном режиме работы электросети дома, источник открытого огня, однако установить непосредственную техническую причину пожара не представилось возможным.
По итогам рассмотрения материалов проверки дознавателем в постановлении от *.*.* указывается на отсутствие состава преступления и делается вывод о том, что очевидцы места происшествия и собственники жилых домов, чье имущество в результате пожара уничтожено, повреждено огнем, указывают на вероятную причастность несовершеннолетнего ФИО1, *.*.* года рождения, к возникшему пожару, произошедшему *.*.*, в связи с чем вероятной причиной пожара послужило неосторожное использование открытого огня или иного источника повышенной опасности со стороны несовершеннолетнего ФИО1 В виду того, что текст объяснений плохо читабелен, изучить все обстоятельства пожара не представилось возможным.
Материалами дела подтверждено, что согласно заключению эксперта №т от *.*.*, составленному начальником отдела ЭКЦ УМВД России по Вологодской области Г.М.Б., допрошенным в судебном заседании и подтвердившим сделанные им в заключении выводы, на представленных на исследование фрагментах электропроводов, изъятых при осмотре места происшествия по факту возгорания дома, произошедшего *.*.* по адресу: <адрес>, признаков аварийных режимов работы электрооборудования, которые могли послужить причиной пожара, не обнаружено. При этом экспертом отмечено, что на исследование должны были быть представлены фрагменты проводников, изъятых непосредственно из установленного локального места возникновения пожара, само по себе изъятие проводников из дома, является недостаточно информативным.
Возражая против заявленных требований, сторона ответчика указала на отсутствие вины несовершеннолетнего ФИО1 в возгорании строений, неподтвержденность причинно-следственной связи между противоправными действиями ФИО1 и причинением ущерба А.Т.В.
В связи наличием возражений стороны ответчика относительно причин и очага возгорания, в ходе судебного разбирательства определением суда от *.*.* по делу назначена судебная пожарно-техническая экспертиза по определению очага пожара, причины возникновения пожара, проведение которой поручено ФГБУ «Судебно-экспертному учреждению Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Мурманской области» (<адрес>).
Из исследовательской части экспертизы, выполненной экспертом ФГБУ «Судебно-экспертного учреждения Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Мурманской области», составившим заключение эксперта № от *.*.*, следует, что очаг пожара находился под крыльцом <адрес>. Источником объективных данных, отражающих степень и характер термических повреждений, в расстраиваемом случае является протокол осмотра места происшествия от *.*.* (л.д. 234-236 том 2), фотоматериалы с места пожара, представленные фотоприложения к протоколу осмотра места происшествия от *.*.* (л.д. 237-246, том 2).
Анализируя термические повреждения, зафиксированные в данном протоколе осмотра места происшествия и на фотоматериалах, экспертом указано, что в результате пожара <адрес> уничтожен огнем полностью, с западной стороны от <адрес> расположено пожарище с полностью уничтоженным бесхозным строением, с южной стороны от <адрес> расположен <адрес>, сгораемые конструкции которого уничтожены, частично сохранены конструкции пола в виде сильно обугленных бревен, с южной стороны от <адрес> расположен <адрес> имеющий большие повреждения со стороны расположения <адрес>, в основной части <адрес> сохранены стены, кровля уничтожена, стропила и балки сохранены, сильно обуглены, наибольшие повреждения <адрес> наблюдаются в центральной и правой его частях, ближних к дому №, строение бани расположенное к северо-востоку от <адрес> частично сохранилось в нижней части в виде бревен нижних венцов стен.
Наибольшие повреждения наблюдаются в месте расположения пожарищ <адрес> бесхозного строения, где сгораемые предметы и материалы уничтожены полностью, конструкции строений уничтожены огнем по всей площади, фрагментально сохранившиеся обугленные элементы не позволяют выявить какие-либо признаки направленности распространения горения и признаки очага пожара в пределах данных строений. <адрес> значительной степени сохранен, имеются признаки направленности распространения горения выраженные в уменьшающейся их степени от правой к основной его части. Строение бани в значительной степени повреждено огнем, сохранены лишь бревна нижних венцов стен, соответственно большая часть пожарной нагрузки уничтожена огнем, что не дает возможности выявить признаки направленности распространения горения в пределах данного строения.
При исследовании источников субъективных данных, а именно объяснений очевидцев пожара З.Е.П., А.А.В., З.А.Г., ФИО1, Ч.Д.А., Е.В.В., ФИО3 сделан вывод, что очаг пожара находился под крыльцом <адрес>, расположение очага пожара установлено исключительно по показаниям очевидцев, при этом отмечено, что установить расположение очага пожара по результатам анализа объективных данных не представляется возможным ввиду полного уничтожения сгораемых конструкций <адрес>, что привело к нивелированию каких-либо признаков очага пожара и признаков направленности распространения горения.
Отвечая на вопрос о причине пожара, эксперт проверил три версии возможной причины пожара, а именно: - искусственно инициированное горение (поджог); - источник зажигания малой мощности (тлеющего табачному изделию); - тепловое проявление электрического тока при протекании аварийного режима работы электрооборудования.
Эксперт в данном случае определил, что версия искусственно инициированного горения (поджога), не нашла своего подтверждения, поскольку имелся свободный доступ к очагу пожара для посторонних лиц, однако в объяснениях очевидцев, наблюдавших развитие пожара с момента его возникновения, указывается, что каких-либо посторонних лиц возле места возникновения пожара они не видели, однако нельзя исключить ее полностью, поскольку отсутствие рассматриваемых признаков может быть обусловлено нивелированием в ходе пожара, а также в период времени между пожаром и осмотром места пожара (пожар произошел *.*.*, осмотр места происшествия *.*.*).
При этом экспертом обращено внимание на то, что в представленных на исследование материалах, в источниках субъективных данных, имеются указание на то, что несовершеннолетний ФИО1 был замечен со спичками и зажигалкой, в частности в объяснении ФИО6 от *.*.* (л.д. 52-54 том 2) указывается, что она покинула <адрес> около 15.00 часов, в это время возле дома ходил ФИО1, со слов местных жителей его неоднократно замечали со спичками и зажигалкой.
Вместе с тем, в показаниях очевидцев, наблюдавших пожар на ранней стадии его развития, не указывается на факт присутствия ФИО1 возле дома в момент начала пожара.
В этой связи экспертом отмечено, что факт нахождения в тот или иной период времени у кого-либо спичек и зажигалки не дает основания сделать вывод о причине пожара, при невозможности отклонить иные версии, подтвердить рассматриваемую, а также достоверно подтвердить факт инициирования горения конкретно данным лицом горения указанным способом.
Версия теплового проявления электрической энергии при протекании аварийного режима работы электросети (электрооборудования) также не нашла своего подтверждения, поскольку из протокола осмотра места происшествия от *.*.* (л.д. 234-236 том 2) следует, что каких-либо следов протекания аварийных режимов работы электрооборудования на месте пожара не обнаружено. Сделать однозначный и достоверный вывод о том, имелся ли и был ли обесточен участок электросети в очаге пожара на момент пожара не представляется возможным, при этом учитывая степень термических повреждений можно предположить возможность того, что признаки протекания аварийного режима работы электрооборудования могли быть нивелированы или могли быть не обнаружены в ходе осмотра места происшествия. Однако, учитывая отсутствие в данном случае каких-либо достоверно подтвержденных причин пожаров, нельзя исключать ее полностью.
При рассмотрении версии возникновения пожара от источника зажигания малой мощности установлено, что в рассматриваемом случае очаг пожара находился под крыльцом <адрес>, при этом в полу крыльца имелись различные щели и не плотности, через которые туда могли попадать пыль, сухая трава, листва, мусор, подобная пожарная нагрузка склонна к самоподдерживающемуся тлению с последующем возникновением горения. Для того, чтобы в конечном счете тление, инициированное тлеющей сигаретой перешло в пламенное горение нужно, чтобы выделяющееся при тлении тепло накапливалось, если теплопотери в окружающую среду окажутся больше, чем тепловыделение за счет протекающих термоокислительных процессов, тление прекратится, поэтому сигарета должна не только попасть на материал, склонный к самоподдерживающемуся тлению, также должны быть условия аккумуляции тепла в зоне контакта. Достоверно установить наличие данного фактора после пожара не предоставляется возможным. В очаге пожара могли иметься пожарная нагрузка, характерная для рассматриваемого источника зажигания, период скрытого развития горения может соответствовать данному источнику зажигания, при этом какие-либо признаки, указывающие на тлеющее горение и на рассматриваемую версию, отсутствуют. Таким образом рассматриваемая версия не нашла своего подтверждения, однако учитывая отсутствие в данном случае каких-либо достоверно подтвержденных причин пожаров, нельзя исключать ее полностью.
Экспертом в экспертном заключении отражено, что учитывая невозможность достоверно исключить и подтвердить какую-либо из рассмотренных версий о причине пожара, сделать достоверный и обоснованный вывод о причине пожара не представилось возможным.
Отвечая на вопрос об определении, является ли причиной пожара аварийно-пожароопасный режим работы безопасности; выявить следы веществ и выяснить их характеристику экспертом установлено, что всесторонне и полностью рассмотреть версию о причине пожара, связанную с тепловым проявлением электрического тока при протекании аварийного режима работы электрооборудования (электросети), в рассматриваемо случае, не представилось возможным ввиду недостаточности исходных данных.
Разрешая спор, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь приведенными выше нормами материального права, регулирующие спорные правоотношения, установив указанные обстоятельства, оценив заключение эксперта ЭКЦ ЦМВД России по Вологодской области № от *.*.*, техническое заключение ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ» по Вологодской области № от *.*.*, экспертное заключение ФГБУ «Судебно-экспертному учреждению Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Мурманской области» № от *.*.*, в совокупности с другими исследованными по делу письменными доказательствами, в том числе показаниями в суде эксперта Г.М.Б., свидетеля Ч.Д.А., объяснениями сторон, суд приходит к выводу о том, что гражданско-правовая ответственность за причиненный ущерб в результате пожара не может быть возложена на несовершеннолетнего ФИО1 в лице его законного представителя ФИО2, в связи с чем не находит правовых оснований для удовлетворения иска.
Отказывая в удовлетворении иска, оценивая в частности экспертное заключение ФГБУ «Судебно-экспертному учреждению Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Мурманской области» № от *.*.*, из содержания которого усматривается, что экспертом принято во внимание, что в показаниях очевидцев, наблюдавших пожар на ранней стадии его развития, не указывается на факт присутствия ФИО1 возле дома в момент начала пожара, в этой связи факт нахождения в тот или иной период времени у кого-либо спичек и зажигалки не дает основания сделать вывод о причине пожара и достоверно подтвердить факт инициирования горения конкретно данным лицом, суд находит, что данное заключение в полном объеме отвечает требованиям статей 55 и 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласуется с иными письменными доказательствами и объяснениями сторон, в связи с чем не усматривает оснований сомневаться в его достоверности.
При этом суд принимает во внимание, что названное выше заключение составлено экспертом, обладающим длительным стажем работы и специальными познаниями, уполномоченными представлять данный вид доказательств, кроме того, в целом согласовывается с выводами технического заключения ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ» по Вологодской области № от *.*.* и не противоречит содержанию экспертного заключения ЭКЦ УМВД России по Вологодской области №т от *.*.* о том, что установить непосредственную техническую причину пожара не представилось возможным.
При таком положении, суд в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принимает указанные выше экспертное заключение № от *.*.* как допустимое и достоверное доказательство.
Вместе с тем, совокупность исследованных судом доказательств, не подтверждает наличие вины несовершеннолетнего ФИО1 в причинении ущерба ФИО5, причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ФИО1 и причиненным ущербом в материалах дела отсутствует, в связи с чем само по себе указание в постановлении от *.*.* об отказе в возбуждении уголовного дела, предусмотренного статьей 168 УК РФ, по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ввиду отсутствия в деянии состава преступления, на то, что имеется вероятностная причастность несовершеннолетнего ФИО1 к возникшему пожару, не может быть безусловным основанием для возложения на последнего ответственности за причиненный вред.
Как указывалось выше, и что подтверждается, в том числе указанными заключениями экспертов, согласно которым сделать достоверный и обоснованный вывод о причине пожара, произошедшего *.*.* в <адрес> не представляется возможным.
При этом из самого постановления усматривается, что дознаватель, указывая на то, что вероятной причиной пожара послужило неосторожное использование открытого огня или иного источника повышенной опасности со стороны несовершеннолетнего ФИО1, между тем отмечает, что в виду того, что текст объяснений плохо читабелен, изучить все документы не представилось возможным.
Кроме того, эксперт в данном случае определил, что версия искусственно инициированного горения (поджога), не нашла своего подтверждения, поскольку имелся свободный доступ к очагу пожара для посторонних лиц, однако в объяснениях очевидцев, наблюдавших развитие пожара с момента его возникновения, указывается, что каких-либо посторонних лиц возле места возникновения пожара они не видели.
Таким образом, исходя из пояснений очевидцев, собственников жилых домов, чье имущество в результате пожара было повреждено, обстоятельства пожара известны последним исключительно после возникновения пожара, непосредственно самого момента возникновения возгорания никто из опрошенных в ходе расследования не видел, как и не наблюдал кто-либо лично действий несовершеннолетнего ФИО1 вследствие которых возникло возгорание строений.
При таком положении, поскольку факт нарушения прав истца со стороны ответчика в судебном заседании установлен не был, суд не находит оснований для удовлетворения требований ПАО СК «Росгосстрах» о возмещении ущерба в порядке суброгации, и соответственно правовых оснований для удовлетворения производных требований о взыскании судебных расходов.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» к законному представителю несовершеннолетнего ФИО1 - ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Печенгский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья: А.Г. Попов