Судья Кононов И.О.

Номер дела присвоенный: судом первой инстанции - 2-293/2023, судом апелляционной инстанции - 33-3-8545/2023.

УИД 26RS0016-01-2023-000207-32.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 сентября 2023 года г. Ставрополь

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

судьи-председательствующего Трушкина Ю.А.,

судей: Киселева Г.В., Шетогубовой О.П.,

при секретаре судебного заседания Кузьмичевой Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1, поданной представителем на основании доверенности ФИО2 на решение Кировского районного суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года

по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 и ФИО4 о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки,

заслушав судью-докладчика Киселева Г.В.,

установила:

13 февраля 2023 года ФИО3 обратилась в Кировский районный суд Ставропольского края с данным исковым заявлением, указав, что является дочерью ФИО4, которая 21 февраля 2013 года заключила с ФИО1 с согласия его законного представителя договор дарения жилого дома и земельного участка по адресу: Ставропольский край, Кировский район, ст. Марьинская, ул. ФИО22, «» принадлежащих ей на праве собственности. Указанный договор является недействительным в связи с неспособностью ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими в силу наличия ряда заболеваний, диспансерного учёта у психиатра. Подаренное её матерью недвижимое имущество является единственным жильем ФИО3, что свидетельствует о злоупотреблении со стороны ФИО5 при совершении сделки дарения с целью причинения вреда ФИО4 После заключения договора дарения ФИО1 и его законный представитель ФИО5 создали для матери ФИО3 невыносимые условия проживания с целью вынуждения переезда из жилого дома, подаренного им. В апреле 2022 года в ходе очередного скандала между родственниками по факту невозможного проживания матери ФИО3 в своем доме, установлено, что дом и земельный участок ФИО4 перешёл в собственность ФИО1 по договору дарения от 21 февраля 2013 года, но мать ФИО3 пояснила, что не помнит факта дарения своего дома и земельного участка, дом считает своим, проживает в нём и намерена проживать и дальше. Так как мать ФИО3 страдает психическим заболеванием, в момент дарения своего имущества не могла понимать значение своих действий и руководить ими, дарение её имущества произошло с пороком её воли, что влечёт недействительность данной сделки. Просила суд признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка по адресу: Ставропольский край, Кировский район, ст. Марьинская, ул. ФИО22, д. «», заключенный 21 февраля 2013 года между ФИО4 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки (л.д.8-10).

Определением Кировского районного суда Ставропольского края от 17 марта 2023 года по делу назначена судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая психиатрическая больница №1» по адресу: <...> д. «». Производство по гражданскому делу приостановлено до получения результатов экспертизы (л.д.69-72).

06 мая 2023 года в Кировский районный суд Ставропольского края из ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая психиатрическая больница №1» поступило заключение эксперта №663 от 19 апреля 2023 года (л.д.117-122).

Определением Кировского районного суда Ставропольского края от 16 мая 2023 года производство по гражданскому делу возобновлено (л.д.116).

Обжалуемым решением Кировского районного суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО1 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки удовлетворены. Признан договор дарения жилого дома общей площадью 114,1 кв.м. с КН «» по адресу: <...> д. «» и земельного участка общей площадью 1532 +/- 14 кв.м. с КН «», заключенный между ФИО4 и ФИО1 недействительным. Применены последствия недействительности сделки: прекращено право собственности ФИО1 на жилой дом общей площадью 114,1 кв.м. с КН «» по адресу: <...> д. «» и земельный участок общей площадью 1532 +/- 14 кв.м. с КН «». Возвращены в собственность ФИО4 жилой дом общей площадью 114,1 кв.м. с КН «» по адресу: <...> д. «» и земельный участок общей площадью 1532 +/- 14 кв.м. с КН «» (том 2 л.д.41-49).

В поданной 31 июля 2023 года апелляционной жалобе ответчик ФИО1 в лице представителя на основании доверенности ФИО2 просит решение Кировского районного суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года отменить, указав, что обжалуемое решение суда является незаконным и необоснованным. Выводы суда не основаны на объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств. Обстоятельства, имеющие юридическое значение при рассмотрении дела, установлены судом неправильно. При рассмотрении данного гражданского дела, судом нарушены нормы материального и процессуального права. Суд рассмотрел данное гражданское дело необъективно. При подаче данного искового заявления, истцом пропущен установленный законом срок исковой давности. Доказательств того, что истец не являющейся стороной сделки узнал о нарушении своего права в апреле 2022 года, материалы дела не содержат, истцом не представлено. Заключение эксперта №663 от 19 апреля 2023 года, положенное в основу обжалуемого решения суда является недопустимым доказательством по данному гражданскому делу (том 2 л.д.60-64).

11 августа 2023 года от истца ФИО3 поступили возражения на апелляционную жалобу, в которых истец просит решение суда оставить без изменения, доводы апелляционной жалобы без удовлетворения, приведя доводы, изложенные в исковом заявлении, а также указав, что обжалуемое решение суда является законным и обоснованным. Выводы суда основаны на объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств. Обстоятельства, имеющие юридическое значение при рассмотрении дела, установлены судом правильно. Суд правомерно удовлетворил заявленные исковые требования истца (том 2 л.д.71-74).

Исследовав материалы гражданского дела №2-293/2023, обсудив доводы изложенные в апелляционной жалобе, в поступивших относительно доводов апелляционной жалобы возражениях, заслушав представителя ответчика ФИО1 на основании доверенности ФИО6, поддержавшую доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО3 на основании доверенности ФИО7, поддержавшую доводы возражений, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что оснований для отмены решения суда и удовлетворения доводов апелляционной жалобы нет.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 обратилась в суд с данным исковым заявлением, в котором просила признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка по адресу: Ставропольский край, Кировский район, ст. Марьинская, ул. ФИО22, д. «», заключенный 21 февраля 2013 года между ФИО4 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки. ФИО8, является дочерью ФИО4 Не являясь при стороной оспариваемого договора дарения недвижимого имущества, указывает на наличие правового интереса в его оспаривании, указывая, что правовые последствия удовлетворения иска повлекут возникновение у неё права на наследстве по закону, а при наличии иных наследников первой очереди - права на долю в наследственном имуществе. 21 февраля 2013 года между ФИО4 и ФИО1, действующего с согласия своего законного представителя ФИО5, заключен договор дарения принадлежащего на праве собственности ФИО4 жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: Ставропольский край, Кировский район, ст. Марьинская, ул. ФИО22, д. «» в зарегистрированный в установленном законом порядке 13 марта 2013 года. В обоснование доводов ФИО3 указала, что ФИО4 страдает серьезными психическими заболеваниями, в связи с чем состоит на диспансерном учёте у врача психиатра с 01 октября 1994 года с диагнозом: паранаидальная шизофрения, является инвалидом второй группы бессрочно, что подтверждается справкой врача-психиатра от 15 ноября 2022 года, справкой МСЭ от 16 мая 2000 года. На дату заключения договора дарения 21 февраля 2013 года ФИО4 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Для проверки указанных доводов, по ходатайству истца определением суда от 17 марта 2023 года по делу назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая психиатрическая больница №1». В соответствии с заключением судебно-психиатрической комиссии экспертов от 19 апреля 2023 года №663, ФИО4 в настоящее время страдает и страдала в юридически значимый период 21 февраля 2013 года хроническим психическим расстройством в форме шизофрении параноидной, с 1992 имела приступы психотических состояний шизофренической структуры с бредом, слуховыми и обонятельными галлюцинациями, аффективной напряженностью, что сопровождалось нелепостями в поведении и значительном нарушении критических функций. По этому поводу с 1992 состоит на учёте у врача-психиатра, определена вторая группа инвалидности по этому заболеванию бессрочно. В 2010 года при осмотре врачом-психиатром, у ФИО4 отмечался стойкий дефект в эмоционально-волевой сфере, что свидетельствует как о выраженности, так и о необратимости изменений психики. Во время заключения договора дарения 21 февраля 2013 года ФИО4 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции обоснованно принял указанное заключение судебной экспертизы в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства, указав, что судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84-86 ГПК РФ, эксперты, проводившие экспертизу, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение экспертов составлено ими в пределах своей компетенции, эксперты имеют соответствующую квалификацию, ссылки на которую имеются в экспертном заключении. заключение содержит подробное описание проведенных исследований, их результаты с указанием примененных методов, и ответы на поставленные судом вопросы. Выводы экспертов ясные, полные и обоснованные, сделаны при всесторонне проведенном исследовании материалов дела и медицинской документации, не противоречащими исследовательской части заключения. Доказательств несостоятельности выводов судебной экспертизы или некомпетентности экспертов ее проводивших и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено. Доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данного заключения, сторонами также не представлено. Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что представленное стороной ответчика ФИО1 заключение специалиста (рецензию) не опровергает достоверность проведенной в рамках настоящего дела судебной экспертизы, является мнением лица, не привлеченного в качестве специалиста к участию в деле, и доказательственной силы не имеет, фактически в рецензии дается оценка заключению судебной экспертизы, однако согласно положениям ст.5, ч.1 ст.67, ч.1 ст.196 ГПК РФ только суду принадлежит право оценки доказательств при разрешении гражданских дел и принятии решения, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в материалах дела доказательств в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами. Представленное в дело заключение специалиста не свидетельствует о недостоверности заключения судебной экспертизы. Ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы сторонами не заявлялось. Судебная коллегия полагает, что заключение специалиста №029/23 от 23 мая 2023 года, выполненное специалистом АНО «МЦЭС» ФИО9, не может быть принято в качестве надлежащего доказательства, свидетельствующего о несостоятельности выводов заключения от 19 апреля 2023 года №663, выполненного судебно-психиатрической комиссией экспертов ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая психиатрическая больница №1». В силу требований закона специалист не наделён полномочиями и по оценке доказательств. Специалистом ФИО9, в отличие от комиссии экспертов ФИО10, ФИО11, ФИО12, не исследовались материалы дела, относящиеся к предмету экспертной оценки. Заключением судебно-психиатрической комиссии экспертов от 19 апреля 2023 года №663 оценивалось судом первой инстанции в совокупности с другими исследованными доказательствами, и им не противоречит. Разрешение вопроса о необходимости назначения судебной экспертизы относится к оценке судом доказательств, в том числе, с точки зрения их полноты и достаточности, наличия или отсутствия необходимости использования специальных познаний, неполноты или противоречий в результатах предыдущих, в том числе досудебных, исследований специалистов. Суд первой посчитал, что заключение специалиста №029/23 от 23 мая 2023 года не может быть принято в качестве доказательства по делу, и привёл основания, по которым не посчитал возможным принять его в качестве доказательства, отвечающего требованиям статей 55, 59, 60 ГПК РФ. Применительно к вышеизложенному суд первой инстанции не посчитал необходимым разрешать вопрос о назначении по делу экспертизу, полагая представленные сторонами в условиях состязательности процесса доказательства достаточными, и дал им оценку в соответствии с требованиям ст.67 ГПК РФ. Суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям свидетелей: ФИО13 пояснившей, что знакома с истцом и ответчиком, поддерживает дружеские отношения. Относительно недавно, она находилась в гостях у истца и слышала, как та ругалась по телефону с ответчиком, относительно жилого дома. После смерти сына ФИО4 не понимала, что он умер, в связи с болезнью продолжала искать его. Свидетель ФИО14 показала, что в 2022 году из разговора между ФИО15 и ФИО16 она понимала, что ФИО15 стало известно о дарственной, и она высказывала свое недовольство по данному вопросу. Состояние ФИО4 было неадекватно с 2013 года по настоящее время. Свидетель ФИО17, показала, что ФИО4 знает давно с 2005 года, знает, что у неё есть психическое расстройство, еще до смерти Андрея. После смерти стало хуже, она ходила по улице, приходила и к ним, искала Андрея. Спрашивала где он. Она помогала ФИО4 оплачивать коммунальные платежи картой ФИО4 Свидетель ФИО18 показала, что 10-13 лет назад она составляла договор дарения. Приходила ФИО15, просила, чтобы дарственную сделали. Она на тот момент говорила, зачем на маленького ребенка это делать. Но ее никто не слушал. Они все были, когда подписывался договор. За эти все годы никто к ней не подходил из них и не говорил, что этот договор недействительный, что мама страдает шизофренией. Вот недавно позвонила ФИО15 и сказала, что необходимо подтвердить, что мама шизофренией страдала, на что она ей ответила, что не будет принимать никакую сторону. Она договор составила, вины её нет, никто из них на тот момент ничем не страдал и понимал, что делает. Свидетель ФИО19 показал суду, что работает в магазине и к ней приходила ФИО4 Сомнений в ее адекватности не возникало. Свидетель ФИО20 показал суду, что является участковым полиции по месту проживания истца и ответчика. Он с ними знаком и поддерживает приятельские отношения. Ему известно, что данный дом был подарен ФИО1 В 2017-2018, на одном из застолий ему об этом стало известно. Истец ФИО3 также была осведомлена об этом изначально. В целом об этом факте было известно всей ст. Марьинской. Свидетель ФИО21 показал суду, что летом когда бабушка жила у ФИО1 по ФИО22 «», у него с ней состоялся диалог, когда он приехал чинить свой автомобиль, она общительная, она сказала, что переехала жить к своему внуку поругалась с дочерью, муж дочери был против, чтобы она там жила. Он не раз заезжал туда, видел её, с ноября месяца, она говорила, что в доме ведется ремонт. Она рассказывала, что потеряла мужа, сына, после смерти сына она подарила дом Сергею, чтобы дом был у Сергея, хотела, чтобы у хозяина дома были те же инициалы ФИО1 Свидетель ФИО23 показала, что с 2000 годов знает истца и ответчиков. На застольях вопрос о принадлежности дома никогда не поднимался. Состояние здоровья ФИО4, а именно наличие заболевания, было всем известно. Свидетель ФИО24 показала суду, что с конца 90-х годов поддерживает дружеские отношения с участниками процесса, принимала участие в застольях, на которых вопрос о принадлежности дома никогда не поднимался. Свидетель ФИО25 показала суду, что Когда ФИО4 в 2022 году была у ФИО3, поясняла, что осталась без дома. Ответчик ФИО1 сказал ей, что «она никто и ничто». Свидетель ФИО26, показала суду, что в сентябре 2022 года, соседка рассказала, что к ФИО4 приезжала скорая, она позвонила Милане, та ей рассказала, что маму забрала, вызывала скорую маме. Они пришли с соседкой, бабушка лежала, не ходила, была в опрелостях. Бабушка сказала, что осталась без дома, внук сказал, что, «ты здесь ни кто, и тебе ни чего не принадлежит». По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что к показаниям свидетелей о том, что ФИО4 в момент заключения договора дарения была вполне дееспособна, все понимала и желала подарить свою недвижимость внуку, а также и об обратном, суд относится критически, поскольку указанные свидетели не обладают специальными познаниями в области психиатрии, являются родственниками и друзьями участников процесса, тем самым заинтересованы в исходе дела в пользу ответчика, как и к показаниям свидетеля ФИО18 о том, что при составлении договора ФИО4 осознавала характер своих действий. Данную сделку свидетель запомнил, произошедшую более 10 лет назад в подробностях, но конкретно не смог пояснить причины, в связи с чем данный договор стал таким памятным событием. С учётом установленных обстоятельств, представленных сторонами в условиях состязательности процесса доказательств, положений п.1 ст.166, статей 167, 177, п.2 ст.1, ст.209, п.2 ст.218, п.1 ст.572 ГК РФ суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что на момент подписания оспариваемого договора дарения жилого дома и земельного участка от 21 февраля 2013 года ФИО4 была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем заявленные требования истца ФИО3 о признании договора дарения, заключенного 21 февраля 2013 года между ФИО4 и ФИО1 в отношении жилого дома и земельного участка, расположенных по ул. ФИО22, д. «» в ст. Марьинская Кировского района Ставропольского края подлежат удовлетворению. Так как оспариваемый договор дарения признан недействительным, решение суда является основанием для погашения записи о праве собственности ФИО1 в отношении жилого дома и земельного участка, расположенных по ул. ФИО22, д. «» в ст. Марьинская Кировского района Ставропольского края, и внесению записи о праве собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенных по ул. ФИО22, д. «» в ст. Марьинская Кировского района Ставропольского края в порядке применения последствий недействительности сделки. Суд первой инстанции указал, что в ходе рассмотрения дела по существу, стороной ответчика заявлено о применении судом последствий пропуска истцом срока исковой давности для оспаривания договора дарения от 21 февраля 2013 года в виде отказа в удовлетворении исковых требований. Заявляя требование о признании указанного договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, истец ФИО3 указала, что о наличии оспариваемого договора ей стало известно в апреле 2022 года, во время инцидента с родственниками, а её мать ФИО4 вообще не понимает, что подарила свое единственное имущество. Суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что довод истца ФИО3 о том, что подписание ФИО4 договора дарения от 21 февраля 2013 года было обусловлено её крайне болезненным состоянием, в результате которого она не мог осознавать своих действий, подтверждён материалами дела. Доводы стороны ответчика ФИО1 о том, что истец ФИО3 и ФИО4 достоверно знали, что ФИО4 подарила своё жильё внуку, материалами дела не подтверждается. С учётом положений п.2 ст.199, п.2 ст.181 ГК РФ суд первой инстанции правомерно посчитал, что довод ответчика ФИО1 о том, что при предъявлении настоящего иска истцом пропущен срок исковой давности, является несостоятельным, так как истец стороной оспариваемого договора не являлась, а даритель ФИО4 по своему психическому состоянию как во время заключения договора дарения, так и после заключения указанного договора дарения осознавать его наличие и возможность его оспаривания в судебном порядке не могла.

В соответствии с положениями ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положений ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч.1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч.2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч.3).

С учётом приведённых норм закона, суд первой инстанции при рассмотрении заявленных исковых требований обоснованно принял во внимание те доказательства, которые были представлены сторонами при рассмотрении данного гражданского дела, и вынес законное и обоснованное решение.

По мнению судебной коллегии, доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1 направлены на переоценку обстоятельств, установленных и исследованных судом первой инстанции в соответствии с положениями статей 12, 56, 67 ГПК РФ, не содержат фактов, не проверенных и не учтённых судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Руководствуясь статьями 327, 327.1, п.1 ст.328, ст.329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО3 (паспорт «») к ФИО1 (паспорт «») и ФИО4 (паспорт «») о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО1 без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления, с подачей жалобы в кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Судья-председательствующий

Судьи: