Дело № 2а-2288/2023 УИД № 23RS0050-01-2023-002375-46
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Темрюк 07 сентября 2023 года
Темрюкский районный суд Краснодарского края в составе:
председательствующего судьи Назаренко С.А.,
при секретаре судебного заседания Беловой Я.О.,
с участием: административного истца ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному иску ФИО1 к уполномоченному участковому полиции отдела полиции по Темрюкскому району ФИО2 о признании незаконными требований сотрудника полиции,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 обратился в суд с административным иском, в котором просит признать незаконными действия, выразившиеся в требованиях уполномоченного участкового полиции отдела полиции по Темрюкскому району ФИО6 о запрете административному истцу ФИО3 аудио и видеозаписи в здании отдела ОМВД РФ по <адрес>.
В обоснование своих требований административный истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ. по приглашению старшего уполномоченного участкового полиции отдела полиции по <адрес> ФИО4, он был приглашен ДД.ММ.ГГГГ в МОП административного участка полиции для дачи пояснения по сообщению об административном правонарушении. ДД.ММ.ГГГГ, находясь в здании, в помещении на проходной, сотрудник полиции ФИО6 увидела на ФИО3 повешенный нашейный ремень с фотоаппаратом и узнала, что он ведет видеозапись, о чем ФИО3 заранее сообщил, в результате чего произошла конфликтная ситуация, выраженная в том числе, требованиях административного ответчика по запрету ведения видеозаписи в здании и помещении полиции. ФИО6 в обоснование своих требований ссылалась на акты начальника отдела полиции, главного управления и постановления правительства, однако, предоставить их для ознакомления и указания конкретного пункта нарушения законодательства и обоснования её законных требований и в части их не выполнения - отказалась, не мотивируя свой отказ нормами права. При этом, видеозапись велась в публичном месте на проходной, при общении с сотрудником полиции и не велась там, где она запрещена.
Административный истец считает, что законность его действий подтверждена решением Темрюкского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, которым определение УУП ОУУП и ПНД ОМВД России по <адрес> ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ № об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, в отношении ФИО3, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, за отсутствием состава административного правонарушения – оставлено без изменения, а жалобу ФИО3 - без удовлетворения.
В связи с изложенными обстоятельствами, ФИО3 обратился в суд с настоящим административным иском.
Административный истец ФИО3 в судебном заседании предъявленный административный иск поддержал, заявленные требования просил удовлетворить в полном объёме, ссылаясь на те же обстоятельства, а также на доводы, изложенные в уточнённом иске.
Административный ответчик - уполномоченный участковый полиции отдела полиции по Темрюкскому району ФИО6, в судебное заседание не явилась, в поступившем в суд заявлении просит отложить рассмотрение дела на другую дату, в связи с необходимостью подготовки возражений на уточнённый иск. В ранее поступивших в материалы дела письменных возражениях просит в удовлетворении требований ФИО3 отказать полностью.
Суд, выслушав участников процесса и исследовав материалы дела, находит административное исковое заявление ФИО3 подлежащим удовлетворению, по следующим основаниям.
Согласно ч. 1 ст. 218 КАС РФ, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.
В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 62 КАС РФ, лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом. Обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.
Согласно ч. 2 ст. 64 КАС РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.
Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, решением Темрюкского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, определение УУП ОУУП и ПНД ОМВД России по <адрес> ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ № об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, в отношении ФИО3, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, за отсутствием состава административного правонарушения – оставлено без изменения, а жалоба ФИО3 - без удовлетворения.
<адрес>
В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В ходе мониторинга сети «Интернет», на официальном сайте Главного управления МВД РФ по <адрес>, caйте отдела полиции по <адрес>, сайте администрации <адрес>, сайте Правительства РФ, сайте администрации Президента РФ и сайте Главного управления МВД РФ - отсутствуют какие-либо принятые нормативно-правовые акты по факту запрета ведения видеозаписи в здании полиции, кроме мест содержания административных задержанных, лиц находящихся под стражей до вступлении приговора в законную силу, комнаты хранения оружия и помещения с личными делами сотрудников внутренних дел, помещений здания отдела полиции, кроме перечисленных - не содержат запрета на реализацию прав на сбор доказательств о деятельности полиции.
Ведомственная инструкция, на которую ссылалась ФИО6, разработана для служебного пользования сотрудниками полиции, но не для граждан, правозащитников, юристов и адвокатов, следующих в здание полиции для оказания юридической помощи подзащитным, дачи объяснений по поданным им заявлениям, реализации их прав, предусмотренными положениями КоАП РФ и УПК РФ (права привлекаемых лиц к административной ответственности, прав потерпевших, прав подзащитных, прав привлекаемых лиц и прав обвиняемых). Изложенная позиция также нашла своё отражение и в Кассационном Определении Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-КА19-2. Следовательно, в системе действующего правового регулирования оспариваемое законоположение, на которую ссылалась ФИО6, не может служить основанием для установления должностными лицами полиции запрета ведения аудио и видеозаписи в административном здании органов внутренних дел с мобильными телефонами, фотоаппаратами имеющими функции аудио- и видеофиксации, а также выхода в информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», что не препятствует должностным лицам, осуществляющим контрольно-пропускной режим, определять возможность использования соответствующих функций телефона, фотоаппарата при реализации их прав на получение информации, гарантированных статьями 24 и 29 Конституции РФ. Придание оспариваемому законоположению в системе действующего правового регулирования иного смысла, допускающего необоснованное воспрепятствование проходу граждан с целью дальнейшего запрета на получение ими информации вопреки их перечисленным правомочиям - в административные здания органов внутренних дел с мобильными телефонами, фотоаппаратами не имеющими функции аудио- и видеофиксации, а также выхода в информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», приводило бы к произвольному, не имеющему законных оснований, ограничению конституционного права на получение информации, затрагивающих их права и свободы, как сбор доказательств по своим делам, обращениям, сообщениям и по делам, в которых они являются заинтересованными лицами.
Конкретная ссылка ФИО6 на Инструкцию «О пропускном режиме и охране административного здания отдела полиции по <адрес>» не может быть применима к событию ДД.ММ.ГГГГ, так как сведения об официальной её регистрации и утверждении в Министерстве Юстиции РФ, в Главном управлении МВД РФ и Правительстве РФ - не опубликованы, то есть не имеет никакой юридической силы и не является нормативно-правовым актом, обязательным для исполнения.
Ссылка на то, что ФИО6 действовала в рамках обеспечения безопасности и антитеррористической защищённости здания органа внутренних дел, соблюдения государственной и иной охраняемой законом тайны, также не обоснована.
<адрес>
Таким образом, законодательство административным истцом не было нарушено, так как его посещение в отдел полиции не связывало посещение отдельных помещений отдела полиции, носящих статус режимности и пропускного статуса основания к отдельным категориям лиц. Какой-либо закон РФ ФИО3 не нарушал, руководствовался положениями ст.ст. 24, 29 Конституции РФ и положениями законодательства РФ.
В силу пункта 3 части 1 статьи 27.1 и статьи 27.7 КоАП Российской Федерации личный досмотр и досмотр вещей, находящихся при физическом лице, являются мерами обеспечения производства по делу об административном правонарушении и при необходимости осуществляются в целях обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения должностными лицами, указанными в его статьях 27.2 и 27.3, в том числе сотрудниками органов и учреждений уголовно-исполнительной системы. Задокументированные результаты досмотра могут использоваться при привлечении к ответственности за передачу либо попытку передачи запрещенных предметов лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы или изоляторах временного содержания (статья 19.12 указанного Кодекса).
Таким образом, действия ФИО3 по факту ведения видеозаписи на проходной в конкретном помещении отдела полиции не являлись предметом предъявления административному истцу требований ФИО6 по настоящему делу в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования на её основе решается вопрос о необходимости письменного оформления оснований, хода и результатов досмотра вещей и одежды при посещении им места содержания под стражей для выполнения своих гражданских обязанностей по сбору доказательств относительно его прав и свобод, в том числе ссылка ФИО6 на конкретный пункт Инструкции, которая могла быть применима к конкретному федеральному закону.
Данные требования, предъявленные истцу ФИО6, как это вытекает из статей 21, 22, 45 и 46 Конституции Российской Федерации, должны отвечать критериям правовой определенности, точности и недвусмысленности, предусматривать гарантии личной неприкосновенности и уважения человеческого достоинства, что предполагает обеспечение каждому, считающему свои права нарушенными их применением, государственной защиты, в том числе судебной.
Устанавливая и применяя режимные требования для предупреждения возможных злоупотреблений и угроз безопасности, необходимо учитывать конституционное значение сбора доказательств по делам, кем могут являться заявители, с тем, чтобы возможность сбора доказательств, получение помощи по ней, не ставилась под сомнение.
Согласно пункту 6 части второй статьи 29 УПК Российской Федерации только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения о производстве личного обыска, за исключением случаев, предусмотренных статьей 93 данного Кодекса, которая, в свою очередь, закрепляет, что подозреваемый может быть подвергнут личному обыску в порядке, установленном статьей 184 данного Кодекса.
Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, проведение осмотра и экспертизы с целью получения имеющей значение для уголовного дела информации, находящейся в электронной памяти абонентских устройств, изъятых при производстве следственных действий в установленном законом порядке, предполагает вынесение об этом специального судебного решения. Лица же, полагающие, что проведение соответствующих следственных действий и принимаемые при этом процессуальные решения способны причинить ущерб их конституционным правам, в том числе праву на тайну переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, могут оспорить данные процессуальные решения и следственные действия в суд в порядке, предусмотренном статьей 125 УПК Российской Федерации (определения от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О и от ДД.ММ.ГГГГ №-О).
Тем самым, действия ФИО3 по ведению видеозаписи в здании полиции были обусловлены тем, что предъявляя встречные требования о соблюдении ФИО6 положений КоАП РФ, УИК РФ и УПК РФ, права истца как личности гражданина защищены общими (другими) гарантиями законности и обоснованности осуществления уголовного преследования, а конфиденциальность переговоров и сообщений обеспечивается самим лицом, как обладателем находящейся под его контролем информации.
Между тем, административный ответчик ФИО6 не указала конкретные причины и не отразила в своём рапорте основания предъявления истцу перечисленных требований, в том числе, учитывая, что его цель посещения отдела полиции не являлась целью посещения камеры следственного изолятора, камеры содержания подозреваемых и заключенных, и остальных помещений отдела полиции, в отношении которых и требовалось получение разрешения начальника полиции или начальника следственного отдела, судьи на ведение видео-, аудиозаписи.
К мерам по обеспечению режимных требований относится контроль (досмотр с составлением мотивированного протокола) при входе и выходе с территорий мест содержания под стражей, в том числе в целях обнаружения и изъятия - в частности у адвокатов, посетителей, граждан и юристов - тех предметов, веществ и продуктов питания, которые запрещены к хранению и использованию подозреваемыми и обвиняемыми.
Для обеспечения пропускного режима оборудуется проходной коридор, в котором для пресечения попыток доставки осужденным и лицам, содержащимся под стражей, оружия и других запрещенных предметов устанавливаются приборы контроля и досмотра (включая стационарные металлодетектор и рентгеноскоп), информация от которых (в том числе об обнаружении запрещенных предметов) получается и записывается интегрированной системой безопасности (пункты 23 и 27 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №). Осуществляемый с помощью таких приборов контроль (досмотр), как элемент пропускного режима и условие допуска посетителей на территорию учреждения уголовно-исполнительной системы, проводится, по существу, с согласия этих лиц, которые вправе отказаться от посещения соответствующего учреждения и тем самым от прохождения такого контроля (досмотра). Поскольку такой контроль (досмотр) рассчитан как на вход, так и на выход посетителей, они во всяком случае должны осознавать, что к ним и при выходе применяются специальные средства контроля. Входя на контрольно-пропускной пункт, посетители конклюдентно дают согласие и на последующий, осуществляемый при выходе с территории, аналогичный по содержанию и средствам контроль (досмотр). Основанием для данной административно-предупредительной меры является сам факт прохождения контрольной зоны (контрольно-пропускного пункта).
Однако, само посещение проходной задания полиции не является никаким режимным объектом, какая-либо информация, носящая строгий запрет ведения видео и аудио записи на проходной КПП - не имеется, что следует из самой видеозаписи, представленной в суд, требования административного ответчика о конкретном запрете ведения видеозаписи в этом помещении не обусловлены никаким приказом начальника полиции или его заместителя.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что какие-либо требования законодательства РФ ФИО3 не нарушал, неповиновение ФИО6 не оказывал, а требования, предъявленные ему ФИО6, в том числе обвинения в нарушении закона, являются не состоятельными и не доказаны административным ответчиком.
При изложенных обстоятельствах, суд находит требования ФИО3 законными и обоснованными.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд,
РЕШИЛ:
Административное исковое заявление ФИО1 к уполномоченному участковому полиции отдела полиции по Темрюкскому району ФИО2 о признании незаконными требований сотрудника полиции - удовлетворить.
Признать незаконными требования уполномоченного участкового полиции отдела полиции по Темрюкскому району ФИО6 о запрете административному истцу ФИО3 аудио и видеозаписи на проходной в здании отдела ОМВД РФ по Темрюкскому району.
Решение суда может быть обжаловано в суд апелляционной инстанции в Краснодарский краевой суд, путем подачи апелляционной жалобы через Темрюкский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий: С.А. Назаренко
Мотивированное решение суда изготовлено 14.09.2023г.