2-245/2023

50RS0052-01-2022-007218-46

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 марта 2023 года г.Щёлково Московской области

Щелковский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Савиной Е.В.,

при секретаре судебного заседания Зарубиной А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО12 к ФИО1 ФИО13 об обязании не чинить препятствия в пользовании газопроводом, обязании демонтировать металлический забор,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 об обязании не чинить препятствия в пользовании газопроводом, обязании демонтировать металлический забор. Исковые требования мотивировала тем, что является собственником изолированной части жилого дома и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>. К указанной части жилого дома в 2006 году подведен подземный газопровод низкого давления, собственником которого является истец. Ответчик ФИО4 является собственником смежного земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. До ноября 2021 года между земельными участками истца и ответчика располагался деревянный забор, в последующем ответчик в охранной зоне газопровода на месте деревянного забора возвел металлический капитальный забор на расстоянии 0,5м от газопровода истца, что препятствует в безопасной эксплуатации газопровода, нарушает права истца. Руководствуясь положениями п.6 ст.105 Земельного кодекса РФ, ст.12, 304 Гражданского кодекса РФ, ст.ст.2,28 Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации»; Правил охраны газораспределительных сетей, утвержденных постановлением Правительства РФ от 20.11.2000 № 878, истец просит суд обязать ФИО4 не чинить препятствия в пользовании и обслуживании газопровода низкого давления, обязать ФИО4 демонтировать металлический забор, установленный ею в охранной зоне газопровода.

В судебном заседании истец и её представитель по доверенности ФИО5 заявленные требования поддержали, утверждали, что спорный металлический забор установлен ответчиком с нарушением охранной зоны газопровода после прокладки газопровода. На вопросы суда пояснили, что смежную границу между земельными участками сторон не оспаривают, настаивают на перемещении забора ответчика на расстояние не менее 1 метра от газопровода.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, её представители по доверенности ФИО6, ФИО7 против удовлетворения иска возражали. Свою позицию мотивировали тем, что забор между земельными участками сторон из металлического профнастила установлен в 2002 году. В 2021 году ответчик выполнил ремонтные работы по замене листов профнастила на ранее установленных столбах. Истец в 2006 году при проведении работ по прокладке газопровода не согласовал расстояния с ответчиком, самостоятельно расположил его близко к забору ответчика, установленному по границе земельного участка с кадастровым номером №. При этом границы земельного участка ответчика не изменялись на местности более 15 лет, а площадь земельного участка истца с 1993 года до настоящего времени увеличилась с 620 кв.м. до 701 кв.м. Заявляя настоящие исковые требования, истец злоупотребляет правом, преследует цель расширить проезд к собственному земельному участку с помощью переноса забора вглубь участка ответчика.

Представитель третьего лица АО «Мособлгаз» ФИО9 представила письменные пояснения, в которых указала, что полиэтиленовый газопровод ввод низкого давления Ду-63 проложен в 2006 году подрядной организацией по проекту, с учетом существующих на местности ограждений. Подземный газопровод проложен для газоснабжения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>А, не является собственностью и не находится на балансе АО «Мособлгаз». Газопровод ввод низкого давления Ду-63 был построен в соответствии с проектом и требованиями СНиП 42-01-2—2. Исполнительно-техническая документация соответствует требованиям СНиП.

Принадлежащий истцу, газопровод ввод низкого давления Ду-63 расположен рядом с бесфундаментным забором ответчика, возведенным с нарушением охранной зоны, однако такое расположение забора не препятствует в доступе персонала эксплуатирующей организации, не оказывает влияние на безопасную эксплуатацию сети газопотребления и её обслуживания.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно п.1 ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно п.п.4 п.2 ст.60 Земельного кодекса РФ действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу п.6 ст.105 Земельного кодекса РФ к зонам с особыми условиями использования территорий относит охранную зону трубопроводов, в том числе газопроводов.

Основы безопасной эксплуатации газораспределительных сетей определены Федеральным законом от 21.07.1997 №116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов".

Согласно ст.28 Федерального закона от 31 марта 1999 года №69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации" на земельных участках, прилегающих к объектам систем газоснабжения, в целях безопасной - эксплуатации таких объектов устанавливаются охранные зоны газопроводов. Владельцы указанных земельных участков при их хозяйственном использовании не могут строить какие бы то ни было здания, строения, сооружения в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения без согласования с организацией - собственником системы газоснабжения или уполномоченной ею организацией; такие владельцы не имеют права чинить препятствия организации - собственнику системы газоснабжения или уполномоченной ею организации в выполнении ими работ по обслуживанию и ремонту объектов системы газоснабжения, ликвидации последствий возникших на них аварий, катастроф.

Статья 2 Федерального закона от 31 марта 1999 года №69-ФЗ определяет охранную зону объектов системы газоснабжения как территорию с особыми условиями использования, которая устанавливается в порядке, определенном Правительством Российской Федерации, вдоль трассы газопроводов и вокруг других объектов данной системы газоснабжения в целях обеспечения нормальных условий эксплуатации таких объектов и исключения возможности их повреждения.

Согласно п.6 Постановления Правительства РФ от 20.11.2000 г. №878 "Об утверждении Правил охраны газораспределительных сетей" (далее - Правила) любые работы в охранных зонах газораспределительных сетей производятся при строгом выполнении требований по сохранности вскрываемых сетей и других инженерных коммуникаций, а также по осуществлению безопасного проезда специального автотранспорта и прохода пешеходов.

В силу подп. "а" п.7 Правил, для газораспределительных сетей устанавливаются следующие охранные зоны: вдоль трасс наружных газопроводов - в виде территории, ограниченной условными линиями, проходящими на расстоянии 2 метров с каждой стороны газопровода.

В соответствии с п.14 Правил, на земельные участки, входящие в охранные зоны газораспределительных сетей, в целях предупреждения их повреждения или нарушения условий их нормальной эксплуатации налагаются ограничения (обременения), которыми запрещается лицам, являющихся собственниками, владельцами или пользователями земельных участков, расположенных в пределах охранных зон газораспределительных сетей, либо проектирующих объекты жилищно-гражданского и производственного назначения: строить объекты жилищно-гражданского и производственного назначения; перемещать, повреждать, засыпать и уничтожать опознавательные знаки, контрольно-измерительные пункты и другие устройства газораспределительных сетей; устраивать свалки и склады, разливать растворы кислот, солей, щелочей и других химически активных веществ; огораживать и перегораживать охранные зоны, препятствовать доступу персонала эксплуатационных организаций к газораспределительным сетям, проведению обслуживания и устранению повреждений газораспределительных сетей; разводить огонь и размещать источники огня; рыть погреба, копать и обрабатывать почву сельскохозяйственными и мелиоративными орудиями и механизмами на глубину более 0,3 метра.

Материалами дела установлено, что ФИО2 является собственником изолированной части жилого дома и земельного участка с кадастровым номером № расположенных по адресу: <адрес>

Ответчик ФИО4 является собственником смежного земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>.

Границы земельных участков установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства, внесены в ЕГРН.

К части жилого дома истца в 2006 году подрядной организацией ООО «ФИО14» по утвержденному в проекту проложен полиэтиленовый газопровод низкого давления Д63 с учетом существующих на местности ограждений. Газопровод является собственностью истца.

В 2021 года между земельными участками сторон в охранной зоне газопровода ответчиком на месте ранее существовавшего забора возведён металлический забор.

Исходя из информации, представленной в материалы дела АО «Мособлгаз», исполнительно-техническая документация на газопровод соответствует требованиям СНиП. По результатам обследования газопровода низкого давления Ду-63, принадлежащего истцу, забор истца и ответчика находится в охранной зоне газопровода, однако препятствий в доступе персонала эксплуатирующей организации, либо ограничений в доступе истца к газопроводу не имеется. Забор ответчика не оказывают влияние на безопасную эксплуатацию сети газопотребления.

Судом с целью проверки доводов истца по делу назначена судебная землеустроительная экспертиза.

Согласно выводам эксперта ФИО8, по данным ЕГРН границы земельных участков сторон по делу с кадастровыми номерами № установлены в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ. При сравнении реестровых границ исследуемых земельных участков с их фактическими границами значительных расхождений не выявлено. Часть спорного разделительного металлического ограждения расположена внутри реестровых границ земельного участка с кадастровым номером №. Реестровых ошибок в местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами № не выявлено.

Учитывая 2-х метровую зону от оси исследуемого газопровода низкого давления, выявлено, что 68 кв.м. забора ответчика находится в реестровых границах его земельного участка с кадастровым номером №

Расстояния прохождения газопровода низкого давления относительно фактического местоположения спорного металлического огражденияв северной части от ограждения составляет 0.28 м.; в южной части от ограждения - 0.51 м.

Используя План газопровода, изготовленный в масштабе 1:500 по состоянию на январь 2006 г., на котором отображено проектируемое местоположение газопровода, в т.ч. по отношению к фактическим ограждениям, имеющимся на местности, экспертом сделан вывод, что проектируемый газопровод должен был располагаться на расстоянии 1м относительно фактического ограждения земельного участка ответчика с кадастровым номером №, что соответствует установленным нормативам, а именно п.11 Таблицы В.1 СП 62.13330.2011 Газораспределительные системы (актуализированная редакция СНиП 42-01-2002).

В соответствии с данным Планом определена фактическая ширина прохода/проезда на дату изготовления планового материала (январь 2006г.), которая составляет ~ 2.8м., что в целом соответствует фактической ширине (2.6-2.8м) данного прохода/проезда на момент проведения экспертизы. Также экспертом установлено, что разделительное ограждение между земельными участками сторон на момент подготовки Плана являлось металлическим забором высотой более 1м.

Учитывая, что фактическая ширина исследуемого прохода/проезда по отношению к плановому материалу не изменилась, не изменился материал спорного ограждения и переноса ограждения не выявлено, то выявленное разночтение в расстоянии от фактического местоположения газопровода низкого давления до фактического спорного ограждения, по мнению эксперта, явилось следствием некорректного/неверного его изначального размещения/строительства по отношению к его местоположению в соответствии с Планом.

Данное обстоятельство указывает на то, что местоположение газопровода низкого давления по отношению к Плану изменилось на момент его размещения/строительства, что привело к уменьшению расстояния от фактического ограждения, которое не соответствует установленным нормативам, однако это не является нарушением в отношении расположения спорного ограждения со стороны земельного участка ответчика.

Суд принимает заключение эксперта в качестве надлежащего, объективного доказательства, так как эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, выводы его логичны, последовательны, не опровергнуты иными доказательствами по делу, оснований им не доверять не имеется.

Одновременно суд критически относится к выводам, изложенным в заключении специалиста (рецензии) № от 16.03.2023, поскольку данное заключение подготовлено по заказу заинтересованной стороны – истца, специалист не предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, при проведении исследования не располагал материалами дела.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела судом установлено, что размещение металлического забора ответчиком в 2021 году выполнено по границе собственного земельного участка, границы которого определены в соответствии с требованиями земельного законодательства, согласованы со смежными землепользователями. Реестровые и фактические границы земельных участков сторон практически полностью совпадают, в месте смежества споры об общей реестровой границе земельных участков отсутствуют, самозахвата ответчиком части земельного участка истца не установлено.

Следовательно, размещение ответчиком спорного ограждения земельного участка не нарушает права истца.

Одновременно материалами дела установлено, что нарушение 2-х метровой охранной зоны газопровода низкого давления допущено не ответчиком, а самим истцом в 2006г. при проектировании и выполнении работ по прокладке газопровода вблизи от забора ответчика. Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Заявляя в качестве способа защиты нарушенного права такое требование, как демонтаж забора в охранной зоне газопровода, истец должен доказать, что при возведении забора ответчиком допущены существенные нарушения строительных норм и правил, объект создает угрозу жизни и здоровью граждан, а равно, что спорное сооружение нарушает права и законные интересы истца.

Таких доказательств суду не представлено.

Напротив, объяснениями представителя АО «Мособлгаз» и экспертным путем установлено, что препятствий в доступе к газопроводу не имеется. Забор ответчика является бесфундаментным, не оказывают влияние на безопасную эксплуатацию сети газопотребления и ее эксплуатацию.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства факт нарушения прав истца действиями ответчика не нашел свое подтверждение, доказательств обратного в нарушение требований, предусмотренных ст.56 ГПК РФ, истцом суду не представлено.

С учетом изложенного, суд находит исковые требования ФИО2 не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 ФИО15 к ФИО1 ФИО16 об обязании не чинить препятствия в пользовании газопроводом, обязании демонтировать металлический забор оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Щёлковский городской суд в течение месяца.

Судья Е.В. Савина