Производство № 2-5336/2025
УИД 28RS0004-01-2025-011317-09
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
31 октября 2025 года город Благовещенск
Благовещенский городской суд Амурской области в составе:
председательствующего судьи Данилова Е.А.
при секретаре Эглит Н.В.
с участием помощника прокурора г. Благовещенска Суворовой М.А., представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 обратился в суд с настоящим иском, в обоснование которого указал, что в районе дома №103 по ул. 50 лет Октября в г. Благовещенске водитель ФИО2, управляя автомобилем «Mazda Demio», государственный регистрационный знак ***, при проезде нерегулируемого перекрестка, двигаясь по второстепенной дороге, совершил наезд на велосипедиста ФИО3, который двигался по главной дороге.
В результате дорожно-транспортного происшествия истец получил ушиб мягких тканей правой голени с ссадинами, данное повреждение причинило легкий вред его здоровью.
Постановлением мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1 от 10.06.2025 года ФИО2 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 3 750 рублей.
Согласно медицинскому заключению №1030 от 18 ноября 2024 года истец с 18 июля 2024 года по 18 ноября 2024 года находился на лечении в ГАУЗ АО «Благовещенская ГКБ» с диагнозом травма от 18 июля 2024 года – ***.
Вследствие виновных действий ответчика истец испытал физические страдания, выразившиеся в том, что ему были причинены телесные повреждения, которые сопровождались болью, а также претерпевал нравственные страдания. Нахождение поврежденной ноги в гипсе на протяжении трех месяцев, а также необходимость использования костылей ограничивало истца в движениях, причиняя ему бытовые неудобства. Без посторонней помощи истец не имел возможности передвигаться, был лишен возможности работать и обеспечивать семью, что доставляло ему эмоциональные переживания. Последствия дорожно-транспортного происшествия, выражающиеся в дискомфорте, скованности при движении, периодических болях, истец ощущает до сих пор.
Ответчик не принес свои извинения за причинение вреда здоровью истца, не пытался компенсировать затраты на лечение, добровольно возместить причиненный моральный вред.
На основании изложенного истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.
В судебном заседании представитель истца ФИО1 заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик ФИО2 с исковыми требованиями не согласился, полагал заявленную к взысканию сумму компенсации морального вреда чрезмерно завышенной, не отвечающей требованиям разумности. Свою вину в дорожно-транспортном происшествии ответчик не оспаривал. Пояснил, что сразу после дорожно-транспортного происшествия ответчик предлагал вызвать сотрудников ГИБДД, но истец отказался, указав, что в этом нет необходимости. Учитывая волеизъявление истца, ответчик настаивать не стал, при этом, оставил истцу свой номер телефона для связи. Ночью истец позвонил, сообщил, что находится в травмпункте с травмой ноги, ему нужны костыли для передвижения. Ответчик сразу же приехал в больницу, привез истцу костыли, далее из травмпункта они поехали на место дорожно-транспортного происшествия для оформления административного материала. При определении размера компенсации морального вреда просил учесть пенсионный возраст и состояние своего здоровья.
Помощник прокурора г. Благовещенска в своем заключении считала требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению с учетом критериев разумности и справедливости.
В судебное заседание не явились истец ФИО3, представитель третьего лица Управления МВД России по Амурской области, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Сведения о причинах неявки не предоставили, об уважительных причинах неявки не сообщили. Ходатайств об отложении судебного разбирательства не поступало. Истец, воспользовавшись правом, предоставленным ч. 1 ст. 48 ГПК РФ, обеспечил явку в суд своего представителя. Руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, учитывая положения ст. 154 ГПК РФ, обязывающей суд рассмотреть спор в разумный срок, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса по имеющимся в деле доказательствам.
Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 18.07.2024 года в 07 часов 10 минут в районе дома № 103 по ул. 50 лет Октября г. Благовещенска ФИО2, управляя автомобилем «Mazda Demio», государственный регистрационный знак ***, при проезде нерегулируемого перекрестка, двигаясь по второстепенной дороге, совершил наезд на велосипедиста ФИО3, который двигался по главной дороге.
В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО3 получил телесные повреждения.
Из медицинской карты № 13468 пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, выписки из истории болезни следует, что 18.07.2024 года в связи с автодорожной травмой ФИО3 самостоятельно обратился в ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница» с жалобами на боли в области правой голени. По результатам осмотра выставлен диагноз: закрытый ***. Иммобилизация снята 21.10.2024 года. Рекомендовано дальнейшее лечение с применением лечебных и обезболивающих препаратов (мазей и таблеток), лфк, физиолечение в поликлинике по месту жительства. Лечение завершено 18.11.2024 года.
18.07.2024 года по факту дорожно-транспортного происшествия в отношении ФИО2 было возбуждено дело об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, назначено проведение административного расследования.
В рамках административного расследования медицинские документы ФИО3 были направлены в ГБУЗ АО «Амурское бюро СМЭ» для проведения судебно-медицинской экспертизы.
Согласно заключению эксперта ГБУЗ АО «Амурское бюро СМЭ» № 3462 от 18.12.2024 года в результате дорожно-транспортного происшествия у ФИО3 ***
16.05.2025 года поступивший из МУ МВД России «Благовещенское» материал об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО2 принят к производству мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1.
Постановлением мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1 от 10.06.2025 года установлено, что дорожно-транспортное происшествие, в результате которого истец получил телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью, произошло в результате несоблюдения ФИО2 требований п. п. 13.1, 10.1, 1.5. ПДД РФ, в связи с чем, последний был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 3 750 рублей.
Решением Благовещенского городского суда Амурской области от 23.07.2025 года постановление мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1 от 10.06.2025 года оставлено без изменения.
В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что по аналогии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).
Исходя из приведенных положений процессуального закона, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, факт вины ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии, вследствие которого истцу был причинен легкий вред здоровью, суд считает установленными.
Согласно карточке учета транспортного средства собственником автомобиля «Mazda Demio», государственный регистрационный знак ***, на момент дорожно-транспортного происшествия являлся ответчик ФИО2
В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Исходя из установленных по делу обстоятельств и норм права, регулирующих возникшие правоотношения, учитывая установленный факт причинения вреда здоровью ФИО3 источником повышенной опасности, законным владельцем которого являлся ответчик, и виновные действия которого состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, суд приходит к выводу, что ФИО2 должен нести гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный здоровью истца.
Из разъяснений, содержащихся в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).
При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению.
Доказательств, свидетельствующих о том, что телесные повреждения получены ФИО3 вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего, в материалы дела не представлено, в связи с чем, оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за возмещение вреда здоровью истца не имеется.
В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, данным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33).
В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО3 получил травму в виде ушиба мягких тканей правой голени с ссадинами. Данное повреждение причинило легкий вред здоровью истца.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Суд отмечает, что причинение вреда здоровью, безусловно, для истца является психотравмирующей ситуацией, влечет для него внутренние душевные переживания, стресс, волнения, страх за состояние своего здоровья.
Как следует из содержания искового заявления, подтверждается имеющейся в деле медицинской документацией, после дорожно-транспортного происшествия и в период лечения истец испытывал болевые ощущения в области правой ноги. В результате полученной травмы его двигательная способность была нарушена, в связи с иммобилизацией конечности гипсовой лонгетой (от кончиков пальцев до верхней трети бедра) в течение более трех месяцев передвижение возможно было только с использованием костылей без опоры на правую ногу. В этот период истец был лишен возможности вести привычный образ жизни, испытывал определенные неудобства в повседневной жизни, в связи с чем, находился в состоянии дискомфорта.
Оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд находит установленным факт причинения ФИО3 физических и нравственных страданий в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 18.07.2024 года. Следовательно, исходя из приведенных выше положений закона, требования истца о компенсации морального вреда законны, обоснованы и подлежат удовлетворению.
Согласно разъяснениям, данным в п. п. 27, 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).
В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд принимает во внимание установленные по делу обстоятельства, характер полученных им телесных повреждений; характер и степень физических и нравственных страданий истца, выразившихся в претерпевании физической боли, беспокойстве, переживаниях за состояние своего здоровья, невозможности ведения привычного образа жизни в связи с необходимостью проходить длительное лечение, ношение гипсовой лонгенты вызывало неудобство и дискомфорт, создавало трудности бытового характера, необходимость на протяжении более трех месяцев передвигаться на костылях, ограничение в передвижении и физических нагрузках лишало возможности вести активную жизнь; индивидуальные особенности истца, его возраст (46 лет на момент причинения вреда); длительность амбулаторного лечения истца (на протяжении 4-х месяцев), отсутствие тяжких необратимых последствий для здоровья истца, лечение завершилось выздоровлением.
Суд также учитывает поведение ответчика, который после дорожно-транспортного происшествия оставил истцу номер своего телефона, по звонку прибыл в травматологическое отделение, привез истцу костыли для возможности его дальнейшего передвижения, что представителем истца, принимавшим участие в судебном заседании, не оспаривалось. Указанные обстоятельства свидетельствуют о небезразличном отношении ФИО2 к фактическим последствиям совершенного им дорожно-транспортного происшествия, принятии посильных мер к заглаживанию причиненного вреда.
В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда судом принимается во внимание имущественное положение ответчика, который, исходя из представленных последним доказательств является пенсионером (размер социальной пенсии по старости составляет 31 390 руб. 58 коп.), а также его возраст (73 года), состояние здоровья ответчика, перенесшего оперативное вмешательство в связи с заболеванием сердца, наличие у ответчика сопутствующих заболеваний, которые с учетом возраста в своей совокупности приводят к существенному ограничению возможности улучшения имущественного положения.
С учетом совокупности изложенных обстоятельств, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, необходимости соблюдения баланса интересов сторон, суд полагает возможным взыскать с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей. В удовлетворении требований о компенсации морального вреда в большем размере истцу следует отказать.
Данный размер согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), является соразмерным причиненным истцу физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости.
Поскольку право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, являясь непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ, возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.
По правилам ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета в соответствии с требованиями ст. 333.19 НК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО3 – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2, в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
В удовлетворении остальных исковых требований – отказать.
Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд, в течение одного месяца с момента принятия его в окончательной форме.
Председательствующий судья Данилов Е.А.
Решение в окончательной форме составлено 09 декабря 2025 года.