№
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
(мотивированное)
Шадринский районный суд Курганской области в составе: председательствующего Котельникова Е.Н.
при секретаре Цыганенко О.В.
с участием прокурора Сунагатуллина Э.Р., представителя истца ФИО1 -ФИО2, представителя ответчиков ООО «Шадринский завод ЖБИ №3» и ИП ФИО3 - ФИО4
рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Шадринске 07 декабря 2022 года
гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» и индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании договора незаключенным, установлении факта трудовых отношений, установления факта производственной травмы, взыскании компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав и вредом здоровью,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» и ИП ФИО3 о признании договора незаключенным, установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав и вредом здоровью. В исковом заявлении и заявлениях об увеличении исковых требований (т. ... л.д. ...) истец указал, что 20.11.2021 при выполнении своих трудовых обязанностей в ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» в с. Канаши Шадринского района с ним произошел несчастный случай, а именно, при производстве работ на навивочном станке в цехе он получил травмы в виде .... В результате полученных травм он проходит лечение до настоящего времени. В результате несчастного случая была проведена следственная проверка и проверка инспекцией труда, по результатам которых следственные органы и инспекция труда пришли к выводу, что полученная.им травма не связана с производством, т.к. между ним и ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» отсутствуют трудовые отношения, а имеется гражданско-правовой договор между ним и ИП ФИО3 на выполнение работ (оказание услуг). Следует отметить, что учредитель ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» Ч.А.П. и ИП ФИО3 состоят в зарегистрированном браке. Фактически истец длительное время являлся сотрудником ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», получал там заработную плату, был допущен к выполнению работ директором П.А.В., на предприятии велись табеля учета рабочего времени, где он был указан в должности тракториста и разнорабочего. Гражданско-правовой договор от 01.11.2021, заключенный между ним и ИП ФИО3 считает сфальсифицированным, созданным после получения им травмы с целью уклонения от ответственности за несчастный случай на производстве, т.к. данный договор он не подписывал. Считает, что между ним и ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» фактически сложились трудовые отношении на основании допуска к работе директором предприятия. Договор с ИП ФИО3 он не заключал, порядок и правила работы не согласовывал, договор не подписывал, оплату за произведенные работы от нее не получал, поэтому данный договор считает не заключенным. Просит признать договор гражданско-правового характера с физическим лицом на выполнение работ (оказание услуг) между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и истцом незаключенным признать отношения, сложившиеся за период с 01.10.2019 по настоящее время между истцом и ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», трудовыми, сложившимися на основании фактического допущения к работе установить факт производственной травмы, полученной истцом при исполнении трудовой функции в ООО «Шадринский завод ЖБИ №3» взыскать компенсацию морального вреда за ненадлежащее оформление трудовых отношений в размере 20 000 руб., за причинение морального вреда в связи с возникшим вредом здоровью в размере 1000 000 руб. и судебные расходы в размере 40 000 руб.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об отложении дела не просил, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, просил дело рассмотреть в его отсутствие с участием представителя ФИО2 (т. ... л.д. ...). Опрошенный ранее в судебном заседании исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить по доводам, изложенным в исковом заявлении, суду пояснял, что 20.11.2021 он работал на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» на тракторе - фронтальном погрузчике, задание на выполнение работ он получил от Ч.А.П., учредителя завода, на перевозку песка с улицы в цех. При выполнении данных работ он замерз, в связи с чем, он обратился к ФИО5 с просьбой заменить его на погрузчике, а истец заменит его на станке, чтобы согреться. Они поменялись рабочими местами. При выполнении работ на станке у него зацепило куртку и начало наматывать на станок, при нажатии на аварийную кнопку, станок не остановился, при повторном нажатии кнопка провалилась, остановить станок не получилось. В результате несчастного случая он получил множественный ..., повреждение .... На ООО «Шадринский завод ЖБИ №» он работает с октября 2019 года, о своем трудоустройстве он договаривался с Ч.А.П., они договорились, что он будет работать трактористом и помогать работникам в бригаде, в том числе и работать на станке. Работу он осуществлял в составе бригады вместе с ФИО5, Т., Ч., С.Р.И., Н.. Официального трудоустройства не было, работали посменно два через два дня, оплата труда производилась один раз в месяц наличными денежными средствами, заработную плату выплачивал Ч.А.П. и ФИО5 на основании табеля учета рабочего времени, который в основном вели кладовщики, чаще табель вели кладовщик Г.Ю.С. и ФИО5 Договор с ИП ФИО3 он не заключал, договор не подписывал, с ней никаких переговоров о трудоустройстве или выполнении работ не вел, заработную плату и какие-либо денежные средства от нее не получал. О наличии такого договора он пояснения следователю давал после получения травмы на производстве, т.к. ему обещали оплатить операцию, об этом ему сообщил по телефону ФИО5 ФИО5 звонил по просьбе Ч.А.П., но помощи он так и не получил. Считает, что он с 2019 года работал на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», в трудовых или гражданско-правовых отношениях с ИП ФИО3 не состоял.
Представитель истца ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила иск удовлетворить по доводам, изложенным в исковом заявлении. Опрошенная ранее в судебных заседаниях поясняла, что 20.11.2021 при осуществлении трудовых функций истец ФИО1 получил производственную травму в результате несчастного случая на производстве, произошедшего на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», где истец с октября 2019 года осуществлял трудовую деятельность в должности тракториста и разнорабочего без официального трудоустройства, но на основании фактического допущения к выполнению работ. Гражданско-правовой договор от 01.11.21 с ИП ФИО3 истец не заключал, данный договор не подписывал, он был составлен без участия истца и после получениям и производственной травмы на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» с целью уклонения от ответственности. Данный договор является недопустимым доказательством наличия гражданско-правовых отношений между истцом и ответчиком ИП ФИО3, т.к. подпись в нем истцу не принадлежит, выполнена не им, на этом основании данный договор является незаключенным. Наличие фактических трудовых отношений с октября 2019 года по 20.11.2021 подтверждается табелями учета рабочего времени и пояснениями свидетелей, следственная проверка еще не окончена по данному случаю, поэтому доводы представителя ответчика о наличии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела безосновательны.
Ответчик ИП ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, об отложении дела не просила, доказательств уважительности причин неявки суду не представила, опрошенная ранее в судебном заседании суду поясняла, что с исковыми требованиями не согласна, т.к. на протяжении нескольких лет она оказывает услуги по предоставлению спецтехники с экипажем ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», учредителем которого является ее супруг Ч.А.П., на основании договора оказания таких услуг, поскольку на заводе такой техники и работников не имеется, на тракторе у нее работал ФИО1, т.к. другой ее работник Л. был на больничном. С истцом был заключен договор выполнения работ как с физическим лицом на один месяц. Экземпляр данного договора она передала своему супругу Ч.А.П., он передал договор ФИО5, который является родственником ФИО1, чтобы тот подал его на подпись истцу. ФИО5 вернул договор Ч.А.П. уже с подписью истца ФИО1 Утверждать чья подпись стоит на договоре она не может, поскольку при подписании данного договора не присутствовала. С ней ФИО1 работал только с 01.11.2021, ранее с ним она не работала. Пояснить работал ли истец ФИО1 на заводе она не смогла, т.к. на заводе она не бывает, с истцом она не встречалась, условий договора на выполнение работ не согласовывала, оплата труда ему осуществлялась из расчета 1000 руб. в день. Оплату труда она передавала ФИО1 наличными через своего супруга Ч.А.П., ведомость в получении денег не велась. Ответчик в своих пояснениях подтвердила намерение урегулировать спор мирным путем, истцу звонил ее супруг Ч.А.П., но дозвониться до ФИО1 не смог, лично она никаких действий для урегулирования сложившейся ситуации не предпринимала. Ей известно, что истцу было предложено выплачивать 20000 руб. в месяц на период нахождения его на больничном, но он отказался, т.к. посчитал данную сумму недостаточной.
Представитель ответчиков ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» и ИП ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать по доводам, изложенным в отзывах на исковое заявление (т. ... л.д. ...). Опрошенный ранее в судебных заседаниях пояснял, что с позиции ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» представленные заводом документы свидетельствуют, что истец ФИО6 в трудовых отношениях не состоял, за него не производился отчет и оплата страховых взносов, он оказывал услуги по управлению трактором - фронтальным погрузчиком на основании договора оказания транспортных услуг с экипажем, заключенного между ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» и ИП ФИО3, к работе на станке его не допускали, т.к. он не являлся сотрудником завода. Относительно позиции ИП ФИО3 представитель ФИО4 суду пояснял, что в возбуждении дела по вопросу получения истцом производственной травмы отказано, между истцом и ИП ФИО3 был заключен 01.11.2021 договор гражданско-правового характера на оказание услуг сроком по 30.11.2021, который сторонами исполнен, в связи с чем, нет оснований признавать его незаключенным, кроме того была произведена оплата налога на доход физического лица по данному договору. Он не может пояснить суду, при каких обстоятельствах был заключен указанный договор, когда именно он заключен, подписывал ли данный договор истец ФИО1 Кроме того, представитель ответчика в судебных заседания пояснял, что ФИО5 является сотрудником ООО «Шадриснкий завод ЖБИ № 3», но табеля учета рабочего времени доказательством трудовых отношений между истцом и ООО «Шадриснкий завод ЖБИ № 3» не считает, поскольку они не содержат подпись директора завода и печать
организации, такие документы мог составить кто угодно, а указание в табеле на то, что он составлен ФИО5 еще не свидетельствует о подтверждении трудовых отношений между истцом и заводом. Также указывал, что ответчики готовы были разрешить сложившуюся ситуацию мирным путем, но истец ФИО1 отказался приехать в контору для согласования условий мирного урегулирования спора. Указывает на то, что пояснения истца о том, что он работал с 2019 года на погрузчике, опровергаются договорами лизинга на технику, кроме того, истца никто к работе на станке не допускал, такой работы ему не поручали, ответчики не являются причинителями вреда здоровью истца, травма истца не является страховым случаем, в связи с чем, должны быть освобождены от компенсации морального вреда.
Представитель 3-его лица Государственной инспекции труда в Курганской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об отложении дела не просил, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, просил дело рассмотреть в его отсутствии, представил отзыв на исковое заявление, в котором дословно изложено ранее выданное заключение по результатам проведенной проверки, которой было установлено, что полученная истцом травма не является производственной травмой, т.к. наличие признаков трудовых отношении между ФИО1, получившим повреждение здоровья, и ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» и ИП ФИО3 не установлено, иных доводов и иной позиции в отзыве на исковое заявление не изложено, указано, что разрешение сложившегося между сторонами спора в компетенцию инспекции не входит (т. ... л.д. ...).
3-е лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об отложении дела не просил, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, просил дело рассмотреть в его отсутствие (т. ... л.д. ...). Опрошенный ранее в судебном заседании в качестве свидетеля и впоследствии в качестве 3-его лица суду пояснял, что он длительное время работает на ООО «Шадриснкий завод ЖБИ №3» в должности арматурщика, он был оформлен официально, какое-то время работал без официального трудоустройства, затем вновь трудоустроился официально. Истец ФИО1 работал на заводе трактористом и разнорабочим без официального трудоустройства с начала октября 2019 года в составе его бригады по графику два через два дня. Для учета рабочего времени кладовщиками, а в их отсутствие, им самим, как старшим смены - бригадиром, заполнялись табеля учета рабочего времени. 20.11.2021 ФИО1 выполнял работы на фронтальном погрузчике на улице, после обеда он подошел к ФИО5, т.к. замерз, предложил поменяться рабочими местами, чтобы согреться. Они так часто делали. ФИО1 стал работать на станке, где получил травму. После данного происшествия он (ФИО5) ушел на больничный, ездил на медосмотр, т.к. является инвалидом ... группы. После приезда ему стало известно, что его задним числом перевели на должность бригадира - начальника производственного участка, на момент происшествия с истцом он был устроен в должности арматурщика. Контроль за производством на заводе осуществлял владелец Ч.А.П. и он, и директор завода П.А.В. видели, что ФИО1 работает на станке, они допускали его к работе, им также было известно о том, что у станка неисправна аварийная кнопка. Часть работников завода работали там неофициально, работа производится по сменному графику, а оплата труда осуществляется путем наличного расчета, деньги передавались бригадирам, они раздавали рабочим. Инструктаж по технике безопасности на заводе стали проводить только после несчастного случая с ФИО1
Представитель 3-его лица ГУ Курганского регионального отделения Фонда социального страхования РФ в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об отложении дела не просил, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, просил дело рассмотреть в его отсутствие (т. ... л.д. ...). Из представленного суду отзыва на исковое заявление (т. ... л.д. ...) следует, что в соответствии со ст. 1 ФЗ от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является видом социального страхования и предусматривает возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, в том числе оплату расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию. Согласно ст. 3 указанного ФЗ несчастный случай на производстве -событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. Несчастный случай на производстве, произошедший с ФИО1, в фонде социального страхования не зарегистрирован, документы, подтверждающие факт повреждения здоровья, листок нетрудоспособности, акт по форме Н-1 в отделение Фонда не поступал.
Суд, заслушав участвовавших в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав доказательства по делу, пришел к следующему выводу.
Из материалов дела усматривается, что 01.11.2021 между ИП ФИО3 и ФИО1 заключен гражданско-правовой договор на выполнение работ (услуг), а именно на выполнение работ по погрузке-выгрузке инертных материалов в период с 01.11.2021 по 30.11.2021, стоимость таких работ определена в сумме 15000 руб., которые выплачиваются исполнителю работ на основании акта выполненных работ, при этом заказчик (ИП ФИО3) принял на себя обязательства производить страхование исполнителя (ФИО1) от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за свой счет и своевременно уплачивать соответствующие страховые взносы место выполнение услуг (работ) договором не определено (т. ... л.д. ...). Доказательств уплаты соответствующих страховых взносов ответчиком ИП ФИО3 суду не представлено акт выполненных работ и доказательства оплату истцу денежных средств по договору также не представлено. Истец ФИО1 свою подпись в данном договоре отрицает, указывает, что этот договор подписывала его супруга, после несчастного случая на производстве по просьбе 3-его лица ФИО5 Данные обстоятельства стороной ответчика оспорены не были.
Из табелей учета рабочего времени ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» за период с 1 октября 2019 года по ноябрь 2021 года (т. ... л.д. ...) усматривается, что в числе работников числится истец ФИО1 в должности тракториста и в составе бригады без указания должностей, ему отмечены рабочие дни в графике два рабочих дня через два дня.
В штатном расписании ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» должность тракторист не значится (т. ... л.д. ...).
В сведениях о застрахованных лицах ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» в период с сентября 2019 года по декабрь 2021 года ФИО1 не значится, в числе застрахованных лиц указан 3-е лицо ФИО5 (т. ... л.д. ...).
Из выписного эпикриза (т. ... л.д. ...) и выписки из истории болезни (т. ... л.д. ...) следует, что ФИО1 в период с 06.12.2021 по 28.12.2021 находился на лечении в ЛПУ с диагнозом ... ФИО1 обслуживался по вызову в цех 20.11.2021 на ЖБИ.
Постановлением следователя СО по г. Шадринску СУ СК РФ по Курганской области в рамках проверки по факту получения травмы на производстве ФИО1 была назначена медицинская судебная экспертиза (т. ... л.д. ...).
Из заключения эксперта № (т. ... л.д. ...) следует, что 20.11.2021 ФИО1 получил телесные повреждения, представляющие собой в виду их множественности как тяжкий вред здоровью, вред здоровью средней тяжести и легкий вред здоровью.
Постановлением следователя СО по г. Шадринску СУ СК РФ по Курганской области в рамках проверки по факту получения травмы на производстве от 15.08.2022 отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием составов преступлений (т. ... л.д. ...) Постановлением заместителя Шадринского межрайонного прокурора от 30.09.2022 данное постановление отменено и направлено для проведения дополнительной проверки с целью устранения выявленных нарушений (т. ... л.д. ...).
Из показаний свидетеля С.Р.И. следует, что он работал арматурщиком на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» с 2019 года по 2021 год, трудоустроен он был официально, там же с 2019 года работал истец ФИО1 и в составе бригады и в должности тракториста, выполнял работу разного рода, делал, что поручат. Заработную плату им выдавали и переводом на счет и наличными, иногда ее выдавал бригадир ФИО5, иногда директор Ч.А.П. ФИО1 также выдавали заработную плату. В бригаде велся табель учета рабочего времени, его вел или ФИО5, или кладовщики.
Свидетель Б.Н.В. суду показал, что он с 2013 года по 2021 год работал на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», официально он был трудоустроен только с 2014 года. ФИО1 также работал на заводе около двух лет трактористом, а также в составе бригады, выполнял разные виды работ. Бригадир вел табель учета рабочего времени, выдавал заработную плату работникам и наличными и переводами на карту. Ему не известно был ли оформлен ФИО1 на заводе официально или нет, но он работал в составе бригады.
Свидетель Ш.Р.В. суду пояснил, что он работал на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» вместе с ФИО1, работал в должности арматурщика, периодически, его оформляли на работу официально, периодически он работал без официального оформления с разрешения директора. ФИО1 работал в составе их бригады трактористом, работал в смене, вместе с ним, ФИО5, Б., С.Р.И., Т1, всего в бригаде было 11 человек.
Свидетель Ч.А.П. суду показал, что он является коммерческим директором ООО «Шадриснкий завод ЖБИ № 3», до 2020 года был директором завода, истец ФИО1 на заводе не работал, он работал у ИП ФИО3, которая является его супругой, на тракторе. На заводе своего трактора нет, поэтому между заводом и ИП ФИО3 был заключен договор аренды трактора с экипажем. ФИО1 получал заработную плату от нее, но иногда свидетель сам передавала ему заработную плату по ее поручению, либо ее выдавал ФИО5. Тракторист работал в составе бригады посменно по графику два дня через два дня. 20.11.2021 ему доложили о ситуации на заводе, где каким-то образом истца ФИО1 замотало в станок. Позднее сотрудники завода ему поясняли, что ФИО7 попросил ФИО5 заменить его на тракторе, а сам стал работать на станке. Представленные в материалах дела табеля учета рабочего времени к заводу отношения не имеют, расчет оплаты с бригадой производится на основании выполненных бригадой объемов работ, внутри бригады заработную плату распределяет бригадир по своему усмотрению. ФИО5 работал в должности бригадира, если он и составлял табеля учета рабочего времени, то для своего внутреннего пользования. Относительно гражданско-правового договора, заключенного между ИП ФИО3 и ФИО1 свидетель суду пояснил, что 01.11.2021 данный договор был заключен, ему это точно известно, поскольку он сам передавал данный договор ФИО5, чтобы он передал его ФИО1, но он не видел, был ли данный договор подписан лично ФИО1, подписанный экземпляр договора ему вернул ФИО5.
Свидетель Г.Ю.С. суду показала, что она работает в должности кладовщика на ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» с 2016-2017 года. В ноябре 2021 года директором завода был П.А.В., какую должность занимает Ч.А.П. ей не известно, но он дает всем указания по работе. ФИО1 также работал на заводе трактористом более года, где 20.11.2021 с ним произошел несчастный случай, о котором ей известно со слов коллег, т.к. само происшествие произошло не в ее смену. Периодически она вела табель учета рабочего времени по просьбе бригадира, где отмечала и ФИО1, который работал в составе бригады.
Свидетель Я.Е.Н. суду показала, что она является супругой истца ФИО1, 20.11.2021 он был на работе на заводе, ей сообщили, что с ним произошел несчастный случай. На заводе до этого он работал несколько лет. После происшествия к ним домой стали приходить люди и просить подписать какие-то документы, потом позвонил Ч.А.П. и попросил копию паспорта супруга, она отправила ее посредством сообщения через ватсап. Потом он сообщил, что сделал договор, чтобы помочь ее супругу, его надо подписать. Договор ей передал ФИО5, он приходится ей братом, она его подписала и передала обратно. Когда выяснилось, что супругу нужно делать операцию и требовалась подпись руководителя завода в связи с полученной травмой, она обратилась на завод, но директор документы подписывать не стал. ФИО1 заработную плату платил Ч.А.П., он работал в составе бригады, платили ему хорошо, как он был оформлен и у какого работодателя, ей не известно.
Частями 1 и 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений ст. 2 ТК РФ относит в том числе обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
В соответствии с ч. 4 ст. 11 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном данным кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
В силу ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.
Согласно нормативным положениям ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем не только на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом, но также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Частью 1 ст. 56 ТК РФ предусмотрено, что Трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (абз. 1 ст. 67 ТК РФ).
Из абз. 2 ст. 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2.2 Определения от 19 мая 2009 г. № 597-0-0, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абз. 3 п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-0-0).
Данная норма ТК РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ч. 1 ст. 1, ст. 2 и ст. 7 Конституции Российской Федерации) (абз. 4 п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-0-0).
Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенных между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации (абз. 5 п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 №597-0-0).
В силу ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.
В п. 21 данного Постановления разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работников как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. Суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. В тех случаях, когда с работником не был заключен трудовой договор в письменной форме, но работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, все неустранимые сомнения при рассмотрении судом названных споров толкуются в пользу наличия трудовых отношений, то есть наличие трудового правоотношения в таком случае презюмируется. При этом доказательства отсутствия трудовых отношений в таком споре должен представить работодатель. В случае признания отношений, связанных с использованием личного труда, трудовыми отношениями, работодатель не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями обязан оформить с работником трудовой договор в письменной форме.
Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника. Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.
Из п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» следует, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227
ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В силу ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах. Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом тепловой удар ожог обморожение отравление утопление поражение электрическим током, молнией, излучением укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.
С учетом установленных обстоятельств дела и исследованных доказательств, суд приходит к выводу, что гражданско-правовой договор от 01.11.2021 между ИП ФИО3 и истцом ФИО1 нельзя считать заключенным, условия договора согласованными сторонами, так как ответчиком ИП ФИО3 не представлено доказательств, подтверждающих обратное, отсутствует акт выполненных работ, не представлено подтверждения уплаты страховых взносов, предусмотренных данным договором, нет доказательств выплаты денежных средств по договору, сумма за выполнение работ, указанная в договоре, не соответствует пояснениям, которые предоставила суду непосредственно ответчик ИП ФИО3, таким образом, сам по себе договор носит формальный характер. Свидетель Я.Е.Н. суду пояснила, что оспариваемый договор был подписан ею от имени супруга по просьбе руководителя завода после несчастного случая на производстве. Данные показания свидетеля стороной ответчика не опровергнуты, свидетель Ч.А.П. также подтвердил, что оспариваемый договор он сам передавал через третье лицо, кто его подписывал на самом деле не известно.
Отношения, сложившиеся между истцом ФИО1 и ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» в период с 01.10.2019 по настоящее время, фактически являются трудовыми, поскольку материалами дела установлено, что ФИО1 систематически был допущен к работе в составе бригады ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» в должности как тракториста, так и разнорабочего, работал по графику два дня через два дня, получал заработную плату из зарплатного фонда бригады, при этом, данные отношения должным образом со стороны ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», как работодателя, оформлены не были, условия труда и техника безопасности работодателем на рабочем месте истца соблюдены не были, сложившиеся отношения между сторонами носят длительный и систематический характер, что соответствует трудовым отношениям.
Материалами дела также установлено, что 20.11.2021 при выполнении трудовых обязанностей на территории ответчика ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», осуществляя работу в составе бригады по установленному графику в рабочее время, истец получил телесные повреждения, относящиеся как к тяжкому вреду здоровья, так и к вреду здоровья средней тяжести и легкому вреду здоровья, первую медицинскую помощь ему оказали на территории завода, был осуществлен вызов медицинской помощи именно на завод, поэтому данные повреждения здоровья истца являются производственной травмой, т.е. данное событие соответствует понятию несчастный случай на производстве.
На основании изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о признании договора гражданско-правового характера с физическим лицом на выполнение работ (оказание услуг) между ИП ФИО3 и истцом незаключенным, признании отношений, сложившихся за период с 01.10.2019 по настоящее время между истцом и ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», трудовыми, сложившимися на основании фактического допущения к работе, об установлении факта производственной травмы, полученной истцом при исполнении трудовой функции в ООО «Шадринский завод ЖБИ №3».
Переходя к вопросу о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащее оформление трудовых отношений и компенсации морального вреда, причиненного вредом здоровью, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ) (п. 12 Постановления).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п. 14 Постановления).
Из п. 46. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В силу п. 47. указанного выше Постановления указано, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Таким образом, с учетом установленных между истцом и ответчиком ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» трудовых отношений, которые работодателем надлежащим образом длительное время оформлены не были, суд полагает необходимым удовлетворить требование истца о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащее оформление его трудовых прав в заявленном размере в сумме 20 000 руб.
Переходя к определению размера компенсации морального вреда, причиненного вредом здоровью, суд с учетом установленных обстоятельств дела, множественностью травм и тяжестью вреда, здоровью, причиненного истцу в результате исполнения им трудовых обязанностей, виновных действий ответчика ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и полагает необходимым взыскать с ответчика ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Согласно ст. 333.19 НК РФ при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера: для физических лиц - 300 рублей.
Поэтому с ответчика ИП ФИО3 следует взыскать в доход бюджета муниципального образования Шадринский муниципальный округ Курганской области государственную пошлину в размере 300 руб., с ответчика ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» - 300 руб.
Истцом ФИО1 заявлено требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 40000 руб., при этом в материалы дела не представлено доказательств несения данных расходов, поэтому данное требование удовлетворению не подлежит, при этом, истец ФИО1 не лишен права обратиться в суд с заявлением о взыскании судебных расходов в установленный законом срок, предоставив доказательства несения заявленных судебных расходов.
Руководствуясь с т. с т. 194-198, 264-268 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 к ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» и индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании договора незаключенным, установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав и вредом здоровью удовлетворить частично.
Признать договор гражданско-правового характера с физическим лицом на выполнение работ (оказание услуг) между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО1 незаключенным.
Признать отношения, сложившиеся за период с 01.10.2019 по настоящее время между ФИО1 и ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3», трудовыми, сложившимися на основании фактического допущения к работе.
Установить факт производственной травмы, полученной ФИО1 20 ноября 2021 года при исполнении трудовой функции в ООО «Шадринский завод ЖБИ №3».
Взыскать с ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» компенсацию морального вреда за ненадлежащее оформление трудовых отношений в размере 20000 рублей 00 копеек, за причинение морального вреда, причиненного вредом здоровью в размере 500000 рублей 00 копеек, всего в сумме 520000 рублей 00 копеек.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 государственную пошлину в доход местного бюджета муниципального образования Шадринский муниципальный округ Курганской области в размере 300 рублей 00 копеек.
Взыскать с ООО «Шадринский завод ЖБИ № 3» государственную пошлину в доход местного бюджета муниципального образования Шадринский муниципальный округ Курганской области в размере 300 рублей 00 копеек.
Мотивированное решение изготовлено 12 декабря 2022 года в 16 часов 00 минут.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Курганского областного суда в течение одного месяца с подачей жалобы через Шадринский районный суд.
Судья Е.Н.Котельников