Решение по делу № 2-198/2022 от 30.08.2023 - о возмещении материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей.

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Бодайбо 30 августа 2023 г.

Дело № 2-6/2023

Бодайбинский городской суд Иркутской области в составе: судьи Ермакова Э.С., единолично, при секретаре Сычевой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница г. Бодайбо» к ФИО1, ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей,

установил :

Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Районная больница г. Бодайбо» обратилось в Бодайбинский городской суд с иском к Золотухиной (в дальнейшем фамилия изменена на ФИО4 в связи со вступлением в брак) Оксане Александровне о взыскании 313 598 рублей причиненного работодателю ущерба, судебных расходов по уплате госпошлины в размере 6 336 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчик ФИО5 работала в данном медицинском учреждении в должности медицинской сестры операционной на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №. ДД.ММ.ГГГГ при исполнении служебных обязанностей ФИО15, участвуя в плановой операции гинекологического профиля, в нарушение должностной инструкции не произвела счет задействованного материала, в результате чего пациенту ФИО19 были причинены физические и нравственные страдания: оперативное вмешательство – ССЛ, вскрытие абсцесса брюшной полости, резекции тонкой с ЭЭА бок в бок, резекция сигмавидной кишки по типу Гартмана, санация и дренирование брюшной полости.

В ходе операции внутри абсцесса обнаружена и удалена марлевая салфетка (100*70мм), поставлен послеоперационный диагноз: инородное тело брюшной полости, осложненное абсцедированием, пролежнем тонкой и сигмавидной кишки, ограниченным каловым перитонитом. Состояние после <данные изъяты>».

По данному факту врачами-экспертами, включенными в территориальный реестр экспертов качества медицинской помощи в сфере обязательного медицинского страхования Иркутской области была проведена целевая экспертиза качества оказания медицинской помощи, по результатам которой был выявлен дефект подсчета наличия салфеток, что привело к осложнению в отдаленном периоде после оперативного лечения: оставление инородного тела – салфетки в брюшной полости, что вызвало в последствие абсцедирование петель окружающего кишечника, пролежни тонкого и толстого кишечника, ограниченный каловый перитонит. Участие ответчика при проведении оперативного вмешательства подтверждается записью в журнале гинекологических операций.

Решением Бодайбинского городского суда от 29 мая 2020 года с ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» в пользу ФИО21 взыскана компенсация морального вреда в сумме 300 000 рублей и сумма утраченного заработка в размере 13 598 рублей 55 копеек. Приведенная сумма перечислена истцом в пользу ФИО21 в полном объеме.

Руководствуясь положениями ст. 238 ТК РФ, ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» просит взыскать с ФИО1 вред, причиненный ему работником при исполнении трудовых обязанностей, в полном объеме.

Определением Бодайбинского городского суда от 6 июня 2023 года к участию в деле в качестве соответчика был привлечен ФИО2

В судебное заседание истец - ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» своего представителя для участия в деле не направил, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещен.

Ранее в судебном заседании представитель истца - ФИО6, действующая на основании доверенности исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить.

Ответчик – ФИО1, её представитель – адвокат ФИО17 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела судом извещены.

Ранее ответчик ФИО1 иск не признала и поддержала ранее представленные письменные возражения, согласно которым решением Бодайбинского городского суда от 29 мая 2020 года о взыскании с ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» суммы компенсации морального вреда, её вина в нарушении должностной инструкции при участии в плановой операции не установлена. Данное решение не имеет преюдициального значения, поскольку ФИО1 к участию в деле не привлекалась.

Кроме того, согласно Санитарно-гигиеническим правилами, при проведении операции: использованные салфетки складывают в специальный таз, в конце операции, перед зашиванием раны, санитарка подсчитывает их и сообщает операционной сестре. Операционная сестра сопоставляет эти сведения с числом израсходованных салфеток и о результатах подсчета сообщает хирургу. Если израсходованных салфеток больше, чем сообщала санитарка, операция не может быть завершена, пока не достающие салфетки не будут найдены. Даже если количество салфеток совпадает, хирург обязан перед зашиванием раны произвести ревизию области операционного вмешательства. Салфетки, тампоны, полотенца не должны погружаться оперирующим врачом в полости или глубокие раны без прикрепления к наружному концу зажима и фиксации к операционному полю.

Должностной инструкцией операционной медицинской сестры от 09 января 2018 года, утвержденной главным врачом, предусмотрена обязанность операционной медицинской сестры «следить в ходе операции за своевременным возвращением инструментов и перевязочного материала» (п.3.4), «по окончании операции собирать инструменты, пересчитать их, произвести соответствующую обработку инструментария» (п. 3.10). Кроме того, должностная инструкция указывает на то, что операционная сестра должна обладать умениями вести количественный учет используемого инструментария, шовного и перевязочного материала, белья, лекарственных средств и аппаратуры.

Перечисленные пункты должностной инструкции не свидетельствуют о том, что ФИО1 обязана во время операции вести счет использованного перевязочного материала. Счет использованных перевязочных материалов (салфеток) ведет санитарка, а не операционная сестра, в целях обеспечения стерильности.

Как далее указывает ответчик, истцом не представлено доказательств, объективно свидетельствующих о наличии исключительно её вины в причинении ущерба. В данном случае ответственность за возникновение ущерба несет врач-хирург, проводивший операцию, ФИО2, на которого должна быть возложена ответственность за причиненный вред.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела судом извещен. Уважительных причин неявки суду не представил, не заявил возражений против иска.

Конверт с почтовой корреспонденцией, адресованный ответчику по месту жительства, был возвращен в суд организацией почтовой связи ввиду истечения срока хранения. При этом действующий «Порядок приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений», утвержденный приказом АО «Почта России» от 21 июня 2022 г. № 230-п, соблюден: отправлению присвоен всероссийский почтовый идентификатор, имело место неудачная попытка вручения отправления, по истечении срока хранения корреспонденции она была возвращена отправителю с соответствующей отметкой, проставленной по установленной форме.

Отсутствие надлежащего контроля за поступающей по месту жительства корреспонденцией является риском самого дееспособного гражданина, который несет все неблагоприятные последствия такого бездействия. Принимая во внимание положения пункта 1 ст. 165.1 ГК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25, извещения, направленные по этому адресу, считаются доставленными, а ответчик – надлежаще извещенным о времени и месте слушания дела.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков в порядке заочного производства согласно ст. 233 ГПК РФ.

Исследовав материалы дела, заслушав участвующих в деле лиц, суд находит, что исковые требования ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» к ФИО2, ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

В соответствии с пунктом 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ (далее «ГК РФ») юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 1 ст. 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Согласно ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами (ст. 233 ТК РФ).

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ).

Статьей 241 ТК РФ предусмотрено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом. При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд (часть 1 ст. 248 ТК РФ).

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 разъяснено, что при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно - следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Из приведенных выше положений ст. 1081 ГК РФ, ст. ст. 232, 238, 241 ТК РФ следует, что условием для возложения на работника материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: а) наличие прямого действительного ущерба у работодателя, б) противоправность поведения (действий или бездействия) работника, в) причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, г) вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Как следует из материалов дела, на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ Золотухина (в дальнейшем ФИО4) О.А. была принята в ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» на должность операционной медицинской сестры приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/л (л.д. 12-14).

В силу положений должностной инструкции операционной медицинской сестры ФИО1 в структурном подразделении: хирургическое отделение, утвержденной главным врачом ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» ДД.ММ.ГГГГ, она обязана следить в ходе операции за своевременным возвращением инструментов и перевязочного материала (пункт 3.4.); по окончании операции собрать инструменты, пересчитать их, произвести соответствующую обработку инструментария (пункт 3.10).

Из трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО2 был принят в ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» на должность врача акушера-гинеколога для выполнения должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией (л.д. 152-157).

В силу должностной инструкции, с которой ознакомлен ФИО2 при трудоустройстве, в его обязанности входило, в том числе: оказание квалифицированной медицинской помощи, организация и своевременное обследование пациенток на уровне оснащения лечебного учреждения (пункт 3.1.), определять тактику ведения пациенток в соответствии со стандартами, разрабатывать план обследования, вести истории болезней (пункт 3.2.); готовить пациенток для планового оперативного вмешательства, составлять предоперационный эпикриз, участвовать в проведении оперативных вмешательств (пункт 3.5.).

Согласно квалификационным требованиям, утвержденным Приказом Минздравсоцразвития России от 23 июля 2010 года № 541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения» врач акушер-гинеколог оказывает квалифицированную медицинскую помощь по специальности «Акушерство и гинекология», используя современные методы диагностики, лечения, профилактики и реабилитации. Определяет тактику ведения больного в соответствии с установленными стандартами; на основании сбора анамнеза, клинического наблюдения и результатов клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливает (или подтверждает) диагноз; самостоятельно проводит или организует необходимые диагностические, лечебные, реабилитационные и профилактические процедуры и мероприятия; осуществляет экспертизу временной нетрудоспособности; ведет медицинскую документацию в установленном порядке; руководит работой подчиненного ему среднего и младшего медицинского персонала.

ДД.ММ.ГГГГ в ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» пациенту ФИО7 была проведена операция <данные изъяты>, в которой участвовали хирург (акушер-гинеколог) – ФИО2, ассистент – ФИО18, операционная сестра – ФИО22, наркотизатор – ФИО8, ФИО9

ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 была госпитализирована в гинекологический стационар, а впоследствии, ДД.ММ.ГГГГ поступила в хирургическое отделение по экстренным показаниям с жалобами на боли в нижней левой половине живота, дискомфорт.

ДД.ММ.ГГГГ пациенту ФИО16 проведено оперативное вмешательство: вскрытие абсцесса брюшной полости, резекция тонкой и сигмовидной кишки, санация и дренирование брюшной полости. В ходе операции внутри абсцесса обнаружена и удалена марлевая салфетка (100*70 мм). Поставлен послеоперационный диагноз: <данные изъяты>

В связи с причинением вреда здоровью в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи, ФИО16 обратилась с иском к ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» о взыскании компенсации морального вреда и утраченного заработка.

Решением Бодайбинского городского суда от 29 мая 2020 года по гражданскому делу № 2-89/2020, вступившим в законную силу, был установлен факт ненадлежащего оказания этим учреждением здравоохранения медицинской помощи при проведении ФИО16 оперативного лечения с диагнозом <данные изъяты> в результате которого при выполнении плановой операции гинекологического профиля произошло оставление инородного тела – салфетки в брюшной полости пациента.

Указанные виновные нарушения ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» качества оказания медицинской помощи, состоящие в причинной связи с наступлением у ФИО16 приведенных последствий, связанных с последующим оперативным вмешательством, физической боли, ограничения трудоспособности – установления инвалидности 3-й группы, послужили предусмотренным ст. ст. 2, 4, 10, 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан», ст. ст. 151, 1101 ГК РФ для взыскания с этого лечебного учреждения в пользу пострадавшей денежной компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей и 13 598 рублей 55 копеек разницы между возмещенным за счет средств фонда социального страхования и фактическим размером утраченного заработка пострадавшей (л.д. 28-32).

Присужденные суммы были перечислены ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» на счет пострадавшей ФИО16, о чем свидетельствуют платежные поручения от ДД.ММ.ГГГГ № на 300 000 рублей и от ДД.ММ.ГГГГ № на 13 598 рублей 55 копеек.

Приведенное решение суда, как следует из мотивировочной части, было основано на исследованном по делу акте «О результатах служебного расследования по факту обращения в Министерство здравоохранения Иркутской области ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от ДД.ММ.ГГГГ по вопросу оказания медицинской помощи в ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» было установлено, что в проведении ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 операции: <данные изъяты>, участвовали хирург (акушер-гинеколог) – ФИО2, ассистент – ФИО20, операционная сестра – ФИО22, наркотизатор – ФИО8

По заключению комиссии к развитию осложнения после операции ФИО16 привело: 1) невыполнение своих должностных обязанностей операционной медицинской сестрой операционного блока; 2) несвоевременная постановка диагноза; 3) недостаточная настороженность акушера-гинеколога, в том числе на амбулаторном этапе наблюдения на возможность ятрогенного осложнения; 4) не выполнено контрольное ультразвуковое исследование брюшной полости, послеоперационного рубца в послеоперационном периоде, в амбулаторных условиях, что могло бы исключить развитие грозных осложнений; 5) при данном осложнении отсутствует умысел или противоправное действие, является дефектом лечебно-технического характера.

Как далее указано в акте, организационной причиной развития осложнения у ФИО16 послужило то обстоятельство, что операционной медицинской сестрой ФИО22 не был произведен пересчет тампонов, что входит в должностные обязанности операционной медицинской сестры, как до, так и после полостного оперативного вмешательства.

Поскольку врач акушер-гинеколог ФИО2, операционная медицинская сестра ФИО1 уволены из ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо», меры дисциплинарного характера к ним применены не были (л.д. 73-80).

Данные выводы были так же отражены в протоколе заседания врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 81-83).

В связи с увольнением ответчиков, объяснения по факту причинения вреда при проведении служебного расследования ими предоставлены не были, меры дисциплинарного характера к ним не применялись.

Выводы приведенных выше актов служебного расследования и протокола заседания врачебной комиссии о виновном неисполнении ФИО5 должностных обязанностей, повлекших возникновение приведенных выше последствий и причинении ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» материального вреда в связи с выплатой пострадавшей ФИО16 денежной компенсации морального вреда, нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Вместе с тем, по настоящему делу установлена так же и вина врача акушера-гинеколога ФИО2 в неисполнении им должностных обязанностей, так же состоящая в причинной связи с наступившими негативными последствиями, приведенными выше.

По факту причинения тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенного вследствие ненадлежащего исполнения работниками ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо», то есть по признакам преступления, предусмотренного частью 2 ст. 118 УК РФ, было возбуждено уголовное дело №. В качестве подозреваемого по данному делу был привлечен акушер-гинеколог ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» ФИО2

Будучи допрошенным в качестве подозреваемого ФИО2 вину в причинении тяжкого вреда здоровью пациенту ФИО16 по неосторожности, в результате оставления ДД.ММ.ГГГГ при проведении операции по <данные изъяты>, в брюшной полости пациента инородного тела – марлевой салфетки, признал. Указал, что в оставлении инородного тела в брюшной полости есть его вина, поскольку он не должен был оставлять марлевой тампон в брюшной полости. Дополнительно ФИО2 пояснил, что операционная сестра ФИО22 допустила ошибку, указав, что операционный материал в виде салфеток совпал по количеству с использованным. В случае, если бы она (операционная сестра) сообщила, что не хватает салфетки, то ФИО2 бы обязательно провел ревизию брюшной полости (л.д. 199-200).

Постановлением и.о. руководителя Бодайбинского межрайонного следственного отдела Следственного комитета РФ по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что в действиях ФИО2 имеются признаки состава преступления, предусмотренного частью 2 ст. 118 УК РФ, однако уголовное дело в отношении ФИО2 было прекращено на основании пункта 3 части 1 ст. 24 УРК РФ, - в связи с истечением срока давности уголовного преследования (л.д. 201-202).

Данное постановление не изменено, не отменено и является действующим, в связи с чем, оно признается судом относимым и допустимым письменным доказательством по делу в соответствии с требованиями ст. 71 ГПК РФ.

Обстоятельства и выводы указанного постановления о причинении акушером-гинекологом ФИО2 тяжкого вреда здоровью пациенту ФИО16 по неосторожности, в следствие ненадлежащего исполнения должностных обязанностей, и, кроме того, наличия вины операционной медицинской сестры ФИО1, согласуются с другими исследованными материалами дела.

В судебном заседании врач-хирург ФИО18 подтвердил, что участвовал при проведении операции пациенту ФИО16, оказывал помощь – ассистировал акушеру-гинекологу ФИО2 Свидетель сообщил, что в обязанности операционной сестры входит знание количества всех инструментов и перевязочного материала, т.е. зажимов, ножниц, салфеток, шариков и т.д. По окончании операции, оперирующий хирург задал вопрос операционной сестре о правильном подсчете всех инструментов и использования перевязочного материала. Поскольку по окончании операции от операционной сестры ФИО15 последовал утвердительный ответ о соответствии количества использованных салфеток и количеству, находящемуся в тазу, хирург ФИО2 принял решение закончить операцию, начать ушивание брюшной полости пациента.

Аналогичные показания в части должностных обязанностей операционной медицинской сестры сообщил и допрошенный в качестве специалиста ФИО10 - врач акушер-гинеколог хирургического отделения ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо», который так же подтвердил, что для при проведении операций, именно операционная медицинская сестра следит за количеством применяемых при операции инструментов, перевязочного материала, зажимов, ножниц, салфеток и.п. Оперирующий хирург по окончании операции спрашивает медицинскую сестру о количестве использованного материала и после этого принимается решение об окончании операции.

Поскольку предметом настоящего спора является установление причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников, принимавших участие в операции, в том числе операционной медицинской сестры ФИО5 и наступившими последствиями, в частности в виде оставления инородного тела (марлевой салфетки) в брюшной полости ФИО16 при проведении операции <данные изъяты>) ДД.ММ.ГГГГ, судом была назначена судебная медицинская экспертиза.

По заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №-С, проведенной ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» оставление инородного тела («марлевой салфетки») в брюшной полости пациента ФИО16, носит ятрогенный интраоперационный характер и было допущено во время выполнения планового оперативного вмешательства по удалению матки ДД.ММ.ГГГГ, что рассматривается как дефект оказания хирургической медицинской помощи со стороны медицинских работников ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо», принимавших участие в операции. Пребывание инородного тела привело к развитию гнойных осложнений – образованию пролежня стенки тонкой и толстой кишки (сдавливании петли кишки, её некрозу), формированию межкишечного абсцесса и инфильтрата, потребовавших повторного оперативного вмешательства. Развитие гнойных осложнений у ФИО16 состоит в прямой причинно-следственной связи с дефектами оказания медицинской помощи, допущенными при проведении операции по удалению матки ДД.ММ.ГГГГ в процессе которой было оставлено инородное тело (марлевая салфетка) (ответ на вопрос первый).

В ответе на второй вопрос эксперты указали, что в рамках профилактики оставления инородных материалов при оперативном вмешательстве рассматривают комплекс мер, включающий, в том числе: четкую организацию работы в хирургическом отделении и оперативном блоке, достаточное техническое обеспечение операции инструментами, оборудованием и освещением; выполнение оптимального оперативного доступа, дающего достаточный обзор операционного поля и свободу манипуляции хирурга; неукоснительное соблюдение во время операции технических правил и приемов, предупреждающих оставление инородных тел; контрольный счет салфеток, перевязочного материала и инструментов. Исключительно важным этапом является ревизия операционного поля, счет салфеток и инструментов перед зашиванием раны с привлечением участников операционной бригады. Результаты такой проверки обязательно отмечаются в протоколе операции; зашивание раны производится только после правильного счета салфеток и инструментария.

Как далее указано в заключении, в данном случае, ДД.ММ.ГГГГ, операционная бригада, в состав которой входил оперирующий хирург и операционная сестра, имели возможность и должны были принять меры, направленные на исключение оставления инородного тела (марлевой салфетки) в области операционного вмешательства. При тщательной ревизии операционного поля и правильном контрольном счете перед ушиванием (то есть при совпадении количества салфеток количества салфеток марлевых), возможно было избежать ятрогенных интраоперационных осложнений – оставления марлевой салфетки в брюшной полости.

Анализируя данное заключение, суд находит его отвечающим требованиям ст. 86 ГПК РФ, а так же ст. ст. 19, 25 Федерального закона РФ от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Исследование проведено компетентными судебно-медицинскими экспертами: заведующим отделом особо-сложных экспертиз – врачом-судебно-медицинским экспертом, имеющим высшее медицинское образование, врачом высшей категории, ФИО11 имеющим стаж работы с 1987 года, заведующим операционным отделением филиала № 1 ФГКУ 425 ВГ Минобороны России, кандидатом медицинских наук, доцентом кафедры факультетской хирургии ГБОУ ВПО ИГМУ, врачом-хирургом высшей категории, со стражем работы по специальности 40 лет, ФИО12; врачом-судебно-медицинским экспертом ФИО13, имеющей высшее медицинское образование, врачом высшей категории, со стажем работы 24 года.

Приведенные выше документы указывают на то, что экспертиза проведена по предмету исследования с применением существующих методик, приведенных в заключении. Данных, которые бы указывали на обоснованные сомнения в выводах экспертов, не имеется, таких доказательств участвующими в деле лицами не заявлено.

Не заявлено участвующими в деле лицами и ходатайств о назначении дополнительной или повторной экспертизы, в том числе в связи с неполнотой или возникшими сомнениями в достоверности выводов экспертов.

Не установлено судом и каки-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований к отводу экспертов, о наличии таких обстоятельств участвующими в деле лицами не заявлено и не представлено подтверждающих такие обстоятельства доказательств.

Каждый из экспертов до начала исследования дал подписку о том, что предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Выводы экспертов об обстоятельствах причинения тяжкого вреда здоровью ФИО16, о наличии причинной связи между действиями врача-акушера гинеколога ФИО2, операционной медицинской сестры ФИО5, допустивших дефекты оказания медицинской помощи, допущенными при проведении операции по удалению матки ДД.ММ.ГГГГ, в процессе которой было оставлено инородное тело (марлевая салфетка), согласуются с исследованными по делу доказательствами, содержание которых отражено выше, в частности актом «О результатах служебного расследования по факту обращения в Министерство здравоохранения Иркутской области ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от ДД.ММ.ГГГГ по вопросу оказания медицинской помощи в ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо», протоколом заседания врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ №, постановлением и.о. руководителя Бодайбинского межрайонного следственного отдела Следственного комитета РФ по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ о наличии в действиях врача-акушера ФИО2 признаков состава преступления, предусмотренного частью 2 ст. 118 УК РФ.

В частности, в указанных документах так же сделаны выводы о том, что операционная сестра ФИО22 допустила ошибку, указав о совпадении операционного материала в виде салфеток по количеству с использованным, и, кроме того, недостаточной настороженности акушера-гинеколога, в том числе на амбулаторном этапе наблюдения на возможность ятрогенного осложнения.

При этом, оперирующий хирург, имел возможность и должен был, наряду с правильным контрольным счетом использованных материалов перед ушиванием (то есть при совпадении количества салфеток количества салфеток марлевых), не полагаясь только на информацию операционной медицинской сестры, провести ревизию операционного поля, в том числе на предмет исключения оставления инородного тела (марлевой салфетки) в области операционного вмешательства, при соблюдении которых возможно было избежать ятрогенных интраоперационных осложнений – оставления марлевой салфетки в брюшной полости.

Именно эти осложнения в дальнейшем привели к причинению тяжкого вреда здоровью пациента ФИО14, причинении ей физических и нравственных страданий, которые в дальнейшем стали основанием для в взыскания в её пользу с ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» вступившим в законную силу решением Бодайбинского городского суда от 29 мая 2020 года по гражданскому делу № 2-89/2020 300 000 рублей в качестве денежной компенсации морального вреда и 13 598 рублей 55 копеек утраченного заработка, а всего в сумме 313 598 рублей 55 копеек.

Исследованные по делу доказательства, приведенные выше, в том числе пункты 3.4., 3.10 должностной инструкции операционной медицинской сестры, предусматривающие обязанность следить в ходе операции за своевременным возвращением инструментов и перевязочного материала, производить их пересчет, опровергают доводы ФИО5 об отсутствии оснований для возложения на неё материальной ответственности за ущерб, поскольку причиной ошибки в количестве использованных марлевых тампонов, послужили неверные сведения, сообщенные санитаркой.

Соответственно, действия ФИО2 и ФИО1 состоят в непосредственной причинной связи с возникновением у работодателя – ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» материального ущерба в сумме 313 598 рублей 55 копеек, выплаченного в пользу ФИО16 платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №.

Ответчики не представили суду доказательств в порядке ст. 56 ГПК РФ отсутствия своей вины в причинении ущерба работодателю, равно как и доказательств, свидетельствующих о том, что причинение указанного ущерба имело место вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости, иных обстоятельств, предусмотренных ст. 239 ГПК РФ.

Степень вины каждого из ответчиков в причинении вреда, исходя из обстоятельств причинения вреда, должностных обязанностей, суд признает равной.

Разрешая спор о возмещении материального ущерба за счет ответчиков, суд принимает во внимание, что согласно ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, в том числе: 1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52, судам следует учитывать, что работник может быть привлечен к материальной ответственности в полном размере на основании пункта 5 части первой статьи 243 ТК РФ, если ущерб причинен в результате преступных действий, установленных вступившим в законную силу приговором суда.

Учитывая, что наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по пункту 5 части первой статьи 243 ТК РФ, прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования или в суде, в том числе и по нереабилитирующим основаниям (в частности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, вследствие акта об амнистии), либо вынесение судом оправдательного приговора не может служить основанием для привлечения лица к полной материальной ответственности.

Невозможность привлечения работника к полной материальной ответственности по пункту 5 части первой статьи 243 ТК РФ не исключает право работодателя требовать от этого работника полного возмещения причиненного ущерба по иным основаниям.

Обвинительный приговор ни в отношении ФИО1, ни в отношении ФИО2 не выносился, а уголовное дело № в отношении последнего, как установлено выше, было прекращено на стадии предварительного следствия. Не смотря на то, что дело было прекращено в отношении ФИО2 по нереабилитирующим основаниям (в связи с истечением сроков давности для привлечения к уголовной ответственности), данное обстоятельство прямо исключает привлечение его к полной материальной ответственности по пункту 5 части 1 ст. 243 ТК РФ.

Федеральным законом на данных лиц (медицинских работников) не возложена полная материальная ответственность.

В ходе судебного заседания не было установлено, что материальный ущерб в результате действий ФИО2 и ФИО1 был связан с недостачей вверенных им товарно-материальных ценностей, причинением ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, в результате административного правонарушения, установленного соответствующим государственным органом, обусловлен разглашением сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную) либо причинен не при исполнении ими трудовых обязанностей.

Доказательств, которые бы свидетельствовали о наличии в действиях ФИО2 и ФИО1 иных оснований, предусмотренных частью 1 ст. 243 ТК РФ, для возложения на них полной материальной ответственности за ущерб, причиненный при исполнении ими трудовых обязанностей, не представлено.

Трудовым законодательством, которым регламентированы условия и порядок возложения на работника ответственности за ущерб, причиненный работодателю работником при исполнении трудовых обязанностей, не предусмотрены положения о солидарной ответственности работников при возмещении работодателю причиненного материального ущерба (Данная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 07 октября 2019 года № 22-КГ19-3).

С учетом изложенного, ответчики несут материальную ответственность за причиненный ущерб, каждый, в пределах среднего заработка.

Из справок ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» следует, что среднемесячный заработок ФИО22 составил за 12 календарных месяцев, на день причинения ущерба, - 52 350 рублей 26 копеек (628 203 рубля 01 копейка/12 месяцев), ФИО2 – 101 373 рубля 42 копейки (1 216 481 рубль 02 копейки/12 месяцев с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

В силу положений ст. 250 ТК РФ орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

По смыслу данной нормы и разъяснений по её применению, содержащихся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. В случае, если такого заявления от работника не поступило, суду при рассмотрении дела с учетом части 2 ст. 56 ГПК РФ необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся степени и формы вины, материального и семейного положения работника, и другие конкретные обстоятельства.

Такая позиция приведена также в пункте 6 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 5 декабря 2018 г.).

Ранее такой вопрос был поставлен на обсуждение сторон.

Исследованные судом материалы, представленные ранее, свидетельствуют, что ФИО2 женат, имеет на иждивении троих несовершеннолетних детей.

ФИО5 замужем, на её иждивении находится малолетний ребенок.

Ответчики в судебное заседание не явились, иных документов, подтверждающих соответствующие обстоятельства, характеризующие их материальное положение, суду не представили.

В этих условиях, принимая во внимание, что вред каждым из ответчиков был причинен по неосторожности, при отсутствии корыстного мотива у каждого.

С учетом этих обстоятельств, принимая во внимание обстоятельства, при которых был причинен ущерб, степень и форму вины каждого и причинителей вреда в ходе проведения планового оперативного вмешательства по удалению матки пациенту ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ, повлекшей причинение тяжкого вреда здоровью, размер причиненного работодателю материального ущерба, который для государственного бюджетного учреждения здравоохранения является значительным, суд находит возможным снизить размер вреда, определив его к взысканию в пользу ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо», с ФИО2 – 70 000 рублей, с ФИО1 – 35 000 рублей.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ суд присуждает в пользу истца с ответчиков расходы по уплаченной государственной пошлине по иску, пропорционально удовлетворенной части требований, исходя из расчета:

с ФИО2: 70 000 рублей (удовлетворенная часть требований)/156 799 рублей 28 копеек (313 598 рублей 55 копеек/2 (двое соответчиков – причинителей вреда) * 3 168 рублей (6 336 рублей/2 половина от уплаченной государственной пошлины) = 1 414 рублей 29 копеек;

с ФИО1: (35 000 рублей (удовлетворенная часть требований)/156 799 рублей 28 копеек (313 598 рублей 55 копеек/2 (двое соответчиков – причинителей вреда) * 3 168 рублей (6 336 рублей/2 половина от уплаченной государственной пошлины) = 707 рублей 15 копеек.

Об иных судебных расходах, понесенных сторонами в связи с рассмотрением настоящего дела, сторонами не заявлено.

Соответствующие расходы могут быть возмещены судом в дальнейшем в порядке, предусмотренном ст. 103.1 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-198, 235 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

1. Иск Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница г. Бодайбо» к ФИО2, ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного при исполнении служебных обязанностей, удовлетворить частично.

2. Взыскать с ФИО2, <данные изъяты>, в пользу Областного государственного бюджетного учреждения «Районная больница г. Бодайбо» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 380201001), 70 000 рублей (Семьдесят тысяч рублей) в возмещение материального ущерба и 1 414 рублей 29 копеек (Одну тысячу четыреста четырнадцать рублей 29 копеек) расходов по уплаченной государственной пошлине, а всего в сумме 71 414 рублей 29 копеек (Семьдесят одна тысяча четыреста четырнадцать рублей 29 копеек).

В остальной части исковых требований о взыскании с ФИО2 материального ущерба при исполнении трудовых обязанностей, расходов по уплаченной государственной пошлине по иску, Областному государственному учреждению здравоохранения «Районная больница г. Бодайбо» отказать.

3. Взыскать с ФИО1, <данные изъяты> в пользу Областного государственного бюджетного учреждения «Районная больница г. Бодайбо» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 380201001), 35 000 рублей (Тридцать пять тысяч рублей) в возмещение материального ущерба и 707 рублей 15 копеек (Семьсот семь рублей 15 копеек) расходов по уплаченной государственной пошлине, а всего в сумме 35 707 рублей 15 копеек (Тридцать пять тысяч семьсот семь рублей 15 копеек).

В остальной части исковых требований о взыскании с ФИО1 материального ущерба при исполнении трудовых обязанностей, расходов по уплаченной государственной пошлине по иску, Областному государственному учреждению здравоохранения «Районная больница г. Бодайбо» отказать.

4. Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья: Э.С. Ермаков