Дело № 2-2253/2025
УИД: 55RS0001-01-2025-001500-38
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Кировский районный суд г. Омска
в составе председательствующего судьи Крутиковой А.А.,
при помощнике ФИО1,
с участием старшего помощника прокурора Кировского АО г. Омска ФИО2,
рассмотрев «01» октября 2025 года в открытом судебном заседании в г. Омске гражданское дело по исковому заявлению Т.А.П. к БУЗОО «ГК БСМП № 1» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Т.А.П. обратилась в суд с исковым заявлением к БУЗОО «ГКБ СМП № 1» о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование требований указала, что 26.01.2025 она была госпитализирована БУЗОО «ГКБ СМП №» с острой болью в животе. Находилась на лечении в 1-м хирургическом отделении с диагнозом - кишечная колика. Лечение проходила в стационаре с 21-28 час. ДД.ММ.ГГГГ по 16-00 час. ДД.ММ.ГГГГ. Были назначены лекарственные препараты - Омез (снижает секрецию соляной кислоты), ФИО3 (оказывает спазмолитическое, миотропное, сосудорасширяющее, гипотензивное.) На следующий день после выписки из стационара БУЗОО «ГК БСМП № 1» ее состояние ухудшилось, возобновился и усилился болевой синдром, поднялась температура, она была вынуждена обратиться в БУЗОО «Областная клиническая больница». ДД.ММ.ГГГГ в 16-59 час. она была госпитализирована в БУЗОО «Областная клиническая больница» с диагнозом: <данные изъяты> (код согласно медицинских услуг: <данные изъяты>). Полагает, что в БУЗОО «ГК БСМП № 1» некачественно оказали медицинскую помощь и неверно поставили диагноз, в связи с чем, состояние здоровья значительно ухудшилось и появились серьезные осложнения - периаппендикулярный абсцесс, тифлит. Аппендикулярный абсцесс - отграниченный участок гнойного воспаления брюшины, возникший вследствие деструкции червеобразного отростка. В результате поздней диагностики основного заболевания она получила серьезные осложнения. Проходила лечение в стационаре на протяжении 18 дней, после выписки из больницы, ежедневно до ДД.ММ.ГГГГ ходила на перевязки в поликлинику по месту жительства. Длительное время испытывала и продолжает испытывать боли, вынуждена принимать обезболивающие препараты и другие лекарственные средства для устранения воспалений, восстановления организма, вынуждена соблюдать строгую диету, и не может полноценно вернуться к нормальной жизнедеятельности в связи с осложнениями.
На основании изложенного, просила взыскать с ответчика БУЗОО «ГК БСМП № 1» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.
ДД.ММ.ГГГГ протокольным определением судьи Кировского районного суда г. Омска к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Министерство здравоохранения Омской области.
Истец Т.А.П. и ее представитель Л.Ю.В., допущенная к участию на основании устного ходатайства, в судебном заседании заявленные требования подержали, просили удовлетворить. Суду пояснили, что после выписки из БУЗОО «БСМП № 1» у истца к вечеру поднялась температура до 38 градусов. Ввиду того, что со стороны врачей БУЗОО «БСМП № 1» имело место пренебрежительное отношение, она поехала в БУЗОО «ОКБ», где на приеме ей сразу был выставлен диагноз «аппендицит». В связи с проведенной операцией полгода проходила реабилитацию, 1,5 месяца ходила с открытой раной на перевязки. После заживления раны 2,5 месяца наблюдалась у гастроэнтеролога.
Представитель ответчика БУЗОО «БСМП № 1» Х.Ю.И., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве. Суду пояснила, что достоверных и чётких критериев с описанием сроков и длительности развития деструктивного процесса в кишечной стенке при острой хирургической патологии, куда относится и острый аппендицит не существует. В качестве дефекта оказания медицинской помощи в экспертном заключении указано, что «при первичном осмотре хирурга ДД.ММ.ГГГГ жалобы не детализированы, имеется запись «боли в животе» без указания четкой локализации»; «анамнез собран очень скудно не указано, в каком отделе живота появились боли, не указано была ли миграция болей в правую подвздошную область, тошнота, рвота, не описаны возможные нарушения стула и мочеиспускания, анорексия». Вместе с тем, указанный вывод не соответствует данным медицинской документации осмотра хирурга в приемном отделении в 21.31 ДД.ММ.ГГГГ), где указано, что «при пальпации живот мягкий, слабоболезненный в правой подвздошной области». Об отсутствии анорексии свидетельствовали данные о росте и весе пациентки, которые также содержатся в истории болезни. Не соответствует также действительности указание на «отсутствие описания аппендикулярных симптомов Ровзинга, Воскресенского, Мак-Берни». Указанные симптомы являются одними их десятка симптомов раздражения брюшины, информация об отсутствии которых указана при осмотре врачом-хирургом приемного отделения. Отсутствие оценки по шкалам AIR, RIP AS A, AAS - дефекты ведения медицинской документации, так как согласно Клиническим рекомендациям «Острый аппендицит у взрослых» от ДД.ММ.ГГГГ данные шкалы чувствительны для исключения заболевания, но недостаточно специфичны для абсолютного подтверждения. Таким образом, оценка по данным шкалам позволяет ставить под подозрение диагноз острый аппендицит, на что и было указано врачами приемного отделения БУЗОО «ГК БСМП №». Учитывая, что Т.А.П. была госпитализирована в хирургическое отделение с подозрением на острый аппендицит, неуказание в истории болезни значения по каждой из шкал не повлияло на ее дальнейшее лечение. Оценка болезненности живота, в том числе при пальпации, симптомов раздражения брюшины, перистатики, диуреза, температуры тела производилась при каждом осмотре, кроме того, Т.А.П. сама не предъявляла каких-либо жалоб. Дополнительно проводились лабораторные исследования, результаты которых свидетельствуют об отсутствии воспалительного процесса. Эксперты не установили, когда именно у Т.А.П. возник острый аппендицит. Высказывают лишь предположение о том, что диагноз возник до поступления в БУЗОО «ОКБ», описывая вероятность возникновения у нее первичного гангренозного аппендицита, указывают на его маловероятность, но никак не на однозначное ее отсутствие. Т.А.П. была выписана их БУЗОО «ГК БСМП №1» ДД.ММ.ГГГГ в 16-00 час. Осмотр врачом-хирургом в БУЗОО «ОКБ» осуществлялся в 14 -00 час. ДД.ММ.ГГГГ, то есть по прошествии суток. При сборе анамнеза в БУЗОО «ОКБ» также отмечено, что боль в животе вернулась ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на момент выписки из БУЗОО «ГК БСМП №1» отсутствовала. Истец госпитализирована в стационар в 16-59 час. ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая, что оперативное вмешательство проведено через двое суток (44 часа) после выписки Т.А.П. из БУЗОО «ГК БСМП № 1» и средние сроки развития гангренозного аппендицита, можно говорить о том, что острый аппендицит возник уже после выписки Т.А.П. из стационара, что не отрицается и экспертами, которые говорят о возникновении острого аппендицита до поступления в БУЗОО «ОКБ», но не делают выводов о его возникновении в период нахождения в БУЗОО «ГК БСМП№1». Использование дренажа в течение 2-х месяцев после подобной операции нормальная практика.
Представители третьих лиц Министерства здравоохранения Омской области, БУЗОО «Областная клиническая больница» в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Свидетель А.А.В. допрошенный в ходе судебного разбирательства суду пояснил, что является врачом-хирургом в БУЗОО «БСМП №». Т.А.П. находилась на лечении в их учреждении в течение 4 дней, проводились осмотры. Также было проведено УЗИ брюшной полости, специалист патологий не выявил, после чего она была выписана. ДД.ММ.ГГГГ Т.А.П. была госпитализирована с острым гангренозным аппендицитом, ранее данный диагноз не устанавливался.
В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело по представленным доказательствам при данной явке.
Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника прокурора, полагавшую требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, изучив материалы дела, медицинскую документацию, заключение эксперта, суд установил следующее.
В части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно пунктам 1 – 3, 9, 21 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охраной здоровья граждан является система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.
Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациентом является физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.
При этом, под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Статьей 4 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
В силу частей 1, 2 статьи 19 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:
1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;
2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;
3) на основе клинических рекомендаций;
4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Согласно частям 2, 3 статьи 98 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Исходя из обозначенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 – 1101) и статьей 151 ГК РФ.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Пункт 2 статьи 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11, 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
По смыслу указанных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом, законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий в случае, если вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Учитывая изложенное, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, а на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Указаннная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.10.2019 № 80-КГ19-13.
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Согласно статье 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ в 21-31 часов Т.А.П. обратилась за медицинской помощью к врачу хирургу приемного отделения БУЗОО «БСМП №1».
Согласно записей врача- хирурга вмедицинской карты №, на момент осмотра Т.А.П. предъявляла жалобы на боли в животе. Согласно данным анамнеза собранного со слов пациентки считает себя больной в течение последних 3 дней когда появились боли в животе, 10 часов назад возникло повышение температуры до 37,3 градусов, самостоятельно не лечилась, за мед помощью не обращалась. Самостоятельно обратилась БСМП№1. При проведении объективного осмотра врачом отмечено, что при пальпации живот мягкий, слабоболезненный в правой подвздошной области, симптомы раздражения брюшины отрицательные. При пальцевом ректальном исследовании - сфинктер в нормотонусе, ампула содержит кал обычного цвета, болезненности нет, патологические образования не определяются. Госпитализирована по экстренным показаниям. Установлен предварительный диагноз: Острый аппендицит? Аднексит справа?
Составлен план обследования. ОАК, О AM + диастаза, БХ-крови, Группа крови, Коагулограмма, УЗИ абдоминальное + Почек; R-ОГК+ОБП.
Назначена симптоматическая терапия (спазмолитик платифиллин).
После проведённых обследований, в том числе инструментального данных по острой хирургической патологии выявлено не было. Проведена консультация врачом-гинекологом, однако гинекологического осмотра ДД.ММ.ГГГГ проведено не было ввиду отказа пациентки, о чём свидетельствует письменный отказ, подписанный гр. Т.А.П.
На фоне проводимого спазмолитического лечения при осмотре от ДД.ММ.ГГГГ Т.А.П. отмечено уменьшение болей в животе.
ДД.ММ.ГГГГ Т.А.П. была выписана из БУЗОО «Городская поликлиника №» ввиду улучшения состояния. При выписке даны рекомендации: наблюдение и лечение амбулаторно у гастроэнтеролога, гинеколога по месту жительства, УЗИ абдоминальное, ФГДС в плановом v порядке, МРТ малого таза, контроль общего анализа крови, общего анализа мочи.
ДД.ММ.ГГГГ Т.А.П. обратилась за медицинской помощью в БУЗОО «Областная клиническая больница» с жалобами на боль в животе. Из медицинской карты № следует, что собран анамнез заболевания из которого следует, что пациентка считает себя больной с ДД.ММ.ГГГГ, когда стала отмечать появление боли в эпигастральной области, вздутие живота, в динамике болевой синдром локализовался в правой подвздошной области. Обратилась в БСМП № госпитализирована в хирургическое отделение с диагнозом: кишечная колика, получала консервативное лечение ДД.ММ.ГГГГ выписана из стационара в удовлетворительном состоянии. ДД.ММ.ГГГГ отмечает возобновление болевого синдрома, повышение температуры тела до 37,7 С, самостоятельно обратилась в приёмное отделение ОКБ. При объективном осмотре живот при пальпации: мягкий, болезненный в правой подвздошной области.
ДД.ММ.ГГГГ в 16-05 час. проведена консультация врача-акушера-гинеколога, которым при проведении гинекологического осмотра в области придатков матки справа высоко от матки определялся инфильтрат? колбасовидное образование? В связи с чем был установлен предварительный диагноз: аппендикулярный инфильтрат? Сальпингит справа?
ДД.ММ.ГГГГ врачом-хирургом было принято решение об оперативном лечение пациентки в объеме диагностической лапароскопии, ввиду клиническую картину, сохраняющийся болевой синдром, неэффективность консервативных мероприятий, воспалительные изменения в гемограмме.
ДД.ММ.ГГГГ было выполнено оперативной вмешательство «диагностическая лапароскопия», - визуализирован гиперемированный купол слепой кишки, который был инфильтрирован, расположен низко у входа в малый таз, фиксирован к париетальной брюшине рыхлыми сращениями с наложениями фибрина. С большими техническими трудностями купол слепой кишки мобилизован тупым путем, при разделении сращений, в правой подвздошной ямке вскрыт гнойник - получено до 10 мл сливкообразного гноя, осушен, бак посев. Визуализировано основание аппендикса, на видимом участке червеобразный отросток утолщен, инфильтрирован, серо-зеленого цвета с фокусами некроза, покрыт наложениям фибрина. Далее ход продолжается глубоко в малый таз, где определяется инфильтрат вовлекающий червеобразный отросток, петлю подвздошной кишки и париетальную брюшину. С учетом интраоперационных находок, отсутствия адекватной экспозиции - принято решение о конверсии. Выполнена лапаротомия по Волковичу - ФИО4. Аппендикс выведен в операционную рану, длиной до 11 см, в нижней трети колбообразно расширен (Мукоцеле?), гангренозно-изменен. Выполнена типичная аппендэктомия с погружением культи аппендикса кисетным швом.
Установлен послеоперационный диагноз «<данные изъяты>.».
Послеоперационный период Т.А.П. находилась в БУЗОО «Областная клиническая больница», в связи с выздоровлением ДД.ММ.ГГГГ выписана из стационара, даны рекомендации по последующему лечению.
Истец в обосновании своих требований указывает, что в связи с поздней диагностикой заболевания ею были получены серьезные осложнения, выразившиеся в длительном пребывании в стационаре и дальнейшем амбулаторном лечении в поликлинике
Определением Кировского районного суда г. Омска от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя истца была назначена экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «МБЭКС» на разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:
1. Установить имелись ли ошибки диагностики и лечения пациентки Т.А.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р. со стороны врачей БУЗОО «ГК БСМП №» при нахождении ее на лечении в период с 21-28 час. ДД.ММ.ГГГГ по 16-00 час. ДД.ММ.ГГГГ?
2. Могли ли медицинские работники БУЗОО «ГК БСМП №» выявить у Т.А.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р. аппендицит в период с 21-28 час. ДД.ММ.ГГГГ по 16-00 час. ДД.ММ.ГГГГ и назначить адекватное лечение?
3. В случае выявления недостатков при оказании медицинской помощи Т.А.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р. специалистами БУЗОО «ГК БСМП №», повлияли ли данные недостатки на ухудшение состояния здоровья пациентки Т.А.П., если да то каким образом?
4. В случае выявления осложнений, указать, могли ли правильные диагностика и своевременное хирургическое вмешательство специалистов БУЗОО «ГК БСМП №» предотвратить развитие осложнений?
5. Определить степень тяжести вреда причиненного здоровью в результате действий БУЗОО «ГК БСМП №».
Согласно заключению эксперта №, подготовленного экспертами ООО «МБЭКС» К.К.Е., В.Ю.С., следует, что для ответа на 1.3.4.5 вопросы исследовалась медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара № из БУЗОО ГК «БСМП №», на имя Т.А.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р., в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были выявлены следующие нарушения клинических рекомендации - Острый аппендицит у взрослых - 2023-2024-2025 (24.11.2023) - Утверждены Минздравом РФ:
- При первичном осмотре хирурга ДД.ММ.ГГГГ жалобы пациентки не детализированы - имеется запись «боли в животе» - без указания четкой локализации болей.
- Анамнез собран очень скудно — не указано, в каком отделе живота появились боли, не указано была ли миграция болей в правую подвздошную область, тошнота, рвота, не описаны возможные нарушения стула и мочеиспускания, анорексия.
- В процессе самого осмотра не описаны аппендикулярные симптомы — Воскресенского, Мак-Бурнея (Мак-Берни), Ровзинга.
- Не проведена оценка вероятности острого аппендицита по шкалам AIR (Appendicitis Inflammatory Response Score), RIPASA (Raja Isteri Pengiran Anak Saleha Appendicitis) и AAS (Adult Appendicitis Score).
- В дневниковых записях за период наблюдения в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют указания на проверку аппендикулярных симптомов Диагноз «Острый аппендицит» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в БУЗОО ГК «БСМП №1» установлен не был в связи с чем нарушен п. «з» пп. 2.2. Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»- «установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций; установление клинического, диагноза при поступлении пациента по экстренным показаниям не позднее 24 часов с момента поступления пациента в профильное отделение».
Учитывая то, что при проведении оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ в БУЗОО «Областная клиническая больница» был выявлен гангренозный аппендицит с тифлитом (воспаление слепой кишки) и периаппендикулярным абсцессом, принимая во внимание возраст гр. Т.А.П. (31 год), можно прийти к выводу, что острый аппендицит у гр. Т.А.П. имелся до поступления в БУЗОО «Областная клиническая больница», однако достоверно точно определить давность его возникновения, форму острого аппендицита (катаральный, флегмонозный или гангренозный) на момент поступления ДД.ММ.ГГГГ и определить к каким последствиям (ухудшению состояния здоровья, усложнениям) привела несвоевременная диагностика острого аппендицита - не представляется возможным, ввиду того, что в медицинской карте из БУЗОО ГК «БСМП №» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не содержится достаточного объема данных (жалобы не детализированы, анамнез малоинформативен, отсутствует оценка аппендикулярных симптомов за весь период лечения, не проведена оценка вероятности острого аппендицита по шкалам AIR, RIP ASA и AAS). (ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» - «Заключение эксперта должно основываться на, положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных»).
По имеющимся в медицинской карте данным, в рамках проведения настоящей экспертизы не представляется возможным провести оценку по шкалам AIR (Appendicitis Inflammatory Response Score), RIP ASA (Raja Isteri Pengiran Anak Saleha Appendicitis) и AAS (Adult Appendicitis Score) для определения оптимальной диагностики (в т.ч. проведение лапароскопии) острого аппендицита, а также определить наличие показаний для оперативного лечения, (ст. 8 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» - «Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных»).
Таким образом, в медицинской карте № из БУЗОО ГК «БСМП №», на имя Т.А.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р. не содержится достаточного объема сведений (жалобы не детализированы, анамнез малоинформативен, отсутствует оценка аппендикулярных симптомов за весь период лечения, не проведена оценка вероятности острого аппендицита по шкалам AIR, RIP ASA и AAS), без которых не представляется возможным судить о характере и степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (п. 27 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. N194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вредя, причиненного здоровью человека»).
В ответе на второй вопрос экспертизы указано, что в данной редакции однозначно и категорично ответить на данный вопрос не представляется возможным., поскольку он носит общетеоретический, гипотетический характер, в связи с чем, требует предположений, что, в свою очередь, не входит в компетенцию комиссии экспертов, поскольку последняя, дает судебно-медицинскую оценку фактическим последствиям каких-либо действий (бездействий) применительно к каждому конкретному случаю, в соответствии со ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» - «Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных».
Кроме того, в ходе судебного разбирательства в качестве специалиста в порядке ст. 188 ГПК РФ был допрошен П.А.В., суду пояснил, что является врачом-хирургом в БУЗОО «БСМП №1». При поступлении Т.А.П. в приемное отделение, симптомов острого аппендицита не установлено. С момента выписки пациента прошло двое суток, а потому за данный период теоретически мог развиться острый аппендицит. Диагноз устанавливается на основании жалоб, лабораторных анализов. Проводилось полное лечение спазмолитиками, контролировались анализы, ввиду снижения болей, показатели не превышали нормальных значений, поставлен диагноз - кишечная колика, после чего пациентка была выписана. В клинических рекомендациях «Острого аппендицита у взрослых» 2023-2024-2025 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что диагноз «острый аппендицит» устанавливается на основании жалоб на боль в правой подвздошной области, данных физикального обследования - болезненность и мышечное напряжение при пальпации правой подвздошной области, данных лабораторных анализов (лейкоцитоз, увеличение содержания С-реактивного протеина), инструментальных исследований (УЗ- или КТ-признаки острого аппендицита). Таким образом, изначально рекомендуется прием врача-хирурга с целью исключения или подтверждения данного диагноза и определения дальнейшей тактики.
Допрошенный в качестве специалиста в порядке ст. 188 ГПК РФ в ходе судебного разбирательства ФИО5 суду пояснил, что Т.А.П. поступила к нему уже после операции по удалению аппендицита. Аппендицит клинически проявляется у всех по-разному, его протекание имеет различный временной интервал. Длительность пребывания пациента в медучреждении всегда обусловлена тяжестью и объемом оперативного вмешательства. Примерный период нахождения на стационарном лечении предполагает 7-8 дней, а после зачастую требуется длительное восстановление амбулаторно. В случае с Т.А.П. осложнения после операции отсутствуют.
Анализируя выводы экспертов и их заключение, с точки зрения допустимости и достоверности, суд приходит к следующему выводу.
В силу части 1 и 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
Как следует из положений части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со статей 67 названного Кодекса, заключение эксперта - необязательно для суда и оценивается судом в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.
Вместе с тем, назначение судебной экспертизы по правилам статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается - если это необходимо для устранения противоречий в собранных судом иных доказательствах, а другим способом сделать это не представляется возможным.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статьи 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Как следует из заключения судебной экспертизы, комиссия экспертов усмотрела в работе врачей БУЗОО «БСМП №1» недостатки в части ведения медицинской документации, так как в ней не содержится достаточного объема сведений (жалобы не детализированы, анамнез малоинформативен, отсутствует оценка аппендикулярных симптомов за весь период лечения, не проведена оценка вероятности острого аппендицита по шкалам AIR, RIPASA и AAS), при этом действия которые бы состояли в прямой причинно-следственной связи с ухудшением состояния здоровья Т.А.П. и теми осложнениями, которые были установлены в ходе стационарного лечения; и констатировали, что возникшие осложнения не могут быть квалифицированы как вред здоровью установлены не были.
Вместе с тем, суд учитывает, что закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом, и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь (данная правовая позиция изложена в Определении судебной коллегии Верховного Суда РФ от 22.03.2021 N 18-КГ20-122-К4).
Следовательно, наступление ответственности медицинского учреждения не может быть поставлено в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением врачей и наступившим вредом. Значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи могли способствовать неблагоприятному исходу в виде ухудшения состояния здоровья, повлекшего ситуацию, при которой потребовалось оперативное вмешательство.
В период возникновения спорной ситуации действовали Клинические рекомендации "Острый аппендицит у взрослых", утв. Министерством здравоохранения РФ, 2020 г.
В пункт 1.6 указанных рекомендаций указано, что классическая клиническая картина острого аппендицита (анамнез, типичные физикальные симптомы, лабораторные признаки) - отсутствует в 20 - 33% случаев. При этом в других случаях он может "маскироваться" под другие заболевания, в связи с чем - его диагностика может быть существенно затруднена, особенно у пожилых пациентов, беременных и женщин детородного возраста. Заболевания, с которыми в обязательном порядке необходимо проводить дифференциальную диагностику ОА, представлены в Приложении Г1 (в приложении указана, в том числе кишечная инфекция).
Вместе с тем, рекомендовано любое появление боли в правом нижнем квадранте живота рассматривать как подозрение на ОА (пункт 2.1). И в качестве комментария к этому указано: обычно пациенты предъявляют жалобы на боль в животе без четкой локализации (обычно в околопупочной или эпигастральной областях), с потерей аппетита, тошнотой, рвотой или без. Общие симптомы аппендицита включают боль в животе приблизительно у 100%, потерю аппетита - у 100%, тошноту - у 90% и миграцию боли в правый нижний квадрант - у 50%. Рвота наблюдается обычно в первые часы заболевания и, как правило, бывает однократной.
Помимо пальпации, должна быть проведена лабораторная диагностика: общий клинический анализ крови; лейкоцитоз, увеличение числа полиморфноядерных нейтрофилов (>75%), увеличение СОЭ, С-реактивного белка имеют диагностическое значение при соответствии с клинической картиной.
Пунктом 2.4 Клинических рекомендаций установлено, что пациентов со средней вероятностью ОА (по AAS/AIR) рекомендовано госпитализировать в стационар для дальнейшего наблюдения; рекомендовано УЗИ как обязательное дополнение к физикальному обследованию; также рекомендована КТ визуализация брюшной полости, когда отсутствуют ультразвуковые признака аппендицита.
В Клинических рекомендациях указано, что осложненный острый аппендицит - это признаки распространения инфекции в брюшной полости с развитием аппендикулярного инфильтрата, абсцесса(-ов), местного или распространенного перитонита, забрюшинной флегмоны, пилефлебита. К осложнениям относятся: аппендикулярный инфильтрат (дооперационное выявление); периаппендикулярный абсцесс (дооперационное выявление); периаппендикулярный абсцесс (интраоперационное выявление).
Однако решение о необходимости проведения методов визуализации брюшной полости рекомендовано принимать на основе предварительной оценки вероятности ОА, проведенной по шкалам, представленным в Приложении Г2.
В данном случае, шкала оценки вероятности острого аппендицита, на момент осмотра Т.А.П. врачом-хирургом БУЗОО «БСМП №1» не была установлена, что в свою очередь, являлось основанием для госпитализации Т.А.П. с целью дальнейшего исследования в условиях стационара. Более того, неустановление у нее признаков аппендицита на ультразвуковом исследовании, что зафиксировано в медицинской карте, являлось основанием для проведения КТ, чего в данном случае сделано не было.
Обстоятельства, установленные судом, являются достаточным основанием считать, что ненадлежащее оказание Т.А.П. медицинской помощи; а равно некачественное оказание медицинской услуги как таковой, причинило ей моральный вред, и, как следствие, является основанием для привлечения БУЗОО «БСМП №1» к гражданско-правовой ответственности в виде денежной компенсации морального вреда, причиненного истцу.
В ходе рассмотрения спора нашли подтверждение недостатки ведения медицинской документации. При этом, отсутствие надлежаще оформленной ответчиком медицинской документации в отношении истца, не свидетельствует о некачественном оказании ответчиком таких услуг.
Ответчиком нарушены права истца, выразившиеся в несоблюдении медицинскими работниками правил по ведению медицинской документации, что подтверждается материалами дела, заключением судебной экспертизы, и не оспорено сторонами, и в связи с чем, в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда на основании ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей", п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей".
Отсутствие прямой причинно-следственной связи между выявленными нарушениями и наступившим последствиями не освобождают ответчика от ответственности, однако является основанием для снижения заявленного истцом размера компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с БУЗОО «ГК БСМП № 1» в пользу истца, суд принимает во внимание, что установленные экспертом недостатки при постановке диагноза достоверно не повлияли на исход заболевания, и не повлекли каких-либо последствий для истца, индивидуальные особенности ее личности, в частности возраст, необходимость повторного обращения к врачу после недавней госпитализации, то обстоятельство, что неблагоприятный исход заболевания угрожал жизни пациента, суд полагает возможным взыскать с БУЗОО «ГК БСМП № 1» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей.
Учитывая, что истец освобождена от уплаты государственной пошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3000 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с БУЗОО «ГК БСМП № 1» ИНН <***> в пользу Т.А.П. паспорт <...>, в счет компенсации морального вреда 80 000 рублей в пользу каждого.
Взыскать с БУЗОО «ГК БСМП № 1» в доход местного бюджета госпошлину в сумме 3000 рублей.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Омский областной суд через Кировский районный суд г. Омска в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья А.А. Крутикова
Мотивированное решение суда составлено 15 октября 2025 года
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>