Дело № 12-679/2023

УИД: 76MS0014-01-2023-004572-29

РЕШЕНИЕ

22 декабря 2023 года г. Ярославль

Судья Кировского районного суда г. Ярославля Сергеева Е.А.,

при секретаре Фризен И.М.,

с участием:

защитника лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО1, ФИО2,

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района г. Ярославля ФИО3 от 15 ноября 2023 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района г. Ярославля ФИО3 от 15 ноября 2023 года ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев за управление в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации 23 октября 1993 года № 1090, 25 июля 2023 года в 16 часов 05 минут по адресу: <...> автомобилем <данные изъяты>, в состоянии опьянения.

Не согласившись с указанным постановлением в установленный законом срок ФИО1 обратился в суд с жалобой, в которой просит постановление мирового судьи отменить, а производство по делу об административном правонарушении прекратить по тем основаниям, что выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на неверной оценке доказательств, в том числе и видеозаписей с видеорегистратора инспекторов ДПС. Приводя в жалобе частичную стенограмму сведений видеозаписей со ссылками на номер видеозаписей и указанное в них время, ФИО1, анализируя содержащиеся на данных видеозаписях сведения, указывает на то, что, как на стадии проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и на стадии составления протокола об административном правонарушении ему не были разъяснены права, при этом он был лишен возможности давать объяснения, заявлять отводы, ходатайства, представлять доказательства, пользоваться юридической помощью, относительно которой просил предоставить ему возможность связаться с защитником, в чем ему было отказано; кроме того, участвующим при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения понятым не были разъяснены права и обязанности. Более того, после первой неудачной попытки продува в трубку прибора (алкотестера) инспектором ДПС проводились с прибором какие-то манипуляции, при этом одноразовая трубка для осуществления забора выдыхаемого воздуха (продува) заменена не была. Поскольку ввиду неразъяснения ему прав, а также порядка проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и своей юридической неграмотности он не был осведомлен о сути происходящего, в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения он имел намерение отразить свое согласие с замечаниями, в чем инспектором ДПС ему было отказано. В связи с этим он вынужден был перечеркнуть выполненную им собственноручно запись «с замечаниями», оставив в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения лишь слово «согласен». При этом в действительности с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения он согласен не был, в связи с чем подлежал направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Кроме того, протокол об административном правонарушении был составлен в его отсутствие, так как в момент составления инспектором ДПС протокола об административном правонарушении он находился на улице и в патрульный автомобиль ДПС для участия в составлении протокола об административном правонарушении не приглашался. После составления протокола об административном правонарушении и предоставления последнего ему для подписания, инспектором ДПС ему действительно были разъяснены права, за исключением права давать объяснения, которое ему было предоставлено лишь после подписания протокола об административном правонарушении и лишь непосредственно в бланке самого протокола. При этом запись в протокол об административном правонарушении была внесения им вынужденно после уговоров одного из сотрудников ДПС. Считает акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокол об административном правонарушении недопустимыми доказательствами.

В судебное заседание лицо, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО1, уведомленный о месте и времени рассмотрения дела своевременно и надлежаще, не явился, причину неявки не сообщил, об отложении дела слушанием не ходатайствовал.

Защитник ФИО1 на основании доверенности ФИО8 в судебном заседании доводы жалобы поддержал.

Должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, инспектор ДПС ОСВ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области ФИО4, уведомленный о месте и времени рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явился, об отложении дела слушанием не ходатайствовал.

В судебном заседании разрешен вопрос о рассмотрении жалобы в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив жалобу, выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, прихожу к следующему.

Постановление от 15 ноября 2023 года вынесено в полном соответствии со ст. 29.10 КоАП РФ, уполномоченным на то лицом и основано на полно и правильно исследованных доказательствах, каждому из которых дана соответствующая правовая оценка. Срок рассмотрения дела об административном правонарушении, установленный ч. 1.1 ст. 29.6 КоАП РФ, а также срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный ст. 4.5 КоАП РФ, при вынесении постановления не нарушены. Все значимые для правильного разрешения дела обстоятельства мировым судьей выяснены и установлены верно.

Диспозиция ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения.

Согласно п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения РФ), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения.

Из материалов дела следует, что 25 июля 2023 года в 16 часов 05 минут по адресу: <...> ФИО1 управлял транспортным средством <данные изъяты>, в состоянии опьянения, чем нарушил п. 2.7 Правил дорожного движения РФ.

Указанные обстоятельства подтверждаются:

- протоколом об административном правонарушении 76 АВ № 330006 от 25 июля 2023 года (л.д. 4), в котором отражены установленные в ходе производства по делу об административном правонарушении обстоятельства и согласие ФИО1 в виде выполненной им самим записи «согласен с цифрами на приборе, использую таблетки и капли для лечения сердечно-сосудистых последствий после COVID 19»;

- протоколом 76 АО 289955 об отстранении от управления транспортным средством от 25 июля 2023 года, согласно которому в указанную дату в 16 часов 12 минут ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством <данные изъяты>, в связи с наличием достаточных оснований полагать, что он (ФИО1) находится в состоянии опьянения (имеют место следующие признаки алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта) (л.д. 5);

- актом 76 АА № 124491 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 25 июля 2023 года, согласно которому у ФИО1 установлено наличие абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,40 мг/л (показания прибора Алкотест 6810, заводской номер средства измерения ARCN-0466) и соответственно состояние алкогольного опьянения; с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 был согласен (л.д. 6, 7);

- просмотренной в судебном заседании видеозаписью, которая, наряду с участием понятых, применялась сотрудниками ГИБДД при отстранении ФИО1 от управления транспортным средством и проведении в отношении ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, имеющейся в материалах дела;

- рапортом инспектора ДПС ОСВ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области ФИО4 от 25 июля 2023 года, согласно которому 25 июля 2023 года в 16 часов 05 минут по адресу: <...>, был остановлен автомобиль <данные изъяты>, под управлением ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения (л.д. 8 оборот);

- рапортом инспектора ДПС ОСВ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области ФИО5 от 25 июля 2023 года, согласно которому 25 июля 2023 года в 16 часов 05 минут по адресу: <...>, был остановлен автомобиль <данные изъяты>, под управлением ФИО1, у которого имелись признаки алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта) и который был препровожден в патрульный автомобиль для проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения ФИО1 был согласен в присутствии двух понятых; после прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и получения его результатов (0,40 мг/л) в графе «согласен/не согласен» ФИО1 запись не делал, ссылаясь на то, что не знает, какое ему (ФИО1) принять решение, затягивая тем самым проведение процедуры. ФИО1 при этом неоднократно разъяснялись права относительно согласия либо несогласия с прохождением освидетельствования и его результатами, после этого ФИО1 выполнил в акте запись «согласен с замечаниями», вместе с тем каких-либо замечаний устно не высказывал, после чего в акт освидетельствования были внесены исправления – фраза «с замечаниями» ФИО1 была зачеркнута, что было удостоверено соответствующими подписями (л.д. 9).

Вопреки доводам жалобы все положенные в основу обжалуемого постановления доказательства являются относимыми и допустимыми, поскольку добыты в соответствии с требованиями закона, касаются исследуемого события и воссоздают полную картину произошедшего.

Достоверность и допустимость доказательств мировым судьей проверены, им дана надлежащая оценка в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, а также с позиции соблюдения требований ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ при их получении.

При этом, рассматривая дело, мировой судья пришел к правильному и обоснованному выводу о том, что представленных доказательств достаточно для признания ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Согласно ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, либо лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 КоАП РФ, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи.

Согласно примечанию к ст. 12.8 КоАП РФ употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная настоящей статьей и частью 3 статьи 12.27 настоящего Кодекса, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови.

Состояние опьянения ФИО1, находясь в котором он управлял транспортным средством, объективно подтверждается актом 76 АА 124491 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в соответствии с которым у ФИО1 имелись следующие признаки алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта; результатом использования технического средства измерения Алкотест 6810, заводской номер средства измерений ARCN-0466, с датой последней поверки прибора 11 июля 2023 года о наличии абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе – 0,40 мг/л; результатом проведенного освидетельствования – установлено состояние алкогольного опьянения. В этой связи следует отметить, что с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 был согласен, о чем свидетельствует его собственноручное заявление «согласен», изложенное в соответствующей графе акта.

С учетом установленного, таким образом, у ФИО1 в результате проведения освидетельствования состояния алкогольного опьянения и согласия ФИО1 с таким результатом, в соответствии с п. 8 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 21 октября 2022 года № 1882, каких-либо оснований для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения у должностных лиц органа ГИБДД не имелось.

Вопреки доводам жалобы ФИО1 и защитника последнего в судебном заседании никаких нарушений процессуальных требований при составлении акта освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, равно как и при проведении самой процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, а также при составлении протокола об административном правонарушении должностными лицами органа ГИБДД допущено не было.

Все документы составлены в соответствии с предъявляемыми к ним требованиями, в установленном порядке, содержат все необходимые реквизиты; оснований не доверять им не имеется.

Так, в случаях, предусмотренных главой 27 КоАП РФ, присутствие понятых либо применение видеозаписи является обязательным (ч. 2 ст. 25.7 КоАП РФ)

Как следует из материалов дела об административном правонарушении, в соответствии со ст.ст. 27.1, 27.12 КоАП РФ факт осуществления должностным лицом органа ГИБДД в отношении ФИО1 каждого процессуального действия (отстранения от управления транспортным средством, освидетельствования на состояние алкогольного опьянения), содержание таких действий и их результат удостоверены не только фактическим участием в указанных процессуальных действиях понятых и подписями последних в соответствующих протоколе и акте, но также и видеозаписью, которая, наряду с участием понятых, применялась сотрудниками ГИБДД при отстранении ФИО1 от управления транспортным средством и проведении в отношении ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

При таких обстоятельствах (при обеспечении осуществления процедур отстранения от управления транспортным средством и освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в том числе и видеозаписью) факт неразъяснения перед проведением в отношении ФИО1 процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения понятым их прав и обязанностей, предусмотренных ст. 25.7 КоАП РФ, само по себе не ставит под сомнение проведение такой процедуры в установленном законом порядке.

В этой связи заслуживает внимания и тот факт, что перед началом проведения в отношении ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения понятым должностным лицом органа ГИБДД подробно и обстоятельно были разъяснены существо и порядок проведения самого процессуального действия, для участия в котором они были приглашены, а по окончании проведения такого действия – право делать замечания по поводу совершаемых процессуальных действий, то есть разъяснены именно те права, которые предусмотрены ч. 4 ст. 25.7 КоАП РФ. Какие-либо замечания со стороны понятых относительно проведения в отношении ФИО1 процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отсутствовали. Понятые своими подписями удостоверили, как факт совершения в их присутствии самого процессуального действия, так и его содержание, а также результаты, которые были понятым поняты и очевидны и каких-либо сомнений не вызывали.

Как на допущенные при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения нарушения ФИО1 и защитник последнего ссылаются на факт падения перед началом проведения освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения на пол патрульного автомобиля средства измерения и одноразового мундштука (трубки), а также на нахождение в руках инспектора ДПС, находившегося в этот момент на улице, прибора с вставленной в него трубкой после неудачной попытки ФИО1 обеспечить продув выдыхаемого воздуха.

Оценивая указанные доводы ФИО1 и защитника последнего, нахожу их не заслуживающими внимания ввиду явной надуманности.

Как видно на просмотренных видеозаписях в момент падения с подлокотника патрульного автомобиля на пол средства измерения (прибора), с применением которого проводилось освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, и одноразовой трубки, последняя находилась в упакованном виде, при этом после падения целостность такой упаковки нарушена не была. При этом ФИО1 самостоятельно извлек трубку из упаковки, после чего последняя была присоединена к средству измерения. Тот факт, что после первоначально неудавшейся попытки продува, то есть обеспечения для работы прибора необходимого количество выдыхаемого воздуха, работа прибора была прервана, а в последующем для обеспечения ФИО1 возможности повторного продува и завершения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения была инспектором ДПС восстановлена, не свидетельствует о каких-либо вмешательствах инспектора ДПС, как в работу самого прибора, так и в целостность трубки, которые являлись бы недопустимыми и требовали бы замены, как самого прибора, так и предназначенной для продува трубки.

Кроме того, как на допущенные при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения нарушения ФИО1 и защитник последнего ссылаются также на неразъяснение ФИО1 прав последнего, предусмотренных ч. 1 ст. 25.1 КоАП РФ, на стадии проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

При оценке указанных доводов и признании их необоснованными, заслуживают внимания следующие обстоятельства.

Из сведений просмотренных в судебном заседании видеозаписей следует, что перед началом проведения освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения инспектором ДПС понятым в присутствии ФИО1, которому до этого подробно и обстоятельно были разъяснены существо и порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, ошибочно были разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ч. 1 ст. 25.1 КоАП РФ, то есть права лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, которые подлежали разъяснению ФИО1 в случае приобретения последним указанного статуса.

Вместе с там, данное обстоятельство, а именно ошибочное разъяснение инспектором ДПС прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, понятым, а не ФИО1 не только не порочит последующее проведение в отношении ФИО1 в присутствии понятых освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, но и указывает на то, что ФИО1, в присутствии которого инспектором ДПС указанные права ошибочно были разъяснены понятым, уже с указанного момента, то есть еще до того, как приобрел статус лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, о содержании таких прав был осведомлен, несмотря на то, что их разъяснение при проведении в отношении ФИО1 процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не требовалось и являлось преждевременным.

При этом статусом лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 стал обладать с момента составления в отношении него протокола об административном правонарушении. Именно в этот момент инспектором ДПС в соответствии с требованиями КоАП РФ ФИО1 и были разъяснены права, предусмотренные ч. 1 ст. 25.1 КоАП РФ, что в полной мере и объективно подтверждается также и просмотренной в судебном заседании видеозаписью.

При таких обстоятельствах, доводы жалобы ФИО1 и защитника последнего в судебном заседании о неразъяснении (несвоевременном разъяснении) ФИО1 прав, предусмотренных ч. 1 ст. 25.1 КоАП РФ, являются не только несостоятельными, но и основанными на неверном толковании норм действующего законодательства об административных правонарушениях.

При этом приведенный в жалобе ФИО1 анализ содержащихся на видеозаписях сведений с изложением частичного стенографирования является ничем иным, как вольной интерпретацией ФИО1 происходивших событий с фрагментарным изложением тех фраз и слов инспектора ДПС, которые, будучи вырванными из контекста, в связи с чем их общий смысл и содержание искажаются, создают тем самым выгодную для ФИО1 картину рассматриваемых событий.

Так, при просмотре в судебном заседании видеозаписей установлено, что ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с подробным, обстоятельным и неоднократным разъяснением порядка проведения такого освидетельствования, характера проводимых действий и их последствий, в том числе и применительно к согласию либо несогласию ФИО1 с результатом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. В этой связи заслуживают внимания исключительно корректные действия инспекторов ДПС, которые на протяжении всего времени проведения в отношении ФИО1 административных процедур вели себя достойно, выдержанно и терпеливо, давали ФИО1 при этом многократные разъяснения по интересующим того вопросам.

При этом, из просмотренных в судебном заседании видеозаписей прямо следует, что при проведении административных процедур ФИО1 неоднократно высказывал в адрес должностных лиц органа ГИБДД безосновательные претензии, упрекая их в предвзятом к нему (ФИО1) отношении и применяя при этом в адрес инспектора ДПС ФИО4 выражения нелицеприятного характера, тем самым, несмотря на очевидный и понятный характер проводимых процессуальных действий и разъяснений инспекторов ДПС, создавал препятствия для выполнения сотрудниками ГИБДД своих должностных обязанностей.

После прохождения ФИО1 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и получения его результатов, ФИО1, согласившись с результатами такого освидетельствования, зафиксировал свое согласие в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Доводы жалобы ФИО1 и защитника последнего в судебном заседании относительно того, что с результатом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения он изначально согласен не был, а указанное в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения заявление о его согласии являлось вынужденными, обусловленным действиями инспекторов ДПС, выразившихся в запрете делать в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения какие-либо замечания, являются надуманными, они намеренно искажают абсолютно обоснованное желание должностного лица органа ГИБДД, обусловленное надлежащим выполнением своих должностных обязанностей, выяснить у ФИО1 его действительное (четко определенное) отношение к результатам освидетельствования на состояние алкогольного опьянения – согласен либо не согласен, а не запретить либо воспрепятствовать ФИО1 вносить какие-либо замечания.

При этом из просмотренных в судебном заседании видеозаписей следует, что после прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в присутствии двух понятых, находясь в служебном автомобиле ГИБДД, ФИО1 высказывает должностному лицу органа ГИБДД неоднократные претензии, обвиняет последнего в предвзятости, говорит о том, что ничего не понимает, несмотря на то, что из поведения самого ФИО1 явно следует, что происходящее ему понятно, в обстановке он ориентируется. В свою очередь инспектор ДПС в абсолютно в корректной и уважительной форме требует от ФИО1 надлежащего (не допускающего двоякого толкования) заполнения в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения соответствующей графы с выражением ФИО1 позиции относительно согласия либо несогласия с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, разъясняет ФИО1, что все имеющиеся у ФИО1 замечания, в том числе относительно проведения процедуры освидетельствования, тот сможет изложить при составлении протокола об административном правонарушении, предоставляет ФИО1 время для обдумывания позиции. Несмотря на это, ФИО1 вступает с инспектором ДПС в пререкания, на замечания инспектора ДПС о недопустимости чинить препятствия и затягивать проведение административных процедур, не реагирует, пытаясь провоцировать инспектора ДПС на необходимый ФИО1 диалог. Инспектор ДПС в свою очередь на подобное поведение ФИО1 не реагирует, разъясняет последнему необходимость заполнения соответствующей графы акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в более понятной форме (согласен либо не согласен), поскольку именно от той или иной позиции ФИО1 (что последнему также неоднократно разъяснялось) зависел дальнейший порядок осуществления тех или иных административных процедур.

При этом никакого давления со стороны должностных лиц органа ГИБДД на ФИО1 не оказывалось, последнему неоднократно предлагалось высказать именно его (ФИО1) позицию относительно результатов освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с единственным требованием, исходившим от инспекторов ДПС, обоснованность которого не вызывает никаких сомнений, о заполнении графы акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в более определенной форме (согласен либо не согласен).

Кроме того, из видеозаписей следует, что право на защиту ФИО1 должностным лицом органа ГИБДД нарушено не было; на просьбу ФИО1 провести по данному вопросу консультации, без каких-либо препятствий ФИО1 было предложено осуществить телефонный звонок, что ФИО1, как следует из просмотренных видеозаписей, в период осуществления освидетельствования на состояние алкогольного опьянения осуществлялось неоднократно. Требование инспекторов ДПС, адресованное ФИО1, оставаться, при этом, в патрульном автомобиле до завершения процедуры проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения нормам действующего законодательства не противоречит и никоим образом не свидетельствует о нарушении инспекторами ДПС права ФИО1 за получение юридической помощи.

Таким образом, выражение ФИО1 в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения после внесения исправлений окончательной позиции о согласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не носило для ФИО1 вынужденный характер и соответственно не являлось основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Тот факт, что в момент заполнения инспектором ДПС бланка протокола об административном правонарушении ФИО1 по собственной инициативе, озвучив инспектору ДПС соответствующую просьбу, вышел из патрульной автомашины на улицу, само по себе не свидетельствует о составлении инспектором ДПС протокола об административном правонарушении в отсутствие ФИО1

При этом, как следует из просмотренных видеозаписей после заполнения бланка протокола об административном правонарушении в патрульном автомобиле, инспектором ДПС ФИО1 вслух были зачитаны все содержащиеся в протоколе об административном правонарушении сведения, разъяснены в полном объеме права лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 был уведомлен о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении, ему предоставлено права дать любые объяснения, после чего после удостоверения ФИО1 своими подписями сообщенных ему сведений и дачи объяснений ФИО1 была вручена копия протокола об административном правонарушении

Приведенные, таким образом, обстоятельства прямо и непосредственно показывают надуманный характер доводов жалобы ФИО1 и защитника последнего в судебном заседании о допущенных должностными лицами органа ГИБДД процессуальных нарушениях, как при проведении в отношении ФИО1 административных процедур, так и составлении протокола об административном правонарушении, которые повлекли невозможность использования в качестве доказательств по делу акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокола об административном правонарушении, нарушении прав ФИО1 и предвзятом отношении к ФИО1 со стороны сотрудников ГИБДД, оказании на ФИО1 давления и как следствие вынужденный характер действий ФИО1, связанный с его согласием с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протоколом об административном правонарушении. Очевидно, что подобные доводы ФИО1 связаны с желанием избежать административной ответственности.

Никаких оснований для иной оценки надлежаще исследованных и проверенных при рассмотрении дела об административном правонарушении мировым судьей доказательств, а также установленных на основании таких доказательств обстоятельств не имеется.

Вывод мирового судьи о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, является верным.

Совершенное ФИО1 административное правонарушение правильно квалифицировано мировым судьей по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, поскольку он, являясь водителем, находившимся в состоянии опьянения, управлял транспортным средством.

Порядок привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюден. Нарушений процессуальных требований КоАП РФ, влекущих отмену либо изменение постановления, в том числе и по доводам жалобы, не допущено.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует закону и соразмерно содеянному.

С учетом изложенного, оснований для отмены либо изменения постановления мирового судьи не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

Жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района г. Ярославля ФИО3 от 15 ноября 2023 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без удовлетворения, а обжалуемое постановление – без изменения.

Решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном ст.ст. 30.12-30.14 КоАП РФ.

Судья Е.А. Сергеева