Решение по делу № 2-2421/2022 от 07.04.2023 - о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия, по исковому заявлению третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, несовершеннолетнего <ФИО>, в интересах которого действует <ФИО>, к <ФИО> о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия.

Дело № 2-64/2023

УИД 37RS0007-01-2022-003377-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 апреля 2023 года гор. Кинешма, Ивановской области

Кинешемский городской суд Ивановской области в составе: председательствующего судьи Капустиной Е.А., при секретаре Коньковой М.С., с участием старшего помощника Кинешемского городского прокурора Ивановской области Скворцовой А.В., истца ФИО1, действующей также в интересах третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, несовершеннолетнего ФИО2, представителя истца ФИО1 – ФИО3, ответчика ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в гор. Кинешме, Ивановской области материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия, по исковому заявлению третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, несовершеннолетнего ФИО2, в интересах которого действует ФИО1, к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратилась в Кинешемский городской суд Ивановской области с иском к ФИО4 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причинённых в результате дорожно – транспортного происшествия.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО6 (супруг истицы), несовершеннолетний ФИО2 (сын истицы).

Определением суда от 13 марта 2023 года исковые требования ФИО1 к ФИО4 о взыскании материального ущерба, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия оставлены без рассмотрения, разрешение гражданского дела продолжено по иску ФИО1 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия.

В ходе рассмотрения дела к его участию допущен в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, несовершеннолетний ФИО2, в интересах которого действует ФИО1, с исковыми требованиями к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия. Рассмотрение дела продолжено по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия, по исковому заявлению третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, несовершеннолетнего ФИО2, в интересах которого действует ФИО1, к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия.

Исковые требования ФИО1 обоснованы следующими обстоятельствами.

16 июля 2022 года около 20 часов 00 минут был совершен наезд на собаку истца породы бигль, цвет - триколор, кличка Гудзонский ястреб (Шухер, Шуня) дата рождения ДД.ММ.ГГГГ, клеймо <данные изъяты>. Свидетельство о происхождении №.

Наезд совершил владелец автомобиля «<данные изъяты>» ФИО4, проживающий по адресу <адрес>. С места ДТП уехал, не выполнив обязанности, предусмотренные пунктами 2.5-2.6.1 ПДД. Факт совершения ДТП установлен. Мировой судья судебного участка №4 Кинешемского судебного района вынес постановление по делу об административном правонарушении от 08.08.2022 года.

Собака зарегистрирована в Российской кинологической Федерации «Родниковский кинологический центр», принимала участие в выставках, была обучена, приобретена по договору купли – продажи от 11 августа 2015 года в гор. Н.Новгород у заводчика ФИО5.

Собака приобреталась для того, чтобы она приносила не только радость от общения, но и доход. За собакой был хороший уход, его питание всегда было сбалансированным, он всегда был в хорошей физической форме. С «Шухером» занимался специалист, который готовил его к выставкам (хендлер), она же и выходила с собакой в ринг. За свою работу ей оплачивалось вознаграждение. На протяжении жизни «Шухера» он участвовал в выставках. Неоднократно он получал хорошие оценки, был признан неоднократно «Чемпионом ОАНКОО», «Лучший по породе», «Лучший кобель».

Семья истца переживает, до сих пор они не могут смириться, что не стало «Шухера», она постоянно плачет, у ребенка стресс. Каждый раз, возвращаясь домой в пустоту, их не встречает «Шунечка». Они потеряли второго ребенка, для них он был именно ребенком, который ел с ними, спал в ногах. При общении с собакой они получали положительные эмоции, он всегда понимал настроение хозяев, был предан. Его любили не только они, но соседи, так как он всегда был желанный гость в их доме. Заменить такую собаку невозможно. Моральный вред истица оценила в 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Поскольку вина ФИО4 доказана, о чем вынесено постановление от 08.08.2022 года, а также учитывая, что автомобиль является средством повышенной опасности, и ФИО4 мог предотвратить ДТП, снизив скорость, тем более, что он собаку видел, руководствуясь ст. ст. 150, 151, 1101 ГК РФ, истица в окончательной редакции просит суд:

- взыскать с ФИО4 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей;

- взыскать с ФИО4 в свою пользу расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Исковые требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, несовершеннолетнего ФИО2, в интересах которого действует ФИО1, о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия, обоснованы следующими обстоятельствами.

16 июля 2022 года ответчик ФИО4 совершил наезд собаку породы бигль по кличке «Шухер». В результате ДТП собака получила травмы, не совместимые с жизнью. В связи с неблагоприятным прогнозом на восстановление и выздоровление, по рекомендации ветеринаров было принято решение об эвтаназии собаки. Таким образом, в результате действий ответчика они потеряли любимого питомца. ФИО7 является инвалидом детства, перенес сложную операцию на головном мозге, в связи с заболеванием не посещает общественные заведения, в школьные годы находился на домашнем обучении, в связи с чем ограничен в общении с людьми, находится в так называемой “социальной изоляции”.

В сложившихся обстоятельствах собака "Шухер" была для Кирилла единственным другом, с которым он совместно проводил все свое время. Она в полной мере восполняла сыну недостаток общения, заменяла недостающий социум, дарила радость и положительные эмоции. В связи с потерей «Шухера» ФИО7 в одночасье всего этого лишился. Гибель собаки причинила ему нравственные страдания, что отразилось на его самочувствии и состоянии здоровья. Из-за стрессовой ситуации, связанной с гибелью собаки, у него нарушился сон, появились головные боли, стало преобладать депрессивное настроение.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 1064, 1079,1100 ГК РФ, выводами Верховного Суда РФ, сделанными в Определении от 21 июня 2022 года по делу № 15-КГ22-1-К1, в окончательной редакции просит суд:

- взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.

Истец ФИО1, которая одновременно представляет интересы несовершеннолетнего сына ФИО2 (в силу закона) – третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, свои исковые требования и исковые требования сына поддержала в полном объёме, сославшись на обстоятельства, изложенные в исковых заявлениях. По обстоятельствам дела пояснила, что 16 июля 2022 года они собрались всей семьёй по адресу: <адрес>, Шухер также был с ними, они жарили шашлык. В какой-то момент дети ушли со двора на качели на другую улицу, они там кричали. Вероятно, собака услышала их крики и бросилась к ним, а, когда, она бежала, ФИО4, управляя автомашиной, сбил её. О том, что собака попала под машину, она узнала от ФИО4 и соседа ФИО12, которые пришли к ним и сообщили об этом. Она и члены семьи направились к собаке, та лежала, у неё были парализованы задние лапы, она грызла землю. Был вызван ветеринар из ООО «Кот и Пёс», который по приезду сообщил, что, вероятно, у собаки переломан позвоночник, но нужен рентген, который находится только в гор. Иваново. Они поехали в гор. Иваново, где оставили собаку для консультации невролога. Ветеринар – невролог сообщил им, что у собаки разрыв позвоночника, ничего с этим сделать нельзя, и они, чтобы избавить собаку от мучений, приняли решение усыпить её. Она и сын до настоящего времени переживают случившееся. Она завела другую собаку, но сын её не воспринимает. И она, и сын, в связи с утратой любимой собаки, сильно переживали, в связи с чем проходили лечение. В суд представлены дополнительные письменные объяснения, из которых усматривается, что по смыслу статьи 137 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное. При этом, домашнее животное признается собственностью его владельца. Вместе с тем, при осуществлении прав не допускается жестокое обращение с животными, противоречащее принципам гуманности. В соответствии со ст. 4 Федерального закона Российской Федерации от 27 декабря 2018 г. N 498-ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменении в отдельные законодательные акты Российской Федерации" обращение с животными основывается на таких нравственных принципах и принципах гуманности, как: отношение к животным как к существам, способным испытывать эмоции и физические страдания; ответственность человека за судьбу животного. В силу пункта 10.1 ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенность и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Как следует из объяснений ответчика, которые он давал в рамках данного дела, а также по делу од административном правонарушении, ФИО4, управляя транспортным средством, видел опасность для движения в виде собаки, попутно бежавшей по дороге параллельно с его транспортным средством, то есть, он имел техническую возможность предотвратить наезд на животное, однако, в нарушение п.10.1 ПДД, не остановился и продолжил движение, в результате чего совершил наезд на собаку. Довод ответчика о том, что “собака сама бросилась под машину”, не соответствует здравому смыслу. При рассмотрении дела об административном правонарушении судом установлено, что ФИО4 совершил наезд на животное, поэтому данное событие необходимо расценивать в ракурсе этой формулировки. Собака не обладает сознанием, присущим человеку, и не способна оценивать свои действия. Вместе с тем, именно человек несет ответственность за жизнь и здоровье животного. В данном случае, оказавшись на дороге одновременно с бегущей и лающей на автомобиль собакой, водитель мог и обязан был остановиться во избежание ДТП и причинения вреда собаке. Этого сделано не было. Следовательно, ФИО4, как владелец источника повышенной опасности, обязан возместить истцу вред в связи с произошедшим ДТП и последующей смертью собаки, если не представит доказательства, подтверждающие, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Гибелью собаки истцу причинен имущественный вред, а также нравственные страдания. Верховный Суд РФ в определении от 21 июня 2022 г. по делу № 15-КГ22-1-К1 выразил принципиальное несогласие с выводом о недопустимости компенсации морального вреда, причиненного гибелью животного. Как указывает Верховный Суд РФ, распространяя на животных общие правила об имуществе, положения статьи 137 Гражданского кодекса Российской Федерации, тем не менее, отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности. Кроме того, за жестокое обращение с животными установлена и уголовная ответственность в соответствии со статьей 245 Уголовного кодекса Российской Федерации, находящейся в главе 25 данного кодекса "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности". Из этого следует, что запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном, так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности. Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах гибель животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложение на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.

Представитель истицы ФИО1 – ФИО3 исковые требования поддержала, сославшись на обстоятельства, изложенные в иске и дополнительных объяснениях.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, несовершеннолетний ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен правильно. Его интересы представляет законный представитель ФИО1

Ответчик ФИО4 исковые требования ФИО1, несовершеннолетнего ФИО2 не признал, просил суд отказать в их удовлетворении. Представил суду письменную позицию по делу, которую поддержал в полном объёме. Из данной позиции усматривается, что 16.07.2022 г. в вечернее время, в районе 20.00 часов гражданка ФИО1 допустила нахождение принадлежащей ей собаки породы бигль, возраста 7 лет, без ошейника, без намордника, без поводка, в нарушение пунктов 4, 5 статьи 13 Федерального закона от 27.12.2018 N 498-ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", пункта 12 Правил благоустройства территории городского округа Кинешма, утвержденных Решением от 27.04.2022 №39/188 Городской Думы городского округа Кинешма седьмого созыва; Постановления Администрации городского округа Кинешма Ивановской области от 7 августа 2019 г. № 991-п «Организация мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными», которая (собака) свободно и бесконтрольно без владельца собаки бегала в районе улиц <адрес> на территориях общего пользования, где имеются автомобильные грунтовые дороги. Все другие собаки, имеющиеся у ФИО1, находились в вольерах. Более того, поскольку бигли – это охотничьи собаки, их рекомендуются спускать с привязи за пределами населенных пунктов или в специально отведенных местах. В черте города бигля необходимо держать на поводке. В противном случае в силу заложенных в ней природой качеств охотничьей гончей маленькая гончая может увлечься преследованием воображаемой добычи и рискует оказаться под колесами транспорта. Когда он ехал на своем автомобиле «<данные изъяты>», госномер № по <адрес>, около 20 часов, то собака бигль с лаем погналась за моим авто. Собака лаяла на машину и бежала за машиной параллельно по встречной полосе дороги на расстоянии около 1-1,5 метра слева от середины его машины. Помех движению машине она не создавала, как и машина не создавала помех движению собаки. Скорость движения он не нарушал. Состояние грунтовых дорог, а также длина участков улиц <адрес> не позволяют двигаться со скоростью более 15-20 км/ч. Скорость движения его автомобиля обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований п. 10.1 ПДД. Не доезжая примерно метров 15-20 до знака «Уступите дорогу» перед ул. им. Пирогова, вдруг он услышал стук в районе левого заднего колеса и взвизгивание. Он остановился и вышел из машины, при этом, увидел, что собака сидит на дороге, попыталась встать на задние лапы, но не устояла, села и на передних лапах сползла с дороги на обочину в кусты к забору <адрес> образом, собака получила повреждения, не повлекшие ее смерть. Поскольку сознание собаки полностью неподконтрольно человеку, в том числе, её хозяину, то собака (в условиях рассматриваемого ДТП) являлась для него, водителя транспортного средства, непреодолимой силой, поскольку её поведение непредсказуемо и контролироваться водителем не может в принципе. Собака бежала слева от середины моей машины, а не впереди машины. Собака сама бросилась под машину в районе заднего левого колеса. Предвидеть и избежать этого ни он, ни кто-либо другой не смог бы. Технической возможности в данной дорожной ситуации предотвратить попадание собаки под машину не было. В его действиях отсутствовала грубая неосторожность. Отметил, что определением инспектора ДПС от 19.07.2022 года в возбуждении дела об административном правонарушении отказано, поскольку в его действиях нарушения ПДД РФ не выявлены. Отметил, что вина в ДТП лежит полностью на владельце собаки, ФИО1. Домашнее животное признается собственностью его владельца, который должен постоянно обеспечивать контроль за его поведением. Ни в одном результате осмотра собаки врачами, нет записи и нет выводов, что полученные собакой травмы смертельны и неизлечимы, что собака нежизнеспособна. Так же, нет записей о жизнеугрожающем состоянии собаки и не отмечено опасности его возникновения. Реанимационных мероприятий не проводилось. Ни один врач, осмотревший собаку, не выдал рекомендаций на проведение эвтаназии. Таких записей во врачебных документах нет. Врачи проводили лечение, давали рекомендации, планы диагностики и дальнейшего лечения. В документах, составленных по результатам осмотра собаки, проведенного врачом ФИО13, имеется запись: «владельцами принято решение об эвтаназии. Труп передан на общую кремацию». Глянько же решили не проводить назначаемое врачами лечение собаки, а умертвить её. 16.07.2022 г. около 20.00 часов бигль получил травмы, а уже в 16.49 часов 17.07.2022 г., т.е., не прошло и суток, как Глянько, согласно кассовому чеку ООО «Айболит», уже оплатили эвтаназию и кремацию собаки. Очень быстро избавились от «любимого друга и члена семьи», нарушив пункты 2 ст.9. Федерального закона от 27 декабря 2018 г. № 498-ФЗ. Закон не предусматривает компенсацию морального вреда, если имущество утратили или уничтожили сами владельцы. Запись в Выписке из амбулаторной карты № № от 30.08.2022 г. за подписью директора ООО «Айболит» ФИО14 о неврологическом дефиците 6 степени, полагает, что необходимо считать ложной. Параплегия, отсутствие глубокой болевой чувствительности 6 степени ставится, когда собака наблюдалась более 48 часов. Собака находилась в ветеринарной клинике «Малвин» менее суток (менее 24 часов), поэтому о неврологическом дефиците 6 степени речи идти не может. Запись в Выписке «Прогноз на восстановление опороспособности и чувствительности неблагоприятный, проведена эвтаназия по решению владельца.». Согласно результатам осмотра ветврачей, была нарушена опороспособность только задних конечностей. О том, что собака не жизнеспособна, не указано. Обратил внимание суда на то, что истцом нарушена методика транспортировки собаки, которая рекомендована в Ветеринарном справочнике «Традиционные и нетрадиционные методы лечения собак» авторы ФИО15, ФИО16, ФИО17 (собаку нужно транспортировать только на жестком щите). Между тем, собаку несли на одеяле, а потом везли в багажнике автомашины «КИА Спортридж», а затем, у ветклиники собаку на одеяле извлекли из багажника и на одеяле понесли в поликлинику. Указанное, по мнению ответчика, могло привести к смещению сломанных позвонков и ухудшению неврологического статуса состояния собаки. Обратил внимание на то, что из протокола осмотра доказательств от 30.01.2023 года нотариуса Ивановского городского нотариального округа ФИО18 следует, что ребенок ФИО7 к собаке бигль никакого отношения не имеет. Собаками занимается исключительно ФИО1. Если и были причинены Кириллу какие-то нравственные страдания смертью собаки, то они причинены его родителями Глянько, так как именно они сами умертвили жизнеспособную собаку, решив не проводить ей лечение. Глянько же в суде просто пытается манипулировать ребенком-инвалидом, использует статус инвалида в своих целях. Кроме того, ФИО4 просит применить положения об исковой давности к требованиям ФИО1.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 в настоящее судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом, извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела. Ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявлял. Участвуя ранее в судебных заседаниях, исковые требования поддержал, дал суду следующие пояснения. 16 июля 2022 года он был в огороде, собирал батут, потом закричала ФИО1, и он вышел на дорогу. В канаве валялась их собака и корчилась от боли. При этом, рядом стоял ФИО4 и улыбался. ФИО6 сказал ему, чтобы он уходил. Потом они вызвали ветеринарного врача, а затем собаку увезли в гор. Иваново.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, САО «ВСК» в суд не прибыл, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Суд, с учетом мнения участвующих в судебном заседании лиц, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, определил о рассмотрении дела при имеющейся явке.

Выслушав стороны, представителя истца ФИО3, специалиста ФИО8, исследовав материалы данного дела, дела об административном правонарушении мирового судьи судебного участка № 4 Кинешемского судебного района Ивановской области № 5-562/2022, заслушав заключение прокурора Скворцовой А.В., полагавшей, что имеются законные основания для частичного удовлетворения исковых требований ФИО1 и несовершеннолетнего ФИО2, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

В связи с этим законом охраняются как имущественные права человека и гражданина, так и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.

Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.

Закрепляя в части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (в частности, постановление от 26 октября 2021 г. N 45-П, постановление от 8 июня 2015 г. N 14-П, определение от 27 октября 2015 г. N 2506-О и др.).

В частности, Конституционным Судом Российской Федерации указано, что действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 г. N 45-П).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 г. N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" также разъяснено, что по общему правилу гражданский иск о компенсации морального вреда может быть предъявлен по уголовному делу в тех случаях, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).

Из приведенных положений закона и актов его толкования следует, что посягательством на имущественные права гражданина могут одновременно нарушаться и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.

Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения статьи 137 Гражданского кодекса Российской Федерации, тем не менее, отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности.

Кроме того, за жестокое обращение с животными установлена и уголовная ответственность в соответствии со статьей 245 Уголовного кодекса Российской Федерации, находящейся в главе 25 данного кодекса "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности".

Из этого следует, что запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном, так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности.

Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах гибель животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложение на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 данного кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Материалами дела установлено, что ФИО1 11 августа 2015 года в гор. Н.Новгород у ФИО5 приобретен щенок породы бигль по кличке Гудзонский Ястреб, пол - кобель, ДД.ММ.ГГГГ г.р., клеймо № (т.1 л.д. 11-12, 13, 14).

Как следует из справки Родниковской общественной организации любителей –собаководов от 30 июля 2022 года, принадлежащая ФИО1 собака породы бигль по кличке Гудзонский ястреб, клеймо №, родословная № РКФ № была поставлена на учет в РГООЛС Родниковский кинологический центр 26 сентября 2016 г. под № №. Данная собака неоднократно выставлялась на сертификатных выставках РКФ и получала оценки и титулы (т.1 л.д. 10).

В материалах дела имеются копии дипломов, удостоверений, выданных истице ФИО1, в отношении собаки породы бигль по кличке Гудзонский ястреб, с оценками «отлично», «очень хорошо» (т.1 л.д. 15-18).

ФИО1 проживает совместно с супругом ФИО6 и несовершеннолетним сыном ФИО2, являющимся ребёнком – инвалидом, по адресу: <...>.

Судом установлено, что 16 июля 2022 года около 20 часов 00 минут у <адрес>, ФИО4, управляя транспортным средством «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, совершил наезд на собаку, принадлежащую ФИО1, породы бигль.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Кинешемского судебного района Ивановской области от 08 августа 2022 года, установлено, что 16 июля 2022 года около 20 часов 00 минут у <адрес>, ФИО4, управляя транспортным средством «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, совершил наезд на собаку породы бигль, принадлежащую ФИО1, после чего в нарушение требований п.п.2.5, 2.6.1 ПДД РФ, оставил место дорожно – транспортного происшествия, участником которого он являлся. При этом в действиях ФИО4 отсутствуют признаки уголовно – наказуемого деяния. Действия ФИО4 мировым судьёй квалифицированы по ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 01 (один) год.

Мировым судьей в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении установлено, что в процессе движения транспортного средства под управлением ФИО4 допущен наезд и причинение повреждений собаке, принадлежащей ФИО1, а также нанесение ей (истице) материального ущерба.

Указанное постановление вступило в законную силу 23 августа 2022 года.

Согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, суд считает установленным фактом то, что ответчик ФИО4, управляя автомобилем (источником повышенной опасности), владельцем которого он является, совершил наезд на домашнее животное - собаку, принадлежащую ФИО1, причинив данной собаке повреждения, и материальный ущерб ФИО1.

В ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что собака была социализирована, воспитана, не проявляла агрессии. Указанные обстоятельства подтверждаются следующим: копиями дипломов в отношении собаки; показаниями свидетелей: ФИО19, пояснившей, что с собакой занимались, она была ухоженная, добрая, её очень любили и владельцы и знакомые семьи; ФИО20 (зятя ФИО1), показавшего, что к собаке были привязаны все, и пес не проявлял агрессии; ФИО21, которая пояснила о том, что она по просьбе ФИО1 занималась с собакой породы бигль по кличке «Шухер», «Шуня», социализировала её, гуляла с ней, ездила на выставки, «Шуню» осматривали эксперты, и тот никогда не проявлял агрессии, вел себя отлично, занимал призовые места, за машиной погнаться он не мог; отметила, что порода бигль – добрая и ласковая, её предназначение - подать дичь охотнику, и собаки данной породы никогда не проявляют агрессии, в т.ч., и «Шуня»; ФИО12, показавшего, что собаку, принадлежащую ФИО1, все в улице любили, он был добрый пес; фотоматериалом.

В результате ДТП, как усматривается из результатов осмотра врачей – ветеринаров, собака по кличке «Шухер», «Шуня» получила следующие повреждения: множественные ссадины, болезненность при пальпации области поясницы, нарушение опоры на тазовые конечности и отсутствие чувствительности тазовых конечностей; по результатам рентгенологического исследования выявлен перелом позвоночника области L4 - L5 со смещением (переломовывих), признаки вывиха крестцово – подвздошного сустава, перелома седалищной кости справа и лонной кости справа; параплегия тазовых конечностей, атония мочевого пузыря, неврологический дефицит 6 степени; прогноз на восстановление опороспособности и чувствительности неблагоприятный, проведена эвтаназия по решению владельцев (т.1 л.д. 34, 36).

Судом проанализированы доводы ответчика ФИО4, возражавшего против иска, в результате чего суд приходит к следующим выводам.

В частности, ответчик ФИО4 пояснил, что, поскольку он не нарушал Правил дорожного движения, какой – либо ответственности в данном случае он нести не может, сославшись на определение должностного лица – инспектора ДПС МО МВД РФ «Кинешемский» от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, из содержания которого усматривается, что «16 июля 2022 года в 20 часов 00 минут на <адрес> произошло ДТП, в действиях гражданина ФИО4 нарушений ПДД не выявлено».

Указанное определение должностного лица не опровергает выводов суда.

Ответчик также указывает на грубую неосторожность истца при обращении с домашним животным, ссылаясь на Федеральный закон от 27.12.2018 N 498-ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" о том, что при выгуле домашнего животного, за исключением собаки-проводника, сопровождающей инвалида по зрению, необходимо соблюдать следующие требования: исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного при пересечении проезжей части автомобильной дороги, в лифтах и помещениях общего пользования многоквартирных домов, во дворах таких домов, на детских и спортивных площадках; не допускать выгул животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных (ст. 13 ч.5 п.п.1, 3); на Правила благоустройства территории городского округа Кинешма, утвержденные решением Городской Думы городского округа Кинешма седьмого созыва от 27 апреля 2022 года № 39/188, в которых указано, что на территориях общего пользования города запрещается: осуществлять выгул животных вне специально отведенных для этого мест; при выгуле домашнего животного необходимо соблюдать следующие требования: исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного при пересечении проезжей части автомобильной дороги, в лифтах и помещениях общего пользования многоквартирных домов, во дворах таких домов, на детских и спортивных площадках; а также на Постановление Администрации городского округа Кинешма Ивановской области от 07 августа 2019 г. № 991-п «Организация мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными», которым утвержден Перечень мест для выгула животных на территории городского округа Кинешма, указав, что <адрес> не являются местами для выгула животных. При этом указал на то, что истец ФИО1 неоднократно нарушает требования к содержанию домашних животных, представив в подтверждение данных доводов показания свидетеля ФИО22 (супруги) пояснившей, что она неоднократно видела, как ФИО1 выпускала собак, а также её племянника укусила собака с длинными ушами.

Оценивая показания свидетеля ФИО22, суд отмечает, что в ходе рассмотрения дела достоверно не установлено, что собака, укусившая племянника, принадлежала истице ФИО1, а сведений о привлечении ФИО1 к административной ответственности за нарушение правил содержания собак, не имеется.

Вопреки доводам ответчика ФИО4 об отсутствии его вины и о грубой неосторожности истицы, допустившей нарушения правил выгула собаки, суд отмечает, что в силу положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный источником повышенной опасности, возмещается его владельцем независимо от вины, за исключением указанных в пункте 3 этой статьи случаев причинения вреда владельцам источников повышенной опасности в результате их взаимодействия.

Специальное указание в статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что компенсация морального вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, осуществляется независимо от вины, не отменяет общих положений статьи 1079 данного кодекса об основаниях ответственности владельца источника повышенной опасности и не означает, что в иных случаях причинения морального вреда владелец источника повышенной опасности отвечает за причиненный вред только при наличии вины.

Ответчиком в материалы дела не представлено доказательств отсутствия у него технической возможности предотвратить происшествие, в связи с чем, суд считает, что снижение скорости и остановка автомобиля ответчика могли бы исключить возможность наезда на собаку стороны истца.

При этом, на водителе, как на владельце источника повышенной опасности, лежала обязанность по обеспечению постоянного контроля за движением транспортного средства с тем, чтобы не допускать причинения вреда.

Следуя логике ответчика ФИО4, ссылающегося на то, что собака лаяла на машину и бежала за машиной по встречной полосе дороги 50 м., на расстоянии 1 – 1,5 м. слева от середины машины, а потом он услышал стук в районе левого заднего колеса, а также поясняя о том, что собака сама кинулась ему под колеса, он должен был с учетом такой обстановки снизить скорость либо остановиться, однако, он этого не сделал.

Оценив, представленные в дело доказательства в своей совокупности, суд приходит к выводу о том, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации ответчик в нарушение требований п. 10.1 Правил дорожного движения избрал такую скорость движения, которая не обеспечила ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства в условиях описанной им видимости и дорожной обстановки.

С целью оценки доводов ответчика ФИО4 относительно нарушений транспортировки собаки со стороны ФИО1, которые могли привести к ухудшению состояния здоровья собаки; нежелания стороны истца соблюдать рекомендации врачей – ветеринаров по лечению собаки; принятие решения об эвтаназии собаки без рекомендации врачей; отсутствие выводов врачей, осмотревших собаку, о том, что полученные собакой травмы смертельны и неизлечимы, в ходе рассмотрения дела опрошен специалист – ветеринарный врач генеральный директор ООО «Вет – Мастер» (имеет высшее образование, стаж работы с 2004 года, практикующий врач) ФИО8, которая на вопросы суда и участников процесса пояснила, что к рассмотрению дела она готова, ознакомилась с выводами ветеринарных врачей, осматривавших собаку, а также с данными рентгена. Специалист ФИО8 указала, что состояние животного крайне тяжёлое, на рентгеновском снимке виден перелом позвоночного столба в районе L4, L5 со смещением, признаки вывиха крестцовых фаз брюшного сустава, параплегия, неврологические отклонения, которые за собой влекут нефункциональную способность мочевыводящей системы и опороспособности; неблагоприятный прогноз – это, значит, маловероятная способность к восстановлению. Животному было проведено неврологическое обследование, в котором было выяснено, что функции ограничены и опороспособность дальнейшая практически невозможна, в частности, выявлено: параплегия - паралич обеих задних конечностей, отсутствие чувствительности конечностей; атония мочевого пузыря - это неспособность опорожнения. Был установлен «неврологический дефицит шестой степени» - это, когда восстановление в нервах в позвоночном столбе практически невозможно. Проводить эвтаназию либо нет, решает владелец, врач только разъясняет, какие могут быть последствия, как жить с таким животным, что дополнительно можно ещё провести, сколько времени ещё может животное жить; на основании всего этого владелец принимает решение. При отсутствии показаний к эвтаназии, эвтаназия не проводится никогда. С теми травмами, которые были выявлены в данном случае, дальнейшую возможную жизнь собаки, жизнью назвать нельзя: дефекации не будет, на передних конечностях может ходить, а задняя часть с крестцово-поясничным отделом не функционирует, она будет атрофироваться, это будут кости, обтянутые кожей; нужно будет постоянно делать катетеризацию, поскольку мочевой пузырь и кишечник опорожняться не смогут; очень дорогостоящее лечение – от 300000 рублей. Относительно механизма образования выявленных повреждений у собаки, специалист указала, что, исходя из того, что животное получило повреждение тазовой кости, а само животное тазом под колесо не залезет никаким образом, то есть, на животное либо наехали, либо оно лежало, и на него наехали. По транспортировке животного пояснила, что, действительно, она должна осуществляться при помощи щита. В данном случае, учитывая большой вес собаки, от нарушения правил транспортировки такого смещения в организме собаки не произойдет.

Суд, оценив вышеуказанные доводы ответчика, находит их несостоятельными и приходит к выводу о том, что именно наличие тяжелых травм у собаки, полученных в результате ДТП, и невозможность дальнейшей её жизнедеятельности явились причиной принятия решения о проведении эвтаназии.

При указанных обстоятельствах, суд считает установленным фактом то, что ответчик ФИО4, управляя автомобилем (источником повышенной опасности), владельцем которого он является, совершил наезд на домашнее животное - собаку, принадлежащую ФИО1, причинив данной собаке повреждения, повлекшие невозможность дальнейшей её жизнедеятельности.

Таким образом, с учетом установленных по делу обстоятельств и вышеприведенных норм права, суд считает, что указанные действия ответчика ФИО4, управлявшего автомобилем (источником повышенной опасности) и совершившего наезд на домашнее животное затронули личные неимущественные права истцов.

Так, в результате указанных действий ответчика, истец ФИО1, хотя и не являлась свидетелем наезда автомашины на собаку, стала свидетелем гибели близкого домашнего животного, которое в силу эмоциональной привязанности и отношений, которые складываются между людьми и их домашними животными, нельзя отнести в полной мере только к имущественным правоотношениям и потере/утрате неодушевленного предмета или вещи. Указанные обстоятельства в доказывании не нуждаются, поскольку являются общепризнанными.

Придя на место произошедшего, истец ФИО1 наблюдала страдания домашнего животного, предприняла меры к вызову ветеринарного врача, связалась с ветеринарной клиникой «Малвин», в период доставки собаки в ветеринарную клинику переживала за жизнь собаки, страдала и испытала волнение и беспокойство, пережила стресс, принимая решение об эвтаназии, что, по мнению суда, относится к нравственным страданиям истца ФИО1

В связи с чем, суд приходит к выводу, что вследствие указанных событий, истец испытала сильный стресс, а также физические и нравственные страдания.

Тот факт, что истица ФИО1 приобрела новую собаку, не опровергает выводов суда, а лишь свидетельствует о её любви к животным и желанием восполнить образовавшуюся в её жизни пустоту, в результате гибели любимого животного.

Разрешая исковые требования несовершеннолетнего ФИО2, суд отмечает, что, вопреки доводам ответчика, несовершеннолетний очень был привязан к собаке, что подтверждается объяснениями истца ФИО1, показаниями свидетелей: ФИО19, показавшей, что подросток сильно переживал смерть собаки; ФИО20, указавшего на то, что ФИО7 был привязан к собаке и очень сильно переживал его утрату; а также принимает во внимание то, что несовершеннолетний является инвалидом детства, перенес сложную операцию на головном мозге, в связи с заболеванием не посещает общественные заведения, в школьные годы находился на домашнем обучении, в связи с чем, ограничен в общении с людьми; собака «Шухер» была для него единственным другом, с которым он совместно проводил все свое время, и она (собака) восполняла ему недостаток общения, дарила радость и положительные эмоции; в связи с потерей «Шухера» он этого лишился, его состояние здоровья ухудшилось; ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ обращался в ОБУЗ ОКПБ «Богородское» Кинешемский филиал с жалобами на головные боли, головокружения, нарушения сна, ему назначалось лечение; ФИО7 до настоящего времени не смирился с утратой собаки.

Таким образом, суд приходит к выводу, что вследствие указанных событий, ФИО2 испытал сильный стресс, а также физические и нравственные страдания.

При указанных обстоятельствах, с учетом установленных по делу обстоятельств и вышеприведенных норм права, суд считает, что требования истца ФИО1 и третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, несовершеннолетнего ФИО2 о компенсации морального вреда причиненного ответчиком ФИО4 основаны на законе и подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд в соответствии со статьями 151 и 1101 ГК РФ учитывает характер и степень причиненных стороне истца физических и нравственных страданий, требований разумности и справедливости, а также другие заслуживающие внимание обстоятельства.

В частности, суд учитывает, что погибшая собака почти шесть лет проживала в семье ФИО1, истцы осуществляли за собакой надлежащий уход, делали оответствующие прививки, истица ФИО1 наблюдала страдания домашнего животного в результате произошедшего, переживала за жизнь собаки, испытала волнение и беспокойство; третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, несовершеннолетний ФИО2, в силу своего заболевания и психо-эмоционального состояния перенес сильные нравственные страдания, вызванные смертью животного, его здоровье ухудшилось. При этом, суд также учитывает, что истицей ФИО1 не в полной мере был обеспечен контроль за передвижением животного (как следует из объяснений истицы ФИО1, третьего лица ФИО6, собака, находившая во дворе дома, выбежала за калитку на улицу).

С учетом всех вышеуказанных обстоятельств, сумму компенсации морального вреда, требуемую истицей ФИО1 и третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования, ФИО2, к взысканию - 150 000 рублей в пользу каждого, суд считает завышенной и чрезмерной, и с учетом требований разумности и справедливости, принимая во внимание доходы ответчика, его семейное положение, исходя из степени нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лиц, которым причинен вред, и иных заслуживающих внимания обстоятельств, полагает необходимым удовлетворить требования обоих частично и взыскать с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО1 и третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, несовершеннолетнего ФИО2, в качестве такой компенсации – по 20 000 рублей каждому, в удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Ответчиком ФИО4 заявлено о применении срока исковой давности.

Данное заявление судом рассмотрено, в результате чего он пришёл к следующим выводам. Как следует из положений п.1 ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Как следует из положений ст. 208 ГК РФ, исковая давность на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, не распространяется. Поскольку стороной истца заявлены требования о защите личных неимущественных прав, исковая давность на данные требования не распространяется.

Истицей ФИО1 заявлены требования о взыскании с ФИО4 в её пользу судебных расходов, состоящих из оплаты государственной пошлины в размере 300 рублей.

Разрешая данные требования, принимая во внимание положения ст. 89, 94, 98 ГПК РФ, учитывая, что исковые требования истца удовлетворены частично, а факт несения расходов подтвержден документально, приходит к выводу об удовлетворении данного требования в полном объёме и взыскании с ФИО4 в пользу ФИО1 расходов по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (№) в пользу ФИО1 (№) компенсацию морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия, в размере 20000 (Двадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Требования ФИО1 о взыскании судебных расходов удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 (№) в пользу ФИО1 (№) расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 (Триста) рублей.

Исковые требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, несовершеннолетнего ФИО2, в интересах которого действует ФИО1, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (№) в пользу несовершеннолетнего ФИО2 (№) компенсацию морального вреда, причинённого в результате дорожно – транспортного происшествия, в размере 20000 (Двадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований несовершеннолетнему ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Кинешемский городской суд Ивановской области втечение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Капустина Е.А.

Решение в окончательной форме принято 14 апреля 2023 года.