УИД 77RS0016-02-2025-004571-03

Дело № 2-5634/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 июня 2025 года г. Москва

Мещанский районный суд г. Москвы

в составе председательствующего судьи Городилова А.Д.,

при секретаре Аббазовой Ж.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5634/2025

по иску ФИО1 к ООО «СК СОГАЗ-ЖИЗНЬ», АО «Газпромбанк» о признании недействительным договора, применении последствий недействительности сделки, солидарном взыскании денежных средств, оплаченных по договору,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СК Согаз-Жизнь», АО «Газпромбанк», третье лицо: Управление Роспотребнадзора по г. Москве, о признании недействительным договора накопительного страхования жизни № 196221000723224, заключенного 13.03.2024 года между ФИО1 и ООО «СК Согаз-Жизнь»; применении последствий недействительности сделки, солидарном взыскании с ООО «СК Согаз-Жизнь» и АО «Газпромбанк» денежных средств в размере 725 000 руб.

В обоснование требований истец указал, что 13.04.2024 года он обратился в Дополнительный офис № 099/1037 «Парк Победы» АО «Газпромбанк» для переоформления на новый срок своего срочного банковского вклада «Копить», а также оформления на приемлемых условиях второго вклада на сумму 725 000 руб., с целью сохранения своих накоплений и получения процентов по вкладу. В ходе консультации с сотрудником Банка, истцу было предложено оформить на эту сумму высокодоходный аналог вклада сроком на один год. Доверившись заверениям сотрудника, что данные условия являются выгодными, истец заключил договор, в рамках которого им была передана денежная сумма в размере 725 000 руб., который, как оказалось впоследствии, является договором накопительного страхования жизни № 196221000723224, заключен не с АО «Газпромбанк», а с ООО «СК Согаз-Жизнь», сроком на 7 лет, с возложением на истца обязанности ежегодно вносить по 725 000 руб. Поскольку никаких документов по заключенному договору истцу не было выдано, а по истечении 10 дней после заключения договора истец обнаружил, что в приложении Банка не отображается информация о заключенном им договоре, в связи с чем на протяжении марта и апреля 2024 года он неоднократно обращался к менеджеру Банка с целью получения копий документов для ознакомления, однако, пакет документов истцу не был предоставлен. По мнению истца, затягивание сроков выдачи документов было сделано преднамеренно, чтобы истец не мог своевременно ознакомиться с их содержанием и воспользоваться 14-дневным сроком, установленным для досрочного расторжения договора страхования. Только 28.01.2025 года, после неоднократных обращений в Банк, истцу поступил ответ от ООО «СК Согаз-Жизнь», к которому был приложен полис № 196221000723224, исходя из которого истец выяснил условия страхования и о необходимости производить страховые взносы. При этом, полный пакет документов по договору, в том числе его неотъемлемые части – Ключевой информационный документ об условиях договора добровольного страхования и Унифицированные правила накопительного страхования жизни, в редакции, действующей на дату заключения договора, все также не были предоставлены истцу. Так как намерений заключать договор страхования изначально у истца не было, содержание подписываемого договора никто из сотрудников истцу не разъяснил, а документы с условиями банковских продуктов предварительно для ознакомления предоставлены не были, то истец заключил договор, доверяя менеджеру Банка и полагая, что заключает с АО «Газпромбанк» договор банковского вклада, поскольку оформление договора происходило в офисе Банка и денежные средства в размере 725 000 руб. были переданы по договору также в офисе Банка. Менеджер Банка не пояснил, что АО «Газпромбанк» является только агентом страховой организации и заключает договор от имени страховой организации, не предъявил никаких документов, подтверждающих право АО «Газпромбанк» заключать такие договоры. При заключении договора истец заблуждался относительно природы сделки, поскольку намеревался заключить договор банковского вклада, гарантирующий высокий процент за хранящиеся на вкладе денежные средства, защищающий от инфляции, а не договор страхования жизни Учитывая ежегодный доход истца и пенсионный возраст (62 года), истец не в состоянии в течение 7 лет ежегодно вносить сумму в размере 725 000 руб. При этом, условия заключенной сделки привели не к улучшению имущественного положения истца и взаимной выгоде сторон, а к возникновению неблагоприятных для него последствий в виде возложения дополнительных финансовых обязательств и невозможности свободного использования денежных средств. Истец не обладает специальными познаниями в области финансовых услуг и полагает, что сотрудник АО «Газпромбанк», являясь представителем АО «Согаз-Жизнь», воспользовавшись тем, что истец является рядовым потребителем услуг, находящимся в заведомо более уязвимом положении, ввел истца в заблуждение относительно характера и условий оспариваемой сделки. Договор страхования жизни № 196221000723224 по комплексной программе «Страховой бонус» с ООО «СК Согаз-Жизнь» был навязан истцу менеджером Банка, продан истцу недобросовестно, полная информация о страховом продукте истцу не была предоставлена, намерений приобретения полиса не было. Истец не является квалифицированным инвестором, а информация о страховом продукте была предоставлена лишь после окончания периода охлаждения. Заключение договора с ООО «СК Согаз-Жизнь» противоречит интересам истца как потребителя, поскольку подписание договора страхования порождает определённые обязательства перед страховой компанией. В связи с пропуском периода охлаждения истец вправе досрочно расторгнуть договор страхования, однако, возврат денежных средств, в соответствии с условиями полиса страхования, произведен не будет. Страховая компания игнорирует причины пропуска периода охлаждения, факт непредоставления истцу полной и достоверной информации о продукте, а также его обращение к менеджеру банка об отказе от страхового продукта. 08.02.2025 года истцом в АО «Газпромбанк» и ООО «СК Согаз-Жизнь» были направлены претензии в порядке досудебного урегулирования спора, однако требования истца по сей день не удовлетворены, а ответы так и не были предоставлены.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, обеспечил явку представителя ФИО2, которая поддержала исковые требования, просила удовлетворить в полном объеме, по доводам искового заявления и письменных пояснений.

Представитель ответчика ООО «СК Согаз-Жизнь» в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежаще, ранее представил возражения, в которых просил рассмотреть дело в отсутствие представителя и отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Газпромбанк» в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежаще, ранее представил возражения, в которых просил рассмотреть дело в отсутствие представителя и отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

На основании статьи 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело при вышеуказанной явке.

Выслушав представителя истца, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 23.12.2003 года N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации", под вкладом понимаются денежные средства в валюте Российской Федерации или иного государства, размещаемые физическими лицами или в их пользу в банке на территории России на основании договора банковского вклада или договора банковского счета, включая капитализированные (причисленные) проценты на сумму вклада.

Согласно п. 2 статьи 837 ГК РФ по договору вклада любого вида, заключенному с гражданином, банк в любом случае обязан выдать по первому требованию вкладчика сумму вклада или ее часть и соответствующие проценты.

В силу ст. 426 ГК РФ публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

Договор банковского вклада, заключаемый физическим лицом с банком, признается публичным договором.

Согласно п. 1 ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии с ч. 2 ст. 934 ГК РФ, договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным лицом, в том числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя, может быть заключен лишь с письменного согласия застрахованного лица.

Положениями ст. 957 ГК РФ определено, что договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса.

Судом установлено, что между ФИО1 и ООО "СК СОГАЗ-Жизнь" заключен договор страхования № 196221000723224 от 13.03.2024 года по комплексной программе страхования "Страховой бонус" на основании Унифицированных правил накопительного страхования жизни страховщика в редакции, действующей на дату заключения договора страхования, которые являются неотъемлемой частью настоящего договора страхования, сроком на 7 лет с условием ежегодной уплаты страховых взносов, в подтверждение чего истцу 13.03.2024 года выданы полис страхования жизни № 196221000723224, Ключевой информационный документ (КИД), в котором разъяснены отдельные условия страхования, а также уведомление физических лиц о предложении им услуг страховых организаций по накопительному страхованию жизни при посредничестве АО «Газпромбанк».

По условиям договора страховой компанией были застрахованы в пользу истца следующие страховые риски: дожитие (п. 5.1. договора), смерть по любой причине (п. 5.2. договора). Общий размер страховой премии составляет 5 075 000 рублей, ежегодные страховые взносы в размере 7255 000 рублей уплачиваются до 14 марта каждого года действия договора включительно, срок действия договора с 14.03.2024 года по 13.03.2031 года.

В разделе 5 КИД «Как вернуть страховую премию» разъяснено право страхователя на отказ от договора страхования в течение 14 календарных дней со дня его заключения (период охлаждения).

Указанные документы собственноручно подписаны ФИО1

13.03.2024 года истец дал Банку распоряжение о перечислении в пользу страховой компании первого страхового взноса в размере 725 000 руб.

Согласно договору страхования (п. 10.1.6.) внесением первого страхового взноса страхователь подтверждает, что он ознакомлен с КИД, подтверждает получение КИД и предоставление ему полной и достоверной информации о договоре, получил правила страхования, ознакомился с ними и согласен с ними.

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Указанные правила применяются к двусторонним (многосторонним) сделкам (договорам), если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации (п. 2 ст. 420 ГК РФ).

Пунктом 3 ст. 154 ГК РФ предусмотрено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу ч. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно ч. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Приведенный в ст. 178 ГК РФ перечень условий существенности заблуждения для признания сделки недействительной является открытым.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Согласно пунктам 5-6 настоящей статьи ГК РФ, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

По смыслу закона основанием для признания сделки недействительной как совершенной под влиянием существенного заблуждения является несоответствие волеизъявления участника сделки его подлинной воле, в этом случае под влиянием заблуждения воля одного из участников сделки выражается неправильно, и сделка приводит к иному результату, нежели тот, на который данная сторона сделки рассчитывала при ее заключении. Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться, исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 22.04.2014 года N 751-О, ст. 178 ГК РФ устанавливает ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, направлена на защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена, на обеспечение дополнительной защиты прав и законных интересов сторон договора и стабильности гражданского оборота. Аналогичная позиция Конституционного Суда Российской Федерации выражена и в Определении от 28.03.2017 года N 606-О, Определении от 28.02.2019 года N 338-О.

Исходя из вышеприведенных норм закона, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. 178 ГК РФ, возложено на истца.

На основании ст. ст. 435, 438, п. 2 ст. 940 ГК РФ договор страхования заключается путем акцепта страхователем настоящего полиса, подписанного страховщиком и выданного страхователю страховщиком. Акцептом страхователем настоящего полиса считается уплата страхователем первого страхового взноса в соответствии с условиями, содержащимися в настоящем полисе.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указал, что намерений заключать договор страхования изначально не было, содержание подписываемого договора ему не разъяснили, а документы с условиями банковских продуктов предварительно для ознакомления предоставлены не были.

Пунктом 2 ст. 942 ГК РФ установлено, что при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение:1) о застрахованном лице; 2) о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); 3) о размере страховой суммы; 4) о сроке действия договора.

Согласно ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Судом установлено, что оспариваемый истцом договор страхования содержит все существенные условия, предусмотренные для договоров данного вида.

Исходя из наименования договора страхования, Памятки, правил страхования, разъяснения размеров страховой суммы, выкупных сумм в случае досрочного прекращения договора, суд полагает надуманными доводы истца о том, что заключенный им договор страхования мог быть оценен как договор, имеющий иную правовую природу.

В соответствии с Указанием Банка России от 20.11.2015 года N 3854-у «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования» договором страхования предусмотрено право страхователя расторгнуть договор страхования в одностороннем порядке и вернуть всю сумму страховой премии в четырнадцатидневный срок - «период охлаждения». При досрочном расторжении договора страхования после окончания «периода охлаждения» страхователю подлежит выплате выкупная сумма.

Данные по выкупным суммам приведены в таблице в п. 9 договора страхования. Размер выкупной суммы зависит от периода, в котором происходит расторжение договора страхования.

В указанные периоды оформленных надлежащим образом заявлений о досрочном расторжении договора страхования от страхователя не поступало.

Договором страхования предусмотрен период 14 дней, когда страхователь может отказаться от договора - «период охлаждения» (Указание Банка России от 21.08.2017 года N 4500-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования»).

В «период охлаждения» от истца не поступало заявления об отказе от договора страхования, а у страховщика не возникло обязанности по возврату внесенной страховой премии.

Пунктом 3 ст. 958 ГК РФ при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если законом или договором не предусмотрено иное.

Договоры страхования не предусматривает выплату выкупной суммы, в случае его досрочного расторжения в первые два года его действия (п. 9 договора страхования).

Истцом собственноручно подписан Ключевой информационный документ об условиях договора добровольного страхования, в котором дополнительно изложены все существенные условия договора страхования, разъяснен порядок досрочного расторжения договора страхования, а также указан срок «периода охлаждения», в который он может обратиться с заявлением об отказе от договора страхования с полным возвратом страхового взноса.

Указанное опровергает доводы истца о том, что при заключении договора страхования ему не была предоставлена полная и достоверная информация об условиях договора страхования, о рисках, возникающих при расторжении договора и невнесении страховых взносов, а также о том, что заключенный с ним договор не является договором банковского вклада, а Банк не является поставщиком приобретенной услуги.

Применительно к положениям ст. 56 ГК РФ, доказательств тому, что договор страхования был подписан истцом недобровольно, как и доказательств тому, что он была лишен возможности внимательного изучения его текста, не понимал правовых последствий заключения договора страхования при намерении открыть вклад в банке, суду не представлено.

Разрешая заявленные требования, суд учитывает, что истец добровольно изъявил желание на заключение указанного договора страхования, о чем свидетельствует его собственноручная подпись; подтверждает заключение договора страхования и внесение истцом страховой суммы в качестве оплаты по договору, что свидетельствует также о том, что при заключении договора страхования истец получил полную информацию о предоставляемых ему услугах страхования, при этом, истец был согласен со всеми положениями договора.

Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (ч. 1 ст. 12 ГПК РФ).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Статьями 59, 60, 67 ГПК РФ предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а решение суда основывается на совокупности всех представленных сторонами доказательств.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, и свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

Принцип свободы договора является фундаментальным частноправовым принципом, основополагающим началом для организации современного рыночного оборота, его ограничения могут быть допущены лишь в крайних случаях в целях защиты интересов и экономических ожиданий третьих лиц, слабой стороны договора (потребителей), основ правопорядка или нравственности или интересов общества в целом.

Ряд таких ограничений предусмотрен Законом РФ от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей". Так, согласно пп. 5 ч. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, относятся условия, которые обусловливают приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг), в том числе предусматривают обязательное заключение иных договоров, если иное не предусмотрено законом.

Несоблюдение Банком данного ограничения, по сути, положено в основание заявленных истцом требований к ответчикам, поскольку истец полагает, что Банк незаконно заместил предоставление банковских услуг по размещению денежных средств во вкладе заключением договора личного страхования.

Между тем, как указал ответчик АО "Газпромбанк", ошибка в уяснении природы договора страхования была в принципе исключена, поскольку наименование полученного истцом полиса страхования вместе с КИД и уведомлением физических лиц о предложении им услуг страховых организаций по накопительному страхованию жизни при посредничестве Банка полно и точно отражают содержание договора страхования, права и обязанности сторон т.е. истец достоверно знал, что вступает в отношения со страховой компанией по накопительному страхованию жизни. Правом в течение 14 календарных дней со дня заключения договора аннулировать договор без каких-либо негативных последствий для себя («период охлаждения»), истец не воспользовался.

Суд отклоняет доводы истца о введении его в заблуждение при заключении договора страхования, поскольку истцом не представлено соответствующих доказательств.

При этом, ни Памятка, ни договор страхования, по мнению суда, не содержит не однозначных либо вводящих в заблуждение формулировок, из которых бы усматривалась возможность принять данный договор за договор банковского вклада.

Напротив, суд обращает внимание, что при заключении договора страхования истцу была предоставлена вся информация о существенных условиях размещения денежных средств по комплексной программе страхования жизни "Страховой бонус", в частности, в договоре прямо указано, что предлагаемая услуга накопительного страхования жизни оказывается страховой компанией, подразумевает накопительное страхование жизни в соответствии с условиями страховой компании, размещенными на сайте страховой компании в сети Интернет, о размере и сроках уплаты обязательного вознаграждения, долгосрочном характере договора и обязательствах истца по ежегодной оплате страховой премии, а также выкупных суммах при досрочном расторжении договора страхования

Тем самым, довод истца о том, что при заключении договора, ему не предоставили информацию о размере дохода, получаемого в случае расторжения договора страхования, не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Таким образом, права истца как потребителя на получение достоверной информации об условиях заключаемой сделки Банком соблюдены. В равной степени, суд отклоняет и довод истца о том, что он не был осведомлен о наличии инвестиционного дохода по договору страхования, поскольку указанный договор содержит в себе соответствующие условия. Изложенные обстоятельства также опровергают доводы истца о нарушении его права на информацию.

Очевидно, что истец, будучи полностью дееспособным, при заключении договора страхования, направленного на формирование страховых правоотношений с определенными характеристиками, должен был действовать добросовестно и разумно, детально ознакомиться с содержанием совершаемой сделки, сопоставить ее со своими действительными намерениями, в связи с чем мог отказаться от заключения договора страхования на предложенных ему условиях.

В тексте договора страхования содержатся все его существенные условия, предусмотренные ст. 942 ГК РФ, по которым стороны достигли соглашения.

В нарушение требований п. 5 ст. 10 ГК РФ, ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств злоупотребления Банком своими правами при заключении договора и его исполнении.

Доказательств нарушения прав истца, введения его в заблуждение и обмана, в понимании, придаваемом ст. 178, 179 ГК РФ, истцом не представлено.

Довод истца о том, что истец находится в пенсионном возрасте, ответчик является более сильной и профессиональной стороной договора, что способствовало введению его в заблуждение, отклоняются судом, поскольку истцом не представлено доказательств введения его в заблуждение, так как учитывается его добровольное согласие на заключение оспариваемого договора.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что истцом добровольно было принято решение о заключении спорного договора страхования жизни на условиях, согласованных в договоре, истец не был лишен возможности отказаться от заключения договора, обратиться за разъяснениями его условий, истец надлежащим образом проинформирован как об условиях договора, так и о его природе, сумме страховой премии, размере страховой суммы, что подтверждается подписью истца в спорном договоре. Истец добровольно, в силу ст. ст. 1, 9 ГК РФ, действуя в своем интересе, по своему усмотрению, заключил спорный договор страхования, согласившись с его условиями, выразил волю на заключение договора страхования, оплатив страховую премию, возражений по условиям при заключении договора не выразил, не отказался от заключения договора, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истец не представил доказательств в подтверждение своей позиции о введении его в заблуждение ответчиком, таким образом, оснований для удовлетворении исковых требований суд не усматривает.

Руководствуясь вышеприведенными нормами права, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора страхования недействительным.

Учитывая, что суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании договора страхования недействительным, оснований для удовлетворения производных требований иска о применении последствий недействительности договора в виду возврата денежных средств, уплаченных по договору, также не имеется.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований суд отказывает в полном объеме.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «СК СОГАЗ-ЖИЗНЬ», АО «Газпромбанк» о признании недействительным договора, применении последствий недействительности сделки, солидарном взыскании денежных средств, оплаченных по договору, - оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Мещанский районный суд г. Москвы.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 30 декабря 2025г.

Судья А.Д. Городилов