Решение по делу № 2-526/2023 от 24.11.2023 - о взыскании причиненного преступлением материального ущерба, компенсации морального вреда.

УИД28RS0№-48

Дело № 2-526/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Ивановка «24» ноября 2023 г.

Ивановский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Баженовой Е.В.

при секретаре Колесниковой Т.Ю.

с участием представителя истца ФИО3 – ФИО1, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от 18.07.2022 (зарегистрировано в реестре №-н/22-2022-4-696, бланк <адрес>0-<адрес>1),

ответчика ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-526/2023 по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 (ФИО9) ФИО6 о взыскании причиненного преступлением материального ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Ивановский районный суд Амурской области с указанным исковым заявлением обосновывая свои исковые требования тем, что во время нахождения и проживания на его территории, ответчиком незаконно был продан принадлежавший ему автомобиль, в результате чего ему был причинен материальный ущерб на сумму 50 000 руб., который для него является значительным. По данному факту в отношении ответчика было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.330 УК РФ, которое на основании постановления мирового судьи Амурской области по Ивановскому окружному судебному участку № 1 от 10 мая 2023, прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, то есть по нереабилитирующему основанию. В настоящее время стоимость автомобиля возросла, и составляет в среднем 100 000 руб. Кроме того, своим преступлением ответчик причинила ему, пожилому человеку, пенсионеру существенный моральный вред. ФИО2 (ФИО9) Е.М. в то время являлась его невесткой, он ей доверял, оставил на хранение свое имущество, а она воспользовавшись этим доверием, обманула его и совершила против него преступление. Он был вынужден искать ответчика, с целью выяснить, где находится его имущество, нервничал, переживал. Ему пришлось посещать различные службы МВД, писать запросы, заявления, расходовать свое время и деньги на дорогу учитывая что он живет в Алтайском крае, в <адрес>, и каждый раз чтобы попасть в <адрес> для написания заявлений в полицию, ГИБДД и т.д., ему необходимо было добираться на пароме, добиваться возбуждения уголовного дела, обращаться в прокуратуру, так как первоначально было отказано в возбуждении уголовного дела по факту хищения его имущества. Все это отрицательно сказалось на его здоровье, так как он диабетик, инсулинозависимый. Более того, когда они с супругой были вынуждены вернуться в Амурскую область чтобы восстановить его магазин, обокраденный ответчиком, её искали, его автомобиля не было, товар возить стало не на чем, он был вынужден нанимать транспорт для этих целей, в связи с чем, понес существенные убытки. Считает, что ответчик обязана компенсировать ему моральный вред, причиненный её преступлением в размере 500 000 руб.

На основании изложенного просит суд взыскать с ФИО2 (ФИО9) ФИО6 в его пользу в счет возмещения материального ущерба от преступления стоимость автомобиля марки «ИЖ-2715» на дату подачи иска в размере 100 000 руб., и компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб.

В письменном обосновании требования о компенсации морального вреда, представитель истца по доверенности ФИО1 указала, что во-первых, истцу был причинен моральный вред в связи с преступлением совершенным против его имущества. Во-вторых, имущество было незаконно продано ответчиком сразу после того, как истец со своей супругой покинул территорию Амурской области и переехал в Алтайский край, и до момента приезда в Амурскую область в 2021 году, истец ничего об этом не знал. Из-за этого истцу дважды пришлось обращаться в правоохранительные органы, после того, как он пытался найти ответчика и истребовать у неё похищенное имущество. На тот момент истцу не было известно, что его имущество уже было продано. Ответчик скрывалась, истец, пожилой человек вынужден был обратиться в полицию в с.Ивановка, где ему первоначально было отказано в возбуждении уголовного дела. Из-за этих переживаний, нервного потрясения, что можно подделать документы, продать машину, присвоить деньги и не понести никакой ответственности, у истца резко начало ухудшаться общее состояние здоровья. До всех этих событий ФИО3 не был инсулинозависимым диабетиком его состояние было среднее, он к нему привык и старался следить за своим здоровьем. После вынужденных нервных переживаний, потрясений, повторного обращения в полицию чтобы возбудили уголовное дело, у его повысился сахар до такой степени, что он был вынужден начать вводить себе инсулин до конца своей жизни. Кроме того, у истца появились жалобы на головную боль, повышенное давление, загрудинную боль. Согласно приложенной медицинской справке, состояние ФИО3 ухудшилось в связи с психоэмоциональным состоянием, и все это происходило в конце сентября, октябре и ноябре 2021 года во время вышеуказанных событий. Это сильно подорвало и без того слабое здоровье истца, которое в силу возраста уже находилось в поддерживающей терапии. Поэтому считают, что требование о компенсации морального вреда в заявленной в исковом заявлении сумме подлежит удовлетворению в соответствии со ст.ст. 1099, 150-151 ГК РФ.

Письменных возражений на иск от ответчика ФИО2 (ФИО9) ФИО6 не поступило.

В ходе состоявшихся судебных заседаний представитель истца по доверенности ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме по основаниям изложенным в исковом заявлении, при этом дала объяснения, аналогичные обстоятельствам, изложенным в иске и в письменном обосновании требования о компенсации морального вреда, дополнительно пояснив, что настаивает на взыскании с ответчика в пользу истца материального ущерба, причиненного преступлением в заявленном размере в сумме 100 000 руб., несмотря на то, что согласно справке оценщика рыночная стоимость проданного ответчиком транспортного средства, принадлежавшего истцу на сегодняшний день составляет 122 625 руб. Увеличивать размер исковых требований истец не будет. Полагают, что ФИО3 неправомерными действиями ответчика был причинен моральный вред в связи с совершением преступления против его имущества, и причинением вреда его здоровью, что подтверждается представленным ею медицинским документом. Размер компенсации морального вреда истец оценивает в 500 000 руб. и просит взыскать с ответчика.

В судебном заседании 24.11.2023, ответчик ФИО2 (ФИО9) ФИО6 исковые требования признала частично, заявила, что с требованием о возмещении материального ущерба от преступления в размере 100 000 руб. она согласна, указанный размер не оспаривает, доказательств иного размера причиненного истцу ущерба представлять не будет. С требованием о компенсации морального вреда не согласна, считает, что стороной истца не представлено доказательств причинно-следственной связи между её действиями и наступившими последствиями, заболевания, на которые ссылается истец, имелись у него и ранее, факт причинения морального вреда не доказан, размер компенсации чересчур завышен.

Дело рассмотрено судом в силу ст.167 ГПК РФ в отсутствии надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания истца ФИО3, обеспечившего явку своего представителя.

Изучив доводы искового заявления и письменного обоснования требования о компенсации морального вреда, выслушав объяснения представителя истца и ответчика, исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела № и представленные доказательства, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст.ст. 8, 307 ГК РФ обязательства возникают, в т.ч. вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, предусмотренному п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В ст. 1082 ГК РФ указано, что удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу названных норм, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, которая подлежит применению судом при условии представления истцом доказательств, свидетельствующих о противоправных действиях ответчика, о наличии факта причинения ущерба, наличии причинной связи между фактом причинения ущерба и противоправными действиями ответчика, а также подтверждающих размер ущерба.

В соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной им в частности, в определениях от 16.07.2009 № 996-О-О, от 20.10.2011 № 1449-О-О, от 28.05.2013 № 786-О, от 5.03.2014 № 589-О, от 24.06.2014 № 1458-О, лицо, уголовное дело, в отношении которого прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, не освобождается от обязательств по возмещению причиненного им ущерба, а потерпевший имеет возможность защитить свои права и законные интересы в порядке гражданского судопроизводства с учетом правил о сроках исковой давности (и др.). В таких случаях, по смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.04.2003 № 7-П, суд в силу конституционного принципа равенства всех перед законом и судом обязан обеспечить потерпевшему процессуальные гарантии реализации его прав на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Как следует из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.03.2017 № 4-П, отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по не реабилитирующему основанию не влекут признание лица виновным или невиновным в совершении преступления. Принимаемое в таких случаях процессуальное решение не подменяет собой приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого или обвиняемого (подсудимого) в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации. Подобного рода решения констатируют отказ от дальнейшего доказывания виновности лица, несмотря на то, что основания для осуществления в отношении его уголовного преследования сохраняются.

При рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении ущерба, причиненного подвергнутым уголовному преследованию лицом, данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в силу ч. 1 ст. 67 и ч. 1 ст. 71 ГПК РФ должны быть приняты судом в качестве письменных доказательств, которые он обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 02.03.2017 № 4-П).

Как установлено судом и следует из материалов дела вступившим в законную силу постановлением мирового судьи Амурской области по Ивановскому окружному судебному участку № 1 от 10.05.2023, прекращено уголовное дело № в отношении ФИО4, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования. Гражданский иск по делу заявлен не был.

Мировым судьей при этом установлено, что 26 июля 2018 года около 17 часов 00 минут, ФИО4, находясь по адресу: <адрес> муниципального округа Амурской области, реализуя свой преступный умысел на самовольное, вопреки установленному Гражданским кодексом Российской Федерации порядку распоряжения имуществом, а именно автомобилем марки «ИЖ-2715», государственный регистрационный знак <***>, принадлежащим ФИО3, в счет не выполненных последним условий устной договоренности, заключенной между ней и ФИО3 об оказании ей материальной помощи при осуществлении ею трудовой деятельности в магазине «Секрет», расположенном по <адрес>, в с.Ивановка Ивановского муниципального округа Амурской области, принадлежащем ФИО3, умышленно, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения существенного вреда ФИО3 и желая этого, продала вышеуказанный автомобиль. В результате своих преступных действий, ФИО4 причинила ФИО3 материальный ущерб на сумму 50 000 руб., который для последнего является существенным.

Постановлением дознавателя ОД ОМВД России «Ивановский» от 29.09.2022, ФИО3 признан потерпевшим по указанному уголовному делу.

Из взаимосвязанного содержания вышеприведенных норм права и правовых позиций Конституционного Суда РФ следует, что вынесенное в отношении ответчика постановление о прекращении уголовного дела подлежит оценке судом в качестве письменного доказательства наряду с иными представленными сторонами доказательствами по делу.

В силу положений ст. 8 УПК РФ никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном настоящим Кодексом.

При этом в силу норм уголовно-процессуального законодательства прекращение уголовного дела и освобождение лица от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности уголовного преследования, которое является не реабилитирующим основанием, не может служить основанием для освобождения виновного от обязанности возместить вред, причиненный в результате совершенного преступления, и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства.

Само по себе отсутствие приговора суда об установлении вины ФИО2 (ФИО9) Е.М. не может являться основанием к отказу в удовлетворении исковых требований о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением, поскольку постановлением мирового судьи Амурской области по Ивановскому окружному судебному участку № 1 от 10.05.2023 уголовное дело в отношении ответчика прекращено по не реабилитирующим основаниям, т.е., решение о прекращении уголовного дела не влечет за собой реабилитацию лица, обвиняемого в преступлении (признание его невиновным).

Обязанность причинителя вреда возместить вред наступает при условии наличия состава деликтного правонарушения, в который входят следующие элементы: вина, противоправность поведения причинителя вреда, наступление вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда.

Как следует из содержания ст.12 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на принципах равноправия и состязательности сторон, в силу ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований, так и возражений.

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела нашел свое подтверждение факт совершения ответчиком виновных преступных действий, в результате которых истцу причинен имущественный ущерб, который до настоящего времени не возмещен.

Согласно представленной стороной истца справки ООО «ЦОУ» б/н от ДД.ММ.ГГГГ, рыночная стоимость транспортного средства: автомобиля ИЖ-№, VIN XTК №, тип ТС: грузовой – фургон, год выпуска 1994, шасси (рама) № отсутствует, № кузова-№, модель № двигателя №, цвет-красный, мощность двигателя л.с.-73,5, объем двигателя 1480 куб.см., составляет 122 625 руб.

В п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Возражений против определенной стоимости материального ущерба, доказательств её неверного определения, либо доказательств иного размера причиненного истцу ущерба, стороной ответчика не представлено.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства представитель истца, несмотря на представленную ею справку о рыночной стоимости транспортного средства, увеличивать размер первоначально заявленных исковых требований не стала, на дату вынесения решения просила взыскать с ответчика, в пользу истца в счет возмещения материального ущерба от преступления денежную сумму в размере 100 000 руб.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание положения ч.3 ст.196 ГПК РФ, согласно которой суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, учитывая позицию ответчика, которая была согласна с требованием истца о взыскании с неё материального ущерба в заявленном размере в сумме 100 000 руб., суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования ФИО3 о взыскании с ФИО2 (ФИО9) Е.М. в его пользу ущерба, причиненного преступлением в размере 100 000 руб.

Разрешая требования истца о взыскании морального вреда, причиненного преступлением в размере 500 000 руб., суд приходит к следующему.

В силу положений ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 и ст.151 ГК РФ.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

По смыслу указанной нормы закона, компенсации подлежит моральный вред, когда он причинен неимущественным правам гражданина виновными действиями нарушителя.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 3).

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (часть первая статьи 151, статья 1099 ГК РФ и часть 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, далее - УПК РФ).

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ) (п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно разъяснений, содержащихся в п.17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33, факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО3 преступлением был причинен имущественный ущерб.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений по их применению следует, что компенсация морального вреда при совершении имущественного преступления возможна в случае, если в результате преступления вред причиняется не только имущественным, но также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам. То есть, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, потерпевший в свою очередь, должен указать на существо и значимость тех прав и нематериальных благ, которым причинен вред.

Механизм защиты личных неимущественных прав и нематериальных благ, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их, по общему правилу, от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В обоснование требований о компенсации морального вреда, сторона истца указывает на то, что в результате преступных действий ответчика, у него резко ухудшилось состояние здоровья, имея до всех этих событий заболевание диабет, после всех нервных потрясений и переживаний, связанных с преступными действиями ответчика у истца резко повысился сахар, он был вынужден начать вводить себе инсулин.

В качестве доказательства ухудшения состояния здоровья стороной истца представлена выписка КГБУЗ «Каменская МБ» от 16.10.2023 приема фельдшером ФИО5 пациента ФИО3, из которой следует, что у последнего имеются жалобы на повышенное давление, головную боль сжимающего характера в затылочной области, одышку при физических нагрузках, периодически загрудинная боль, на отеки нижних конечностей. Анамнез заболевания: с ноября 2021 года состояние значительно ухудшилось в связи с психоэмоциональным состоянием.

Вместе с тем, как установлено судом и следует из пояснений представителя истца в ходе судебного заседания, о противоправном поведении ответчика ФИО3 стало известно в 2021, в связи с чем, по мнению суда, представленный медицинский документ не подтверждает ухудшения психического, психологического и общего физиологического состояния истца в указанный период, поскольку данное обращение истца за оказанием медицинской помощи датировано 16.10.2023. Посещение истцом фельдшера в октябре 2023 года, с учетом его возраста (64 года), наличия заболевания диабет (согласно искового заявления и пояснений представителя истца) и сопутствующих диагнозов (согласно заключения фельдшера) не может достоверно подтверждать, что имеющиеся у него заболевания (ухудшение состояния здоровья) возникли именно из-за неправомерных действий ответчика, а иных убедительных доказательств, подтверждающих данное обстоятельство стороной истца суду не представлено, в том числе документов, подтверждающих обращение ФИО3 в медицинские организации по вопросу ухудшения состояния здоровья, оказания медицинской, психологической помощи, в связи со сложившейся ситуацией в 2021 году и до 16.10.2023 года.

Каких-либо обстоятельств, подтверждающих, что в результате действий ФИО2 (ФИО9) Е.М. потерпевшему ФИО3 были причинены физические страдания или нравственные переживания, связанные не только с причинением материального ущерба, но и с нарушением неимущественных прав либо других нематериальных благ, стороной истца не приведено, материалы дела не содержат.

Действия ФИО2 (ФИО9) Е.М. были направлены на причинение ФИО3 имущественного ущерба. В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истцом, признанным потерпевшим по уголовному делу, доказательств, свидетельствующих о причинении физических или нравственных страданий в результате совершенного ответчиком самоуправства, истцом не представлено.

Сам по себе факт признания лица потерпевшим по уголовному делу, безусловным основанием для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения денежной компенсации морального вреда являться не может.

Необходимость несения дополнительных затрат, связанных с поездками для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, с арендой транспорта для доставки товара в магазин является материальный ущербом, а не моральным. Размер этих убытков истцом заявлен не был и не доказан. Иного обоснования в подтверждение морального вреда, связанного с продажей принадлежащего ему автомобиля, истцом не приведено.

Доводы, изложенные в исковом заявлении о том, что истец был вынужден неоднократно обращаться в правоохранительные органы в связи с отказом в возбуждении уголовного дела, добиваться возбуждения уголовного дела, нервничать, переживать, что отрицательно сказалось на его здоровье, суд отвергает, поскольку данные обстоятельства не находятся в причинно-следственной связи непосредственно с виновным противоправным поведением ответчика.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие доказательств тому, что действиями ответчика были нарушены личные неимущественные права истца либо допущено посягательство на принадлежащие ему другие блага, правовых оснований для присуждения истцу компенсации морального вреда не имеется, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования истца о компенсации морального вреда.

Учитывая изложенное, рассматриваемые в рамках настоящего гражданского дела исковые требования ФИО3 подлежат частичному удовлетворению.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

По настоящему делу при подаче искового заявления истец в силу пп.4 п.1 ст.333.36 НК РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины. С учетом размера удовлетворенных исковых требований, в соответствии со ст.333.19 НК РФ, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 200 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 (ФИО9) ФИО6 о взыскании причиненного преступлением материального ущерба, компенсации морального вреда,- удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (ФИО9) ФИО6 (ИНН № ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> в пользу ФИО3 (ИНН №), сумму материального ущерба, причиненного преступлением в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении требования о компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей, ФИО3 (ИНН №), - отказать.

Взыскать с ФИО2 (ФИО9) ФИО6 (ИНН №), государственную пошлину в доход бюджета в размере 3 200 (три тысячи двести) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Амурского областного суда через Ивановский районный суд Амурской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Ивановского районного суда

Амурской области Е.В. Баженова

Решение в окончательной форме изготовлено в течение пяти рабочих дней –30 ноября 2023 года.

Судья Ивановского районного суда

Амурской области Е.В. Баженова