77RS0018-01-2020-008070-40

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 октября 2022 года Никулинский районный суд города Москвы

в составе судьи Самороковской Н.В.,

при секретаре Мехтиевой Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4530/22 по иску ФИО1 к АКБ «Пересвет» (ПАО) о признании договора залога (ипотеки) недвижимого имущества прекращенным, признании отсутствующими ограничение прав и обременение объекта недвижимости, погашении записи в ЕГРН,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ иском к ответчику о признании договора залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01 июня 2015 года, заключенный между Акционерным коммерческим банком содействия благотворительности и духовному развитию Отечества «Пересвет» (Акционерное общество) (в настоящее время - акционерным коммерческим банком «Пересвет» (Публичное акционерное общество), ИНН <***>, ОГРН <***>, и ФИО1 - прекращенным со 02 мая 2017 года. Признании отсутствующим ограничение прав и обременение объекта недвижимости кадастровый номер 77:07:0006004:2636; вид: ипотека, <...>, кад.№ 77:07:0006004:2636, квартира из 1 комнаты, назначение: жилое, общая площадь 186,2 кв. м, этаж 22; лицо, в пользу которого установлено ограничение прав и обременение объекта недвижимости: Акционерный коммерческий банк «Пересвет» (Публичное Акционерное общество), ИНН: <***>. Погашении в Едином государственном реестре недвижимости записи номер государственной регистрации: 77-77/004-77/004/278/2015-18/1, дата государственной регистрации: 30.07.2015, о государственной регистрации ограничения прав и обременения объекта недвижимости вид: ипотека, <...>, кад.№ 17:07:0006004:2636, квартира из 1 комнаты, назначение: жилое, общая площадь 186,2 кв. м, этаж 22.

Исковые требования мотивировала тем, что 30.04.2015 г. между ФИО2 и АКБ «Пересвет» (ПАО) заключен кредитный договор <***> (кредитная линия).

В обеспечение исполнения обязательств заемщика перед банком по вышеуказанному кредитному договору между ФИО1 и АКБ «Пересвет» (ПАО) заключен договор залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., в соответствии с условиями которого в залог передано недвижимое имущество, принадлежащее на праве собственности: квартира, общая площадь 186,2 кв.м., адрес объекта: <...>, которая принадлежит залогодателю (истцу) на праве собственности на основании договора купли-продажи квартиры от 17.06.2011 г.

Датой возврата кредита - обязательства, обеспеченного залогом недвижимого имущества по указанному договору залога (ипотеки) недвижимого имущества является 28.04.2016 г. (п. 2.3 кредитного договора).

На основании вышеуказанных кредитного договора и договора залога 30.07.2015 г. произведена государственная регистрация ограничения прав и обременения указанного объекта недвижимого имущества (ипотека), срок, на который установлено ограничение прав и обременение объекта недвижимости: 28.04.2016 г., лицо, в пользу которого установлено ограничение прав и обременение объекта недвижимости: АКБ «Пересвет» (ПАО).

Действуя добросовестно, разумно и полагая договор залога и соответствующее ему ограничение прав и обременение объекта недвижимости, принадлежащего истцу, прекращенными по предусмотренным законом основаниям, и поскольку прекращенный залог (запись об ограничении прав и обременении объекта недвижимости) продолжал значиться как существующий для неопределенного круга лиц, что нарушает права истца, последняя обратилась в территориальный орган Росреестра по Москве с заявлением о прекращении ипотеки в отношении объекта недвижимого имущества.

Однако 18.02.2020 г. в адрес истца направлено уведомление Росреестра о приостановлении регистрационных действий по погашению регистрационной записи об ипотеке в отношении объекта недвижимости, принадлежащего истцу, до 18.05.2020 г.

04.03.2020 г. истец обратилась в адрес ответчика с письмом, содержащим требование произвести все необходимые действия по прекращению залога, в том числе обратиться в Росреестр с заявлением о погашении регистрационной записи об ипотеке, которое осталось без ответа и удовлетворения, в связи с чем, уведомлением Росреестра от 04.07.2020 г. истцу отказано в государственной регистрации прекращения ипотеки в отношении объекта недвижимого имущества и погашении регистрационной записи об ипотеке.

В договоре залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., условие о сроке действия залога, в смысле статьи 190 ГК РФ, не содержится. Срок же исполнения обязательств, обеспеченных залогом, определяется условиями кредитного договора <***> (кредитная линия) от 30.04.2015 г., заключенного между банком и ФИО2, и установлен его сторонами как 28.04.2016 г. Данное обстоятельство также подтверждается внесенной в ЕГРН записью о сроке, на который установлено ограничение прав и обременение объекта недвижимости – 28.04.2016 г. Ответчиком требований об обращении взыскания на предмет залога из кредитного договора <***> (кредитная линия) от 30.04.2015 г., заключенного между ответчиком и ФИО2, и договора залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., заключенного между истцом и ответчиком, в годичный срок со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявлено.

Следовательно, срок предъявления требования об обращении взыскания на предмет залога из указанных кредитного договора и договора залога является истекшим с 02.05.2017 г. (с учетом правил об окончании срока в нерабочий день (ст. 193 ГК РФ), а договор залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., заключенный между истцом и ответчиком - прекращенным с 02.05.2017 г. Поскольку действиями ответчика нарушаются права истца как собственника недвижимости, истец обратилась с настоящим иском в суд.

Решением Никулинского районного суда г. Москвы от 09 июля 2021 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14 декабря 2021 г. решение Никулинского районного суд г. Москвы оставлено без изменения, апелляционная жалоба АКБ «Пересвет» (ПАО) без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 17 мая 2022 г. решение Никулинского районного суда г. Москвы от 09.07.2021 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14.12.2021 отменено. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Никулинский районный суд г. Москвы.

Представитель истца ФИО3 в судебное заседание явился, исковые требования просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика АКБ «Пересвет» (ПАО) ФИО4 в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения заявленных требований.

Третье лицо ФИО2 и представитель третьего лица Управления Росреестра по г. Москве в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом.

Финансовый управляющий ФИО2 – ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом.

Суд счел возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствии не явившихся лиц, извещенных судом надлежащим образом, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему:

Как установлено в судебном заседании, 30.04.2015 г. между АКБ «Пересвет» (ПАО) (банк) и ФИО2 (заемщик) заключен кредитный договор <***> (кредитная линия), согласно условиям которого банк обязуется открыть заемщику кредитную линию с лимитом кредитования в размере 1.650.000 долларов США на потребительские цели и личные нужды, с процентной ставкой 16% годовых, со сроком возврата кредита 28.04.2016 г. Обязательства заемщика обеспечены ипотекой (залогом недвижимого имущества) (т.2 л.д.16-19).

В обеспечение исполнения обязательств заемщика перед банком по вышеуказанному кредитному договору между АКБ «Пересвет» (ПАО) (залогодержатель) и ФИО1 (залогодатель) заключен договор залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., в соответствии с условиями которого в залог передано недвижимое имущество, принадлежащее на праве собственности: квартира, общая площадь 186,2 кв.м., адрес объекта: <...>, которая принадлежит залогодателю (истцу) на праве собственности на основании договора купли-продажи квартиры от 17.06.2011 г. (т.2 л.д.10-15).

Существо, размер и сроки исполнения обязательств, обеспеченных настоящим залогом, определяются условиями вышеуказанного кредитного договора (п.3 договора залога (ипотеки). Датой возврата кредита - обязательства, обеспеченного залогом недвижимого имущества по указанному договору залога (ипотеки) недвижимого имущества является 28.04.2016 г. (п. 2.3 кредитного договора).

Согласно п. 7 договора залога, основаниями прекращения залога являются прекращение обеспеченного залогом обязательства, иные случаи, предусмотренные действующим законодательством, в соответствии с п. 9 договора, договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до полного исполнения обязательств предусмотренных залогом.

На основании вышеуказанных кредитного договора и договора залога 30.07.2015 г. произведена государственная регистрация ограничения прав и обременения указанного объекта недвижимого имущества (ипотека), срок, на который установлено ограничение прав и обременение объекта недвижимости: 28.04.2016 г., лицо, в пользу которого установлено ограничение прав и обременение объекта недвижимости: АКБ «Пересвет» (ПАО), что подтверждается материалами регистрационного дела, выпиской ЕГРН.

Также между сторонами кредитного договора было заключено дополнительное соглашение № 1 от 28.04.2016 г. однако указанное соглашение согласно материалам дела не было зарегистрировано надлежащим образом.

ФИО1 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с 19.11.1988 г., брак прекращен 27.02.2018 г. на основании решения мирового судьи судебного участка № 126 района Кузьминки г. Москвы от 25.12.2017 г. (т. 2 л.д. 150)

Как следует из материалов дела 06.07.2011 г. супруги И-вы заключили брачный договор, удостоверенный ФИО6 временно исполняющим обязанности нотариуса г. Москвы ФИО7 (т.2 л.д. 169), в соответствии с условиями которого (п.2.1) стороны брачного договора определили что любое движимое и недвижимое имущество, в том числе жилые и нежилые помещения, приобретенные супругами в браке, будет находиться во время брака и (или) в случае его расторжения в собственности, полном владении, пользовании и распоряжении того из супругов, на чье имя оно было приобретено, оформлено, а в случаях предусмотренных законодательством РФ и зарегистрировано.

Согласно п.3.5 ФИО10 договора установлено, что каждый из супругов отвечает по своим обязательствам лишь своим имуществом и обязуется не принимать каких-либо обязательств от имени обоих супругов без письменного согласия второго супруга.

Таким образом, согласно условиям брачного договора спорное жилое помещение, являющееся предметом залога находится в личной собственности истца по настоящему спору. Право собственности на спорную квартиру зарегистрировано 04 июля 2011 года.

Сведений об изменении, расторжении указанного брачного договора, признании его недействительным материалы гражданского дела не содержат.

Как следует из материалов дела, истец обратилась в территориальный орган Росреестра по Москве с заявлением о прекращении ипотеки в отношении объекта недвижимого имущества.

18.02.2020 г. в адрес истца направлено уведомление Росреестра о приостановлении регистрационных действий по погашению регистрационной записи об ипотеке в отношении объекта недвижимости, принадлежащего истцу, до 18.05.2020 г. со ссылкой на положения пункта 11 статьи 53 Закона о недвижимости и пункта 1 статьи 25 Федерального закона от 16.07.1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

Для устранения обстоятельств, послуживших основанием для приостановления регистрационных действий по погашению регистрационной записи об ипотеке в отношении объекта недвижимости, 04.03.2020 г. истец обратился в адрес ответчика с письмом, содержащим требование произвести все необходимые действия по прекращению залога, в том числе обратиться в Росреестр с заявлением о погашении регистрационной записи об ипотеке, которое осталось без ответа и удовлетворения, в связи с чем, уведомлением Росреестра от 04.07.2020 г. истцу отказано в государственной регистрации прекращения ипотеки в отношении объекта недвижимого имущества и погашении регистрационной записи об ипотеке.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 03.12.2020 г. по делу А40-23490/20-157-46 с заявлением АКБ «Пересвет» (ПАО) о признании ИП ФИО2 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (т.2 л.д.113).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.10.2021 года по делу А40-23490/20-157-46 удовлетворено заявление АКБ «Пересвет» (ПАО) о признании обязательства ФИО2 перед кредитором АКБ «Пересвет» (ПАО) на сумму 136 126 993, 42 руб. общим обязательством ФИО2 и ФИО1

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2021 года указанное определение отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.03.2022 года Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2021 года отменено, Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.10.2021 года оставлено в силе.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 13.07.2022 года ФИО1 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ.

Согласно пункту 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи.

Согласно абзаца второго пункта 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

При этом в силу пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации поручительство, срок которого не установлен, прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю.

По смыслу названных законоположений в их взаимосвязи, если залогодателем является третье лицо, а срок залога в договоре не установлен, залог прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявит требование об обращении взыскания на предмет залога.

В силу ч. 6 ст. 367 ГК РФ, поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Таким образом, когда залогодателем является третье лицо и если не установлен срок действия договора залога, залог прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявит иск к залогодателю.

Указанная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 12.04.2016 № 5-КГ16-25, п. 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016 г.

При этом условие о действии договора поручительства до фактического исполнения основного обязательства также не является условием о сроке поручительства, предусмотренным п. 6 ст. 367 ГК РФ, поскольку в соответствии со ст. 190 ГК РФ, установленный законом, иными правовыми актами или сделкой срок определяется календарной датой или стечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами, а также может определяться указанием на событие, которое должно неизбежно наступить. Фактическое исполнение должником обязательства к таким событиям не относится.

Положения п. 6 ст. 367 ГК РФ, не допускают бессрочного существования обязательства поручителей в целях установления определенности в существовании прав и обязанностей участников гражданского оборота, как разъяснено в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10.11.2015 № 80-КГ15-18.

Как следует из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, содержащихся в постановлении от 15.04.2020 г. № 18-П «По делу о проверке конституционности абзаца второго пункта 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО8», абзац второй пункта 1 статьи 335 ГК Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования предполагает, что залог, срок действия которого не определен соглашением сторон, прекращается по основанию, предусмотренному пунктом 6 статьи 367 данного Кодекса пунктом 4 в редакции, действовавшей до внесения в эту статью изменений Федеральным законом от 8 марта 2015 года № 42-ФЗ), то есть при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявит требование об обращении взыскания на предмет залога. Тем самым обеспечивается соблюдение принципов правовой определенности и поддержания доверия граждан к закону.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.04.2020 года №18-П, при применении положений статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации суды должны устанавливать и оценивать все имеющие значение для разрешения дела обстоятельства, в том числе наличие - с учетом содержания договора об ипотеке - условий для применения к отношениям с участием сторон пункта 6 статьи 367 данного Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

На основании п. 1, п. 3, п. 4 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

Правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела устанавливаются семейным законодательством.

Положениями ст. 34 СК РФ установлено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (ч. 1). К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (ч. 2).

Согласно п. 1 ст. 38 СК РФ, раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

В силу п. 1 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Суд РФ от 13.05.2010 N 839-О-О, Семейный кодекс Российской Федерации признает брачным договором соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения (ст. 40), которым супруги вправе изменить закрепленный законом режим совместной собственности и установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов (п. 1 ст. 42).

Допустив возможность договорного режима имущества супругов, федеральный законодатель - исходя из необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не является должником, - предусмотрел в п. 1 ст. 46 СК РФ обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанное требование не выполняет.

Статьей 46 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрены гарантии прав кредиторов при заключении, изменении и расторжении брачного договора. Согласно п. 1 данной статьи супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 13.05.2010 года №839-О-О, допустив возможность договорного режима имущества супругов, федеральный законодатель - исходя из необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не является должником, - предусмотрел в пункте 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанное требование не выполняет. Соответственно, в силу названного законоположения не извещенный о заключении брачного договора кредитор изменением режима имущества супругов юридически не связан и по-прежнему вправе требовать обращения взыскания на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

Как установлено частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств следует, что сведения о том, что установленная пунктом 1 статьи 46 СК РФ обязанность по уведомлению АКБ «Пересвет» (ПАО) о заключении брачного договора при заключении кредитного договора была исполнена супругами И-выми, в материалах дела отсутствует, вследствие чего АКБ «Пересвет» (ПАО), как не извещенный о заключении брачного договора кредитор не связан изменением режима имущества супругов и наличие заключенного между ответчиками брачного договора не может являться основанием для удовлетворения требований истца.

По смыслу указанной нормы, уведомление кредитора о брачном договоре направлено на возможность оценки им экономического риска сделки перед заключением с должником соответствующего договора. Между тем, на момент заключения кредитного договора и договора поручительства брачный договор кредитору предоставлен не был, соответственно, об ином режиме собственности супругов кредитор уведомлен быть не мог.

Данное обстоятельство подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, а именно тем, что при заключении кредитного договора заемщик предоставил следующий пакет документов: нотариально удостоверенное свидетельство о заключении брака от 16.04.2015 года, нотариально удостоверенное согласие ФИО1 от 16.04.2015 года на получение кредита, нотариально удостоверенное согласие ФИО1 на оформление залога квартиры в обеспечение обязательств от 16.04.2015 года, нотариально удостоверенное согласие ФИО2 на оформление залога квартиры.

Поскольку спорная квартира приобретена должником и залогодателем в период брака, на залоговое имущество распространяется режим общей совместной собственности супругов, в связи с чем, положения п. 1 ст. 335 и п. 6 ст. 367 ГК РФ, касающиеся прекращения залога в том случае, когда залогодателем выступает третье лицо, применению в данном случае не подлежат. Данное обстоятельство также подтверждается и тем, что, несмотря на то, что АКБ «Пересвет» (ПАО) не было извещено о наличии брачного договора, супругой ФИО1 было дано Согласие на получение ФИО2 указанного кредита.

Доводы истца о том, что ответчиком требований об обращении взыскания на предмет залога из кредитного договора <***> (кредитная линия) от 30.04.2015 г., заключенного между ответчиком и ФИО2, и договора залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., заключенного между истцом и ответчиком, в годичный срок со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявлено, в связи с чем, срок предъявления требования об обращении взыскания на предмет залога из указанных кредитного договора и договора залога является истекшим с 02.05.2017 г. (с учетом правил об окончании срока в нерабочий день (ст. 193 ГК РФ), а договор залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., заключенный между истцом и ответчиком - прекращенным с 02.05.2017 г., суд отклоняет.

Согласно материалам дела между сторонами по договору было подписано дополнительное соглашение № 1 от 28.04.2016 г. о пролонгации обязательств, согласно которому датой возврата кредита является 26.04.2017 года.

При этом, п. 3.2 Договора залога установлено, что стороны пришли к соглашению, что при увеличении размера требований по Кредитному договору залог обеспечивает обязательства заемщика в увеличенном размере.

Согласно п.10 «Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 года) при изменении кредитного обязательства, обеспеченного залогом, залог обеспечивает обязательство должника в том размере, в каком оно существовало бы без такого изменения, если стороны договора о залоге не пришли к соглашению о том, что при увеличении размера требований по основному обязательству на согласованную залогодателем и залогодержателем сумму залог обеспечивает обязательство должника в увеличенном в согласованных пределах размере. Изменение размера или срока исполнения обеспеченного залогом обязательства (например, вследствие изменения процентной ставки по кредиту либо изменения срока возврата кредита) по сравнению с тем, как такое условие определено в договоре о залоге, само по себе не является основанием прекращения залога (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2011 г. N 46-В10-27).

Согласно ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со с т. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного кодекса.

В силу ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности истекал 26.04.2020 года, в то время как Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.02.2020 года было принято заявление Банка о признании ФИО2, несостоятельным (банкротом). В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что АКБ «Пересвет» (ПАО) в пределах срока исковой давности реализовал право на судебную защиту.

Доводы истца ФИО9 о том, что она в период с 16.04.2016 г. по 30.04.2016 г., находилась за пределами Российской Федерации, а значит согласовать/подписать соглашение, (дополнительное соглашение) о продлении срока залога (ипотеки) принадлежащего ей жилого помещения в связи с заключением соглашения № 1 от 28.04.2016 г. к кредитному договору, на которое ссылается ответчик, суд отклоняет. Каких-либо относимых и допустимых доказательств того, что подпись на указанном соглашении ей не принадлежит в материалы дела не представлено, указанное дополнительное соглашение в установленном судом порядке недействительным не признано.

Доводы истца о том, что Решением Никулинского районного суда г. Москвы от 08 декабря 2021 года по гражданскому делу №02-4191/21 по иску АКБ «Пересвет» (ПАО) к ФИО1, ФИО2 о признании имущества совместно нажитым, определении долей, выделе ½ доли в праве для обращения взыскания в удовлетворении требований отказано, а Апелляционным определением от 08 сентября 2022 года решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба АКБ «Пересвет» (ПАО) без удовлетворения, суд отклоняет. Поскольку Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.10.2021 года по делу А40-23490/20-157-46, вступившим в законную силу, удовлетворено заявление АКБ «Пересвет» (ПАО) о признании обязательства ФИО2 перед кредитором АКБ «Пересвет» (ПАО) на сумму 136 126 993, 42 руб. общим обязательством ФИО2 и ФИО1

В соответствии со ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В силу п. 1 Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Суд, оценив последовательность событий и действий супругов И-вых, приходит к выводу о том, что заключая кредитный договор <***> (кредитная линия) от 30.04.2015 года в редакции дополнительного соглашения № 1 от 28.04.2016 г., а также договор залога (ипотеки) недвижимого имущества № 394-15/И от 01.06.2015 г., не известили банк о наличии заключенного между супругами ФИО10 договора от 06.07.2011 года, предоставляя документы, подтверждающие нахождение супругов в брачных отношениях с наличием законного режима собственности супругов, с целью введение кредитора в заблуждение, в связи с чем, такие действия являются недобросовестными, совершенными со злоупотреблением правом, что недопустимо в силу положений ст. 10 ГК РФ, что также является основанием для отказа в удовлетворении требований истца в полном объеме.

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования не обоснованы и не подлежат удовлетворению по вышеизложенным основаниям.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 56, 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (ХХХХХ г.р., паспорт РФ ХХХХХ) к АКБ «Пересвет» (ПАО) (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о признании договора залога (ипотеки) недвижимого имущества прекращенным, признании отсутствующими ограничение прав и обременение объекта недвижимости, погашении записи в ЕГРН – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Мосгорсуд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Никулинский районный суд г. Москвы.

Судья: Самороковская Н.В.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 18 ноября 2022 г.

Судья: Самороковская Н.В.