Решение по делу № 2-366/2025 от 21.05.2025 - об установлении факта оплаты заработной платы работнику в большем размере, чем установлено трудовым договором, взыскании заработной платы, денежной суммы за неиспользованные дни отпуска, компенсации морального вреда.

Дело № 2-366/2025

УИД 13RS0023-01-2025-000192-63

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

07 мая 2025 года г. Саранск

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего судьи - Тараскова И.Ю.,

при секретарях судебного заседания Юрченковой Е.В., Вачаевой В.С.,

с участием в деле:

истца ФИО1,

представителей истца ФИО2, действующей в интересах доверителя на основании части 6 статьи 53 ГПК Российской Федерации,

ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО3,

представителя ответчика ФИО4, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности от 06 февраля 2025 года, реестровый номер 52/163-н/52-2025-1-92,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца Государственной инспекции труда в Нижегородской области,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта оплаты заработной платы работнику в большем размере, чем установлено трудовым договором, взыскании заработной платы, денежной суммы за неиспользованные дни отпуска, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 (далее – также истец, работник) обратилась в суд с вышеназванными исковыми требованиями к ответчику ИП ФИО3 (далее – также ответчик, работодатель).

В обоснование исковых требований истец указала на то, что с 10 июля 2023г. на основании трудового договора №17 принята на неопределенный срок на должность продавца-кассира в принадлежащую ответчику торговую точку «Лысковский мясокомбинат», расположенную по адресу: <...>. В соответствии с п. 4.1 указанного трудового договора ей установлен должностной оклад в размере 17000 руб. Согласно дополнительному соглашению от 01 января 2024 г. к трудовому договору № 17 должностной оклад увеличен до 20 000 руб. Вместе с тем, фактически истец получала не менее 50000 руб., что следует из приложенной последней к иску «ведомости». Пенсионные отчисления производились ответчиком с официально установленного оклада в меньшем размере, чем были бы с суммы реального заработка истца. В связи с чем ФИО1 требует установления заработной платы в большем (в фактическом) объеме, чем то установлено в трудовом договоре. Помимо этого, за весь период работы у ответчика истец ни разу не была в отпуске, не получала отпускные, чем по ее мнению нарушены трудовые права, в связи с чем истец имеет право на выплату за два неполученных отпуска в размере 100000 руб. (поскольку размер месячного оклада составлял не менее 50000 руб.).

По итогам 2 последних полных лет, т.е. за 2023 и 2024 годы, средняя ежемесячная заработная плата истца составила 78000 руб. ФИО1 работодатель выплатил отпускные за две недели в размере 34000 руб., о чем есть записи в «тетради», вместе с тем последняя полагает, что отпускные за один год должны составлять не менее 78 000 руб. 27 декабря 2024 г. истцу на банковскую карту начислена денежная сумма в качестве заработной платы в размере 6960 руб., а также в качестве оплаты за один из отпусков 18 236 руб. 28 декабря 2024 г. зачислена заработная платы в размере 5468 руб. 72 коп. (при учете выходов за 8-часовой рабочий день, при этом по факту рабочий день истца составлял не менее 12 часов). Вместе с тем, данной суммы недостаточно, так как работодатель произвел выплаты не в полном объеме. С жалобами на действия ответчика истец обращалась в органы Прокуратуры РФ и Государственной трудовой инспекции.

Дополнительно истец указала, что продолжительность её ежедневной переработки с даты заключения трудового договора № 17 составляла 4 часа в день (при учете выходов за 8 часовой рабочий день, хотя фактически рабочий день истца составлял не менее 12 часов плюс 1 час на приемку товара плюс 1 час на уборку помещений (итого до 14 часов). Согласно установленной на указанной выше торговой точке ответчика информационной табличке, режим работы магазина установлен с 08 час. 00 мин. до 20 час. 00 мин. Кроме того, ФИО1 дополнительно осуществляла 1-2 часовую уборку помещения за доплату в размере 2000 руб. в месяц (из расчета 4000 руб. на торговую точку, разделенные на 2-ух продавцов при сменном графике работы 3 дня через 3 дня).

Учитывая изложенное, со ссылкой на положения статьей 15-16, 22, 129, 135, 236-237, 352, 392 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», принимая во внимание протокольно принятое судом к производству заявление истца об уточнении исковых требований от 09 апреля 2025 г., ФИО1 просила: установить факт оплаты ей заработной платы в размере 78000 руб. ежемесячно (в большем объеме, чем то установлено трудовым договором № 17 от 10 июля 2023 г.), начиная с 10 июля 2023 г. по 31 декабря 2024 г.; взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 невыплаченную заработную плату в размере 65572 руб.; оплату за неполученные за рабочий период отпуска в размере 119527 руб. 36 коп.; компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

После изучения полученных на запрос суда ответов УФНС России по РМ, содержащих сведения об атрибутах чеков и отчетах о закрытии смены, сформированных на контрольно-кассовой технике, установленной в указанной выше торговой точке ответчика, истец указала, что за период с 19 июля 2023 г. по 31 декабря 2024 г. согласно отчетов о закрытии смены, в которых указана фамилия ФИО1, из общего количества дней (531) истцом отработано 423 дня. По подсчетам последней, недоплата составила 74 дня за указанный период (при 12-часовом рабочем дне), следовательно, истцу не оплачены 888 рабочих часов. По расчетам работодателя стоимость нормо-часа работы истца составляет 127 руб. Следовательно, исходя из указанной ставки, определенной ответчиком, истцу недоплачено 112776 руб. (888 час. х 127 руб.). Кроме того, ИП ФИО3 не оплачены отработанные истцом праздничные дни по двойному тарифу, количество которых 11 дней, в связи с чем дополнительно подлежит взысканию 16764 руб. Вместе с тем, согласно «правильным» по мнению истца подсчетам, действительная стоимость её 1-го рабочего часа составляет 276 руб. 81 коп., следовательно, действительная стоимость 1-го рабочего дня истца составляет 3321 руб. 74 коп., а недоплата за спорный период составляет 245808 руб. 76 коп (3321 руб. 74 коп. х 74 дня).

Таким образом, принимая во внимание протокольно принятые судом заявления истца об уточнении исковых требований от 23 апреля 2025 г. и 07 мая 2025 г., в окончательном виде ФИО1 просила суд:

- установить факт оплаты заработной платы работнику ФИО1 в размере 78000 руб. ежемесячно (в большем объеме, чем установлено трудовым договором № 17 от 10 июля 2023 г.), начиная с 10 июля 2023 г. по 31 декабря 2024 г.;

- взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 невыплаченную заработную плату за 74 дня, в том числе за 11 праздничных дней (в двойном тарифе), в том числе за переработку 888 часов, в общей сумме в размере 245 808 руб., оплату за неполученные за рабочий период отпуска в размере 119527 руб. 36 коп., компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Протокольным определением суда от 11 марта 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечена Государственная инспекции труда в Нижегородской области.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала исковые требования по изложенным выше основаниям, с учетом имеющихся в деле дополнений и уточнений, пояснила суду, что заинтересовавшее её объявление ответчика о трудоустройстве на должность продавца в торговую точку «Лысковский мясокомбинат», расположенную по адресу: <...> (далее – торговая точка), она обнаружила в мобильном приложении «Авито-работа». В данном объявлении были отражены сведения о предлагаемой соискателям зарплате (25 - 37 т.р.), а также данные контактного лица - супервайзера М.М.Н., которая в ходе переписки (л.д. 76-77) пояснила истцу, что по условиям трудоустройства официальный оклад продавца составляет 17-20 т.р. из которых вычитается НДФЛ, а оставшаяся часть неофициальной («серой») зарплаты формируется в зависимости от количества отработанных смен и от 7% месячного реального товарооборота торговой точки (минус 4 т.р. на уборщицу (техничку), если продавцы сами не осуществляли уборку торговых помещений), которые делятся на количество продавцов. Размер неофициального дохода также доводился до сведения истца директором торговой точки Г.М.В. и супервайзером К.Н.Н. Данные условия трудоустройства вполне устроили ФИО1 На торговой точке по итогам рабочего дня продавцами заполнялась «учетная рабочая тетрадь», в которой отражались сведения о ежедневной выручке (товарообороте) и об общем остатке денежных средств в кассе (л.д. 36-75). По итогам отработанного месяца директором торговой точки Г.М.В. на основании данных о товарообороте составлялась «ведомость» по начисленной продавцам заработной плате. Аналогичным образом рассчитывалась заработная плата продавцам и иных торговых точек ответчика (л.д. 23-35). На основании данной ведомости по достигнутой неофициальной договоренности ФИО1 и другой продавец торговой точки самостоятельно забирали деньги в наличной форме из кассы торговой точки, о чем расписывались в составленной Г.М.В. ведомости, НДФЛ с данной суммы не уплачивали.

Дополнительно в ходе судебного разбирательства ФИО1 подтвердила, что ИП ФИО3 не имеет перед ней задолженности по «белой» заработной плате, все причитающиеся ей официальные выплаты, связанные со сверхурочной работой, работой в выходные (праздничные) дни, отпускные, а также выплаты при увольнении, ответчиком произведены, в том числе по результатам прокурорской проверки и проверки трудовой инспекции. ФИО1 также пояснила суду, что требуемые ею в иске 78000 рублей в месяц официального дохода ей при трудоустройстве ответчик и его представители не обещали, данная сумма сложилась, как среднее арифметическое, исходя из всех произведенных ей работодателем официальных и неофициальных выплат за период с 10 июля 2023 г. по 31 декабря 2024 г. Ежемесячная выручка торговой точки была разной, вместе с тем, 7-%ную надбавку к заработной плате она получала ежемесячно в зависимости от товарооборота, что следует из указанной выше «ведомости», в которой имеются подписи истца.

Представитель истца ФИО2 требования своего доверителя поддержала по основаниям, изложенным в иске, с учетом имеющихся уточнений. ФИО2 пояснила суду, что итоговые исковые требования в части невыплаченной заработной платы, в том числе за работу в праздничные дни, переработку 888 часов, размер оплаты за неполученные за рабочий период отпуска, рассчитаны исходя из представленных УФНС России по РМ данных, содержащих сведения об атрибутах выданных покупателям товарных чеков, и отчетов о закрытии рабочей смены, передаваемых в автоматическом режиме в налоговые органы контрольно-кассовой техникой, установленной в торговой точке ответчика, а также исходя из размера неофициального заработка истца.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях ИП ФИО3 от 11 марта, 16 апреля и 06 мая 2025 г., на поданное исковое заявление. Суду пояснил, что все существенные условия трудовых отношений сторон спора оговорены в трудовом договоре №17 от 10 июля 2023 г., с учетом имеющихся дополнительных соглашений к нему, в которых отражены условия труда истца и размер его заработной платы, при этом какой-либо задолженности его доверить перед ФИО1 по выплате заработной платы, оплате отпускных, переработок, выходов в праздничные (нерабочие) дни на момент спора не имеет, что следует из имеющихся в деле бухгалтерских карточек счета 70 за 2023, 2024 и 2025 года. Приказы (распоряжения) о привлечении ФИО1 к сверхурочной работе не издавались работодателем. Г.М.В. и М.М.Н. в трудовых отношениях с ИП ФИО3 никогда не состояли. Представленные стороной истца табели учета рабочего времени на 3 листах, «учетная тетрадь торговой точки «Косарева» не могут являться относимым доказательством по делу, так как представлены в форме незаверенных копий, оригиналы суду не представлены, данные документы никем не утверждены, в них не отражено лицо, их составившее, не указан период, при этом они не отражают факта установления и размер заработной платы истца. Сведения об атрибутах чеков и отчетах о закрытии смены, сформированные на контрольно-кассовой технике (ККТ), не могут быть отнесены к учету рабочего времени и не являются относимыми доказательствами, так как не отражают реальное рабочее время конкретного сотрудника, при этом другие сотрудники торговой точки также имеют возможность использовать ККТ, войдя под логином и паролем другого продавца.

В судебное заседание ответчик ИП ФИО3, представитель третьего лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца, - Государственная инспекция труда в Нижегородской области не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, в связи с чем, руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие указанных участников процесса.

Заслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчика, допросив нижеуказанных свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии сост. 56ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениямип. 3 ст. 123Конституции Российской Федерации ист.12ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии со ст.ст. 15, 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 57 ТК РФ существенными условиями трудового договора являются, в частности, условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

В силу ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. ст. 127, 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм (в том числе компенсация за все неиспользованные отпуска), причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в данной статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Как следует из материалов дела, установлено судом и не оспаривается сторонами, ФИО1 на основании приказа ИП ФИО3 от 10 июля 2023 г. № 6 и заключенного на основании него трудового договора №17 от 10 июля 2023 г. с указанной даты работала на должности продавца-кассира в принадлежащей ответчику торговой точке «Лысковский мясокомбинат», расположенной по адресу: <...>.

В соответствии с п.п. 4.1, 5.1, 5.3 указанного трудового договора истцу был установлен должностной оклад в размере 17000 руб. при 5-дневной рабочей неделе, продолжительностью не более 40 часов, с возможностью предоставления отпуска продолжительностью 28 дней.

Дополнительным соглашением сторон трудового договора от 01 января 2024 г. к трудовому договору № 17 от 10 июля 2023 г. должностной оклад ФИО1 увеличен до 20 000 руб. с января 2024 г.

Дополнительным соглашением сторон указанного договора от 01 января 2025 г. к трудовому договору № 17 от 10 июля 2023 г. должностной оклад истца увеличен до 23 000 руб. с 01 января 2025 г.

Приказом ИП ФИО3 от 13 февраля 2025 г. № 5, вынесенным на основании заявления ФИО1 от 06 февраля 2025 г., трудовой договор № 17 от 10 июля 2023 г. с истцом расторгнут по инициативе работника 13 февраля 2025 г.

В силу п.п. 1.5, 2.4, 3.2 утвержденного ИП ФИО3 17 июня 2021 г. Положения об оплате труда работников (далее – Положение об оплате труда), оплата труда сотрудников ИП ФИО3 включает в себя заработную плату, состоящую из оклада (должностного оклада). Постоянная часть оплаты труда является гарантированным денежным вознаграждением за выполнение сотрудником возложенных на него трудовых обязанностей. Постоянной частью заработной платы является оклад (должностной оклад) согласно действующему штатному расписанию ответчика. Размер должностного оклада сотрудника устанавливается штатным расписанием и трудовым договором.

Пункты 6.1, 6.2, 6.3, 6.6 Положения об оплате труда предусмотрено, что заработная плата начисляется сотрудникам в размере и порядке, предусмотренном данным Положением. Основанием для начисления заработной платы является штатное расписание, трудовой договор, табель учета рабочего времени и приказы, утверждаемые ИП ФИО3 табели учета рабочего времени заполняет и подписывает работодатель. Заработная плата выплачивается сотруднику наличными либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении сотрудника на условиях, определенных коллективным или трудовых договорами.

Из полученных по запросу суда справок о доходах и суммах налога физического лица, представленных УФНС по РМ по форме 2-НДФЛ, а также сведений, составляющих пенсионные права за период с 10 июля 2023 г. по 13 февраля 2025 г., представленных ОСФР по РМ, следует, что выплаты и иные вознаграждения в пользу ФИО1 осуществлялись ИП ФИО3 в соответствии с заключенным трудовым договором и Положением об оплате труда.

Судом также установлено, что прокуратурой Лукояновского района Нижегородской области на основании обращения ФИО1 проведена проверка исполнения трудового законодательства в деятельности ИП ФИО3, о чем вынесено представление от 20 января 2025 г. №06-02-2025 об устранении нарушений трудового законодательства.

В ходе проведенной проверки при изучении табелей учета рабочего времени истца установлено, что в период с января 2024 г. по июнь 2024 г. последняя работала более 40 часов в неделю (44 часа в неделю), то есть на 4 часа больше, чем то установлено трудовым договором № 17 от 10 июля 2023г., что свидетельствует о ее работе сверх нормы и нарушении ст.152 ТК РФ, а именно не произведена оплата сверхурочной работы ФИО1 Прокуратурой также установлено, что ФИО1 осуществляла работу в праздничные дни, а именно 08 марта 2024 г. и 04 ноября 2024 г., что нарушает ст. 153 ТК РФ, а именно не произведена доплата за работу в праздничные дни в соответствии с трудовым законодательством. Иных нарушений трудового законодательства прокуратурой не выявлено. Ответчику данным надзорным ведомством предписано произвести перерасчет истцу переработанных часов в период с января по июнь 2024 г., а также произвести доплату за работу в указанные праздничные дни.

Постановлением № 52/4-30-25-445 от 25 февраля 2025 г. о назначении административного наказания, вынесенным Государственной инспекцией труда в Нижегородской области (далее – ГИТ в Нижегородской области) на основании постановления о возбуждении производства по делу об административном правонарушении прокурора Лукояновского района Нижегородской области от 20 января 2025 г. по установленным выше фактам работы ФИО1 свыше 40 часов в неделю (44 часа в неделю) с января по июнь 2024 г. и не произведенной оплаты сверхурочной работы в повышенном размере, а также отсутствии оплаты в двойном размере за работу 08 марта 2024 г. и 04 ноября 2024 г., ИП ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 6 ст. 5.27 КоАП РФ, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 2000 руб.

Постановлением № 52/4-29-25-445 от 25 февраля 2025 г. о назначении административного наказания, вынесенным ГИТ в Нижегородской области на основании постановления о возбуждении производства по делу об административном правонарушении прокурора Лукояновского района Нижегородской области от 20 января 2025 г. по факту несвоевременного предоставления отпуска, запланированного на 01 июля 2024 г. и предоставленного лишь 16 января 2025 г., при отсутствии заявления истца о переносе отпуска, ИП ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 2000 руб.

Кроме того, по результатам проведенной ГИТ в Нижегородской области проверки (письмо в адрес истца от 10 января 2025 г. № 52/10-23-25-4) также установлено, что рабочий день истца начинался с 08 час. 00 мин. согласно графику работы магазина. Одностороннее изменение начала рабочего дня работодателем не производилась. Дополнительная работа по поддержанию чистоты на объекте ФИО1 не поручалась, так как существует штатная единица, в обязанности которой входит такая работа. Кроме предусмотренного 13-процентного НДФЛ иных удержаний из заработной платы истца не производилось. Отпуск с 01 августа 2023 г. по 01 апреля 2024г. истцу не предоставлялся, так как не поступало соответствующего заявления работника на предоставление части оплачиваемого отпуска по истечении полугода с момента приема.

Суд не принимает в качестве надлежащего доказательства осуществления ФИО1 дополнительной работы по поддержанию чистоты на торговой точке представленную фотографию с отражение некой женщины, осуществляющей мытье полов, так как данная фотография сделана без указания даты, адресной привязки к торговой точке, при этом из нее невозможно однозначно установить лицо, осуществляющее данную дополнительную работу, а также период её осуществления. Осуществление дополнительной трудовой деятельности истца также не предусмотрено заключенным между сторонами трудовым договором.

Доводы истца о том, что за весь период работы у ИП ФИО3 истец ни разу не была в отпуске, не получала отпускные, опровергается приказом ИП ФИО3 от 22 декабря 2024 г. № 2212/1, согласно которому приказано в срок до 29 декабря 2024 г. произвести расчет и выплату отпускных продавцу ФИО1 за период работы 2023-2024 г., заявлением истца от 15 января 2025 г. о предоставлении ежегодного отпуска за 2023-2024 годы с 16 января 2025 г., приказом работодателя № 8 от 15 января 2025 г. о предоставлении отпуска работнику на 28 календарных дней с 16 января 2025 г. по 12 февраля 2025 г. Факт выплаты отпускных, а также компенсации отпуска при увольнении подтверждается расчетными листками за декабрь 2024 г., январь и февраль 2025 г., а также данными бухгалтерского учета (карточки счета 70) в отношении ФИО1 за январь-март 2025 года.

Произведенный судом анализ имеющихся в материалах дела табелей учета рабочего времени истца за спорный период, начиная с 10 июля 2023 г. по 31 декабря 2024 г., расчетных листков и ведомостей по заработной плате за период с 01 июля 2023 г. по 13 февраля 2025 г., представленных ИП ФИО3 на запрос продавца-кассира ФИО1, представленных ответчиком данных бухгалтерского учета (копий карточек счета 70) за 2023 г., 2024 г. и 2025 г. в отношении работника организации ФИО1, платежных реестров от 27 и 28 декабря 2024 г., 14 и 25 января 2025 г., свидетельствует о том, что расчет и начисление заработной платы производились работодателем в соответствии с табелями учета рабочего времени на основании сведений о фактически отработанных часах. Указанными платежными документами также подтверждается тот факт, что истцу работодателем осуществлены доплаты по установленным прокуратурой и ГИТ по Нижегородской области фактам сверхурочной работы в повышенном размере, а также осуществлена оплаты в двойном размере за работу в праздничные дни 08 марта 2024 г. и 04 ноября 2024 г., что не отрицалось истцом в ходе судебного разбирательства.

Из указанных выше табелей учета рабочего времени также усматривается, что в период исполнения истцом трудовых отношений у ИП ФИО3 действительно имела место переработка в общем количестве 122 часов, которая оплачена ответчиком в полном объеме 23 января 2025 г. в размере 17489 руб. 88 коп., исходя из размеров должностного оклада, официально установленного в спорном периоде, что подтверждается копией бухгалтерской карточки счета 70 за период с 01 января 2025 г. по 03 марта 2025 г., открытой в отношении ФИО1

Обстоятельства того, что ответчик не имеет задолженности по установленной трудовым договором с учетом дополнительных соглашений к нему заработной плате за весь период трудовых отношений ФИО1 с 10 июля 2023 г. по 13 февраля 2025 г., тот факт, что имевшая место согласно табелей учета рабочего времени переработка компенсирована истцу в полном объеме, осуществлены выплаты официально предусмотренных отпускных и выплат при увольнении, выдана трудовая книжка, также не отрицались истцом в ходе судебного разбирательства по делу.

Разрешая требования истца об установлении факта оплаты заработной платы работнику ФИО1 в размере 78000 руб. ежемесячно, то есть в большем объеме, чем то установлено трудовым договором № 17 от 10 июля 2023 г., начиная с 10 июля 2023 г. по 31 декабря 2024 г., суд руководствуется следующим.

В силу ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника)- вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Как было указано выше в силу абз. 1 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Порядок, место и сроки выдачи заработной платы установлены ст. 136 ТК РФ.

Таким образом, исходя из норм ТК РФ, следует, что законодатель не предусматривает юридического понятия «неофициальная заработная плата», четко определяя понятие заработной платы в ст. 129 ТК РФ.

Судом объективно установлено, что по условиям заключенного трудового договора и дополнительных соглашений к нему заработная плата ФИО1 состояла из должностного оклада, и составляла 17000 руб. с 10 июля 2023 г., 20 000 руб. с 01 января 2024 г. и 23 000 руб. с 01 января 2025 г. Заработная плата выплачивалась истцу наличными в кассе под роспись в официальной ведомости, а с декабря 2024 г. посредством переводов на банковский счет. Согласно Положению об оплате труда постоянной частью заработной платы истца является оклад (должностной оклад) согласно действующему штатному расписанию ответчика. Размер должностного оклада сотрудника устанавливается штатным расписанием и трудовым договором. Положением об оплате труда не предусмотрено осуществление каких-либо стимулирующих, премиальных и поощрительных выплат работникам ответчика.

В силу требований ст.ст. 59-60 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В качестве доказательств получения неофициальной заработной платы в размере 78000 руб. в месяц истец представила в копиях табели учета рабочего времени на 3 листах, оформленную рукописным способом «учетную (рабочую) тетрадь» торговой точки на ул. Косарева г. Саранска, ведомости по начислению «серой» заработной платы с чеками онлай-кассы, ведомости по начислению неофициальной заработной платы по другим торговым точкам ответчика (л.д. 20-75). Вместе с тем копии указанных документов никем не заверены, на документах нет подписи руководителя организации, круглой печати (как на документах, с которых сняты копии, так и на самих светокопиях). Имеющиеся на копиях документов подписи не имеют расшифровки того, кому они принадлежат. Оригиналы истцом суду не представлены, со стороны ответчика документов аналогичного содержания так же суду по его запросу не представлено. На копиях указанных документов имеются рукописные дописки, выполненные неустановленным лицом. Учитывая изложенное, указанные документы не отвечают требованиям относимости и допустимости доказательств.

Представленная ФИО1 электронная переписка из интернет-мессенджера (л.д. 76-77) также не может быть принята судом в качестве надлежащего доказательства выплаты истцу «серого» заработка. В представленных скриншотах не значится контактов сторон, не доказана принадлежность работодателю, определить личность адресатов переписки не представляется возможным, ФИО истца или других лиц в данной переписке не фигурируют, зарплатная тема конкретно в отношении ФИО1 не затрагивается.

Ссылка истца на то, что размер неофициального дохода был доведен до неё директором торговой точки Г.М.В. и супервайзерами К.Н.Н. и М.М.Н. отвергается судом, так как явка указанных лиц в судебное заседание ни стороной истца, ни стороной ответчика не обеспечена. Более того, из письменного ответа ответчика на запрос суда следует, что Г.М.В. и М.М.Н. в трудовых отношениях с ИП ФИО3 никогда не состояли. Трудовой договор с управляющей розничной сетью ИП ФИО3 - К.Н.Н. расторгнут 01 апреля 2025 г., что следует из копии приказа о прекращении с последней трудового договора № 8 от 01 апреля 2025 г.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей бывшие продавцы-кассиры принадлежащей ответчику торговой точки «Лысковские Колбасы», расположенной по ул. М.Расковой, д. 43, г. Саранска, Е.С.С. и К.Е.А. дали суду в целом аналогичные показания, согласно которым знают ФИО1 по совместной трудовой деятельности у ответчика. Свидетели, также как истец, нашли объявления о трудоустройстве у ИП ФИО3 на интернет – ресурсе «Авито» с предлагаемой зарплатой от 25 т.р. до 45 т.р. в месяц. Вместе с тем, размер их официального заработка составлял 19 т.р. и 17,5 т.р. соответственно. Однако, по неофициальной договоренности с представителя ответчика они ежемесячно самостоятельно забирали в наличной форме из кассы данной торговой точки 7% от месячного товарооборота, о чем расписывались в неофициальной ведомости, НДФЛ с данной суммы они также не уплачивали. Е.С.С. и К.Е.А. аналогичным образом заполняли «рабочую (учетную) тетрадь» на своей торговой точке, за незначительную дополнительную плату осуществляли уборку торговых помещений.

Вместе с тем, свидетельские показания могут быть использованы как сведения об обстоятельствах, имеющих значение при рассмотрении данного дела, но наряду с другими доказательствами. По мнению суда, свидетельские показания Е.С.С. и К.Е.А., не работавших с истцом в одной торговой точке, о выплате ФИО1 и им неофициальной заработной платы являются недопустимыми доказательствами, поскольку согласно ст. 57 ТК РФ условия оплаты труда устанавливаются соглашением сторон и в обязательном порядке включаются в содержание трудового договора. На основании ст. 72 ТК РФ изменение условий трудового договора, в том числе оклада, допускается также по соглашению сторон, которое оформляется в письменной форме. Указанные выше дополнительные соглашения об изменении оплаты труда истцу и установлении ему новых окладов подписаны истцом, что им не оспаривалось.

Стороной истца в качестве доказательства предоставлен скриншот мобильного приложения «Авито – работа» с объявлением М.М.Н. о наличии вакансии продавца в фирменном магазине Лысковского мясокомбината с заработной платой в диапазоне от 25000 до 37000 руб. Вместе с тем, как установлено в ходе судебного разбирательства М.М.Н. не состояла в официальных трудовых отношения с ИП ФИО3 Более того, размер предлагаемого соискателям заработка не соответствует ни заявленным требованиям истца, ни официальному размеру её трудового дохода, т.е. достоверно не свидетельствует о размере неофициального заработка ФИО1

Оценивая вышеприведенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом документально не подтверждено наличие дополнительного письменного соглашения к трудовому договору с работодателем об увеличении его заработной платы до 78 000 руб.

Таким образом, исходя из норм ТК РФ следует, что законодатель не предусматривает юридического понятия «неофициальная заработная плата», конкретно определяя понятие заработной платы в ст. 129 ТК РФ, в связи с чем, даже при установлении достаточных данных о выплате неофициальной заработной платы это не могло повлечь за собой взыскания денежных сумм в качестве оплаты труда работника. Выплата неофициальной зарплаты не порождает никаких юридических последствий, поскольку ФИО1, соглашаясь на работу с выплатой большей частью «серого» заработка, приняла на себя соответствующие риски, кроме того, получала доход, с которого не был удержан НДФЛ.

Следовательно, поскольку закон придает юридическое значение только официальной заработной плате, требования истца не подлежат судебной защите. Более того, в ходе судебного разбирательства ФИО1 не отрицала того, что получала из кассы неофициально обещанные ей «менеджерами» ответчика 7% от ежемесячного товарооборота торговой точки, который, учитывая специфику работы предприятия торговли, был разным и нефиксированным. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о каком-либо нарушении прав и законных интересов истца.

Разрешая требования истца о взыскании с ИП ФИО3 невыплаченной заработной платы за 74 дня, в том числе за 11 праздничных дней (в двойном тарифе), в том числе за переработку 888 часов, в общей сумме в размере 245 808 руб., оплату за неполученные за рабочий период отпуска в размере 119527 руб. 36 коп., компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., суд исходит из следующего.

Согласно ч.1 ст.91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником (ч.ч. 2, 4 ст.91 ТК РФ).

Частью 1 ст.99 ТК РФ определено, что сверхурочной является работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период. Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия, в частности при необходимости выполнить (закончить) начатую работу, которая вследствие непредвиденной задержки по техническим условиям производства не могла быть выполнена (закончена) в течение установленной для работника продолжительности рабочего времени, если невыполнение (незавершение) этой работы может повлечь за собой порчу или гибель имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), государственного или муниципального имущества либо создать угрозу жизни и здоровью людей (п.1 ч.2 ст.99 ТК РФ).

Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год (ч.6 ст.99 ТК РФ).

Частью 7 ст.99 ТК РФ на работодателя возложена обязанность обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника. При выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно (ч.1 ст.152 ТК РФ).

Из приведенных норм ТК РФ следует, что сверхурочной является работа, выполняемая работником в пределах его трудовой функции по инициативе (распоряжению, предложению или с ведома) работодателя сверх нормы рабочего времени, установленной для него законодательством о труде, локальными нормативными правовыми актами по месту его основной работы. На работодателя законом возложена обязанность вести точный учет продолжительности сверхурочной работы работника и оплачивать такую работу в повышенном размере.

Разделом 4 указанного выше Положения об оплате труда предусмотрено осуществление доплат при выполнении работы в условиях, отклоняющихся от нормальных. Пунктом 4.3 данного Положения предусмотрено, что условиями, отклоняющимися от нормальных, являются: - сверхурочная работа; - работа в выходные и праздничные дни; - работа в ночную смену, оплачиваемые в размере, предусмотренном п. 4.4 Положения об оплате труда. Согласно п.4.5 Положения начисление и выплата доплат, перечисленных в п. 4.3 данного Положения производится ежемесячно в соответствии с табелями учета рабочего времени и с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы.

В ходе судебного разбирательства объективно установлено, что ответчик не имеет перед истцом задолженности по официально предусмотренным трудовым договором и Положением об оплате труда выплатам, в том числе за установленную по табелям учета рабочего времени переработку и по оплате отпускных, что прямо не отрицалось ФИО1 в судебном заседании.

Имеющиеся в материалах дела фотографии торговой точки «Лысковский мясокомбинат», расположенной по адресу: <...> (л.д. 78-79), свидетельствуют лишь о режиме работы данного торгового объекта, контактной информации о её владельце и супервайзере, при этом не являются надлежащим доказательством того, что ФИО1 в период трудовой смены работала до 14 часов в день, находясь в данной торговой точке.

При этом суд соглашается с утверждением представителя ответчика о том, что полученные по запросу суда из УФНС России по РМ сведения об атрибутах чеков и отчетах о закрытии смены, сформированные на контрольно-кассовой технике (ККТ), установленной в торговой точке ИП ФИО3, за период с 10 июля 2023 г. по 31 декабря 2024 г., не могут быть отнесены к учету рабочего времени (наряду с табелем учета рабочего времени), и не являются относимыми доказательствами факта переработки ответчика, так как не отражают реальное рабочее время конкретного сотрудника, при этом другие сотрудники торговой точки также имеют возможность использовать ККТ, войдя под логином и паролем другого продавца, что установлено в ходе судебного разбирательства. Так согласно указанным выше сведениям об атрибутах чеков и отчетах о закрытии смены 23, 27, 31 декабря 2023 г. и 03 января 2024 г. в качестве продавца-кассира указана Ф.Е.А., которая не могла работать и находится за кассой торговой точки в указанные дни, так как с 20 декабря 2023 г. трудовой договор с Ф.Е.А. расторгнут, что следует из имеющейся в деле копии приказа № 11 от 20 декабря 2023 г. о прекращении (расторжении) трудового договора.

ККТ не является программным комплексом по учету рабочего времени, не фиксирует переработку, и служит лишь для объективного исполнения требований законодательства в области бухгалтерского и налогового учета. Суд также исходит из того, что возможность нахождения за ККТ за пределами установленного трудовым договором рабочего времени, в отсутствие согласия на привлечение к сверхурочной работе и соответствующего распоряжения работодателя, определяется работником самостоятельно.

Таким образом, производственная необходимость нахождения в торговой точке сверх нормальной продолжительности рабочего времени истцом не доказана, и при вышеуказанных обстоятельствах свидетельствует об отсутствии необходимых условий, предусмотренных законодательством, для квалификации заявленного истцом времени, не отраженного в табелях учета рабочего времени, в качестве сверхурочной работы.

Учитывая изложенное, поскольку требования о взыскании неофициальной заработной платы в заявленном истцом размере удовлетворению не подлежат, то и оснований для удовлетворения производных требований о взыскании невыплаченной заработной платы за 74 дня, в том числе за 11 праздничных дней (в двойном тарифе), в том числе за переработку 888 часов, в общей сумме в размере 245 808 руб., оплаты за неполученные за рабочий период отпуска в размере 119527 руб. 36 коп. не имеется.

Таким образом, поскольку трудовые права истца не нарушены, суд не находит оснований для взыскания в пользу ФИО1 и компенсации морального вреда в размере 100000 руб.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» по смыслуподпункта 1 пункта 1 статьи 333.36части второй Налогового кодекса Российской Федерации истатьи 393ТК РФ работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт: №), к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП: <***>), об установлении факта оплаты заработной платы работнику в большем размере, чем установлено трудовым договором, взыскании заработной платы, денежной суммы за неиспользованные дни отпуска, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья И.Ю. Тарасков

Мотивированное решение составлено 21 мая 2025 года.

Судья И.Ю. Тарасков