Судья Маренкова А.В.

№33-2754/2023

№ 2-247/2023

УИД 51RS0008-01-2022-003185-96

Мотивированное определение изготовлено 10 августа 2023 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

3 августа 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

Исаевой Ю.А.

ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального бюджетного учреждения Мурманская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации к ФИО4 о взыскании материального ущерба,

по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Кольского районного суда Мурманской области от 2 марта 2023г.

Заслушав доклад судьи Исаевой Ю.А., объяснения ФИО4, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения относительно доводов апелляционной жалобы представителей Федерального бюджетного учреждения Мурманская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО5, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

Федеральное бюджетное учреждение Мурманская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (далее также - учреждение, ФБУ Мурманская ЛСЭ Минюста России, лаборатория) обратилось в суд с иском к ФИО4 о взыскании материального ущерба.

В обоснование указано, что 20 мая 2018 г. ответчик назначен на должность начальника учреждения с должностным окладом в размере 35 360 рублей. Трудовой договор №10/2018 от 17 мая 2018 г. заключен на период с 20 мая 2018 г. по 19 мая 2023 г., который расторгнут приказом Министерства юстиции Российской Федерации №119-лс от 9 февраля 2022 г. на основании личного заявления ответчика, последний уволен с занимаемой должности с 14 февраля 2022 г.

После увольнения ответчика в соответствии с распоряжением от 22 июля 2022 г. №941-р Министра юстиции Российской Федерации контрольной группой Минюста России проведена проверка деятельности лаборатории, по результатам которой установлено, что *** ФИО4, не имея на то полномочий, был издан приказ, согласно которому на сумму выплаченных ему премий дополнительно начислялись районный коэффициент и полярная надбавка.

В результате этого ФИО4 сверх установленных Минюстом России размеров стимулирующих выплат, начиная со второго квартала 2020 г. до момента увольнения в феврале 2022 г., дополнительно выплачено 751 624 рубля 08 копеек.

Действиями ответчика по принятию решения о выплате себе премии с учетом районного коэффициента и полярной надбавки лаборатории причинен материальный ущерб, поскольку выплаты произведены в отсутствие приказа Минюста России и в отсутствие правовых оснований для этой выплаты.

Направленная в адрес ФИО4 досудебная претензия о добровольном возмещении ущерба в сумме 751 624 рубля 08 копеек оставлена ответчиком без удовлетворения, уточнив исковые требования, учреждение просит взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 478 118 рублей 40 копеек, а также расходы по уплате госпошлины в размере 7 981 рубль, возвратить излишне уплаченную госпошлину в размере 2 735 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено Министерство юстиции Российской Федерации (далее – Минюст России).

Судом принято решение, которым исковые требования ФБУ Мурманская ЛСЭ Минюста России удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В обоснование приводит довод о том, что условия оплаты труда являются обязательными для включения в трудовой договор. При этом не включение в договор каких-либо прав и (или) обязанностей работника и работодателя не может рассматриваться как отказ от их реализации.

Считает, что судом первой инстанции проигнорированы требования статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами.

Настаивает на том, что отсутствие в трудовом договоре указания на начисление районного коэффициента и полярной надбавки на заработную плату, не является основанием для нарушения норм, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации и Законом Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. №4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях», в соответствии с которыми районный коэффициент и процентная надбавка начисляются на фактический заработок.

Данные выплаты, по мнению ответчика, представляют собой неотъемлемую часть гарантированной трудовым законодательством оплаты труда, и поэтому наличие пороков оформления данных выплат само по себе не свидетельствует об их необоснованности.

Считает, что начисление указанных компенсационных выплат не может быть поставлено под условие принятия соответствующего решения работодателем.

Обращает внимание, что Положение об оплате труда и материальном стимулировании работников ФБУ Мурманская ЛСЭ Минюста России от 12 мая 2020 г., утвержденное и предусматривающее начисление спорных надбавок на стимулирующие выплаты, Минюстом России не обжаловалось, не отменялось.

Тот факт, что в рассматриваемом случае работником является руководитель учреждения, не отменяет требований о соблюдении трудового законодательства в строгом соответствии с установленными нормами.

Отмечает, что суд первой инстанции не дал оценку тому, что решение Минюста России о не начислении ему районного коэффициента и полярной надбавки на стимулирующую выплату, оформлено письменным мнением, которое противоречит помимо прочего позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 7 декабря 2017 г. №38-П.

Также полагает, что возврат денежных средств, которые выплачивались ему, как неотъемлемая часть заработной платы, противоречит трудовому законодательству, ухудшает его положение как работника.

Обращает внимание на пояснения главного бухгалтера лаборатории ФИО6, из которых следует, что ежегодно денежные средства, с учетом выплаты ответчику спорных надбавок включались в штатное расписание, направляемое для согласования и утверждения в Минюст России, при этом каких-либо нарушений в их начислении работодателем выявлено не было.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель третьего лица Минюста России ФИО7 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился представитель третьего лица Минюста России, извещенный о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица, поскольку его неявка в силу части 3 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует разбирательству дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности.

В соответствии и с частью 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 Трудового кодекса Российской Федерации).

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 277 Трудового кодекса Российской Федерации, руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В абзаце 2 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. №21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» разъяснено, что под прямым действительным ущербом согласно части второй статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI «Материальная ответственность сторон трудового договора» Трудового кодекса Российской Федерации.

Руководитель организации (в том числе бывший) на основании части второй статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами (например, статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 25 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. №161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», статьей 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьей 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и др.).

Исходя из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что необходимыми условиями для наступления ответственности в виде возмещения юридическому лицу причиненных его руководителем (в том числе бывшим) убытков являются: факт противоправного поведения руководителя, недобросовестность или неразумность его действий; наступление негативных последствий для юридического лица в виде понесенных убытков, их размер; наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением руководителя и убытками юридического лица; вина руководителя в причинении убытков юридическому лицу.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приказом первого заместителя Министра юстиции Российской Федерации от 17 мая 2018 г. №696-лс 20 мая 2018 г. ФИО4 назначен на должность *** Федерального бюджетного учреждения Мурманской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации с должностным окладом в размере 35 360 рублей в месяц.

17 мая 2018 г. между Министерством юстиции Российской Федерации и ФИО4 заключен трудовой договор №10/2018 сроком с 20 мая 2018 г. по 19 мая 2023 г., место работы ответчика - город Мурманск, ул. ..., д. *.

В соответствии с пунктами 6 и 7 трудового договора начальник является единоличным исполнительным органом учреждения, осуществляющим текущее руководство его деятельностью, самостоятельно осуществляет руководство деятельностью учреждения в соответствии с законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами Министерства юстиции Российской Федерации, законодательством субъекта Российской Федерации, уставом учреждения, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, настоящим трудовым договором, за исключением вопросов, принятие по которым отнесено законодательством Российской Федерации к ведению иных органов и должностных лиц.

Начальник обязан, в том числе обеспечить эффективную деятельность учреждения и его структурных подразделений, организацию административно-хозяйственной, финансовой и иной деятельности учреждения; обеспечивать целевое и эффективное использование денежных средств учреждения; представлять работодателю проекты планов деятельности учреждения и отчеты об их исполнении в порядке и сроки, установленные законодательством Российской Федерации и нормативными актами Министерства юстиции Российской Федерации; обеспечивать выполнение плановых показателей деятельности учреждения (пункт 9 трудового договора).

Пунктом 16 трудового договора определено, что заработная плата начальника состоит из должностного оклада и выплат компенсационного и стимулирующего характера, устанавливаемых в соответствии с настоящим трудовым договором.

Должностной оклад начальника устанавливается в размере 35 360 рублей в месяц.

В соответствии с законодательством Российской Федерации и решениями работодателя могут производиться выплаты компенсационного характера (пункт 18).

В качестве поощрения начальнику устанавливаются выплаты стимулирующего характера, в том числе выплата стимулирующего характера по итогам работы за квартал, стимулирующей выплаты по итогам работы за год, размер которых зависит от выполнения показателей эффективности по всем критериям оценки, исчисляемых в баллах, указанные выплаты производятся по решению Минюста России с учетом достижения показателей государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ), а также иных показателей эффективности деятельности учреждения и его руководителя (пункт 19).

В соответствии с пунктом 26 трудового договора начальник несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный учреждению в соответствии со статьей 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

Дополнительным соглашением №1 к трудовому договору от 17 мая 2018 г. №10/2018, вступившим в силу с 1 января 2019 г. пункт 19 трудового договора изложен в следующей редакции: выплаты стимулирующего характера осуществляются с учетом достижения показателей эффективности учреждения и работы начальника, в том числе выплаты стимулирующего характера по итогам работы за квартал, полугодие, 9 месяцев, а также выплаты стимулирующего характера по итогам работы за год, размер которых зависит от выполнения показателей эффективности по всем критериям оценки, исчисляемых в баллах.

Кроме того, трудовой договор дополнен пунктом 19.1, устанавливающим показатели эффективности работы начальника. Иные условия трудового договора остались без изменения.

Дополнительным соглашением №2 к трудовому договору изменен пункт 19.1 в части показателей эффективности работы начальника, а также увеличен размер должностного оклада начальника до 36 880 рублей 50 копеек.

Дополнительным соглашением №3 к трудовому договору с 1 октября 2020 г. ответчику установлен должностной оклад в размере 37 986 рублей 90 копеек, а с 5 мая 2020 г. в силу вступает пункты 2 - 4 указанного дополнительного соглашения, в том числе в части изменений, внесенных в пункты 18 и 19.

Так, в новой редакции пункта 18 трудового договора начальнику могут устанавливаться выплаты компенсационного характера. Основанием для выплат компенсационного характера начальнику является приказ Минюста России с указанием их размера.

Новой редакцией пункта 19 трудового договора определено, что выплаты стимулирующего характера осуществляются с учетом достижения показателей эффективности деятельности учреждения и работы начальника, в том числе премиальная выплата по итогам работы за квартал, премиальная выплата по итогам работы за год с учетом достижения соответствующего количества баллов по всем критериям оценки выполнения показателей эффективности.

При этом в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 5 августа 2008 г. №583 «О введении новых систем оплаты труда работников федеральных бюджетных, автономных и казенных учреждений и федеральных государственных органов, а также гражданского персонала воинских частей, учреждений и подразделений федеральных органов исполнительной власти, в которых законом предусмотрена военная и приравненная к ней служба, оплата труда которых осуществляется на основе Единой тарифной сетки по оплате труда работников федеральных государственных учреждений» и приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 10 апреля 2020 г. №102 премиальные выплаты по итогам работы (квартал, год) осуществляются начальником учреждения по решению Минюста России с учетом достижения показателей государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ), а также иных показателей эффективности деятельности учреждения и его руководителя, установленных приказом Минюста России от 3 июня 2019 г. №100 «Об утверждении показателей эффективности деятельности федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждений Минюста России и работы их руководителей». Решение о премиальных выплатах по итогам работы (квартал, год) начальнику оформляется приказом Минюста России.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 10 апреля 2020 г. №102 утверждено Примерное положение об оплате труда работников федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждений Министерства юстиции Российской Федерации по виду экономической деятельности «Судебно-экспертная деятельность».

В соответствии с пунктом 14 Примерного положения №102 за работу в местностях с особыми климатическими условиями к заработной плате работников применяются, в том числе районные коэффициенты; процентные надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в иных местностях с особыми климатическими условиями.

Оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в соответствии со статьей 148 Трудового кодекса Российской Федерации.

Условия оплаты труда руководителя учреждения устанавливаются в трудовом договоре, заключаемом на основе типовой формы трудового договора с руководителем государственного (муниципального) учреждения, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 12 апреля 2013 г. №329 «О типовой форме трудового договора с руководителем государственного (муниципального) учреждения». Заработная плата руководителя учреждения, его заместителей и главного бухгалтера состоит из оклада, выплат компенсационного и стимулирующего характера (пункты 27 и 28).

Руководителю учреждения устанавливаются следующие виды выплат стимулирующего характера: за выслугу лет; за интенсивность и высокие результаты работы; премиальные выплаты по итогам работы (пункт 32).

В соответствии с пунктом 35 Примерного положения №102 премиальные выплаты по итогам работы (квартал, год) осуществляются руководителю учреждения по решению Минюста России с учетом достижения показателей государственного задания, а также иных показателей эффективности деятельности учреждения и работы его руководителя, установленных приказом Минюста России от 3 июня 2019 г. №100 «Об утверждении показателей эффективности деятельности федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждений Минюста России и работы их руководителей».

Аналогичные условия осуществления премиальных выплат по итогам работы (квартал, год) содержит Положение об оплате труда и материальном стимулировании работников федерального бюджетного учреждения Мурманская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации за счёт субсидий и средств от иной приносящей доход деятельности, утвержденное приказом начальника ФБУ Мурманская ЛСЭ от 12 мая 2020 г. №14.

Согласно абзацу 13 пункта 9 Постановления Правительства Российской Федерации от 5 августа 2008 г. №582, руководителю федерального учреждения выплаты стимулирующего характера выплачиваются по решению федерального государственного органа, федерального учреждения – главного распорядителя средств федерального бюджета, в ведении которого находится федеральное учреждение, с учетом достижения показателей государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ), а также иных показателей эффективности деятельности федерального учреждения и его руководителя.

Из материалов дела следует, что за 2 квартал 2020 г. приказом Минюста России от 28 июля 2020 г. №779-лс ответчику установлена премия в размере 119 632 рубля, за 3 квартал 2020 г. приказом Минюста России от 5 ноября 2020 г. №1213-лс ответчику установлена премия в размере 114 206 рублей, за 1 квартал 2021 г. приказом Минюста России от 19 мая 2021 г. №414-лс ответчику установлена премия в размере 128 421 рубль, за 3 квартал 2021 г. приказом Минюста России от 3 ноября 2021 г. №1170-лс ответчику установлена премия в размере 119 024 рубля, за 4 квартал 2021 г. приказом Минюста России от 28 января 2022 г. №80-лс ответчику установлена премия в размере 119 542 рубля, за 2021 г. приказом Минюста России от 28 января 2022 г. №79-лс ответчику установлена премия в размере 68 376 рублей (т. 1 л.д. 84-103).

Приведенными приказами не установлена выплата премий с учетом районного коэффициента и полярных надбавок.

Однако, как следует из расчетных листков ответчика за указанные периоды (т.1, л.д. 38-44) фактически премиальные выплаты ФИО4 осуществлялись в большем размере, с начислением районного коэффициента и процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера.

Так, за премия за 2 квартал 2020 г. выплачена в размере 208 145 рублей 20 копеек (вместо 119 632 рублей), за 3 квартал 2020 г. - 202 719 рублей 20 копеек (вместо 114 206 рублей), за 1 квартал 2021 г. - 181 063 рубля 53 копейки (вместо 128 421 рубль), за 3 квартал 2021 г. - 210 192 рубля 56 копеек (вместо 119 542 рубля), за 2021 г. – 150 427 рублей 20 копеек (вместо 68 376 рублей).

Указанные надбавки начислены на суммы премии, утвержденной приказом Минюста России на основании резолюции ФИО4

Установленные обстоятельства ответчиком и его представителем в ходе судебного разбирательства по делу не оспаривались, факт принятия решения в форме резолюции о начислении на установленную ответчику Минюстом России премию по итогам работы за указанные выше периоды районного коэффициента и процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера ответчик подтвердил в судебном заседании со ссылкой на то обстоятельство, что указанные выплаты, включены в заработную плату ответчика, в связи с чем на них также начисляются спорные компенсационный выплаты.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации №119-лс от 9 февраля 2022 г. трудовой договор №10/2018 от 17 мая 2018 г. расторгнут на основании личного заявления ФИО4 и уволен с занимаемой должности с 14 февраля 2022 г.

Проведенной контрольной группой Минюста России проверкой деятельности лаборатории, результаты которой оформлены актом от 16 сентября 2022 г., установлены факты переплат ответчику премий по итогам работы (квартал, год) за указанные в исковом заявлении, с учетом их уточнений, периоды работы ответчика в должности начальника лаборатории за счет начисления и выплат на суммы премий районного коэффициента и полярных надбавок, результаты указанной проверки направлены в адрес ответчика, и ответчиком не оспорены.

В соответствии с представленным истцом расчетом, разница между размером фактически выплаченных премий и суммой премий, установленных приказами Минюста России, составила 478 118 рублей 40 копеек.

Разрешая заявленные требования, и удовлетворяя их, суд первой инстанции, руководствуясь нормами права, подлежащими применению к спорным правоотношениям, установив, что размер выплат стимулирующего характера руководителю учреждения в спорный период определялся Минюстом России с учетом показателей и критериев оценки эффективности деятельности учреждения и его руководителя, а условием для выплаты премий по итогам работы (квартал, год) являлось достижение этих показателей, что прямо определено трудовым договором с ответчиком с учетом дополнительных соглашений к нему, принимая во внимание, что указанные нормативные документы и трудовой договор с ответчиком не предусматривают начисление на утвержденные Минюстом России суммы премий по итогам работы (квартал, год) спорных компенсационных выплат, пришел к выводу о том, что исполняя обязанности начальника лаборатории, ответчик не имел права принимать решение о начислении на суммы установленных ему премий за спорные периоды с учетом компенсационных выплат.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела, подтверждаются исследованными доказательствами, основаны на тех нормах материального права, которые подлежали применению с учетом установленных правоотношений, и не находит оснований для изменения или отмены решения суда.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлена необходимая совокупность юридически значимых обстоятельств для возложения на работника ответственности за причиненный работодателю ущерб.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как указано в пункте 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 марта 2005 г. №3-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» в связи с запросами Волховского городского суда Ленинградской области, Октябрьского районного суда города Ставрополя и жалобами ряда граждан» правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия (статья 273 Трудового кодекса Российской Федерации; пункт 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации. Кроме того, полномочия по управлению имуществом, которыми наделяется руководитель, и предъявляемые к нему в связи с этим требования предполагают в качестве одного из необходимых условий успешного сотрудничества собственника с лицом, управляющим его имуществом, наличие доверительности в отношениях между ними.

В соответствии со статьей 274 Трудового кодекса Российской Федерации права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно абзацу 5 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты) являются обязательными для включения в трудовой договор условиями.

В настоящем случае система оплаты труда начальника ФБУ Мурманская ЛСЭ Минюста России ФИО4 установлена трудовым договором, Примерным Положением об оплате труда работников федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждений Министерства юстиции Российской Федерации по виду экономической деятельности «Судебно-экспертная деятельность», утвержденным Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 10 апреля 2020 г. №102, из которых следует, что решение о выплатах компенсационного характера, к которым относятся районный коэффициент и полярная надбавка оформляются приказом Минюста России, размер премии начальника по итогам работы (квартал, год) устанавливает Минюст России, путем издания приказа о выплате.

Указанные нормативные документы и трудовой договор с ответчиком не предусматривают начисление на утвержденные Минюстом России суммы премий по итогам работы (квартал, год) спорных компенсационных надбавок руководителем учреждения.

Ссылка подателя жалобы на то, что им 12 мая 2020 г. было утверждено «Положение об оплате труда и материальном стимулировании работников ФБУ Мурманская ЛСЭ Минюста России за счет субсидий и средств от иной приносящей доход деятельности», в соответствии с п. 2.11 которого, работникам учреждения в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 29 декабря 2007 г. №822 «Об утверждении Перечня видов выплат компенсационного характера в федеральных бюджетах, автономных, казенных учреждениях и разъяснения о порядке установления выплат компенсационного характера в этих учреждениях» устанавливаются в том числе выплаты компенсационного характера – выплаты за работу в местностях с особыми климатическими условиями в соответствии с Законом Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. №4520-1, подлежит отклонению, поскольку руководителю федерального учреждения, как следует из приведенных норм, выплаты стимулирующего и компенсационного характера выплачиваются по решению работодателя. В Примерном положении условие о самостоятельном расчете судебно-экспертными учреждениями районного коэффициента и полярной надбавки руководителя учреждения отсутствуют.

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу, что действия ответчика по принятию решения в форме резолюции о начислении компенсационных выплат на вышеуказанные премии, являлись неправомерными, повлекли причинение материального ущерба работодателю.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что отсутствие в трудовом договоре, локальных актах условия о начислении компенсационных выплат на спорные премии противоречит действующему трудовому законодательству, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно пункту 16 трудового договора ответчика, заработная плата начальника состоит из должностного оклада и выплат компенсационного и стимулирующего характера, устанавливаемых в соответствии с настоящим трудовым договором.

В пункте 19 трудового договора указан исчерпывающий перечень выплат начальнику стимулирующего характера, условия осуществления выплат, размер выплаты при достижении условий ее осуществления.

Данные пункты не предусматривают исчисление начальнику выплат стимулирующего характера с учетом районного коэффициента и полярной надбавки.

Согласно абзацу 2 пункта 19 трудового договора (редакция действовала на момент выплаты премии за 2 квартал 2020 г.) в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 5 августа 2008 г. №583 и приказам Минюста России от 20 августа 2008 г. №260, от 8 августа 2014 г. №170, от 30 июня 2017 г. №120, выплаты стимулирующего характера выплачиваются по решению Минюста России с учетом достижения показателей государственного задания на оказание государственных услуг (выполнения работ), а также иных показателей эффективности деятельности учреждения и его руководителя.

Согласно п. 18 трудового договора №10/2018 от 17 мая 2018 г. в редакции дополнительного соглашения №3 от 1 октября 2020 (действующей на момент выплат премий за 3, 4 квартала 2020 г., за 2020 г., за 1 – 4 кварталы 2021 г., за 2021 г.) начальнику могут устанавливаться выплаты компенсационного характера, но основанием для таких выплат является именно приказ Минюста России с указанием их размера.

ФИО4 нарушены условия получения премии за 2 -4 квартал 2020 г., 2020 г., за 1 – 4 квартал 2021 г., 2021 г., установленные в трудовом договоре и Постановлении Правительства Российской Федерации от 5 августа 2008 г. №583.

Оснований полагать, что условия трудового договора и локальных актов работодателя о премировании ухудшают положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и носят дискриминационный характер, у судебной коллегии не имеется, принимая во внимание то обстоятельство, что ранее работодателем каких-либо нарушений в начислении ответчику спорных надбавок выявлено не было.

Доводы ответчика о том, что до наступления спорных периодов на указанные виды стимулирующих выплат начислялись районный коэффициент и полярные надбавки не имеют правового значения для разрешения спора, поскольку принятие решения о размере указанных стимулирующих выплат, а также начислении выплат компенсационного характера в данном случае является прерогативой Минюста России, который спорных выплат ответчику в заявленный период его работы не устанавливал.

Довод апелляционной жалобы о том, что возврат денежных средств, которые выплачивались истцу, как неотъемлемая часть заработной платы, противоречит трудовому законодательству, ухудшает его положение как работника, также отклоняется судебной коллегией, поскольку, как следует из абзаца 4 части 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), может быть с него взыскана в случае, если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом, что имеет место в рассматриваемом случае.

Проверяя доводы ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд, установив, что факт переплаты ответчику денежных средств в результате безосновательного начисления спорных выплат стал очевиден истцу после проведения Министерством юстиции проверки деятельности лаборатории, результаты которой были оформлены актом от 16 сентября 2022 г., исходя из того, что с настоящим иском истец обратился 8 декабря 2022 г., суд первой инстанции пришел к выводу о соблюдении истцом установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока для обращения в суд.

Доводов о несогласии с решением суда в данной части апелляционная жалоба не содержит.

В целом доводы апелляционной жалобы фактически воспроизводят правовую позицию, изложенную ответчиком в суде первой инстанции, которая получила надлежащую оценку в решении суда и была правомерно отклонена как не основанная на требованиях законодательства. Само по себе несогласие апеллянта с выводами суда не является основанием к переоценке установленных судом обстоятельств дела и не влечет отмену решения, постановленного при правильном применении норм материального права без нарушения процессуального законодательства.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебной коллегией не усматривается.

При таком положении судебная коллегия находит постановленное решение суда законным и обоснованным, оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене решения суда, в том числе и по мотивам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.

Руководствуясь статьями 327, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Кольского районного суда Мурманской области от 2 марта 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи